Воскресный вечер, кухня отдельной квартиры. Молодая женщина, Лидия Лукьянова, моет посуду. Её муж, Антон, сидит за столом, пьёт пиво.
- Иди, Серёжке перед сном сказку расскажи, - говорит Лидия мужу.
- Почему я? Я устал. Утром старушке Ирецкой помог кота в ветклинику отнести и домой принести. В обед Бадашеву машину чинил. После чего Ивану Терентьевичу подсобил клеить обои.
- А я в свой выходной на рынок сходила. Две сумки продуктов купила, чуть руки не оборвались, пока всё купленное домой принесла. Накрутила, пожарила котлет. Борща наварила, постирала, погладила. И всё одна! Давай, Лида, и деньги зарабатывай, и по дому крутиться успевай. Так что ли?
- А что ты хотела? Такова семейная жизнь.
- Почему ты Ирецкой не сказал, что тебе надо с женой на рынок идти, сумки тащить? Она, слава богу, не одна живёт. У неё и дочь, и внуки, - есть кому переноску до ветклиники дотащить. Почему ты всё время Бадашеву чинишь машину? Твой автомобиль он никогда не помогает тебе ремонтировать. И вместо того, чтобы Ивану Терентьевичу клеить обои, поклеил бы обои у нас дома.
- Не начинай. Допью пиво и расскажу сыну сказку.
- Иди, укладывай Серёжку, никуда твоё пиво не денется.
Детская спаленка. Антон Лукьянов рассказывает маленькому сынишке сказку.
- Рыжий, страшный чёрт в аду твою мамку спрашивает: "Что же ты, Лидия, жизнь прожила, да так и не научилась вкусный борщ мужу готовить?".
В комнату тихо вошла его жена и влезла в повествование.
- А седой чёрт, - громко зашептала Лидия, - у твоего непутёвого отца, стоящего рядом со мной, интересуется: "Что же ты, Антон, так и не приобрёл навыки, как денег семье заработать? Обратился бы к нам за советом, мы бы тебя научили. Дело-то плёвое. Надо было думать о себе, да о своей семье".
- А я всегда думал не только о семье, но и о других, - возвысил голос Лукьянов. - И впредь намерен так поступать!
- "Думал не столько о семье, сколько о других? Думал, за это в рай попадёшь?", - спокойным голосом передавала слова чёрта Лукьянова. - "А попал вот к нам. Обидно? Ничего не поделаешь. Будем теперь жарить тебя на сковородке".
- Да ну тебя! Вывела из себя, теперь сама сына укладывай! - крикнул Антон и выбежал из спаленки.