|
* * *
Деревьями от мира заслонён,
цел мир науки, крепок, не нарушен.
В лабораториях и коридорах сон,
а кто проснулся, те ушли наружу.
Мы ставим опыты, нам истина нужна,
жизнь миновала наш научный остров,
и ей от нас не нужно ни рожна,
а мы другого не умеем просто.
Тут как всегда по плану всё идёт,
вопросы люди задают природе,
и так ли важно, что который год
мы валуны на тихом мелководье.
Всё изменилось где-то там, вокруг,
а здесь средь буйной зелени навеки
застыла Академия Наук —
прекрасный сон о богочеловеке.
4.95.
* * *
И убыла былая сила.
Сидеть в потёмках и без свеч.
Уже качаются стропила
и ничего не уберечь.
«Прости» — какое это слово?
В нём повеление и боль.
Но не вели, когда ты сломан
и безнадёжно лжива роль.
Пустые окна потемнели,
шарахнул гром, и всё вокруг
в беспечных капель карусели,
в мотаньях деревянных рук.
Слепая слякоть с тёмным ликом,
и подведён итог дождю.
Летает ласточка. Чирикать
досталось крошке-воробью.
13.6.95.
* * *
В один из дней какого-нибудь года
душа оставит тело и уйдёт.
И, тёплая, холодная ль погода,
но этот день бывает каждый год.
Я каждый год однажды просыпаюсь,
и этот день, как всякий, дарит свет.
Кому потом в день этот вспоминаюсь,
в один из дней последующих лет?
4.11.95.
|
|