- Да что ж такое сегодня творится, - грустно сказал женский голос из-за спины. - Никак не можем отладить систему...
- Я уже выучила всё твое детство, - я улыбнулась голосу. - Всех родственников - по именам, весь город - по улицам, запахи и звуки, друзей и врагов...
- Взаимно, милая, - усмехнулся голос издалека.
- Ты знаешь, в моем детстве всё было совсем иначе... И в то же время - так похоже. Хотя мы жили на расстоянии тысяч километров друг от друга!
- Да... - задумчиво произнес голос откуда-то сверху. - Как давно это было...Что там? Расскажи...
Я засмеялась и закружилась, запрокинув голову. Горячий ветер ударил в спину, вдоль дороги неслась пыль. Я уже привыкла и к ветру, и к пыли, и к этим серым домам вдоль улиц, и к маленькой темноглазой девочке неподалеку.
- Ты гуляешь на улице и тебе лет шесть, - прищурилась я.
- Правда же, я была симпатичная, - умиленно донеслось из облаков.
- Никто и не спорит, - я подошла к девочке. Та сосредоточенно играла в крестики-нолики прямо на асфальте с серьезным мальчонкой лет семи. Похоже, моя подруга выигрывала - судя по хитрому выражению мордашки, она собиралась вскоре праздновать победу.
- Ужас! Крестики-нолики на асфальте! Куда смотрела общественность, - усмехнулась я, подходя ближе. - Как жаль, что я не могу сейчас подсказать этому несчастному парнишке. Ты явно играла нечестно!
- Жаль, что ты не можешь ничего изменить, - вздохнул голос. - Но прошлое нельзя трогать, ты же все понимаешь. И не надо этого делать... Все к лучшему...
Я уселась на пыльный асфальт и задумалась.
- Зачем я здесь? - спросила я, ни к кому не обращаясь. - Я не могу ничего изменить. Я не могу увидеть собственное прошлое. Мне дано только твоё - и то потому, что мы очень близкие подруги... Зачем? Что я должна понять? В тебе ли, в себе ли?
- Будем считать это развлечением, - грустно произнес голос. - Иначе станет слишком сложно жить.
Девочка поставила победный крестик и побежала домой.
- Хватит уже, солнце, - попросила я и закрыла глаза. - Давай попробуем ещё разок...
Над головой что-то щелкнуло и звуки рассыпались на шорохи и едва уловимый шепот. Я открыла глаза, потихоньку возвращаясь в родную уютную комнатку на шестом этаже...
- Получилось, - знакомый голос обрел очертания и стал девушкой в синем сарафане. - Доброе утро. Как там у меня дома? Что нового, точнее старого?
- Мама связала тебе пушистый свитер, а ты заявила, что он колючий и ты его носить не будешь никогда-никогда. Вредная ты была девчонка.
- Я тогда ещё с ней поссорилась на целых три часа...
- Ещё там опять пыльно и ветрено...
- Там всегда так, разве ты ещё не поняла?
- Я поняла это ещё до того, как там побывала...
- Что дома?
- Готовишься к школе, стараешься, донимаешь Ленку расспросами...
- Ещё бы, старшая сестра как-никак.
- Слушай, до какого возраста будем смотреть?
- После 14 уже с цензурой!
Я задумалась.
- Хватит уже, наверное, - тихо попросила она. - Это уже зависимость, эти странные киносеансы о чужом детстве. И радиорепортажи о своем.
- Я все больше становлюсь тобой.
- Давай больше не будем... Ну не насовсем, ну спрячем подальше, и иногда, совсем-совсем изредка...
- Это всего лишь память...
- Чужая память...