...Года, видать, пошли на пользу мне:
почти совсем не лгу, и не кобель я; но ноют раны Прошлого, во сне,
а с каждым днём — всё тЯгостней похмелье...
Во мне погибли Алчность и Корысть; и сух стал глаз при звуках "Травиаты". ...Я взялся — помню, было, вдруг — за кисть, но, на холсте — рождались лишь квадраты...
Я стал — ещё при жизни — как гранит! (Коль быть точней — как каменная кроха.) ...Но даже то, что Путин говорит —
теперь мне, откровенно, просто пОх*й.
Я стал любить свой Дом, свою Жену, и — упреждать СВОИМ — чужому клину;
но всё ж, при этом — отрицать ВОЙНУ,
в которую несётся Украина...
"...Сегодня — "был"; а завтра — "был таков" —
такое не прочтёшь у Мураками...
Давно пора бы вешать мудаков заранее, чем стать им "мудаками"!
"Четвёртый час утра..." — вот здесь я вру,
(скорей — "аккамулирую, итожа");
сижу, пью пиво, ложкой жру икру... —
как это ни печально — вру я тоже...
Заброшены и Пьянство, и Разгул, и даже Ost, что вечно ими дует;
и Незнакомки — той — что "ЯБЫВДУЛ!" —
отныне, для меня, не существует...
...И мотылёк, что мне попал бы в рот — имеет шанс остаться НЕУБИТЫМ.
Я, С НЕКИХ ПОР, СВОЙ РОТ ДЕРЖУ ЗАКРЫТЫМ. И — ПРИЗНАЮСЬ: ЧТО