Чулок? Я их у ней не видел сроду.
Вот выдумали глупую остроту!
В придачу - синий! Эдакие шутки!
Мороз был в эту зиму просто жуткий.
Какой чулок, когда кругом руины?
Кругом - снаряды, бомбы, пули, мины.
А тут - она, девчонка-канарейка,
Не по размеру ватник-телогрейка.
И сапоги таскала - сорок третий,
Поменьше не успели присмотреть ей.
И как она их, бедная, носила?
Откуда в ней была такая сила?
Неясно, чем душа держалась в теле,
Одни глазищи серые блестели.
Сама - как спичка, косы - как из пакли,
Насквозь горелым порохом пропахли.
Худая шея. Тоненькие руки.
А на прикладе - сорок три зарубки.
Солдат девчонка положила с роту,
Да только счету не вела им сроду:
Считала от фельдфебеля и выше...
Ну, нам-то ладно, мы к смертям привыкши.
Ну, нам-то ладно, с сердцем огрубелым,
А ей бы - на свиданье, в платье белом...
Зачем, зачем, скажите бога ради,
Она осталась в этом Сталинграде?
Ну, я-то ладно, нас, таких, до чёрта
Лежит без опознанья и учёта.
Так было надо, я и не в обиде.
А вот чулок я у неё
Не видел...