Испанский художник Антонио Паломино сказал об Эль Греко в 1724 году:
"То, что он делал хорошо, никто не делал лучше.
То, что он делал плохо, никто не делал хуже!"
В принципе, такое можно сказать о многих творцах.
Основополагающие постулаты.
1. Нет ничего такого хорошего, чего нельзя было бы улучшить. (За исключением шедевров)
2. Нет ничего такого плохого, чего нельзя было бы ухудшить. (За исключением антишедевров - абсолютно бездарных творений)
3. ВСЕ люди-творцы являются только слабыми смертными существами, а не запрограммированными лишь на шедевры роботами, и посему очень многие их творения несовершенны и часто нуждаются в изменениях-улучшениях.
Остальные посылки из двух первых - нет ничего такого хорошего, чего нельзя было бы ухудшить и нет ничего такого плохого, чего нельзя было бы улучшить - ввиду их тривиальности в постулаты не включены.
В науке, технике, военном деле, законодательстве и даже в спорте и развлечениях - данные постулаты Улучшистики используются с незапамятных времён без всяких упоминаний о них. Обходятся без постулатов и разрешений. Что-то требует изменения или улучшения - и его изменяют или улучшают!
Улучшистика же обращается к той сфере человеческой деятельности, которая как раз старательно ИЗБЕГАЕТ приложения вышеупомянутых принципов - к искусству! (См. Мои заметки "Искусство-- как вечно живое кладбище", "Можно ли изменять произведения автора", "Сходство и различие между наукой и искусством")
В искусстве с таких же незапамятных времён действует молчаливо принятый идиотский принцип:
Нечто, единожды созданное неким автором-творцом, никаким улучшениям и изменениям не подлежит!
Неприкасаемо, как секта париев! Как древнеегипетские мумии! Как труп, эксгумации не подлежащий!
В действительности же это "правило" существует лишь для потребителей искусства. Сами же творящие очень свободно обращаются с плодами трудов коллег прошлого и настоящего. Не будущего, разумеется, ибо невозможно улучшать или изменять нечто, ещё не появившееся или неизвестное. Что, однако, станет возможным с внедрением в широкую практику "машин времени".
Почему такая разница в подходе между массой "потребителей" искусства и создателями произведений?
Тут разница в подходе к искусству. Потребитель смотрит на сотворённое кем-то как фетишист, исходно и догматично считая это НЕЧТО чуть ли творением Божьим. И потому неприкасаемым.
"Моцарт и Сальери".
.................................
Старик играет арию из Дон-Жуана.
Моцарт хохочет.
Сальери
И ты смеяться можешь?
Моцарт
Ах, Сальери!
Ужель и сам ты не смеёшься?
Сальери
Нет!
Мне не смешно, когда маляр негодный
Мне пачкает Мадонну Рафаэля,
Мне не смешно, когда фигляр презренный
Пародией бесчестит Алигьери.
Пошёл, старик...
Вот тут странность: Прав ли Сальери, каким его изображает Пушкин.
Вроде бы прав: "Маляр негодный" не может "улучшить" Рафаэля. Лишь "ИСПАЧКАТЬ",
"Фигляр презренный" не может добавить к "Божественной комедии" что-то своё, незаурядное. Лишь "Пародией бесчестить Алигьери".
Но, одновременно, от этих слов Сальери веет потребительским идолопоклонством: Руки прочь от произведений гениев! А ведь он сам - ТВОРЕЦ и не бесталанный!
Здесь, наверно, необходимо выполнение некого условия: Улучшист обязан быть по крайней мере столь же талантлив или близок по одарённости к Автору? Трудно сказать. Заметить неудачу талантливого создателя может и человек с достаточно средними способностями. И даже улучшить это.
Классическим примером, на мой взгляд, бездари, тщащейся что-то сказать о гении (реальном или выдуманным) являются многочисленные книжки, посвящённые жизнеописанию "великих людей". А равно и выдуманных, но страсть как талантливых, по замыслу автора, героев. Тут прямо напрашивается упоминание романа Германа Гессе "Игра в бисер". Действие происходит в Швейцарии после Третьей Мировой Войны. И в нём описывается некий герой - незаурядный талант! Но читаешь этот роман, ждёшь, ищешь и НИЧЕГО НЕТ! Гессе нам назойливо, чуть ли не на каждой странице навязывает определение героя, как некого очень одарённого человека. А мы, читатели, никакого его таланта и особых способностей не видим. Сплошные декларации о гениальности БЕЗ малейшего подтверждения этой аксиомы. Примите, "Храждане", на веру! Ежели я, автор - Герман Гессе, утверждаю, что мой герой - нечто незаурядное, то и вы должны проникнуться этой мыслью.
А мне - не проникается!
Нельзя бездари писать о таланте! Неважно, реальном человеке или выдуманном герое!
Другой пример - М.А.Булгаков "Мастер и Маргарита". Замахнулся на богатую и великую, можно сказать, тему:
Дьявол являет свой лик людям в Советской России. При наличии таланта, могло бы получиться впечатляющее полотно чуть ни космического масштаба. А у Булгакова получился Дьявол - базарный скоморох с волландовскими дешёвыми фокусами и банальными рассуждениями. И его чуть ли не автобиографическое (олицетворение себя -- страдальца писателя в Совдепии с Христом) - роман в романе о смерти Христа - это лишь популярный пересказ канонических текствов из Нового Завета.
Сравнить с гениально написанными двумя романами Ильфа и Петрова. "Великий комбинатор" - действительно велик!!! Недаром сталинские святоши-ханжи с такой злобой нападали на эти романы! "Хто Херой, товарищи, жулик и проходимец! А хде "настоящие советские люди"??? Дураки и невежды, которых этот жулик с лёгкостью объегоривает! Ату его и авторов заодно!"
Творец -- человек, слабый и смертный, знает по опыту: Не боги горшки обжигают, а люди, его коллеги и соперники в искусстве. Все творения созданы им и его, творца, предшественниками и современниками. Потому его отношения к своим и чужим произведениям - практичное и трезвое, без всякого дурмана и идолопоклонства.
Примером этого является давнее многолетнее соперничество двух выдающихся скульпторов и архитекторов Барокко: Джан Лоренцо Бернини и Франческо Борpомини (Кастелли). Церковь Санта-Аньезе на Пьяцца Навона в Риме и фонтан на ней. Это уже не "Улучшистика", а длительная конкуренция за внимание пап и изобразительный сарказм. Фасад церкви спланирован и частично построен Борромини. Бернини высмеял эту постройку Борромини, создав на этой же площади фонтан-скульптурную группу. Как раз напротив церкви. Одна из статуй в ужасе прикрывается руками, как бы защищаясь от вида этого фасада или из боязни, что башенки Борромини рухнут на неё.
Нет никакого обожествления произведения искусства, а лишь ироническая ухмылка Бернини в адрес Борромини. А ведь ОБА были незаурядно талантливыми зодчими!
(В принципе, другими словами и по вроде бы другому поводу, я писал о том же в статейках "Эйнштейн едет в Японию" и "Крылья, вместо мастерка каменщика". Там это относилось к методу обучения молодых людей и там тоже проповедовался трезвый прагматичный подход создателей-творцов идей и гипотез, вместо языческого поклонения тотему. Обучение мышлению - не есть строительство в сознании стен догм, баррикад запретов и дворцов - храмов неких окаменевших теорий. Мышление человека должно быть подобно крылу птицы или самолёта и оно должно управляться приказами хозяина так, чтобы набегающие струйки нового знания непрерывно поднимали это крыло вверх - в высоты собственного творчества.)
Применительно к "творениям" искусства, как деятельности людей по созданию ФОРМ, в которые засыпается один и тот же по сути песочек Содержания (Обычные биологические переживания под девизом: "Плодитесь-размножайтесь"): Поэзии, Прозе, Музыке, Живописи, Скульптуре, Архитектуре, Хореографии и всем другим ветвям "ФОРМОТВОРЕНИЯ", Улучшистика может и должна применяться. Ибо в ней есть третий и самый важный постулат:
Сами создатели - лишь слабые, смертные существа - люди, подверженные всем возможным человеческим страстям, редкому вдохновению и часто полному его отсутствию, догмам, предрассудкам, суевериям, зависти, ненависти, любви, страху и пр. Если сам Господь Бог так ошибся, создав из праха человека, то что уж сказать об этих убогих его творениях?!
"Мы всего боимся, как и полагается смертным. И всего хотим, как будто наделены бессмертием"
Герцог Франсуа де Ларошфуко
Примеры действия Улучшистики:
Нет, жив Дантес, он жив опасно.
Жив вплоть до нынешнего дня.
Ежеминутно, ежечасно
Он может выстрелить в меня.
Н.Доризо
Александр Иванов написал отличную пародию на этот стих.
Санкт-Петербург взволнован очень
Разгул царизма. Мрак и тлен.
Печален, хмур и озабочен
Барон Луи де Геккерен.
Он молвит сыну осторожно:
"Зачем нам Пушкин? Видит Бог
Стреляться с кем угодно можно,
Ты в Доризо стрельни, сынок!"
С улыбкой грустной бесконечно
Дантес взирает на него:
"Могу и в Доризо, конечно,
Какая разница, в кого.
Его лицо вдруг исказилось
И прошептал он, как во сне:
"Но, кто тогда, скажи на милость,
Хоть словом вспомнит обо мне?"
Пушкин:
В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскалённой,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит - один во всей вселенной.
Раскаленной или раскалённой?
Вселенной или вселённой?
Ведь мог Пушкин написать:
В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зной впитавшей денный,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит - один во всей вселенной.
Схожее:
Гляжу ль на дуб уединённый,
Я мыслю: патриарх лесов
Переживёт мой век забвенный,
Как пережил он век отцов
Уединенный или уединённый?
Забвенный или забвённый?
Опять же, мог бы написать:
Гляжу ль на дуб, в веках нетленный,
Я мыслю: патриарх лесов
Переживёт мой век забвенный,
Как пережил он век отцов.
Окуджава
Где-то плачет наш Мартынов
Поминает кровь,
Он уже убил однажды
Он не хочет вновь.
"Мартынов - однажды" не очень рифмуются.
Мог бы:
Где-то плачет наш Мартынов
Поминает кровь,
Он уже убил и ныне,
Он не хочет вновь.
Но судьба его такая,
И свинец отлит,
И двадцатое столетье
Так ему велит.
"Такая -столетье" тоже, музыкально не очень консонируют.
А мог бы:
Но судьба его такая,
И свинец отлит,
И столетья воля злая
Так ему велит.
Ведь поэтов убивают не только в девятнадцатом и двадцатом столетьях!
"Лебединое озеро" Петипа, Фокина или Дягилева и вообще, в хореографии гораздо больше возможностей для новаторства, чем в других видах искусства. Далеко небездарным считаю превращение оперетты "Моя прекрасная леди" (она сама - музыкальное переложение пьесы Бернарда Шоу "Пигмалион", который тоже "переложил", осовременив древнегреческий миф о скульпторе Пигмалионе) в БАЛЕТ!!! Вот это поразительно! Ну, как, скажите, уроки фонетики профессора Хиггинса показать внемую, жестами, балетом??? Оказывается, при наличии таланта и это возможно - красивым и грациозным или коряво-нелепым танцем!!! Талантливая Улучшистика или Новаторство!!!
Из романа, повести, рассказа нередко делается пьеса или кинофильм. Особая статья - переложение литературы на музыку - опера, балет, симфоническая сюита и т.д. Когда Верди сочинил свою гениальную оперу "Риголетто", Виктор Гюго, написавший пьесу "Король развлекается", встретив Верди, сказал ему: "Вы испортили мою драму!"
На что Верди ответил: "Я её обессмертил". Конечно, прав не глупо-чванливый Гюго, а Верди. Его опера уже полтора столетия ставится во всех оперных театрах мира! А кто и где смотрит сейчас эту пьесу Гюго?
Так же и с "Травиатой", по достаточно посредственной повести Александра Дюма-сына "Дама с камелиями". Так же и "Пиковая дама" Чайковского по средненькой повести Пушкина.
Самые мумифицированные виды искусства - это живопись, скульптура и архитектура.
Как их реанимировать? Хотя бы, делая копии и в них добавляя к оригиналу или изымая из него "лишнее", по методу Микеланджело: "Беру глыбу мрамора и удаляю всё лишнее".
Но и там можно добавить, если не улучшить, нечто интересное и даже забавное: Мона Лиза с котом на коленях, Лаокоон, оплетённый перфолентами - видел в одном журнале такую остроумную пародию на знаменитую скульптурную группу "Лаокоон и его сыновья", обвитые змеями.
Вот, и сам я нынче в недоумении:
Что же получается, создал я новую науку "Улучшистику", или она уже существует сотни и тысячи лет без моей великодушной помощи?
17 XII 2013