У озябшего костра грею иней стылых душ, Из унылого вчера голос глух их и досуж, Хрустом наста гул поленьев и ладонью по губам, Как печатью забвенья тайны сберегаютам. Пусто ли в суме дорожной? Есть огниво и стило, А вокруг тайга и горы, и следы уж замело. Снег кружится и рисует по буграм долины пух, И периной притупляет ориентир последний - слух. Лапы елей, запах хвои и ментола чистоты Небо травит белизною-резь в глазах и две слезы. Безмятежно. Ветра нету, только снег и серебро, Только память без ответа, что сюда нас завело. Встать, Стряхнув с походки хлопья хрусталем влаги воды, И наполниться зимою - вздох до ребер ломоты. Отлегло и улетело - снова ясность в голове, Пусть от груза ломит тело, зато духом налегке. Зато рядом те, кто верит, кто не бросит, не предаст, Кто из пропасти поднимет и последний шмат отдаст. Лапы елей, запах хвои и похлебки в котелке,- Здесь все искренно и честно, здесь я сам нужен себе.