Федоров Олег М.. Тетрадь сорок девятая Дневник Тринадцатого Императора

Тетрадь сорок девятая Дневник Тринадцатого Императора

Историческая справка

"Английская Секретная служба существует триста лет. Она сыграла немалую роль в создании и укреплении Британской империи.... В Скотланд Ярде существует знаменитый Особый отдел, обязанность которого состоит в обеспечении безопасности страны. Англичане поставили разведывательную работу на такую высоту, что она целое столетие оставалась недосягаемой. Законсервированность английской Секретной службы начинается с ее официального названия, которого никто точно не знает. Романы, киносценарии и статьи о Секретной службе, написанные специалистами и более или менее авторитетными неспециалистами, внесли в этот вопрос немало путаницы".
Эта цитата взята из справочника отдела государственной безопасности под грифом Совершенно секретно, который офицеры союзной разведки обнаружили в штабе гестапо на Принц-Альбрехтштрассе в Берлине, когда пала германская столица. Справочник назывался "Наставление по английской Секретной службе".

В марте 1909 г. премьер-министр Великобритании рекомендовал Комитету обороны империи обратить особое внимание на угрозу, исходящую от разведки Германии, и соответственно реорганизовать национальную спецслужбу. На основании рекомендаций премьера были подготовлены инструкции по созданию Бюро секретных служб при Иностранном департаменте Комитета обороны империи, датой основания которого стало 1 октября. Так родилась Secret Intelligence Service или MI-6, как её обозначают для краткости
В целях прикрытия СИС включена в структуру министерства иностранных дел. СИС имеет 87 резидентур за рубежом и штаб-квартиру в Лондоне, на Воксхолл Бридж-роуд. Возглавляет СИС генеральный директор, который одновременно является постоянным заместителем министра иностранных дел. Таким образом, формально СИС находится под контролем британского МИДа, однако, наряду с этим она имеет прямой выход на премьер-министра и часто действует по его указаниям или самостоятельно.

По традиции вопрос о смете для Секретной службы не обсуждается в палате общин -- Секретная служба имеет секреты и от парламента. Даже главный финансовый ревизор точно не знает, как расходуются эти деньги, а министру иностранных дел не известны имена тайных агентов. Об этом знают только два -- три человека -- постоянные заместители министра иностранных дел и министра финансов и начальник военной разведки, имя которого не значится в списках армии и который является одним из легендарных героев Секретной службы, любимым персонажем каждого писателя детективных романов.

. Двести шестидесятая запись в дневнике Е.И.В. Николая Второго

(Лондон, Особый отдел Скотланд - ярда, комната без номера)

Два очень разных человека сидели в специальном помещении Скотланд - ярда, на входной двери которого не было номера, и чем-то, судя по многочисленным каталогам, напоминающем библиотеку. Они вели неспешную светскую беседу на тему - "Какая сегодня ужасная погода".... Один из них был в весьма преклонном возрасте, а второй только - только вошёл в возраст Иисуса Христа.
Между тем такая трата времени была несвойственна и одному и второму, но им приказали ждать и британские разведчики подчинились.

Впрочем, ждать долго не пришлось, спустя всего минуту - другую после указанного времени дверь отворилась и они увидели входящих премьер-министра и не менее легендарную фигуру - начальника разведки Британской империи. С ними вместе вошёл никому не знакомый молодой человек в морской форме.

- Добрый день, джентльмены!
Вскочивших при виде премьера мастеров "плаща и кинжала" тут же усадила на место реплика вошедшего Бенджамина Дизраэли. Несмотря на то, что он по возрасту был старше всех присутствующих, энергии в его движениях было ещё с избытком

- Сидите, сидите, джентльмены, для сантиментов у нас нет времени. Да, прошу всех познакомиться, это капитан Уильям Генри Холл, который представляет военно-морскую разведку. Это управление ещё официально не оформлено, но вы всегда сможете его найти в "Комнате 39" Адмиралтейства.

Молодой офицер на эти слова премьера приподнялся и кивнул всем присутствующим. Большего ему сделать не удалось, потому что Дизраэли, форсируя события, уже обратился к начальнику разведки.

- Сэр, изложите, пожалуйста, наш план.
По традиции имя начальника разведки вслух не упоминалось, это было не очень удобно в разговорах, но традиции в Британии неприкосновенны.

- Джентльмены, проделанный нами анализ показывает, что в стане потенциального противника произошли значительные изменения, качнувшие военно-морское равновесие не в нашу сторону. Одной из фигур инициировавших это событие, безусловно, является их император, а второй не менее важной является дядя императора - Константин Николаевич. Он и во время Восточной компании не растерялся и организовал постройку мониторов и непреодолимую оборону столицы, причём, на личные сбережения. Император Николай II ему всецело доверяет, поэтому генерал-адмирал и сейчас играет в перевооружении флота первую скрипку! Кроме того, его сын сейчас находиться достаточно близко к нашим восточным колониям и по сути является приемником хорошо вам известного Муравьёва-Амурского.

Прервавшись на несколько секунд, чтобы сделать глоток воды, начальник разведки продолжил:
- Устранение первого лица империи, на что были потрачены значительные силы и средства, результата не дали, поэтому на сей раз мы планируем устранение его правой руки, что должно на длительный срок деморализовать противника и внести неизбежные в таком случае перебои в управлении флотом. Это как раз то, что нам необходимо для успешных действий на Дальнем-Востоке, в Сридеземноморье, а главное в проливах и на Чёрном море, поскольку эскадра Горнби будет готова к выходу уже в течение месяца.

- Кхе-кхе-кхе, - этот кашляющий возглас, принадлежащий Дэвиду Уркварту, перебил докладчика.
- Вы что-то хотите сообщить нам?
Это уже Беня (как звали за глаза премьера) включился в обсуждение.
- Всего лишь то, что на генерал-адмирала лет восемь-девять назад тоже было организованно покушение и тоже безрезультатно. Более того, все покушавшиеся были перебиты как куропатки казаками охраны. Об этом случае есть показания Шувалова, частично сохранившиеся в нашем архиве.
- Это ничего не меняет! "Карфаген должен быть разрушен", не так ли?!
- Так-то оно так, сэр, но давайте дослушаем до конца предлагаемый план операции.
Сразу смолкшие разговоры подтвердили, что разумное предложение "Шотландца" принято и перебивать главного разведчика больше не будут.

- В России Е.И.В. ввёл почти что в ранг закона моду - проводить летние месяцы в Ливадии, а в это время в столичных дворцах производятся ежегодные ремонтные работы. Зимой у них холодно и обеспечить теплом все помещения в здании задача не из простых.
- Наши специалисты под видом печников доставят необходимое количество взрывчатого материала в подвальные этажи дворца, где размещены главные печи. Затем, когда генерал-адмирал будет у себя дома, останется только сжать клещами трубку детонатора и через 10, 15 минут грянет взрыв.
- Что значит 10, 15 минут. Нельзя ли поточнее?!
- Сэр, это химический взрыватель. Он надёжен, но время срабатывания всегда имеет некоторый разброс.
- Хорошо, понятно.
- Джентльмены, как вы прекрасно понимаете, это конечно только общая схема операции, её детальная проработка и люди-исполнители засекречены.
Своё недовольство тут же безапелляционно высказал Дэвид Уркварт.
- Тогда зачем мы все здесь собрались?
Прокашлявшись, чтобы обратить на себя внимание и надавить авторитетом власти на недовольного разведчика, премьер-министр решил, что пора ставить господам от разведки главную задачу.

- Джентльмены, вы здесь собраны для того, чтобы составить план стратегических действий, которые мы должны будем предпринять уже после взрыва! Помните, главная задача акции не отправить на тот свет адмирала, а внести разброд и шатание в ряды нашего противника.

- Есть масса других менее трудоёмких методов сделать то же самое, подумалось Бланту Уилфриду Скоуэну, но дисциплина, которую накладывала его специальность, заставила промолчать.

- Сэр, после таких действий с нашей стороны, боюсь, что Британии не избежать войны с Россией.

- Вы абсолютно правы, сэр Уркварт, но нам так или иначе придётся оказать на них давление, особенно с учётом того что, султан отклонил ультиматум Петербурга и до начала войны России и Турции остались считанные часы!
- Тогда действительно Дэвид Уркварт прав. Там где уже идёт стрельба из пушек, стратегической разведке делать нечего - она всегда предваряет боевые действия. Эти мысли Скоуэн естественно не озвучил, а продолжал внимательно слушать то, что говорил премьер....

Впрочем и сам Дизраэли не собирался затягивать совещание. Есть необходимые люди, которые получают деньги за свою работу, пусть они и работают. Мы, политики, должны им указывать нужные направления, а таскать каштаны из огня это уже их забота. С учётом этой позиции он поставил задачу:

- Джентльмены, через неделю я ожидаю от вас план глобальных диверсионно-разведывательных действий в случае начала большой войны с Россией. Встречу проведём здесь же в Скотланд ярде. Надеюсь, этого времени будет достаточно, чтобы принять все нужные решения.

- Боже, какой идиот нами управляет. Да недели не всегда хватает даже войсковой разведке, чтобы захватить "языка" из близлежащей крепости, а для подготовки стратегического агента требуются не недели и месяцы, а годы и даже десятилетия! Эти праведные мысли, однако, не были высказаны в слух, а их автор поднялся со своего места, отдавая дань уважения не человеку, покидающему совещание, а его должности - премьер-министра....

(Историческая справка)

Оман -- государство в Передней Азии, на юго-востоке Аравийского полуострова. Граничит с Саудовской Аравией, ОАЭ и Йеменом. Омывается водами Аравийского моря и Оманского залива.
В XVI--XVII веках Оман находился под властью португальцев, и только в 1650 году они были изгнаны.
В начале XVIII века Оман был завоёван персами, однако в 1741 году персы были изгнаны правителем Ахмедом Зафари, который создал крупное пиратское государство, которое, помимо собственно Омана, охватило острова Персидского залива, большую часть побережья нынешнего Ирана и побережье Восточной Африки от Сомали до Мозамбика включительно, а также многие прилегающие острова.
В 1832 году резиденция султана Омана была переведена на остров Занзибар, а в 1856 году, после смерти тогдашнего султана, государство было разделено между двумя его сыновьями на две самостоятельные части -- африканскую и азиатскую. Во второй половине XIX века они приняли протекторат Британии (по раздельности).

19 января 1839 года войска Британской Ост-Индской компании высадились в Адене и захватили этот порт, прекратив пиратские нападения на следовавшие в Индию британские суда. Собственно порт Аден с окружающими землями был передан местным султаном Великобритании, и там образовалось Аденское поселение (англ. Aden Settlement), подчинённое Бомбейскому президентству Британской Индии.
В 1802 г. султан Ахмед Абд-аль-Карим подписал с британцами договор, по которому Аден стал "открытым портом для всех товаров, поступающих на английских кораблях". В городе была учреждена фактория Ост-Индской компании. С 1809 г. британские суда стали заходить в порт Адена регулярно.
1838 г. султан Мохсен Фадл передал Великобритании Аденский полуостров на условиях аренды, надеясь получить защиту против экспансионистских устремлений правителя Египта Мухаммеда Али-паши от британцев, которые сами не хотели пускать египтян к Индийскому океану. Но потом султан по какой-то причине передумал. Его сын попытался даже захватить британского агента Стаффорда Хейнса, чтобы изъять подписанный договор. Для британцев это стало предлогом для нападения.

Султанат Аден. 19 января 1839 г. Аден был взят британским десантом штурмом. Султан Фадл после неудачной попытки опрокинуть британцев в море, предпринятой 2 февраля, был вынужден подписать с ними договор о дружбе и мире, дополненный несколько месяцев спустя еще одним договором. Согласно этим документам, султан Лахаджа отказывался от своего суверенитета над Аденом и признавал действие на его территории британских законов.
С ноября 1839 г. по июль 1841 г. султан все же предпринял три попытки вернуть город вооруженным путем, однако все они закончились неудачно. Также безрезультатно арабы пытались захватить Аден в 1846 г. В 1858 г. войско султана Али в пригороде Шейх-Осман потерпело от британцев решительное поражение, в результате которого султан признал британскую власть в Адене, и до 1967 г. город продолжал оставаться военной базой Великобритании (в новейшее время -- военно-морской и военно-воздушной).
После захвата Адена влияние Великобритании стало распространяться во всей Южной Аравии. Так, в 1854 г. британцы вынудили султана Эль-Махры отдать им острова Курия-Мурия, а в 1857 г. включили в состав Британской империи остров Перим (Мейюн). В 1888-1954 гг. Великобритания заключила с политическими силами Южного Йемена 31 договор о протекторате.
После этого Великобритания начала распространять своё влияние вглубь материка, где образовался Протекторат Аден. Административно протекторат делился на две части: Западный протекторат Аден -- крупнейший город Лахдж (к северу от города Аден) и Восточный протекторат Аден -- основной центр порт Эль-Мукалла. Аденское поселение в состав протектората не входила.

. (Аден, резиденция Джона Уильяма Шнейдера)

- Гибралтар Востока, Гибралтар Востока, эти чёртовы попугаи на Уайт Холл не понимают, что сколько бы ты не говорил "халва", во рту от этого сладко не станет. Наверняка сэр Артур Камминг направил этот приказ под их давлением. Неужели они думают, что бумажка "Генерального договора" защитит их торговые корабли от пиратских судов местных эмиров и шейхов. - Идиоты!
Налив четверть бокала жидкости из бутылки зеленоватого стекла, он аккуратно развернул упаковку из вощёной бумаги и всыпал туда белый порошок. Поболтав бокал, выпил получившуюся смесь.

- Ну и горечь. Не зря солдаты соглашаются её пить, только запивая дешёвым можжевеловым самогоном.- Тому, кто поставил на поток производство "Джина" не помешало бы вручить орден.

Поморщившись после приёма очередной порции хины, британский резидент продолжил ругать (про себя) ничего не произнося в слух, полученные депеши.

- Отправить три парохода-фрегата для проведения разведки обстановки в Ормузском проливе. Да у меня их всего пять, из которых один в ремонте. Кто будет патрулировать всё это варварское побережье и гонять местных пиратов? Да и пиратами-то назвать этих дикарей язык не поворачивается. Увидят под вечер заштилевшего "купца", ночью на вёсельных лодках подплывут, заберутся на борт, вырежут команду, заберут всё самое ценное, пробьют судну днище и исчезнут в своей пустыне.
Промокнув носовым платком с вышитым на нём вензелем обильный пот со лба, Джон Шнейдер продолжал ругаться, теперь уже на климат "Гибралтара Востока"....

- Жара и стопроцентная влажность. Любая царапина, если её не прижечь адским камнем или не залить спиртом, через несколько часов воспалится и начнёт загнивать. А болезни! Одна лихорадка забирает за год больше жизней, чем все пиратские нападения вместе взятые.
Устав ругаться, он ещё раз посмотрел на ненавистною депешу которая никак не прореагировав на его взгляды и ругань, продолжала, по-прежнему лежать на краю стола.

- Только многочисленные военные корабли могут обеспечить относительное спокойствие в этих водах, только они и ничто другое! Да хотя бы вспомнили, как назывались эти территории...
Шнейдер сел, потом встал, даже скорее вскочил и нервной походкой зашагал по просторному кабинету из одного угла в другой.
- От самого Мадагаскара и почти до границ с Индией все эти Богом забытые места ещё с начала века назывались одним словом - "Пиратский берег"!

. Карта побережья Африки и Аравии - "Пиратский берег"
Раздавшееся постукивание в дверь кабинета прервало его разглагольствование на пиратскую тему.
- Да, да войдите, Альфред.
Подобострастно вежливый стук в дверь кабинета своего секретаря и звуки его шагов в приёмной руководитель администрации британской колонии Аден - резидент Джон Уильям Шнейдер узнавал мгновенно.

- Сэр, две шифрованные телеграммы из Бомбея и Лондона.
- Расшифровали?
- Нет, сэр. Они зашифрованы вашим личным шифром.
- Хорошо, оставьте их на столе, пожалуйста.
Достав из сейфа необходимые принадлежности, Шнейдер, взялся за расшифровку полученных депеш. Спустя десять минут или чуть меньше он потянулся и оглянувшись кругом, опять же про себя, произнёс.

- Кажется, есть Бог на свете, если и до этих тупоголовых клерков с Уайт Холл что-то начало доходить. Для очистки острова Кешм сюда в Аден направлена эскадра в составе четырёх броненосцев - "Принц Консорт", "Каледония", "Ройал Ок", "Ройал Альфред" - под командованием адмирала Эдварда Хобарта Сеймура.

Сеймура Шнейдер знал хорошо, тот был внуком контр-адмирала сэра Майкла Сеймура, баронета, и племянником адмирала сэра Майкла Сеймура, обучался в Рэдли-колледже и в Военно-морской академии Истмена в Саутси. Когда закончилась Восточная война, будучи ещё мичманом, он был назначен на линейный корабль "Калькутта" Китайско-Остиндской станции, который являлся флагманом его дяди, адмирала сэра Майкла Сеймура.
Теперь Эдвард Хобарт Сеймур уже сам адмирал, отлично, нет, просто великолепно, с такими силами вполне можно решить поставленную задачу.
- Интересно, что по этому поводу нам прислали из Бомбея?
Затратив ещё несколько минут на расшифровку, Джон Шнейдер прочёл получившийся текст:
"К вам направляется эскадра в составе четырёх броненосцев....."
- Понятно, это Артур Камминг демонстрирует нам, что в этих морях он является главной фигурой. Ну и пусть, мне от этого ни холодно, ни жарко, лишь бы не требовали невозможного....

Новый вежливый стук в дверь кабинета, и Шнейдер снова узнал своего секретаря. Вот только чьи ещё шаги раздаются рядом?

- Сэр, к вам начальник канцелярии резидентства.
- Хорошо, Альфред, пусть заходит.
С новым начальником канцелярии он уже успел познакомиться. Когда безвременно почил его предшественник - резидент Адена Чарлз Уильям Трименхеер, спустя несколько дней от малярии скончался и прежний канцелярист. О его кончине газеты естественно не трубили, а упомянули всего лишь короткой заметкой - соболезнованием.

- Добрый день, сэр!
- День добрый, добрый день, проходите, присаживайтесь. Что привело вас ко мне?
- Сэр, ваш предшественник за несколько дней до своей смерти подготовил к отправке в метрополию объёмный документ в адрес Первого Лорда Адмиралтейства. Но когда он узнал о смене премьер-министра и всего кабинета, дал указание задержать его отправку, пока там не назначат нового руководителя.
- Интересно, очень интересно. Что это за документ?
- Мне это неизвестно, сэр, он опечатан личной печатью резидента, находится в помещении дипломатической почты и хранится в двойном конверте.
- Хорошо, давайте его сюда.
Начальник канцелярии выглянул за дверь, что-то произнёс и через минуту в кабинет внесли весьма объёмный упомянутый документ, нет, даже более чем объёмный. Скорее внесённый предмет напоминал большой кожаный кофр для верхней одежды.

- Альфред, осторожно вскройте "это" пожалуйста.
- Слушаюсь, сэр.
Несколько минут спустя усилиями секретаря и главного канцеляриста "кофр" был вскрыт.

- Картины? Хотя, скорее, дагерротипы. Что это за суда? Кто-то может мне ответить?
- Сэр, это русские корабли, базирующиеся на острове Кешм и доставляющие туда разнообразные грузы.
- Как удалось их запечатлеть?
- Их снимали с борта вашей яхты.
- С чего? С какой яхты?
- Ах, простите, сэр, с борта брига "Ласточка".

Новый резидент пока не знал, что небольшой слабо вооружённый кораблик, входивший ещё в состав "Ост-Индской" флотилии из-за своей невеликой боевой ценности, давно уже использовался только для морских прогулок британского руководства Адена.

- Где он? Где этот человек, сделавший снимки?
- Сэр Артур Джорж Сиприан Бридж на паровой шхуне "Сатледж", был здесь около месяца назад, но уже отбыл в метрополию.
- Жаль, хотя главное он уже сделал. Я вижу, что здесь как минимум два экземпляра снимков!
- Да, сэр. Ваш предшественник, покойный сэр Чарлз Уильям Трименхеер, надеялся, что этими изображениями обязательно заинтересуется и Первый Морской Лорд Адмиралтейства.
- Надо обязательно отправить один комплект изображений в Бомбей, сэр Артур Камминг должен видеть, с кем нам придёться воевать.
- Да, сэр.
- Оба комплекта пока можете оставить здесь, а через два - три дня, дату я сообщу дополнительно, отправите то, что будет указанно в министерство по делам Индии.
- Слушаюсь, сэр. Простите, сэр, но разве мы уже воюем с Россией?
- Ещё нет, дорогой Альфред, но турки отклонили их ультиматум и в метрополии уже готовят две эскадры, для Чёрного и Балтийского морей, чтобы наказать русских за своеволие.
Когда сотрудники покинули его кабинет, Джон Шнейдер осторожно, чтобы не поцарапать, достал из шкафа большое увеличительное стекло и стал внимательно рассматривать разложенные на огромном кабинетном столе фотографии русских кораблей.

- Обычные парусные барки с паровой машиной. Вот хорошо видна дымовая труба. Судя по размерам, корабли весьма серьёзного водоизмещения. Что это за странные ящики на верхней палубе? Хотя ящики, пожалуй, как ящики, только уж очень большие. Ну да это не важно, видимо груз не поместился в трюме, его в них упаковали и раскрепили на палубе. - А это что такое? Какие необычные суда, судя по флагам, явно военные, но весьма странные, совсем без рангоута и я не вижу орудий на борту? Непонятный зелёно-серый холм в районе миделя? Наверное, новая французская мода, ну да флотские специалисты разберутся....
Немного подумав и ещё раз с интересом взглянув на разложенные дагерротипы, Шнейдер взял в руки кольцо, закреплённое на углу стола, и несколько раз дернул за него. Над дверью кабинета раздался звон колокольчика.

- Слушаю вас, сэр.
- Альфред, свяжитесь с нашим человеком в Порт-Саиде. Как только эскадра Сеймура там появиться, пусть телеграммой с условным текстом даст нам об этом знать.
- Слушаюсь, сэр.
- Да вот ещё что. Заберите эти снимки русских кораблей и отправьте на "Ласточке" в Бомбей с наказом передать их лично в руки сэру Каммингу. - Обязательно сделайте отметку в ваших журналах об этой отправке.
- Слушаюсь, сэр.
- Вы свободны, Альфред.

Когда секретарь вышел, резидент уже скорее по привычке и как всегда про себя снова стал ругать этот ужасный городишко и климат этой чёртовой страны, в которую забросила его судьба....

(Где-то над Ормузским проливом вблизи Омана)

Спустя две недели

Высота 2500 метров. Пора. Рука почти сама автоматически тянет рычаг открытия бомболюка.
- Николай, проверь открытие....

Открытие этой громадной щели лучше проконтролировать. Шутка сказать, длина шесть с половиной метров при ширине 600 миллиметров. Теперь стабилизировать полёт. Серьёзное изменение аэродинамики после открытия люка неизбежно, всякие завихрения, тряска и прочие штуки с просадкой высоты вполне возможны, поэтому лучше иметь этот её "золотой" запас, а то чем чёрт не шутит....

Торпедоносец легко перенёс (тяжёлый для его планера) манёвр вероятно, решив, что не стоит подбрасывать неприятных сюрпризов в этом далёком краю....
Вариометр на нуле. Высота стабильна. Ни тряски, ни вибрации, ни посторонних шумов, можно начинать снижение.
Солнце где-то в хвосте и минут через тридцать-сорок вообще скроется за горизонтом. Это и хорошо и плохо. Хорошо, потому что нас вряд ли заметят сигнальщики, а плохо, потому что домой придётся лететь в темноте. Но до этого ещё надо дожить и кое что сделать....

Машина уверенно продолжает снижение, вот уже до верхушек волн десять - пятнадцать метров. Впереди на внешнем рейде Мусандама хорошо видны британские броненосцы. Вон в того пятимачтового, что побольше, мы и запустим "гостинца"! Кажется, это "Ройал Альфред", но на разгадывание загадки нет времени, успеет Николай сделать снимки - хорошо, позже рассмотрим, а не успеет, так и наплевать, ещё позже в газетах прочтём.

- Николай, мы на боевом..
- Есть на боевом, командир.
До цели десять кабельтовых, .... семь..., пять...
- Сброс.
- Есть сброс.

Отделившийся "гостинец" удачно под заданным углом вошёл в воду, теперь в "торпедном мешке" ему надо выполнить хитрый манёвр. Маятниковый регулятор даст импульс на горизонтальные рули и нырнувшая в глубину после сброса стальная акула начнёт резко всплывать. Вынырнуть на поверхность ей уже не даст гидростат, в котором заложена уставка по глубине хода торпеды. "Хищница" снова начнёт уходить в глубину, но теперь уже горизонтальные рули будут переложены на всплытие и такой хитрой сильно вытянутой синусоидой по глубине с амплитудой около метра "гостинец" и пойдёт к цели. Чтобы он не сбился с курса - за этим проследят вертикальные рули, которые управляются рулевой машинкой с задающими импульсами от гирокомпаса.

До всех этих премудростей мне сейчас нет дела. Тяну штурвал на себя. За закрытием бомболюка проследит Николай. Мне об этом важном событии просигналят сразу три зелёные лампочки на приборной панели........
Ух, ... облегчённая машина сама проситься в высоту. Мы ей это и не запрещаем. Двигатели на форсаже и наш торпедоносец с максимальной высотоподъёмностью стремительно проноситься над стоянкой вражеских кораблей.

- Командир, вижу начало дорожки пузырьков.
- Ну и как?
- Прямо в то корыто что на входе в фиорд.
- Не пропусти!!!!
- Уже снимаю.

Следом раздались щелчки и жужжание камеры, которая должна была запечатлеть наш успех или неудачу. Так, к сожалению, тоже бывает....

- Плохо, командир.
- Что, сбилась с курса?
- Да нет, солнце в объектив, ни х--на не видно, будет сплошная засветка.
- Наплевать, лишь бы "гостинец" с курса не сбился....

В этот момент упомянутое изделие, похоже, соприкоснулось с бортом броненосца. Двести пятьдесят килограммов гексогена в оболочке из тротила получили детонационный импульс сразу от двух взрывателей. Если бы вы знали, как циклотриметилентринитрамин этого не любит!!!! От ненависти он даже разбивает свинцовый цилиндрик, который используется для определения его "злости" - бризантности.
- Коля, держись! Сейчас тряхнёт.

Это ударная и звуковая волна от взрыва, которая движется в четыре раза быстрее чем мы, догонит наш самолёт и понесётся дальше, оповещая всех о нашем успехе!

Тряхнуло, но не сильно. Мы уже, слава Богу, достаточно далеко. Набрали положенные 3000 метров, летим домой. Интересно человеки устроены, называем домом островок у чёрта на рогах в невообразимой дали от родных берегов.

Что-то вы, старший лейтенант, хотя простите, уже капитан, да ещё и командир российского авиаотряда, дислоцированного на острове Кешм Алексей Иванович Кречет, расфилософствовались?!
Это всё от того, что скоро не до разговоров будет, солнышко спрячется и останутся у нас в качестве путеводных нитей только стрелки приборов да пищалка, которая будет равномерно гудеть, если войдём в створ - указателей радиокомпаса.

После того памятного разговора Александром Александровичичем Трофимовым события понеслись с удивительной быстротой, а их разнообразие можно сравнить только со сменой узоров в калейдоскопе. Есть такая детская игрушка, очень забавная. Смотришь в отверстие, а перед тобой цветной узор, чуть повернул трубку и узор уже совершенно другим стал. Хуже ли, лучше ли - сходу и не скажешь, так и у меня получается....

Ещё недавно листовки над Варной сбрасывал, потом гостинцы над Кипром. Спустя несколько дней с друзьями победу на Османами отмечали и вдруг новый приказ. На сей раз закатали вас, Алексей сын Ивана, в дальние дали, но оказывается и там есть наши люди. Причём замечательные люди и в достаточном количестве для того, чтобы старые руины португальской крепости Кешм стали родным домом....

- Николай, смотри за солнцем.
- Командир, так его, почитай, и невидно уже.
- Ты смотри, смотри. Мне ещё дед говорил, что на закате можно "зелёный луч" увидать.
- А это ещё что такое?
- Какое-то атмосферное явление, но главное не что, а кто. Кто "зелёный луч" увидел, тому Удача улыбнётся!
- Командир, на закате кроме клубов дымных у недругов наших других объектов не замечаю.
- Ты получше смотри, потом определись и глянь по карте, сколько нам ещё до базы тянуть?
- По времени через двадцать минут должны будут подсветку на полосе включить. С трёх тысяч мы её издалека увидим.....

- Действительно красота, подсветка что надо, только не внизу, а вверху, одно слово - южная ночь. Солнышко село, а на небе яркой россыпью звёзды проступили, как бы не перепутать подсветку полосы с ними.
- Командир, ты уж постарайся не перепутать, а то до звёзд, говорят, много горючего надо, а у нас его уже на донце осталось.

Ну вот, наконец вместо прерывистых бип-бип раздалось "уверенное пение" радиокомпаса, значит мы с пути не сбились и точно к цели идём. Теперь главное осталось - благополучно сесть.

Только подумал, как зажглись главные посадочные огни и большая глиняная проплешина на острове с непременной башней в дальнем углу, позывной "Глина", стала видна как на ладони.

- Командир, "Глина" передала, ветра нет, других бортов тоже нет. Вся полоса в нашем распоряжении.
- Принято, полоса свободна.
- Идём на посадку, Николай.

Большая серебристая птица пробежала по полосе, замедлилась, и, довернув в нужную сторону, вальяжно подкатила к своему капониру, качнулась и замерла.
Тишина в кабине....
Её, тишину, там, наверху как-то не замечаешь, а не дай Бог она случиться, это БЕДА! Значит, стали оба мотора, а без них наша машина далеко не улетит, ну, да не будем о грустном.
Пока выбирались из кабины, мгновенно попадая в заботливые руки техников, эту самую тишину снова нарушил звук мотора. Не успели оглянуться, как на нашей стоянке уже оказался сам "губернатор" (как мы его называем за глаза), вице-адмирал Копытов Николай Васильевич.
Два орла на его погоны совсем недавно приземлились в аккурат в одно время с моими четырьмя звёздочками. Это к делу не относится, пихнул Николая в бок, чтоб не рассупонивался, (и по рации раньше времени не трепался), подсобрались и строевым шагом в сторону начальства двинулись.

- Здравия желаем, ваше высокопревосходительство!
- Здорово, орлы! Вольно! Дайте я вас обниму, большое дело сделали, молодцы!
- Рады стараться, ваше высокопревосходительство.
- Садитесь в машину и сразу в штаб, там всё и расскажете.

Техники уже успели извлечь кассеты из фотоаппаратуры, которые тут же забросили в адмиральское авто и мы покатили в сторону штаба.
- Ну, Алесей Иванович, рассказывай, как и кого приголубили на рейде в Омане.
- Николай Васильевич, то что приголубили - это точно, а вот кого - сказать трудно. Надо подождать, пока фотолаборатория своё заключение даст. Похоже, что торпедировали броненосец "Ройал Альфред", но атака - штука весьма быстротечная, могу и ошибиться.

Адмирал нетерпелив. Хватает трубку прямого телефона и отправляет адъютанта выяснить, что там с фотографиями. Через четверть часа взмыленный адъютант принёс полдюжины ещё влажных фотоизображений, которые запечатлели события на внешнем рейде Мусандама. До того и после того!

- Да, Алексей Иванович, вы не ошиблись - это флагманский корабль адмирала Эдварда Хобарта Сеймура. Да, теперь вам, господин капитан, не позавидуешь. Как бы вас не объявили личным врагом Её величества - королевы Виктории.
Глядя на наши недоумевающие физиономии, адмирал расхохотался и подмигнув адъютанту произнёс.
- Теперь британской королеве второй раз принца Альфреда хоронить придётся, а она, по слухам, баба злопамятная!
Резко сменив тон, российский адмирал с пафосом произнёс.
- От души поздравляю вас, друзья, с замечательной победой!
Как адъютант так быстро извернулся уже и не знаю, но после поздравительных слов Копытова на столике уже красовалась бутылка и рюмочки.

- Выпьем за победу, за ваш замечательный успех, господа!
Выпить - то мы выпили, а как завтра лететь: адмирал уже по второй наливает. Заметив моё замешательство, Николай Васильевич так это спокойненько произнёс.

- Насчёт завтрашнего вылета не беспокойтесь, думаю, необходимое время для развёртывания наших ТК мы получили. Видите на грот-брам-стеньге "Альберта" вот эту чёрточку, это брейд-вымпел, а значит адмирал Сеймур был на корабле. Теперь ему не до нас, если он вообще жив остался. Повернувшись в сторону адъютанта, "губернатор острова Кешм" дал команду.

- Готовьте срочную шифровку на имя Е.И.В. о потоплении броненосца "Ройал Альфред" за моей подписью!
- Вам, господа, отдыхать! Завтра к обеду жду в штабе. Всё, спокойной ночи! В гостиницу вас доставит дежурная машина. Николай, распорядись, пожалуйста.

Вот так закончился ещё один сумасшедший день в нашем новом доме....

. (Гатчина, кабинет Е.И.В. Николая Второго)

Сегодня очередное расширенное заседание кабинета министров (почти ГКО). Предваряет его обычная встреча-доклад руководителя СБ империи. Сами понимаете, война с Британией дело серьёзное, тут лучше перебдеть, чем недобдеть.
Ну, вот уже и Мезенцев на пороге кабинета. Пока он раскладывает свои секретные бумаги, я вам лёгкую экскурсию в органическую химию проведу.
Многие хорошо знают химическую формулу С2Н5(ОН), она известна ещё из школьного курса химии и всегда вызывает улыбку, намёки и разные шуточки. Некоторые помнят и другую формулу С3Н5(ОН)3, правда, она чем-то похожа, но это уже не этиловый спирт, а глицерин.
Когда "Крестник" сообщил, что готовится большая диверсия где-то в Петербурге, это известие заставило меня быстро освежить в памяти курс химии, и когда адъютант доложил о прибытии Мезенцева, я уже был во всеоружии реанимированных знаний.

Наши заклятые друзья широко поставили терроризм на службу своим интересам ещё в 19 веке, хотя прилюдно всегда его осуждали и осуждают. Но на их иезуитские действия мне было глубоко плевать, уж очень хорошо я, человек из 21-го века, знал, что по чём.

- Николай Владимирович, рад вас видеть. Ну как, есть улов?
- Ваше Императорское Величество, на производствах, где используются глицерин, концентрированные серная и азотная кислоты установлен дополнительный контроль.
- Это хорошо, а как с медикусами? Удалось достичь необходимых договорённостей?
- Все предупреждены об уголовной ответственности в случае несообщения об обнаруженных симптомах отравления нитроглицерином. Тут даже несколько проще было, сейчас все врачи ещё по старому указу в случае обнаружения огнестрельных ран делают письменное сообщение в органы правопорядка. Так что дополнительное ограничение непонимания не встретило.
- Тем не менее, помните о роли врача в деле об отравлении каперанга Казарского.
- Ваше Величество, так он же чужеземец был.
- А вы уверены, что за определённое вознаграждение или ещё за что-нибудь у наших эскулапов совесть чистой окажется?
- За большинство наших последователей Авиценны уверен, но Вы правы, будем присматривать.
- Хорошо, что это за списки, граф?
- Да вот, когда мы проверяли химические лаборатории и лаборатории аптек, то обнаружили, что многие из них производят ещё и побочный продукт. Называют его по-разному, прописывают как успокаивающее при кашле и как лекарство, не вызывающее привыкания. Только суть его одна - это наркотик.

- Минутку, дайте ка я сам вспомню. Диацетилморфин! Был впервые синтезирован Алдером Райтом, английским химиком, работавшим в медицинской школе при госпитале Святой Марии в Лондоне.
- Блестяще, Ваше Величество! Ваша абсолютная память сделала бы честь любому научному светилу!

Граф Мезенцев, конечно, не видел зеленоватые буквы в обычной тетради-блокноте, которую я держал в руках. Меня же удивило другое. В той истории Райт синтезировал героин в 74 -м году, а сейчас ещё только 1873 - й. Возможно, это сказывается моё влияние, а возможно историки что-то напутали.

- Ну так что это всё-таки за списки?
- Ваше Величество, это все те, кто попадает по результатам проверок под действие закона "О производстве и распространению наркотиков". Требуется ваше утверждение.
- Хорошо, давайте я подпишу.
- Вот этот второй перечень, здесь тоже производители этой дряни, но они согласны с нами сотрудничать. Желательно высочайше их помиловать, но без широкого освещения.

Я быстро пробежал листок с фамилиями, обращая не столько внимание на них, сколько на их порядковые номера. Итого - тридцать семь имён.

- Граф, не много ли осведомителей? Да и их надёжность не внушает доверия.
- Ваше Величество, в лаборатории обычно работает несколько человек, часть из них являются нашими сотрудниками, через которых мы и вышли на наркопроизводителей. Поэтому такой большой список получился, но согласитесь, для России это капля в море.
- Хорошо, подписываю, но под вашу ответственность.

- Ваше Величество, вот ещё список. Это наши военные - специальные технические войска. Они работали по маршруту Лондон - Берлин - Киев - Одесса - Симферополь - Керчь - Батуми - Тифлис - Тегеран - Карачи - Калькутта. - Сейчас эта британская телеграфная линия работает только тогда, когда мы в этом заинтересованы и только в том направлении, в котором мы ей разрешаем. Нормальный режим работы осуществляется только на участке Киев - Тифлис. Всё остальное под нашим контролем.

- Хорошо, граф, только не переусердствуйте. Там в Лондоне тоже не дураки сидят!
- Мы это учитываем и хорошо об этом знаем, но линия на нашей земле, а все договора Вы сами отменили в связи с военными действиями. В этом перечне наши сотрудники, которым устанавливается доплата 50 руб./месяц за "вредность".
- Ну, раз за "вредность" да ещё для наших врагов, то я с удовольствием подписываю! А что питомцы магистра Богданова, им за "вредность" по сахарной косточке не положено?
- Обследование всех объектов велось в том числе и с их помощью, но на производствах они не эффективны, там все насквозь пропитано запахом нитросоединений, а вот на таможне, на транспорте, на границе и даже в театрах и кинотеатрах его питомцы зарекомендовали себя очень хорошо!
- Сколько сейчас всего питомников в вашей структуре?
- Более двухсот в европейской части и около сотни в азиатской.
- Хорошо, но мне кажется недостаточно.
- Ваше Величество, мы и сами это понимаем, но не хватает подготовленных людей, да и собаки абы с кем работать не будут, тут особый талант нужен.
- Поговорите с Модестом Николаевичем Богдановым, возможно у него найдутся ответы?
- Так он уже давно предлагает открыть специальные школы. Но где взять преподавателей и опять же всплывёт вопрос финансирования.
- С преподавателями решайте вопрос с Богдановым, а с финансированием, я вам помогу. Что по последним сообщениям нашей внешней разведки? Новости есть?
- Торпедирован броненосец "Принц Альберт".
- Это я знаю, телеграмма от Копытова была ещё заполночь получена.
- Из Омана "Махмуд" сообщил, что кроме "Принца" пострадал ещё броненосец "Каледония". У него сильно повреждён рангоут, а на борту случился большой пожар. Источник уверен, что его придётся буксировать в Аден для ремонта.
- Интересно! Получается что броненосная эскадра адмирала Сеймура, не дойдя до цели, потеряла больше половины кораблей. О судьбе адмирала что-нибудь известно?
- Спасательные работы велись всю ночь и продолжаются, вероятно, и поныне. Думаю, через день - два наш человек определиться с этим вопросом.
- Хорошо, Николай Владимирович, спасибо. Можете передохнуть, а через четверть часа начнём заседание кабинета.

(Расширенное заседание Кабмина, под председательством Е.И.В. Николая Второго)

Думаю это мало интересный документ для чтения, поэтому я его изложу по памяти, точнее, по тому что в ней осталось. Формальные процедуры приветствий опущу, да и многое другое тоже.

- Что нам сообщит Морской министр по поводу Северной эскадры?
- На сегодняшнее утро АУГ Северного флота находились на траверзе мыса Нордкап. Плавание проходит нормально, отказов оборудования и больных нет. Погода благоприятствует.
- Хорошо, благодарю, вас.
- Константин Николаевич, поведайте нам, пожалуйста, что известно об эскадре Горнби?
- Ваше Императорское Величество, по имеющимся сведениям, она ещё не вышла из канала. Полный её состав пока, точно не известен.
- Начальник Генерального штаба, где находятся передовые войска графа Лорис-Меликова?
- Ваше Императорское Величество, войска Южного (бывшего Кавказского) фронта, закончили сложный переход через горный район Восточного Тавра, вышли на равнинную часть Месопотамии и заняли Мосул.
- Благодарю. Когда ожидаете штурм Багдада?
- Если не случится ничего непредвиденного, через неделю авангард Михаила Тариэловича вступит в соприкосновение с передовыми турецкими отрядами, не признающими фирман султана о капитуляции и планирующими оборонять город. Местное население на занятых территориях, разнородно, но всецело доверяет графу Лорис-Меликову, одновременно он пользуется заслуженным авторитетом у курдских повстанцев. Такое сочетание позволяет надеяться на быстрое, бескровное взятие Багдада.
- Очень хорошо, будем надеяться, что так и произойдёт. С Карсом, городом-крепостью, считавшимся неприступным, он лихо разделался, 17 тысяч пленных и 303 трофейных орудия....
- Константин Николаевич, по плану две механизированные дивизии с Галиполийского полуострова, должны быть переброшены в Басру для усиления армии графа. Где они сейчас находятся?
- Ваше Императорское Величество, реквизированные транспортные суда с упомянутыми вами войсками, вчера начали прохождение по Суэцкому каналу. После этого они группируются у Судра, а далее под конвоем наших военных кораблей двинутся по указанному маршруту.
- Хорошо, благодарю, вас.

- Николай Иванович, дорогой порадуйте нас? Как здоровье князя Барятинского?
- Ваше Императорское Величество, пока порадовать ни вас, ни присутствующих ничем не могу. Вероятно, генерал-фельдмаршал был отравлен, каким-то мало известным ядом растительного происхождения. Сейчас его состояние стабильное, но прогнозы делать рано.
- Господа, наши заклятые друзья, используют любые средства для достижения своих целей, поэтому не стесняйтесь, пожалуйста, и доведите до сведения ваших подчинённых что "Война -- это насильственное действие, направленное на подчинение противника своей воле"! Джентльмены это давно усвоили и как видите, используют любые средства. Поэтому проявляйте разумную осторожность и жесткость, переходящую в жестокость, если это необходимо!

- Александр Александрович, а что с адмиралом Можайским?
- Ваше Императорское Величество, адмирал болен, но к счастью коллеги Николая Ивановича, говорят о положительной динамике, и мы надеемся скоро его увидеть.
- Господа, наши летающие чудо богатыри вчера утопили броненосец "Принц Альберт" и серьёзно повредили броненосец "Каледония". Давайте поздравим их с успехом!

Поздравления на голову Трофимова обрушились сразу со всех сторон, даже Пирогов, который, как известно, связан клятвой Авиценны и тот внёс свою долю.
На сегодня всё, завтра прилетают на переговоры Фридрих III и Наполеон III, и хотя Фридрих приедет по железной дороге, а Наполеон прилетит на дирижабле, я объединяю их одним глаголом - ПРИЛЕТАЮТ.

. *****

Завтра для меня наступило, как обычно, в пять тридцать утра. Утренние процедуры, завтрак, непременный крепчайший чай и "инспекторская проверка" готовности войск и "народа" к встрече Фридриха III. Оркестранты на месте, войска в парадной форме построены, службе охраны (народу) в партикулярном платье розданы плакаты, цветы и новинка сезона, разноцветные воздушные шары, заполненные водородом.
Визиты императоров рабочие, полный межгосударственной протокол необязателен, но, зная любовь Императора Германии к парадам и маршам, распорядился - ПОСТАРАТЬСЯ!!!!!!!!

Как мой брат выходил из вагона, как мы по-братски обнялись, писать не буду, в газетах прочтёте, кому это интересно. Наполеон опять опаздывает, на сей раз, встречный ветер замедлил полёт его дирижабля, поэтому прибытие Императора Франции ожидается ближе к обеду.
Дружеский завтрак (уже второй для меня) завершается чудесной прогулкой по дорожкам парка Большого Гатчинского дворца и неспешной беседой двух императоров-братьев.

- Дорогой брат, когда внезапно приболел мой канцлер, он попросил разыскать никому неизвестного, доктора Швенингера на просторах Германской империи. Позже я задал ему вопрос. Почему его, а не кого-то другого? Оказывается, дорогой мой брат, это была ваша рекомендация.
- О, да, но это было так давно, что я уже и позабыл об этом случае.
- Пусть так, но не поведаете ли и мне что-нибудь из тех ваших пророческих снов.

- Хм, с тех минуло почти десять лет, и многое стёрлось в памяти, да и сам я был, считай без памяти, но вот один интересный пример из будущего в отношениях Германии и Британии ещё не покрылся забвением. Я подпустил нотки таинственности в голосе, свернул на самую тенистую аллею, куда почти не проникал солнечный свет, и немного растягивая немецкие слова начал вещать:

- Один из будущих премьер-министров Британии, Уинстон Черчилль, после тяжёлой войны с участием большого количества стран и получившей название "Мировой" так высказался о вашей стране:

"... Вы должны понять, что эта война ведется не против национал-социализма, но против силы германского народа, которая должна быть сокрушена раз и навсегда, независимо от того, в чьих руках она находится: в руках Гитлера или в руках священника-иезуита'.
"...Мы воюем не с Гитлером, а с немецким духом, духом Шиллера, чтобы этот дух не возродился".

- Николай, а кто такой Гитлер?
- Думаю, это канцлер Германии в отдалённом будущем, во всяком случае - лицо, наделённое большой властью.
Выдерживаю театральную паузу, почти по Станиславскому.

- Значит всё-таки Британия....

Эти слова были произнесены Фридрихом почти про себя, но я их отлично разобрал. Рассказывать о двух покушениях на Вильгельма I в 1878 году не стал. Во первых до этого момента ещё есть время, во вторых покушения были всё-таки не на Фридриха III, а на Вильгельма I, в третьих - их финансирование со стороны Британии не сумели доказать. Тем более что ГЛАВНОЕ ("Значит всё-таки Британия"), в устах Императора Германии уже прозвучало!
После непродолжительной паузы, я услышал давно ожидаемые слова.
- Николай, для укрепления дружбы между нашими странами, как вы посмотрите на династический брак моего отпрыска с вашей дочерью?
- Дорогой брат, я буду этому только рад, но так как наши жёны - родные сёстры, думаю, идеально подойдёт дочь моего дяди великого князя Михаила Николаевича - Великая княжна Анастасия Михайловна. Скажу больше, наши молодые уже знакомы и явно симпатизируют друг другу. Я видел это своими глазами, когда Вильгельм и Анастасия катали по парку мою Ольгу. Кстати ваша супруга тоже отметила этот момент.
- Вот и хорошо, вот и чудесно, значит договорились!
- Буду только рад этому, дорогой брат.

Показавшейся на парковой дорожке адъютант доложил, что дирижабль "Ариэль" с Наполеоном III на борту уже на подлёте и мы направились к машинам встречать нашего французского брата....

Краткое содержание секретной части наших переговоров можно выразить одним предложением. После завершения операции "Цимбрия" совместная франко-германская группировка на французских судах форсируют канал и развивают успех в направлении на Лондон.....

Почему я ничего не пишу о проекте создания нового государства Эрец-Исраэль? Да потому что уже все в "свободной" прессе написано, даже то, что можно было бы и не писать. Сейчас на этой территории, купленной у Исмаил-Паши командует группировка Ховевей Цион, будущая основа государства Израиль или как там они решат сами себя назвать.
Мы же решали ну ОЧЕНЬ СЛОЖНЫЙ вопрос: какими орденами наградить наших канцлеров, ну и самих себя соответственно, теперь я буду ещё на два высших ордена Германии и Франции тяжелее, интересно, выдержит ли мундир?!

. (Остров Кешм, штабы, штабы и неприятности)

- Команде подъём!
И тут же извиняющимся тоном мой денщик, (по французской моде - ordonnance - ординарец), рекомендованный мне перед расставанием дедом ещё в Севастополе, уже по-человечески произносит.
- Ваше благородие, вы просили разбудить....
- Хорошо, Степан, спасибо. Новостей нет?
- Никак нет, да и какие новости, почитай, только три минуту шестого.
- Ещё раз спасибо. Чай готов?
- Вы же просили его на половину шестого изготовить. Потому самовар только-только зудеть начал.
- Отлично, слетай, пожалуйста, к Николаю и накажи ему - пусть к чаю будет у меня.
- Уже лечу....
Быстро и плотно позавтракав, я со своим штурманом отправились в штаб, нет, не к губернатору, а в наш штаб авиаотряда. Уж очень мне хотелось поговорить с дежурным офицером, похоже, надо кое с кем воспитательную беседу проводить....

- Смирно! Ваше благородие, за время моего дежурства никаких происшествий не случилось! Дежурный по авиаотряду вольноопределяющийся подпоручик Хитров!
- Вольно, господин подпоручик. Кто у нас дежурил до нуля часов?
- Так я и дежурил, ваше благородие. Семёнова лихоманка свалила, уж второй день как по двухсменке дежурим.
- Да, лихорадка, будь она неладна или как её здесь называют лихоманка, а один чёрт....

О том, что Хитрову с коллегами придётся в таком режиме дежурить ещё долго, так как других специалистов по эфирной связи в отряде нет, я говорить не стал, да это они и без меня хорошо знают.

- Кто докладывал губ...., тьфу ты, его высокопревосходительству, о результатах нашего вылета?
- Никто, ваше благородие! Их высокопревосходительство изволили здесь находиться и приказали голосовую связь на громкую включить.
- Понятно.... Благодарю за службу!
- Рад стараться, ваше благородие!
Похоже, что вокруг нашего скромного островка затевается что-то интересное. Не зря вице-адмирал сюда примчался, ну да в обед, думаю, он нам сам всё расскажет.

- Зампотех ещё не появлялся?
- Да уже с полчаса как в третьем капонире со своими техниками над чем-то колдуют. Что-то ему у разведчика их сиятельства Оболенского ещё со вчерась не понравилось, вот они с утра пораньше, по холодку, сегодня там консилиум и устроили.
Звуки запускаемого мотора на новом тяжёлом мотопланёре - разведчике доносились даже сюда. Бедный Оболенский, а он - то собирался сегодня облетать "новую" машину, ну ничего, полетит на разведку как обычно на своём биплане. Сто миль не расстояние....
Так незаметно за обычными хлопотами и текучкой время подобралось к обеду.

- Николай, остаёшься за старшего. Меня искать у Копытова, но без крайней нужды не дёргать, адмирал шибко этого не любит.
- Есть остаться за старшего, щёлкнув несуществующими каблуками и приложив руку к воображаемому козырьку, наш главный авиа-штурман изобразил полную готовность.
- Не паясничай, Николай, у моего Степана сегодня с утра раненную ногу крутит, а точнее его у нас "барометра-предсказателя" нет. Оболенскому, как время выйдет или наоборот подойдёт, лететь на разведку на биплане. Успеет ещё на новинке налетаться, никуда она не денется. Держи ушки на макушке, что-то затевается вокруг нашего островка!
- Всё сделаю, Алексей, чай, не впервой. Мне тоже кажется, что адмирал не зря вчера на КП оказался, уж очень сильно "палёным" пахнуло. Я не о нашем вояже, а вообще об обстановке.
- Да и я о том же. Ну ладно, до вечера, бывай....

Десяток километров до нашего островного начальства дежурка проскочила за четверть часа. Водитель аккуратно подрулил к воротам, а уже дальше ко входу в большой щитовой дом я прошёл пешочком. Наш губернатор блюдёт инструкции, а они предписывают затруднять, не допускать, и ещё много чего, почитай, на все случаи жизни.
Шифровка Копытова в Петербург, похоже, породила обратную лавину сообщений на рано поседевшую голову новоиспечённого вице-адмирала. Во всяком случае, когда мы, как и было приказано, прибыли в штаб, то его адъютант по секрету сообщил нам, что его высокопревосходительство ещё не ложился.
Сомневаться в искренности высказывания не приходилось, потому что его покрасневшие глаза и некая заторможенность движений говорили сами за себя. В приёмной кроме меня были ещё три знакомых полковника и все трое в полевой форме. Значит запах "жареного" доносится не только до меня. Едва успел поздороваться, как нас пригласили в кабинет.
- Садитесь, господа!
Мы быстро расселись, благо у каждого места давно была приколота табличка с нашими "именами".
- Начну с приятного! Вчерашний успех нашего молодого друга по достоинству оценен Государем. Вы, вместе с вашим штурманом, представлены к "Георгию", дорогой Алексей Иванович! Поздравляю!
- Поздравляем от души!
Это уже раздались голоса других присутствующих.
- Благодарю Вас, господа! Вечером приглашаю всех на нашу "Лётную веранду". Сначала он/она называлась "Летняя веранда", но это её название почти сразу забыли и уже давно переименовали наш офицерский клуб в "Лётную веранду".

Это лирическое отступление во время серьёзного обсуждения задач, стоявших перед нашим небольшим коллективом, не было нарушением дисциплины. Все мы хорошо понимали, что скоро быть смертному бою с "Гранд Флитом", считавшимся самым - самым и не только в этих водах.

- Господин Дубасов, каковы ваши успехи?
- Совместно "Забиякой" и "Драчуном" выставлено 120 якорных мин по заданной схеме минной постановки. Сейчас заканчиваем приёмку на оба борта новой партии мин, рассчитываем, как стемнеет, осуществить ещё одну постановку "сюрпризов" на десанта опасных направлениях.
- Хорошо, спасибо, Фёдор Васильевич.

Не успел ещё капитан-лейтенант после доклада сесть на своё место, как все мы услышали треньканье внутреннего телефонного аппарата. Чертыхнувшись про себя, наш адмирал взял трубку. Не позавидуешь абоненту, рискнувшему его побеспокоить в это время. Но к общему удивлению, вместо грозных слов в адрес нарушителя, Копытов произнёс буквально несколько булькающих звуков и тут же добавил.
- Ошибки быть не может?
Что ему ответил адъютант - неизвестно, но вероятно что-то утвердительное. Повернувшись к нам лицом, Николай Васильевич Копытов, произнёс.

- Зря, наверное, молодому Сеймуру доверили командовать ударной эскадрой. Слишком упрям! Получено сообщение - что как только он пришёл в себя (моряки с "Ройал Альфреда" выловили контуженого адмирала из воды), то отменил решение коммодора о буксировке "Каледонии" в Аден. Приказал поставить её на якорях в шхерах Омана, а сам силами двух броненосцев "Принц Консорт" и "Ройал Оук" Эдвард Хобарт Сеймур двинулся в нашу сторону.
- Да, этот битый не уймётся пока не упокоится.
Одобрительный взгляд, брошенный с сторону Дубасова, и немая просьба помолчать.

- Господа, из Бомбея вышел большой отряд кораблей, имеющий на борту до тридцати тысяч солдат. Их задача высадиться в Басре, закрепиться там, собрать разрозненные турецкие отряды из непримиримых, не признающих фирман султана и не допустить её захвата войсками графа Лорис-Меликова. Таким образом, британцы получат удобный плацдарм для дальнейших наступательных операций.
Полковники переглянулись, показав друг другу что-то на пальцах, словно прикидывая, хватит ли боеприпасов на такую прорву супротивников.

- Общая задача, которая поставлена нам Е.И.В., состоит в следующем: десант уничтожить, либо максимально потрепать имеющимися силами. Других воинских формирований в этом районе у России нет.
- Тридцать тысяч против наших трёх. Тяжеленько придёться.
- Тридцать тысяч будет, если им дать высадиться на берег, а пока они на судах - это задача для флотских да наших славных авиаторов. Чем больше их кораблей не дойдёт до берега, тем лучше, тогда у нас наверняка патронов на всех хватит.
- Господа, хотя решение очевидно и, считай, лежит на поверхности: "Уничтожить десант до начала высадки"! Решить эту задачу не просто. Каждый из вас должен будет исполнить свой манёвр по данной диспозиции как это делают по нотам музыканты в оркестре. Тогда я уверен - наш ждёт успех....

Замечаний по диспозиции ни у кого не было, всё было продумано и даже имелись запасные варианты, но о них лучше не упоминать, уж слишком тяжёлыми потерями они могли обернуться. Когда участники военного совета поднялись со своих мест, наш вице-адмирал произнёс интересную фразу.

- Господин Кречет, не могли бы вы немного задержаться?
- Слушаюсь, ваше высокоблагородие!

. (Снова над Ормузским проливом вблизи Омана)

Причина такого внимания была абсолютно понятна. Авиация ещё настолько новая область, что о её возможностях и особенностях известно немногим. Посему слова "губернатора" меня совершенно не удивили. Естественно, разведка, разведка и ещё раз разведка. Сейчас авиагруппа князя Оболенского постоянно держит в воздухе два наблюдателя. Сам князюшка тоже в воздухе, причём чаще других пилотов, объясняя это взаимной любовью нового аппарата, который наши умельцы довели до ума. Вот и сейчас я слышу его спокойные переговоры с башней.
Очень, очень не нравится мне это спокойствие. Князь Владимир Владимирович Оболенский, конечно, великолепно умеет владеть собой, но и в его рапортичке "башне" нет, нет, да проскальзывают беспокойные нотки. Право же, от поселения Соха до Бендер Аббас всего-то 205 миль при скорости 10 узлов, это 20 часов хода. Получается почти, как у Пушкина: "Уж полночь близится, а Германа всё нет".
По полученной и выученной наизусть ориентировке мы точно знали что "Принс Консорт" как и "Ройал Оук" имел двойные марселя. Хорошо было известно, что неподъёмный винт при хорошей мореходности не позволял этому броненосцу развивать под парусами больше десяти узлов. Так где же их черти носят, эти броненосцы?

Через двадцать минут солнце зайдёт. Даю команду разведчикам возвращаться. Ночные полёты - это не каждому дано. Князь просит разрешение остаться.

- Ваше благородие, господин Кречет, Алексей Иванович! Я вполне уверенно ночью ориентируюсь, а на посадку вы мне полосу подсветите, как вам вчера! У меня ещё горючего на два часа патрулирования. Да поверьте, у нас в гербе Оболенских все летающие. И голубки и чёрный орёл и уж, конечно, ангел с мечом!
Поможет ему герб, как же, но что-то делать надо.
- Хорошо, Владимир Владимирович, даю добро продления патрулирования на ОДИН час, но только на ОДИН!
Слово "один" я тщательно дважды выделил голосом. Потерять такого пилота нельзя, да и человек он хороший.
- "Башня", принято, время патрулирования продлено на один час.

Смотрю на стрелки часов, а они, вредины, не останавливаясь, приближаются к указанному сроку. На улице ночь, непроглядная темень, даже луны нет, как по заказу - новолуние. На что мы рассчитываем, да только на искры из труб, да бортовые огни судов, идущих в кильватер. А их нет как нет!

- "Башня" "Голубю", время вышло, возвращайтесь. Подсветку полосы включим через пятнадцать минут.

Прошла ночь. За десять минут до рассвета следующая пара наших разведчиков была поднята в воздух. Отлетали своё время, но так ничего и не приметили. К средине дня сбылось предсказание моего Степана - "барометра-предсказателя". Погода нелётная, ветер, низкая облачность, да ещё и дождь моросит. Здесь летом -- юго-западные ветры определяют пасмурную, влажную погоду, да ещё тайфуны случаются, но сейчас это не тайфун, а мерзость, которая явно по британскому заказу работает, хотя, пожалуй, и кораблям такая мряка не на пользу.
Раз в час, иногда раньше звонят из штаба "губернатора". Обычно это адъютант Копытова.

- Что, вылететь на разведку ещё нельзя?
- Никак нет, даже до средины полосы ни зги не видно.
- Алексей Иванович, вы уж доложите, пожалуйста, как возможность вылета появится. От Бомбея до Бендер Аббаса 1230 миль, это четыре, пять дней, и вся свора будет здесь.

Такая "чехарда" целый день. Ночевать я остался у себя в штабе, так спокойней, да и оперативней, случись что. К счастью, ничего не случилось и снова началось моё беспрестанное дежурство в беспросветную дождевую хмарь. Чтобы отвлечься - читаю справочник, глаза невольно зацепились за интересный абзац: "В местных водах водится несколько видов акул, в том числе и причисленных к опасным для человека видам. Здесь можно встретить тигровую акулу, мако, синюю (голубую) акулу, серую тупорылую (бычью) акулу, многие виды рифовых хищниц".

Приехал Николай меня сменить и привёз Степана с котомкой и самоваром. Это он хорошо сообразил.
- Дядька Степан, как ваша нога, не полегчало?
- Спасибо, ваше благородие, ужо знамо дело - полегче, да и на дворе развидняется.

Мы с штурманом переглянулись, а Николай бочком, бочком и к окну приник, у него вся полоса "пристреляна", стоят там полосатые столбики, по ним он видимость определяет. Повернулся ко мне и на пальцах показал десятку.
- При первой же возможности поднимай звено Оболенского, надо найти корабли Сеймура, а я тут внизу посплю пару часиков.
- Алексей, а может он того, пошёл на соединение с Артуром Каммингом, я бы так и сделал. Минутный залп возрастет, да и другие преимущества есть.
- Давай гадать не будем. Разведка, разведка и ещё раз разведка.
- Есть произвести разведку при первой же возможности.

Возможность появилась только за три часа до захода солнца. Вылетел сам князь на новой машине всё с тем же заданием. Ждём....

Опять перед самым закатом, как по чьему-то злому, а может хитрому умыслу, получили долгожданное сообщение от "Голубя"

- Вижу юго-восточнее Джаска четыре больших корабля, один пятимачтовый. Похоже, они только, только начали пары поднимать. Думаю, меня они не видят, их наблюдателям солнце мешает. Есть возможность подлететь ближе. Сейчас я их запечатлею для памяти, и ещё пару раз для надёжности. Съёмка произведена.
- Благодарю, Владимир Владимирович, ближе не надо, возвращайтесь, других пятимачтовиков, да ещё под парами, здесь быть не может.

Еду в штаб Копытова со свежими новостями. Николай Васильевич уже в курсе и ждёт меня у себя в кабинете.
- Присаживайтесь, Алексей Иванович. Какие мысли, что будем предпринимать?
- Если они сейчас на нас двинутся, да под парами, то к утру будут здесь. Значит тут и встретим супостатов. Зайдём с востока - они как на ладони окажутся, а уж мои орлы не оплошают. На тренировках, почитай, каждый второй мешки с крашеным песком в пятидесяти футовый круг вкладывал, а корабли у Сеймура шириной поболее будут.
- Хорошо, так и сделаем. "Базальт" с эсминцами на подстраховке останутся, уж очень мне не хочется все наши силы показывать. Завтра на заре начинайте работать.

. *****

Оба разведчика первого звена, уже в воздухе сейчас должны сообщить координаты целей. Готовлю свои экипажи к работе, хотя они все давно готовы, только длительным ожиданием измучены. Но полученную команду "работать" исполним как полагается! Немного смущает информация о ЧЕТЫРЁХ броненосцах, откуда взялись ещё два?!....

- "Башня" - "Голубю", видишь гостей? Время для визита вышло.
- "Башня", высота 3000 метров, видимость порядка 150 километров. Гостей нет, даже дымов нигде не видно.
- "Голубь 2" - "Башне", кораблей противника не обнаружено.

"Вот тебе бабушка и Юрьев день"! Куда же они запропастились? Докладываю "губернатору" об отсутствии целей.
- Алексей Иванович, ошибки быть не может?
- Никак нет, ваше высокоблагородие! Два аэроплана с наблюдателями в воздухе, уже больше часа. Сообщения идентичны: "никого нет"! Прошу разрешения перевести экипажи в готовность номер два.
- Добро! Всех, кроме воздушной разведки. Наблюдение до темноты вести постоянно.
- Есть! Наблюдение вести постоянно.

Мой приказ установить к завтрашнему дню поплавки вместо колесных шасси был встречен без энтузиазма. Понятно - жара, духота, сто процентная влажность, полное безветрие. Разница между ночью и днём градусов десять. Думаю, техники даже позлословили в адрес нашего благородия, но вернувшийся из полёта князь Оболенский мгновенно всё понял и недовольные шепотки разведчиков быстро затихли.

- Алексей Иванович, что, быть завтра большой драке?
- Да, чувствую я, Владимир Владимирович, что раз уж число броненосцев удвоилось, не могли же они со дна моря вынырнуть, то и остальные корабли очень скоро будут здесь.
- Согласен с вами. Я когда ранее обнаруженные корабли не нашёл, тоже об этом подумал.
- Вот, вот, почитай, скоро неделя пройдёт, как они из Бомбея вышли. Ну, задержала их непогода на сутки, ну ещё какие негоразды, но завтра, чувствую, быть неприятелю в проливе.
- Нам, как я понял, вы ещё и спасательные функции поручить хотите?
- Да, без этого никак. Справочник-наставление почитал, там об акул рыбах в этих местах много написано. Негоже будет людей по этой причине терять. Ваши машины из малой протоки взлетят легко, протока закрытая, волнения в ней не бывает, там же и посадку совершить несложно, а до нашей "Глины" оттуда не более версты, почти что дома.
- Вылетать будем парами?
- Да, надо чтобы в районе постоянно "висел" спасатель, а лучше два.
- Есть, ваше благородие, обеспечить постоянное дежурство в воздухе двух спасателей.
- Спокойной ночи, Владимир Владимирович.
- И вам спокойной, Алексей Иванович.

. (Флагманский корабль контр-адмирала Артура Камминга)

- Рад вас приветствовать сэр!
- И я рад видеть вас здоровым, сэр!
- Да, мне сильно повезло, в отличие от моего корабля!
- Рассказывайте, рассказывайте, как и что это было?!

С видимым усилием перевязанная голова всё ещё кружилась, неловко повернувшись в кресле адмиральского салона, адмирал Эдвард Хобарт Сеймур начал свой рассказ.

- За полчаса до заката со стороны солнца выскочил российский аэроплан, так называют их турки, которых доставили на Мальту после погрома на Кипре.
- Что это за устройство?
- Это воздушный корабль, очень маленький по сравнению с дирижаблем, но весьма вёрткий и быстрый. Сигнальщики слишком поздно его заметили, да и не могло быть иначе, так как он шёл на высоте грота реи стремительный как альбатрос и невидимый в лучах заходящего солнца.
- Что дальше, дальше что?
- Кабельтовых в трёх - четырёх от него отделился какой-то предмет, а сам аэроплан резко взмыл над моим несчастным "Ройалом Альфредом" и вскоре исчез на востоке. - Вероятно, отделившийся предмет и был той самой самодвижущейся миной, что изготовили австрийцы в Фиуме.
- Русские, похоже, захватили и её создателя и саму фабрику по их изготовлению. Во всяком случае, упоминаний о конструкторе торпеды - Роберте Уайтхеде я больше нигде не встречал.

- Да, сэр, ещё в 1869 году он был приглашён в Британию, где успешно провёл демонстрации своих 14-ти и 16-ти дюймовых торпед. Но вы же знаете наших клерков в адмиралтействе, только спустя ТРИ года, в 72-м, была осуществлена покупка права на их производство в Вулвичском арсенале (Royal Arsenal).
- Похоже, русские нас обогнали.
- Да, они просто присвоили торпеду себе как военный трофей.
- Ничего, когда Royal Navy будет стоять на Неве у дворца их императора, мы всё припомним.
- Как вы думаете бороться с этими а-эро-пла-на-ми? Вообще, возможно ли это?

Выговорив почти по слогам пока ещё новое в морском обиходе слово, адмирал Сеймур внимательно посмотрел на Артура Камминга.

- На моей эскадре на транспортах находиться тридцать тысяч солдат. Все они имеют по доброму старому "Энфильду", с которого хороший стрелок может слона свалить. Пусть в цель по этому русскому попадёт только каждый сотый, это значит, что он получит добрых триста кусочков свинца. Посмотрим, сможет ли после такого утяжеления аэроплан лететь как птица.

- То есть вы предлагаете организовать залповую ружейную стрельбу по этим устройствам.
- Совершенно верно, да ещё всех свободных от вахты на верхнюю палубу и "ПРИЗ" - 100 фунтов тому, кто собьет эту русскую птичку.
- Как же они определят победителя?
- Это не так важно, да и плевать мне на них! Главное обеспечить массовость стрельбы, а потерю 100 фунтов наше казначейство как-нибудь переживёт!
- Хорошо придумано, сэр, только надо заранее подготовиться. Осуществить залповую стрельбу тридцати тысяч человек весьма не просто.
- Это уже забота их командиров. Среди этих дикарей больше десяти тысяч белых, вот пусть и поучатся командовать.
Ещё раз, повернувшись и усевшись поудобней в кресле Эдвард Сеймур спросил:

- Сэр, когда вы рассчитываете быть на месте?
- Сэр, до встречи с вами я рассчитывал воспользоваться информацией с наших "купцов", которые ежегодно сдают свои отчёты по морским путям в Адмиралтейство. Согласно этих документов Ормузский пролив имеет длину около 100 миль, а самое узкое его место шириной примерно 28 миль. Глубины в некоторых местах превышают 200 ярдов. Для нас весьма полезным является то, что он разделён на два транспортных канала шириной около 15 кабельтовых. Первый - ближе к берегам Омана, второй - к Персидскому побережью. Транспорты я планировал пустить левее острова Кешм, а сам с броненосными кораблями планировал пройти вдоль побережья Персии, устроить бомбардировку этого островка и позже догнать ушедшие в период корабли с десантом.

- Простите, сэр, что изменила в ваших планах наша встреча?
- Теперь, как мне кажется, было бы весьма полезно для Короны десантировать часть войск на русскую базу, чтобы отправить в метрополию хотя бы обломки этих аэропланов и прочих новинок для детального изучения.
- Вы, как всегда, правы, сэр! Какой график движения судов предусмотрен диспозицией?
- К вечеру выйти на траверз Джаска и там поставить это "стадо" на якорь. Ночью ходить они могут только в одиночку, расцвеченные как рождественские ёлки. Когда собирается больше трёх "купцов", им надо держаться порознь, чтобы не столкнуться и не утопить друг друга.
- Да, с дисциплиной эта публика знакома слабо, но согласитесь, и от них есть польза.
- Безусловно, только боевые корабли не станут на якоря в двадцати кабельтовых юго-западнее устья этой речушки, забыл как она называется, а продолжат движение, взяв часть десанта на борт. Если ничего не измениться, то завтра к средине дня мы начнём высадку на этом чёртовом островке.

- Мудрое решение, сэр. Я и сам планировал так поступить, пока не получил приказ вместе с подкреплением. Думаю, для подстраховки, в этих узостях нашим броненосцам тоже придётся идти с включёнными огнями.
- Естественно, глаза у всех людей одинаковые, но топовый огонь включать не будем, ограничимся вторым топовым. А вот гакабортный ходовой пусть продублируют, в море ночью всё бывает. Столкновений нам ещё не хватало.
- Как мне распределить корабли по вашей диспозиции?
- Честно говоря, сэр, я думал встретить вас уже в Басре, но раз вы здесь и имеете определённый опыт, думаю, вам стоит возглавить десантную партию, взяв в охранение транспорты, которые последуют прямо в устье Шатт-эль-Араба. Движение будете осуществлять двумя колоннами во главе отряда.

- Вот старый чёрт. Страхуется. Если что, то мне опять придётся первому встречать огонь неприятеля.
Эти слова, естественно, не были произнесёны вслух Сеймуром. Но на предложение-приказ адмирала Камминга надо было что-то отвечать, пришлось отделаться универсальной фразой.

- Да, сэр. Будет исполнено, сэр!

(Борт эсминца "Забияка")

До заката солнца оставалось совсем немного, когда в каюту капитана нового российского эсминца, дислоцированного на базе "Кешм", постучал командир БЧ-4.

- Ваше благородие, капитан "Драчуна" на связи.
- Давай его сюда. Спасибо! Свободен.
- Есть, ваше благородие.

Цепляю гарнитуру, прижимаю ларингофон. Сейчас побеседуем с другом Сашкой. Как выдернули нас на пару с "Гранита" из-под крылышка вице-адмирала Андреева, так ещё ни разу не удалось спокойно поговорить. Сначала достройка, потом задачи, после, чуть ли не полукругосветка с каперангом Копытовым и всё бегом, бегом, бегом....

- Александр Павлович, доброго здоровья, слушаю вас.
- Рад вас слышать, Степан Осипович, и вам того же.
- Сашка, не валяй дурака, мы не на приёме у Британской королевы.
- Ты первый начал: "Александр Павлович, слушаю вас", вот я тебе также и ответствовал.
- Так у меня ещё БЧ-4 под боком был, потому я и официоз развёл.
- Ладно, прощаю. Кто к кому?
- Прошлый раз я у тебя был, значит, сейчас ты ко мне.
- Адмиральский трап готовь.
- Ты хоть и Георгия носишь, но нет, не могу, по правому борту у меня баржа-торпедопогрузчик с новыми изделиями, специально для подданных Её величества изготовленных. Придётся твоему катерку к левому борту швартоваться.
- Да знаю я это, Степан, с четверть кабельтова и сам отлично вижу, просто пошутил. Я как раз по этому поводу и пообщаться хочу.
- Жду, сейчас чай готов будет.

Не прошло и десяти минут, как два молодых капитана встретились в командирской каюте эсминца "Забияка". Что вы думаете, стояло у них на столе? Ни за что не угадаете. Хотя чай тоже наличествовал, но самовар возвышался на отдельном подкатном столике и пока не мог похвастаться вниманием как со стороны хозяина, так и гостя.
Не буду больше томить бессмысленными вопросами. На "большом" (на миноносцах всё что чуть больше обычного называется большим) столе были разложены последние промеры фарватера, проходящего у берегов Омана.

- Представь себя британским адмиралом.
Степан живо натянул на голову медный котелок-рефлектор от светильника с нактоуза, вставил в зубы толстый карандаш, каковой должен был изображать сигару и, картавя, (карандаш мешал) произнёс:

- Слушаю вас, сэр.
- Как бы ты построил свою колонну на месте Сеймура или Камминга? Только учти, что индусов, гуркхов и прочих, находящихся на транспортах, они ценят чуть выше обезьян и относятся соответственно.
- Вопрос простой и ответ очевиден. Во главу колонны пустил бы транспорт или два, пусть прорывателями послужат, а за ними уже броненосные корабли охранения.
- Вот и я так думаю. Только посоветоваться не с кем. Копытов пошлёт к Дубасову, а Дубасов на "Каракатице" ушёл в Джаск к своим москитам, а то у них продукты уже заканчивались, автономность у этих ТК малая. По минному оружию только мы с тобой специалистами остались.

- Сашка, не томи. Говори, что ты хочешь предложить.
- Поменять глубину установки мин, которые мы сегодня ночью вывалим на Оманском фарватере. Только не на всех голубушках, а на тех, что вначале будем ставить со стороны Оманского залива.
- Здорово получится. Транспорты с осадкой четыре - пять метров их не зацепят, а броненосцы с их двадцатью с гаком футами обязательно побеспокоят.
- Значит, выставляем шкерты первой партии гостинцев на пять с половиной метров, и ждём "больших дядек".
- Думаю, можно для гарантии и шесть метров установить. Они наверняка идут с перегрузом.

- Согласен, шесть даже лучше будет. Да и нашим считать проще, многие то ещё от футов не отвыкли, а тут, пожалте целое число числом двадцать.
- Так ты согласен? Поддерживаешь?!
- Конечно, тут и согласовывать формально ничего не требуется. Мины мы выставим как предписано, а длина шкерта в диспозиции не указана. Оформим заграждение так: сначала две минные банки на глубине 20-ти футов в кабельтове друг от друга, потом две пересекающиеся минные линии уже на меньшей глубине на основном фарватере, покуда мин хватит.
- Давай по две минные банки с каждой стороны из четырёх мин на расстоянии двух кабельтовых.
- А что, так даже и лучше будет, а остальные пятьдесят два "гостинца" выложим в две линии.
- Ух, гора с плеч. Ну, давай по стакану чая, да я помчусь к себе, кораблик хоть и маленький, но внимания большого требует.

Через четверть часа в командирской каюте ст. лейтенанта Макарова уже ничего не напоминало о том, что на борту "Забияки" было принято судьбоносное решение, а сам молодой капитан уже следил за окончанием погрузки больших корабельных якорных мин, которым предстояла важная роль в ближайшем будущем....

. (Мраморный дворец ВК Константина Николаевича)

- Тимофей, смотри, тот немой печник, что с рундучком ходит, идёт, как пританцовывает.
- Ну и что? Человек работу закончил, домой спешит.
- Так утром он тот рундук чуть ли не двумя руками тащил, да ещё весь скособоченный был.
- Ну, значит, струмент нёс, да харчи, да мало ли чего.
- А обратно он, получается, пустой? Куда струмент делся? Мой - то кум тоже печным промыслом промышляет, так у него всего печного инструмента - отвес, да молоток, да мастерок или два, вот и всё хозяйство, чего его туда-сюда тягать?
- Ты что думаешь, он что-то запрещённое в подвал приносит?
- Да бес его знает. Немой ведь и не расспросить, как подобает.
- Да и не будем мы его спрашивать. Нам что положено? В журнале запись сделать, а там пусть хорунжий решение приймает.
- Так давай ты и пиши.
- А почему я?
- Так ежели мне писать, то потом снова с выходного позовут, чтобы пояснения давал, что там понарисовал-понаписывал. Тяжёлая это наука - грамота.
- Ну, ладно, ладно, только на выходных с тебя дополнительная четверть штофа от кабатчицы.
- Не вопрос! Почитай, свои люди, сочтёмся!

Ещё добрые полчаса часа над журналом наблюдений раздавалось сопение и кряхтение Тимофея с Матвеем, но в результате на разлинованных страницах появилась запись о странном печнике, снабжённая двумя подписями. Впрочем, подпись скорее была одна, а вместо второй красовался крестик, поставленный по привычке и спешно корявыми печатными буквами переделанный в фамилию писавшего.

Ещё через час были произнесены обычные казённые фразы:
- Смену сдал!
- Смену принял!
Ну и конечно неформальные пожелания, после этого - куда ходить, куда не ходить и чего не делать.....

. *****

Вечером у доцента Богданова собрались друзья, профессионалы кинологи, собаководы любители и ещё несколько сотрудников популярного ныне ежемесячного журнала "Кинолог". Хлебосольный Модест Николаевич любил и сам вкусно поесть и друзей угостить, единственно чего сегодня не было на столе, так это хмельных напитков. Тут уж ничего не поделаешь, не любят питомцы Богданова и его друзей хмельного запаха от хозяев. Завтра очередная выставка и показательная тренировка, никак опростоволоситься нельзя. Закончилась встреча около полуночи.

Домашняя любимица Бука - "дворянка", подобранная на улице щенком, уже давно расположилась на своей подстилке и доносившееся повизгивание говорило о её глубоком, но неспокойном сне. Вдруг её уши приняли тревожную форму, и собака мигом оказалась у входных дверей. Минутой раньше в кабинете учёного раздался пронзительный в ночи телефонный звонок.

- Аллё, слушаю вас.
..........................
- Да, это я. Обязательно буду.
..........................
- Вот, наверное, это они уже и стучат в дверь.

Путешествие по ночному городу длилось недолго. Вскоре проскочив поворот с набережной Невы, выскочили в проезд у Мраморного дворца, где авто и остановилось.
- Профессор Богданов?
- Простите, с кем имею честь?
- Сотрудник службы безопасности капитан Казионов Андрей Владимирович.
- Очень приятно, Андрей Владимирович. Доцент Богданов Модест Николаевич, ну'с, показывайте, что и где вызывает у вас большие сомнения. - Бука, ищи.

Спуск в полуподвальную часть здания - всего семь ступенек. Собака сразу же стала настороженно принюхиваться и вскоре мы оказались у свежей кирпичной кладки, примыкающей к нижней части большой дворцовой печи. Бука, повизгивая, стала пытаться когтями разворошить кирпичи.
- Ко мне! Сидеть!
Дав собачке положенное в таких случаях лакомство-поощрение, Модест Николаевич обратился к безопаснику.

- Вот здесь надо смотреть, только осторожно. Даже очень осторожно! Многие нитросоединения не любят ударов и могут детонировать от непочтительного обращения. Я бы посоветовал всех лишних людей убрать из дворца. Судя по тому, как быстро Бука обнаружила закладку, здесь этих самых ВВ достаточно много.
- Хорошо, мы так и поступим. Слава Богу, что почти вся обслуга ещё в Крыму вместе с хозяевами на отдыхе. В Питере только Генерал-адмирал остался и его адъютанты, да и те где-то в штабе флота ночуют.
- Это хорошо, но здесь специалисты по минному делу потребны.
- Нам приданы люди из состава ВДВ великого князя Владимира, отличные сапёры, минёры и надёжные ребята, сейчас я им всё обскажу.

Уже под утро Александр Иванович Велижанский, осмотрев извлечённую из закладки кучу брусков светло-коричневого цвета, похожих на хозяйственное мыло и пересчитав их, произнёс:
- Да, Андрей Владимирович, если бы всё это рвануло, не было бы в Питере больше Мраморного дворца, а только большая яма на его месте осталась. Это где же столько секретных ВВ злыдни умыкнули?
- С этим уже мои люди разбираются. Думаю, скоро мы с вами будем знать результаты.
- Спасибо собачке и её вожатому.
- Да, уж профессор большое дело организовал, хотя мне доцентом назвался.
- Пусть доцент, но в собачьем деле он "Профессор", причём с большой буквы!

*****

Утренняя сводка меня "обрадовала" и сильно обозлила! Чуть-чуть не взлетел на воздух дядя, да и остальные дворцы сейчас тщательно проверяются. Правда, к визиту графа Мезенцева я уже подуспокоился, негоже Е.И.В. повышенные эмоции проявлять, но о закладке в Мраморном дворце забывать не положено!
- Доброе утро, дорогой граф!
Судя по его виду, для Николая Владимировича всё ещё продолжался день вчерашний. Решив не пороть горячку, я спокойным, даже дружелюбным, тоном попросил сообщить новости.
- Прошу вас, докладывайте!
- Ваше Императорское Величество, новостей три и все не поймёшь какие.
- Это как такое может быть?
- Да вот, сами посудите. С нового завода пропала крупная партия секретного ВВ, да так интересно пропала, что об этом никто и не догадывался. Новость сама по себе ПЛОХАЯ. В тоже время удалось быстро установить механизм хищений и его авторов. Что уже ХОРОШО.
- Да, действительно, с градацией "плохая/хорошая" здесь трудно соотнестись. Отнесём её к условно хорошей. Так что там расхитители придумали и как вы на них вышли?

- Многие жулики просто гении в своём ремесле и как всё гениальное, механизм воровства прост. Продукция отгружается в упаковках по сто штук толовых шашек. Средний разброс по весу из-за несовершенства технологии примерно пять грамм. Вот наши расхитители и придумали свой способ. Из цеха продукцию получают в граммах, а отправляют в штуках. Указывая на полной упаковке 100шт. вес 25 килограммов, они экономили для хищений около полукилограмма тринитротолуола, упаковывая только самые лёгкие по весу.
- Виртуозы, ничего не скажешь.
- Сейчас идёт дознание. Выясняем заказчиков и основных потребителей похищенных ВВ.
- Подготовьте краткое обоснование об изменении правил учёта ВВ. Я его завтра же подпишу, и моя канцелярия его разошлёт по всем губерниям.

Пока Мезёнцев делал пометки в своей рабочей тетради, у меня отчаянно замигал "блокнот", видимо, мои мысли подсмотрел по поводу взрыва Мраморного дворца. И точно - взрыв, только не Мраморного, а Зимнего дворца был произведён в 1880 году Степаном Халтуриным. Погибли 11 солдат, нёсших службу охраны дворца, а 56 человек ранено.

Использовали динамит, это я помнил. Где они его взяли? Наши заводы его не производили, ага, "блокнот" опять мигает: "...Попался Гольденберг Григорий Давыдович, (кличка "Биконсфильд") с чемоданом динамита". Кажется всё мне ясно - зарубежный заказ с поставкой "комплектующих"....

Жалко людей - хороших ребят, преданных России. Одиннадцать душ:
- Фельдфебель Кирилл Дмитриев
- Унтер-офицер Ефим Белонин
- Горнист Иван Антонов
- Ефрейтор Тихон Феоктистов
- Ефрейтор Борис Лелецкий
- Рядовой Федор Соловьев
- Рядовой Владимир Шукшин
- Рядовой Даниил Сенин
- Рядовой Ардалион Захаров
- Рядовой Григорий Журавлев
- Рядовой Семен Кошелев...

На собранные по всей России 100 тысяч рублей над могилой был воздвигнут памятник. Гранитная пирамида, украшенная уральскими камнями, чугунными ружьями, барабанами и воинскими головными уборами.
0x01 graphic

Ну, ничего, господа иноземцы. Мы ещё с вами поквитаемся!
- Вам плохо, Ваше Величество?
Это я не заметил, что граф уже записал мои ЦУ и готов рассказывать о второй новости.
- Нет, нет, спасибо, всё хорошо. Продолжайте, пожалуйста.

- Вторая новость заключается в том, что удалось выявить канал контрабанды с британским "душком" и непосредственным участием подданных Её величества.
- Так это же хорошо.

- Одна из особенностей этой новости в том, что "канал" начинается в Британии, а заканчивается в Данцигской бухте, в небольшой крепостишке под названием Вейхсельминде в самом устье Вислы. - Вторая особенность в том, что судно ходит под голландским флагом, порт приписки Роттердам и числится собственностью чуть ли не Ост-Индской голландской компании.

- Позвольте, граф, но компания была ликвидирована за долги ещё в конце прошлого века.
- Вы абсолютно правы, Ваше Величество, была ликвидирована голландская Ост-Индская компания, но корабли отошедшие к Батавской республике, а позже к Голландскому королевству остались.
- Ну, это естественная, при таких бурных событиях, как Наполеоновская эпоха, смена собственника.
- Спустя полвека для удержания колониальных владений на островах Малайского архипелага произошла смена вывески, появились суда голландской Ост-Индии. Сейчас они решают те же задачи, что и британская Ост-Индская компания по всем колониям этой страны.

- Неужели подданные государственной компании Виллема III докатились до контрабанды?
- Уверен, что государственные структуры здесь непричём. По информации "Крестника", после появления в Адмиралтействе комнаты 39, это их работа. - Начало было положено давно, ещё в позапрошлом веке, во времена морских битв, которыми руководил адмирал Михаил де Рюйтер. Не сумев разбить противника на море, британцы наводнили страну своими шпионами, которые исподволь и помогли впоследствии взять верх.
- Хорошо, историю вопроса вы осветили, какие у вас конкретные предложения?

- В течение ближайшего времени ожидается прибытие в Данцигскую бухту корабля "Золотой Гульден", на нем, вероятно, будет предпринята попытка вывоза похищенных с наших заводов ВВ, а также других новинок военной техники. Считаю нужным обеспечить перехват контрабандиста.
- Ну, так и перехватывайте его, чёрт возьми!
- Ваше Величество, но судно идёт под голландским флагом!? Возможен международный скандал.

- Эх, Судоплатова на вас нет. Голландский флаг, голландский флаг, а команда - то британская, да ещё и из Лондона управляемая и всё это во время объявленной войны.

Опять эмоции. Хватаю трубку прямого телефона с адъютантом.
- Володя, найдите мне Бутакова. Только оперативно! Пусть немедленно свяжется со мной.

Через несколько минут слышу голос адмирала.
- Григорий Иванович, тут возникла архисрочная необходимость участия ваших подчинённых в одном очень щекотливом деле. Да, кстати, "Нерпа" уже сдала задачи?
- Так точно, Ваше Императорское Величество. Задачи успешно сданы, боезапас принят, завтра планируем отправить её на боевое патрулирование.

Прикрываю телефонную трубку рукой и говорю Мезенцеву.
- Вот вам и решение вопроса и с флагами и с грузом и с британскими шпионами.
После этого, поменяв интонацию, уже приказным тоном обращаюсь к адмиралу.
- Прошу вас прибыть в Зимний дворец сегодня к 13часам.
И не дожидаясь ответа, кладу трубку.
- Николай Владимирович, вас со всеми материалами, могущими быть полезными нашим морякам в предстоящем деле, я также жду к 13 часам.

******

О чём и как мы разговаривали на обозначенной встрече, много распинаться не буду. Лучше процитирую выдержку из статьи Бернхарда Вольфа в "National Zeitung", перепечатанную из "Северо-немецкой всеобщей газеты" появившуюся неделю спустя после нашего совещания.

"...Вчера поздно вечером в Данцигской бухте жители города Данцига и других прибрежных мест, которые находились на морском побережьи или прогуливались по набережной, могли наблюдать ужасную катастрофу голландского корабля, шедшего с грузом удобрений в Роттердам. Случилось это почти в самом центре залива.
Между Земландским полуостровом и Хельской косой внезапно проснулся вулкан! Это фантастически-тревожное и красочное зрелище в ночи было кратковременно, звук мощного взрыва наблюдатели услышали примерно через полминуты после огненной феерии на поверхности моря.
Предпринятые действия по спасению нечастных из-за спустившегося тумана начались только утром следующего дня. Пока никого из членов команды обнаружить не удалось.
Для выяснения причины, которые погубили пакетбот, необходимо обследовать само судно, которое покоится почти в центре бухты на глубине около ста метров. К сожалению, человечеству пока не доступны такие глубины мирового океана...."

- Ну, вот и всё, уважаемый Николай Владимирович, нет больше контрабандистов. Видимо, с новыми мощными ВВ надо обращаться более осторожно.
Это так я мысленно продолжил наш разговор с шефом СБ России.

*****

На сегодняшней утренней встрече из уст Мезенцева прозвучал неожиданный вопрос:
- Ваше Императорское Величество, Вы в разговорах несколько раз употребляли фамилии сотрудников, которые не числятся ни в СБ ни в Вашей канцелярии. Причём отзывались о них и их работе в превосходных степенях, не мог бы я быть им представлен?
- Хм, напомните, пожалуйста, о ком речь идёт?
- Ну, вот для примера, во время разговора последний раз о контрабандистах вы упомянули Судоплатова.
Изобразил на лице маску недопонимания, но, зная проницательность "главного жандарма", ответил на вопрос полуправдой:
- Это вообщем - то в некотором смысле ваш коллега, но пока он недоступен для более близкого знакомства.
Конечно, шефа СБ не полностью удовлетворил такой ответ, но другого нет и не будет. Мезенцев вздохнул, но ничего не ответил, спорить с Е.И.В. себе дороже.

- Николай Владимирович, расскажите, пожалуйста, как прошла операция?
- Ваше Величество, атаковать шпионов-супостатов "Нерпе" пришлось из надводного положения. Этот кораблик весьма быстрым оказался. Дали четырёхторпедный залп. Две из четырёх мин попали в цель. Судно взорвалось, видимо, сдетонировал груз и затонуло через три минуты. Дальше уже мои сотрудники поработали. На трёх надувных резиновых лодках обследовали место потопления "гульдена". Тут прямо к ним в руки с криком: "Спасите, помогите" утопающий бросился, видимо, принял наших ребят за спасателей. Вытащили, спеленали. Ещё четверть часа крутились в районе, искали выживших. Больше никого не обнаружили.
- Да, мощное оружие торпеда. Пушечками такое судно долго топить надо, а тут раз и готово, если попали, конечно. Как выяснили кто спасённый?
- Да, с этим как раз проблем не возникло. "Утопленник" одет был странно, в сюртуке, щиблетах, только котелка не хватало и сигары для полного соответствия. Когда прилетел гидроплан, то найденного с сопровождающими его лицами на борт приняли и прямо на Котлин доставили.
- Вот как интересно его путешествие закончилось.
- В рапорте сопровождающих это тоже отмечено. Когда с подлодки на аэроплан клиента транспортировали, то глаза у него как чайные блюдца размером были.
- Что нового удалось узнать?
- Новостей, к сожалению, не много. Спасённый курьером оказался высокопоставленным, но всего лишь курьером. Правда, знаем теперь по названиям несколько специальных пакетботов, которые 39 комнату обслуживают, но разовые поручения часто выполняют связники, которые могут использовать любые другие транспортные средства. Сейчас его уже с гипнотизерами допрашивают, возможно, ещё что-то удастся выяснить, но сильно на это не рассчитываем.

- Хорошо, спасибо. У меня для вас по линии Рейтерна радостная весть припасена. Будут деньги на операцию в Монголии как по Китайскому направлению, так и по линии Агваанчойжинванчугпэрэнлайжамц (Богдо гэгэна VII).
- Большое спасибо, Ваше Величество, это очень хорошо!
- Не спешите радоваться. Вы просили тридцать миллионов, а "ГЛАВБУХ" выделил вам только двадцать.
Предваряя возможные возражения о недостаточности финансирования, продолжаю свою партию.

- Я перепроверил наши возможности, действительно, денег как всегда недостаточно, но для китайской линии есть возможность передать вам старую лабораторию по изготовлению батареек. Думаю, что самый, самый приближённый к царственному телу императрицы Цыси евнух Ли Ляньин мгновенно сообразит, какие выгоды ему даст такая лаборатория. На его должности дураки не задерживаются, значит, он человек не без талантов.

- Ваше Величество, но то оборудование никак не может стоить десять миллионов.
- Безусловно, дорогой граф, но большего предложить не могу. Используйте ситуацию, вибратор без батареек не работает. Без него Цыси будет сильно недовольна своим главным евнухом. Как в такой ситуации он оценит "лабораторию"?
- Будем стараться, Ваше Величество.

- Да, а что там нового по "Стоматологу"? Осложнений не наблюдается?
- Никак нет, Ваше Величество, всё идет как планировалось.

Об этой операции стоит написать более подробно. После нескольких беспокойных дней в Гвинейском заливе вблизи побережья "Золотого берега" и инцидента у Аккры 1870 года, когда броненосный крейсер с блеском и грохотом выполнивший моё поручение уже возвращался на свою базу на острове Аннобон, изрядно уставший командир корабля Андреев Александр Николаевич позволил себе немного отдохнуть в своей адмиральской каюте.
Отдых был прерван вежливым стуком в дверь. После слов "войдите" в каюту протиснулся розовощёкий юнец с погонами мичмана из БЧ-4, тот самый, что доставил памятную радиограмму из Петербурга.

- Александр Николаевич, разрешите войти?
- Вы уже вошли, молодой человек. Проходите, располагайтесь, рассказывайте, что вас заставило побеспокоить вашего командира во время его отдыха.
Такое ласково-въедливое приглашение сильно смутило добра-молодца и он, резко сменив тональность, принял уставную стойку "смирно" и начал доклад.

- Господин адмирал, нашей аппаратурой зафиксированы упорядоченные радиосигналы.
- Вы не могли ошибиться?
- Никак нет, сигналы были устойчивы и принимались в течение десяти минут.
- Удалось определить расположение их источника?
- Только весьма приблизительно. Ориентировочно передатчик находился где-то в районе Нью-Йорка. Точнее определится не смогли, передача прекратилась.
- Что содержалось в эфирном послании?
- Смысл установить не удалось. Передавались цифры от одного до десяти, буквы латинского алфавита и отдельные, не связанные друг с другом по смыслу английские слова.
- Ваши предположения?
- У меня сложилось впечатление, что кто-то экспериментирует с аппаратом эфирной связи.
- Вот даже как. Это очень важное наблюдение.

Видя как взволнован молодой мичман возможной утечкой информации о совершенно секретной аппаратуре, Александр Николаевич решил успокоить его и настроить на критический анализ чрезвычайно важной информации.

- За проявленную наблюдательность объявляю вам благодарность!
- Рад стараться, ваше высокопревосходительство.
- Вы, пожалуйста, составьте рапорт! В нём опишите всё, что удалось зафиксировать вашей боевой частью с указанием временных меток. Когда документ будет готов, принесите его. Вместе ещё раз почитаем, возможно, что-то скорректируем. Думаю, этот материал может доставить много хлопот соответствующим ведомствам.
- Будет исполнено. Разрешите идти!

Рапорт, составленный на борту "Гранита", попал ко мне только после окончания всех дипломатических коллизий, когда мы с Наполеоном и Фридрихом пытались прижать нечистоплотных деятелей с берегов Темзы. Возня была напряжённая и ни на что другое обращать внимания времени не было....

Позже, прежде чем дать поручение СБ, я решил посоветоваться с "блокнотом". В том, что с нашей стороны из лаборатории Лачинова Дмитрия Александровича утечки не было, я уверен. Герц, Попов, Тесла, Резерфорд, Маркони даже Лодж ещё слишком "молоды" и до создания работающей радиостанции далеко. Так откуда же модулированные и осмысленные сигналы?
Моё волнение было чётко воспринято инопланетным подарком, и на его зелёном экране появилась интересная запись, которая была мне "в диковинку".

Махлон Лумис (Mahlon Loomis) родился 26 июля 1826 г. в городке Оппенхейм близ Нью-Йорка в семье профессора Натана Лумиса.
В 1869 г. Лумис обратился к правительству США с просьбой о выделении 50.000 долл. на создание трансатлантического беспроводного телеграфа.
Для меня это было поразительно! Ведь только через 19 лет (в 1887 г.) были проведены знаменитые эксперименты Генриха Герца, доказавшие реальность радиоволн, существование которых следовало из теории Дж. К. Максвелла. Об этой ещё никем не признанной теории, созданной в середине 1860-х годов, Лумис конечно же ничего знать не мог.
30 июля 1872 г. М. Лумису был выдан первый в мире патент (N 129971) на систему беспроводного телеграфа.

Вот так новость! Да, Библиотека Конгресса - это действительно уникальное ХРАНИЛИЩЕ информации!!! Надо будет почаще ориентировать "блокнот" в ту сторону. Мой подсказчик снова мигнул экраном, читаю:
"...В конце 1870-х годов он соорудил высокие деревянные мачты, покрытые металлом, которые заменяли в его новых опытах провода, поднятые вверх с помощью воздушных змеев. На линии протяженностью более 20 км ему удалось надежно передавать сообщения в течение месяца. Однако интереса к его работам никто не проявлял.... После продолжительной болезни 13 октября 1886 г. в возрасте 60 лет Махлон Лумис скончался в доме своего брата. О его открытиях вскоре просто забыли".

Что делать? Как лучше поступить? Этот извечный вопрос, заданный ещё Чернышевским, встал передо мной, как говориться, "в полный рост".
Решил посоветоваться вместо специалистов графа Игнатьева с "нашим американцем". Действительно, кто лучше всех знает их специфику чем Джон Бэйзил Турчин. Через неделю полковник Турчанинов Иван Васильевич был посвящён в сложившуюся ситуацию.

- Ваше Императорское Величество, а не тот ли это Лумис, что оформил патент на искусственные зубы из керамики? Если это он, то мы знакомы. Я даже могу вам продемонстрировать его работу.
С этими словами Иван Васильевич приоткрыл рот и постучал ногтем указательного пальца по верхнему переднему ряду зубов.
- Это отличная работа американского дантиста. Когда меня контузило взрывом снаряда я лишился ещё и части зубов. Вместо металла поставил керамику, как видите, стоят до сих пор и даже не заметно что это не свои.

"Блокнот" подсказал, что патенты на искусственные зубы из керамики и систему беспроводного телеграфа принадлежат одному и тому же лицу.
- Да господин полковник, это тот самый врач.
- Тогда я бы пригласил его в Москву или Петербург, а ещё лучше Владивосток и предложил интересный высокооплачиваемый контракт на восстановление зубов у наших "морских волков". А то действительно - что за звери без зубов, которые цинга съела.
От приглашения "радио-стоматолога" к нам на ВМБ Владивосток, подумав, отказались. Создали совместное предприятие на острове Эдзо, построили маленький заводик-лабораторию по производству порцилановых отливок. Там по методике гениального американца и по его гипсовым оттискам льют очень многим недостающие части челюсти.
Уже больше года зубы на Тихоокеанском флоте лечит и вставляет американский дантист Махлон Лумис. Врач доволен, пациенты записываются в очередь на много дней вперёд. Моряки довольны, сами понимаете, без зубов жизнь не в радость.
О системе эфирной (беспроводной) связи вспоминать некогда, работы невпроворот! Да и электрические материалы в той стороне в управляемом дефиците - за этим строго следит специальный человек.

Распрощался с графом и чуть ли не бегом в парадную приёмную. Самолёт с наместником Кавказа уже больше часа назад как сел в Пулково. Ничего не поделаешь - ужасный дефицит времени. Кажется, успел вовремя....

Буквально через пару минут адъютант уже докладывает о прибытии родственника. Это четвёртый сын моего деда Николая I, великий князь Михаил Николаевич. После объятий прошу его присаживаться и крепче держаться в кресле. Убедившись, что мы в кабинете одни, повествую о нашем разговоре с Фридрихом III по поводу замужества Анастасии.

- Никса, знаешь, по-родственному скажу, мы уже что-то подобное подозревали. Анастасия рассказывала, как они с Вильгельмом в Ливадийском парке катали в коляске твою Ольгу.
Я от неожиданности чуть воздухом не поперхнулся. Как, откуда известно? Никто об этом разговоре кроме меня и Фридриха не знает.

- Это ещё в прошлом году Ольга Фёдоровна приметила. Она мне так прямо и заявила. - Мишель, ой неспроста это, неспроста. Племянник твой так просто ничего не делает.
Однако ж и интуиция у Цецилии - Августы маркграфини Баденской! Не зря "блокнот писал" о её выдающихся способностях.

- Ну что же, раз так тем лучше, дорогой Михаил Николаевич не удивлён проницательностью вашей супруги о ней и её остром уме слышу только самое хорошее.
- Благодарю вас, Ваше Величество!
- Отлично, со свадьбой решили. Следующее поручение, которое хочу вам дать, тоже под стать первому вопросу в плане проницательности.
- Внимательно тебя слушаю, Никса!

- Мне нужно дать дезинформацию о моей аналитической службе. Что-то подозрительно много иностранцев в статусе дипломатов стало крутиться в Питере и Гатчине. Надо бы их отвадить.
- Так чего проще, дай команду своим "церберам" их отстреливать через раз со ссылкой на неустановленных грабителей.
- Так грубо нельзя. Да и своих людей за границей можно потерять.
- Я пошутил, конечно! А что это за служба у тебя такая, которой так пристально иноземцы интересуются?

- Начало ей было положено ещё моим дедом Николаем I, когда он создал "Его Императорского Величества канцелярию". Только не дали некоторые придворные и министры её до ума довести. Объясню на примере, для нашей страны поучительном. Вот сами посудите:

- Кристианом Фридрихом Шёнбейном ещё в 1840 году была открыта нитроцеллюлоза (основа бездымного пороха). Почти сразу он получил приглашение в Лондон, где его пригласили продемонстрировать новую взрывчатку в Вулвичском арсенале. Шёнбейн не упустил случая подарить королеве Виктории и принцу Альберту пару фазанов -- первых в истории фазанов, которых застрелили из оружия, заряженного патронами с "ружейным хлопком"
- В 1851 году на Великой выставке Сэмюэль Кольт продемонстрировал взаимозаменяемость частей своих револьверов за счёт применения "Американской системой производства", разработанной в 1820-1850 гг. на Спрингфилдском арсенале (Массачусетс). В основе её лежало использование автоматических или полуавтоматических фрезерных станков для производства деталей заданных размеров.
- Тут же британский "специальный Комитет по стрелковому оружию" рекомендовал создание нового завода в Энфилде на основе американской системы производства. На Вулвичском арсенале были закуплены разработанные в САСШ машины, которые стали производить по 250 тыс. пуль Минье в день; еще одно устройство производило в день 200 тыс. патронов, объединяя в целое пулю и пороховой заряд.

- Кажется, я тебя понял, Никса! Секрета по наличию винчестеров у наших недругов не было. Всё было известно, как говориться, лежало на поверхности. Просто мы как всегда проспали....
- Вот, вот, думаю, правда, что и "друзья" помогли и свои "христопродавцы" заодно с ними. Пели деду в уши, что всё и так хорошо, а в результате "Крымский конфуз" случился. Отстали мы сильно, за что и поплатились.
- Да...., а ведь я тогда в армии Меншикова был, в бою у Инкерманских высот участвовал. Не сложилась тогда у нас баталия. Не удалось армию бриттов пополам разрезать, французы помешали.
Ненадолго в парадном кабинете повисла тишина, которую нарушил голос дяди.

- Теперь мне ясно, откуда у нашего перевооружения ноги растут! Ты внимательно отслеживаешь все новинки с помощью этой самой своей службы, а чужестранцы что-то заподозрили и стали слишком назойливы. Какая роль мне уготована?
- Ничего сложного, в МИДе и Минфине пару - тройку раз упомянуть в разговорах, что ядро этой команды в Тифлисе находится. За остальным люди Мезенцева проследят и что надо исполнят.
- Сделаю, с дорогой душой сделаю! Скажу без лести, дед был бы горд за такого внука!....

Все текущие дела на сегодня в Питере закончены, сейчас мчимся в Гатчину, там у меня ещё одна важная встреча должна состояться.

*****

В гатчинском парке вечереет. Мы гуляем по его дорожкам и разговариваем. В той истории мой собеседник - Михаил Дмитриевич Скобелев 22 февраля 1873 года был произведён в полковники, а 17 апреля назначен флигель-адъютантом с зачислением в свиту Его Императорского Величества. Зимой 1873--1874 годов неугомонный полковник был в отпуске и провёл его большей частью в южной Франции, там он узнал о междоусобной войне в Испании, пробрался в расположение карлистов и был очевидцем нескольких сражений.
Сейчас у него такой возможности не будет. Задаю ключевой вопрос, из-за которого я пригласил этого деятельного человека аж из самого Ташкента.
- Михаил Дмитриевич, тему вашей академической работы не забыли?
- Как можно, Ваше Императорское Величество, отлично помню, правда, если бы писал её сейчас, то многое пришлось бы переписывать и перерабатывать.
- Очень хорошо что вы это сами предложили. Вас я пригласил в "Берлогу" подальше от завистливых петербургских глаз, чтобы вы как раз и занялись этим трудом. В Малом дворце для этих целей выделено специальное помещение, где имеется возможность использования "специального Гатчинского архива". Поверьте мне на слово, это отличное подспорье для предстоящей работы.
- Благодарю Вас, Ваше Императорское Величество!

- Не торопитесь, не торопитесь, полковник. На всё про всё у вас четыре дня. Как закончите, встретимся ещё раз и всё тщательно обсудим. Обратно полетите большим дирижаблем, в вашем распоряжении, кроме афганского корпуса, будут все необходимые ресурсы, которые мы здесь обговорим.
- Индия будет освобождена от британского владычества, Ваше Императорское Величество!

- В вашей смелости и в готовности ваших подчинённых я не сомневаюсь, но вот освобождать индусы должны себя сами. Мы не экспортируем революций. Наши формирования должны принимать участие в ликвидации британских спецслужб и оказывать техническое содействие войскам Индийского Национального Конгресса или как там они сами себя обозначат. В прессе, после того как вы начнёте второй акт "Большой игры", будет так и написано: "...оказание технического содействия..."
- Я всё понял. Не светиться и не демонстрировать наше прямое участие.
- С учетом этого пожелания и всего, что мы обговорили, пересматривайте вашу старую работу. Ещё раз повторюсь, встретимся здесь же через четыре дня, о моём приезде вас известят. Желаю удачи!
- Благодарю Вас, Ваше Императорское Величество!

*****

Вот и закончилась наша встреча с замечательным человеком и полководцем, который никогда не узнает, что Алексей Узатис, убийца его матери, арестован и казнён. Оказалось, что грабежами он промышлял уже давно, но тщательно готовил каждый акт и до самого убийства Ольги Николаевны Скобелевой не попадался.

Об этом я подумал уже засыпая и перепроверяя в уме список дел ушедшего дня - а не пропустил ли я чего важного?
..............

Кажется, я не учёл одной особенности Малого Приоратского дворца. Моя спальня расположена рядом с кабинетом, так удобней, да и время экономится, но имеется один недостаток - в ночной тиши слышны телефонные звонки, правда Е.И.В. очень редко кто-то осмеливаются звонить в неурочное время.
На тебе! Сквозь сладкие объятия Морфея слышу зуммер аппарата, но это явно не телефон. Лёгкий рокот приводного двигателя сменяет стакатто буквопечати. Это телетайп, (в Европе с её "детскими" расстояниями уже везде телефоны), значит, вышли издалёка. Депешу примет дежурный адъютант, можно не открывать глаз, но сна уже нет....
Набрасываю халат, выхожу в приёмную. Михаил вытягивается в струнку. В полголоса даю команду "вольно".

- Вольно, Михаил, вольно. Люди уже отдыхают. Что тут у нас? Кому не спится?
- Ваше Величество, это из Тегерана вышли на связь Бакулин с Ломакиным, я принял телетайпограмму, но абоненты ещё на связи.
- Который сейчас час?
- Четверть первого, Ваше Величество. В новых сутках ваш позывной "Лидер".
- Хороший позывной, мне нравится. Раз я уже встал, пообщаемся с посланником.
Подхожу к аппарату и бодро отстукиваю ключевую фразу "Лидер у аппарата". Что-то мне сообщат наши посланцы из далёкой Персии. Возможно, успехи Копытова при обороне базы на острове Кешм вскружили голову наши соседям. Сейчас узнаем, какие мысли их посетили. На бумажной ленте появляются слова, складывающиеся в предложения.

- Доброй ночи. Слушаю вас, Фёдор Абрамович.
- Ваше Императорское Величество, Бога ради, извините за поздний звонок. Буквально четверть часа назад мы с садр-азамом Мирзу Хусейн-ханом закончили доверительную беседу по поводу событий в Ормузском проливе в свете поручения данного ему персидским шахом Насер-аль-Эддином.

Я тут же вспомнил, как мы с шахом катались по Гатчине в автомобиле и как представителю династии Каджаров понравилось "ездить с ветерком". Совсем недавно это было, где-то у меня в столе есть его фото, вот, кстати, и оно.

0x01 graphic

- Интересно. Чего желает уважаемый шах, что его беспокоит?
- Ваше Императорское Величество, шах и его окружение сначала очень сильно нервничали при появлении британского флота в Аденском заливе. Боялись повторения событий 1 ноября 1856 года, когда Британская империя объявила Ирану войну.
- Это нормальная человеческая реакция на угрозу.
- Совершенно с вами согласен, но после блестящих побед нашего воинства, взрывов и гибели нескольких британских кораблей они возжелали присоединиться к победителю и принять участие в предстоящих баталиях. Завтра поутру состоится совет ближнего круга, по его результатам планируется отправка срочной депеши шаха Насер-аль-Эддина вам, Ваше Величество.

- Хорошо, спасибо! Что по этому поводу думает полковник Ломакин? Он, вероятно, рядом с вами?
- Да, он рядом со мной у аппарата, Ваше Императорское Величество.
Мне даже показалось, что я услыхал звяканье сабли (хотя вряд ли телетайп на такое способен), это командир казачьей сотни личной охраны шахиншаха полковник Николай Павлович Ломакин принял эстафету "разговора".

- Николай Павлович, что вы думаете по поводу этих "дёрганий"?
- Ваше Императорское Величество, я не политик, а солдат. Скажу прямо, сегодня армия шаха ещё слаба, британцы без труда перемелют её в "труху" как и пятнадцать лет назад. Кроме того, среди военных широко распространены коррупция, взятки, воровство и другие злоупотребления. Войска шаха не боеспособны! Они будут только обузой!

- Господа, совершенно с вами согласен, что сейчас использовать для боёв с англичанами войска шаха не целесообразно. Буду рекомендовать Насер-аль-Эддину применять их для сбора пленных, чтобы использовать на строительстве железной дороги Астара - Тегеран.
Как я понял, Ломакин дал хотя и неприятную, но исчерпывающую информацию по вооружённым силам шаха и больше ему уже нечего добавить. Меняю тональность и бодренько постукивая по клавишам сообщаю посланнику нашу царскую волю на вероятную завтрашнюю встречу с шахиншахом.

- От открытого участия в боевых операциях против Британии Насер-аль-Эддина отговаривать всеми доступными способами!!!
Специально подчёркиваю эту строку. Наколачивая целый ряд тире. Конец строки, возврат каретки и продолжаю.
- Рекомендовать исключительно негласные действия против британских компаний и служащих в стиле борьбы с наследием бабизма. Желательно использовать те же методы, что и для подавления их восстаний.
Смотрю текст. Не очень ли я крут? По-моему, нормально. Ладно, добавим пряник.

- Если разговор зайдёт о британских судах, выбросившихся на персидский берег, то мы не будем на них претендовать при условии, что те корабли, которые удастся восстановить, будут совершать рейсы по Персидскому заливу в составе нашего НОВОГО (выделяю подчёркиванием "нового") совместного пароходства. Можете заранее обговорить с садр-азамом его устав. Благодарю вас, господа. Спокойной ночи!

Сообщать посланнику, а тем более полковнику об идее создания Российско-Персидского банка по аналогии с событиями в той истории, пока рановато.
Отрываю ленту с текстом нашей полуночной беседы, вручаю её адъютанту со словами: подшей, пожалуйста, в папку "Персия".

Желаю Михаилу спокойного дежурства и уже окончательно отправляюсь спать. Телетайпный аппарат также, похоже, завершает беседу. На бумаге проявляются бессмысленные пространные слова и выражения, превращающиеся в уверения в уважении, в почтении и.т.д., и.т.п. словесную шелуху.

Прелюдия к "Большой драке" в проливе

На макушке прибрежной скалы у самого мыса Джаск, недалеко от места, где по диспозиции был оборудован наблюдательный пост катерников, собрались три молодых человека в странной морской форме. Если бы не её непременный атрибут - тельняшки, то их можно было бы принять и за авиаторов.

- Николай, дай ка я ещё раз гляну.
- Да, Иван, пожалуйста, посмотри, только думаю, кроме многочисленных дымов что-то конкретное мы сможем рассмотреть не ранее чем часа через четыре. Далеко ещё за горизонтом наши недруги.
- Господа, а чем займёмся в ближайшие часы?
Это самый молодой из троицы, Николай Греве, только, только получивший звёздочку на погон с одним просветом, но уже показавший на учениях, что его катер ни в чём не уступал катерам старших товарищей.

- Я бы, пожалуй, поспал пару - тройку часов, ночью-то нам, похоже, не до того будет.
- Согласен с Измаилом, атаковать супостатов поздненько придётся, когда все нормальные люди уже спят. Да и запас по сну в пару часов никогда не помешает.

Спустившись со скалы вниз на свои маленькие кораблики-близнецы, не имеющие собственных имён, а различаемые только по бортовым номерам и дав команду вахтенному разбудить через три часа, лейтенанты Лебедев и Зацаренный быстро заснули. А самый младший лейтенант, Николай Греве, ещё долго ворочался, прежде чем отойти в царство Морфея....

- Ну и здоров ты спать.
- Что, время уже вышло?
- А ты на солнышко посмотри, оно уже тоже скоро почивать отправится.
- А и правда, скоро закат. Теперь, пожалуй, мы сможем наших долгожданных "гостей" детально рассмотреть....

Оставив своих ведомых (так называли командиров ТК с чётными номерами) присматривать за "хозяйством", наша троица взлетела наверх, даже не запыхавшись. Пригнувшись, как будто с такого расстояния их могли заметить враги, молодые командиры подошли к НП.

- Ваше благородие, насчитали более четырёх десятков кораблей, точнее определиться не можем, силуэты створятся.
- Хорошо, спасибо. Дай - ка я сам гляну.

Зацаренный долго и внимательно рассматривал неприятеля, похоже, пересчитывая вымпела, но потом, видимо, сбился со счёта и отошёл от стереотрубы.

- Господа, думаю, через два, два с половиной часа британская эскадра будет на траверзе Джаска.
- Согласен, Измаил Максимович. Даже при эскадренной скорости в восемь узлов они на закате будут здесь.
- Ну, что же, тем хуже для них. В темноте можно будет подскочить поближе, тогда и вероятность промаха меньше будет.
- Так - то оно так, но новолуние только третьего дня было, а при тоненьком серпике много не разглядишь.
- Так и супостаты бортовые огни зажгут, иначе столкновений не избежать.
- Господа, на учениях у Кипра я видел, как с аэропланов световые бомбы сбрасывали. Летит она недолго, минуты три-четыре, но светит знатно, а этого времени нам вполне должно хватить для атаки.
- Пожалуй, Николай прав, надо связаться с Кречетом и попросить его устроить прощальную иллюминацию британцам.
- ...........

Сказано - сделано! И вот уже невидимый в ночном небе летит Алексей Иванович на своём аэроплане по зову друзей в сторону Джаска, только теперь вместо грозной торпеды в бомбовом отсеке на специальных захватах расположились почти театральные причиндалы.
- Николай, сколько до цели?
- По моим расчетам - три минуты полёта и мы у цели.
- Свяжись с Зацарённым, скажи, что мы на подходе.
- Думаю, они уже знают, Алексей. Наши проблесковые огни должны быть видны.
- Видны не видны, а предупредить загодя никогда не помешает. Самое главное, нам надо с ними всё синхронно исполнить.
- "Москит один", я "Кречет", приём.
- Вижу тебя, Алексей Иванович. Мы уже сбросили маскировочные сети и вышли из укрытия всей шестёркой. Идём строем фронта, цели разобраны. Ты подсветку дай кабельтовых в трёх - четырёх с противного борта.
- Понял тебя, "Москит один", только как я определюсь, кого вы на закуску выбрали?
- Ну, тогда просто повесь свои "люстры" вблизи эскадры, но со стороны Омана, а мы уж сами тут разберёмся.
- Заказ принят - дать подсветку эскадры со стороны Омана. "Москит один", желаю удачи.
- Спасибо, и вам того же.

Через минуту в футуристическом полумраке кабины торпедоносца, освещённой только зеленоватой подсветкой приборов, раздалась команда:
- Николай, мы на боевом, к сбросу приготовиться.
- Есть на боевом, к сбросу готов.
- Сброс!
- Есть сброс!

Из чрева аэроплана с четырёх секундным интервалом выскользнули один за другим три стальных тонкостенных цилиндра. Сначала они пытались лететь параллельно своему носителю, но сила притяжения потащила их вниз и когда они достигли высоты полторы тысячи метров, отработали дистанционные трубки с капсюлем-воспламенителем и вышибные заряды выбросили наружу пиротехнический факел и парашют.

Красивое это зрелище, как будто три яркие звезды появились на небосклоне, причём не тусклые голубенькие точки в бескрайнем космосе, а сияющие грозным небесным огнём ярчайшие факелы. Их ослепительный блеск, да ещё отражённые куполами парашютов световые потоки, как гигантские прожектора осветили стоящую на якорях массу кораблей и корабликов.
Вот только рукотворные звёздочки светят недолго, три - четыре минуты - и нет их....

- "Кречет", спасибо, хороша подсветка.
- Не за что, Измаил! Через восемь минут после разворота повторю.

Когда торпедоносец развернулся и лёг на обратный курс у Алексея Ивановича на мгновенье возникло сомнение в необходимости сброса ещё одного трио САБов. Внизу было достаточно светло от полудюжины больших плавучих костров, из которых нет - нет, да выстреливали длинные языки пламени, а иногда взлетали какие-то тёмные тени, не поддающиеся идентификации.

- Николай, мы на боевом, к сбросу приготовиться.
- Есть на боевом, к сбросу готов.
- Сброс!
- Есть сброс!

Снова в ночном небе три ярких огненных шара, приковавших к себе всеобщее внимание. Атакующие катера никто не видит, ещё несколько мгновений и "москиты", до конца не израсходовавшие свой боезапас, добавляют к этому небесному фейерверку несколько плавучих костров.

- Шикарная иллюминация, Николай! Не пропусти!!!!
- Уже снимаю. Жаль только, кроме кострищ на воде ничего другого не рассмотреть будет.
- Ничего, думаю, для подсчёта потерь и этого вполне хватит.

После того как прекратились щелчки и жужжание камеры, последовала рутинная команда:
- Штурман, не заснул любуясь?
- Никак нет, ваше благородие!
В тон своему командиру ответствовал Николай.
- Определись, пока есть возможность с местоположением, и уточни курсовой угол до базы.
- Есть уточнить курсовой угол.
- Доложи в штаб: "Катерники задачу выполнили. Видимых потерь нет, идут своим ходом на базу. Поражено не менее десятка целей, уточнённые данные будут после обработки фотоматериалов".
- Есть доложить штабу: "Катерники задачу выполнили....".

А далеко внизу, там, где звёздное небо смотрит вверх, лейтенант Измаил Максимович Зацаренный, оговоренной командой по эфирной связи, собрал воедино за границей, освещённой пожарами водной глади, такие кусачие фанерные кораблики. Затем принял доклады от их командиров о наличии повреждений и потерь, а по окончанию этой традиционно-формальной, но очень важной процедуры последовала команда "домой".

Спустя ещё несколько минут, вслед проблесковым огням удаляющегося аэроплана устремились шесть малозаметных силуэтов, сопровождаемых в отдалении высокими пенными бурунами за кормой. Они следовали туда же, что и их воздушный собрат, не собираясь более задерживаться у ярко пылающих костров-целей....

(Взгляд с британской стороны)

За ночными событиями у мыса Джаск с борта броненосца "Лорд Клайд" через подзорную трубу внимательно наблюдал адмирал Эдвард Хобарт Сеймур. Нельзя сказать, что он не сопереживал своему коллеге по ремеслу, но в то же время проницательный человек не сказал бы, что его сильно расстроит возможная гибель Артура Камминга.
Когда у левого борта флагмана Бомбейской эскадры со стороны пришвартованного войскового транспорта взметнулся высоченный водяной столб, а позже появилось яркое пламя, командор спокойно диктовал свои впечатления рядом стоящему адъютанту. Из-за сгущающихся сумерек отсветов огня и появившейся туманной дымки рассмотреть в деталях происходящее на флагмане Камминга "Лорд Уорден" стало затруднительно.

С удвоенным вниманием Сеймур приказав установить инструмент на штатив, чтобы не утруждать руку, переключился на слежение за небом, с которого сыпались явно рукотворные звезды, хорошо освещающие беспомощные британские корабли, подвергшиеся атаке и совершенно не способные ответить своим обидчикам.

- Да они их просто не видят, как слепые котята. Надо смотреть в небо и винтовочными залпами стрелять по любой тени, стрелять, стрелять, стрелять!
Видимо, от волнения эту фразу он произнёс вслух, на что получил от своего адъютанта вполне обоснованный ответ.
- Сэр, но очень яркий свет от этих летающих факелов просто будет слепить стрелков. Вряд ли при таком освещении они вообще что-то смогут рассмотреть.

Адмирал как величайшую драгоценность протянул снятую со штатива подзорную трубу молодому человеку с наказом посчитать количество плавающих огней и попытаться определиться с их состоянием.
- Постарайтесь определить наиболее тяжело пострадавшего, а я пока распоряжусь об отправке аварийных партий на горящие суда.

Через полчаса все паровые катера, имевшиеся на эскадре, подняли пары и отправились в строну терпящих бедствие товарищей. Ещё полчаса спустя давление в котлах "Лорда Клайда" достигло нужной отметки, шесть тысяч лошадей его машины передали вращение на винт. Величественно развернувшись, почти восемь тысяч тонн деревянных конструкций, обшитых кованым железом толщиной пять с половиной дюймов, двинулись в строну эскадры Камминга.
Адмирал Эдвард Хобарт Сеймур ничем не рисковал, он был уверен, что русские аэропланы израсходовали свой боезапас (эти ужасные торпедо) и убрались на этот чёртов остров. Теперь надо показать, что он джентльмен и как истый джентльмен протягивает руку помощи своему собрату.

- Сэр, на море ложится туман.
- Удвойте количество вперёдсмотрящих сигнальщиков! Малый ход!
- Есть, сэр, малый ход. Удвоить количество вперёдсмотрящих сигнальщиков!
Команда пошла по инстанциям и через несколько минут уже восемь пар глаз внимательно всматривались в ночную тьму, прикрывая глаза от ярких отсветов на воде "козырьками" из сложенных рук.

*****

Только на рассвете "Лорд Клайд" оказался в четверти кабельтова от "Лорда Уордена". Правый борт которого, задрапированный клочьями поредевшего тумана, выглядел не особо пострадавшим и если бы не обгоревший рангоут, изменивший до неузнаваемости силуэт флагмана, можно было бы подумать, что все виденное ночью было просто неприятным кошмарным сном.
Ступив на палубу пострадавшего корабля Сеймур моментально определил, что кроме внешне видимых повреждений имеются ещё и тяжёлые внутренние. Опытный моряк, он сразу же почувствовал наличие небольшого крена на левый борт, а по отсутствию дыма над его двумя трубами понял, что вероятно и с машиной имеются неполадки.

- Изучаете последствия ночной атаки, сэр?
Эти вопросом его приветствовал на борту "Лорда Уордена" адмирал Артур Камминг.
- Вы ещё не видели, что твориться с левого борта. Нам сильно повезло, что там находился войсковой транспорт. Теперь об этом свидетельствуют только вырванные кнехты да развороченный фальшборт.
- Что это было по-вашему, сэр?

- Думаю, это проклятая русская "торпидо". Войсковик, который был ошвартован по левому борту, сильным взрывом разломило почти пополам, а следом рванули его котлы, будь они неладны. Раскалённый металл, куски горящего угля и пылающего такелажа дождём посыпались на мой корабль. Не успела аварийная команда приступить к тушению пожара, как войсковой транспорт почти мгновенно затонул. Мы ещё счастливо отделались, правда, от такого мощного удара и сотрясения не только люди не устояли на ногах, но и часть механизмов сорвало с фундаментов. Несколько позже механики доложат о возможности устранения полученных повреждений котлов и машины и о времени нужного для их устранения.
Сеймур сочувствующе вздохнул....

- И всё это наделала одна торпеда?
- Ну да, если бы их было две, вряд ли мы бы с вами сейчас разговаривали, сэр Эдвард!
- Какие будут дальнейшие команды, сэр?
- Мы потеряли восемь войсковых транспортов и два броненосных фрегата. Некоторые корабли, например, как мой "Лорд Уорден" получили серьёзные повреждения, но остались на плаву. Через два часа у меня соберутся командиры кораблей, и мы будем точно знать полную картину по эскадре. Надеюсь, к этому времени разойдётся и этот чёртов туман.
- Простите, сэр Артур, а не воспользуются ли улучшившейся видимостью и наши враги?
- Вполне возможно, но я уже дал нужную команду и все стрелки, как только развиднеется, будут с верхней палубы залпами палить по этим летающим бестиям. Ещё посмотрим, кто кого?!
- Да, да конечно, сэр!
Про себя, однако, Сеймур решил, что лучше бы туман подольше не расходился, тогда под его прикрытием шансов добраться до этого острова с русскими аэропланами будет значительно больше.

После проведенного совещания, ближе к обеду, поредевшая эскадра всё так же, по прежней диспозиции, по двум фарватерам двинулась в сторону Персидского залива. К счастью, по мнению Эдварда Хобарта Сеймура, туман сменился низкой облачностью, видимость упала до десяти, пятнадцати кабельтовых, что позволяло надеяться на отсутствие в воздухе аэропланов противника.

(Борт броненосного крейсера "Базальт")

Вице-адмирал командир российской военно-морской базы на острове Кешм, Копытов Николай Васильевич, на борту своего флагмана с необычным для российского флота названием "Базальт" немного нервничал, однако, как и положено, виду не подавал. Причин тому было много, но "отсутствие погоды" являлась, пожалуй, главной. Незнание положения противника всегда вызывает беспокойство у полководцев, а уж тем более у адмиралов, поскольку бои на море обычно скоротечнее, чем на суше.

Рассыпанные щедрой рукой командира "Каракатицы" по всей акватории Ормузского пролива скорлупки торпедных катеров, осуществляющих наблюдение, особой уверенности не вызывали, уж больно утлые судёнышки с мореходностью четыре балла всегда вызывали у офицеров крейсера изрядный скепсис.
Но именно они, точнее ТК с интересным номером 017 (переделанным из 013), сообщил об услышанном звуке подрыва мины на Оманском фарватере.
Дальше последовали команды: "сблизиться", "уточнить", а после небольшой паузы уже грозная - "в бой не вступать", а дальше осторожная - "находиться в режиме сопровождения цели, постоянно сообщая её координаты".

Адмирал на минуту задумался. Молодцы молодые командиры эсминцев "Забияки" и "Драчуна", Фёдор Васильевич Дубасов, когда узнал о проявленной инициативе при постановке минного заграждения их очень хвалил. Однако Копытов, хотя и знал и ценил минное оружие, но в силу определённых традиций и некоторой косности мышления, свойственной "человекам", считал, что пока орудия его крейсера не заставят британцев спустить флаг, победа вроде как бы и не настоящая.
Даже сверхуспешная атака торпедных катеров у мыса Джаск не смогла поколебать его уверенности в своей правоте. Теперь вот в прямом смысле - "Ждём у моря погоды"!

Не добавил оптимизма и доклад Дубасова:
- Николай Васильевич, в районе вероятного подрыва мины ТК-017 никаких корабельных обломков не обнаружил. Замечено значительное количество всплывшей рыбы, что подтверждает нахождение катера в зоне взрыва.
- Спасибо, Фёдор Васильевич, верните ТК на его место согласно диспозиции, пусть продолжает патрулирование-поиск.

- Есть вернуть катер на место согласно диспозиции.
- Кстати, что у него торпедным БК?
- Господин адмирал, как мы ранее решили в связи с отсутствием необходимого количества торпед полный БК имеют только катера с чётными номерами.

Вот ещё одно подтверждение в пользу сторонников больших пушек. Катера есть, а торпед нет. Все что были - почти израсходованы, а транспорт с новой партией оружия где-то застрял. Хорошо хоть у авиаторов пока с БК проблем не намечается, во всяком случае, Кречет ничего подобного не докладывал, у него даже эти самоходные мины в наличии. Жаль, конечно, что в наших почти полевых условиях их сложно приспособить для запуска с ТК.

- БЧ-4, дайте связь с "Кречетом".
- Ваше превосходительство, БЧ-4. "Кречет" на связи.
- Добрый день, Алексей Иванович!
- Здравия желаю, Николай Васильевич.
- Алексей Иванович, только по секрету скажите, пожалуйста, что там "Ваш барометр-предсказатель" о погоде говорит?!
- Николай Васильевич, извините, ничем порадовать не могу. "Дядька Степан" совсем на одну ногу занедужил, даже клюку свою взял. Когда боль невмоготу - он её частенько пользует. Да и барометр совсем "упал", так что все наши метеорологи хотя по-разному, но одно и тоже предсказывают. Думаю, в течение суток "погоды" не будет.

Выйдя на правое крыло мостика, "свежеиспечённый" вице-адмирал в очередной раз увидел серую мряку, простирающуюся до самого горизонта, а его лицо мгновенно почувствовало вязкую духоту тропиков, напоминающую атмосферу предбанника. Интересно, как там наши катерники? Холодильных машин на их скорлупках конструктора не предусмотрели.

- БЧ-4, дайте связь с "Каракатицей".
- Ваше превосходительство, БЧ-4. "Каракатица" на связи.
- Фёдор Васильевич! Как там наши катера и их экипажи себя чувствуют?
- Николай Васильевич, самочувствие экипажей нормальное, боевое. Да и как себя может чувствовать молодой командир перед боем, если накануне они крепко наподдали британцам.
- Хорошо, спасибо! Меня тут Кречет уверяет, что такая погода минимум на сутки установилась, не проглядят ваши орлы супостата?
- Николай Васильевич, в чужих водах всё случается, но я в своих экипажах уверен. Более того, такая погода и британцам сильно жизнь осложняет. "Купцы" строем ходить не привыкши и никогда такому манёвру не обучались. Думаю, лежат сейчас в дрейфе, а скорее на якорях в шхерах Омана и тоже погоду ждут.
- Да, да, конечно, только и вы своим расслабляться не давайте, действительно, в чужих водах всё случается.

(Ситуация с той стороны)

Несмотря на отсутствие в воздухе аэропланов противника, вскоре по правой раковине раздались звуки артиллерийской стрельбы. Это не было громом залповой стрельбы всем бортом. Доносящиеся звуки были редкие и упорядоченные. Прислушавшись к ним, адмирал Эдвард Сеймур понял, что пушечные выстрелы с равномерными интервалами около минуты означали сигнал бедствия одного из кораблей.
Чёрт возьми, что там произошло? Вновь начал сгущаться туман, видимость снизилась до опасных пяти кабельтовых. Увеличивать и без того двойное количество сигнальщиков не было смысла. Положить суда в дрейф? Но где гарантия, что торговые корабли смогут справиться с этой непростой задачей?
Сеймур прислушался, над водной поверхностью явно слышались удары колокола, это его корабли -"невидимки" предупреждали друг друга: "Я здесь, я здесь, я здесь..."

- Тишина на баке! Сигнальщики, максимум внимания, ориентируйтесь по звукам колоколов.
- Есть ориентироваться по звукам колоколов, сэр.

Через минуту последовала команда спустить оба катера, развести пары и передать эстафетой приказ на все корабли двигаться малым ходом на запад в сторону Омана. Всего в десяти милях находилось побережье, изобилующее шхерами с удобными якорными стоянками, что было известно "купцам" и также хорошо об этом знали пираты, которые уже более двух веков "паслись" в этих водах.
Два часа малого хода и "Лорд Клайд" отдал якорь. Ещё примерно через час вернулись посыльные с докладом. Два "купца" в условиях плохой видимости столкнулись. Наиболее пострадавший транспорт вероятно вскоре затонет, его команда и "пассажиры" перешли на другие корабли. Капитан второго судна утверждает, что после небольшого ремонта сможет дойти до Басры своим ходом.
В течение этого сумасшедшего дня больше никаких происшествий не случилось. Полученные доклады подтвердили высокий уровень выучки британских моряков. Все суда сумели стать на якорь, и теперь вероятность столкновений была сведена на нет.
Слава Богу, теперь можно и отдохнуть. Предупредив старшего офицера, чтобы его немедленно разбудили при изменении обстановки, Сеймур отправился спать. Жара, духота и сто процентная влажность не лучшие условия для глубокого сна. Поворочавшись в постели, адмирал всё-таки заснул....

*****

На юго-востоке Аравийского полуострова в пустыне Дехна раскалённый дневными лучами солнца красный песок щедро отдавал накопленное тепло воздушным массам, омывающим высокие бархананы Руб-эль-Хали. Поскольку Создателем определено, что сухой воздух тяжелее влажного, область высокого давления стала смещаться туда, где давление было ниже.
С берега Аравийского полуострова на воды Оманского залива хлынули массы горячего воздуха вперемежку с песчаной пылью.... К полуночи от тумана не осталось и следа, а скрипящие на зубах песчинки явно указывали на причину такого резкого изменения.

- Сэр Эдвард, сэр Эдвард. Эти слова камердинера заставили адмирала Сеймура проснуться.
- С мостика просили передать, что туман рассеивается. Просят Ваших указаний....

К рассвету длинная колонна британских судов стала втягиваться в узость Ормузского пролива. Впереди как ни странно шли не броненосцы, а транспортные суда с десантом. "Лорд Клайд" в отряде броненосных кораблей шёл замыкающим, как пастух за своим стадом.

Адмирал Эдвард Хобарт Сеймур был произведён в это звание вовсе не за заслуги деда и дяди, чем некоторые клерки с берегов Темзы любили объяснять его взлёт. Умный, образованный, да, осторожный, но в меру, он любил анализировать прошедшие морские сражения и делать свои выводы, часто не совпадающие с официально принятыми.
Вот и сейчас его флагман шёл не во главе колонны броненосных кораблей, а замыкал её. Причина проста: во время сражения потерять управление эскадрой - проиграть сражение. Передача команд что в плавании, что в бою осуществляется посредством оговоренных сигналов. А что стоит вражескому осколку перебить фал, прошить тело сигнальщика, снаряду снести мачту или произойти всем событиям сразу? Кому больше всего достанется снарядов и осколков - ясно, что головному кораблю. Только поэтому, а совсем не из-за трусости "Лорд Клайд" в ряду военных кораблей шёл четвёртым.

Что же касается идущих во главе колонны "купцов", то во-первых, они хорошо знали фарватер и вообще эти места, доставляя сюда весьма часто различные грузы, а во-вторых, Эдвард хорошо помнил, как писал французский адмирал Пенно о событиях при разведке в Финском заливе северного фарватера во времена "Восточной войны": "... Я подумал, что "Мерлин"...затонет", но ту пробоину, на счастье французов, удалось заделать.
Да и доклад командующего эскадрой адмирала Чарльза Непира британскому Адмиралтейству о "сильной защите подходов к Кронштадту адскими машинами" был прочтён очень внимательно.

С тех пор прошло полтора десятилетия: - "...чёрт их знает этих дикарей, каких ещё новых адских приспособлений они понапридумывали...потеря же одного двух транспортов в данной ситуации не критична". Правда, этот вывод осторожный адмирал обнародовать совершенно не собирался.

(ВМБ российского флота "Кешм")

На кораблях и базе острова Кешм спали в полглаза, да и то, как понятно, не все. Когда же забрезжил рассвет, то и без бинокля или подзорной трубы вполне невооружённым глазом стали отлично видны дымы, поднимающиеся к небу на юго-западе.
- Боевая тревога! - Боевая тревога! - Боевая тревога!
По казармам казаков, береговым батареям, отсекам кораблей и на ВПП "Глина" разнеслась самая резкая из команд, сопровождаемая проблесками красной мигалки и нытьём сирены.

В авиаотряде это устройство тоже повсеместно издавало свой противный звук, но в основном его "слышали" только стены и немудреная мебель в сборных щитовых домиках авиаторов. Пилоты, техники, оружейники и прочие специалисты ещё с ночи находились у своих "птичек". Только техникам группы авиаразведки уютные места под крыльями их "голубей" надо было ещё дождаться. Улетели родимые, и те что поставили на поплавки и те новые, что во главе с князем летели на ворогов, загруженные новейшим оружием "И-бомбами".

Дирижировал летунами Алексей Кречет, чья воздушно-лётная фамилия давно стала его позывным. Задача, поставленная перед аэронавтами, в теории была несложной, треть аэропланов над целью, треть аэропланов на подлёте, треть на дозаправке и загрузке в базе.
Сейчас Алексей Иванович ждал сообщений от князя Оболенского, его голубок с минуты на минуту должен был передать, сколько вражеских кораблей движется в ордере, каково их построение и в каком квадрате они ожидаются через тридцать минут.

- "Башня"- я "Голубь", высота 1500 метров, вижу гостей. Идут как на параде. Два ордера, состоящие из двух колонн. Первый движется по Оманскому фарватеру, второй прямо к нам в гости.
- "Башня" - "Голубю", какое построение в колоннах?
- "Башня"- я "Голубь". В Оманском ордере впереди четырёх броненосцев два транспорта, за ними остальные сода с десантом. Транспорты разномастные. Насчитал сорок единиц.
- "Башня" - "Голубю", оставайтесь на позиции, через двадцать, двадцать пять минут прилетят "стрижи". Будете управлять "поплавками" как договаривались.
- "Башня"- я "Голубь", есть оставаться на позиции и управлять "поплавками".

Не успел ещё остыть микрофон от дыхания говорившего после переговоров с авиаразведкой, как над "Глиной" взлетела зелёная ракета и первая эскадрилья "стрижей" пошла на взлёт. Тяжело гружёные машины долго бежали по полосе и как бы нехотя отрывались от земли только в самом конце ВПП. Вот пикировщики, внешне немного напоминающие свой прототип, двухместный одномоторный биплан DH-4 совершили перестроение в воздухе и направились в сторону Оманского ордера.
- Теперь ещё минут двадцать будем ждать результат.

Эти слова штурмана авиаотряда были перекрыты раздавшимся в динамиках восторженным возгласом князя Оболенского.

- "Башня"- я "Голубь", головной броненосец попал на минную банку. Эта домашняя заготовка наших моряков успешно сработала. Корабль, похоже, заваливается в неуправляемую циркуляцию. О Боже! Они наскочили на ещё одну мину!
- "Башня" - "Голубю", Владимир Владимирович, Бог здесь непричём. Минные банки выставили "Драчун" и "Забияка", а если персонально, то Макаров с Шестаковым, это их затея.

Реплика Алексея Кречета похоже не произвела впечатления на князя. Из динамиков снова раздалось.

- О Боже! Первый корабль уже почти скрылся под водой, когда спешащий ему на помощь второй броненосец тоже подорвался на мине. Ой, теперь уже подорвались сразу два транспорта, что шли головными....

- "Башня" - "Голубю", Владимир Владимирович, Вы наблюдаете "Драчуна" и "Забияку"?
Похоже, вопрос был задан только для того, чтобы прервать причитания князя, он ещё не был в серьёзных боях и теперь выплёскивал в эфир свои эмоции неуправляемыми "фонтанами". Через минуту уже совершенно другим тоном князь Оболенский ответил своему командиру.

- "Башня"- я "Голубь", наблюдаю названные вами корабли в 17 квадрате Персидского залива, удаление от мест подрыва британских кораблей порядка ста кабельтовых.
- "Башня" - "Голубю", Владимир Владимирович, благодарю за информацию. Когда "стрижи" появятся в зоне, сообщите, пожалуйста.
- "Башня"- я "Голубь", есть сообщить о появлении "стрижей".

*****

На британских кораблях неожиданная гибель сразу двух броненосцев вызвала недоумение, переходящее в тихую панику. Горизонт чист, противника нигде не видно, но корабли тонут, причём тонут очень быстро. Кто их топит? О широком применении минного оружия большинству ещё ничего не известно. Капитаны транспортов вообще не слыхали о докладе в британском Адмиралтействе Чарльза Непира. Вот она, обратная сторона медали секретности.

Адмирал Эдвард Хобарт Сеймур не успел поблагодарить Бога за свою предусмотрительность, как произошли подрывы ещё нескольких судов, а потом начался АД!!!!

На его корабль "Лорд Клайд", который замыкал броненосную колонну, с неба устремились проклятые аэропланы. Они не летели низко над водой, как это было прошлый раз, когда погиб "Ройал Альфред", они падали сверху, как коршуны на добычу. В нижней точке траектории от них отделялись тёмные точки, которые самостоятельно продолжали свой полёт заканчивающийся на палубе, а чаще под ней, сильным взрывом.
Деревянные броненосцы, обшитые вдоль бортов толстым четырёхдюймовым железом, ничего не могли противопоставить этим атакам с неба. Они горели, падали их гордые мачты, срывались с фундаментов механизмы, вода сквозь пробоины врывалась в их внутренности, а обвешанные железом борта своей тяжестью могли только ускорить их погибель.

Британских джентльменов убивали. Убивали коварные дикари своим дьявольским оружием. Это было не по правилам, а сменить правила уже невозможно. Джентльмены к такому не привыкли! Вероятно поэтому, когда вместо черных точек над транспортными кораблями стали вспухать облака "белых разрывов" "И-бомб" - медленно опускающиеся на палубы бумажки с предложением спустить флаг большинство капитанов с чистой совестью приняли это предложение.
Да и чего ждать. Могучие броненосцы "Royal Navy" на дне. Над местом их утопления уже кружат хищные тени морских хищниц, собирающие свою дань - барахтающихся в воде британских моряков. На транспортах имеются лишь старые медные гладкоствольные пушки, пригодные чтобы напугать пиратов, а больше для отдания салюта....
Спустя несколько минут, всё-таки понадобившихся на раздумье их капитанам, один за другим оставшиеся на плаву корабли десанта начали спускать флаги....

*****

Флагманскому кораблю Николая Васильевича Копытова тоже довелось сегодня пострелять, когда каким-то чудом "Лорд Уорден" под брейд-вымпелом адмирала Артура Камминга неповрежденным преодолел минное заграждение, выставленное накануне, хотя его товарищи оказались менее удачливыми.
Тем не менее, судьба второго ордера оказалась такой же печальной как и кораблей, направлявшихся по Оманскому фарватеру. Тех, что не утонули подорвавшись на минах, атаковали торпедные катера, а флагманский броненосец был потоплен в коротком артиллерийском бою с "Базальтом". Восьмидюймовые снаряды с запредельных для британца дистанций устроили на нём гигантский пожар, а затем "золотой снаряд" в район крюйт-камеры завершил его агонию.

После этой громоносно-огненной феерии была "долгая неделя", в течение которой происходила процедура досмотра и сдачи захваченных транспортно-десантных судов, разоружение их команд, организация временного лагеря проживания пленных и.т.д.
В победной реляции на имя Е.И.В. было сообщено общее число потопленных кораблей, количество кораблей спустивших флаг и примерное количество пленных, размещённых на западной оконечности острова Кешм. В конце депеши следовал вопрос. Что делать с таким количеством военнопленных?

Ответ на этот вопрос пришёл самостоятельно и довольно скоро в виде весьма приятного сюрприза. Ранним утром воздушная разведка доложила, что наблюдает большую группу кораблей типа "Купец Хаминов", которые с охранением из лёгких крейсеров типа "Рюрик" следуют курсом на Кешм.
Срочно им на встречу для проводки через минные поля были высланы "лоцманские катера". Только к ночи большой конвой стал на якоря на внешнем рейде нашего островка. За это время "губернатор" и службы ВМБ Кешм успели подготовиться к встрече с земляками, которая ночью же и состоялась, чтобы не напрягать неакклиматизировавшиеся людские организмы дополнительным испытанием - жарким и влажным днём.

Все приглашённые на борт "Базальта" предвкушали "богатый" стол, хмельные напитки, понятно, что без кафешантана, но были встречены весьма и весьма необычно для ожидавшегося застолья. Нет, несколько бутылок марочного коньяка фирмы Шустов красовались на столе в кают-компании, но "наперстки" стоявшие поблизости говорили о том, что гостей ожидает сюрприз или облом (тут уж кому как больше покажется).
Когда все приглашённые командиры разместились на указанных им местах, Николай Васильевич зачитал поздравительную телеграмму Е.И.В., далее предложил тост за его здоровье. Когда с первым "наперстком" было покончено, приступили ко второй части военного совета.

Неожиданно для всех присутствующих слово было предоставлено человеку в цивильном, которого наш адмирал представил как Михаила Александровича Хитрово.

- Господа, всем сегодня находящимся здесь волею нашего Государя через двое суток надлежит направиться в глубь Персидского залива для установления российского протектората над эмиратом Кувейт. Ещё два года назад в 1871 году Порта предприняла военную операцию, чтобы сделать этот эмират частью турецкого вилайета Басра, но вмешались англичане, и эмиру Мухаммеду Паше ибн Сабах ас-Сабаху удалось сохранить свою самостоятельность. - Британия, безусловно, сделала это не бесплатно и не из врождённого благородства лордов. Ей нужны удобные гавани и угольные станции для кораблей, поэтому в ближайшее время Уайтхолл планировал "рекомендовать" эмиру признать британский протекторат. - В связи с изменившейся ситуацией нашей группировке поставлена аналогичная задача - "убедить" эмира Кувейта принять протекторат России. - Прошу дать карту.

На белом экране, развешенном на поперечной переборке, появилось световое пятно проектора, в кают-компании убавили свет и все увидели большую карту Кувейта.

0x01 graphic

Хорошо поставленным голосом Хитрово продолжил своё повествование.

- Краткая история этого эмирата - Город Эль-Кувейт был основан в 1613 году. В XVIII веке он был захвачен группой бедуинов. Там они основали первое поселение Бану-Халид южнее устья Тигра, во главе которого в 1762 году встал первый эмир Кувейта Сабах I. Формально Кувейт находится под управлением Османской империи, но его экономические связи с соседними арабскими эмиратами гораздо более развиты, чем с турецкими городами. - Это всё, господа, остальное вам доведёт до сведения Николай Васильевич.

Наш адмирал не любитель разглагольствовать, поэтому он краток.
- Господа, перед каждым из вас лежат запечатанные конверты, в которых находятся приказ и общая диспозиция операции обсуждению не подлежащие - это воля нашего Государя. От себя добавлю только то, что гавань Эль Кувейта весьма глубоководная и "Базальту" не придётся постоянно торчать на внешнем рейде.

Дальнейшее изложение диспозиции в пояснениях уже не нуждалось.

Спустя неделю Мухаммед Паша ибн Сабах ас-Сабах, человек умный, миролюбивый и прагматичный признал Российский протекторат, его брат Джарра отбыл в Санкт-Петербург на учёбу, а вот с Мубараком, который должен был урегулировать споры между воюющими группировками бедуинов произошло несчастье, он умер, возможно от укуса змеи.
Ещё через месяц новый вид вооружённых сил - "казаки на верблюдах" упокоили всех бандитов в границах Российского эмирата Кувейт.

*****

Естественно, что эмир Кувейта Мухаммед Паша ибн Сабах ас - Сабах никогда не узнает, что в той, другой истории 17 мая 1896 года Мубарак с сыновьями Джабером и Салемом и небольшим отрядом слуг, вооружённым новейшими британскими изделиями Хайрема Максима, ворвались во дворец и убили Мухаммеда, находившегося с ним брата Джарру и всех его домочадцев.

Комментарии: 44, последний от 25/11/2015. © Copyright Федоров Олег М. (feom@voliacable.com) Размещен: 15/08/2015, изменен: 17/11/2015. 176k. Статистика. Глава: Фантастика Иллюстрации/приложения: 4 шт. Скачать:		Оценка: *8.0817** Ваша оценка:
Аннотация: Доброго времени суток, уважаемые читатели! Вот и закончилась 49-я тетрадь дневников. Приятного вам чтения. С уважением =Олег Фёдоров= 17/11/15

Федоров Олег М. Тетрадь сорок девятая Дневник Тринадцатого Императора

Федоров Олег М.
Тетрадь сорок девятая Дневник Тринадцатого Императора