Аннотация: Приключения охотников за аномальными явлениями.
Сергей Филипский
ПРИНЦИП КРАСКИ
Фантастический рассказ
Как-то раз безработный господин Дима Гунькин присел на скамейку во дворе своего соседа Аверкия Трофимыча. Тот сказал:
-- Нынче что-то не видать аномальных явлений.
-- Да-а-а... -- протянул Дима. -- С одной стороны, это, вроде бы, не годится. Ведь без них не видать гонорары в газетах и на телевидении за репортажи о них.
-- А с другой стороны?
-- С другой -- без них живется спокойнее.
-- Как говорится, это точно. Причем я обнаружил весьма существенную закономерность. Ежели угодишь в контакт с какой-нибудь аномальщиной, то потом очень и очень непросто из возникшей ситуации выпутаться. Это как в краску угодишь: перемажешься, а потом долго не можешь отмыться.
-- Даже можешь этой самой краской еще что-нибудь измарать.
-- Вот-вот. Про то и веду речь. Аномальным событиям присуща особенность влечь за собой другие аномальные события.
Помолчали. И вовремя. Потому как в этот самый момент пришлось все свое внимание уделить трофимычеву псу по кличке Капут, который вынырнул из-за своей будки и с загадочным видом принялся обходить двор.
-- Что он выискивает? -- спросил Дима и предположил с надеждой: -- Может, это означает приближение очередного аномального явления?
-- Вряд ли, -- заметил Трофимыч. -- Просто бродит, наверное.
Не прошло и нескольких минут, как определилось, что пес Капут своим суетным поведением действительно сигнализировал о наступлении неведомого на окрестности.
Хлопнув калиткой, во двор ввалился великий детектив таинственных случаев Альберт Йодов с озабоченным видом.
-- Что произошло? -- спросил Дима.
-- То, чего следовало ожидать, -- сказал Альберт, вынул из кармана полевой бинокль и начал рассматривать улицу Коммунаров, с которой он только что пришел.
Не дождавшись пояснений, Трофимыч поинтересовался:
-- Какая-то крупная неприятность?
-- О, да! -- Альберт протянул ему бинокль и прокомментировал: -- Сам полюбуйся.
Трофимыч взял бинокль и приник к окулярам. После недолгого всматривания в улицу Коммунаров сказал:
-- Вижу объект нулевой степени опасности.
-- Что? -- спросил Дима.
-- Степана Степановича Загребущего, который направляется сюда.
-- Почему это нулевой?
-- Так он чуть ли не каждый день меняет своих покровителей. Тем самым старые проблемы, связанные с его присутствием, как-то справно так уходят в небытие.
-- На сей раз все по иному, -- сказал Альберт. -- На сей раз он достал меня по-настоящему.
-- Неужто столкновение с поистине непостижимой загадкой?
-- Хуже. С загадкой постижимой, но весьма и весьма коварной.
-- В чем же ее коварность?
-- Сейчас Загребущев сюда пожалует. Тогда все и узнаете.
-- Зачем же ты его к нам притащил?
-- Не все ж мне вас выпутывать из затруднительных положений. Помогите и вы мне.
-- Что ж. Поможем.
Через несколько мгновений калитка вновь хлопнула и через ее порог переступил румяный бодрячок, который не преминул представиться:
-- Степан Степанович Загребущев.
-- Знаем, -- пробурчали Альберт, Трофимыч и Дима.
-- Сегодня я представляю интересы австралийских астрофизиков.
-- Ух ты! -- воскликнул Дима.
-- Да вот... Ко мне поступила информация, что в нашем провинциальном городке имеет место феномен под названием "насущная необходимость".
-- Первый раз о таком слышу.
-- А ведь мы -- заядлые специалисты по всяким феноменам, -- заметил Трофимыч.
-- Знаю, -- сказал Загребущев. -- Потому-то я к вам и пришел. Разобраться с этим феноменом надобно бы. Не то он вовсю распоясается. И тогда... Короче, австралийских астрофизиков он дюже обеспокаивает.
-- Точнее сказать, -- произнес Альберт, взирая на мир так, будто ища некоей поддержки, -- вы с проблемой этого самого феномена сперва ко мне пришли.
-- Да. Пришел. И жду от вас разрешения проблемы.
-- Можно узнать, -- спросил Дима, -- в чем состоит заковыристость феномена "насущная необходимость"?
-- Запросто. Суть сводится к следующему. В прошлом месяце австралийские астрофизики своими приборами зафиксировали наличие электромагнитного поля, которое обладает поистине небывалыми характеристиками. К примеру, оно воздействует на окружающую действительность в качестве своеобразного катализатора появления факторов невезучести.
-- Почему же название такое: "насущная необходимость"?
-- Потому и. Дабы его нейтрализовать, приходится постоянно отыскивать для этого всевозможные способы. То есть: беспрестанная насущная необходимость.
-- И, стало быть, этот феномен подвизался пребывать в нашем городке?
-- Исключительно здесь.
-- Что же тогда австралийским астрофизикам волноваться?
-- Они опасаются, что его отголоски смогут до них докатиться. А это, сами понимате, их ну никак не устраивает.
-- А меня не устраивает, -- сказал Альберт, -- когда степень непредсказуемости проводимого мною расследования превышает все мыслимые нормы.
-- Вот видите, Степан Степанович, -- сказал Дима. -- Если сам великий детектив таинственных случаев Альберт Йодов говорит, что проблема слишком опасна, чтобы ей заниматься, то надо его послушаться. И оставить это дело на произвол судьбы.
-- Опасности меня не страшат. Мне вот только не нравится, когда меня продолжают просить о проведении расследования, тогда как я уже отказался от него.
-- Ах, вон оно как обстоит, -- сказал Трофимыч. -- Ну, это дело поправимо... Дима!
-- Чего?!
-- Помнишь, мы тут недавно про "принцип краски" беседовали?
-- Конечно.
-- Сдается мне, что Степан Степанович по уши вымазан проблемой феномена "насущной необходимости".
-- Это верно, -- поддакнул Загребущев. -- Стоило мне лишь с ним связаться, как на меня посыпались такие неприятности, такие неприятности...
-- Какие, например?
-- Стали появляться из-за углов мчащиеся мотоциклисты... Телевизор начал в самые интересные моменты самопроизвольно переключаться на другие каналы... Ну и так далее...
-- Гм.
-- И у меня просто не остается ни секунды времени, чтобы заняться чем-либо иным, кроме как нейтрализацией феномена "насущной необходимости".
-- А у тебя проявления этого феномена есть? -- спросил Дима у Альберта.
Тот кивнул.
-- Тогда даже не буду спрашивать: какие они? -- сказал Дима. -- Не то одним лишь упоминанием о них потеряю свое природное спокойствие.
Альберт еще раз кивнул.
-- Послушайте меня, -- сказал Трофимыч.
Все внимательно прислушались.
-- Предлагаю вышибить клин клином.
-- Это как? -- спросил Дима.
-- "Покрасить" "краску" сего феномена иной "краской" под названием "Дима и Трофимыч против аномальщины".
-- Понял! У нас наработан рефлекс противодействия любому аномальному явлению.
-- Точно!
-- Что ж! Давай-ка тогда внимательно приглядимся к прилегающей территории и попытаемся разглядеть проявления феномена "насущной необходимости"!
Пес Капут вновь закружил по двору, тявкая.
-- Ну вот, -- сказал Трофимыч. -- Надвигается...
И впрямь. Что-то начинало разворачиваться...
Сперва подул ветер. Сразу эдак неслабый. Зашуршали ветви яблонь, затем кусты смородины принялись колыхаться, клубы пыли пронеслись по двору.
Далее трофимычев дом содрогнулся и начал раскачиваться из стороны в сторону. Устланная песочком дорожка зашевелилась, будто вихляя.
-- Похоже на полтергейст, -- предположил Дима.
-- Да, -- согласился Трофимыч.
-- Ну, это не страшно. К полтергейсту мы привычные. Уже доводилось сталкиваться. Знаем, как надобно себя вести.
С крыши посыпались беспорядочно куски черепицы.
-- А, может, это все-таки не полтергейст? -- высказался Альберт.
-- А что же? -- спросил Трофимыч.
-- Какое-нибудь новое, неизвестное аномальное явление?
-- В таком разе будем готовы произвести еще более аномальное противодействие...
-- Есть идеи? -- поинтересовался Дима.
-- Конечно, есть. Давай-ка осуществлять охоту за аномальными явлениями.
-- Давай! -- Дима протянул руку в форточку. Нашарил видеокамеру. И, приготовив ее к действию, приложился к ней глазом: -- Работаем.
Трофимыч, соскочив со скамейки, привычно заговорил, глядя в объектив:
-- Мы с вами сейчас находимся в самом эпицентре очередного "дзинька", то есть нашествия паранормалиных явлений. На данный случай это -- полтергейст. Или, по крайней мере -- что-то похожее на него. Обратите внимание: сила его достаточно велика: почти все окружающие предметы пришли в самопроизвольное движение, норовя как бы отправиться в самостоятельное путешествие...
Дима сделал панораму, плавно поведя камерой справа налево.
Альберт и Загребущев удивленно взирали на то, как Дима и Трофимыч, будто заправские телерепортеры, снуют по двору, стараясь запечатлеть на видеокамеру все наиболее примечательные события, как то: вылетание из двери серванта, взвихрение будки пса Капута на уровень уличного фонаря, трепыхание в воздухе появившейся из-за сарая скатерти.
Наконец аномальное явление внезапно прекратилось.
-- Вот так, -- сказал Трофимыч, присаживаясь обратно на скамейку. -- Нас на испуг не возьмешь. Мы -- охотники за аномальными явлениями -- и не такое повидали на своем веку. А расходы на ремонт покроет гонорар от телевидения.
-- Ну что? -- спросил Дима. -- Удалось нам "покрасить" своей "краской" этот пресловутый феномен "насущной необходимости"?
Все посмотрели на Альберта. Тот кивнул:
-- Уверен, что да. В ваших соображениях есть весьма толковый смысл.
-- А у меня сомнение имеется, -- произнес Загребущев. -- Как бы с вашими "красками-покрасками" не получилась некая жуткая "расцветка"...
Все покосились на него.
-- Гм, -- сказал Дима. И глянул по сторонам.
Ничего из ряда вон выходящего, вроде бы пока не происходило.
Пока...
Вроде бы...
-- Как бы то ни было, -- сказал Трофимыч, -- австралийские астрофизики могут быть довольны.
-- Это почему? -- спросил Загребущев.
-- Ну, как же! Они вполне могут рассчитывать на нашу способность усмирять аномальные явления. Мы к такому делу привычные.