Понедельники, они и есть понедельники. Ничего радостного в себе не несут. Однажды, например, чуть конец света не наступил. Это Краюн спьяну предрёк. И хорошо, что спьяну! А если бы на трезвую голову, тогда я даже и не знаю... Вдругорядь пожар в доме у рыжего Карапета случился. Ну, то есть не совсем в доме, а скорее в амбаре. И не пожар, а мордобой, но искры из глаз у всех, кто туда в отсутствие Карапета залез, летели таки-ие!..
В общем, была б моя воля, я бы неделю со вторника начинал. Суеты меньше и суббота яснее просматривается.
И вот сидим мы с Кори как-то в понедельник, имена для будущих близнецов выбираем. Краюн в кресле пряжу вековую прядёт, всё мечтает такой свитер связать, чтобы в нём туда-сюда по оси времени без подзарядки путешествовать и холода не чувствовать. А тут Брыль с известием. На Длинного Скуля хворь небывалая напала. Световики одолели. Он вообще-то мужик крепкий, Длинный Скуль, не чета нынешнему молодняку. Ну бывает, занозу там в пятку загонит или ладонь об Малосину задницу отобьёт, когда уму-разуму девку учит. А так чтоб по-настоящему хворать, это не про него. И световики эти...
- Ты толком объясни, - попросил я Брыля. - Как они выглядят? Сколько их? Чего хотят?
Брыль затруднился.
- Как выглядят, не знаю. Их никто, кроме Длинного Скуля, не видит. Сколько их? Говорит, что много. Ну а чего хотят? Известно чего - чтоб сдох поскорее.
- Надо идти помогать, - сказал Краюн и отложил в сторону своё веретено времени. - Длинному Скулю помогать, - уточнил на всякий случай.
Кори спросила:
- Слащем пробовали лечить?
Брыль даже глазами захлопал. Лучшее средство от любой парши, это же всем известно. Конечно, пробовали. Чай, не первую сотню лет живём!
- Да он его дует без перерыва. За день до ведра иногда выпивает. Только всё одно - на световиков жалуется.
- Пошли, - сказал я. - Нечего тут умников из себя корчить. На месте разберёмся.
- Только вы не удивляйтесь, - предупредил нас Брыль, когда мы вслед за ним поднялись на знакомое крыльцо.
Длинный Скуль сидел посреди комнаты на табурете и озабоченно вертел наголо обритой головой. Бороду свою он утратил вместе с шевелюрой и теперь общей гладкостью и цветом лица напоминал тот камень, с которого мы летом в речку ныряли.
- Что тут происходит? - спросила Кори.
- Схватки, - сказал Длинный Скуль.
- У меня пока только пятый месяц. - сказала Кори. - Рановато для схваток.
- Это другие схватки, - сказал Длинный Скуль. - Световики меж собой дерутся.
- А ты здесь при чём? - спросил Краюн.
- А я вроде как приз. Достанусь тем, которые победят.
- Нет здесь, кроме нас, никого, папа! - сказала вдруг Малося, наливая из чана всем по чарке слаща. - Это у тебя что-то того... - Она постучала себя по лбу черпаком.
- Дерутся, значит, - сказал Краюн. - Рожи злые?
- Да нет у них никаких рож, - вздохнул Длинный Скуль. - Они на червячков похожи. Только из света. Летают. Шныряют туда-сюда, туда-сюда. Сквозь стены. Сквозь печку. Сквозь кровать. Сталкиваются. Мерцают. Я в шкаф спрятался, дверцу затворил. А им это без разницы. Побрился, чтобы в волосах не застряли.
- То есть, сквозь тебя они не пролетают? - предположил Краюн.
- Ещё как пролетают, - сказал Длинный Скуль. - Но когда волос касаются, ярче сияют.
- Когда меня рыжий Карапет оглоблей по башке двинул, у меня тоже метелило перед глазами, - сказал Брыль. - Только всё больше чёрные пятна прыгали. Потом потихоньку растаяли. Может, я схожу за оглоблей? Дело-то хорошее!
- Выпей лучше слаща, - предложила Малося. - Оглобля не всякому подходит.
Краюн почесал затылок, потом извлёк из кафтана пузырёк с прозрачной жидкостью и накапал в чарку Длинного Скуля.
Тот беспрекословно выпил. Спросил:
- А что это?
- Слепондяй широколистный, - сказал Краюн.
Малося зажала рот ладонью, чтобы не завизжать. Уж она-то знала: от слепондяя зрение падает в миг. И хорошо еще, если глаза не полопаются. Даже запах спелого слепондяя способен порядком навредить, а тут настой.
- А теперь встань и иди! - замогильным голосом скомандовал Краюн.
- Не вижу ни бельмеса, - пожаловался Длинный Скуль.
- И световиков не видишь? - спросила Кори, смекнув что к чему.
- Перегорели, похоже световики. Надо за новыми посылать.
- А теперь бидончик слаща попрошу! - гаркнул Краюн. - Свеженького!
Понятное дело, зрение слащ Длинному Скулю вернул. Борода новая отрастёт, тоже никуда не денется. А вот червячки эти световые как погасли, так больше и не появлялись.
- Мы их не видим, а они нас, - объяснил Краюн. - Так что пусть и дальше летают, раз у них такая планида. Я тут в одной книге неглупой прочёл, что летунов разных повсюду в достатке. В каждом камне. В каждой мухе. Даже и в нас с вами. А там - мало ли! - может, и мы в ком-то летаем. Но не мешаем друг другу - и хорошо.