Под звон бокалов, плеск речей,
как фантастические рыбки,
порхали алые улыбки
в лучах трезубцев и мечей.
Запойный ветер рвался в зал,
давно пресытившись простором.
И над столовым мельхиором
сияли губы и глаза.
Плыла тяжелая луна
в лохмотьях туч, сырых и липких.
В бокалах красного вина
кармином таяли улыбки.
Пир завершился между тем.
И расходились пары-группки,
и затихали рыбки-губки
на лицах женщин в темноте.