...Я почувствовал, как неприятно зашевелилось оно внутри меня. Господи, нет! Только не снова этот кошмар! Сколько раз повторялось это? Я давно сбился со счету. Кажется, я должен был привыкнуть, но разве же возможно к нему привыкнуть?
...Это всегда начиналось неожиданно...
Сначала оно, казалось, решало чуть-чуть повернуться - проверить много ли места осталось для него. Я ощущал каждое его движение, даже самое незаметное. Но это не было и маленькой частью той боли, которая еще ждала меня.
Вот он...безумный страх в предвкушении кошмара - боли, которая никогда не кончится. Бесконечность, где каждая секунда становится вечностью.
Я знаю, тебе доставляет невообразимый восторг эти мысли, ведь ты их чувствуешь. Даже очень хорошо, потому что ты - частичка меня самого.
...кажется, я мог дышать спокойно...Может, показалось? Забавно, а ведь чувство было такое, будто бы ничего и не было.
Страх. Нет...оно смеялось надо мной. Какое наслаждение ему доставляла эта игра. Оно затихло, затаилось в ожидании, чтобы начать свою пытку, как только я забуду о нем.
...страх от того, как невыносимо стучат секунды...
Боль охватила мгновенно. Сразу всей своей мощью... Сил нет держаться. Я прикусил губу, чтобы не закричать... Боже, как приятен мне казался этот горько-солоноватый привкус, который прежде я так ненавидел. Кровь была теплой. Она тонкой струйкой катилась по подбородку. Забыться...только бы не думать о боли. Я попытался облокотится на спинку стула...Нет...невыносимо. В голове вертелся бред. Он всегда приходил вместе с ним. Меня затошнило...
Я вспомнил свои ощущения...раз за разом...одно и тоже... И понял, что это было началом самого ужасного.
...Оно вылезло из своего прежнего убежища. Ему определенно было теперь тесно, ведь оно росло. За год оно выросло, наверное, в десятки раз. С маленькой безликой точечки до огромного бесформенного существа. Оно медленно выползало, оглядываясь и выбирая какую на этот раз часть стоит убрать. Оно пожирало меня...пожирало изнутри. И росло. И чем больше оно становилось, тем сильнее я ощущал его, тем больше ему требовалось места.
Мой Паук. Да, я дал тебе это имя, потому что ты похож на него. У тебя множество лап, которые тянутся в разные стороны...и которые очень противно скребутся...
Я не думал о том, что когда-то придет день, когда тебе и вовсе не хватит места внутри, и ты выползешь наружу, чтобы стать мной. Мне казалось мечтать об этом - блаженство, потому что тогда кончится эта пытка...
...Кажется, я потерял сознание...еще одна блаженная вещь. Теряя сознание, не чувствуешь боли.
Я лежал на диване. Кто-то укрыл меня пуховым одеялом.
Ты сидела на коленях возле меня и плакала. Я отвернулся. Лучше бы я не видел твоих слез.
Я ощущал горечь...да горечь...боль, кажется, прошла. Горькая усмешка... ты, видно, наконец, устроился, Паук?! Расширил свою удобную квартирку. Ну что ж? И то не плохо.
Блаженство. Я чувствовал, как боль уходила...Она оставляла тяжесть, но это казалось величайшим блаженством. Я закрыл глаза. Только бы сон пришел сразу.
Я нашел твою руку и поднес ее к губам. Не печалься, милая моя, - подумал я, погружаясь в незабвенную тишину.