Купить книгу "Служба нарядов": http://www.avito.ru/yakutsk/knigi_i_zhurnaly/kniga_sluzhba_naryadov_198635901

 
 
  Из Кизляра выехали примерно в полдень, солнце стояло в зените и жарило неимоверно. На выезде из города, перед постом, не дожидаясь пока гаишник махнёт жезлом Муслим начал притормаживать, остановился прямо возле него, протянул в раскрытое окно купюру:
  - Уасалям уалейкюме!
  Милиционер молча принял, кивнул головой - "езжай". В тени вагончика-поста на скамейке, задрав ноги на мешки с землёй, сидел скучающий пулемётчик.
  - Ну и порядки у вас, - сказал Ваня.
  - Порядки... - неопределённо ответил Муслим.
  - Ты потише ехать не можешь?
  - А что? Нормально вроде едем.
  Ваня понимал, для кавказцев высокая скорость - это в порядке вещей, беспокоиться вроде и не стоило, но - мало ли что.
  - Знаешь, Иван, по Назрани как-то ехал, адрес один искал. Так меня гаишник остановил, говорит - что случилось? Я ему - ничего. А он заботливо - а что так тихо едешь, может, плохо себя чувствуешь?!
  Посмеялись.
  Наконец, стало чуточку прохладней: машина въехала на участок дороги поверху закрытый от палящего солнца почти смыкающейся густой листвой стоящих по обочинам высоких деревьев.
  - Фу-у, жара... - Ваня вытер платком лицо, шею. Футболка противно липла к телу, от пота потемнела ткань на груди и в подмышках, - попить бы...
  - Да, надо было в городе бутылку взять...
  Удивительно, белоснежная рубашка Муслима выглядела как новенькая, и, судя по всему, чувствовал он себя вполне комфортно, - ничего, потерпи, впереди "маленький Бомбей" будет.
  "Жулька" вылетела из зелёного туннеля.
  - Что за "Бомбей"?
  - Рынок... там люди рынок так называют.
  - Придумали же, - улыбнулся Ваня.
  - Ага... Когда темно, на прилавках лампы включают, издалека красиво смотрится.
  Въехали в небольшой нищий посёлок, впритык к обочинам дороги пристроились грубо сколоченные дощатые прилавки. Муслим остановил машину у ароматно дымящего мангала, взял из бардачка сигареты с зажигалкой, вышел. Ваня тоже вышел, решил осмотреться, - неподалёку отдыхают несколько водителей грузовиков и частники. Отъехали две битком набитые машины с вооружёнными людьми в потрёпанной военной форме.
  У первого прилавка стояла пышущая свежестью и красотой юности черноглазая девушка в длинном до пят цветастом платье и с косынкой на голове. Прилавок создавал впечатление такой же пестроты: пакеты, упаковки, пустые бутылки, разнообразный товар.
  - Газировка холодная есть?
  - Есть. Какую? - девушка улыбнулась.
  - Любую, без разницы, - Ваня положил на прилавок деньги.
  Оказалось - за прилавком стоял холодильник. Парень приложился к горлышку:
  - Ух, хорошо-о!.. - выдохнул, - а ты красивая!
  Девушка смущённо потупила глаза:
  - Спасибо.
  - А зачем здесь пустые бутылки?
  - На солнце полные нагреваются сильно, а эти для образца.
  - Понятно.
  - Иван! Иди сюда, шашлык готов! - Муслим, зажав шампур сверху двумя ломтями хлеба, уже стягивал куски мяса в пластиковые тарелки.
  - Тебя как звать?
  Девушка улыбнулась:
  - Саният.
  - А по-русски как будет?
  - Соня.
  - Софья, значит... как мою маму... А меня Ваня, я из Украины. Ну, бывай, Соня!
  - До свидания, Ваня, спасибо!
  Иван сунул руки в карманы брюк, вразвалочку подошёл к мангалу:
  - Вот такую и на жаре бы трахнул! - Парень был уверен - с чеченцем его никто из местных не посмеет тронуть, - кивнул головой в сторону Саният, - ничего, да? Но потная, наверное...
  Хозяин мангала, нехорошо посмотрел на Ивана, но промолчал. Муслим, не прекращая жевать, коротко бросил:
  - Заткнись...
 

***

 
 
  Дальше ехали молча. Унылый степной ландшафт красили редкие кустарники и рощи. Минут через двадцать по левую сторону дороги завиднелась смотровая вышка, - из-за раскаленного жара асфальта казалось, что она плавно изгибается в воздухе, меняя очертания, словно в танце. Чеченец ловко объезжал, разбитые когда-то траками танков, трещины. По мере приближения, из-за бугра стал вырисовываться обложенный мешками с камнями блокпост, - испещрённые следами от пуль железобетонные плиты были раскрашены под камуфляж, местами покрыты рваной маскировочной сеткой.
  Муслим сбавил скорость, приготовил деньги. Объехал "змейку" - лежащие поперёк дороги сваи, машина бампером чуть не уткнулась в шлагбаум.
  - Салям!
  - Салям... - милиционер с автоматом заглянул в окно, окинул взглядом салон, - куда едем?
  - Владикавказ.
  Автоматчик принял купюру:
  - Далеко...
  - Далеко, - подтвердил Муслим, - думаю, до темноты успеем.
  - Открывай!
  Иван вздрогнул, но оказалось - милиционер крикнул товарищам. Шлагбаум поднялся, Муслим, коротко просигналив, рванул по газам.
  - А если бы проверять стали?
  - Ты здесь русских видишь? - ответил вопросом Муслим.
  - Порядки?
  - Порядки... - наконец, Муслим улыбнулся, - порядки такие!
  Машина переехала мост через узкую речку со стоячей водой, впереди маячил очередной блокпост поверху покрытый шифером.
  До блокпоста оставалось совсем немного, было видно, что у шлагбаума скопилось с десяток машин и столько же людей в военном камуфляже и милицейской форме.
  - Шайтан! -Выругался Муслим, - русские!
  - Где?!
  - Где-где?!.. в ман... - Муслим осёкся, - вон, впереди! Никогда их здесь не было!
  - Разворачивай!
  - Какой разворачивай, - Муслим сбавил скорость, - степь кругом, догонят! Оружие выбрасывай!
  В обе стороны из окон в кусты полетели пистолеты.
  - Винтовка в багажнике!
  - Поздно! - Лицо чеченца исказила злоба, - ты думаешь, они нас не видят?! Шак`калы!..
 
  Шлагбаум был опущен. Муслим уверенно остановил машину возле местного пожилого милиционера, глядя ему в глаза, вышел из машины, и, широко улыбаясь, шагнул прямо к нему, обнял:
  - Уассалям уалейкюме, деда (отец, чеч.)!
  Производивший досмотр соседней машины русский парень внимательно посмотрел на Ивана, затем на Муслима с местным, однако ничего не сказал.
  Иван внутренне напрягся, но постарался изобразить на своём лице безмятежность. До слуха донеслись фразы Муслима:
  - ...Шо лелий могаш, шо фу деш да (как здоровье, как семья, чеч.)?..
  Два автоматчика у шлагбаума изнывали от жары, от нечего делать попинывали рассыпанные на дороге пустые автоматные гильзы; другие, стоящие по обочинам, прикрывали проверяющих. Из бойниц блокпоста торчали стволы крупнокалиберных пулемётов.
  - У нас всё хорошо, всех детей к бабушке Фатиме послали на каникулы, - говорил местный, по нему было видно, что он никак не может вспомнить этого улыбчивого парня, но всячески старался этого не проявлять, - а у вас как? Как ваша семья, надеюсь, никто не болеет?
  Русский захлопнул крышку багажника соседней машины, крикнул:
  - Открывай, нормально!
  Один из автоматчиков поднял шлагбаум, машина, шаркнув резиной, подняла клубы знойной пыли, русский нехорошо выругался и направился к следующей. Муслим, продолжая уважительно разговаривать с милиционером, взялся за ручку двери, открыл:
  - Салам моршал (большой привет, чеч.) семье! - махнул рукой, сел на сиденье, завел двигатель, - был рад вас встретить!
  - Чтобы все ваши желания осуществились! - старый доверительно наклонился пониже к окну, - будьте осторожны на дорогах: утром в Кизляре двоих убили!
  Русский крикнул:
  - Ахмат, машину проверь, документы!
  Радостно улыбающийся Ахмат, сделал вид, что не расслышал, и в свою очередь крикнул стоящим на шлагбауме:
  - Пропускай!
  Муслим коротко нажал на сигнал:
  - Баркалла (спасибо), дядя Ахмат! - Ещё раз приветливо махнул рукой милиционеру, и рванул по газам.
  Иван вытер платком мокрые лицо и шею:
- На месте бы расстреляли, да?
- После суда, наверное, - Муслим был серьёзен, - ничего, снайпер, через месяц-другой обживёшься, хоть что-то понимать будешь.
- А это кто такой был, твой родственник?
- Понятия не имею!..
 
 
 

(С) Андрей Брэм, 2011

 
 

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"