На кухне коммунальной квартиры три женщины готовили ужин. Молодая, замужняя Екатерина Касаткина и две старушки-пенсионерки, Нюра и Дуся.
- Врач определил у меня бессимптомную, но очень запущенную, тяжёлую болезнь, - говорила Нюра Касаткиной. - Прописал сильнодействующие таблетки под названием Плацебо. Это дорогое, но эффективное лекарство, от которого я совершенно выздоровела. Это мне ещё повезло, что я к хорошему специалисту попала. Выпускнику медицинского факультета академии пана Кляксы. Два семестра он проучился в подвале нашего дома, а два семестра на чердаке. В конце концов, ему добрые люди продали диплом в переходе. А попади я к другому врачу? Даже страшно себе представить, чтобы со мной было.
- Да ну тебя, Нюра, - отмахнулась Екатерина, уходя в свою комнату, - уж тошнит от твоей простоты.
- Простых людей не любят, - проводив её взглядом, приглушённо поведала Нюра, оставшейся на кухне Дусе. - Поговорку против них придумали: "простота хуже воровства". Вон, Катька своего мужа от простоты лечила. Мне прямо здесь на общей кухне призналась, сказала: "у Николая воспаление простоты". Тёмная женщина. Разве может у простоты быть воспаление. Это же характеристика человека. Правильно я понимаю? По мне простые люди самые хорошие. Я и сама такая. Что же меня из-за этого лечить? Дудки.