Нужна ей была только малость -
тепло и покой обрести.
А что ей еще оставалось:
быть крепко зажатой в горсти
у рока?
И жажды боялась.
И чуяла: дело к грозе.
И падала на одеяло.
И жестких, убойных газет
страшилась.
Но что - бесконечно?
Была совершенно одна
и вот улетела навечно
за пластик большого окна...
И сразу закончились муки
жестоко запуганной мной,
осенней застенчивой мухи,
влетевшей случайно в окно.