|
* * *
Щелкунчик
Острый блеск серебра в зеркалах, конфетти,
старый год проседает устало.
Надо детям в ту залу, где ёлка, идти,
пусть скорее начнётся начало!
Видишь, страшная маска? — Не бойся, идём!
Пианино и смех. Ну да где же?
Ловко спрятался маленький сказочный дом
и с годами находится реже.
Своей саблей картонною машет глупыш,
он спасёт, только это я помню,
он всё меньше и дальше, и не добежишь:
я же взрослый уже — по условью.
23.3.92.
* * *
Нельзя улучшить прежние стихи,
они уже ушли из-под руки,
но рядом продолжают мельтешить,
пытаясь жить.
Я думал: если гладко рифмовать,
удастся что-то важное понять,
укладывая осень и весну
в свою суму.
Устраиваюсь снова на ночлег,
с ботинок мокрых стряхиваю снег,
и плечи ноют под постылою сумой,
набитою трухой.
21.7.92.
* * *
Переводы из английских авторов
— Иду с печальной вестью к вам:
слугу трамваем — пополам!
— Ах, что ж! Тогда пришлите в дом
ту половину, что с ключом.
. . .
Мужчины сплошь в грехах,
у женщин их лишь два:
во-первых, вздор в делах,
второе — вздор слова.
. . .
О, траченные Временем идеи и тела...
Но, тратя Время, с ним мы все квитаемся сполна.
. . .
Чтобы пить, тьма резонов по свету,
но я помню всегда об одном:
раз не мог пить на свете ты этом,
как же, чёрт возьми, сможешь на том?
. . .
Царь Соломон и Царь Давид
вели жизнь чудную, как сон;
подружек тьма, их сладок вид,
к тому же много-много жён.
Но к старости не станешь прытче,
подрастерялись и они;
Царь Соломон засел за Притчи,
а Царь Давид сел за Псалмы.
. . .
Зачем черты у Клары столь бледны?
В её лице лишь лилии видны.
Не оттого ль мы здесь не видим роз,
что перешли они на мужнин нос?
. . .
Беззуба Сцилла. В юные года
зубов хватало, был язык — беда.
Упомянуть осталось лишь о том,
что зубы износились языком.
. . .
ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ
На собственных ушах плясать?
Нет, лопнет голова.
На люстре не хочу я спать:
милей кровать моя.
Ни на овсе колючем жить,
ни есть больших гвоздей,
и коз не стану там кормить,
где запах вони злей.
Зачем у шляпы на полях
поганки разводить?
В подобных всех мучениях
твоя претит мне прыть.
А что до мышеловок в чае:
мне это не стерпеть.
О, прекрати! и обещаю:
не буду больше петь.
(Алан Крик)
23.8.92.
|
|
"There's been an accident," they said,
"Your servant's cut in half; he's dead!"
"Indeed!" said Mr. Jones, "and please
Send me the half that's got my keys."
. . .
We men have many faults.
Poor women have but two: —
There's nothing good they say
There's nothing good they do.
. . .
Time wastes our bodies and our wits;
But we waste Time, so we are quits.
. . .
There are several reasons for drinking,
And one has just entered my head:
If a man cannot drink when he's living
How the Hell can he drink when he's dead?
. . .
King David and King Solomon
Led merry, merry lives,
With many, many lady friends
And many, many wives;
But when old age crept over them,
with many, many qualms
King Solomon wrote the Proverbs,
And King David wrote the Psalms.
. . .
Whence comes it that in Clara's face
The lily only has its place?
Is it because the absent rose
Has gone to paint her husband's nose?
. . .
Scylla is toothlesse; yet when she was young,
She had both tooth enough, and too much tongue:
What should I now of toothlesse Scylla say?
But that her tongue hath worne her teeth away.
. . .
CRIME AND PUNISHMENT
I will not dance upon my ears,
I find it hurts my head;
Nor will I sleep on chandeliers
For I prefer my bed.
I cannot, will not live on oats
Nor eat those two-inch nails,
While I am forced to feed my goats
On aromatic quails.
I cannot for the life of me
Groe toadstools on my hat —
And as for mouse-traps in my tea
My patience ends at that.
O why must you torment me so
And cause me all this pain?
Cease! and I promise that I will
Not try to sing again.
(Alan Crick)
|
|
|