2018
Валентина Душина
Свидетельство о публикации No218111302012
Настоящим свидетельствуем, что литературное произведение "Публикация в Сборнике о Добре 10 2018г" было обнародовано на сервере Проза.ру 13 ноября 2018 года. При этом было указано, что его автором является Валентина Душина.
Адрес размещения произведения: http://proza.ru/2018/11/13/2012
Обнародование литературного произведения на сервере Проза.ру в соответствии со статьей 1268 ГК РФ было осуществлено на основании Договора, который заключили Душина Валентина Николаевна и ООО "Проза". Авторские права на произведение охраняются законом Российской Федерации.
Единый номер депонирования литературного произведения в реестре: 218111302012.
Генеральный директор
ООО "Проза"
Д. В. Кравчук
Свидетельство о публикации действует в электронной форме, распечатывать его не требуется
Приложение: текст произведения в первоначальной редакции
Публикация в Сборнике о Добре 10 2018г
Валентина Душина
г. Набережные Челны
***
Брешут собаки в конце села,
Заполночь.
Белые снеги метель мела
И улеглась навзничь.
Нет ни ручьёв, ни деревьев,
Ни трав...
Белое, белое поле.
Око вперяю, к окну припав,
Что тебе, Отче, боле?
Грозно молчит ледяная ширь,
И ни звезды, ни гласа.
Это праматерь моя - Сибирь,
С чёрной иконкой Спаса.
***
Все пташки улетели,
Ни соловьёв, ни чар.
Льёт дождик по неделям,
Кругом одна печаль.
Болит моё сердечко,
Душа моя молчит.
Потеряно колечко,
Вода и та горчит.
Упало грузом бремя
Забот и маеты.
Куда пропало время
Девичьей красоты?
***
Проплаканы глазами,
Вслепую, невпопад,
Те дни встают рядами
И ждут у Царских врат.
***
Пел соловей в сиянье ночи,
Дымился белых яблонь цвет.
Ты опустила долу очи,
И понял я: спасенья нет...
Спасенья нет, спасенья нет!
Дитя, ты сердце покорила,
Как ангел в простоте своей,
С любовью в дар вверяя крылья,
Чтоб не пропал в печали дней.
В тумане рощи и долины,
Чуть речка плещется во мгле.
В воде полощут косы ивы,
И мир царит на всей земле.
И мир царит на всей земле!
***
Авель, Авель, ты простужен,
В шалаше твоём сквозняк.
Кроток, Господу послушен,
Отчего лежишь, обмяк?
Слышишь ль глас из глубины,
Убиенный без вины?
Убиенный, неотпетый,
Может, кто и отпоёт.
Шкурой мамонта согретый,
Каин радостно орёт.
***
Так воспрянь же,
восстань в этом выжженном солнцем просторе,
Где сухая полынь да крапивы бескрайнее море.
В ожиданье Христа здесь столетья скользят облака,
И кричит перепёлка, и горек дымок кизяка.
И бескрылая Марфа поёт в ожидании чуда,
И стоит на ветру и глядит в поднебесье Иуда.
Ну а там лишь одна синева, синева, синева.
***
Ни анемоны и ни листа,
Быт мой пронизан холодом.
Май, а тетрадь для стихов чиста,
Майся тоской и голодом.
Не говори, что язык разбух
И веселить, и печалить.
Осени бродит незримый дух,
Ищет, куда причалить.
***
Искал я в Боге вечного блаженства,
Но дни непрочны были и суетны.
И ангел мой, что в юность ввёл
из детства,
Исчез из глаз
средь гор золотоцветных.
Но наша дружба - несомненна с ним.
***
Средь редких звёзд в безгласный хор вливаясь,
В великой свите избранных провидцев,
Полой ни вод, ни тверди не касаясь,
Несомый, как дыханье духовидцев,
Над шапками лесов и тайной рек
Песчинкою, мятущейся в пространстве,
Остывший прах иль тень в глубинах век,
С несвойственным смирением постоянства,
И плыть, и течь прислужником, как речь.
***
О чём мне поведать, о тяжести ноши?
О днях, назревавших в узле перипетий?
О страхе и дрожи волною по коже,
Когда погибала средь гула наитий.
О милости Бога и чёткости слога,
Царя меж обломков, душа возвещала.
Рассвета, заката - пурпурная тога
Ни жизни, ни смерти моей не вмещала.
***
Кто и какие черкал письмена
В сердце твоём, Россия?
Помнят ли нынче их имена,
Новый ль грядёт мессия?
Не возвращайся в судный июль,
Суша горит и Слово.
Что тебе надо? Горстка пилюль,
Выжить в краю суровом.
Так смоляниста в лесу сосна -
Новым пылать пожарам.
Но прорастают вновь семена
На пепелище старом.
***
Когда б не вы - погосты и деревни,
Не зимних дней густая синева,
Не благовеста звон средь шири древней,
То родину узнал бы я едва.
Я - блудный сын! Так, к матери родимой
Припавши, плачет не таясь дитя.
В груди огонь любви неугасимый...
Обрёл навеки - много лет спустя.
Куда бежал и что искал за морем?
Нет глубже предрассветной тишины.
Горят снега, и в лунном водополье
Роятся звёзды, музыка и сны.
Февраль
Он уходил неделями...
И был. А нынче нет.
В окно стучал капелями
И красил синькой свет.
Прощал стихи и слабости,
Духи, потёртый мех.
Ему хватало малости,
Её негромких вех.
Его глаза - два омута
И два осколка льда.
Её тетрадь не тронута,
Такая пустота...
***
Лелеет жизнь творение своё
И нарекает царственное имя.
Песочных ход часов перерастая,
О вечной драме тенор пропоёт.
А дальше, в электрическом трамвае,
Пишу, согрев стекло своим дыханьем,
Нелепое сердечное признанье,
Чтоб посмеялась, ах, какой идиот!
И зря мигал замёрзший светофор,
Сияющий трамвай увёз беспечную.
И на перроне ветер гонит сор,
И горе жилу рвёт мою сердечную.
А там, за облаками, вечный снег,
И падают снежинки, прорастая.
И голубь примостился на ночлег,
Под крышей будки - крох не замечая.
Я по руке читать стараюсь линии
И прерываюсь, ошибаясь вновь.
Предвосхищенье, что желание сбудется,
Ведь точных дат не требует любовь.
***
Не было света иного,
Кроме вот этого серого,
Сердце пронзившего жаркое,
Осени поздней окалина.
Бог же вещал дуновением,
Стуком распахнутой двери.
Чёрной земли притяжением,
Каждому зверю - по вере.
***
Горбатые горы, резная листва винограда,
Здесь ветер гуляет и в прах превратилась ограда.
Ни стона, ни плача... потерянных птиц вереница.
Как раньше веками, здесь рыжая зреет пшеница,
Пожаром пылает и в небо глядит восхищённо.
И быстрые годы, как рыбы во тьму, ускользают,
И кроны каштанов виссон золотой покрывает.
Сдвигаются горы и прячут тропу Соломона,
Где зёрна граната рассыпаны царской рукою.
А тень Суламифи бежит среди лоз, окликая...
- Желанный мой, где ты?
И эхо от края до края.
***
Мой Бог меня благословил,
Он охранял во мраке ночи
Мои недвижные персты
И сны, которых нет короче.
Он на стене писал огнём
И целовал мой лоб, темнея.
И был бесплодней дней притом
И старше древнего халдея.
Его просить хотела я,
Лишь одного его желая,
Чтоб растопилась без следа
Его кольчуга ледяная.
Он отозвался немотой,
Уйдя пустой в чертоги рая.
Он отозвался тишиной,
Звездой, что падает, сгорая.