... взгляд. Пронзительный, глаза в глаза. Этот взгляд проникает до самого донышка зрачков. Так может смотреть влюблённый на предмет своей страсти или убийца - на жертву. А ещё - голодный каннибал на пищу. Девчонка из чужого рода - это не девчонка, а всего лишь сытный обед. В глазах добычи - страх; так и должно быть, этот страх разжигает ещё больший аппетит, каменный топор уже занесён над её головой...
- Видишь, он убивает её! Так и должно быть, пойми. Это - закон! Или - инстинкт, если хочешь, - Тёмный повернулся к своему собеседнику.
- Нет, не верю... - Светлый обескуражено покачал головой, - Не может ведь быть, чтобы в нём совсем не было любви и сострадания? Просто он сейчас на самой низкой ступени, каннибализм - примитивная форма развития. Подожди немного, они вырастут, поумнеют - и тогда вспомнят, кто они такие.
- Ну, уж прямо и вспомнят... Хорошо, как скажешь, давай подождём!
... и снова - этот взгляд, исполненный страха. Она - молода и хороша собой, а значит, должна быть убита ради благополучия всего племени. Вот уже её, обнажённую, привязали к жертвенному камню. На дрожащем теле девушки пляшут отблески ритуального огня. Сын вождя подходит ближе, склоняется над ней. В его правой руке - нож, в глазах - благородная решимость...
- Ну, вот же, Фома неверующий! Смотри внимательно! Он убивает её, и будет убивать впредь! - Тёмный победно взглянул на Светлого.
- Возможно, что-то в их развитии пошло не так? Я ведь всё сделал правильно... У него где-то в душе обязательно должна быть Божья искра, я лично её закладывал...
- Ну-ну! Закладывал, говоришь...
... взгляд, а в нём - отчаяние и мольба. Женщина красива, даже слишком красива, чтобы быть убитой. Но - она враг, а значит, никакой пощады. Он не спеша поднимает меч, наслаждаясь чувством своего превосходства. Ну, что же она так смотрит? Почему не отводит глаз? И... что в её взгляде кажется ему таким знакомым?...
- Полюбуйся! Вот он, твой Венец Творения! Жажда убивать правит миром!
- Не знаю, не знаю, не уверен... Как-то уж очень страшно, если всё пойдёт по-твоему...
- Но пока ведь так всё и идёт!...
- Да, пока - так... Подождём ещё немного?
... доктор подошёл к столу с инструментами и взял в руки сверкающий скальпель. Как же он устал от всего этого! Последняя операция на сегодня, конец смены, а завтра с утра - на самолёт и к морю... Ещё раз взглянул на экран аппарата - и в ужасе отшатнулся: ему показалось, что этот сгусточек, этот едва зародившийся комочек жизни смотрит на него - смотрит жалобными, умоляющими глазами! Он вдруг увидел прекрасную девушку, обнажённую и дрожащую, привязанную к каменной плите возле огромного костра, и в голове его отчётливо раздался голос: - Я же говорил тебе, что он сейчас убьёт её! Он будет убивать снова и снова, пока не вспомнит...
Хирург выронил скальпель и медленно опустился на услужливо пододвинутый стул...
... мир вокруг вздрогнул...
... молодой людоед сам не понял, что с ним произошло. Но это было сильнее голода! Он отпустил свою добычу и не оглядываясь убежал в заросли...
... сын вождя взглянул в глаза жертвы и, повинуясь неведомому внутреннему порыву, одним движением перерезал опутывающие её веревки...
... воин вложил меч в ножны и освободил пленницу. Впервые в жизни он не смог убить...
... молоденькая медсестра испуганно трясла доктора за плечо: - Сергей Николаевич, что с Вами? Очнитесь! Вам нехорошо?
- Я... Нет, спасибо, Светочка, со мной всё в порядке. Но... я не буду делать эту операцию. Там... там слишком большой срок! И куда они все смотрели раньше!
- Но, Сергей Николаевич... Нам ведь хорошо заплатили, и пациентка уже готова, и... никто же не узнает, сколько там чего было... И главное, муж её - он сидит в приёмной и ждёт... Если честно, он знает, что у неё срок... эээ... несколько больше, чем положено...
- Заплатили, говорите? - хирург поднял на сестру прищуренные глаза, - заплатили за убийство?! Деньги вернём, все, до последней копейки. А муж... Ну-ка, пригласите его ко мне, я с ним сейчас тут побеседую... по-мужски!
- Вот видишь, он всё-таки вспомнил! А ты говорил...
- Да уж... Эти создания... - Тёмный отвёл взгляд, - такие непредсказуемые, непостижимые. Сколько в них всякого понамешано...
- Это точно! Наши с тобой дети! Ну что же, - Светлый примиряющее улыбнулся, - по крайней мере, нам с ними никогда не будет скучно...