Ненавижу, когда мне так говорят, тем более, что сейчас от меня ждут чего-то оригинального.
Отсюда, изнутри не видно их голубого "B", да сейчас оно и не горит. Вон, какое солнце за окном. Но голубого тут достаточно. День безоблачный, поэтому ничто не загораживает вида на город, на реку, на еврократическую башню-новостройку и даже вдаль, на Ной-Ольменбург.
Внутри у них всё еще белее и стерильнее, чем в Гринхиллз. Кое-где мелькает что-нибудь голубое, они же должны соответствовать своему фирменному лого. У Объединенных банков цвет тоже голубой, но о них, тухлых и скучных, сейчас не вспоминается непосвященному. Вообще, обывателям малоизвестно, что они за всем этим стоят.
От кофе я отказался, взял себе минералку.
Приемная комиссия, "тестирующая" меня сегодня, состоит из четырех чуваков.
Тот, что предложил мне "рассказывать", на вид чуть старше меня. Смотрит он, впрочем, вполне доброжелательно. Ладно, начнем, думаю.
- Разрешите заметить, что я всегда находил Блю Боут Инвестмент турм очень импозантным зданием - и не только ночью.
Не слишком борзо для начала?
- Поэтому вы и решили покинуть Гринхиллз турм? - смеются они.
Кажется, не слишком. Кажется, разрядил обстановку.
Не сказать, чтобы я сильно волновался. Наоборот, с утра был спокоен и собран. И чем ближе подходило сегодня утром время выходить из дому, тем спокойней и собранней становился. Всего лишь деловая встреча, каких у тебя до недавних пор было дохрена и больше. Правда, в этот раз что-то иначе - да, я представляю не чужие интересы, а свои собственные. Только и всего. А так - самомаркетинг, болтовня про то-про се, переговоры, торг - это дело привычное. Только в этот раз будет не о си-пи и кавенантах, а о зарплате и бонусах.
Объяснял все это Оксанке, на которой лица не было с самого утра. Не было вчера, когда она зачем-то нагладила мне целую стопку рубашек. Не было с самого начала недели, когда, не ожидая подвоха, взяла мою зазвеневшую сотку, а потом, побелев, передала ее мне с застывшим от ужаса лицом. Не было, когда после короткого телефонного разговора я всю неделю "ни черта не делал", не готовился к собеседованию, то есть. И даже вчера предложил ей поехать куда-нибудь - недалеко, правда, а то у нее срок на следующей неделе.
Она, естественно, отказалась, и вчерашний день прошел за лепкой вареников и игрой в шахматы - последним образом мы с некоторых пор развиваем сынины умственные способности. Общими силами они проиграли мне лишь, предварительно сократив моих черных до четырех. Не даю ей фору и никогда не поддаюсь, а черными играл по жребию. Она сама на этом настаивает, и я не думаю унижать ее сомнением в ее интеллекте. Я не шахматист. Если у нее ко мне вопросы, просто отвечаю на них по мере возможности и, чем больше она начинает шарить, тем больше удовольствия получаю от игры с ней.
Короче, все было супер, и я только к вечеру ощутил его - беспокойство, нашедшее на меня ни с того ни с сего. Беспокоится она (а значит, сына у нее в пузике тоже беспокойный), а тут беспокоюсь и я?
Я в курсе, что не должен был делать так, как сделал вчера вечером, чтобы заглушить это беспокойство. Уложил ее в постель и вышел. Когда вернулся с Жандармской, она, возможно спала, но я не мог рисковать, сразу пошел в туалет. Только одну дорожку снюхал, от остального избавился. А меньшими дозами тот чувак не продает. Я знаю. Я все знаю. Проехали.
Она не спала, хоть спать ей, знаю, хотелось. Ждала меня. Я не включал света, иначе она бы обо всем догадалась. Догадалась бы и, если б перед сном у нас ничего не было. Я взял ее очень нежно, хоть и сдерживался с трудом в конце. И я не кончал в нее. Типа безопасно тогда и ничего не случится. Лицемер. Из-за кокса мне абсолютно не хотелось спать, а хотелось трахать ее всю ночь, но ей реально надо было отдыхать. Поэтому я еще пол ночи рассматривал ее, спящую, ждал прихода угрызений совести. Ждал, что вместо желанного успокоения придет боязнь, что все-таки как-то навредил ей, сыну или обоим. Уснул, не дождавшись.
Сегодня я постарался успокоить ее - нельзя ей волноваться. Поцеловал ее в дверях и сказал только: "Я ненадолго".
- Так почему вы ушли из Гринхиллз?
Естественно, этот вопрос их волнует сейчас больше всего, ибо то, откуда я ушел - суть самая яркая звезда в созвездии моей не особенно яркой виты.
- Я не собирался оттуда уходить. Однако мне дали понять, что мое видение отдельных моментов не совпадает с тем, как видят их в Гринхиллз.
- А под чьим началом вы работали?
- Я работал на позиции принсипал эссошиэта в команде г-на Вольфинга.
- И что вы не поделили с Айке Вольфингом? - вклинивается самый старший из интервьюеров и по возрасту, и по должности, по фамилии Аугустин.
В нем и без визитки и его пояснений во вступительной части угадывается его руководящая должность. Выясняется, что они с Вольфингом знакомы лично, когда-то довольно тесно сотрудничали, но потом - это я уже больше между строк читаю - тоже "что-то не поделили". Забавно - "наши" с Вольфингом косяки утонули в Тихом.
- Несоответствие взглядов. Если между нами и были разногласия, то мы их устранили.
Вижу по нему, что он принимает это за эвфемизм.
- Интересно. Где вы видите себя через пять лет?
- Если не директором в совете от права и комплайенс, то по крайней мере где-то на пути туда, - каков вопрос, таков ответ, мужики.
- В совете директоров ББ не представлены право и комплайенс... - перебивает меня белесый чувак средних лет с голландской фамилией Хойзинга и соответствующим, а значит, еле уловимым акцентом. Он и сам из юридического и я вижу, как ему хочется в совет - но нельзя, право и комплайенс не представлены. А с меня он стебется, потому что я ему об этом напомнил.
- ...но вы, конечно, наблюдаете за сигналами, - доверительно киваю - не ему, аудимаксу больше.
- Какими сигналами?
- Которые идут отовсюду. Рынок, конкуренция, государство. Все открывают отделы по праву и комплайенс - банки, предприятия. С Нового года примут закон против отмывания денег - срок по Директиве ЕС истекает, куда денутся, - настаиваю, перехватив нарочито скептический взгляд Хойзинга.
-... вы так говорите, будто в МинЮсте работаете, - злобно смеется он в ответ.
Зато двое других, похоже, со мной не спорят:
- Вы приводите интересные подробности в вашем эссе в "ценном вестнике", - надо же, один из них, этих "хороших копов", будто у меня в группе поддержки, даже публикацию мою новую читал.
Аугустин сдержанно кивает. Юридическими вопросами он не занимается, а на досужее их обсуждение своего времени не тратит, предоставляя подобное времяпровождение другим. До меня доходит, почему он пришел - заинтересовал мой стеб с "Айке Вольфингом", о котором узнал он, вероятно, заранее.
- В ББ более, чем когда-либо, понимают, насколько важно сделать работу юридического отдела более эффективной, полезной для организации, - не даю сбить себя с курса. - Реорганизация юридического отдела - дело хлопотное, но очень важное.
- Для этого нам нужны вы?
- Для этого вам нужен я.
Только вы мне не сразу ответили. Но и четыре гребаных месяца по моей только памяти на это место найти никого не можете. А значит, или ответственности много, или зарплату вы предлагаете неинтересную. Но я вас прощупаю.
- А вы и правда были в Шотландии? Ваша диссертация на тему шотландского референдума.
С толку сбить хотят? Вряд ли. Это же не эссессмент-центр по набору пацанов-интернов для консалтинга. Стараюсь поглубже затолкать свое разочарование и не признаваться им, что реально думал, что все это будет проходить, как между взрослыми мужиками.
- Да, во время вальштацион.
- И как там?
- Холодно, сыро. Красиво и кое-где, особенно в Хайлендс, много овец, зелени и холмов.
- Похоже на Верхний Рамус, - они посмеиваются. - Только без овец.
- Отчасти. Но в Школе Права при эдинборроуском университетском колледже прекрасная библиотека по римско-шотландскому праву, - замечаю, что Хойзинга невольно навостряет уши, но "хорошим копам" это - блин - неинтересно. - А в Хайлендс есть незабываемые маршруты для маунтенбайкинга.
Теперь уже один из "хороших копов" оживляется, потому что тоже любит это дело и не будь тут Аугустина, давно бы углубился в обсуждение маршрутов и где они какие. Кроме того, выясняется, что блю боутовский Си-И-О "болеет" бегом и наиболее перспективных своих сотрудников к этому приобщает в добровольно-принудительном формате.
- Вы много делали в сегменте финансирования недвижимости? - спрашивает Аугустин.
- Приходилось, - в анонимной форме обрисовываю в двух словах дела, в которых участвовал. Кроме того - если будут какие вопросы, мне жена подскажет, думаю.
- Неужели Айке Вольфинг еще и таким занимался? - удивляется он.
- Я не только с ним работал.
Мой бывший шеф не дает ему покоя, видать, хорошо они скубанулись.
- Г-н Аугустин, у вас еще пять минут, - сообщает, появившись в дверях, тетка-секретарь-ресепшнист.
- Спасибо. Г-н Эккштайн, у меня еще два пункта. Первое - момент зарплаты. Вы хотели остаться на уровне или согласны на более гибкую модель, но с более интересной системой бонусов?
- Первый вариант.
- В Гринхиллз вы были принсипалом сколько лет?
- Ферст йер.
- Там, где вы сейчас работаете... - бл...ть, мне за это должно быть стыдно? Отчего ж так уничижительно-то? Будто посудомойщиком работаю... работал... ей богу, - ...вас сдерживают какие-либо сроки по увольнению?
- Нет, в этом отношении я flexibel, гибок.
- Ясно, - делает пометку себе на бумажке, затем встает и жмет мне руку на прощанье: - Был рад встрече. Меня ждет такси. Поручаю вас коллегам. Хорошего дня.
С его уходом атмосфера собеседования заметно расслабляется.
- Ну что, теперь о работе? - с добродушной улыбкой спрашивает хороший коп-"МТБ-шник".
- С удовольствием, - стараюсь улыбнуться шире его.
Он начинает рассказывать мне, что "моя" будущая группа - ребята из корпоративного права в Блю Боут Эссет Менеджмент Холдинг.
- А на секондменте вашем вы были где - в банке?
Зачем врать. Хотя теперь неплохо было бы предьявить, что работа по эту сторону мне не чужда. Что я не только издалека все видел, как экстерн и консультант. Но - врать не буду, зачем. Говорю, где был и чем там занимался. Говорю также, что даже однажды координировал сделку, в которой по другую сторону были Блю Боут - в клиенты "грины" их так и не затаранили. И - просто даю понять, что теперь хочется работать на "своих", а не "клиентов".
- Не поверите - у меня даже кое-какие свои соображения улучшительного характера имеются.
- А поделитесь вы ими, когда на работу выйдете?
- Да, так что никуда они от вас не уйдут.
- Должность, на которую вы рассматриваетесь, предполагает, что в подчинении у вас будет до десяти человек.
- Мне приходилось координировать крупномасштабные проекты и фактически руководить их проведением, а также напрямую отчитываться перед клиентами. А это предполагает организацию кадров из других отделов, организацию их работы, проведение инструктажа с ними и даже их вышестоящими. Я несколько раз привлекался для планирования бюджета проектов. Я участвовал в переговорах по заключению сделок, общаясь не только с юрисконсультами других сторон, но и напрямую с этими сторонами, их инвесторами, менеджментом и партнерами.
Они кивают, мол, с джоб дескрипшн принсипала из Гринхиллз знакомы и без моих пояснений. Какого тогда на понт брали?
- Все же на вас не было номинальной ответственности за персонал, - Хойзинга опять. Ценю, что ты тоже тут, чувак. - А данная позиция предполагает условный и безусловный авторитет. Простите, но у вас его не чувствуется.
Не чувствутся? Чувак, видел бы ты, как я референдариев строил. Или ассистенток. Вон, взять хотя бы Мариану. Сказал: а ну, марш ко мне на свадьбу, одна нога здесь, другая там - она живо пришла. То-то. А жена во мне вообще души не чает. Дома я - царь и бог, как скажу, так и будет.
Сказать всего этого сейчас не могу, как бы меня ни распирало, поэтому ляпаю:
- Я временно исполнял обязанности тимляйтера, руководителя нашей команды в ассоциации по велоспорту. Не знаю, вроде меня слушались.
Ржут не без доброжелательности. Если я (пока) не авторитетный, то, по крайней мере, не робкого десятка, за словом в карман не лезу и на херню не ведусь.
Они смотрят на часы:
- Теперь у нас по плану обход на тридцать третьем? - переговариваются они друг с другом. Там я буду говорить с коллективом - у кого из них на меня время найдется.
Мне объясняют, что Аугустин хотел лично познакомиться со мной, прежде чем улетит на деловую встречу в Гонг Конге. А я чувствую, что вопреки всем прозрениям и преображениям прошедших месяцев мне всего "этого" не хватало.
- Замечательно, когда руководство настолько всерьез подходит к подбору персонала, - киваю серьезно, даю понять, насколько ценю драгоценное время, уделенное мне "г-ном Аугустином".
А еще ему хотелось посмотреть на этого вероломного бывшего гриновского принсипала и решить, надо ли предпочесть его своим и всем остальным, также подавшим на эту должность. Чего это они не взяли до сих пор никого? Неужели так хреново у них с кадрами и кандидатами.
Все же надо было пробить по тем немногочисленным каналам, что еще остались у меня, озвучил ли Айке перед кем бы то ни было детали моего ухода. Иначе говоря, есть ли на этой гребаной планете хоть одна сволочь, имеющая основания считать меня "крысой". Все, что я сейчас совершенно спонтанно, но и совершенно серьезно воткнул им про комплайенс, сигналы с рынка, новый закон, улучшения - это хорошо. Не надо быть провидцем, а достаточно копнуть наугад, чтобы выявить, что в Блю Боут, как и у всех, в этом плане есть свои стройки, вот они и клюнули. А крысы - они никому не нужны.
Интересно, каков будет фидбэк Аугустина относительно меня, и когда он соизволит его дать. А вообще, он мне прежнего Вольфинга напомнил - такой же прагматик, говорит отрывисто и только по существу. Думаю, мы с ним сработаемся, если меня, конечно, возьмут. Только по-моему, он с юристами дела мало имеет.
- Г-н... д-р... Эккштайн? - голова той же тетки просовывается в дверь, и она ищет глазами человека с этой или подобной фамилией.
- Это я, - жду уже, что мне тоже сейчас скажут, что у меня осталось пять минут, но ошибаюсь. У меня их не осталось.
- Звонила ваша... жена? Фрау Эккштайн. Она просила передать вам...
Я не слушаю ее, а уже давным-давно схватил свою сотку, поставленную на мьют, тыкаюсь в нее и: - Господа, простите меня, пожалуйста, - читаю Оксанкино сообщение: "началось взяла такси до униклиники".
Прочитав, прошу их еще раз меня простить.
До униклиники отсюда недалеко, нужно просто перейти на тот берег. И я перехожу.
"Иду", - отбиваю ей, перебегая через Кранахский мостик.
Все, перебежал, двух минут не прошло. Миную стеклянный аквариум - что-то вроде КПП на входе в больничный комплекс-городок. На то, чтобы добраться до родильного по территории униклиники, времени уйдет гораздо больше.
***
Саундтрек-ретроспектива
Tash Sultana - Jungle
London Grammar - Hey Now
Woodkid - Iron
***
Андрюхин словарик
аудимакс - аудиториум максимум, самая большая аудитория в здании ВУЗа, здесь: все слушатели аудитории
вальштацион - последний, заключительный этап референдариата, который Андрей проходил в книге 1
Верхний Рамус - вымышленное название плоскогорья
вита - здесь: биография
джоб дескрипшн - описание должности
кавенант - договорное обязательство, термин, применимый подчастую к договорам и кредитовании
комплайенс - здесь: отдел в организации, занимающиеся проверкой внутренних процессов и организации на их соответствие с законами и правовыми нормами
консалтинг - консультирование, деятельность по консультированию руководителей, управленцев в целях помочь системе управления (менеджменту) в достижении заявленных целей в разных сферах деятельности
мьют - здесь: выключенный звук
Объединенные банки - вымышленное название банковского концерна, фондовой компанией которого является компания Блю Боут Инвестмент
Си-И-О - CEO, генеральный директор акционерного общества
си-пи - условия, подлежащие выполнению согласно договору
ферст йер - первый год
Хайлендс - Северо-Шотландское нагорье или Шотландское высокогорье, горная северо-западная часть Шотландии
штандесамт - ЗАГС
эссессмент-центр - здесь: этап отбора кандидатов на должность, в котором соискатели проявляют собственные качества и навыки посредством выполнения заданий в группе
![[]](/img/f/flo_rencen/glava19naczalo/20190821_232844_improved_slate_redacted_improved_slate_redacted_mini.jpg)
Описание: Автор: Удалить Переименовать