Аннотация: Написано в соавторстве с Махамантрой (Михаил Ногачевский) и Шаши.
Крылья
"Разрежь мне под лопаткой кожу,
Там притомились два моих крыла.
Ведь воздух был когда-то мне дороже
Чем под ногами твёрдая земля"
Просыпаться было очень неудобно, будто под спину ему подложили что-то твердое, скатанное одеяло или ветки с листьями. Он потерся спиной, как медведь о дерево, но легче не стало. И помеха не исчезла.
Игорь сонно сел и похлопал руками по постели - всё было чисто, ни веток, ни пальто. А на спине ощущалась какая-то тяжесть. Это я несу свой крест, - скорбно подумал он.
Игорь разлепил глаза и огляделся: в постели ничего лишнего, например, прекрасной пэри, не наблюдалось. Даже одеяло он во сне отшвырнул подальше. Тогда он повернул голову, скосил глаза за плечо, и увидел... перья! Одно перо выбилось из общей массы и пощекотало ему ноздри... Апчхи! Правда. Будь здоров, дорогой друг, э-э, спасибо, да?
Он попытался завести руки за спину и пощупать, что у него там такое. Когда не удалось, он подумал "годы уже не те", и, нащупав тапочки, пошлепал к зеркалу.
Увиденное привело его в шок.
От движения рук крылья вдруг раскрылись и поднялись по обе стороны его туловища.
Белые, огромные, широченные.
Он чуть не упал. Сказал хрипло: А-а-а-а-а-а! - и резко развернулся. Крылья развернулись вместе с ним. И он чуть снова не потерял равновесие. Два невероятных крыла были довольно тяжелыми, и он, чтобы удержаться на ногах, чуть наклонился вперед.
Игорь стал вертеться и ловить свои крылья руками. Они не давались, и он крутился, как волчок. Наконец, поймал правое крыло левой рукой и потащил вперед, чтобы рассмотреть получше. Но не удержал, крыло вырвалось и вдруг забило. Игорь замер, наблюдая в зеркало, как он хлопает одним крылом. При этом его чуть подбрасывало, и он с перепугу инстинктивно поднял второе. Плечи заломило от непривычной боли, а его с криком: а-ай! приподняло над полом.
- Я ангел, - сказал Игорь.
Тут он услышал шаги жены и очень испугался, будто натворил что-то хулиганское. С большим трудом заставил крылья опуститься и старательно сложил их за спиной.
Мотнулся к постели, сорвал простынь и накинул ее на себя.
В комнату вошла жена. И сразу заметила, что вид у него лживый и нашкодивший. Игорь как-то странно улыбался и пританцовывал.
- Ты чего? - подозрительно спросила жена.
Он хотел ответить, но забоялся, что если откроет рот, крылья тоже раскроются, и промолчал. Но заулыбался еще старательней.
- Ты чего простыню нацепил? Замёрз?
Она направилась к нему, а он стал отступать мелкими шажочками, чем, естественно, укрепил жену в подозрениях.
От суеты и волнения он весь взмок, и простыня выскользнула из влажных ладоней. Освобожденные крылья гордо взметнулись вверх!
- О-о-о-о! - сказала жена.
Но изумление ее длилось недолго. Она шустро подскочила к нему, обежала ему за спину и замолчала там.
Игорь повернул голову. Жена смотрела на крылья. И тут... ка-ак дернет!
- А-а! - заорал он, - больно же!
- Ты чего? На маскарад собрался? - спросила жена с интересом, но дергать за перья перестала.
- Да какой маскарад? Они живые!!
- Кто? - спросила жена.
- Крылья! - заорал он.
Через десять минут они сидели рядышком на постели и смотрели в зеркало. Игорь время от времени взмахивал крыльями. Жена каждый раз вздрагивала.
- Что соседи скажут? - наконец вздохнула она.
- Тебя только это волнует? - с раздражением огрызнулся Игорь. Ему было не по себе.
- Нет, но... Игорь, откуда? - мямлила девушка, - ты что... ангел?
- Нет, блин, Карлсон с перьями!
- Игорь, не надо... Что нам теперь делать?
- Нам? Что-то я не вижу у тебя этого дерьма за спиной! Нам...
- Нам, - твёрдо повторила жена.
- Пойду умоюсь, - сказал Игорь уже спокойно, - всё будет хорошо, не боись, милая, всё будет хорошо.
Игорь взял нож и пошел в ванную. Закрывшись, он посмотрел на себя в зеркало. На вспотевшем лице потухший усталый взгляд был прям и решителен. Она стучала в дверь и кричала, но уже было поздно. Теперь она слышала только крик. Страшный крик. Он
резал себе крылья и воя от боли рубил, рубил их, рубил, чтобы избавиться одним махом. Кровь брызнула по стенам, вой разносился по этажам. Он зажал язык и прикусил его до крови. Резать крылья давалось с трудом. Но одно, наконец, отпало и повисло на слабой кожице. Упав в беспамятстве, он пролежал на полу до тех пор, пока не выломали дверь.
- Игорь, Игорь! Господи, Игорь, ну что же ты... - она держала его голову на своих коленях. Игорь так и не приходил в сознание.
"Открой глаза, и я ворвусь в них словно в небо
И соберу слезинки в бриллиант"
Веки Игоря дрогнули и, медленно моргнув, он открыл глаза.
"И каждый миг, когда с тобой я не был
Себе верну сторицею назад
Не бойся быть одна, я за твоей спиною.
Я тихо времени считаю бег.
И белым снегом, как крылом, тебя я укрою
От пятого апреля талых бед.
Не прячь свою печаль, пускай она прольётся
Пурпурной каплей на кусочки льда.
Пускай она идёт, ведь всё равно вернётся.
Ей крылья не нужны, она и так легка..."
Ещё раз моргнул и замер.
- Игорь, не-е-ееет!!! - закричала она.
И от этого крика он проснулся. Резко сел на кровати и огляделся - комната, цветы, пыльный телевизор, за окном рассветало.
Игорь встал. Прохладно - накинул одеяло и прошлёпал в ванную. Повернувшись спиной к зеркалу, снова посмотрел на светлые шрамы на лопатках. Откуда они, Игорь не помнил, мать говорила, что с самого рождения. Он почти про них забыл, привык и забыл, если б не этот сон, который периодически повторялся. Игорь взял нож и завёл руку за спину...
"Ты режешь под лопаткой кожу.
Там вместо крыльев два уродливых крючка...
Теперь я не могу летать, но всё же,
Когда-то мог, и это всё, пока..."