Под рваною марлею перистых облаков
на тёмной грунтовке небрежным пятном луна.
А в сердце художника шторм иногда таков,
что лунные пятна стирает он с полотна.
Из сумеречных гостиных и чердаков
следим, не проступит ли вновь на холсте луна.
А мир наш, возможно, рассчитан на чудаков,
взирающих на великое из окна.