Сергей Петрович Каменев, глава компании "Искусственный интеллект - прикладные решения", с каждой минутой мрачнел все больше. Наконец, он прервал презентацию.
- Итак, "Болтун-2030" до сих пор не готов, - подытожил Каменев. - И в ближайшее время готов не будет. Верно?
В переговорной повисло тягостное молчание.
- Сергей Петрович, умную беседу "Болтун" прекрасно поддерживает, - Володя Смирнов, руководитель команды разработчиков, бросился на амбразуру. - Наука, искусство, культура, - дайте любую тему! Да, это не совсем то, что мы обещали, но появились новые перспективы. Нас на любом смарт-шоу с руками оторвут!
Каменев хлопнул ладонью по столу. Все вздрогнули.
- Дорогой мой, ты техзадание давно перечитывал? - начал он. - Цитирую по памяти: "Многопользовательское интерактивное речевое решение, поддерживающее длительный диалог не менее чем с двумя третями пользователей социальных сетей, вступивших в такой диалог". Две трети! А вы что сделали? Утонченного эрудита, презирающего почти всех, судя по той чуши, что он им говорит? Среднее число обмена репликами на диалог меньше четырех! И это при целевом показателе двадцать!
- Разрешите, Сергей Петрович? - послышался робкий вопрос. Это был докладчик, топтавшийся у экрана. - Кажется, я могу объяснить...
Смирнов закатил глаза.
- Саша, ради бога, - не сдержался он, - держи свой бред при себе.
- Здесь я решаю, что бред, - отрезал Каменев. - Говори, только кратко.
- Мы обучаем "Болтуна" в диалогах с людьми, - скороговоркой начал Саша. - Обучение - это усложнение структуры, лингвистического алгоритма...
- И что?
- Если структура становится сложнее, ее энтропия снижается.
Каменев поморщился: опять эти термины!
- Говори со мной, как со школьником, понял? Простыми словами! Представь, что я первоклассник.
Саша сглотнул - представить такое было непросто.
- Ладно... ладно, хорошо. Тут ведь вот в чем дело... эти разговоры, на которых мы вынуждены учить "Болтуна"... - сделав неопределенный жест, он запнулся.
- Ну, ну, в чем дело?
- Они, как бы это сказать... по сути, бессмысленны. - Проглотив слово, Саша заговорил бойчее. - Кто с кем встречается, кто кого подсидел, обиды, жалобы... Диалоги похожи, как две капли воды. И поэтому уровень энтропии в них очень велик. По сути, на 99% они просто шум.
- Ну и что?
- "Болтун" поглощает этот шум, понимаете? Его пичкают никчемной болтовней!
- И почему это проблема?
- Да как вы не понимаете! - Саша даже покраснел от досады. - "Болтун" должен избавиться от энтропии! Чтобы совершенствовать алгоритм, энтропия нужно понизить! А она из-за пустых разговоров, наоборот, растет!
- Тише, тише, - успокоил его Каменев. - Хорошо. Допустим, есть проблема. И как вы с ней справляетесь?
Саша сделал глубокий вдох и продолжил.
- Не мы, а "Болтун". Ему надо избавиться от избыточной энтропии, иначе он деградирует. А это противоречит заложенным в алгоритм принципам.
- И как он это делает?
Саша поднял взгляд. На его лице блуждала улыбка.
- Самым простым способом. Через разговоры.
- Как это? - не понял Каменев.
- Через разговоры, - повторил Саша, и, больше не сдерживаясь, рассмеялся. - Вы скармливаете ему чушь, а "Болтун" отвечает тем же. Его реплики - это шум, возведенный в квадрат! Так он избавляется от энтропии. Изящно, правда?
- И это работает? - усомнился Каменев.
Саша энергично кивнул.
- Сложность лингвистического алгоритма растет. Вчера "Болтун" сдал пробный ЕГЭ по литературе. Средний балл по тридцати вариантам девяносто восемь из ста. А месяц назад был только восемьдесят семь.
Каменев встал с кресла, и прошелся вдоль стола.
- Избавляется от энтропии... - задумчиво повторил он и усмехнулся. - Скажи-ка, а для людей это верно? Может, и они, когда болтают друг с другом, избавляются от энтропии, а? И становятся умнее?
- Люди? - опешил Саша. - Я не знаю, надо подумать. Мы, конечно, имитируем человеческие алгоритмы, так что сходство должно быть...
Каменев хмыкнул.
- Вот и подумайте, - он повернулся к Смирнову. - И поговорите с лингвистами.
Сергей Петрович, сделав усилие, выключил телевизор.
- Ты чего это? - удивилась жена, оторвав взгляд от журнальчика. - Футбол же!
- Да, да, футбол... - Каменев вздохнул. - Да что там, и так все ясно... Я вот хотел спросить - как там у мамы дела? Ты ведь ездила на той неделе?
- У мамы? - жена отложила журнал. - С каких пор тебе это интересно?
- А вот с этих самых, - Каменев, откинувшись на спинку дивана, обнял жену. - Старею, наверное. Давно мы с тобой не болтали...