Проходя мимо курилки электромеханического цеха, Геннадий Иванович Пафнутьев услышал, как молодые ребята, слесари-электрики рассказывали приятелям о своём воскресном посещении женского общежития. Геннадий Иванович не смог пройти мимо. Подошёл и наставительно заметил:
- Алёша Сарычев, Юра Оленичкин, ну, что это за трёп! Вы же женатые люди. А супруг, как и хороший солдат, не должен тратить боевые заряды на пролетающих мимо ворон или всяких там куриц, копошащихся в нечистотах. Он сохраняет свои заряды для верных выстрелов. После которых у его жены через девять месяцев должны появляться или дочь или сын. Вот вы уже не первый год женаты, а детей ни у того, ни у другого нет. А всё потому, что по женским общежитиям шляетесь, вместо того, чтобы законных жён оплодотворять. Берите пример с меня, - четверо детей.
Пафнутьев занимал на заводе должность инженера по технике безопасности, рабочие его не боялись.
- Гладко поёте, - развязно возразил ему Сарычев. - Шли бы своей дорогой.
Геннадий Иванович обиделся, но промолчал, направился к административному корпусу. В кабинете главного инженера, своего племянника, он выпил тёплой и противной воды из графина и ошарашил родственника признанием.
- Коля, я несчастный муж, - с отчаянием в голосе, произнёс он.
- Да вы что? - удивился племянник. - Значит, и ваша оказалась из этих?
- Она и до свадьбы была такой, - стал с жаром жаловаться Пафнутьев. -Я женился на ней, зная, какая она.
- Соболезную, дядя Ген. А по виду не скажешь.
- Плохо смотришь. А я с первого взгляда понял её сущность. Но мне тогда это нравилось.
- Как это может нравиться в женщинах?
- Такой вот был олух царя небесного.
Главный инженер представил себе жену Пафнутьева, женщину двухметрового роста, дебелую, внешне не привлекательную и сказал:
- Постойте, что-то тут не то. Вы о чём говорите?
- О том, что моя жена тиран. Не пускает меня на рыбалку. Не разрешает с друзьями даже по выходным встречаться. Футбол в компании посмотреть, пивка выпить.
- Фу ты - ну ты. Я уж было решил, что вы уличили её в супружеской измене.
- В какой измене? - сразу не сообразил Геннадий Иванович.
- Ну, с другим мужчиной в постели застукали.
- С каким мужчиной! Кто на неё позарится, она сама хуже всякого мужика. Нашёлся бы такой отважный, я бы в ножки ему поклонился. Может быть, тогда и она душою помягче сделалась.
- А сами-то вы давно ей "душу размягчали"?
- У меня не получается. Говорит, делаю всё не так. Одним словом, мной она недовольна. Я сам виноват. Когда женился, знал, кого беру в жёны. Но отец у меня моралист, настоял на нашем супружестве. Вот теперь мучаюсь. Слушай, а что, если ты за неё возьмёшься?
- Вы действительно так желаете, сделаться несчастным мужем?
- Каким несчастным, ты меня этим только осчастливишь. Серьёзно тебе говорю. Готов даже материально этому содействовать. Дам денег на цветы, рестораны и прочее. У меня хоть свободное время появится. Смогу порыбачить, грибы в лесу пособирать. В идеале уехал бы ты с моей женой на месяц в отпуск. Все расходы за мой счёт. Плюс премиальные.
- Да, дядя Гена. Несчастный ты муж. Другого слова не подобрать.