Аннотация: Вышел в свет первый сборник стихов и прозы Улисса Странник. Здесь мое вступительное слово к книжке. Толя, сердечно рад и поздравляю. Твои стихи стоят публикации!
Да кто сказал, что прежде было Слово?
Пусть это утвержденье и не ново -
До истины в нём слишком далеко!
Первична - Мысль. Восстав из немоты,
Не сразу, - о!, мучительно, не сразу, -
Облекшись, словно плотью, - Словом, Фразой,
Она строкой ложится на листы...
Анатолий Киселев.
Уважаемый читатель, перед тобой книга брянского поэта Анатолия Киселева, которая, по сути дела, является полным собранием его сочинений. Здесь помещены все стихи и прозаические произведения автора, написанные им за 15 лет литературного творчества. На мой взгляд, желание собрать и объединить в одну книжку все, что было написано, имеет как положительные, так и отрицательные следствия. Хорошо то, что читатель получит полное представление о творчестве этого самобытного и одаренного автора. Плохо, что рядом с произведениями зрелыми и законченными встают и те, которые еще требуют доработки и доосмысления. Однако, автор решил поступить так, как он поступил, представив полный отчет о своей многолетней поэтической одиссее и мы должны уважать его выбор. И такое определение его творческого пути - "одиссея" - перекликающееся с названием сборника 'Странник', я употребил не случайно.
Литературный псевдоним Анатолия Киселева, под которым он хорошо известен читателям интернет библиотеки Мошкова - Улисс. Это второе, озвученное в латинском варианте и менее известное имя великого скитальца античности Одиссея. Псевдоним как нельзя точно отражает суть творчества Анатолия, ведь тема дороги - главная тема его произведений. Однако Улисс (главный лирический герой и практически соавтор Киселева) - не совсем Одиссей. Другое имя скрывает под собой иное содержание. Одиссей - путешественник поневоле, дорога его томит и не отпускает. Киселева-Улисса дорога манит, а томит невозможность уйти по ней. В жизни у него вполне оседлая, инженерная специальность, не требующая перемены мест и, более того, не отпускающая его надолго от дома. Оба они - и Одиссей и Улисс - невольники обстоятельств. Один - тех, которые не позволяют вернуться, другой тех, которые не дают возможность уйти. И если Одиссей стремится вырваться из поэтики окружающей его ирреальности в обыденность, то Улисс - освободиться от реальности и уйти в мир, существующий за гранью воспринимаемого.
Пространство, в котором пребывает лирический герой Анатолия - не уютный, спокойный мир поэтических кущ. Это тревожный, непознанный и неустроенный мир, где нет места наслаждению и покою, где тоскливо, одиноко и безотрадно. Мир этот предуготовлен не для путешественника - для скитальца. Пребывания здесь сопряжено с жертвенностью и отказом от радостей. Что же влечет его туда?
Что влечёт тебя, царь мой, туда,
Где Судьба парусами крылата,
Где уходят за солнцем суда
В неостывшие угли заката?
И туда, где
И пыль дорог. И камни бездорожья.
И дальний Путь - до немощных седин...
Опять - в пути. Опять - тоска острожья.
Опять - один...
Скитание его лирического героя по литературным стезям - это отражение авторских исканий способного тронуть душу созвучия. Он сам признается в одном из своих стихотворений, что творческое скитальничество - это движение навстречу стихам.
Я ухожу - вдогон ветрам,
И поперёк преградам,
Я ухожу - навстречь стихам,
Опричь докучным взглядам
Еще одна важная тема его творчества, связанная с отверженностью и дорогой: тема лицедейства.
Мы лица выбираем не спеша,
И взгляд зеркал - внимательно-серьёзен:
Ведь дань отдав сполна житейской прозе -
К возвышенному тянется душа.
При этом его интересует в первую очередь не высокое театральное искусство, а лицедейство в самых народных и простых его формах - скоморошничество, шутовство. Казалось бы, как можно совместить манеру автора, выстроенную в традициях классического стихосложения, и 'низкий' жанр сценического фиглярства? Но дело в том, что Анатолия занимает не гротесковая форма балаганного действа, а внутренний мир, переживания актера, это действо осуществляющего. И здесь драматизм изгойства приобретает крайние формы и трагические интонации. 'Шутов хоронят за оградой! - восклицает Киселев в одном из своих стихотворений'. И еще:
Жизнь швыряет - до срыва, до сноса,
В этом ритме - недолго живут...
Каждый шут - и поэт, и философ,
Но не каждый поэт - это шут.
Философия и лирика, осмысление явлений мира и чувственность - вот что роднит поэта и шута. Однако, утверждает Анатолий, если каждый шут - поэт, то не каждый поэт - шут. На мой взгляд, сам Анатолий не обладает качествами, которые возводят поэта в ШУТА. Ни ехидной агрессивности, ни едкого остроумия, ни желания укорить или высмеять в его стихах нет. Он лирик. Притом лирик в самом истинном значении - лирик, говорящий с миром в минорной тональности. Тема любви для лирика центральная. А для лирика в миноре - таковой является тема несостоявшейся любви. И это все соотнесено и естественно: дороги, недосягаемая любовь. Отсюда и прощальный поцелуй в суете вокзала, и неосуществимое стремление к воссоединению. Неосуществимое, поскольку воссоединение с идеалом невозможно.
Я не царь, не герой - я бродяга...
Ты - моя запоздалая песня,
Ты - в песках долгожданная влага
И нежданная высь поднебесья.
Сам поэт очень узнаваемо и точно определяет свое чувство как ранняя осень на поздней дороге. Осень, а вернее пора зрелости, вместе с которыми приходит опыт, позволяющий оценить и осознать по плодам, то, что недоступно было для осмысления в пору цветущей юности, вынуждает искать уединения и грустить по поводу несбывшегося и утраченного. Потребность соизмерить несоизмеримое: конечность жизненного пути и бесконечность дорог - источник грусти и поэтической меланхолии.
И еще, обратите внимание на язык, которым написаны стихи. Оцените точность формулировок и красоту образов.
Ещё небо в оконце несохнущей лужи
Не захлопнулось створкою синего льда-
***
Это миг осознанья, что больше не нужен,
Или вздох облегченья, что всё позади...
***
И будет ночь подмигивать в окошке
Глазами засыпающих квартир,
И чёрные безжалостные кошки
Скрести когтями душу мне до дыр...
***
Ты иди, Музыкант, ведь Дорога - она бесконечна,
Ты играй, Музыкант, эту пьесу с названием Жизнь.
Анатолий Киселев - талантливый и своеобразный автор. Конечно, не все стихи, собранные в книге, одинаково удачны. Но ведь, как говорилось уже - это полное собрание сочинений в одном томе. Тут честно показан весь творческий путь автора. Как и всякий путник, где-то он спор и ходок, а где-то шаг его нетверд и сбивчив. Однако не будем придирчивы к некоторым стилистическим неточностям. Автор точен в главном - в умении отразить душевное состояние человека, ищущего свой путь в поэзии, пишущего хорошие стихи, которые
Убежище для душ - и то немногих,
Забытых, обнищавших, и убогих,
Обживших навсегда своЯ круги...
Улисс во время своих странствий не всегда настроен на минор. Многое зависит от обстоятельств. Это путешествие в маршрутке ему явно в радость. Публике песни Улисса нравятся. Улиссу нравится публика. Во всяком случае - ближнее окружение.
![[]](/img/e/egorych/99112/ulisswmarshrutke-2.jpg)