Федоров Олег М.. Тетрадь сорок пятая Дневник Тринадцатого Императора

Тетрадь сорок пятая Дневник Тринадцатого Императора

(1872 год, интересные события на Востоке и не только там).

Историческая справка

Эдуард VII (англ. Edward VII) (родился 9 ноября 1841, Букингемский дворец, Лондон -- умер 6 мая 1910, там же) -- король Великобритании и Ирландии, император Индии c 22 января 1901, австрийский фельдмаршал (1 мая 1904), первый из Саксен-Кобург-Готской (ныне Виндзорской) династии.
Старший сын королевы Виктории и принца-консорта Альберта Саксен-Кобург-Готского. Вступил на престол в 59-летнем возрасте, был самым пожилым принцем Уэльским в истории Британии.
Принц Уэльский женился 10 марта 1863 года на Александре, принцессе Датской (1 декабря 1844 -- 20 ноября 1925), сестре русской императрицы Марии Фёдоровны (Дагмар), но наследный принц ни в коем случае не остепенился.
Именно с этого времени, Эдвард приобрел репутацию плейбоя. Объявив о решении приобрести некоторый армейские опыт, Эдвард принял участие в маневрах Ирландии, в ходе которой он провел три ночи с актрисой Нелли Клифдена, которая была спрятана в лагере его сослуживцев.
Берти много путешествовал, он объездил Ближний Восток, был на Американском континенте, посетил Британскую Индию.

Путешествия не мешали ему иметь любовниц на протяжении всей своей семейной жизни. Он общался с актрисой Лилли Langtry, леди Рандольф Черчилль (родилась Дженни Джером, она была матерью Уинстона Черчилля), Daisy Greville, графиней Уорвик, актриссой Сарой Бернар, Леди Сьюзен певица Гортензией Шнейдер, проституткой Джулией Beneni (известной как "La Barucci") богатой вдовой Кейзер Агнес и Алиссой Keppel.
Один из правнучек Алиссы Кеппель, Камилла Паркер-Боулз, стала любовницей, а затем женой Чарльза, принца Уэльского. Исследователи его жизни предполагают о наличии по крайней мере пятидесяти пяти внебрачных связей.
Эдвард никогда не признавал любых внебрачных детей. Его жена Александра, как полагают, была осведомлена о многих его похождениях, но старалась поддерживать с этими женщинами ровные отношения.

Николай Карлович Гейслер, основатель приборостроительного завода, родился в Санкт-Петербурге 2 января 1850 г. в семье выходцев из Германии. Отец со дня своего рождения жил в Санкт-Петербурге, имел небольшую мастерскую. С детства Н.К. Гейслер помогал отцу и постепенно научился слесарному делу. Днём работал, вечером учился в телеграфной школе. С окончанием телеграфной школы и за хорошие успехи в телеграфной технике Н.К. Гейслера назначили старшим механиком телеграфа.
Ян Спаре, талантливый электромеханик и друг Николая Гейслера, один из инициаторов создания мастерской, впоследствии ставшей заводом "Н.К. Гейслера".

Двести сорок восьмая запись в дневнике Е.И.В. Николая Второго

( Ещё одна загадка для атташе Кутайсова, Лондон, начало июня 1872г.)

От последней технической корректировки подготовленного отчета по состоянию британских вооружений и перспективам их развития в свете итогов малых войн и конфликтов российского военного агента (атташе) отвлёк его старый слуга, прибывший вместе с ним из России.

- Ваше сиятельство, там внизу какая-то таинственная, важная дама желает вас видеть.
- Приглашай даму в гостиную, я сейчас спущусь.

Русский граф Кутайсов Павел Ипполитович перебирал в памяти всех своих знакомых женщин. Странно, кто бы это могла быть? Положение военного атташе в стране вероятного противника требовало в вопросе выбора женского пола серьёзного подхода. Со времён Древнего Рима именно через женщин в постели враги получали нужную информацию. Так ничего определённого и не вспомнив, Павел Ипполитович спустился вниз в гостиную.

В кресле у окна спиной к свету сидела молодая женщина возрастом около тридцати лет. Лицо её прикрывала лёгкая вуаль, но скрыть черты знаменитой театральной дивы она не могла.

- Мадемуазель Бернар? Добрый день, какими судьбами?
- Простите, но откуда вы меня знаете?
- Люблю театр, думаю этим всё сказано.

- Интересно, значит хотя и лестно, и приятно, однако как я просчиталась, думала, что лёгкой вуалетки будет достаточно. Ведь это Лондон, а не Париж.
- Ваша театральная звезда уже давно пересекла английский канал и, думаю, здесь вы известны не меньше, чем во Франции.
- Простите, дорогой граф, но у меня к вам поручение. Секретное поручение!

Вот оно, похоже сейчас начнётся очередная британская провокация с участием известной актрисы, которая устроит скандал, набегут репортёры, потом не отмоешься. Посетительница, напротив, не пробовала скандалить, а внимательно оглядела гостиную и, убедившись, что кроме них в ней никого нет, произнесла:

- Мне необходимо звонить в Санкт-Петерсбург с вашего телефон и говорить с Государь Император Николай.

Эту фразу она произнесла по-русски, немного погрешив грамматикой, но весьма разборчиво. Что же ей ответить? Беспокоить государя из-за прихоти актриски - нонсенс. За такое можно и по шапке получить и поделом, между прочим.

- Простите, мадемуазель Бернар, но это никак невозможно.
- Мне, естественно, невозможно. Говорить хочет Берти, ах, простите, принц Уэльский - Альберт.

Значит слухи о похождениях принца не безделица, так что же мне делать? Набрать приёмную государя не проблема, но его может не оказаться на месте. Скорее всего так и будет, он редко бывает в Зимнем дворце. Значит надо заранее обусловить время разговора. Видимо так думал и принц Альберт, потому что Сара Бернар перейдя снова на английский, произнесла:

- Я понимаю, что вот так сразу разговор не получиться, Берти (сейчас она уже не пыталась исправляться) когда инструктировал меня, сказал, что надо договориться о времени звонка и тогда он сам приедет к вам, ваше сиятельство. Вот номер телефона, по которому он будет ждать сообщения.

- Хорошо, мадемуазель Бернар, я попробую, но ничего не обещаю. Поймите меня правильно.
Секунду помедлив, (чёрт их знает власть предержащих), граф добавил:

- Впрочем, перезвоню в любом случае.
- Благодарю вас, ваше сиятельство. Досвидания.

С этими словами актриса, как летняя стрекоза, легко поднялась из кресла и резко упорхнула, проскочив в открытую дверь мимо ошарашенного слуги. На улице её ждал кэб, хотя, судя по элегантной отделке его кузова, явно не наёмный.

( Центр Российского ВПК, на Ладоге резиденция Е.И.В., июнь 1872г.)

Люблю этот полигон, тут даже устроена одна из моих резиденций. Поскольку часто здесь бываю, то мои рабочие визиты обходятся без ненужного шума и помпезности. Единственно молодые курсанты иногда пялятся на Государя Императора, когда я инспектирую новые объекты или знакомлюсь с результатами очередных испытаний прямо в "поле". Это не страшно, со временем и они привыкают, да и я с адъютантами в полевой форме и охраной стараемся не привлекать особого внимания.

Сегодня мы наблюдали, анонимно естественно, за эволюциями "потайных" судов, совершаемых нашими ирландскими союзниками. Имея перед глазами программу учений и сравнивая её с натурой, я остался доволен. Не знаю, к каким выводам придёт их главный наставник - ирландец Джон Филип Холланд, но я уверен, что подготовка идёт успешно. Пожалуй, с будущего года их можно будет отпустить в самостоятельное плавание в Ирландском море.

Следующий бросок к Алексею Павловичу Давыдову. После сделанной подсказки о применении в измерительной системе управления артиллерийским огнём (СУАО) вращающихся трансформаторов он дал волю своей фантазии и хорошо раструсил мои "непредвиденные", хранящиеся у Рейтерна.
В Шлиссельбурге выстроена большая акционерная фабрика, на которой заправляют Ян Спаре и молодой механик Николай Карлович Гейслер. Это производство изготавливает большинство слаботочных электромеханических поделок, специальных реле и прочих конструкций систем Давыдова, а также такую диковинку как 400-хсот герцовые генераторы для измерительных цепей.

Тихонько прохожу в конференц-комнату, где происходит совещание. Работает проектор, освещение затемнено, на меня никто не обращает внимания, все увлечены докладом. Выступает сам Алексей Павлович, он останавливается на результатах стрельб "Жемчуга", на котором установлен центральный автомат стрельбы как и на линейных крейсерах, но оснащённый тремя дальномерами с базой восемь метров.
Не буду перечислять всех выступлений, наиболее интересно было послушать как "прессовали" Фёдора Фомича по поводу кратности дальномеров. Все единодушно требовали довести её до пятидесяти. (В той истории их вообще приходилось покупать). Петрушевский слушал спокойно и только что-то записывал. Наверное прикидывает, сколько будет стоить такое устройство.

Потом перешли к устройству нового ЦАСа, там уже вместо коноидов применены вращающиеся трансформаторы и несколько десятков герметичных реле.... Началось бурное обсуждение, первую скрипку играл Краевич. Затем Константин Дмитриевич передал эстафету Боргману а Иван Иванович дал пас на Геккеля. Бедный Александр Иванович вернул "мяч" Давыдову и Алексей Павлович довёл до сведения участников результаты стрельб крейсера-разведчика.
Результаты стрельб вызывали уважение, на дистанциях 65-70 кабельтовых процент попаданий шести дюймовых орудий приближался к семи.... Я ожидал аплодисментов и бурных оваций, но ошибся.

Поднялся каперанг из МТК ведомства Краббе, он сидел справа, был незаметен и вдруг начал вещать о том, что такие приборы нигде не применяются. ".... он видел вращающиеся трансформаторы, но не видел чтобы они крутились...и вообще всё это похоже на надувательство. - Что касается торпедных стрельб залпом с растворением три градуса. - Мы за один раз выбрасываем дорогостоящие секретные боеприпасы без стопроцентной уверенности в поражении целей - это не допустимо! Если всё так просто можно устроить, то почему в Британии или во Франции такого никто не придумал! Почему за границей этого нет?...."

Мне удалось тихонько, незаметно шепнуть адъютанту:
- Володя, пожалуйста, узнайте кто это и из какого департамента? Надо определить его куда-нибудь на Каспий или ещё подальше.

Чтобы окончательно не дискредитировать Морское министерство и соответственно меня любимого в глазах лучших российских умов, я быстро прошёл на освещённую часть залы. Все встали, приветствуя Е.И.В. Жестом попросил всех присутствующих сесть. Поздравил с успешным окончанием испытаний.

- Господа, поздравляю Вас с успешным завершением испытаний нового корабля (градации эскадренный миноносец океанского класса ещё не было на флоте) с великолепным, очень мощным оружием.... Ещё раз поздравляю!

Принципиально ничего не ответил каперангу из МТК. Потом, кажется, заранее успокоил Петрушевского насчёт возросшей стоимости оптических устройств. Поблагодарил Давыдова за новый прибор управления торпедной стрельбой (ПУТС) и закончил своё выступление словами:

- Ценность крейсера разведчика и его экипажа несопоставимы с теми деньгами, которые дополнительно потребуются на его СУАО, ибо меткая стрельба позволит сохранить и корабль и его людей.

За точность цитаты не поручусь, был сильно расстроен, нет, даже скорее унижен дуростью и косностью предыдущего выступавшего. Зато теперь стало понятно, как надо сформулировать вопрос "блокноту" по поводу рангоута!

Всё ещё внутренне негодуя, быстрым шагом двинулся в свою озёрную резиденцию.
- Володя, меня нет. Меня нет ни для кого хотя бы минут на десять!

Хотелось немного успокоиться, ан нет, не тут то было. Сработал прямой телефон из Зимнего дворца. Михаил доложил, что просит "телефонной аудиенции" Кутайсов. Этот зря болтать не будет.

- Хорошо, пожалуйста, свяжитесь с Лондоном, пусть Павел Ипполитович перезвонит завтра в семнадцать часов по Гринвичу в "Гатчинскую берлогу".

Неожиданный звонок нашего атташе, похоже, меня заинтриговал ....

(17 -00, Гатчина любимый кабинет Е.И.В., июнь 1872г.)

В условленное время раздался ожидаемый звонок Кутайсова.

- Добрый день. Слушаю вас, Павел Ипполитович.
- Здравия желаю, Ваше Императорское Величество! С Вами хотят говорить. Передаю трубку.

Знакомый баритон старого приятеля сразу развеял все мои сомнения по поводу звонившего.

- Никса, здравствуй, это я.
- Здравствуй, дорогой Берти, давненько мы не общались.
- Да, с того самого приёма всё никак не получалось. Мне плохо, Никса.
- Что случилось? Могу ли я чем-то помочь?
- По этому поводу и звоню. Газеты пишут, что готовиться кругосветное путешествие на новом российском дирижабле "Гигант". Я хочу участвовать в этом перелёте.

Этого ещё не хватало. Вдруг что-то случиться в полёте, а там наследник британского престола, причём адекватный и вменяемый человек, с которым можно общаться.

- Берти, дорогой, но это экспериментальный полёт. Дело весьма опасное!

- Ты думаешь здесь не опасно. У меня талия уже такая, что я ввёл новую моду не застёгивать жилетку на нижнюю пуговицу. Я выкуриваю по двенадцать сигар в день, но только страдаю от бронхита, а она не уменьшается. Я популяризировал ношение одежды черного цвета и курток свободного покроя Норфолк, чтобы хоть как-то прикрыть её.

- Есть же ещё много способов немного похудеть.

- Ах, Никса, с тех пор как я женился, минуло уже долгих девять лет, Александра мудрая женщина, но эта дурацкая датско-викторианская мораль, которую в неё вбили в детстве, делает из неё мумию в постели.

- Но газеты пишут, что ты часто бываешь в театре и не только....

- Ох, Никса, спаси меня. Чтобы я не погиб окончательно мне нужно улететь отсюда хотя бы ненадолго.
- Елизавета никогда мне не простит, если с тобой что-то случиться.
- С милой сестрёнкой я сам буду объясняться. Надеюсь, это у тебя последняя причина для отказа?

- Ну, хорошо, о возможных опасностях я тебя предупредил. Вылет состоится из Парижа через три недели. Дирижабль стартует с Марсова поля. Тебя не смущают всякие дипломатические коллизии, неизбежные сплетни и гадкие слухи?

- Нет, нам с принцем Уэльским на них наплевать. Мы царствуем, но не правим, да и народ меня, нас, любит.
- Считай, что место на дирижабле "Гигант" уже твоё.
- Никса, мне одного места мало, со мной будет ещё моя .... мой адъютант.
- Берти, если ты говоришь о Саре Бернар, то побойся Бога, ты загонишь в гроб королеву Викторию.

- Её палкой не убьешь! - Никса, Сара будет в мужском костюме, он ей очень идёт, правда нижняя часть немного выдаётся, но думаю, что этого никто не заметит, у неё есть богатый сценический опыт ролей в мужской одежде, кроме того, мы приедем загодя.
- Полёт вокруг света будет длиться две недели. За это время весь экипаж и все участники перелёта будут знать что у тебя за адъютант, кто он, и как её зовут!

- Ерунда, этому новоиспечённому барону Ройтеру я заткну глотку и пригрожу удавить, пристрелить, утопить или ещё как-то, если будет много болтать, а остальные мужчины думаю меня поймут правильно.
- У тебя на всё готов ответ. Пусть будет так, как ты хочешь.

Последняя фраза была продиктована отнюдь не моим великодушием и человеколюбием, а только что возникшей коварной мыслью:

- присутствие особы британской королевской крови, наследника престола на дирижабле, совершившем посадку во Владивостоке, безусловно, станет известно в Японии Микадо и его окружению. Это значительно облегчит задачу дальнейших переговоров Игнатьева в подписании нужного России договора.

Историческая справка

Характеристики т/х серии "Капитан Кушнаренко"

Район плавания	неограниченный
Главные размерения	169,5 х 21,8 х 13,2 метр
Высота борта, м	13,2
Осадка, балласт/груз, м	6,57/9,64 м
Водоизмещение по ЛГМ, т	22045
Тип и марка двигателя, дизель	БM3-B&W 9ДКРН 74/160-2
мощность, кВт	1x 9940 (13500 л.с.)
Скорость судна в полном грузу уз.	19,0
Площадь скуловых килей, м2	52,0

Один готовый корпус сухогруза данного типа (Адмиралтейский коэффициент 575) под строительным номером 209 после постройки был переоборудован и перестроен в соответствии с требованиями к научно-исследовательским судам "космического" флота и на его базе был построен плавучий командно-измерительный комплекс -- НИС "Академик Сергей Королев".

Некоторые призёры "Голубой ленты Атлантики"

19-го века

1840

"Британия" Cunard Line

Галифакс -- Ливерпуль

10 дней 4 часа

10,72 уз

1864	"Скотия" Cunard Line	Куинстаун - Нью-Йорк	8 дней 4 часа 34 мин.	14,51 уз
1869	"Сити оф Брасселз" Inman Line	Нью-Йорк -- Куинстаун	7 дней 22 часа 3 минуты	14,66 уз
1873	"Балтик" White Star Line	Нью-Йорк -- Куинстаун	7 дней 20 часов 9 минут	15,11 уз
1875	"Сити оф Берлин" Inman Line	Куинстаун -- Нью-Йорк	7 дней 18 часов 2 минуты	15,21 уз
1875	"Сити оф Берлин" Inman Line	Нью-Йорк -- Куинстаун	7 дней 15 часов 28 минут	15,37 уз
1876	"Германик" White Star Line	Нью-Йорк -- Куинстаун	7 дней 15 часов 17 минут	15,70 уз
1885	"Этрурия" Cunard Line	Ливерпуль -- Нью-Йорк	5 дней	18,87 уз
1891	"Тевтоник" White Star Line	Ливерпуль -- Нью-Йорк	5 дней	19,50 уз
1897	"Кайзер Вильгельм" N German Lloyd	Гамбург -- Нью-Йорк	4 дня 16 часов 49 минут	22,10 уз
1900	"Дойчланд" Hamburg-America Line	Гамбург -- Нью-Йорк	4 дня 17 часов 50 минут	22,15 уз

В 1842 году на борту "Британии" находился молодой английский журналист и писатель Чарльз Диккенс. В своих "Американских заметках" он очень живо и ядовито описал впечатления о плавании на кунардовском пароходе:
"Я никогда не забуду того изумления, на четверть тревожного и на три четверти веселого, с каким я утром третьего января тысяча восемьсот сорок второго года приоткрыл дверь спальной каюты на борту пакетбота "Британия"...
"Я глубоко убежден, что, если не считать двух коек, расположенных одна над другой и таких узких, что, пожалуй, только в гробу спать еще теснее, - каюта была не больше одного из тех наемных кабриолетов с дверцей позади, из которых седоки вываливаются на мостовую, словно мешки с углем".
Далее Диккенс писал, что его багаж втискивали в каюту примерно так, как жирафа в цветочный горшок, а обеденный салон он сравнил с катафалком с окнами....

Двести сорок девятая запись в дневнике Е.И.В. Николая Второго

Кто из моих современников не читал о "Голубой ленте Атлантики"? Наверное, таких не найдется, даже среди представительниц прекрасного пола.

В уже далёком сейчас 1869 году когда русские газеты: "Санкт-петербургские Ведомости", "Русский инвалид" и "Северная пчела" - опубликовали подробные сообщения о рейсе парохода через океан и поместили весть о новом рекорде компании "Inman Line". Мой верный адъютант доложил, что согласно ведомости Сабурова, на Высочайшую аудиенцию прибыла очередная группа лиц с предложениями по мореходной тематике.
Учитывая всеобщий трансатлантический ажиотаж, я не особенно удивился, когда в списке допущенных к Е.И.В., разглядел фамилии Аркас, Кутейников, Назимов и ещё нескольких незнакомых лиц купеческого звания. Проверив тематику бизнеса последних, нашёл подтверждение своим подозрениям, поскольку одни производили и поставляли комплектующие к двигателям Струве, а другие занимались изготовлением приборов для РИФа и торговых судов. Некоторой неожиданностью, даже диссонансом звучала фамилия Каткова, которая в моём представлении пока никак не увязывалась с кораблями.

В силу врождённой и частично приобретённой вредности после представления и приветствия со стороны посетителей, я занял выжидательную позицию. Это, однако, не смутило главного заводилу и сын Андреаса (Андрея) Эммануиловича Аркаса начал своё повествование:

- Ваше Императорское Величество, больно и прямо невмоготу читать иностранные газеты, которые регулярно многократно восхваляют британские пароходы, совершающие переходы через Атлантику.

Слегка притворяясь и уже догадываясь, о чём пойдёт речь, я чуть поддёрнул уважаемого адмирала.

- Чем же, простите, вам так не угодили эти пароходы?
- Так названия у них не наши и порты приписки чужие. Мы тут всем миром посоветовались и составили прожект о создании компании и строительстве своих трансатлантических кораблей, которые бы ни в чём не уступали заграничным. С вашего Высочайшего позволения я бы хотел подробно доложить по данному вопросу.
- Конечно, Николай Андреевич, конечно! С удовольствием вас выслушаю!

Как-то само собой чуть позже получилось, что к этому разговору подключились Назимов с Катковым, и только купчины в своих парадных нарядах сидели "аршин проглотив", не решаясь слово вставить в такой компании. Предложение визитёров сводилось к тому, что мы можем строить корабли не хуже заграничных и, наверное, стоило бы открыть две линии движения в новый свет из портов Чёрного и Балтийского морей. Потом следовало техническое обоснование предложенного проекта, но его я уже выслушал в "пол уха".

- Хорошо, господа, очень хорошо. Николай Андреевич, вы, небось, уже и проект такого судна проработали?

Ответ известного моряка был не то что уклончивый, а скорее не совсем уверенный. Тщательно подбирая слова и выстраивая их в логическую цепочку, Аркас описывал Лайнер "City of Brussels" компании "Inman", только с разросшейся надстройкой на главной палубе.

- Таким образом, представленное Вашему вниманию судно будет в состоянии завоевать приз....

Мне уже было всё понятно. Купцам безразлично для каких судов производить комплектующие. Заводчикам опять же проще строить то, что не один раз строилось. Корабелам легче улучшать и модернизировать ранее разработанный проект. Ну а что же Аркас? Судно его компании с новыми двигателями завоюет "Голубую ленту"! Помня характеристики корабля, я в этом не сомневался. Честь и хвала руководителю компании, владеющей призом! С какого бока Катков? Ему престиж на газетных полосах надо демонстрировать. Вроде все довольны, все при деле!
Бедному Государю-Императору останется только средства изыскивать и дотации прославленной компании выплачивать. (Это бухгалтерское влияние Рейтерна проснулось)

- Николай Андреевич, уточните, пожалуйста, какова пассажировместимость спроектированного судна рекордсмена?!
- Имеется 52 каюты первого класса, 75 кают второго класса и 300 мест для эмигрантов. Команда - около 70 человек, так что общее количество людей на судне - свыше 500 человек, Ваше Императорское Величество.

Пришлось взять паузу, наморщить брови и сделать лицо а ля "Иван Грозный". Я живо себе представил океанский лайнер водоизмещением 3130 тонн, нутро которого заполнено котлами и машинами. Где там найдётся место для условно комфортабельных кают на пятьсот человек? Это больше будет напоминать пчелиные соты в улье. Уж что - что, а престиж державы такое судно нам точно не поднимет. С другой стороны, атлантические перевозки весьма привлекательны, да и в случае "особого периода" быстроходные суда можно превратить во вспомогательные крейсера, если с умом к этому делу подойти.

Не зря же Британское Адмиралтейство обязалось ежегодно выплачивать компании "Inman" субсидию в размере 15 шиллингов за 1 peг. т в течение пяти лет при условии, что если оно пожелает зафрахтовать судно, получающее такую субсидию, то размер субсидии увеличивается до 20 шиллингов за 1 peг. т в месяц если судно фрахтуется без экипажа, и до 22 шиллингов 6 пенсов, если судно фрахтуется с экипажем. В первом случае Адмиралтейство несет полную ответственность за риск, во втором - за гибель или повреждение судна в военных операциях".
Остаётся только припомнить высказывание Уолтера Рэли:

"Тот, кто владеет морем, владеет мировой торговлей. А кто владеет мировой торговлей, владеет богатствами земли и ею самой"!

- Господа, ваше предложение весьма здравое и своевременное. В принципе я с ним согласен, вот только сам океанский лайнер, предложенный вами, меня не устраивает. Сейчас британцы заканчивают обсуждение проекта трансатлантика "City of Berlin", который должен начать работать на Северной Атлантике в 1875 г. При водоизмещении 5579 тонн он будет иметь 202 каюты, плюс помещения для 1500 пассажиров третьего класса при скорости порядка 15 узлов. - Ожидается, что стоимость билета каютного пассажира составит 18 гиней. Если пассажир купит билет "туда" и "обратно", стоимость упадёт до 27 гиней; плата за проезд в эмигрантском классе составит 6 гиней, за проезд ребенка - 3 гинеи. Стоимость перевозки 1 т груза обойдётся клиентам в 4 фунта стерлингов.

Мои собеседники напряглись, судя по их лицам, они мысленно пересчитывали гинеи в шиллинги, фунты, и рубли, сопоставляя британские цены на проезд со стоимостью билетов на спроектированный российский корабль. Похоже, что сравнение получалось не в нашу пользу? Сейчас я их окончательно добью.

- Михаил Никифорович, господин Катков, а вы не боитесь, что посетит этот пароход кто-то подобный Чарльзу Джону Хаффаму и будет наш трансатлантик всемирным посмешищем?
- Ваше Императорское Величество, их газеты писали, что в апреле у Диккенса после выступления в Ливерпуле отнялась левая рука и нога, вроде он при смерти.

- Потому я и говорю, подобный. Знаю я вас, социальных критиков-обличителей. Напомнить, что ваш коллега о кунардовском пароходе писал в "Американских заметках"?

- Так это его конкуренты Кунарда подкупили, чтобы он пакетбот "Британия" опозорил и пассажиров на линии парусных судов переманил.
- Сейчас, спустя тридцать лет, конкурирующих компаний ещё больше, так что желающих нас обгадить меньше не окажется. Это вам наперёд задача, так провести рекламную кампанию, чтобы ни одна заморская зараза вякнуть не смогла, а если и писала бы что, то только "За здравие"!

- Николай Евлампиевич, какой срок службы вы в своих расчётах для судна закладываете при проектировании?
- Двести пятьдесят тысяч часов, Ваше Императорское Величество.
- Вот и надо, чтобы в течение ближайших тридцати лет наши корабли были недосягаемы для конкурентов.
- Разве ж такое возможно?

- Ну, хорошо, пусть не на тридцать, но на четверть века вперёд проектировать надо. В этом году Брянский завод должен освоить новые двигатели Струве, которые на нефти и мазуте могут работать. Им котлы не нужны, топливо прямо в цилиндры подаётся, представляете, сколько места сразу высвобождается. Чернов с металлургами новые рецептуры судовых сталей в производстве освоил. Вот с учётом этих и других новинок будете проектировать пассажирский лайнер. Условно назовём его "Царь", а дальше видно будет.
Потом, для приободрившихся собеседников и персонально Кутейникова, добавил:
- Через несколько дней, Николай Андреевич, у Сабурова вас будут ждать материалы по теоретическому чертежу нового пассажира. Вам, Николай Евлампиевич, надо будет на Ладожском бассейне модели погонять, ну и по результатам протяжек новый проект создать такой, чтобы до конца века эта самая лента Атлантики у наших кораблей была!

Позже Сабуров выдал Аркасу с компанией чертежи корпуса сухогруза типа "Капитан Кушнаренко", развитые палубные надстройки скопировали с какого-то туристического лайнера чуть ли не 21 века, подкрепление палубы в указанных местах были заранее оговорены ещё на этапе проектирования. Так что всё удачно сложилось.
*****

Минуло положенное время. Сегодня мне на верфь ехать надо, спускают головной корабль из будущей большой серии на воду, тут никуда не деться, да и занятие это весьма приятное! Осталось четверть часа до моего выхода из кабинета Зимнего дворца. Свита внизу уже собралась, все ждут.
Парадный мундир. Напоминаю рождественскую ёлку - столько на мне металлических знаков навешено. Тяжело и неудобно. Думал даже советовался с Сабуровым и Дядей, как бы их уменьшить, но разумного результата не достиг. Часы демонстрируют, что осталось десять минут.

Почему-то в памяти всплыл мой давний конфуз с императорской яхтой. Как сказал тогда Амосов Иван Афанасьевич: "Не царское это дело - императорскую яхту проектировать".... Но при отсутствии других надёжных средств транспорта яхты становятся не роскошью, а средством передвижения царственных тушек из точки "А" в точку "Б", ну и конечно же престиж Российской Державы демонстрируют.

Выдержав серьёзный бой с "жабой" - выбирая между престижем и экономичность, отдал предпочтение престижу, с помощью "блокнота" составил технические требования к императорским яхтам с новыми двигателями. Да - да, не удивляйтесь множественному числу, именно сразу о трёх яхтах речь идёт.

Первая, естественно, для любимой жены, чтобы на Чёрном море было отдыхать удобней, а вторая - для Маман, чтобы из Питера её спровадить в тот же самый Крым, внуков и внучек нянчить! (О третьей чуть позже напишу). Это официальные причины их постройки, есть ещё и другие, но о них позже. (Если рельсы по обоим бортам на юте меня раньше времени не выдадут).

Особо не изгалялся и не мудрствовал. Заглянул в "блокнот", он "подсказал" корпуса кораблей с отличными пропульсивными характеристиками, оставалось только выбрать, что я и сделал. Сразу глянулся уже знакомый "Капитан Кушнаренко" с его Адмиралтейским коэффициентом аж в 575 единиц, вот только двадцать тысяч тонн водоизмещения даже для яхты Е.И.В. несколько великовато.
Пришлось критерии подобия использовать и редуцировать габариты. В результате получилось что-то среднее между теплоходом "Киргизстан" и его грузовым собратом "Маяковским", только длиннее прототипов на добрый десяток метров.
Получившееся не понравилось. "Покрутил носом", снова в "блокнот" заглянул... Короче, если "Игрушка" смотрелась как эсминец, то корпуса новых яхт получились у меня больше напоминающие крейсер "Новик", вот только водоизмещением около 4000 тонн.
Чтобы их величества и высочества по судну зря не шастали, все царственные и парадные помещения в надстройках скомпонованы. Здесь я опять поленился и тупо взял за образец "OLYMPIC FLAME", благо что в том времени так уже кто-то сделал.
С Брянского завода (там 51 % акций моих) получили три тихохода ДКРН по десять мегаватт и в нутро этого судна вставили. Это на тот случай, если кто-то на моих ненаглядных позариться, пусть догнать попробует.

На размеры яхт "жаба" влияние всё-таки оказала, размерами они меньше чем "Штандарт" из того времени получились, зато оснащены новыми мощными тихоходными двухтактными двигателями и выглядят как сестры - близняшки. Чтобы яхты не перепутали, одну нарекли "Мария", вторую "Елизавета", третью, что в Николаеве строится, просто "Лизавета". После всех волнений я был абсолютно за домочадцев спокоен и отправил Елизавету в морской круиз вокруг Европы и далее на отдых в Ливадию. По пути в Германии на борт поднимется сестра жены, а в Марселе мои посланцы заберут супругу Шарля Луи.

Чтобы продемонстрировать императорское единство, эскортировать яхту будут по два броненосца от каждой империи. Шарлю Луи и Фридриху III эта моя затея очень понравилась, тем более что все расходы, связанные с поездкой и отдыхом я на себя взял.
Деньги небольшие, да и они сейчас не главное, главное - что "Елизавета" возьмёт на борт обоих наследных принцев, на которых у меня обширные планы. В Ливадии их уже давно ждут сюрпризы по Высочайшему повелению подготовленные.

- Ваше Императорское Величество, пора, время как вы указывали!

Это верный адъютант не даёт утонуть в воспоминаниях.

Спуск на воду большого корабля - это всегда событие, судно именем "Царь" уже когда-то нарекалось, но по сравнению с этим красавцем: "... то было давно и неправда...". Всё остальное читайте в газетах.... Каткову велено в сравнениях с превосходными степенями не стесняться!

*****

После таких торжеств всегда немного чувствую себя заторможено, хотя спиртным особо не злоупотребляю. Вечером вернулся в Павловск, сижу в кабинете.

Маман весьма некстати приболела, поэтому её теплоход ввиду отсутствия самой важной пассажирки на несколько дней в Питере задержался. Доктора сказали: "лёгкая простуда, ничего страшного, Ваше Величество", что меня, естественно, успокоило.
Добавлю, что яхтой "Мария" командует Дмитрий Сергеевич Арсеньев, да - да, тот самый, что все океаны под парусами прошел, а с 1864 года (как и в той истории), состоял воспитателем, а затем попечителем великих князей Сергея и Павла Александровичей. Думаю, без слов понятно, что малышня его обожает и с детским энтузиазмом служат юнгами на том же на корабле.
Арсеньева я лично просил скорость держать разумную, особенно вблизи чужих берегов, ну а вдали от них ту, что машины позволят, но так, чтобы нефти хватило. Испытанный моряк капитан первого ранга чуть улыбнулся и, кивнув головой в знак внимания и исполнения, произнёс:

- Сделаю всё, что в человеческих силах, Ваше Императорское Величество!
Мгновением позже добавил:
- Понимаю, что это чудесное судно очень скоро на Чёрном море понадобиться, приведём его в Севастополь или куда указанно - будет в лучшем виде и как можно скорее.
На этом мы тогда и расстались. Разочаровывать достойного человека своими коварными замыслами я не хотел и благоразумно промолчал.

*****

Только третьего дня проводил свою благоверную, как приходит телеграмма от Алёшки. У него сын народился. (О его свадьбе я не писал, там сложная история, но повторять действия Папа из того времени я не стал). Двинул я к вдовствующей императрице с радостной телеграммой, чтобы ответ вместе составить, да заодно её реакцию на рождение внука проверить. В её рождении тоже тайна была, так что всё по пословице "о яблоке" получилось. Написали вместе телеграмму, поздравили сына и брата, бабушка вполне адекватна. Ну и слава Богу!

Через неделю принесли телеграфные провода дурную весть, роженица от какой-то ещё неизвестной науке инфекции скоропостижно скончалась. Ребенок жив, здоров, с ним всё в порядке. Спрашивать, где сейчас Маман, думаю не надо. Всю хворь как рукой сняло, её яхта "Мария" уже, наверное, миновала датские проливы и идёт на Мурманск к Алёшке. На борту, помимо "мамок и нянек", две кормилицы со своими малышами. Будут у племянника молочными братьями. Такая реакция бывшей принцессы Максимилианы Вильгельмины Августы Софии Марии Гессенской лишний раз подтвердила, что я был прав, когда разрешил брату жениться на Александре Жуковской, хотя повоевать с близкой роднёй пришлось серьёзно.

Принесли радиограмму с "Марии": - Прошли проливы, находимся в Северном море.

Расстояние (по морю) между Санкт - Петербургом и Мурманском, как известно, 4122.2 км. (2225.8 миль), больше половины трассы проходит по Северному, Норвежскому и Баренцеву морям, там скорость нашего судёнышка никто контролировать не будет. Дам - ка я разрешение - указание Арсеньеву, всё равно он яхту будет гнать, когда вдовствующая императрица над душой на мостике стоит. Уж я-то эту её способность, хорошо знаю.

- Володя, запишите, пожалуйста, и передайте на "Марию" несколько слов:
"Рекомендую идти максимально-разумным ходом" = Николай =

Значит через два - три дня они будут на месте.
- Володя, ВК Алексею передайте телеграммой:
"через трое суток будем в Мурманске" = Николай =

Чуть не забыл, у Владимира тоже скоро кто-то должен родиться, "блокнот" не поможет, я слишком сильно перетасовал колоду европейских особ царственных кровей, поэтому кто это будет, точно не знаю, но почему-то уверен - мальчик. Вот теперь, пожалуй, все семейные новости.

Позвонил в Гатчину, дал задание шеф - пилоту моего борта Трофимову проложить курс прямо в Кольский залив, там при слиянии рек Кола и Тулома находиться наша база авиаторов и заводь весьма подходящая для приводнения Ш-7. Как запасной вариант указал посадку в Кандалакше, это если погода испортится. Всего - то туда лёту шесть часов, но Заполярье есть Заполярье. Через день вылетаем, за это время аэроплан к перелёту вполне подготовят.

Следующий звонок ВК Владимиру
- Привет!
- Никса, рад тебя слышать.
- Как состояние у супруги? Что доктора говорят?
- Главный врач, точнее главная Мария Михайловна Манасеина говорит, что всё хорошо, но надо ещё немного подождать.
- Это супруга Вячеслава Авксентьевича Манасеина?
- Ну да, у нас в России сейчас всего две женщины имеют дипломы врачей и обе по детской части. Ты же знаешь, моя половина немного ненормальная и запросто сломает руку любому мужчине врачу, если он начнёт трогать её драгоценную тушку, (брат постоянно щеголяем моими терминами) да ещё во всяких местах.

Я об этом догадывался, поэтому и оставил одну женщину - врача в Питере, а другую, с благословления Боткина и Пирогова, отправил в командировку в Корею.

- Но ничего, в этом году их отряд пополнится почти до уровня взвода, так, во всяком случае, брат Сашка обещал.
- Когда это ещё будет, а роды то уже на носу.

На том конце проводов возникла лёгкая заминка, а потом голос брата произнёс.

- Слушай, Никса, а ты почему позвонил? Так просто ты редко звонишь, не случилось ли чего?
- Приезжай, это не телефонный разговор, надолго не задержу, но ты сейчас мне очень нужен.
- Буду через полчаса. Жди, Никса, уже еду!

Не буду полностью пересказывать разговор с братом, это наше внутреннее семейное дело. На время моего отсутствия ему придётся "рулить РИ", а не дай Бог что случиться, то и возглавлять её до совершеннолетия наследника.
Простой семейный трёп, а как он расслабляет, лучше любого отдыха. Вот, видимо, и брат почувствовал, что я на минуту расслабился и тут же задаёт вопрос

- Никса, а зачем нам тот островок? У нас что, своих не хватает!
- Я тебе уже как-то говорил: "Паровозы надо давить пока они чайники", так вот, развивая это высказывание, рискну его дополнить "... а броненосцы топить, пока они ещё тазики"!
- Это ты к чему?
- Да так, одна мысль в голове сформировалась. Смотри сам, появись у Микадо британские корабли и обученные ими же моряки на море, а на земле войска, обученные прусскими учителями, как мы себя будем на дальневосточных рубежах чувствовать?
- Наверное, не очень.

Потом младший хитро на меня глянул, улыбнулся и, рассмеявшись, сказал:

- Постой, постой, пока там "Амурский с Муравьёвым" да Невельской с дядькой Константиновичем, да твои посланцы с новым канцлером с чертежами да миллионами, подкреплённые казаками с переселенцами, да ещё флот с Шестаковым и Амурская флотилия с мониторами, ничего самураям не светит.
- Да, Володя, да, но всё это ещё должно слаженно заработать, только тогда толк будет. Нельзя вечно на ниточку ж/д рассчитывать, да пароходами слать туда оборудование и пропитание. Нужна мощная самодостаточная территория, возглавляемая надёжными, преданными России и проверенными людьми. Поэтому я столько внимания тем краям уделяю!

- Видимо не зря тебя столько времени лучшие учителя гоняли. Смотрю, ты на много лет дальше меня видишь и всякие разные каверзные ситуации просчитываешь.

- Ладно, ладно, не перехвали, а то у нас как в басне Лафонтена получится. Скажи лучше, когда ты в Николаеве на Буге будешь?
- Никса, а что мне там делать?

- Там яхту "Лизавета" после всяческих испытаний в состав флота будут принимать через неделю.
- Ну ты и скрытничаешь. Даже я ничего не знал об этом, а мои орлы, почитай, обо всём информированы.

- Ты же сам сказал - орлы, а они как известно в отряд водоплавающих не входят. Яхта же "существо" водное, потому они и ничего о ней не знали. Кроме того, судно сие позиционируется как частное - прогулочное, для увеселительных целей созданное, потому в их поле зрения и не попало.
- Я же говорю, что ты темнила. Когда можно будет эту новость обнародовать?

- Да как роды завершаться, так и расскажешь всё своей дорогой принцессе, а пока помолчи, лишние волнения ни ей, ни твоему наследнику ни к чему. Да и приятного сюрприза не получиться.
- А ты почём знаешь, что мальчик будет?
- Чувствую, обязан знать и чувствовать, должность у меня такая. Ладно, лети домой, поздно уже, не надо, чтобы супруга зря волновалась, вредно ей это.

Вот и завершились ещё одни сутки. Всё бегом, всё на нервах, одна отрада с братом спокойно пообщался да поговорил по-родственному.

*****

Следующий день прошёл в хлопотах по приёму участников авто-экспедиции, ей уже пора отправляться. Её руководителю я лично давал специальные указания, которые нельзя доверять бумаге, все они сводились к двум позициям: "Что и как нужно сделать и чего делать и допускать категорически нельзя"!

По-другому с Александром Васильевичем Каульбарсом на уровне приказов договариваться можно, но не стоит. Его КПД резко упадёт, а нам в этом походе такого не надо. Дипломатические договорённости - это хорошо, но провокации и прочие негоразды всегда возможны.

Шутка ли, почти два десятка авто и среди них несколько новых БТРов (тип - "Шайтан арба") должны пройти полторы тысячи километров вглубь территории сопредельного государства, где за ними будут не только друзья наблюдать. Весь маршрут картографируется и фотографируется, после этого автопробега будем знать точно, сколько и чего нам понадобиться, если в Цинскую империю львов погонять в гости соберёмся.

Вечером традиционная встреча с Мезенцевым, получаю папку с "выжимками" из событий за рубежом и внутри страны. Всего-то пятьдесят - шестьдесят листов, но прошедшие аналитический отдел они содержат квинтэссенцию того, что произошло в мире, поэтому читать материалы надо очень внимательно. В конце беседы как можно небрежней задаю вопрос:

- Николай Владимирович, у Путилина есть успехи в расследовании?
- Ваше Величество, это совершенно уникальный человек, у него в расследовании всегда есть не только успехи, а почти сенсационные достижения.
- Слушаю вас внимательно, рассказывайте о ходе дела.
- Иван Дмитриевич встретился со всеми участниками событий. Особенно долго общался с Никоновым и Деревянко. Пользуясь особыми полномочиями, он получил у полицмейстера Каргера Николая Густавовича доступ и общался со всеми негласными осведомителями Нижнего.
- Когда же он всё это успевает?

- Он не один, из Питера, почитай, вывез целую следственную бригаду своих учеников. Это наиболее талантливые сыскари, там пятьдесят на пятьдесят люди Валуева и наши из СБ.

Я видимо невольно улыбнулся, поражённый напором и энергией Путилина, поэтому, не дожидаясь ответа, Мезенцев продолжил.

- Губернатор Новгородский Одинцов Алексей Алексеевич особой смелостью никогда не отличался, а после скандала с солью совсем сделался трусоват, как говорят "пуганая ворона куста боится"!

- Это вы о хищениях соли бывшим генералом Вердеревским с сообщниками на сумму почти в восемьсот тысяч рублей говорите?

Василий Евграфович Вердеревский обосновался в Нижнем Новгороде на должности начальника Казенной палаты, где впоследствии стал известен как взяточник и шулер. В его ведении находились миллионы пудов казенной соли, которые казна содержала в Нижнем на Окском берегу в 80 деревянных амбарах. Во время весенних разливов вода подходила к амбарным стенам, иногда проникая внутрь солехранилищ.
Это использовал в своих целях Вердеревский, который начал практиковать предварительную тайную продажу соли большими партиями на сторону в расчете свалить недостачу на непреодолимые силы природы. Своего зенита соляные комбинации достигли в 1864 году. За содеянное он был в 1869 году после долгого следствия решением Сената лишён всех прав состояния и сослан в Сибирь.

- Да, Ваше Величество, это он.
- Постарайтесь очень внимательно отследить его возможно сохранившиеся контакты. Помните, что где-то скрывается ещё один Вердеревский, Александр или Алексей - младший брат "соляного", который негодную муку в армию поставлял, его же так и не смогли обнаружить.

- Да, ни его следов, ни следов его полюбовницы так и не нашли. Последний раз осведомитель видел его на Васильевском острове. Очень высокая вероятность того, что мелькнув здесь в Питере, он перебрался в княжество Финляндское и далее скрылся за границей, тогда паспортное дело у нас ещё в загоне было.

- Хорошо ли искали - вот в чём вопрос! Восемьсот тысяч рублей - это стоимость эсминца без вооружения, а сколько в России таких вердеревских?
- Сейчас уже значительно меньше. Все случаи недостачи со ссылкой на "непреодолимые силы природы" тщательно расследуются.

- Ну, хорошо, так что там у Путилина?
- Вам с подробностями рассказывать или только итоги?
- Давайте самое интересное на ваше усмотрение.

- Деревянко выяснил, что площадка у эллинга просматривалась только с чердачного окна городской управы. Поэтому наш сыскарь сразу внимательно просеял окружение городского головы Нижнего. Выяснилось, что один из секретарей недавно купил себе коляску с дорогой лошадью, его сразу на заметку взяли. Провели негласный обыск в кабинете у Губина, бинокль немецкого производства обнаружили. Зачем купцу-торговцу такая дорогостоящая вещь нужна?
Как только стало известно, что группа "золотой молодёжи" в Линде на гауптвахте содержится, тут - то наш подследственный и задёргался. Сам на почту ходил и телеграмму отослал. Она конечно никуда сразу не пошла, пока Иван Дмитриевич свои упреждающие телеграммы не отправил. Только после этого спустя почти сутки дошла эта писулька в Киев до графа Бобринского. Его конечно сразу под наблюдение взяли.

Через неделю в именье графа в Смеле интересный гость пожаловал. Бывший посланник Российской империи в Северо-Американских Соединенных Штатах Катакази Константин Гаврилович - один из ближайших сотрудников при канцлере князе Горчакове.

- Кого-то из названных лиц задержали?
- Пока в соответствии с Вашим повелением никого не арестовываем, только наблюдаем и связи отслеживаем.
- Это хорошо, в таком деле спешить не надо. Улик уже достаточно собрали?

- Да, на несколько смертных казней и лет по пятьдесят каторжных работ на каждого наберётся, пожалуй.
- Продолжайте следить, надо полностью всю сеть раскрыть. И запомните, никаких смертных казней и каторжных работ не будет!

Вопросительный взгляд Мезенцева, и я продолжаю говорить- инструктировать.

- Экспресс - допрос, затем ранение при попытке к бегству, которое должно закончиться смертью коварного преступника. Но только тогда, когда будете уверенны, что всех выявили! Исключение пожалуй сделаем для графа Бобринского. С ним мне сначала самому поговорить придётся, позже скажу, как поступим.

Не думайте, что я кровавый маньяк, но в том времени в результате деятельности Владимира Бобринского на посту министра МПС за несколько лет казна понесла урону более чем на сто семьдесят миллионов рублей. Вот я и хочу попытаться понять, что заставляет этих людей так действовать и чем они руководствуются, стремясь причинить вред собственной стране. Зачем мне это? Да хочу найти действенное средство, как такую мразь выщелачивать с максимальной эффективностью.

- Ваше Величество, а как быть с Катакази? Всё-таки человек канцлера.
- Помните присказку? "И на старуху бывает проруха". Это как раз тот случай, кроме того, канцлер у нас Игнатьев Николай Павлович, а старик просто наставник, даже без права голоса.

Начальник СБ резко замолчал, внимательно глянул на меня и произнёс сакраментальную фразу.

- Ясно, Ваше Императорское Величество! На войне как на войне!

*****

Сегодня после доклада Трофимова вылетели на Мурманск. Александр Александрович представил мне правого пилота, молодого человека по фамилии Неждановский. Поздоровался, поблагодарил, уселся на своём диванчике и закемарил, лететь долго, можно от нехороших мыслей отвлечься и отдохнуть.
Не тут - то было, слишком знакомая фамилия, причём известная ещё из того времени по какому-то учебнику. Неждановский, опа! Вспомнил, Неждановский Сергей Сергеевич - конструктор и исследователь в области летательных аппаратов тяжелее воздуха. Что-то сделал в аэродинамике совместно с Жуковским, надо будет деятельность этого молодого человека слегка перенаправить.

На соседнем кресле - диванчике ворочается Выводцев Давид Ильич - "хирург и анатом милостью Божьей", так представил его Николай Иванович. Доктор первый раз пользуется воздушным судном и я хорошо понимаю его чувства. Интересно и страшновато одновременно. Мой совет постараться уснуть, он проигнорировать не решается, но и заснуть ему похоже не сильно удаётся. За шторкой в хвосте аэроплана находиться наше багажное отделение. Там четыре полки из шести занимают вещи и инструментарий, который доктор везёт с собой. Это по рекомендации Мезенцева я взял на борт врача, хотя лечить пациентку как вы понимаете уже поздно. Весь багаж предназначен для проведения операции по вскрытию. Во внезапные смерти молодых людей я давно не верю, хотя понимаю, бывают исключения.

Похоже, что с такими невесёлыми мыслями я задремал. За иллюминатором по-прежнему светло, хотя часы показывают, что мы в воздухе уже более пяти часов. Из пилотской кабины показался Александр Александрович.
- Ваше Императорское Величество, подлетаем, сейчас начнём снижаться.
- Вы хотите, чтобы мы пристегнулись?
- Да, Ваше Величество, по сообщению с земли, волнение в бухте небольшое, но тряхнуть всегда может.
- Хорошо! - Господа, все слышали, необходимо пристегнуться!

Мои слова, похоже, заставили доктора поволноваться. Он никак не мог попасть пряжкой в защёлку пока сам Трофимов не помог ему. Адъютанты и охрана справились с процедурой без затруднений. Видимо уже привыкли. Аэроплан начал снижение и вскоре мы увидели купола Благовещенского храма, они так ярко блестели на солнце, что создавали ощущение прожекторной подсветки.
В 1854 году просвещённые британские мореплаватели под командованием капитана Эдмунда Лайонса полностью разрушили Кольский острог с Воскресенским собором, а большая часть городка Кола была сожжена. Нашими усилиями сейчас в городе не менее полутысячи домов, у причалов рыбацкие карбасы и даже несколько пароходов. Справа хорошо видны большие строения, это начинается Екатерининская гавань, у пирсов которой ошвартованы корабли Северного флота империи. Там уже новый город, наречённый (как и в той истории) Мурманском. Мне даже показалось, что в гавани я заметил яхту Маман, но аэроплан накренился и больше я ничего не успел рассмотреть.

Несмотря на предостережения шеф-пилота приводнились мы на удивление мягко и вскоре наш гидроплан уже ошвартовался у причала Кольского авиаотряда. Торжественная встреча по случаю траура в семье губернатора была заранее отменена. Только рапорт командира отряда, и дальше я уже обнимаю младшего брата. Потом наша автоколонна движется по хорошо наезженной дороге в Мурманск прямо в дом губернатора-наместника. От Алёшки узнаю, что в бухте действительно замечена яхта Маман и через час-полтора она ошвартуется в порту.
Описывать все эти грустные события подробно не буду, никому кроме нашей семьи они не интересны. Вечером ко мне обратился Барятинский младший.

- Ваше Величество, тут представитель СБИ (так он сокращённо величает службу Мезенцева) желает с вами конфиденциальной встречи.
- Володя, как срочно я ему нужен?
- Время мы не обговаривали, но судя по его виду что-то весьма срочное.
- Хорошо, приглашай его в кабинет, я сейчас подойду.

Интересно, что имперским "недремлющим оком" замечено, зачем я ему понадобился. Извиняюсь перед Маман, братом и другими присутствующими и поднимаюсь в кабинет.

- Здравия желаю, Ваше Императорское Величество, лейтенант Тархов Евгений Николаевич, Второе главное управление.
- Здравствуйте, лейтенант, присаживайтесь. Рассказывайте, что случилось.

Молодой человек вскочил, вытянулся по стойке смирно и приготовился делать доклад. Я едва успел дать ему команду "отставить". Так он всех в округе на уши поставит своим ломающимся от волнения юношеским пронзительным голосом.

- Теперь присаживайтесь и спокойно, в полголоса, рассказывайте, о произошедшем. Успокойтесь, представьте, что вы со своим приятелем беседуете.
Мой собеседник вздохнул свободнее и начал свой немного сбивчивый рассказ.
- Ваше Императорское Величество, пропала подруга Александры Жуковской.
Надо сразу сказать, что я не сразу сообразил о ком идёт речь, а когда сообразил, насторожился и попросил рассказать подробней.

- Пожалуйста, лейтенант уточните о ком речь идёт.
- Я говорю о Елизавете Михайловне Хитрово, подруге и компаньонке Александры Жуковской.
- Стоп. Елизавете Хитрово сейчас два годика, я на её крестинах был. Её отец Михаил Александрович Хитрово - наш Генеральный консул в Константинополе и она никак не могла быть здесь.

На представителя СБ жалко было смотреть. Но это не его вина, похоже, это документальная утечка из Министерства иностранных дел. Документы были на подлинных бланках, а знать в лицо всех детей аппаратчиков из МИДа физически не возможно. По бильдтелеграфу были разосланы изображения предполагаемой подруги, а Выводцеву я дал самоличное указание о проведении ночного вскрытия трупа Лёшкиной жены. Симптомы совпали. Так что никакой это не неизвестный вирус, а хорошо известная работа яда пролонгированного действия.

Из паспортной службы МВД сообщили, что паспорта с такими данными у них не значиться. Теперь осталось только выяснить, кому это убийство выгодно. Естественно что Маман ни во что не посвящали, а Лёшка успокоился только после того, как я в него влил бокал коньяка и уложил спать прямо в кабинете. Убедился что брат спит и приказал адъютанту пригласить этого молодого лейтенантика из СБ. Наша встреча началась с того, что я предварительно произнёс:

- "Вольно", "вольно", господин лейтенант, мы не на плацу.
Почему люди так долго привыкают спокойно беседовать с Государём-Императором с глазу на глаз?

- Сосредоточьтесь, вы в этих краях уже давно и всех хорошо знаете. Вхожи во многие дома. У вас есть свой круг осведомителей. Постарайтесь спрогнозировать, кто в случае отъезда Великого князя из Мурманска окажется в выигрыше? Вот вам бумага, трафареты бланков, карандаш, а вот телефонный справочник Мурманска и Колы. Начните с буквы "А", по этому трафарету отвечайте на вопросы и ставьте свою оценку от одного до десяти баллов. В училище вас такому методу обучали?

- Так точно, Ваше Императорское Величество.

Уже в полголоса ответствовал представитель славной службы

- Ну вот и работайте. Завтра прилетят ещё несколько человек из Петербурга и вам будет легче. Пока срочно необходимо определить предварительное направление расследования. Время сейчас не на нас работает. Вспоминайте всё, чему вас учили, и за работу!

Чуть позже мой верный адъютант пригласил руководителя флотской разведки. Это был капитан-лейтенант возрастом не намного старше СБ-шного кадра. Мне понравилось, что разведчик был уже в курсе основных событий. Он не знал всех деталей расследования, многое домыслил сам, но всё это характеризовало его как профессионала. Более того, от него-то мы и узнали, что у лже-Хитрово был любовник. Лихой молодой командир нефтяного эсминца "Безобразник". Фамилия его была под стать названию корабля - Безобразов Пётр Алексеевич.

- Он сейчас в море на манёврах где-то на траверзе Поморска, но через двое суток их дивизион должен вернуться в Мурманск.

Действительно через двое суток мы узнали много нового о пропавшей даме. Вот только чего это стоило обоим контрразведчикам я писать не буду. Отпечатков пальцев мы естественно не получили, но зато составили со слов командира эсминца "подробнейшую карту" особых примет на теле этой мадам и обзавелись довольно приличным дагерротипом.

Дальнейшее расследование застопорилось. На очередном докладе Тархов сообщил, что согласно обработанным трафаретам средняя величина "заинтересованности" не превысила трёх баллов. Это, согласно методике, означало, что инициатора событий надо искать не в Мурманске, а в другом месте, возможно, даже в другом государстве.

Завтра возвращаюсь в Питер. Своих отправил в Ливадию, но уже поездом. Что-то мне расхотелось гнать яхту на Балтику, в случае чего ей и здесь достаточно работы найдётся. Сегодня жду в гости Сидорова Михаила Константиновича, на время отсутствия Алексея на него будут возложены обязанности И.О.Мурманского губернатора с припиской по гражданскому управлению.
Визит был достаточно продолжительным, мы обсудили много вопросов, включая самый главный нормальное функционирование наших территорий от Поморска до Кандалакши включительно, при длительном отсутствии централизованного снабжения в течении двух лет.

*****

Всё почти как в песне, только под крылом самолёта не "зелёное море тайги", а очертания любимой Гатчины. Ещё через некоторое время я в своей "берлоге". Володя Барятинский получает до завтра выходной, всю нагрузку сегодня возьмёт на себя Михаил.
Нагрузка оказалась не малая - визит двух титанов от металлургии. Обухов Павел Матвеевич не частый гость, ему здесь климат не подходит, Путилов Николай Иванович больше на Урале пропадает, но сейчас их общая задача сюда привела. Расход металла большой, через три-четыре года просматривается дефицит легирующих добавок. Надо решать что делать, есть три варианта: природно-легированные месторождения в Оренбуржье, тоже в Костамукше или вскрывать месторождения никеля в районе Воронежа, там открыто сразу пять сульфидных платиноидно-медно-никелевых месторождений - Нижнемамонское, Подколодновское, Юбилейное, Еланское, Елкинское.
Обговорили задачи быстро, но окончательный вариант пусть мои подданные самостоятельно принимают с обоснованием, сметами и прочим бумажным оформлением, иначе с Рейтерном им не совладать. Так уже было когда-то, когда для морской пограничной стражи срочно понадобилось скорострельное орудие на сторожевые катера. Эту кутерьму с Барановским я хорошо запомнил.

В той истории талантливый российский оружейник Владимир Степанович Барановский трагически погиб на артиллерийском полигоне около Петербурга при испытании возвращённых с войны, давших осечку, новых унитарных патронов к его скорострельной пушке калибром 63,5-мм. В эту историю я никогда не верил, особенно зная подоплёку его конфликта с Нобелем.
Несколько лет назад для сторожевых кораблей, поставленных в серию на Мелитопольском заводе, понадобилась скорострелка среднего калибра. Тогда-то и был приглашён Барановский для беседы на эту тему. Подкинул я ему секретные материалы, "полученные нашей разведкой в Италии", по пушечному комплексу ОТО МЕЛАРА с комплектом эскизов из "блокнота". Если помните, эта конструкция примерно так выглядела.

Масса установки около восьми тонн, дальность стрельбы пятнадцать километров, в цилиндрической обойме под башней готовые к выстрелу восемьдесят унитарных патронов. Владимир Степанович даже языком поцокал, так эта игрушка ему понравилась. Чтобы работы споро двигались, выдал я конструктору на подотчёт сто тысяч рублей, и дело пошло.
Но так только непосвящённым в финансовые вопросы конструкторам казалось. Вовремя они бумаги по инстанциям Рейтерну не представили, им показалось, что ста тысяч на всё хватит, а когда денежки закончились снова ко мне прибежали, на главбуха жаловаться. Попенял я им тогда, но вмешаться и помогать пришлось, граница - на то она и граница, а не проходной двор. Напомнил я эту историю Обухову с Путиловым. Посмеялись, улыбнулись и распрощались.

Меня удивило отсутствие брата Владимира, и только позже я сообразил, видимо, не самый младший стал отцом. Развалился в кресле и стал просматривать чужую прессу. Путешествие супруги на Юг превратилось в праздничное турне. Нас везде встречают, восхваляют, воспевают, приветствуют, причём не только как императрицу, но и как представительницу АО "Русская красавица". Наконец добрался до сообщения, что яхта, взяв на борт юного Вильгельма и его мать, двинулась в Марсель. Похоже, что французы от немцев по части восхвалений и комплиментов не отстанут, так что путешествие может несколько затянуться.

(Даунинг-стрит 10, Лондон, июнь 1872г.)

Уильям Юарт Гладстон, оглянувшись несколько раз в большое зеркало, сплюнул, потом чертыхнулся и его слуга услыхал:

- Дикси, я уехал, вернусь не ранее чем через пару часов. Если будут звонить, ты сообщишь что я в отлучке, но где, тебе неизвестно.
- Да, сэр, будет исполнено, сэр.

Примерно в это же время "старая скрипучка" (как за глаза называли четвёртого графа Кларендона) покинул свой кабинет и его коляска тоже двинулась в неизвестном никому направлении. Впрочем, это видимо не совсем верно, потому что спустя три четверти часа оба представителя британского истеблишмента встретились за городом. Они вышли из своих экипажей, сменив своё привычное министерское облачение, так что никому из встречных и в голову бы не пришло, что они видели премьер министра и министра иностранных дел, бредущих по обочине в пригороде Лондона. Экипажи, которые могли бы выдать их принадлежность, остались ядрах в пятистах от места встречи.

- Добрый день, Уильям.
- И я рад тебя видеть, старина.
- Что случилось, к чему такая таинственность?
- Ты вообще читаешь газеты?
- С меня хватает сводок и отчётов по нашему министерству, дорогой Уильям.
- У меня, поверь, этого добра тоже достаточно, но то, что я прочёл у писак Ройтера, оказалось весьма интересным.
- Это ты о чём?
- О вояже неких коронованных особ и наследников престолов сразу трёх империй через Бискайский залив, Атлантический океан и Средиземное море в Россию.
- Ах, ты об этом карнавальном действе, устроенном нашими недругами.
- Ну да, а ты что подумал?
- Маршрут длинный, непростой, мало ли что в пути может произойти.
- Но там в эскорте два броненосца.
- Не два, а четыре. По два с каждой стороны. Ну и что, яхта-то не бронированная.
- Ты ненормальный, общественное мнение.... Да нас четвертуют, нет, просто разорвут на много частей, если только узнают о подобных разговорах.
- А мы-то здесь причём? Это турецкие варвары перепутали корабли. В ночной темноте атаковали судно контрабандистов и случайно открыли огонь. Мы совершенно не причастны, да и не забывай - на борту той яхты две бывшие британские принцессы.
- Ты шутишь с огнём. Кроме того, как думаешь - корабли эскорта будут спокойно ждать и смотреть на эти явно пиратские действия?

- Думаю, что после такого инцидента Россия однозначно объявит османам войну. К войне надо готовиться, а это огромные расходы, если вступить в войну неподготовленным, расходы многократно возрастут. По-моему, мы этого как раз и добиваемся.
- Ну, хорошо, считай, что война началась. Россия повергла Турцию, её войска заняли почти всю европейскую часть Османской империи и наверное значительную часть азиатской. Что дальше?
- Дальше - международный конгресс, который осудит чрезмерные аппетиты российского медведя и потребует сохранить статус-кво, ну, допустим с некоторыми незначительными территориальными изменениями.

- А если Российский император не согласиться? Помни, что канцлером-то уже не князь Горчаков, а этот, чуть ли не бывший жандарм, граф Игнатьев.
- Пригрозим блокадой, таможенными барьерами, санкциями для российских товаропроизводителей, повтором Крымской кампании в конце концов.
- Поздно, поздно, дорогой Уильям. Медвежонок вырос, его этим не испугать.
- Тогда надо подкупить переговорщиков, в конце концов ввести наш флот в Дарданеллы, в Мраморное море или даже прямо в Босфор.
- Это Война, Уильям. Большая бессмысленная война.
- После любой войны всегда бывают мирные переговоры.
- Так-то оно так, это если будет с кем переговариваться, не забывай, что английский канал достаточно узок, это не Атлантический океан, современное судно в состоянии пересечь его всего за несколько часов.
- Это если три императора будут едины. Надо поссорить их, тогда помимо союзника победителю будет не до переправы через канал.
- А если они не захотят ссориться. Они же совсем не дураки, делить им практически нечего, императоры, можно сказать, дружат семьями. Нет, что-то здесь не то. Нужны необратимые процессы со следами, с явными следами, ведущими в нужную сторону.
- Это ты так слово "убийство" заменил на необратимый процесс. Звучит неплохо и вроде вполне демократично. Вот пусть и займётся твоё министерство поиском исполнителя для необратимого процесса. В этом году всё должно свершиться.
- Уильям, ты с ума сошёл.
- Это не я, это такое распоряжение мне спустили. Нам только и остаётся, что его выполнять или подавать в отставку.

Возникшая пауза в разговоре двух соратников завершилась фразой Джорджа Уильяма Фредерика Вильерса, четвёртого графа Кларендона

- Тогда считай, что я уже подал тебе необходимый документ. Его письменный аналог с моей подписью ты получишь не позднее чем завтра....

*****

Когда карета премьера Гладстона вновь остановилась на Даунинг стрит 10, верный слуга услышал только одну фразу:

- Дикси, меня ни для кого нет.

Оставшись один, Уильям ещё долго ходил взад и вперёд по своему кабинету. У непосвящённого сложилось бы впечатление, что британский премьер паниковал, но это было не так. Он думал, сравнивал и сопоставлял варианты, не исключая весьма успешные из времён прошедших.
Многократно перемеряв помещение шагами, к вечеру он наконец решился подойти к личному сейфу, достал тайный блокнот и шифровальную таблицу. Если бы мы с вами могли заглянуть через плечо писавшего и знали шифр, то в графе адресат смогли бы прочесть Августу Чарльзу Хобарту Хэмпдэну, эта строчка была записана на специальном зашифрованным отрезке другим кодом. Полностью оформленный документ с тайным вложением был адресован военному атташе в Стамбуле, с характерной отметкой вручить лично.

Следующая депеша, написанная главой кабинета, но с использованием другого шифровального блокнота была адресована Лорду Августу Уильяму Фредерику Спенсеру Лофтусу - послу Великобритании в России. Любознательный детектив, сумевший расшифровать её, наверное бы просто чертыхнулся, прочтя ничего не значащую фразу с дурацким требованием "срочно найти мастера для реставрации шкатулки, невзирая на возможную стоимость".

Передохнув, Уильям сочинил ещё два шифрованных письма в британские посольства Берлина и Парижа, в которых поочерёдно фигурировали слова "недоверие, ссора, конфликт"! Все три документа были отправлены специальным пакетботом с дипломатической почтой этим же вечером.
Первый самый трудный документ будет передан ранним утром следующего дня телеграфом вместе с ворохом других посольских документов прямо в Стамбул, так он привлечёт меньше внимания.

(Канцелярия министерства, Лондон, июнь 1872г.)

Джон Кимберли или агент "крестник" был завербован в конце 1866 года. В той неудачной операции британской службы в далёкой России на него возлагалась задача доставки послу - лорду Эндрю Бьюкенену значительных материальных ценностей, предназначенных в качестве гонорара участникам планируемого дворцового переворота. Свою задачу Кимберли выполнил, но по негласным канонам разведки после провала той акции он уже третий год находился на "карантине".

Интересно, что его новые работодатели это хорошо понимали и не поручали пока никаких серьёзных заданий, хотя деньги, причём немалые, платили исправно. Джон весьма дорожил этими приработками и старался как мог. От природы он был ловок, сообразителен и наблюдателен, поэтому, если его сообщения и не несли информации совершенно секретного характера, то были весьма ценным подспорьем для ведомства Игнатьева при планировании операций. Инициатива "крестника" по сбору досье на сотрудников Министерства и Адмиралтейства была одобрена и теперь он собирал сведения не абы как, а по определённому направлению.

Естественно, что отправка аж в Санкт-Петербург целого пакетбота практически без пассажиров с одной лишь дипломатической почтой не прошла мимо его внимания. Установить, что это было сделано по команде премьера тоже не составило труда. Сотрудники транспортной компании старательно склоняли имя "Уильям" по двум падежам бедного английского языка, за срыв устоявшегося графика перевозок. Ни для кого не было большим секретом, что при неполной загрузке пакетботы, ходившие по графику, перевозили ещё некоторые товары по сниженному тарифу.

Так СБИ России узнала о срочной депеше, отправленной по прямому указанию премьер - министра Гладстона главам посольств трёх столиц. Мезенцев тут же уведомил Штибера и Кастельно о возможном начале какой-то тайной операции и "рекомендовал, повысить, усилить, увеличить" ну и так далее.

Вильгельм-Иоганн-Карл-Эдуард не зря с самого раннего детства получил имя на манер августейших младенцев императорской фамилии. Находчивость и предприимчивость Вильгельма Штибера и в этот раз оказали ему услугу, позволив частично скопировать уже расшифрованный документ и сфотографировать конверт, в котором он был доставлен. Теперь "рыцари плаща и кинжала" знали почти наверняка, что содержание документа скорее всего тождественно, а послы коварной островной державы наверняка получили прямое задание поссорить их сюзеренов.

(Гатчина любимый кабинет Е.И.В., июнь 1872г.)

Как-то я уже жаловался на то, что с широким внедрением телефона мой любимый кабинет перестал быть надёжным убежищем от всех и всего. Вот и сейчас уже достаточно поздно, но что это за звонок в приёмной?

- Ваше Императорское Величество, звонят из Берлина из кабинета Фридриха III.
- Хорошо, Михаил, переключайте звонок на меня, пожалуйста.

- Добрый вечер, брат! Что или кто доставил тебе такое беспокойство, что ты решил позвонить?
- Добрый вечер, брат! Беспокойство имеет свойство распространяться, и сейчас я им с тобой поделюсь.
- Фридрих, дорогой, ты меня пугаешь.
- Я сам несколько смущен, а возможно и напуган.
- Моему Штиберу кое-что удалось. Копии уже отправлены твоему Мезенцеву, но главное в том, что эти подлецы решили нас поссорить.
- Нас? Тебя и меня?
- Нет, всех троих. Тебя, меня и Шарля Луи.
- Ну, это уже не так страшно. Потому что треугольник очень устойчивая фигура.

- Николай, мне не до шуток. Жена и наследник вчера отправились в путешествие и я волнуюсь за них.
- Насколько я знаю, там не только твоя жена. Яхту с императрицами и наследниками сопровождают два броненосца, а в Марселе их станет четыре.
- Я всё это знаю, но беспокойство не проходит. Эти торгаши бывают весьма предприимчивы и способны на всё.
- Ты был прав, во мне уже поселилось беспокойство. Давай сделаем так - я сейчас займусь вопросом усиления почётного эскорта, для чего переброшу в Марсель пару новых крейсеров сопровождения, а ты поставь в известность Шарля Луи и попроси его обеспечить усиление конвоя на пути к Марселю.
- Хорошо, дорогой брат, я так и поступлю, а завтра в обед созвонимся.

Чёртов Гладстон. В том, что это какая-то его очередная провокация я не сомневался. Цель - поссорить три страны конкурента тоже понятна. Именно так и было сделано в той истории, в результате чего Германия, Россия и Франция потеряли лучших своих сыновей в бессмысленной бойне во славу американских капиталов.

Стоп, стоп, стоп. Банкиры этих двух стран ещё не настолько подружились, пока продолжаются переговоры о размере компенсации за действия корсаров "Самтере", "Алабамы", "Флориды", "Шенандоа", "Таллахасси" и других пиратов Атлантического океана. Рафаэль Семмс жив, здоров, обласкан! Значит надо об этом напомнить публике.
Формируйте общественное мнение, Ваше Императорское Величество. Какая идиотская фраза, с одной стороны общественное мнение, с другой стороны - самодержавный деспот. Ничего, поручим нашим специалистам сделать повторное напоминание.

Мои сотрудники по формированию общественного мнения не зря едят свой хлеб. В ответ на полученное задание напомнить о Рафаэле Семмсе, мне предложили расширить круг британских героев в войне Севера и Юга, добавив английского аристократа Августа Чарльа Хобарта-Хэмпдэна. Немного подумав, я согласился, пусть в свете возможных событий американская публика заранее познакомится с турецким Гобарт-пашой, причём сделает это на страницах американских комиксов.

Что ещё, что ещё? Ну, как я мог забыть, точнее не забыть, а просто привыкнуть. Это организация покушений на первых лиц государства. Тут мы, пожалуй, на уровне. Всё лучшее наши службы взяли на вооружение. Кроме того, в этой истории есть отдушина в виде бывшей Британской Колумбии. Всех либералов с демократами для проведения практических занятий и лабораторных работ отправляют туда без ограничений. Правда эти умники быстро сообразили, что там кроме умения говорить надо ещё уметь работать, иначе кушать будет нечего.
Подачки от послов, заинтересованных во внедрении демократии государств, туда не поступают, это государственное образование пока никого особо не интересует. То, что поставляется в эту страну нашими кораблями, предназначено исключительно для продажи и поддержания самой молодой, неспособной ещё работать части населения.

*****

Делаю последнюю на сегодня запись в ежедневнике и отправляюсь спать. Надеюсь, больше никто мне звонить и беспокоить Е.И.В. не будет.
Заснуть не удалось, этот чёртов Фридрих таки заразил меня беспокойством. Звоню командиру "Дмитрия Донского".

- Доброй ночи, Михаил Иванович.
- Здравия желаю, Ваше Императорское Величество.

Живо себе представил, как отличный аэронавт в домашнем халате стоит с телефонной трубкой в руках по стойке смирно посреди своего кабинета! Так и захотелось произнести - "вольно"! Раздумал, так можно и обидеть человека, уставные привычки военных со временем на уровень рефлексов переходят.

- Михаил Иванович, доложите, пожалуйста, о состоянии нашего с вами любимого корабля. Как его самочувствие, не скрипит ли, не чихает, газ не теряет?
Это я специально такой тон взял, чтобы человек мог расслабиться и говорил нормально.

- Никак нет, Ваше Величество. Дирижабль "Дмитрий Донской" находится в повышенной готовности в связи с вашим прибытием в Гатчину. Таковым было распоряжение Великого Князя Владимира Александровича!

Похоже, что расслаблением здесь и не пахнет, интересно, а что это за команда прошла от ВК Владимира?

- Уточните, пожалуйста, текст распоряжения Великого Князя.
- Текст депеши находится в штабе аэроотряда, цитирую его по памяти: "В связи с ожидаемым прибытием Е.И.В. в Гатчину объявляю повышенную готовность всех транспортных средств, занятых в обслуживании Государя Императора"!

Молодец братишка, порадовал, чутьё его и в этот раз не подвело.

- Хорошо, Михаил Иванович, завтра получите необходимые карты и проложите курс для полёта по следующему маршруту: Гатчина - Одесса - Остров Лисс - бухта Аяччо, Корсика. Обратный маршрут скорее всего должен будет завершиться в Одессе, но возможен и перелёт сразу в Крым.
- Ваше Императорское Величество, разрешите узнать цель полёта?

- Извините, Михаил Иванович, но думаю, что цель окончательно определиться только тогда, когда вы будете уже над Адриатикой.
- Вопросов нет, прошу разрешения стартовать сразу после получения карт. Маршрут Гатчина - Одесса - Лис уже известен и курс просчитан. Следующий участок просчитаем уже, будучи в полёте.
- Хорошо, Михаил Иванович. Приказ о перелёте получите завтра с утра! Спокойной ночи.

Какой я, однако, лицедей стал. После такого разговора мой кавторанг уже, небось, облачается в комбинезон, предварительно вызвав "развозку" и минут через пять-десять помчится в ангар к своему любимому кораблю! Ну, Бог ему в помощь!

- Михаил, что у нас с чаем?
- Вам с коньяком или с лимоном, Ваше Величество?
- Давай просто коньяк, без чая. Да, позвони в штаб аэронавтов, предупреди об отправке "Дмитрия Донского" в специальный рейс. Командир дирижабля о маршруте движения извещён.
- Будет исполнено, Ваше Величество!

Историческая справка

Гобарт-паша (Hobart Pasha), настоящее имя Август Чарльз Хобарт-Хэмпдэн (Augustus Charles Hobart-Hampden)-- английский капитан, адмирал Османской империи. Родился в 1822 году в Лестершире в роду графов Бакингемширов. В 1835 году поступил на службу в Королевский военно-морской флот Великобритании. Будучи гардемарином служил на побережье Бразилии, участвуя в кампаниях против работорговцев.
В ходе Крымской войны 1853--1856, будучи капитаном "Драйвера" (англ. "Driver"), отличился при взятии Бомарсунда и бомбардировке Свеаборга.
Во время Гражданской войны в США (1861--1865) служил на стороне Конфедерации (южане), где проявил большую отвагу, 18 раз прорывая блокаду, доставляя в Чарлстон (Южная Каролина) военные грузы и вывозя оттуда коммерческие грузы хлопка.
В 1867 году поступил на турецкую службу, сразу получив звание контр-адмирала. Командуя флотом активно участвовал в подавлении Критского восстания, получив за это позже титул паши и должность главного инспектора флота. Много содействовал усилению турецкого флота.
В Русско-турецкой войне 1877--1878 годов несмотря на нейтралитет Великобритании, командовал турецким флотом в Черном море. В 1881 году первым из христиан получил звание маршала Османской империи.

Сэр Адольф Слэйд (1804-13 ноября 1877) британский вице-адмирал, который длительное время в должности адмирала (начальника штаба) руководил созданием флота Османской империи.
Он был пятым сыном генерала сэра Джона Слейда. В августе 1815 г. поступил в Королевский военно-морской колледж в Портсмуте, блестяще завершив курс обучения с золотой медалью.
В качестве частного лица на корабле капитана Эдмунда Лайонса (впоследствии лорд Лион) он побывал в нескольких морских портах России. Из Варны он пошел по суше в Адрианополь, и в течение следующих двух лет путешествовал по большей части страны по обе стороны Босфора. В 1833 году он опубликовал "Отчеты Путешествие в Турцию, Грецию и круиз по Черному морю".
В 1849 году Слэйд получил звание Mushaver-Паши и в течение следующих семнадцати лет был административным главой турецкого флота, который с большим трудом он довел до точки "Относительная эффективность".
В 1853 году в Синопском сражении Адольф Слэйд (Мушавер-Паша) единственный из адмиралов, которому удалось на пароходе "Таиф", пользуясь преимуществом в скорости, скрыться от преследования и добраться до Стамбула.
2 апреля 1866 году получил звание контр-адмирала в английском флоте.

Перед Крымской войной Синоп был превращен британцами и турками в одну из своих основных баз для снаряжения судов, доставлявших оружие и боеприпасы отрядам Шамиля.
Оружие и боеприпасы, предназначенные для кавказских горцев, перегружались с этих кораблей на одномачтовые каботажные суда -- кочермы. Корабли шли обратно в Константинополь, а кочермы -- к кавказскому побережью. Строительство каботажных судов, поддерживающих непрерывную связь с мюридами Шамиля накануне войны, было особенно широко развернуто в синайском адмиралтействе.
Синоп вновь гостеприимно принимал корабли, возвращавшиеся с Кавказа. Вместо оружия и боеприпасов они теперь везли в Турцию черкешенок и русских крестьянок, чтобы продать их в рабство. Англичане усиленно поощряли работорговлю на Черном море; при постыдном участии представителей "европейской цивилизации" с Кавказа в Турцию увозились в рабство тысячи человек.
В Синопе производился открытый торг русскими полонянками. Этот город был превращен британцами в центр работорговли и в опорный пункт для осуществления агрессивных замыслов Англии на Кавказе.

Двести пятидесятая запись в дневнике Е.И.В. Николая Второго

(Бухта Рагуза, Хорватия, Адриатика 1872 г.)

Адмиральская каюта броненосного фрегата "Османие" впечатляла любого, кто имел честь быть приглашённым к её владельцу - адмиралу Османской империи Августу Чарльзу Хобарту Хэмпдэну или согласно местных правил титулования, Гобарт-паше.

Хозяин каюты - турецкий адмирал британского происхождения курил кальян и предавался воспоминаниям. Некоторые были приятными, некоторые очень приятными, попадались и другие, но на них можно было в воспоминаниях не останавливаться, проматывая ненужное как манильский трос через таль-блок.

Четвёртый ребенок шестого графа Бакингемшира, родившийся в Уолтоне - на - Пустошах, Лестершира 1 апреля 1822 года в весьма юном возрасте самостоятельно понял и осознал под воздействием школы доктора Майо в Cheams из графства Суррей четыре простые истины:

- Человечество делится на британцев и остальных - небританцев, большая часть которых являются дикарями.
- Британская империи существует для того, чтобы управлять теми, кто самостоятельно управлять не способны, потому и существует "royal navy", который знают и уважают большинство варваров.
- Деньги весьма важны в жизни каждого британца, но могут быть с успехом заменены их эквивалентом: пряностями, благородными металлами или драгоценными камнями.
- Далеко на Востоке находится дикая варварская территория, которая всячески мешает Британии окончательно утвердиться в просвещенном, демократическом управлении всеми другими странами.

Больше ничем интересным школа Майо не смогла заинтересовать молодого человека из приличной семьи и он, пользуясь родственными рекомендациями, поступил на службу в Королевский флот. Было бы несправедливо сказать, что его путь был устлан розами, но парень чётко знал что важно для жизни истинного британца! Его первое судно "Rover" о восемнадцати орудиях, .... о, как давно это было?!

В июле 1842 года блестяще сданы экзамены в Военно-морском колледже в Портсмуте. Через три года Чарльз-Хобарт уже лейтенант, появилась возможность начать реализовывать программу по третьей позиции жизненных целей. Борьба с работорговлей у берегов Южной Америки, получение призовых, роскошный, темпераментный и весёлый город Рио-де-Жанейро и жизнь, полная приключений. Что ещё надо, когда тебе только двадцать с небольшим?!

К сожалению, корабли работорговцев быстро закончились, а с ними и призовые деньги, и приключения. Правда, Фортуна ещё раз улыбнулась молодому лейтенанту - в мае 1844 был получен приказ отвести судно работорговец "Demerara" в метрополию. Там, в Англии, за проявленное мужество он получил назначение на должность командира королевской яхты.
На борту этой красавицы и состоялось знакомство Хобарта с юным Эдуардом Генри Стэнли, 15-м графом Дерби. Молодые люди понравились друг другу и подружились, эту дружбу они сохранили на всю жизнь.
Весёлые времена на прогулочной посудине промелькнули очень быстро и вот он уже старший офицер на корабле "Хиберния" под флагом вице-адмирала Паркера. Потянулись трудные, выматывающие будни, но все меняется.

30 ноября 1853 года, - дикая варварская страна на востоке устроила Османской империи Синопский погром. Сэр Адольф Слэйд - Мушавер-паша, который был главным администратором флота Осман-паши и очень многое сделал для укрепления его флота. В Синопском сражении, воспользовавшись преимуществом в скорости парохода-фрегата "Таиф", умудрился ускользнуть, но командующий турецким флотом попал в плен, впрочем, и флота как такового у османов не осталось.

Согласно четвёртой жизненной установке потребовалось срочное Британское вмешательство. Началась Восточная война. Капитан "Драйвера" ("Driver") Чарльз-Хобарт отличился при взятии Бомарсунда и бомбардировке Свеаборга. Последовало награждение и 29 сентября 1855 года Хобарт был произведен в чин коммандера.
Флот, конечно, может многое, но не всё. Политики не договорились и пришлось подписать мир со страной варваров, тем более что до главных союзников - французских франтов дошла простая истина. - В этой войне что-то выиграть могут только британцы, все остальные участники кровавых событий несут только безвозвратные потери.

15 августа 1861 года Хобарт назначен командиром артиллерийского корабля "Фоксхоунд" (HMS Foxhound). Командовал он "Фоксхоунд" чуть больше двух лет, когда однажды в 1863 году к нему обратился незаметный человек, который предложил восстановить былые навыки игры в "убегалки и догонялки".
Так будущий Гобарт-паша оказался на службе небезызвестной SSC. Британия надеялась, что её помощь поможет южанам выиграть войну, на это искренне надеялся и Чарльз Хобарт Хэмпдэн. Восемнадцать раз его корабль прорывал блокаду, доставляя в Чарлстон военные грузы и вывозя оттуда хлопок. Но и эта война закончилась, а с ней и щедрые проплаты по линии заказчиков.

К счастью, верные друзья - граф Дерби и SSC, не забыли о нём и вот в свои сорок пять он полный адмирал турецкого флота. Пришлось, правда, повозиться в крови на Крите во время восстания греческих дикарей, но награда того стоила.
Его произвели в адмиралы (теперь он паша) и предложили должность главного инспектора флота. Новые броненосцы в Османском флоте - это во многом и его заслуга, по достоинству оцененная британскими кораблестроительными фирмами.
Естественно заказы на корабли из железа подписывал энергичный султан Абдул Азиз, занявший престол в 1861 году, но в подготовке этих подписей активное участие принимал Гобарт-паша, сменивший сэра Адольфа Слэйда, бывшего - Мушавер-пашу. Благодаря их дружным усилиям была принята внушительная программа строительства броненосцев, рассчитанная прежде всего на промышленную базу Англии.

Лёгкое успокаивающее покачивание большого корабля не могло прервать размышления Чарльза-Хобарта, хотя воспоминания о последнем разговоре с графом Дерби вызывало неосознанное беспокойство. В 1868 году его друг занял пост министра иностранных дел и к нему помимо информации, добываемой военными агентами и дипломатами, попадали отчёты капитанов торговых судов, купцов и путешественников, посещающих все страны мира.
Новости были тревожными. Восточные варвары успешно восстанавливали флот в Чёрном море, при этом достигли таких успехов, что разгромили флот Австрийской империи и закрепились в Адриатике. Правда, сам паша не очень высоко оценивал адмирала Тегетхоффа и его корабли, но факт оставался фактом. Помимо этого русские осваивали просторы Тихого и Северно-ледовитого океанов, укреплялись на Балтийском побережьи и даже обустроились на островах Индийского океана, основав там новые поселения. Последнее было больше похоже на фантастический бред но, тем не менее, это была реальность. Не верить словам приятеля у Хэмпдена не было никаких оснований, напротив, он очень внимательно к ним прислушивался.

Политическим кредо Дерби было: стараться избегать большой войны с Россией, а воздействовать на неё, используя внутренние противоречия и про-британски настроенные круги аристократии, вороватых чиновников, банкиров и русофобской интеллигенции. Естественно не забывая о многонациональном составе Империи, всячески подогревая и разжигая национальные и религиозные противоречия. Идеальным выходом такого подхода с точки зрения лорда была бы буржуазно-демократическая революция, которая надолго выбьет восточного конкурента из борьбы между лидирующими империями.

Хорошо зная историю войн на море, британец про себя отметил успешные операции турок ещё в Восточную войну по вывозу абхазцев, чеченцев и ингушей в Турцию, где из них готовили боевиков и эмиссаров для борьбы против России.
Сейчас, уже как подданный султана, Гобарт-паша обдумывал, точнее, окончательно проверял диспозицию флота в операции по высадке десанта на Кавказе и оказании поддержки местным племенам, выступающим против центрального правительства.
Что-то пошло не так, как планировалось. Шебеки и кочермы с оружием, боеприпасами и непримиримыми (вывезенными для подготовки в Турцию ещё в 50-х годах) исчезали, причём исчезали бесследно. Похоже, что русским варварам удалось наладить пограничную морскую службу. Необходимо до начала большой десантной операции нанести по ней упреждающий удар. Хобарт уже несколько недель назад начал составлять инструкцию по выявлению и уничтожению кораблей пограничной службы противника.

Небольшой шум на палубе и лёгкие удары о корпус судна известили адмирала о прибытии его адмиральского катера.
Скоро должна состояться встреча с британским морским агентом из Стамбула. Этот тип должен доставить почту и возможно несколько писем от старых друзей, которые должны хотя бы немного прояснить внешнеполитическую обстановку.

Стук в дверь каюты подтвердил правильность его предположения.

- Войдите.
- Добрый день, сэр. Ваш катер, ошвартован, поддерживает пары и будет готов к отходу через четверть часа, сэр.

Это его "тень". Этого валлийца Хобарт выкупил-спас от петли ещё в Южной Америке. Теперь вот уже более двадцати лет Джозеф сопровождает его по всем морям и кораблям, на которых служил адмирал.
- Хорошо, Джо! Я, буду готов через четверть часа! На всякий случай подготовь и проверь оружие.
- Да, сэр, будет сделано, сэр.

Последнее было, пожалуй, излишним, они никогда не сходили с корабля, не проверив оружие, Дверь каюты бесшумно закрылась, только едва слышно щёлкнул язычок новомодного запора, который недавно был установлен по настоянию его "тени".
Итак, паша вернулся к столу, чтобы убрать документы разрабатываемого плана по нанесению упреждающего удара. - "Придётся перевести два броненосных фрегата в Батум, чтобы они сопровождали контрабандистов до русского побережья, и в случае неожиданной ночной встречи в море обязаны были утопить пограничные суда для беспрепятственного прохода шебек к берегу". - Закончив излагать эту мысль на бумаге, он аккуратно промокнул написанное, собрал все документы и убрал их в шкатулку, которую запер в специальный сейф, находящийся в каюте.
Проверив, как лежит револьвер в потайном кармане форменного сюртука, Хобарт-паша покинул свои апартаменты и выбрался на верхнюю палубу. Через час с небольшим будем на месте. Островок скалистый, неприветливый и потому необитаем, там нас никто не увидит, это уже проверенно. Несмотря на то, что многие знали о национальной принадлежности турецкого паши, лишний раз демонстрировать встречу с британским морским агентом не входило в его планы. Адмиральский катер, слегка покачиваясь, ждал у парадного трапа, верный Джо был уже внизу. Пожалуй, пора. Ещё раз взглянув на часы, Чарльз-Хобарт или Гобарт-паша, покинул борт своего флагмана.

Как и ожидалось, вскоре паровой катер со своим высокопоставленным командиром на борту, обогнув выдающийся в море мыс, ткнулся у одного из многочисленных островков вблизи Рагузы. Небольшая парусная шлюпка британского атташе со свёрнутым парусом и скучающим турком на банке, как и было договорено, ждала их на противоположном берегу маленького островка, не видимая с борта катера. Она была вытащена на берег ярдах в пятидесяти за большим камнем, откуда собственно начинался мыс.

Пока Хобарт раздумывал, его "тень" уже успел дать поручение командиру маленького судна зайти в Рагузу и подробно рассказал ему, что и где купить сообразно вкусам своего хозяина, особый упор был сделан на мясо молодого барашка, заранее замаринованное накануне. Такие встречи длятся не один час, поэтому времени для покупок на берегу было достаточно. Сам Джозеф к кулинарии был почти равнодушен и предпочитал оставаться рядом со своим повелителем, так что за свою спину Хобарт мог не беспокоиться. Когда катер отчалил, адмирал не спеша двинулся на встречу со своим письмоносцем.

- Добрый день, сэр!

Из-за небольшой скалы показался носитель информации, худосочный бледный человек со следами оспин на лице, исполняющий должность морского агента. Таких людей, точнее сухопутных моряков, адмирал не любил. Мало того, что они в своих сумках очень часто приносили неприятные почтовые известия и даже приказы, так они ещё почти всегда щеголяли в гражданском платье, предпочитая его форме. Умом Хобарт понимал, что так им удобней работать, но в душе он этому противился.

- Добрый день.

Недостающую часть обращения паша проглотил, чтобы сразу свести общение с агентом к минимуму и показать ему кто здесь главный.
- Показывайте ваши послания.
- Вот здесь все ваши письма, сэр. Это обычная корреспонденция. Здесь срочная депеша от сэра Гладстона. Мне поручено вручить её вам и дождаться ответа.

Это было большой неожиданностью. Хобарт всегда согласно инструкции брал с собой трафарет-шифр, но за три года службы в должности паши он понадобился ему впервые.
- Хорошо, давайте с этой депеши и начнём.

По мере прочтения приказа, а текст не оставлял сомнений в том, что это приказ, настроение адмирала менялось несколько раз, от плохого к очень плохому.
Если я выполню это, то наверняка получу от султана "чёрный шёлковый шнурок". Так иногда называли приказ об удушении неугодных.
Если этот идиотский приказ проигнорировать, то мою адмиральскую карьеру можно считать оконченной и если меня дома не повесят, то уж почётную отставку и пенсию я точно не заслужу. Что прикажете делать? Как поступить?....

Сделав вид, что он внимательно читает расшифрованное письмо, авантюрист по натуре восемнадцать раз прорывавшийся в Чарлстон, доставляя военные грузы федералистам, просчитывал варианты.

- Что это за закорючка?

Хобарт кивнул на конверт с шифрованной депешей. Агент подошёл почти вплотную и стал внимательно рассматривать протянутый конверт.
- Простите, сэр. Где сэр?
В ответ раздался сухой щелчок выстрела малокалиберного пистолета. Один глаз человека с оспинами, пропустив пулю, стал похож на раздавленного жука, но для него это значения уже не имело.

- Джо, убей турка в лодке, только тихо и подойди ко мне.
- Да, сэр.

Подойдя вразвалочку к шлюпке, Джозеф хладнокровно воткнул в грудь спящего человека тонкую металлическую спицу, слегка придержав его рукой, хотя после такого удара этого уже не требовалось. Вернувшись к своему хозяину, он произнёс:

- Турок мёртв, сэр.
- Хорошо, теперь выверни у них обоих карманы, как будто их ограбили, а я пока займусь перепиской.

Быстро просмотрев небольшую пачку бумажек и про себя употребив не очень литературное выражение в адрес их отправителей, Чарльз-Хобарт порвал письма на небольшие кусочки, смял, сложил их в кучку и запалил. Когда импровизированный костёр прогорел он, тщательно перемешал пепел, убедившись, что несгоревших кусочков не осталось.

- В карманах ничего ценного, кроме нескольких турецких монет, сэр.
- Забрось обоих в шлюпку, поставь парус, и пусти в свободное плаванье. Вечерний бриз отнесёт лодку далеко в море и запомни, на встречу они не прибыли.
- Да, сэр. Мы ждали их около часа, но так и не дождались.
- Молодец, Джо. Ты как всегда находчив и остроумен. Можем идти встречать наши покупки.

Когда адмиральский катер приблизился к безымянному островку, там уже почти прогорел костер, на угольях которого были сделаны отличные шашлыки. Гобарт-паша всегда славился своей щедростью, поэтому команда катера, с удовольствием отведав мастерски приготовленное мясо молодого барашка, осталась очень довольна прогулкой.

На обратном пути к кораблю, Хобарт тщательно обдумывал только одну мысль. Поставить лорда Дерби в известность о коварных планах премьера и если это сделать, то как скрыть "несостоявшуюся" встречу с агентом. Наконец, уже в виду "Османие" паша решил, что друг Стэнли и сам по направлению активности Хозяина Даунинг стрит 10 сделает правильные выводы. У меня на этом посту другие задачи и другие цели.

Историческая справка

32-й султан Османской империи.

Абдул-Азиз (9 февраля 1830 -- 4 июня 1876) -- 32-й султан Османской империи, правивший в 1861--1876 годах. Второй сын султана Махмуда II; вступил на престол после своего брата Абдул-Меджида 25 июня 1861 года. Он желал реформ, окружил себя либералами, приобрёл популярность, обещав государственную и дворцовую экономию; но был не достаточно твёрд, чтобы исполнить свои намерения. С 1862 году частые нервные расстройства мешали ему заниматься делами, и потому до 1871 года государство управлялось великим визирем по установлению его предшественника.
В 1867 году во время переговоров о Кандии, несмотря на несогласия, возникшие у Османской империи с другими державами, Абдул-Азиз отправился на Запад. 30 июня великолепно принятый в Париже Абдул-Азиз посетил Всемирную выставку; от 12 до 23 июля пробыл в Лондоне; 24-го июля приветствовал прусскую королевскую чету в Кобленце; пять дней пробыл в Вене и 7 августа 1867 года вернулся в Константинополь.
В 1873 году, уступив хедиву Египта за 21 миллион франков почти все права независимого государя, оставил солдат и чиновников без содержания. Это вызвало волнения в армии и резкое падение авторитета правителя. Когда же всё стало клониться к упадку и восстала Герцеговина (август 1875 г.), он велел сократить наполовину платежи процентов по государственным долгам, тем самым подорвав доверие к государству....
30 мая 1876 года его заставили его отречься от престола в пользу племянника, Мехмеда Мурада (Мурада V). Несколько дней спустя султан был убит во дворце Чираган, куда был заключён как государственный преступник.

33-й султан Османской империи.

Мурад V (21 сентября 1840, Константинополь, Османская империя -- 29 августа 1904, Константинополь, Османская империя) -- 33-й султан Османской империи, правивший 93 дня, с 30 мая по 31 августа 1876. Принц Мурад был сыном султана Абдул-Меджида I и пришёл к власти 30 мая 1876 после того, как его дядя Абдул-Азиз был смещён с трона. Во главе заговора стояли великий визирь Мехмед Рушди, военный министр Хусейн Авни и министр без портфеля Мидхат-паша.
Мурад V не смог издать конституцию, на которую надеялись его соратники. Во время его правления империя скатилась ближе к катастрофической Русско-турецкой войне 1877--1878 годов.
Неожиданное возведение на престол, убийство сверженного султана Абдул-Азиза и, наконец, последовавшее вслед за тем убийство нескольких министров, в том числе Хусейна Авни, произведённое в доме Мидхата-паши родственником Абдул-Азиза, Хасаном, потрясли и без того истощённую разными излишествами, в особенности злоупотреблением спиртными напитками, нервную систему султана, который с первого же дня правления стал обнаруживать явные признаки ненормальности.
Выписанный из Вены психиатр Лейдерсдорф заключил, что болезнь Мурада хотя и не может быть признана неизлечимой, но требует продолжительного лечения. Этим воспользовались Мидхад-паша и некоторые другие, недовольные или не вполне удовлетворённые новым положением вещей, и устроили новый заговор. Шейх-уль-ислам издал фетву, которой признал право низвергнуть помешанного султана.

34-й султан Османской империи

Абдул-Хамид II; тж. Абдул-Гамид (22 сентября 1842 -- 10 февраля 1918 Константинополь) -- 34-й султан Османской империи и 99-й халиф, правил в 1876--1909 годах.
Пытался установить режим единоличной власти и сохранить территориальную целостность империи, опираясь на идеологию панисламизма. Стремительно слабеющая и распадающаяся Османская империя при нём окончательно превратилась в полуколонию европейских держав. Был вторым сыном султана Абдул-Меджида I. Получил хорошее образование, в особенности военное, путешествовал по Европе. Местом своего пребывания выбрал дворец Йылдыз.
Царствование его началось при тяжёлых условиях. По всей стране происходили волнения и бунты, переходившие нередко в страшную резню между мусульманами и христианами; с Сербией и Черногорией велась война; финансы были в полном расстройстве; грозило иностранное вмешательство с целью побудить Турцию ввести реформы и заключить мир. Сознавая при таких условиях полную невозможность противиться настойчивым требованиям великих держав, но вместе с тем не желая подчиняться поставленным ему условиям, султан решил бороться с державами "политикой обещаний", охотно даваемых, постоянно изменяемых и никогда не исполняемых.
Эта политика, сделавшаяся характерной чертой его царствования, вела к бесконечной дипломатической переписке и затягивала решение вопросов на неопределенное время.

Сэр Генри Эллиот, посол Британии в Стамбуле с 1867 года по 1875 год. Второй сын Гилберта Эллиот-Мюррейя Kynynmound, 2-й граф Минто.
Организатор дворцового переворота в результате, которого был смещён султан Абдул-Азиз и на султанский престол был возведен Мурад V. В 1876 -- 1877 гг. одновременно с Салисбери принимал в качестве второго уполномоченного Англии участие в константинопольской конференции, но за крайнее туркофильство был отозван. В 1877 -- 1883 гг. был посланником в Вене.

Двести пятьдесят первая запись в дневнике Е.И.В. Николая Второго

(Заговорщики дворца "Пушечные ворота", Константинополь)

Топкапы -- главный дворец Османской империи до середины XIX века. Название, "Топкапы" в переводе с турецкого означает "пушечные ворота". Во втором дворе Топкапы над зданием диван -- совета находиться башня "Адалет". Когда-то она выполняла сторожевые функции, чтобы во время заседаний дивана исключить проникновение вражеских соглядатаев.

Схоронимся там, посмотрим и послушаем, о чём говорят присутствующие.
В помещении "дивана", состоящем из двух смежных комнат -- комнаты визиря и помещения для составления протокола проходило тайное совещание заговорщиков.

Собственно сами инициаторы заговора, собрались в протокольном помещении, из которого были вынесены длинные приземистые диваны писцов, а вместо них установлены изготовленные на европейский лад канцелярские столы с конторками и обычные стулья. Посредине, как остров посреди реки, возвышался стол для совещаний со стульями, расположенными вокруг него, на которых восседали участники. Два отдельно стоящих столика стенографистов и их стулья были пусты, что говорило о высшей степени секретности проходящего сейчас события.
Заговорщики, хотя, наверное, трудно так назвать людей, в руках которых и так находилась высшая исполнительная власть Османской империи, визири и министры внимательно с почтением выслушали послание сэра Генри Эллиота, посла Британии в Стамбуле, обращенное к ним. Сейчас они с не меньшим прилежанием слушали достаточно молодого человека, говорившего на чужом языке и лишь изредка вставлявшем в свою речь турецкие слова. Во главе большого стола сидел великий визирь Мехмед Рушди, справа от него - военный министр Хусейн Авни, а слева - министр без портфеля Мидхат-паша. Сборище почти заканчивалось.

- Господа, нам осталось только определиться с позицией по отношению к главнокомандующему флотом - адмиралу Хасану Хюсню Паше.

Эти слова принадлежали лейтенанту Королевского флота, сэру Генри Феликсу Вудсу (Sir Henry Felix Woods), которой был принят на службу в Османскую империю сначала в качестве "кaymakam" или подполковника, хотя сейчас он уже не без удовольствия носил звание "бей". Минёт не так много лет и имя этого лейтенанта украситься приставкой "паша".

Возможно, что причиной такого карьерного взлёта являлось его заключение по обследованию входа в Босфор, которое заканчивалось весьма прозаическими словами: "Россия была и остаётся величайшим врагом Великобритании, а одним из способов давления на неё является воздействие через Османскую порту на положение в проливах".

- Абдул-Азиз уделял большое внимание развитию флота, что обязательно должно сказаться на позиции человека, командующего этим сложным организмом. Думаю, что Хасан Хюсню Паша может не подчиниться нашему решению.

- А что же нам делать? Его броненосцы располагают внушительной артиллерией и хорошо подготовленными командами.

- Господа, на каждом из кораблей находятся наши наставники и советники. Думаю, что мы узнаем обо всём раньше чем кто-либо. Тем не менее желательно поместить командующего флотом под домашний арест, и, возможно, придётся отдавать команды эскадрам какое-то время в письменной форме от его имени.

Столь необычная форма решения вопроса, когда фигура не убиралась с доски, а лишь на время лишалась возможности ходить, была в диковинку "членам высокого дивана". В комнате повисла тишина.

- Уважаемый господин военный министр, я думаю, что у вас найдутся люди способные обеспечить намеченные действия?
Хусейн Авни вздохнул, а вслед за вздохом высказал весьма дельную мысль.

- Думаю, что лучший способ нейтрализовать адмирала - это от имени Абдул-Азиза пригласить его сюда во дворец Топкапы.

- У кого есть возражения? - выдержав приличествующую моменту паузу, британский диспетчер дворцового переворота Генри Феликс Вудс произнёс: - Принимается!

- Кто ещё во флоте может усомниться в наших решениях?
- Только старый Мустафа-паша, командир Черноморской эскадры, он и его корабли сейчас в Варне.

- Вот и нужно лучшие броненосцы из Варны перевести сюда для охраны канала, а ещё парочку в соответствии с рекомендациями Гобарт-паши отправить в Батум для патрулирования берегов Кавказа.

- Как оказывается всё просто.

- Господин Мидхат-паша, надеюсь ваша служба в течение будущей недели в состоянии организовать такие приказы от имени командующего флотом?
- Да, безусловно.

- И вот ещё что. Сразу же после завершения инцидента надо будет связать гибель объекта именно с автомобилем, изготовленным в России. Только не напрямую, а как бы невзначай упомянуть об этом. Всё остальное ваши люди должны убедительно донести своей пастве на пятничной молитве.

- Я это организую. В следующую пятницу о неслыханном злодеянии узнают все правоверные.
- Тогда на сегодня всё, господа.

(Генеральное консульство России в Константинополе, неделей позже)

Михаил Александрович Хитрово - генеральный консул в Константинополе в лихорадочной спешке жёг документы. Час назад он получил известие от своего агента, работавшего в услужении у одного из дворцовых поваров Долмабахче. - "Сильный взрыв превратил автомобиль султана и его самого в мелкую смесь кусков и обломков....".

Возможность очередного переворота опытный дипломат Хитрово предсказывал уже давно и даже успел отправить шифровку в Петербург с обоснованием прогнозируемых событий, а события день от дня развивались всё стремительнее и стремительнее. Чувствовалось, что ими руководит опытный дирижёр, причём помимо главных заговорщиков великого визиря Мехмед Рушди, военного министра Хусейна Авни и министра без портфеля Мидхат-паши были ещё теневые участники из британского посольства и многочисленные военные советники. Через них шли деньги и обещания....

Буквально накануне специальный пароход вывез в Россию представителей дипмиссий, консульств и торговых агентств, (на о. Крит, в Адрианополе, Тульче, Янине, Зице и Салониках) к сожалению не всех, а только тех, кого удалось оповестить и предупредить о надвигающейся опасности.

Кто будет следующим султаном? Тут однозначного прогноза не было. Сам Хитрово считал, что им станет Абдул Хамид, второй сын султана Абдул-Меджида I, хотя был ещё принц Мурад, который был старшим сыном султана Абдул-Меджида I.

Все свои сомнения он изложил в документе, отправленном в Санкт-Петербург. Хорошо зная из истории, что может твориться в столице Турции при смене власти, пора было уносить ноги. На дипломатическую неприкосновенность генконсулу особенно под "британские гарантии" рассчитывать не приходилось. Да и многочисленные озлобленные отсутствием выплат жалования солдаты султана, башибузуки, мародёры и просто бандиты вряд ли даже слышали такие слова как дипломатическая неприкосновенность.

Другое дело посольство, там, в районе Пера и охрана соответствующая и многочисленные посольства других стран, короче, за творение архитектора Фоссати и чрезвычайного и полномочного посла России в Османской империи можно было особо не беспокоиться.

- Ваше превосходительство, лошади и охрана готовы, пора уходить.

Ещё несколько минут и последние бумаги летят в огонь, больше секретов в этом доме не осталось.
- Уходим, сейчас уходим.

Окинув взглядом кабинет и убедившись, что на столе из документов ничего нет, а сейф зияет тёмным пустым зевом, Михаил Александрович приступил к реализации второй части инструкции. Он собрал несколько стопок газет, разложил их по папкам, затем уложил в сейф, но не стал его запирать.

- Господин Строевой, у меня всё, можете продолжать.
- Ваше превосходительство, готов к установке детонаторов, вы бы отошли подальше.

- Дорогой Иван Харитонович, здесь в стенках сейфа кроме песка ещё три пуда этой новой взрывчатки, если механизм подрыва сработает не своевременно, то где бы я не стоял, это значения иметь не будет.
- Да, вы, пожалуй, правы, но мне так будет удобней работать.

Профессионально чётко установив детонаторы, подъесаул аккуратно закрыл сейф на ключ, который затем обломил в скважине замка точно по метке нанесённой на металле.

- Ваше превосходительство, я свою работу закончил.
- Спасибо, ваше благородие. - Всё, друзья, теперь быстро уходим.

Увидав, как ловко Хитрово буквально на цыпочках обогнул бывшее хранилище секретов, подъесаул из охраны консульства улыбнулся и протянул консулу халат.

- Вот, ваше превосходительство, переодеться бы надо. Всё не так сильно в глаза бросаться будем.
- Да, хорошо, это разумно, дорогой Иван Харитонович.

Быстро натянув на себя традиционный турецкий наряд, Михаил Александрович отвернулся, а когда он повернулся к своему охранителю, тот от неожиданности чуть не присел на стул.

- Ваше превосходительство, так вас и мать родная не узнает.
- Это мы скоро проверим. Вот всякие театральные причиндалы, быстро раздайте вашим людям и пусть они подгримируются, бережёного Бог бережёт.

Через десять минут через дальнюю калитку консульского двора, выходящую в тёмный переулок, небольшой отряд покинул пределы российской территории. Копыта лошадей были замотаны тряпками, чтобы не издавать лишних звуков - всё-таки дюжина коней, хотя шесть из них заводные шум издают немалый. Тот, кого Хитрово называл Иваном Харитоновичем, на несколько минут задержался у калитки, устанавливая растяжку, затем перекрестился, вскочил в седло и быстро догнал ушедшую вперёд группу.

Как и предполагал консул, известия о смерти султана уже докатились до противоборствующих сторон, отдалённых улиц и проулков. Мелькали вдалеке колеблющиеся огни факелов. Иногда слышалась ружейная стрельба и было совершенно непонятно, кто в кого стреляет, пожалуй, только наступившая ночная тьма несколько сдерживала вакханалию грабежей и убийств, как правило сопровождающих государственные перевороты в Османской империи.

Примерно через час их непрерывного петляния по улицам и проулкам вдалеке в направлении их недавнего пристанища прогремел двойной взрыв. На мгновение небо в той стороне осветилось желтоватой вспышкой, но наших невольных кавалеристов это не отвлекло от далёкой цели ночного путешествия. Только Хитрово и Строевой обменялись репликами.

- Иван Харитонович, мне показалось, что там что-то взорвалось?
- Совершенно верно, Михаил Александрович.
- А не слабо ли бахнуло для трёх пудов взрывчатки?
- Это не она, ваше превосходительство. Это на калитке у "чёрного входа" мои гостинцы сработали.
- Вы всё-таки не утерпели?!
- Михаил Александрович, не зря же нас в школе пластунов почитай полгода уму-разуму учили, а по поводу "растяжек" поговаривали, что сам Государь Император их придумал, да так и повелел называть.
- Ну, раз в вашей школе такие слухи циркулировали, знать так оно и было - с некоторой ноткой сомнения в голосе произнёс российский консул.
- Да мне это не особо важно, ваше превосходительство, в нашей семье у островитян долгов достаточно, это за дядьку, он в Балаклаве ногу потерял.
- Ну, ежели так?

В этот момент с того же направления раздался звук ещё одного, но уже тройного подрыва.

- Это опять ваши гостинцы?
- Да, ваше превосходительство, только теперь это уже со стороны парадного входа сработало. Там я три штуки этих новомодных гранат установил.
- Это чтобы не путать с какой стороны гости к нам пожаловали?
- Да нет, я как-то особо не задумывался. Гранат-то у нас последний транспорт вдосталь доставил, всех с собой не унести было. Не пропадать же добру. Вот я их на проходе к дому и установил.
- Видимо много задолжали вам британцы.
- Не то слово, я ещё за нашего станичного кузнеца не рассчитался.
- Ну-ну, Бог даст и за кузнеца и за все их мерзости Россия с ними сочтётся.

До бухты (точки) на побережьи северо-восточнее Кильёса, где их подберёт шлюпка со сторожевого корабля, ещё оставалось долгих тридцать вёрст.

Кавалькада всадников уже почти миновала Арнавуткёй, как справа в проулке раздались крики и выстрелы.

- Вот чёрт, ваше превосходительство, нам бы как раз туда надо. Здесь иначе далеко обходить, жаль будет, если не проскочим. Все дороги и проулки выше скорее всего рогатками плотно перекрыты, возможно придётся прорываться здесь. Сейчас я разведку вперёд подальше вышлю. Пусть обходной путь прощупают.

- Надо значит надо! Я в своё время школу гвардейских прапорщиков и кавалерийских юнкеров заканчивал, служил прапорщиком, корнетом в лейб-гвардии Конно-гренадерском полку, так что не впервой.

- Ну, тогда с Богом, ребятки! Иван с Семёном идёте первой парой, ищите объезд, светлых мест избегать, по сторонам внимательно смотреть, чтобы на дурную пулю не нарваться. - Рысью п...шёл.

Бывший лейб-гвардии корнет лёгким щелчком взвёл курок своего револьвера, на обеспокоенный взгляд подъесаула успокаивающе ответил.

- Не волнуйтесь ваше благородие, мой револьвер имеет такое же устройство как и ваш.
- Да я и не волнуюсь особенно - уже успев рассмотреть утолщение глушителя на стволе, пробасил Строевой.

Остановив коней у высокого дувала на пересечении со злосчастным проулком всадники дожидались своих разведчиков, которые двинулись искать обход.

Шум, неровные отблески факелов между тем приближались к месту остановки наших беглецов. Уже можно было рассмотреть, как несколько человек грамотно прикрывая друг друга, стараются избежать захвата со стороны непонятно кого. То ли это просто оборванцы с улицы, решившие пограбить, то ли это башибузуки, человеческое отребье, обычно навербованное из наиболее воинственных племен Албании и Малой Азии, никогда не получающих жалованья. В темноте можно было только рассмотреть упорядоченные вспышки револьверных выстрелов с одной стороны и беспорядочную пальбу и мельтешение факелов с другой стороны. Тем не менее, численное преимущество давало о себе знать.

Вот один из оборонявшихся свалился тёмным холмиком у дороги. Этот факт был встречен громкими, радостными воплями нападавших. Оборонявшиеся вдруг почему-то прекратили стрельбу.

- Ваше превосходительство, видать, у них патроны закончились. Неуж-то не подмогнём?
- Действуйте, только зря не рискуйте.

Три кавалерийских карабина заговорили почти одновременно. Чуть позднее из другого проулка к ним присоединились ещё два товарища. Тёмные цели, хорошо подсвеченные разгорающимися в конце проулка пожарами, сразу похоже, не сообразили откуда по ним ведут огонь. Когда до их лидера дошло, что это пришла неожиданная помощь их жертвам времени это осознать уже не осталось, казаки не дали.

- Ваше благородие, похоже, один ушёл всё-таки.
- Ладно, чёрт с ним, смотрите по сторонам, будьте внимательнее.
- Есть быть внимательнее.

- Иван и Макар, добить гадов, Тимофей, посмотри, что там со спасёнными. Тех, кто живой, быстро тащите сюда, Семён, готовь перевязочный материал. Иван второй и Михаил - наблюдать за улицей, после такой пальбы могут нагрянуть любопытные.

Люди, одетые в интересную смесь из турецких халатов, под которыми просматривалась форма нового русского камуфляжа, споро разлетелись исполнять приказание подъесаула. Двое задержались у неизвестных раненых и помогли им добраться до импровизированного перевязочного пункта.

- Ваше превосходительство, они ни по-турецки, ни по-нашенски не говорят?
Глянув на спасённых, Хитрово обратился к ним по-французски.
- Господа, кто вы и откуда?

- Господа, я Александр Манташянц, купец. Наш торговый дом находится в Тифлисе, торгуем сурьмой пряностями, тканями и ещё многими другими товарами.
- Филипэ Гайтмазянц кем вам приходиться?

- Он родственник отца по материнской линии. - Но ради Бога, господа, вы находитесь в армянском квартале, спасите моих соотечественников, они не все успели выехать, а тут налетели эти башибузуки. Они уже подожгли несколько домов, ограбили и убили честных купцов.

- Хорошо если бы нам кто-то смог помочь. Мы такие же беглецы, с той лишь разницей, что на побережьи нас возможно ждёт корабль, и если мы не поспешим, то он нас может и не дождаться.

Молодой спутник Гайматзянца уже пришёл в себя и тоже прислушивался к происходящему разговору.

- Филипэ, скажите, скажите ему о Лорис-Меликове, он должен знать генерала.
- Господа, начальника Терской области, наказного атамана Терского казачьего войска графа Михаила Тариэловича Лорис-Меликова, я, в силу своей службы, знаю хорошо да и он обо мне осведомлён неплохо.

- Ну, я же тебе говорил.

Между моими спутниками произошла короткая перепалка, кажется, на армянском языке.

- Ах, простите, Ваше превосходительство, мы от волнения забылись и перешли на родной язык. От графа Лорис-Меликова у меня было поручение, которое я исполнил, но как сейчас передать все эти записи и составленные карты по назначению, мы не знаем. Если они попадут в чужие руки - это наш смертный приговор, причём возможно что и всему армянскому кварталу.

- Господин Манташянц, как себя чувствует ваш приятель? Способен ли он быстро обойти уцелевшие от погрома дома и собрать оставшихся в них людей.
- Да, господин Хитрово, конечно!

Генеральный консул даже не успел удивился тому, как быстро его признали.

- Тогда действуйте, господа, действуйте, собирайте ваших земляков. У нас есть заводные лошади, и мы можем забрать отсюда оставшихся людей.
- У нас конюшне тоже есть лошади, но боюсь, что не все умеют хорошо на них держаться.

В это время с улицы в дом вскочил Макар, осуществлявший наружное наблюдение.

- Ваше, превосходительство, ваше благородие, башибузуки и много их, не меньше взвода.
- Всем отойти от окон, спрячьтесь во внутренних комнатах, хлопцы - двое со мной, остальным - занять оборону на крыше дома.

Большая группа башибузуков, подбадривая себя воинственными выкриками, толкала посреди улицы два деревянных щита из толстых досок и брёвен, поставленных на колёса обычной арбы. Этот отработанный десятилетиями приём позволял им без потерь добираться до вооружённого противника, а затем вступать в рукопашную схватку. Вой возбуждённой и жаждущей крови толпы, отсветы пожаров и беспомощность будущих жертв возбуждали башибузуков лучше любого наркотика.

- Сейчас мы им устроим "Синопскую баталию"!
- Тимофей, бегом в дом к Макару, забирайтесь на крышу, как только эти уроды приблизятся на дистанцию броска гранаты - отсчитайте ещё пять шагов и кидайте их так, чтобы наши подарки за щиты улетали.

- Сделаем их, дядька Иван! Такого припаса они ещё не видывали.
- Давай беги, только аккуратно и зазря не геройствуй.

Сам Иван Тимофеевич тщательно прицелился в чью-то ногу и плавно нажал на курок. Грохнул карабин и движущийся щит на минуту остановился. Из-за импровизированной защиты донеслись ругательства и проклятия. Следующий выстрел вероятно не достал цель, всё-таки попасть в такую мишень да ещё ночью не так-то просто. Но пуля, выпущенная Михаилом, "протиснулась" сквозь щели в досках и снова подвижные щиты вынуждены были на минуту остановиться. Опять крики, опять ругательства в адрес неверных, а казаки спокойно, как на учениях, продолжали стрелять по почти невидимому противнику...

Осталось около двадцати саженей, когда казакам удалось выбить ещё одного турка....

Вот уже осталось только пятнадцать саженей противостоять толпе башибузуков, когда они подойдут вплотную - будет очень не просто. Ну что там наши "гренадёры" медлят? Почему не бросают свои подарки? Скоро слишком поздно будет, тогда и гранаты не помогут.

Перезарядив верный карабин, Строевой старался выбрать такую цель, чтобы подольше задержать противников. Вот он заметил, как из-за колеса частенько мелькает чья-то босая нога. Попасть в небольшую двигающуюся неравномерно мишень весьма сложно. Тщательно прицелившись, отключившись от всех звуков боя, подъесаул ждал подходящего момента для выстрела. Ну вот, ну ещё разок...

В этот момент глаз резанула яркая вспышка. Колесо от арбы странно подпрыгнуло, щит опрокинулся и врагов, находившихся за подвижным укрытием, поразил сноп осколков. Через пару секунд разорвалась ещё одна граната, потом ещё одна. Второй щит взрывной волной просто отбросило и развернуло поперёк дороги, теперь оставалось только добить врага, и путь домой был свободен.

- Хороши эти новинки, Ваше превосходительство! Если бы не они, то неизвестно ещё как бы всё случилось.
- Да, мы должны нашего Государя благодарить за новое оружие в армии. Сколько оно ещё жизней сбережёт?!

Сразу за установившейся тишиной в проулок стали выглядывать люди, привлечённые взрывами и громкими возгласами Гайвазяна на родном языке. В основном это были женщины и дети, но среди них были и старики, причём вооружённые. Хотя их ружья времён войны 1812 года были мало эффективны, зато выглядели они весьма грозно, что вероятно поддерживало боевой дух армян, которые были готовы сражаться сразу со всей армией султана. Манташянц и Гайвазян собрав вокруг себя группу соотечественников, быстро разъяснили им ситуацию и через четверть часа отряд русского консула увеличился многократно.

Деликатно подгоняя своих новых попутчиков, смешанный разноплеменной отряд снова двинулся в свой неблизкий путь. Впереди двигались разведчики, бывшие жители армянского квартала находились в центре, а замыкали этот необычный отряд два казака, Михаил с Макаром...

- Ваше благородие, надо бы прибавить ходу. Корабль не сможет ждать нас в светлое время суток.

- Михаил Александрович, ребятишки на лошадях не удержатся, если на рысях пойдём. Да и женщины не лучше их в седле держаться. Разве детишек к нам посадить.

- Господин Манташянц, надо объяснить детям - тем, кто плохо или неуверенно сидит в седле, чтобы они пересели в сёдла к казакам. Необходимо пустить лошадей рысью, мы опаздываем. С рассветом судно уйдёт без нас, такой приказ должен быть у капитана корабля....

(Варна, база Турецкого флота, броненосец "Ассари Теуфик")

Черноморская эскадра броненосцев (Karadeniz Zirhli Firka) - вице-адмирал Мустафа-паша (Mustafa- Pasa), сегодня был не в духе. Эти умники в Стамбуле опять что-то затеяли, а все их действия, совершённые под британскую диктовку, обязательно приведут к новой войне с Россией. Им-то на это наплевать, они под пули и снаряды не полезут, да и щедрые дары со стороны островной империи компенсируют любые неприятности, а вот нам придётся сражаться с русскими кораблями.

Несмотря на победу стран коалиции в Восточной войне, турецкий адмирал хорошо знал, во что эта война обошлась его стране. Всякие воспоминания о "Синопском сражении" были неофициально почти запрещены на флоте Османской империи.
Даже Осман-паша, ныне член турецкого адмиралтейств - совета, который командовал флотом в том злополучном деле, сразу умолкал, если кто-то неосторожно заводил разговор на эту тему.

Главнокомандующий флотом - адмирал Хасан Хюсню-Паша (Hasan HЭsnЭ Pasa) особо не баловал своих подчинённых негативной информацией, но даже то, что Мустафа-паша узнал из газет о недавнем разгроме Австрийского флота заставляло задуматься.
Корабли Тегетхоффа не уступали нашим броненосцам, однако русские утопили их как кутят прямо в базе, да и самой той империи, с которой Турция сражалась ещё в позапрошлом веке, больше нет на карте. Нет, связываться с русскими очень вредно для здоровья. Контрабандисты уверяли, что их корабли могут перемещаться с огромными скоростями, а дыма из их труб почти не видно. А ведь на этот признак натаскивали всех сигнальщиков. "Дымы по курсу такому-то" - именно так, по такому трафарету они были обязаны давать сведения на мостик.

Лёгкий, почтительный стук в дверь адмиральской каюты.
- Да, да, войдите.
- Извините, Мустафа-паша, срочная депеша от Главнокомандующего флотом Хасана Хюсню-Паши. Разрешите зачесть?
- Читайте....

Командующего Черноморской эскадрой броненосцев никто не собирался ставить в известность о замышляемом перевороте. Ему просто предписывалось на рассвете следующего дня отправить три броненосца "Auni liiah", "Muini Zaffer", "Fethi Bulend" в бухту "Золотой рог" в распоряжение адмирала Гиритли Хусейн-паши.

Полученный только что приказ ещё больше расстроил немолодого адмирала. Опять этот стамбульский выскочка подгребает под себя лучшие корабли. А если что случиться? Чем я буду прикрывать и оборонять Варну! Но, приказ есть приказ!

- Абдулла, срочно подготовьте приказ по эскадре для командиров указанных в депеше кораблей об экстренном переходе завтра на рассвете в Стамбул в оперативное подчинение адмиралу Гиритли Хусейн-паше.

- Будет исполнено, Мустафа-эфенди.

- Нет, подождите, переход Варна-Стамбул, если не перегружать машины, а идти с десяти узловой скоростью займёт пятнадцать часов. Если корабли уйдут на рассвете, а светает сейчас уже в пять утра, то с учётом швартовых операций они подойдут к входу в пролив в сумерках. Ночью вход в Босфор запрещён. Значит, будут вынуждены стать на якорь на траверзе Кильёса для ночёвки.

С одной стороны, хотелось послать этих "стамбульских мудрецов" куда-подальше, но с другой стороны, чутьё подсказывало - назревает что-то большое и влезать в это паше очень не хотелось, можно было остаться с половинной пенсией или ещё чем похуже.

- Рассчитайте время с учётом перешвартовок так, чтобы у Кильёса они были бы рано утром, тогда и в канал корабли войдут засветло и к столице подойти до ночи успеют.

- Сделаем точно, так как вы мудро подметили, Мустафа-эфенди.
- Идите, Абдула, действуйте.

Что, Мустафа стареешь? Тебе уже начинает нравиться лесть и выказываемое напоказ почтение. Чёрт с ними, льстецов не переделать, нечего на себя родного наговаривать.

(Борт "большого охотника", бухточка Северо-восточнее Кильёса)

Павел Петрович Андреев - выпускник Морского кадетского корпуса, ещё вполне подходящий под категорию молодой человек, с новенькими погонами капитан-лейтенанта стоял на мостике недавно введенного в состав флота российского сторожевого корабля типа "большой охотник". Хотя Высочайшим Указом таким кораблям не присваивались имена собственные, а только номера, его охотник с номером "037", был для него самым, самым, и лучшего судна на всём белом свете он не знал.

Сейчас Павел Петрович немного волновался, нет, не за себя, а только за свой корабль и его экипаж, который в полном боевом камуфляже волей начальства находился в укромной бухточке северо-восточнее городка Кильёс. Его волнение усугублялось тем, что на судне уже находилось семьдесят - восемьдесят человек совершенно посторонних лиц, среди которых больше половины были дети и даже женщины. Как старшему помощнику удалось распределить их на корабле, Андреев понял только тогда, когда на минуту заскочил в свою каюту за трубочным табаком и увидел в открытую дверь каюты старшого "Ноев ковчег" в миниатюре. Что творилось в остальных жилых помещениях корабля - не трудно было себе представить, если из каюты старпома доносились голоса сразу на четырёх языках.

Охотник лежал в дрейфе, иногда подрабатывая машинами, становиться на якорь было нецелесообразно. Линия патрулирования турецких броненосцев Варна-Стамбул находилась всего в тридцати кабельтовых западнее места дрейфа номерного кораблика. Ждали последнюю группу российских дипломатов, которая должна была выбраться из Стамбула и добраться до Кильёса. Впрочем, капитану был отдан однозначный приказ - "...с наступлением рассвета покинуть территориальные воды сопредельного государства и уйти в Севастополь". Расстояние до Севастополя 286, 2 мили БО мог преодолеть за 12 часов, а до рассвета ещё оставалось долгих три часа. Моторный катер дежурил на берегу, каждые четверть часа перемигиваясь с кораблём условными сигналами.

- Петрович, барометр падает, ветерок почти затих, возможно к непогоде.
- А это мы сейчас проверим.
- Гаврилыч!
- Здесь, ваше благородие.
- Вот их благородие штурман говорят, барометр падает, а ты что на это скажешь?
- Не знаю, что штурманские приборы показывают, а у меня ногу крутит, не приведи Господь. Так всегда к шторму или какому ненастью бывает.

Гаврилыч был вестовым Андреева еще тогда, когда тот ещё числился в мичманах, да так и остался с ним, перебираясь с корабля на корабль. Павел Петрович, зная особенность своего "дядьки", всегда интересовался у него прогнозом погоды на ближайшие часы и Гаврилыч его никогда не подводил.

- Старпома на мостик!
- Есть старпома на мостик.
- Александр Яковлевич, есть мнение, что скоро погода испортится. Вы уж, голубчик, расстарайтесь, пожалуйста, по части наших пассажиров. Да, можете использовать мою каюту.
- Но...
- Никаких но! Ситуация чрезвычайная, значит допустимы чрезвычайные меры.

- Слушаюсь, Павел Петрович. Все женщины и мальцы распределены по каютам, а дедки, те что покрепче, на минной палубе находятся, благо мы мины в поход не брали. Раненый в лазарете.
- Сколько ещё человек сможем принять на борт?
- Господин капитан, Павел Петрович, побойтесь Бога, пассажиров на борту уже больше чем экипажа. При наших - то четырёхстах тоннах полного водоизмещения людей как пассажирском пароходе.

- Это я всё знаю. Так сколько ещё человек сможем взять на борт, Александр Яковлевич?!
- Ну, ежели немного механиков ужать, да подшкиперскую занять.... А сколько их всего ещё может быть?
- Не знаю! Знаю, только что другой возможности вырваться отсюда у них не будет!

- Павел Петрович, ты бы мне сразу так и сказал! Заберём всех, если не превысим запас плавучести.
- Ладно, ладно, не сотрясай зря воздух. - Сашка, постарайтесь пока есть возможность людей накормить, да в гальюны дорожку показать. Если заштормит, не до того будет.

Последнюю фразу капитан сторожевика, развернувшись, произнёс шёпотом на ухо своему старшему помощнику, так что на мостике её больше никто не расслышал.

(Посольство Великобритании, спустя 10 часов после покушения)

Здание Инглиз Сарайы (Английский дворец) в стамбульском районе Пера построил в стиле Итальянского ренессанса в 1845г для посольства Великобритании архитектор сэр Чарльз Бэрри, он же спроектировал здание парламента с башнями Виктории и Часовой (Биг - Бен) в Лондоне. Сильное европейское влияние на архитектуру зданий сделало этот район в глазах правоверных мусульман "городом неверных".

Сейчас сэр Генри Эллиот, посол Британии в Стамбуле, беседовал с полковником английской разведки Робертом Хоумом и только что прибывшим местным диспетчером дворцового переворота Генри Феликсом Вудсом или в турецкой аранжировке Вудс Беем.

- Сэр Вудс, доложите, пожалуйста, как прошли переговоры.
- Вот итоговый текст протокола. Он составлен мной по памяти сразу после окончания встречи, стенограмма совещания в связи с его повышенной секретностью не велась, сэр.
Быстро прочитав несколько страниц, сэр Генри благосклонно кивнул, а в слух произнёс.

- Хорошо, очень хорошая работа, сэр.
- Благодарю вас, сэр.
- Думаю, что ваш ход с устранением на время Хасана Хюсню Паши может со временем войти в учебники высшей дипломатии империи. - Разоружение Мустафы-паши руками его командующего вообще можно назвать шедевром дипломатии.
Повернувшись к полковнику от разведки, посланник поинтересовался.

- Чем вы можете нас порадовать, сэр Хоум? Ваши люди уже захватили документы русского генконсульства?
- Здание покинуто, сэр.
- Этого и следовало ожидать. Люди господина Игнатьева не приучены "зря есть свой хлеб", так кажется, изъясняются эти русские.
- С минуту на минуту должен прибыть лейтенант Арчибальд Стоун. Он, его инструктора и приданная им команда из турецких наёмников должны доставить сейф с документами, который захватили в консульстве.
- Причина задержки?

- Сейф очень тяжёлый, а в процессе проникновения эта команда потеряла не меньше дюжины наёмников из своего местного состава.
- Неужели русские открыли огонь?
- Нет, я же докладывал, что здание консульства было покинуто. Просто во дворе этого шпионского гнезда были установлены взрывные ловушки.

- И конечно ваших костоломов угораздило в них влезть?
- Опять нет. Инструктора Стоуна получили только незначительные царапины, а вот туркам не повезло. Около дюжины из них отправились на тот свет.
- Так где же документы?
- Пришлось спешно формировать ещё один отряд и делать специальные носилки, в том металлическом мастодонте не менее восьмисот фунтов веса.

Интересную беседу "демократизаторов по - британски" прервал доверенный секретарь посольства.

- Сэр, Эллиот, прибыл лейтенант Арчибальд Стоун.
- Давай его сюда, Джером.

В открытую секретарем дверь, тщательно печатая шаг, почти церемониальным маршем в просторный кабинет вошёл молодой британец с рукой на перевязи.

- Вольно, Стоун, вольно. Докладывайте!
- Сэр, Генри Эллиот, задание, полученное от полковника Хоума, выполнено! Груз доставлен в посольство и находиться в помещении оружейной мастерской, где будет вскрыт в самое ближайшее время.

Если Вудс-бей и посланник не проявили никаких эмоций, то полковник Роберт Хоум, сначала побледнел, а затем заорал на лейтенанта.

- Немедленно, слышите немедленно прекратить вскрытие этого ящика.....

Эти слова были последним, что явственно услышали присутствующие в зале. Оружейная и комнатка оружейной мастерской находились именно в этом крыле посольства. В официальной парадной части здания посол запретил появляться сотрудникам Роберта Хоума, поэтому представители посольства почти не пострадали. Правда в здании возник сильный пожар и многие потерпели уже от огня, но не будем же мы всё списывать на неосторожность неопытного молодого человека....

В русском языке есть поговорка о том, что некоторые составы не тонут в воде, так вот сэра Генри Эллиота вскоре откопали, а присутствовавшие рядом с ним господа пострадали значительно сильнее, их позже под траурную музыку закопали. Арчибальду Стоуну повезло, он отделался некоторой потерей слуха, которая почти прошла дня через три.

(Последствия телефонной беседы с Фридрихом III, лето 1872г.)

Вы помните как Фридрих III умудрился заразить меня? Если забыли, то напомню. Он позвонил по телефону и сказал: "...что беспокоится по поводу наследника...". Беспокойство вещь действительно странная, она передаётся не хуже любой инфекции по воздуху, да и по проводам в отличие от инфекции и вирусов тоже хорошо проходит.

По моей рекомендации прусский лидер позвонил Шарлю Луи (теперь он тоже заразный), а я, отравленный беспокойством, отправил "Донского" в перелёт на Корсику....

Когда адъютант принёс утренние газеты и телеграммы, пестревшие сообщениями о прибытии в Марсель яхты с нашими благоверными и сопровождающими её кораблями французской эскадры, я немного успокоился. Через час позвонил "всё ещё заражённый беспокойством" Наполеон III.

- Добрый день, дорогой брат!
- О Шарль, я очень рад тебя слышать. Тебе звонил Фридрих?
- Да, и я очень беспокоюсь по поводу этого вояжа!

В голосе французского императора чувствовалось даже толика раздражения, а не только волнение.

- Дорогой брат, этот опасный вирус беспокойства поразил даже меня. Вчера на Корсику вылетел наш дирижабль, это надёжное и проверенное средство доставки, я сам его часто использую. Главное, что британцы пока не в состоянии организовать его перехват.
- Что ты хочешь мне предложить, дорогой Николя?
- Ты помнишь на Корсике ту старую разрушенную крепость или замок, что примерно в километре восточнее городка Аяччио?
- Ну конечно! Мы же на месте развалин замка Кастельвеккио строим базу для воздушных кораблей.
- Вот и отлично! Кстати, в какой стадии стройка?
- Судя по затратам - в завершающей, но точно не знаю, впрочем, это не трудно выяснить.

- Поручи это, пожалуйста, кому-нибудь, а главное предупреди командира порта, что когда завтра ночью в живописную бухту при впадении речки Гравона войдёт яхта "Елизавета", то об этом никто не должен знать.
- Кажется, я тебя понял, дорогой брат. Ты хочешь, чтобы дальнейшее путешествие наши венценосные супруги и наследники совершили по воздуху?!

- Совершенно верно! Так нам всем будет значительно спокойней.
- Но тут же появятся слухи, что мы испугались королевского флота? Если они сами не возникнут, то их островитяне распустят.

- Дорогой брат. Мне на это..... (чуть - чуть не выругался)! Кстати, есть предложение. Дадим в нашей прессе серию фоторепортажей о прибытии яхты "Лизавета" прямо в Ливадию.
- Николя, прости, дорогой, но я не понял, как ты это организуешь?
- Нет ничего проще! В Аяччио "наши" погрузятся на борт "Дмитрия Донского", который доставит их почти в Одессу, там, в Сухом лимане, они пересядут на яхту "Лизавета", которая доставит их прямо в Ливадию. По прибытию на место наш Катков такой фоторепортаж сделает, что вся планета будет читать с интересом!

- Всё равно не понял. Яхта завтра будет в бухте Гравоны, как она попадёт в Одессу?
- Вот видишь, даже ты с твоим знание языка не расслышал разницы.
- Я её и сейчас не слышу.
- На Корсику придёт яхта "Елизавета", а в Одессу яхта "Лизавета", в последнем названии восемь букв, а в первом их аж девять штук.
- О!....Кажется, понял, это разные корабли. У тебя две яхты с очень похожими названиями. Правильно?
- Ты очень проницателен, дорогой брат. Надеюсь, какое-то время кроме нас об этом никто знать не будет, а если позже и узнают, то это будет уже не актуально.

- Отлично, так мы и поступим. А что же делать нашим военным морякам?
- Пусть они сопровождают яхту "Е л и з а в е т а" (передаю по буквам) с дружественным визитом в порт Пирей. Позже вся эта армада проведёт совместные манёвры в Адриатике, попугает немного Османов, ну а потом вернётся домой. Корабли должны регулярно ходить в плавания, иначе неизбежна потеря квалификации их экипажами.
- Но это нам влетит в копеечку.
- Ты прав, именно в копеечку, зато позже в экспедиции в Южную Африку мы выиграем целый рубль или франк, если тебе так приятней.
- Ты всё-таки считаешь, что это будет выгодное предприятие??
- Абсолютно в этом уверен. Во-первых, там есть чем поживиться, а во-вторых, иметь надёжное пристанище на самом юге огромного материка весьма полезно.
- Но там всё уже занято. Это британская территория.

- Я послал туда экспедицию и ни на одном дереве, ни на одной скале там не было обнаружено природой сделанных надписей "собственность Британии". Кроме того, ты и сам отлично знаешь, что основан Кейптаун как голландская база обеспечения кораблей Голландской Ост-Индской компании свежими продуктами и мясом ещё в 1652 году.
- Да, но сейчас уже 1872 год.
- Вот именно, смогли же англичане потеснить голландцев и сделать в 1814 году Капштад Кейптауном, а кто нам троим сможет помешать вернуть "статус-кво" и поставить там свои корабли и пушки. Хотя название "Кейптаун" мне нравиться больше чем "Капштад".

- Ты уже говорил с Фридрихом на эту тему?

- Вот так как с тобой на прямую - нет. Но его канцлер во время визита выразил пожелание прусских и баварских заводчиков, купцов и деловых людей поучаствовать в исследованиях юга Африки.
- Хорошо, Николя, а как завершилась твоя экспедиция в тех местах?

- Дорогой Шарль, а разве я говорил, что экспедиция завершена? Там продолжают трудиться исследователи, этнографы, ботаники, географы, геодезисты, геологи и естественно некоторые группы людей для их охраны. Там, знаешь ли, много желающих ставить на всё клеймо "собственность Британии", а мои люди с этим не всегда соглашаются.
- Ох, как я тебе завидую, ты не утомим, мне бы сбросить лет двадцать.
- Не переживай так сильно, Эжену шестнадцать, его уже никто не называет принц Лулу, ещё немного и у тебя будет надёжный помощник.

Я говорил не совсем то, о чём думал. Отлично зная желания Шарля Луи приобрести воинскую славу своего великого предка и его неудачные предприятия 60-х, я был абсолютно уверен, что он не откажется от участия в африканской экспедиции. Особенно в союзе с нами и объединённой Германской империей против извечного французского морского соперника.

- Да, какие у тебя планы по поводу Эжена.
- Ты говоришь о его обручении?
- Да, дорогой брат!
- Давай, не откладывая это дело в долгий ящик, организуем сие приятное событие летом прямо в Ливадии.
- А почему не в Париже?
- В тебя сколько раз стреляли в столице Франции?
Не дожидаясь ответа Шарля, я тут же продолжил.

- Три раза, слава Богу, пронесло, а если бы попали?! Я слишком люблю и Эжена и свою сестрёнку, чтобы так рисковать. Другое дело, что свадьбу можно будет устроить в Париже, хотя Версаль для этого действа подходит значительно лучше. Надеюсь, к этому времени мы несколько уменьшим число британских агентов и очистим от них воздух.

- Сдаюсь, дорогой Николя, ты неотразим, на всё чёткий обоснованный ответ. Я со всем согласен. Остаётся только назначить дату!
- Поручи это телеграммой свой венценосной супруге, уверен, что женщины сами обо всём прекрасно договорятся. А я присмотрю со своей стороны, чтобы всё было сделано без ненужного риска.

Интересно, сколько бы франков (рублей) стоил этот наш международный телефонный разговор при оплате согласно моих драконовских тарифов?

*****

Только положил трубку аппарата на место, как он снова зазвонил. Я уже хотел выразить своё ф-э связистам, когда сообразил, что это звенит его сосед, абонентом которого является Мезенцев.

- Слушаю вас.
- Добрый день, Ваше Величество! Выводы Хитрово полностью подтвердились! В Стамбуле переворот, Абдул-Азиз скорее всего убит. Событиями руководят сэр Генри Эллиот, посол Британии в Стамбуле и великий визирь Мехмед Рушди.

Как не вовремя, надо было послушаться Хитрово, он предупреждал о возможности смены султана на более про-британски ориентированного. Я же по привычке доверился "блокноту", где это событие значилось несколькими годами позже.

- Спасибо, Николай Владимирович. Вечером жду вас и ваши предложения по означенному вопросу.
- Будет исполнено, Ваше Величество. До свидания.

Комментарии: 18, последний от 21/03/2014. © Copyright Федоров Олег М. (feom@voliacable.com) Размещен: 18/11/2013, изменен: 18/11/2013. 170k. Статистика. Повесть: Фантастика Иллюстрации/приложения: 2 шт. Скачать:		Оценка: *8.004** Ваша оценка:
Аннотация: Совершенствуем технику. Не забываем о престиже державы. Стараемся избавить страну от нечистых на руку чиновников. Проводим акцию по укреплению границ на Востоке. Как показывает жизнь, за многими внутренними событиями чувствуется влияние внешних международных финансовых институтов. Попросту говоря, нам снова объявлена война, которая подписанием бумажек "Парижского мирного договора" 1856 года не закончилась, похоже что вот-вот начнётся её "горячая" фаза. Продолжение 45-й тетради, выложено 03/12/13. Читайте на здоровье, но это ещё не конец.

Федоров Олег М. Тетрадь сорок пятая Дневник Тринадцатого Императора

Федоров Олег М.
Тетрадь сорок пятая Дневник Тринадцатого Императора