Аннотация: Хочешь стать государственной тайной? Серьезно? По-настоящему? Так это совсем несложно. Даже проще, чем разговорить незнакомого невидимку или убедить мальков замолчать хотя бы на минуту.
- Если хочешь, я сейчас уйду, - сказал невидимка.
- Не хочу.
Мальчишка сидел на самом краешке дивана, подобрав под себя ноги в несуразных сандалиях на длинных ремешках. Не самая современная обувь.
- Я не обижусь, честное слово, - сказал Рей. - Меня на самом деле ищут не очень хорошие люди.
- Из Империи?
Невидимка вздохнул:
- Из Империи, наверное, тоже. Кажется, меня все ищут.
Искандер вежливо подождала, не захочет ли гость рассказать что-нибудь еще, но невидимка продолжать разговор не собирался. Он добрался до телевизионного пульта и полностью сосредоточился на изучении незнакомой штуки с кнопками. Интересно, чем она ему казалась? Какой-то головоломкой? Тренажером для пальцев? Тайником для батареек?
А, впрочем, кто придумал, что империя обязательно должна быть отсталой и незнакомой с прогрессом? Тем более, империя, в которой любой мальчишка может запросто слетать на другую планету.
- Давай я включу телевизор, - Ника отобрала полуразобранный пульт, - а ты объяснишь, кто и зачем за тобой гоняется.
- Не стоит, - гость снова смутился. - Мне просто интересно, на что похожа ваша техника.
- Техника как техника, - сказала Ника, переключая каналы в поисках передачи, достойной представлять Землю инопланетянину, - самая обычная. А как ты по-русски говоришь? Переводчик такой?
Похоже, в два часа дня телевизор смотрели только дети, домохозяйки и иностранцы, желающие ознакомиться с мировыми новостями на родном языке. Отыскать что-нибудь научно-популярное никак не получалось, а демонстрировать гостю мелодрамы не хотелось.
- Да, - Рей выудил из-за ворота черный треугольник медальона, - вот.
Ника старательно сделала вид, что ничего не случилось. Что медальоны, которые умеют голографические экраны создавать, она каждый день видит и у нее самой на полке штуки три таких пылится. А вообще этих переводчиков в Заречном столько, что во всех городских школах уроки английского давным-давно отменили. Хотя... хорошо бы получить такое украшение на пару итоговых уроков.
Рей быстро перебрал какие-то настройки: на экране промелькнуло несколько строчек изящной вязи, - и протянул медальон Нике.
- Обычный, - сказал невидимка, - это мне дали, потому что коммуникатор я выбросил, когда...
По лицу Рея было видно, что он очень хочет придумать какое-нибудь окончание для предложения, но не может. И, по правде говоря, Нику мало заботило, почему он так запнулся на этой фразе. Гораздо важнее было понять, что изменилось в комнате, как только гладкий черный медальон с серебристым иероглифом на крышке оказался в ее руках. Какая-то почти незаметная мелочь, сущая ерунда, на которую и внимания-то обычно не обращаешь...
- Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун заявил о...
Ника вздрогнула. Диктор на экране неожиданно перешел с привычного английского на русский, ничуть не изменив ни голоса, ни скорости, ни интонации. Хотелось похлопать его по плечу и спросить, где он так здорово выучил английский и зачем так долго притворялся иностранцем.
- Как он работает? - спросила Ника и тут же сообразила, что Рей ее не поймет. Но невидимка совершенно спокойно ответил:
- Долго объяснять.
- Ты можешь говорить без него?
- Нет, я просто настроил активный перевод с твоего языка на этасский, мой родной. Пассивный, соответственно, со всех языков на твой. Можем так разговаривать.
Ника вернула переводчик и выключила осточертевшие новости. ООН, Ближний Восток и биржевые сводки - что пришелец подумает о Земле?
- Рассказывай.
- Ника, а этот ящик для картинки обязателен?
- Обязателен, - сказала бывшая начальница контрразведки. - Не отвлекайся.
- Ники... А давай я ничего не буду тебе рассказывать? Хочешь, я лучше починю тебе что-нибудь?
- Нет, - отрезала Ника. - Только рассказ. И что ты собрался чинить?
- Все, что хочешь! - обрадовался невидимка. - Я же конструктор. То есть, будущий, конечно, конструктор.
- И можешь абсолютно все починить?
- Ну... не совсем. Но здесь ведь и нет ничего сложного.
- Ничего сложного?
Эту породу мастеров на все руки Искандер прекрасно знала. Как известно, именно с небрежно брошенного "Да это же элементарно, Ватсон" начинались все неприятности несчастного доктора. А каждый затяжной ремонт в доме Журавлевых начинался либо с фразы "ерундовое дело", либо "не хватало еще мастера для такой мелочи звать".
- Ну да. Только с электроникой у меня не очень хорошо, лучше что-нибудь механическое.
- Часы подойдут?
- Механические?
- Механичней не бывает, - сказала Ника и пошла в спальню.
Для любого хвастовства есть предел, а после того как папины "Командирские" побывали на дне реки, о них сломал свое самолюбие уже не один часовой мастер. И каким бы конструктором ты не собирался стать, без всяких инструментов часы все равно починить не сможешь. Особенно, если два часа назад о существовании такой модели и не подозревал. Сам-то невидимка на левой руке таскал широкий черный браслет без всяких значков - наверное, просто как украшение.
Рей поражение признавать не торопился. Часы были тщательно обследованы снаружи и обмерены извлеченным из кармана маленьким угольником. Потом тем же угольником Рей удивительно легко подцепил крышку - раньше этот фокус с первой попытки никому не удавался - и углубился в изучение внутренностей. Преследователи могли сколько угодно шататься вокруг дома, загадочная Империя строить коварные планы, а Черныш устраиваться у него на коленях - конструктору не было до всех них никакого дела.
- Ты есть не хочешь? - спросила Ника. - Давай принесу что-нибудь.
Рей мотнул головой, тем универсальным движением, которое во всех странах и временах означало одно и то же: "делай, что хочешь, только ко мне не приставай". Потом он все-таки пробурчал что-то неразборчиво-отрицательное, и Ника решила, что гость не так уж и голоден, а оторвется от часов он не скоро. У него даже лицо стало жестче и взрослее - словно он наконец-то нашел занятие по себе и твердо знает, что делать дальше.
- Все, - неожиданно сказал Рей. - Держи.
Часы исправно тикали, и секундная стрелка ползла по циферблату. Папа будет доволен.
- Как ты их?
- Там одна деталь, - Рей поморщился, - не знаю, как называется, заржавела немного. Я ее вылечил и часы пошли.
Искандер посмотрела на стрелку еще раз. Значит, вылечил. Просто так пришел, - и все исправил. Бродяга в дурацких сандалиях и вывалянном в пыли летнем костюме, прилетевший с другой планеты.
- Так откуда ты?
- Какая разница?
- Из будущего?
Ника читала много книжек про счастливое будущее. Про мрачное и злое, впрочем, тоже попадались, но о счастливом писали больше. И, наверное, только в очень счастливом будущем появятся такие обыкновенные мальчики, способные взглядом вылечить "заболевшую" деталь. Искандер вовсе не собиралась нарушать никакие хронозаконы, проситься к Рею в гости или выяснять собственную биографию. Пусть только скажет, что никаких войн, катастроф и прочей дряни в будущем не будет - и больше ей ничего не нужно. Даже если он через тысячу лет жить будет, что-то он ведь должен был в школе изучать по истории?
- Нет, - удивленно сказал Рей. - С чего ты взяла?
- Ты совсем не похож на инопланетянина.
Невидимка аккуратно сдвинул с колен Черныша и встал.
- Ты же говорила, что у вас нет связей с другими планетами.
- Нет. Я просто думала, что...
А что там думать? Не признаваться же настоящему пришельцу, что всегда смеялась над книжками, где на других планетах жили точно такие же люди? И Ника похолодела от внезапной и очень простой мысли: а почему она решила, что Рей точно такой же? Может он вообще взрослый, только растет медленнее?
- Может где-то и живут не люди, а какие-нибудь другие существа, - задумчиво сказал невидимка, - только Путешественников они не интересовали. А на станциях живут только люди.
- На станциях?
- Ну да. Станции переходов. Вот представь себе граф.
Наверное, Рей учился в хорошей школе. Ника ходила на малый физмат, где о графах говорили, но для нее они так и остались кучей соединенных палочек и задачей о семи мостах. Еще где-то в глубинах памяти крутились такие странные словосочетания как Эйлеров и Гамильтонов путь, и она даже смогла бы их проложить, но никогда бы Искандер не пришла в голову мысль сравнить что-либо с графом.
- Вот ребра графа - это переходы, - Рей сложил ладони уголком, очевидно, пытаясь изобразить пересечение ребер. - А сами вершины - это станции. Твой город нечаянно построили как раз рядом с пересадкой, поэтому я здесь и оказался.
- Понятно, - кивнула Ника. - Так ты расскажешь, что с тобой случилось?
- Я не могу, - повторил Рей.
- Почему?
Искандер знала всего одну причину для безусловного молчания: чужая тайна. Но, наверное, после того как из-за этой тайны побудешь невидимкой, сбежишь на другую планету и поиграешь в прятки с подозрительными личностями - она уже станет не совсем чужой.
- Честное слово, тебе лучше обо мне ничего не знать.
Искандер пренебрежительно хмыкнула. Неужели ей попался любитель шпионских историй? Или сама Ника производит впечатление человека, который все разболтает в тот же день?
- Я никому ничего не расскажу. Хочешь поклянусь?
- Не надо, - Рей потянул короткие рукава вниз, прикрывая рубцы.- Не надо клясться и вообще будет лучше, если ты им сразу расскажешь все, что знаешь. А лучше всего, если ты совсем ничего знать не будешь. Понимаешь, им нельзя врать.
Ника подумала, что с погодой ему повезло. Угодил бы в Заречный в декабре - его бы сейчас совсем другие проблемы волновали. В легкой рубашке да в сандалиях... Вот бы пришлось преследователям поломать голову, изобретая благопристойную причину для такого вида.
- Кому им?
И, словно в ответ, противно заверещал дверной звонок. Кто-то нажал на кнопку слишком сильно и несколько секунд не отпускал. Тома? Закончился перец, а до прихода сына осталось две минуты?
К двери Ника на всякий случай прокралась на цыпочках и не пожалела об этом. Звонила, действительно, Тамара Васильевна, но...
Нехорошесть ситуации заключалась в том, что в панорамный глазок Искандер прекрасно видела еще двоих посетителей, стоявших в стороне. Кого-то в милицейской форме и того, слишком любопытного и вежливого преследователя со двора. В этом вся Тома. Ради безопасности своей "внучки" она запросто способна на всякий случай вызвать милицию, спасателей и уполномоченного по правам человека.
- Исчезай, - тихо сказала Ника, обернувшись. - Быстрее.
Бледный Рей беспомощно замер посреди комнаты и превращаться в невидимку не торопился.
- Я не могу.
"Спокойно, - приказала себе Ника. - Все образуется". Ерунда, что у Томы есть ключ, ерунда, что тот преследователь сразу же ее узнает , и ерунда, что им нельзя врать. Выход всегда есть, только иногда он бывает неудобным.
- Ты высоты боишься?
- Меньше, чем их.
Он еще шутит?
Искандер схватила кроссовки и за руку вытащила ничего не понимающего Рея на балкон: времени на объяснения им уже катастрофически не хватало. Конечно, придется оставить балкон распахнутым, но ничего необычного в этом не будет. Хозяйка вышла в магазин и оставила квартиру проветриваться. На четвертом этаже воров с улицы никто не боится.
А зря.
Неизвестный проектировщик домов этой серии был большим поклонником опрятного внешнего вида, и балконы на фасад вывел стройными колоннами. Стенка к стенке, только через ограду из декоративных кирпичиков перелезть - и ты уже в гостях. Большинство соседей давным-давно достроили стенки до самого потолка и заложили просветы, но Никиным родителям летом было не до ремонта. Навигация. Реку не бросишь.
- Перелезешь?
Рей молча поставил ногу на нижний ряд ограды. Перебирался он по-девчоночьи, поднимаясь по кирпичикам, но быстро, и Ника успела перемахнуть на соседний балкон до того, как Тома вошла. Отлично.
Искандер тихонько постучала по стеклу двери. Если Белый Генерал дома, то он услышит. А если он все еще объясняет малькам план действий - кого-то из них из игры пора выгонять. Или командир бездарен, или подчиненные за год стали совсем бестолковыми.
- Искандер! - на лице Генерала отчетливо читалось все, что он думает о подобных гостях. - А это тот самый?
- Тот самый, - сказала Ника, пропуская невидимку вперед. - Только я больше не Искандер, я в отставке. К тебе милиционер не заходил?
На "того самого" Рей не обиделся. Кажется, его сейчас вообще не интересовало ничего кроме штурвала на стене. Мишкин папа повесил его там на память о тех временах, когда он еще плавал простым капитаном, и всем рассказывал, что забрал его на память со своего первого теплохода. Ника-то отлично знала, что современные штурвалы выглядят совсем по-другому, но разрушать сказку не собиралась. Пусть Белый Генерал мечтает о белом теплоходе со старинным штурвалом в рубке.
- Нет, - уверенно сказал Мишка. - Я его во дворе встретил, он спрашивал, не видел ли я странного мальчика. А ты, правда, из дома сбежал?
- Не совсем. Ника... - Рей не договорил.
- Пиастр-р-ры! - донеслось из угла. - Сокр-р-ровища Флинта! Флинт - дур-р-рак!
- Попугай, - сказала Ника. - Не обращай внимания.
Флинта домой притащила Мишкина мама, но повторять за ней "Гоша хочет печенья" и "Гоша - дурак" он почему-то не захотел. Зато пиратские кричалки, которым его учил Генерал, он запомнил сразу же и подошел к ним творчески.
Сильверу бы понравилось.
- Ника, они догадаются, куда мы ушли.
- Вряд ли.
Ника и сама знала, что оставаться в гостях не лучший выход. У кого Тома будет спрашивать, куда запропастилась ее внучка? У Маши. Машу бабушка во время обеда к телефону ни за что не отпустит. Минут пять они с Ольгой Аркадьевной поругаются, а потом Тома пойдет стучаться к соседям.
- Вы от милиции прячетесь?
Ника подозревала, что к милиции преследователи Рея никакого отношения не имеют, но какая разница? Главное, что от кого-то они прячутся.
- Ага. От них.
- А что вы сделали?
- Украли код доступа к ядерной бомбе. Скажешь, когда они уйдут, ладно?
Мишка пожал плечами, всем своим видом демонстрируя, что он уже взрослый, серьезный и больше всего на свете уважает чужие тайны. Он абсолютно не интересуется подозрительными милиционерами, сумасшедшими бродягами и ядерными бомбами, но всегда готов помочь.
- Прости, - сказал Рей, - не знаю, как тебя зовут. Ты не можешь сказать, как выглядят эти люди?
- Милиция? - уточнил Мишка.
- Один из тех, что во дворе были, - сказала Ника. - Я его хорошо запомнила. А вот второй...
- Он не такой, да? - сказал Рей. - Ростом ниже, темноволосый и не загорел совершенно?
- Точно, - сказал Мишка. - А ты его знаешь?
Искандер только сейчас заметила, что сам невидимка для мая выглядит слишком загорелым. Как будто только вчера с моря вернулся или из августа прилетел.
- Не совсем, - Рей беспомощно посмотрел на Искандер. - Это... Ники, тебе лучше пойти и все сейчас им рассказать. Или лучше, наверное... давай, я сам к ним выйду. Все равно теперь уже не убежать.
- Это еще почему?
Приключение вильнуло хвостом и чуть было не закончилось раньше времени.
- А что делать?
- Ждать, - пожала плечами Ника. - Когда-нибудь они уйдут, и мы вернемся. Останешься у меня ночевать.
- Спасибо, - сказал Рей. - Только тогда получится, что ты помогаешь преступнику.
- А я что делаю? - спросила Ника. - Можно сказать, только этим и занимаюсь.
Невидимка улыбнулся грустно и совсем непохоже на себя самого. Как будто после появления человека в милицейской форме что-то в нем окончательно сломалось. Билли Бонс, повстречавший Слепого Пью. Сильвер, увидевший пустой тайник. Джим Хокинс, наткнувшийся на пиратов в совершенно безопасном и почти родном блокгаузе.
Заскучавший от безделья Мишка сбегал к двери и доложил, что все в порядке, 'все пошли вниз, и Тома тоже'.
- Точно ушли?
- Точно. Я до самого низа слушал, как они спускались.
- Тогда мы тоже пойдем, - сказала Ника. - И предупреждаю, если я еще раз услышу о планах сдаться, я поступлю с изменником по законам военного времени.
Рей прикусил губу и, не оглядываясь, пошел в прихожую. Глупая получилась шутка, и Ника готова была извиниться, если бы ее не задержал Мишка.
- Смотри, - на ладони Белого Генерала лежал браслет. - Я на балконе нашел. Между цветочными горшками. Не твой?
"Вот растяпа", - философски подумала Ника. Браслет оказался тяжелым - даже непонятно, как его потерять незаметно можно было. И руку он обхватывал плотно, только-только пряжку застегнуть.
Пряжку? Искандер беспомощно попыталась сдвинуть "язычок" хоть на миллиметр. Безнадежно. Сниматься браслет не желал.
- Каррамба, - печально сказал Флинт, и Искандер полностью с ним согласилась.
- Ники!
Проклиная все браслеты и всех конструкторов мира, Ника подняла капкан почти на плечо, под рукав футболки: слава Винеру, застегнутый он почему-то начинал растягиваться. Вряд ли Рею понравится, что вещь, от которой он так хотел избавиться, заботливо подобрала его спасительница. А случайно потерять такую ловушку совершенно невозможно.
- Ники, что-то случилось?
- Ника, - поправила Искандер.
- Извини. Я ведь не знаю, как у вас будет дружеское имя. Или мне нельзя тебя так называть?
- Можно.
Искандер уже звали Колькой, Ником, Македонской, Николенькой и Зуль-Карнайн - что ей еще одно имя? Если не прислушиваться, от обычного и не отличишь.
- Между прочим, теперь ты мне уже можешь обо всем рассказать. Все равно главное я уже знаю.
- Что?
Искандер вытащила ключ и вспомнила, как Рей им заинтересовался в прошлый раз. Замок, телевизор, часы... Здорово, наверное, когда с детства знаешь, кем будешь, и не отвлекаешься на всякую ерунду. Жизнь шестиклассницы Журавлевой пока, кажется, состояла исключительно из ерунды.
- Что ты инопланетянин. Так что все остальное уже несерьезно.
- А у вас запрещено общаться с инопланетянами?
Теперь задумалась уже Ника. Что тут ответишь? Нам разрешено, только лучше не рассказывать об этом родителям, врачам и просто разумным людям. Вот придти сейчас к Маше и сказать ее маме: "Марина Викторовна, познакомьтесь, это инопланетянин. Кажется, ему нужен врач".
Впрочем, Марина Викторовна - это неудачный пример. Когда в детстве Маша придумала, что у нее под кроватью живет ручной ежик, мама сама посоветовала налить для питомца блюдечко молока. Услышав об инопланетянине, доктор Крымова только всплеснет руками и предложит гостю отдохнуть после долгой дороги. А потом перевяжет ссадины, накормит обедом и напомнит Рею позвонить родителям, чтобы те не волновались.
А не пойти ли, и правда, к Марине Викторовне?
- Никогда не слышал о закрытых мирах, - сказал невидимка. - Я теперь совсем не понимаю, чем занимается Кристэль.
Искандер нестерпимо захотелось что-нибудь разбить. Или сделать еще что-нибудь такое, чтобы Рей забыл о рассудительности и научном любопытстве. Получается, о Кристэле ему говорить можно, о закрытых мирах - можно, а о том, что он сделал - нет?
- Наверное, они все-таки открыли пересадку, - невозмутимо продолжил Рей. - Не представляю, что еще им здесь делать.
Искандер глубоко вздохнула и досчитала до пяти. Сейчас она объяснит этому будущему конструктору все, что думает о его тайнах. И если он еще хоть слово скажет о страшных опасностях...
- Отцу бы здесь понравилось, - Рей шагнул в гостиную и, пошатнувшись, медленно осел на пол.
- Ри! - крикнула Ника, и тут же увидела в углу комнаты того самого темноволосого милиционера с непонятной блестящей штукой в руках. Что-то острое впилось в плечо, и начальница контрразведки рухнула на любимый мамин ковер.