Сырые цепи сжимают мне руки,
Стражи за дверью умирают со скуки.
Темнота прерывает мой вздох,
А сосед мой, собака, кусает блох.
Я сижу, и в душе просыпается зверь,
Как котенок царапает прочную дверь
Между разумом и безрассудством.
Я сижу, а в сердце так пусто.
Говорят, нельзя терпеть долгие муки,
А сырые цепи сжимают мне руки.
Черный ворон воркует на крыше,
Палачи стали доски сбивать чуть тише.
Я сижу, и в душе просыпается зверь,
Как котенок царапает прочную дверь
Между разумом и безрассудством.
Я сижу, а в сердце так пусто...