Аннотация: Средство от бзика. И тренинг дополнительной рифмовки.
Мока песека
(Средство от бзика)
Полe
Дочь синоптиком родилась.
Знала, что крадётся дождь,
злилась, громко порицала
(ночь пусть даже); и катилась,
верещала сводка прочь.
Миру - новость та плакуча.
"Что? - не понял он картину. -
Мучит тут младенца кто?!"
"A тучина дочку пучит", -
то раскрытие причины.
Папа тот животик гладил.
Взял дитё легко на лапу
и приладил, приласкал.
Криволапо шаг наладил.
И качал ту кроху папа.
И шагал, шагал, шагал,
к Тадж-Махал бы так махал;
не пускал тот мокрый вал,
что нахал из тучи жал.
Шум дождя, и шелест, шёпот.
Время тянет пряжу дум.
Ропот слов тревожит темя;
ум - в песке представил топот:
племя мышек в Кызылкум,
пот ручьём, но ищет семя.
Оглашать сиё нет смысла:
вялость слова, ритм не внять,
мысли тусклы, что за жалость.
Утешать чем, что б не кисла,
жалась, ныла? Что б орать,
визгом резать отказалась?
Папа всё здесь браковал.
Снулый ритм, слова для храпа
заменял; не дождь постылый -
опа! - тут вдруг зазвучал.
Милый смех реки. Высоко
запищал птенец стокрылый.
Издалёка приплывал
белый парус в синь глубоку.
Собирал роток умелый
соком брызжущий навал.
Спелый запах, что потоком,
испивал носок зарделый.
Напевал об этом папа.
Вой исчез, лишь подвывал
с лапы тот кулёк живой.
Понимал слова он как бы,
и такой мотив он знал.
Стала лапа, вроде, уже:
кроха наша подрастала.
Слушал мир, как с песней в ногу
заполняла радость сушу,
много сырости сгоняла.
Распевала дочь - мастак!
Головой всё в ритм кивала,
в такт же дрыгая ногой.
И махала ручкой так,
что отбой: гроза сбегала.
"Мока песека даяй!" -
вместе с папой в теме дока.
Понимай и мир, ту весть!
Мока - это стала, знай,
песнь-сушилка тоже мокра.
Тело-раздвижная лесенка. Сложено то детства дело. Песенка уж та - усохшая. Aх, какпролетела мимо...
И качает дочку ныне -
из Сети гамак. Вещает
из него она вновь миру.
Понимает тот всё верно,
на картину валом валит.
До отца ли - на личину
вдруг прилажена певца,
что с пластины ей вопит.
Петь один, ту песню вспомнив,
начал папа. Вдруг - хрипеть!
Да - морока тут для горла.
Как терпеть без "мока" песнь?
И народ не понимает
(вновь проблема - перевод):
кто пытает или пучит?
Вот кто мучит - папин бзик!
Осторожно бзик тот вправив
(слава Богу - это можно),
папа снова ищет слово...
Всё надёжно с этой дылдой!
У неё толково всё!
И листок не лёг меж жуй,
ждут что Яблока кусок!
Чтобы прок у дочки был,
день у ночи просит срок.
Ох, морок огромен блок!
Из ролей - калейдоскоп,
скок в спортзал, акценту в бок,
за портфолио рывок,
проб - поток, в бассейн нырок,
проф-урок и пряди клок,
режиссёр - из мозга сок,
тут прыжок, там кувырок,
ой, где запад, где восток,
макияж - совсем заскок,
и на камеру - бросок.
И при всём при том сияет,
пышет благостным огнём.
И, бывает, папа слышит,
что о нём - не забывает,
дышит в трубку о своём.
Станет, если дальше сдюжит,
вкалывать не перестанет,
нужной очень прежде тут,
в стане Яблока Свободы.
Заревут потом (достанет!)
сходу там, где Голливуд:
тянет с переездом годы.
Между тем, настырен папа,
всё хранит свою надежду.
И этапа ждёт ещё он,
чтоб, конечно, - та атака!
(Зрелый лишку он и в планах
от отчаяния - смелый).
Ловко, вкрадчиво он спросит,
гладя новую головку
(ну, в конце концов!): не хочет
знать, что со своим отцом
пела будущая мать?