Форум Дельта
Найти себя

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
  • Аннотация:
    Чего не сделаешь ради любимой сестры? Пожертвовать можно многим - вплоть до потери чести (в глазах родителей) и совести (мама с папой - люди наивные, до сих пор верили, что она во мне все-таки есть!). Вот я и... пожертвовала. И как теперь бы удержаться на плаву в чужой стране с ярким Огнем и еще более ярким характером?

 Подложив под голову футляр с гитарой, я лежала на жестких нарах в камере временного заключения и плевала в потолок (фигурально, конечно же, выражаясь - а то мало ли что подумаете!). Мне было скучно.
 Гитару пол часа назад пришлось спрятать в футляр, потому что доблестные стражи порядка не выдержали моих музыкальных развлечений. Нет, я играла не то, чтобы плохо, даже наоборот - очень хорошо ("отлично" в зачетке по классу гитары!), но вот отсутствие голоса, компенсировавшееся немереным энтузиазмом и огромнейшей любовью к песням, играло (простите за тавтологию) против меня.
 Стражники, убедившись, что петь я больше не буду, с облегчением перевели дыхание и продолжили игру.
 - Сдавай карты!
 Я вздохнула и развернулась к стенке - изучать потрескавшуюся кладку и парочку выцарапанных на ней непристойностей. Фи, ну разве можно быть таким ограниченным? Ко всему нужно подходить с фантазией - даже к рисункам и надписям на стенах!
 Я только было потянулась за булавочкой, скалывающей горло плаща, чтобы внести разнообразие в скудость здешних шедевров, как услышала голос стражника:
 - Эй, заключенная, курить будешь?
 Медленно повернувшись, я посмотрела на пятерых мужчин, замерших в ожидании моего ответа.
 - Нет. Не курю и вам не советую.
 - Это почему же? - развеселился тот, кто сидел ко мне ближе всех.
 - Вредно для здоровья! И вообще, курить в обществе дамы, когда она возражает - дурной тон.
 - Дамы? Ребят, вы даму где-то видите?
 "Ребята" заржали не хуже тех самых коней.
 - Придурки!
 Отвернувшись обратно к стенке, я все-таки совершила "страшную мстю" (я всегда любила делать добрые дела). Что ж, будем надеяться, что им еще аукнется моя художественная отделка стен.
 Закончив с высокохудожественным и интеллектуальным шедевром, я решила, что на сегодня хватит и действительно, не мешало бы поспать. К тому же отпускать раньше завтра меня все равно никто не собирается.
 
 Как я уже говорила, я очень люблю делать добрые дела.
 А как же иначе, кроме как "добрым делом" можно назвать то, что я женила свою младшую сестру на своем же женихе? Все-таки отец воспитывал нас в христианской вере, а идея самопожертвования есть ключевой в нашей религии!
 Началось все банально - с их свиданок под деревьями, с акробатических трюков и альпинизма Хорхе по балконам... В общем, когда я узнала об их "тайной связи", они уже успели засветиться. Мне же пришлось их прикрывать и брать весь огонь на себя. Пока батюшка размышлял над сложившейся ситуацией, а я сидела взаперти в своей комнате (чем только не пожертвуешь ради любимой сестры - даже свободой!), Сильвия все время скрашивала мое одиночество, ночью опять же убегая на свиданья со своим возлюбленным. Когда же нам с Хорхе вынесли вердикт, я рвала и метала (н-да, погорячилась я тогда... мамину вазу, все-таки, жалко), а Сильвия заливалась горькими слезами.
 В итоге мне опять пришлось собирать все свои тенево-лучевые способности, чтобы в нашей компании из трех Бардов настал столь любимый писателями-сказочниками конец "И жили они долго и счастливо...".
 Будьте благословенны, служители Храма Мааль-Бли! И черт подери нашу с Сильв христианскую (по батюшке) веру. Тайное венчание произошло за день до назначенной даты моей свадьбы, после чего голубки смылись в Лютецию (ну, а куда же еще, по-вашему, молодоженам отправляться?), а ваша покорная слуга была вынуждена прихватить свои пожитки и смываться через ближайший телепорт куда подальше от Мистралии.
 
 Вечер в небольшом эгинском ресторанчике выдался на диво тихим - никаких тебе пьяных драк, вызовов в круг (ну, как-то хоть здесь должны мужчины отношения выяснять? Или это в Эгине по-другому называется?) и даже концерт проезжего лондрийского барда вызвал не очень большой ажиотаж.
 Я в одиночестве сидела за столиком, недалеко от центра помещения - поближе к сцене и подальше от входной двери. Каждый раз, когда она открывалась, с улицы веяло холодом и сыростью: осень пришла и в Гелиполис, не смотря на жаркий климат Эгины, сравнимый по своему темпераменту лишь с моими соотечественниками-мистралийцами.
 Заказывая уже третий стакан подогретого вина со специями, я не переставала клясть Хорхе (не мальчик же, пора думать и головою!), свою сестрицу (и куда делись годы строжайшего воспитания в канонах христианства?) и свою доброту (правду говорят, что за все в этой жизни надо платить!).
 Во вторую луну осени явно было поздновато поступать в Гелипольскую Школу Искусств, но, если у тебя есть деньги, у твоего отца - имя и влияние (впрочем, в этот раз пришлось обойтись лишь деньгами, вернее, той их скудной частью, перечисленной на мое имя), да к тому же неплохой Огонь и за плечами два курса класса гитары в Консерватории Арборино, тогда тебя могут зачислить на курсы вольных слушателей. Впрочем, меня в данный момент устраивало и это, а о стационаре можно подумать и в следующем году. Мне даже выделили комнату в общежитии для иногородних студентов! Но погода уже вот который день была препаршивой, настроение у меня - и того хуже, поэтому веселой компании молодых бардов я предпочла одиночество в компании бокала вина.
 Кстати, об одиночестве. По-видимому, его решили нарушить, причем, самым варварским образом - возле моего столика оказался молодой мистралиец, явно не первой степени трезвости. Видимо, он решил, что со своей соотечественницей быстро найдет общий язык:
 - Сеньорита скучает?
 Поскольку вино немного раскрепостило меня и сменило обычное язвительно-вредное состояние на вредно-благодушное, я решила не отправлять мальчика стандартными двумя пальцами, а ответить вежливо:
 - Сеньорита веселится.
 - Не позволите ли разделить с вами ваше веселье?
 - Сеньорита веселится в одиночестве. И предпочла бы там же и оставаться, - кивнув официанту, я жестом попросила его повторить заказ.
 Парень, видимо, не понимал намеков:
 - Я вижу, вы с гитарой? Играете? Бард?
 - Нет. Вообще-то, это гитара моего парня, который должен подойти с минуты на минуту, поэтому...
 - Не его ли вы тут ждете уже второй час?
 - Засекали? - ехидно вопросила я и уткнулась носом в новую порцию алкоголя...
 ...Говорила мне мама - Лаура, тебе вредно пить. Тебе вредно пить так много!
 Когда я самостоятельно пришла к этому выводу, меня уже понесло - надоевший мальчик был послан в особо грубой форме и почти с нанесением физических увечий, тишина ресторана нарушена громкими разборками, а сама я уже через минуту оказалась на улице вместе со своей гитарой - пошла искать заведение погрустнее, где бы мне дали похандрить в одиночестве.
 Естественно, мое посещение одной кафешки с публикой подозрительного типа не принесло радости в тот вечер - я все-таки подралась.
 Драться я любила. И, в принципе, умела - пробегав до двенадцати лет с босоногой шпаной (пока родители не схватились за головы и не усадили меня за изучение наук и правил поведения в обществе) и облазив все деревья, растущие вблизи родового замка, я вполне считалась "своей" в компании самых отчаянных сорванцов.
 Единственным моим просчетом стало то, что, во-первых, я была далеко не первой трезвости, а, во-вторых, мой соперник не был, как ваша покорная слуга, Бардом, то есть руководствовался рассудком (пусть немного хмельным, но все же...), а не эмоциями.
 
 Вот так я и оказалась в камере для дебоширов. Лежала, страдала от уязвленного самолюбия, головной боли и поносила сестру на все корки.
 Лаура, тебе вредно совершать христианские поступки!
 Лаура, тебе вредно пить!
 
 Выпустили меня из камеры намного раньше, чем я ожидала - в обед пришел командор (или как у них в Эгине эта должность именуется?), спросил, какого черта заняты камеры, если через пятнадцать минут сюда приведут новую партию дебоширов.
 - Сеньорита, а вы как здесь оказались?
 - По-моему, лучше уж оказаться здесь, чем в постели с придурком, о спину которого я разбила тот многострадальный стул, - нагло заявила я командору. - Собственно, за нарушение порядка и спокойствия "мирных" граждан меня и засадили сюда.
 Командор поморщился:
 - Вы не местная?
 - Приезжая. Но теперь живу здесь.
 - Где именно?
 - В общежитии для иностранных студентов при Школе Искусств.
 Эгинец хмыкнул:
 - Бард, значит? Деточка, что же ты здесь забыла, а? Почему с мамой-папой не сиделось?
 С мамой и папой? Ну-ну.
 Воспитанная в христианской вере (особо набожным был отец... к сожалению (хотя как по мне - к счастью) первые годы моей жизни он провел за границей - был послом Мистралии в Лондре, а потому вколачивание в меня христианских догм началось лишь после двенадцати лет, когда менять что-то в моем характере было уже поздно), да еще и в патриархальной мистралийской семье - угадайте, что меня ждало после якобы моего "романа" с Хорхе? Хорошо, что мама вмешалась и уговорила отца на свадьбу, а не на монастырь. Когда же они узнают правду... Хорошо, что меня уже не будет в Мистралии. Потому как монастырь мне был бы обеспечен.
 Я обиженно посмотрела на него:
 - Не маленькая - за маму с папой прятаться! Я самостоятельно тоже кое-что могу.
 - Например, попадать в неприятности, - проворчал местный страж порядка, но бумаги, связанные с выпуском меня из заточения, оформил как полагается. - Ты береги себя, хорошо? А то знаю вас, мистралийцев, да еще и Бардов - вы все на голову бахнутые немного. У меня дочь чуть старше тебя, так тоже беспокойная, как не знаю кто.
 Искренне улыбнувшись и "честно" пообещав не шалить, я покинула участок в смятенном состоянии духа - это ж надо какой приятный страж порядка попался! Даже не вериться, что он - начальник над теми придурками, которые меня пол ночи сторожили.
 
 * * *
 
 В Эгине я жила уже третью неделю. Почти месяц.
 Больше всего скучала по Консерватории - в этом году я должна была перейти на третий курс обучения. Консерватория была единственным отступлением, которое позволил отец в той строгой системе домашнего образования, в которую впихнули меня с двенадцати лет. Все-таки талант к игре на гитаре во мне был, да еще и не маленький, а зарывать в землю "Божий дар" он бы мне никогда не позволил.
 Вечерами, сидя в очередном ресторанчике и топя свой молодой организм в алкоголе, я понимала, что, возможно, принесла в жертву сестре слишком многое - свое обучение, свое самосовершенствование, свой Огонь. С другой стороны - я видела их с Хорхе. На прошлых выходных смоталась телепортом в Лютецию - в гости к молодоженам. Они жили в квартире, которая принадлежала нашей семье с незапамятных времен. Они были счастливы. Правда, отцу с матерью пока на глаза не показывались - последнее письмо, которое пришло от родителей на их имя, содержало в себе лишь угрозы и оскорбления. А также требование выдать адрес их и моего проживания - хоть тут эти два раздолбая-Барда додумались действовать через посредников.
 - Лаура, почему бы тебе не переехать к нам? - предложил мне Хорхе.
 - Да нет, спасибо. Во-первых, не хочу вам мешать, а, во-вторых, мне и в Эгине неплохо живется.
 Сестра потупилась.
 - Лар, ты извини, что так получилось. Я не думала...
 - Да не переживай, Сильв. Все будет хорошо.
 - Ты думаешь?
 - Я уверена. Главное, скажите мне, вы счастливы? У вас все хорошо?
 Ответом мне были лишь две влюбленные пары глаз и глупые улыбки.
 Я лишь покачала головой - ну, как дети, честное слово!
 
 Первая луна зимы
 
 Чем дальше, тем сильнее я тосковала. Мне было грустно, я чувствовала себя чужой и никому не нужной, в Эгине меня никто не ждал. Родители еще не перебесились, потому на возвращение на истерическую (т.е. историческую) родину не могло идти и речи.
 Чем дальше, тем больше я поносила сестру на все корки. Черт, вся моя жизнь перевернулась вверх тормашками! И все из-за этих двух влюбленных идиотов!
 Но, глядя на них, я просто не могла злиться. Слишком счастливы они были вдвоем.
 Поэтому моя злость выливалась в долгие одинокие прогулки по набережной, в агрессивное отношение к окружающим и бессмысленные посиделки за барной стойкой. Опять же - в одиночестве. Слава Богу, ко мне больше не приставали - я уже примелькалась в своих любимых ресторанчиках - поэтому продолжить знакомство с гелипольской полицией у меня не было возможности. Не скажу, чтобы это меня не радовало.
 
 Пела я плохо. Можно даже сказать, петь я не умела. Но иногда мне страшно хотелось научиться это делать - хотя бы для того, чтобы спеть хоть одну из своих песен.
 В Эгине мне хорошо писалось. Видимо, депрессивная погода и новая обстановка прорвали во мне какую-то плотину, и теперь стихи и ноты (особенно ноты!) лились из меня потоком.
 В Консерватории я обучалась на отделении классической гитары. (Вторым инструментом было фортепиано, которое я, вообще-то, терпеть не могла). Разучивала в основном классические произведения, сольфеджио, композицию и прочее, прочее. Сочинительство песенок и баллад было для нашего брата либо левым источником дохода, либо баловством, не стоящим упоминания в биографических очерках, которые про нас напишут (а как же иначе-то?!) благодарные и восторженные силой нашего Огня потомки.
 Песни у меня получались все поголовно грустные. Мне это не нравилось, но поделать с собою я ничего не могла - такое настроение. Мои соседи по студенческому общежитию приходили в дикий восторг от них, я же морщилась - стихи, по моему мнению, были слишком топорными, а музыка примитивной. Но для иностранцев, понимающих мистралийский через пень-колоду, они, возможно, и звучали шедеврами виршеплетства.
 Отыскав какой-то день свободную аудиторию (до следующей лекции куковать еще целую пару, возвращаться в общежитие не хотелось, а кафешки и ресторанчики за эти месяцы надоели мне страшно), я принялась за создание очередного корявого шедевра своей сумасшедшей авторской мысли - вчера Огонь нашептал довольно сносные (я бы даже рискнула предположить, что красивые) стихи и мне не терпелось положить их на музыку. Авось что хорошее и получится.
 В результате, исчеркав кучу нотных листков, я получила более-менее сносную мелодию. Теперь к ней бы аккорды и аккомпанемент для фортепиано подобрать...
 
 Завтра в море идти кораблю,
 Завтра покинуть гавань свою,
 Завтра, как только вспыхнет восток,
 Поймает парус ветра поток.
 
 Завтра оставлю я все позади,
 Завтра! Не знаю, что ждет впереди,
 Но завтра, как только вспыхнет восток,
 Покину навеки я отчий порог.
 
 Завтра услышу я чаек. Их крик
 В сердце моем и доныне звучит.
 Завтра, как только вспыхнет восток,
 Я лишь уйду по одной из дорог.
 
 Завтра... Как тяжко этого ждать!
 Завтра все в жизни начнется опять.
 Завтра я новым встречу зарю!
 Завтра в море идти кораблю...
 
 - Мне кажется, стоит в куплете про чаек добавить партию скрипки - по крайней мере, мне всегда удается отразить образ чайки при помощи смычка.
 Я испуганно обернулась - у двери стоял молодой мужчина, небрежно держащий в правой руке футляр со скрипкой, а в левой - стопку нотных листов.
 Я так заработалась, что совершенно не заметила, как мое одиночество нарушил посторонний.
 - И-извините. Вы... у вас сейчас занятие в этой аудитории? - от испуга я начала немного заикаться.
 - Да нет. Просто проходил мимо и услышал красивую музыку. Кстати, текст тоже хороший. Только тональность песни... не для вашего голоса.
 - Ну, спасибо! Очень тактично с вашей стороны указать не на полнейшее отсутствие у меня голоса, а на тональность песни, - необходимость защищаться мгновенно привела меня в чувство. Ядовито улыбнувшись, я начала собирать разлетевшиеся в стороны листки черновиков.
 - Ну, зачем же так агрессивно? - незнакомец улыбнулся в ответ практически искренне. - Правду говорят - мистралийцы - горячий народ. А голос у вас есть, просто тембр необычный и не поставленный. Вам не под гитару нужно петь - это не ваше. Кстати, меня зовут Ставрос.
 Высокий, русый, с вьющимся волосом и интеллигентным лицом. Старинное имя и внешность, напоминавшая эпоху классицизма. Имя это ему очень шло.
 - Лаура, - нехотя ответила я. Все-таки правила приличия отец в меня вбил хорошо.
 Ставрос подошел ко мне и указал на мои черновики:
 - Позволите?
 Без особого энтузиазма я протянула ему исчерканные листки.
 У эгинца загорелись глаза. Быстро пролистав мои записки, он что-то неразборчиво пробормотал по-эгински, затем поднял на меня глаза:
 - Да ведь тут мелодия на две гитары и фортепиано! Вы сами написали?
 - Да.
 - А на какой специальности вы учитесь? Я довольно неплохо знаю талантливых иностранных студентов, но вас что-то не припоминаю.
 - Я на курсах вольных слушателей. Приехала в Гелиполис слишком поздно, чтобы попасть в набор этого года. До этого два года проучилась в Консерватории в Арборино. А эта песня - всего лишь баловство, - с этими словами я попыталась забрать у Ставроса ноты.
 - Что вы, это не баловство! Это, если хотите, очень качественная музыка! Действительно, видно мистралийскую школу... Вы позволите мне помочь вам с написание партии для скрипки - я все же настаиваю на том, чтобы она была добавлена...
 В этот момент прозвучал звонок с пары. Я облегченно вздохнула - это было спасением!
 - Извините, Ставрос, это было бы очень интересно, но сейчас я должна бежать на пару...
 - Лаура, но, послушайте, ведь у вас на руках готовый шедевр! Осталось только слегка огранить и...
 - Это - только баловство, - с нажимом повторила я. - Развлечение между парами. Поэтому извините, но я должна бежать.
 - Лаура, где я вас могу найти после?
 - К сожалению, после пар я очень занята. - Ложь. Наглая ложь. Но и обсуждать с кем-то свое хобби я не собиралась.
 - Неужели так тяжело пожертвовать парою часов для обсуждения музыки?
 Пожертвовать? Это ты хорошее слово подобрал, Ставрос. Вот именно, что пожертвовать. Мне одного опыта хватило.
 - Извините, но...
 С этими словами я забрала у эгинца свои записки, подхватила футляр с гитарой и поспешила ретироваться из проклятой аудитории.
 
 - Лаура! - он перехватил меня перед входом в общежитие. Был уже двенадцатый час ночи, я только возвращалась с одной из своих длительных прогулок.
 - Добрый вечер, Лаура.
 - Доброй ночи, - поправила я эгинца. - Вы что-то хотели... - порывшись в памяти, я все-таки выловила там имя случайного знакомого, - Ставрос?
 Увидев, как нетерпеливо я притопываю ногой и заглядываю через его плечо на спасительно чернеющий впереди дверной проем, Ставрос стал действовать решительно - подхватив меня под руку, он повел меня прочь от общежития.
 - Я бы все-таки хотел обсудить с вами вашу работу, - на мои слабые попытки сопротивления никто не обратил ни малейшего внимания. - Видите ли, я уже учусь в аспирантуре и толк в хорошей музыке знаю. Да и появилась одна идея...
 - Простите, но при чем тут я?! И куда вы меня ведете! Я же объяснила вам, что...
 - Что заняты после пар неизвестно чем - ваши соседи по общежитию подтвердили, что вы нигде не работаете и...
 - А вы уже и справки навели? - сопротивляться тому, что меня куда-то тащат, не было ни сил, ни желания, поэтому я просто шла за Ставросом. - Шустро, однако!
 - Лаура, не злитесь, хорошо? Просто я действительно поражен вашим талантом. Я вам сейчас все объясню...
 
 Мы сидели в небольшом ресторанчике и пили кофе - не знаю, каким образом, но здесь, в Эгине, его сумели приготовить еще вкуснее, чем в студенческой кофейне "Три струны".
 Я в ожидании смотрела на Ставроса - смирившись с тем, что он от меня не отстанет, пока я не выслушаю его гениальные планы.
 - Лаура, предлагаю перейти на "ты". Можно?
 - С учетом того, что на первый же день после нашего знакомства я провожу ночь в вашей компании - то да, можно.
 Ставрос рассмеялся.
 - Ты юмористка.
 Я скромно потупилась - мол, стараемся.
 - Так, теперь давай серьезно. У тебя много твоих музыкальных наработок?
 - Если ты имеешь в виду песни вроде сегодняшней - только одна. Есть парочка произведений низшего качества, но я же говорила тебе, что это - всего лишь баловство. Тексты оставляют желать лучшего, а музыка, если и кажется здесь, в Эгине, чем-то особенным, у нас, в Мистралии - всего-навсего посредственность.
 Ставрос махнул рукой, прося меня прекратить.
 - Все, что ты говоришь - глупости. Поверь мне, я знаю мистралийскую школу, я слышал много интересных вещей и могу с уверенностью заявить - у тебя талант к композиции. Возможно, ты никогда не станешь классическим композитором - слишком много современных веяний в твоей музыке, в самом построении нотного ряда, но это-то и есть та изюминка, та прелесть, которая привлекла меня. Не знаю, как там композиторы древности, но... Короче, я хочу предложить тебе работу. У меня есть друг, у него в столе уже который год лежит замечательный сценарий, но никто не берется поставить его на музыку - с молодым автором не спешат связываться. Я хотел бы, чтобы ты написала к нему музыку - для гитары и фортепиано - насколько я понял, это твои основные инструменты? Под оркестр подстроить мелодию уже будет делом техники - если ты сама не сможешь, я найду еще кого-нибудь. Но, пожалуйста, Лаура, соглашайся! Я просто не могу представить кого-то другого в роли композитора, кроме тебя!
 В полнейшем шоке я смотрела на этого сумасшедшего эгинца.
 - Ставрос, очнись! Ты же слышал всего одно мое произведение, к тому же не завершенное и всего лишь в процессе создания. Не спорю, пока это - одна из моих лучших работ, но...
 - Лаура, сколько лет ты занимаешь музыкой?
 - В Консерватории - два года. До этого еще были домашние учителя. Но, Ставрос, то, что предлагаешь ты - чистой воды безумие! Это нереально!
 - Почему же? Что мешает тебе хотя бы попробовать?
 Я открыла было рот, но... Но что я могла возразить?
 Действительно, что мешает мне попробовать? Пожертвовать парой дней своей жизни... С другой стороны - будет чем заняться долгими зимними вечерами. Потому что от этого одиночества я начинаю уже выть на луну и лезть на стенку. Совсем к другой жизни я привыкла.
 Встряхнув головой, я откинула со лба непослушную челку - дань бардовскому Огню.
 - Хорошо. Когда я могу увидеть сценарий?
 Ставрос засветился, как новенький золотой.
 - Лаура, спасибо! Еще кофе?..
 
 - Ты слышала "Юность волшебника" Эль Драко? Наверняка слышала, кто же ее не знает...
 Я хмыкнула - не только слышала, но и смотрела. К нам с гастролями приезжал Ортанский Королевский театр. В постановке самого маэстро Карлоса! Правда, к сожалению, посмертно - маэстро умер за пол года до начала гастролей. Проведены они были в память о нем.
 - Значит, примерно знаешь, что такое мюзикл. Я тебе привел самый яркий (по моему мнению) пример. Я, конечно, не могу требовать от тебя музыки а-ля Эль Драко, но...
 - Ставрос, то, что мы делаем - и так чистой воды безумие, я тебе говорила об этом не раз. Но мы все-таки делаем это. И, демоны побери все, но мне это нравится! Но вот требовать от меня уровня Эль Драко...
 Мы сидели на подоконнике в Большом холле Школы Искусств - Ставрос неделю назад вручил мне сценарий (несмотря на то, что это была всего лишь очередная эгинская история про богов и героев, но написана она была действительно исключительно, да и поворот сюжета был далеко не обычным). Сегодня он обещал познакомить меня с автором, а я должна была предъявить наброски главной темы, которая будет обыгрываться в пьесе.
 - К тому же мне не очень импонирует главный герой - он слишком наивен и в то же время самоуверен - не всегда вспоминает о благодарности Богине Победы, которая благоволит ему из-за смазливой мордашки. Мне больше нравится Бог Смерти - он как-то более живо получается. Да и его судьба, насколько я помню, интереснее - это надо было умудриться влюбить в себя дочь Богини Природы!
 - Вообще-то, по мифологии он обманом забрал ее в свое Подземное царство, - улыбнулся Ставрос. - И удержал обманом. Так что...
 - Но от Бога Смерти ведь не ожидали благородства? Так что он как раз таки оправдал все ожидания. А этот ваш Деимос... Кстати, ты не подскажешь - что в нем нашла Кассандра?
 - Вижу, от сценария ты не в восторге.
 - Да нет, я вроде как и под впечатлением. Просто не воспринимаю эту тему жертвенности влюбленной девушки (причем, как смертной, так и богини) ради подобного экземпляра.
 - Сердцу не прикажешь, - улыбнулся Ставрос, - так говорят люди.
 - Что да, то да. Это я по собственному опыту знаю, - я поморщилась.
 - Разбитое сердце?
 - Не-а. Сестра, - я решила не вдаваться в подробности. - Ладненько, я побежала - мне еще в конец левого крыла на лекцию лететь. Встретимся сегодня в мистралийском ресторанчике? Там и познакомишь меня с автором. Кстати, как его зовут-то?
 - Ясон. До встречи.
 - До встречи! - подхватив вещи, я легко побежала на пару.
 Мне вслед неслось:
 - Гитару не забудь!
 
 * * *
 
 - Привет!
 Я испугано обернулась - на моей кровати в общежитии сидел Хорхе.
 - Привет! А где Сильв?
 - Дома.
 Я изумленно подняла брови.
 - Нет-нет, не в Мистралии - в Лютеции. Она очень хотела сама сообщить тебе новости, но плохо себя чувствует - доктор приписал ей постельный режим.
 - Что с ней?
 - Лаура, ты будешь крестной?
 Ох.
 Хорошо, что я стояла рядом со шкафом - успела ухватиться за него, чтобы не упасть.
 - Ты в порядке? - Хорхе испуганно подскочил ко мне.
 - Ага. Поздравляю. И да, я буду крестной. Просто... это неожиданно.
 - Почему? - нагло улыбнулся Хорхе. - Мы с ней муж и жена уже больше трех месяцев.
 - Это без учета полугода твоей балконной акробатики, - улыбнулась в ответ я. - Ох, дети. Сами еще дети - и туда же!
 - Но-но, Лар, я же все-таки старше тебя!
 - Знаешь, жизненное наблюдение - мужчины взрослеют (если вообще взрослеют) намного медленнее женщин! Поздравляю, папочка!
 - Спасибо. Ты приедешь как-нибудь в гости?
 - Обязательно. Только не сегодня. Я занята.
 - Свидание или как?
 - Работа. Всего лишь работа.
 - Жаль. А он хоть хорошенький, эта твоя робота?
 - Правду говорят - мужчины думают одним местом! Понимаешь, работа и спальня - две разные вещи! Но вообще-то Ставрос... интересный молодой человек.
 - Вот! С этого и надо было начинать!
 - Так, папочка, не пора ли тебе к супруге вернуться? Брысь отсюда!
 - Удаляюсь, удаляюсь!
 Я закрыла за ним дверь и бухнулась на кровать - до вечера можно очень хорошо отоспаться.
 
 - Добрый вечер!
 Когда я подошла к столику, оба эгинца подскочили и поклонились.
 - Привет.
 - Добрый вечер, сеньорита Лаура! - белобрысый и голубоглазый, Ясон был похож на одного из эгинских богов. По крайней мере, именно таким я и представляла себе их покровителя Искусств.
 - Лаура, знакомься - Ясон. Ясон - перед тобой тот самый гениальный композитор, который сделает твою нетленку бессмертной.
 - Очень приятно, - я улыбнулась и присела за столик, аккуратно поставив на пол футляр с гитарой. - А тебе, Ставрос, должно было бы быть стыдно за наглую ложь, да еще и в глаза своему другу. Никакой я не композитор, и уж тем более - не гениальный, - я повернулась к Ясону. - Просто так сложились обстоятельства.
 - Ставрос у нас вообще любит все приукрашать, - Ясон улыбнулся в ответ. - Надеюсь, он не наплел вам ничего неподобающего про меня.
 - Нет. Он только расхваливал вас как талантливого писателя. Должна заметить, что он оказался прав - даже из такого банального сюжета вы смогли сделать вещь. Мне понравилось. Я, можно сказать, впечатлена.
 Ясон благодарно кивнул.
 - Что ж, а теперь я бы хотела перейти к делу - я уже ознакомилась с вашим творчеством, пожалуй, стоит и вам, как автору оценить мои способности. Прошу оценивать беспристрастно.
 - Возможно, мы перейдем куда-нибудь в другое место? - предложил Ставрос. - Не думаю, чтобы этот ресторан был подходящим местом для прослушивания музыки.
 - Мне все равно, - я пожала плечами.
 - Став, давай к тебе - музыкалка сегодня свободна?
 - Да. Диана умотала с оркестром куда-то за границу, так что нам никто не помешает. Диана - моя сестра, - пояснил мне Ставрос. - Тоже музыкант, как и я. Только уже состоявшийся - играет в Эгинском Королевском Оркестре.
 Дом, где жил Ставрос, впечатлял - огромный, в пять этажей, с мансардой и внутренним двориком. Они с сестрой владели четвертым этажом - он включал в себя четыре гостиные комнаты, кухню и три спальни. Одна из комнат была оборудована под музыкальную - предусмотрели все, вплоть до звукоизоляции.
 - Нравится? - Ставрос внимательно посмотрел на меня.
 Я кивнула.
 - Не слабо. Красиво. И, наверное, очень удобно - я всегда мечтала жить в квартире.
 - Почему не жила?
 - Потому что до поступления в Консерваторию жила с родителями в родовом замке, а после - в общежитии. Оплачивать мне отдельную квартиру отец отказался - по его мнению, это было излишним для меня.
 Парни расселись по диванчикам, мне же предоставили нечто вроде сцены - возвышение у широкой северной стенки. Вздохнув, я достала ноты и разложила из на пюпитре. Мне не очень нравилось то, что написалось - слишком просто, без претензии...
 Вздохнув поглубже, я подтянула четвертую струну (сколько напоминаю себе, что надо подтянуть колок - никакого толку!) и заиграла.
 Пауза затянулась надолго. Затем поднялся Ясон:
 - Ты был прав - она гений! - он принялся аплодировать. - Не думаю, чтобы можно было подобрать лучшую музыку, чем эта.
 Я сдула с лица челку, за которой спрятала глаза еще во время игры - подальше от стыда:
 - Вы действительно так считаете?
 - Не-а. Я уверен! Став, у тебя талант искателя сокровищ!
 Несмело улыбнувшись, я почувствовала, что начинаю краснеть.
 - Нам осталось только отучить ее от излишней скромности, - усмехнулся Ставрос.
 
 Первый день весны
 
 - С новым годом! - Ставрос стремительно ворвался в комнату и распахнул шторы. В комнату ворвалось утреннее весеннее солнце. - Подъем, соня!
 К Ставросу я переехала полтора месяца назад - из гастролей вернулась Диана и они на семейном совете постановили забрать меня из общежития в домашнюю обстановку. Мне была выделена отдельная комната рядом с музыкалкой, так что творить я могла в любое время суток. А творить было еще много - вчера я только закончила работу над первым актом. Пришлось три раза переписывать песню Богини Победы - я никак не могла ее прочувствовать до конца.
 - Собирайся! У тебя лекция через час!
 - Став, отстань! - натянув одеяло на голову, я попыталась скрыться от света. - Я вчера, вернее, сегодня легла спать в пять утра!
 - Что, Ника покою не давала? - он уселся в кресло рядом с кроватью.
 - Я все таки добила ее! - гордо заявила я, высовывая нос наружу. - Сегодня вечером послушаешь.
 - Отлично. Ясон придет. Да и Диана выразила желание поучаствовать в творческом процессе в качестве критика.
 - Все бы вам только критиковать! А знаете, как тяжело - творить!
 - Догадываемся. Вставай! Я пойду пока соображу что-нибудь нам на завтрак.
 - Только кофе опять не упусти!!! - крикнула я вслед закрывающейся двери.
 - Не упущу.
 Сладко потянувшись, я уселась в кровати. Надо собираться.
 Над нашим безумным проектом я работала уже почти третий месяц. Работа захватила меня настолько, насколько вообще возможно при моей увлекающейся натуре. Должна заметить, что Ставрос очень вовремя появился на горизонте моей судьбы. Прошла моя хандра и тоска за домом. И я, наверное, впервые в жизни чувствовала, что я там, где нужно и делаю то, что нужно. Если бы осенью я знала, как обернется мой поступок, я бы совершила его без лишних раздумий и сожалений.
 Родители смягчились. После того, как Сильвия сообщила им о своей беременности они, похоже, смирились со сложившейся ситуацией. Однако возвращаться домой теперь уже я не спешила. Понимала, что все равно это неизбежно, но...
 - Чему ты улыбаешься?
 - С новым годом, Диана!
 - Тебе тоже доброго утра, - проворчала Диана, сцеживая зевоту в кулак. - Тебя этот неугомонный тип разбудил?
 - Ага! Но я не жалуюсь.
 Мы вошли на кухню как раз вовремя, чтобы я успела снять кофе с огня.
 - Я же просила - не упусти!
 Ставрос виновато посмотрел на меня:
 - Извини.
 - Иди ты!.. Кулинар...
 
 - Сегодняшнюю лекцию прочитает вам наш гость, - маэстро Александр, маленький кругленький лектор, преподававший в Школе Искусств историю музыки, вышагивал по кафедре, заложив руки за спину, - маэстро Ринальдо из Консерватории Арборино. Так что я попрошу вас слушать маэстро внимательно и не опозорить честное имя Гелипольской Школы Искусств!
 С этими словами он открыл дверь, приглашая войти маэстро Ринальдо.
 Я впервые в жизни пожалела, что сижу на первой парте - вот с кем, с кем, но с маэстро Ринальдо я встречаться не хотела категорически.
 Отношения у меня с ним были хорошими, даже почти дружескими, насколько это возможно между преподавателем и студентом. Но это продолжалось лишь до первого моего академического концерта - из-за моего репертуара мы с ним здорово повздорили. После этого случая он отказался от кураторства нашей группы, а я еще долго чувствовала свою перед ним вину.
 Надежды на то, что он меня не заметит, было мало - я сидела как раз напротив кафедры. И судя по тому, как удивленно расширились его зрачки, он увидел меня практически сразу.
 После лекции (безупречной и интересной - как это всегда бывает на занятиях у маэстро), я попыталась незаметно выскользнуть из аудитории, но не тут-то было!
 - Сеньорита Лаура, можно вас на секундочку?
 - Добрый день, маэстро! - я приветственно кивнула ему и покорно позволила отвести себя к окну.
 - Лар, ты что здесь забыла? Почему ушла из Консерватории? Твой отец не смог дать внятного ответа по поводу твоего местопребывания, я же переживал.
 Н-да. Я ожидала от него всего - но не этого уже забытого тона заботливого учителя.
 Тяжело вздохнув, я посмотрела на учителя:
 - Маэстро, простите меня. Простите меня за тот некрасивый скандал. Я... не хотела и не думала тогда.
 Он рассмеялся:
 - Все-таки какие вы все глупые, молодые Барды. Никогда не верите, что мы хотим вам лишь лучшего. Но сейчас не об этом.
 - Я не хотела бросать Консерваторию. Так сложились обстоятельства.
 - Почему же твой отец не говорил мне, где ты? Что ты поступила сюда?
 - Я не поступила. Я - лишь вольный слушатель. А отец не говорил вам ничего, поскольку и сам не знал, где я. До сих пор не знает.
 Брови профессора поползли вверх.
 - Однако. Что ты здесь делаешь?
 - Вначале пряталась от отцовского гнева. Теперь - пишу музыку. Хожу на лекции. Хотите, приходите сегодня вот по этому адресу, - я достала листок и быстро накарябала карандашом адрес Ставроса. - Сегодня там состоится "прослушивание" моего последнего произведения. Заодно посмотрите, где я живу и чем занимаюсь.
 Он посмотрел на адрес:
 - И ты сама снимаешь дом в таком дорогом квартале?
 - Нет. Я живу у друга.
 Маэстро долго изучал меня, затем тяжело вздохнул:
 - Знаешь, Лаура, от тебя я этого меньше всего ожидал - бросить дом и учебу ради любовника...
 Я вспыхнула.
 - Маэстро, вы не правы. Он действительно всего лишь друг. Работодатель, если вам так больше нравится. Я занимаюсь композицией. Почти профессионально. У нас там студенческая корпорация талантов-недоучек.
 - Ладно. Я приду сегодня и посмотрю, чем ты занимаешься. Знаешь, Лаура, ты ведь очень талантливая девушка. Поэтому мне было очень грустно, когда ты в силу каких-то своих причин начала еще с первого курса вбивать себе в голову мысли о якобы посредственности своих произведений. Я ведь как раз из-за этого с тобой и поссорился. Почему с лучшими ученицами всегда так сложно?
 - Не знаю, маэстро, не знаю.
 
 - Ты кого-то ждешь? - неожиданно задал вопрос Ставрос.
 Я отвернулась от окна - Ясон предупредил, что сегодня прийти не сможет, но презентацию новой песни я все не начинала.
 - Да. Я пригласила своего преподавателя. Ты ведь не против? - спохватилась я.
 - Нет. Наоборот, за. Интересно услышать мнение профессионала. А кого ты позвала? Маэстро Николаса?
 - Нет. Маэстро Ринальдо - это мой мистралийский преподаватель - мы сегодня случайно столкнулись в Школе - его пригласили прочитать несколько лекций на нашем потоке.
 - А, Ринальдо! Я его знаю, - заявила Диана. - Талантливейший Бард и прекрасный педагог.
 В дверь постучали.
 - А вот и он! - я побежала открывать. - Buenos noches, маэстро!
 - Buenos noches, сеньорита! Вижу, ты неплохо устроилась!
 - Проходите. Знакомьтесь - мой друг и работодатель Ставрос. Его сестра - Диана.
 - Эту молодую сеньориту я знаю, не так ли, Диана? - учитель улыбнулся. - Все так же непоседлива, как и во время учебы?
 - Нет, - рассмеялась Диана. - Арфа приучила меня к терпению, как и наш дирижер.
 - О! Феодосий еще и не такое может. Сеньор Ставрос, очень приятно.
 - Маэстро Ринальдо, я много о вас наслышан. Это честь для меня.
 - Мальчик, честь для тебя - это заполучить нашу дорогую Лауру в качестве композитора. Как ты ее уломал? И в чем именно заключается работа, которую ты ей предложил?
 - Я как-то случайно услышал одну из ее песен. Был восхищен неимоверно. Я как раз искал композитора, который бы согласился написать музыку на сценарий моего друга. Собственно, на написание этого мюзикла я ее и сподвиг. Правда, пришлось поуговаривать, она же упряма, как все мистралийцы, и в добавок отнекивалась отсутствием таланта...
 - О! Опять двадцать пять! Лаура, кто тебе сказал такую глупость?
 Я лишь отмахнулась от них - не объяснять же, что, когда всю жизнь страдаешь из-за отсутствия голоса, не сразу раскрываешь для себя, что вместо этого сомнительного сокровища имеешь в своей сокровищнице бриллиант еще более чистый и красивый.
 - Ну, и как пишется?
 - Первый акт уже готов! - гордо сообщила я.
 - Ну, тогда дайте мне сценарий, и - прошу к инструменту, маэстрина!
 Я улыбнулась и взяла в руки гитару.
 
 * * *
 
 - Вчера я написала родителям - передала письмо с маэстро Ринальдо.
 - А что он делал в Эгине? - Сильв удивленно посмотрела на меня. Она все еще лежала в постели - беременность с первого месяца давалась ей очень тяжело. Хорхе не отходил от нее ни на минуту. Все-таки хорошо, что они нашли друг друга. Я была за них искренне рада.
 - Он был приглашен тамошней Школой Искусств как лектор.
 - Ты с ним помирилась?
 - Да. И очень этому рада. Он прослушал мою работу. Был в восторге.
 - И что ты будешь делать теперь? Отец давно звал тебя домой. Уедешь?
 - Нет. Возможно, приеду в гости. Но пока буду жить в Эгине - знаешь, мне кажется, что я нашла свое место. По крайней мере, пока не будет дописан этот мюзикл, мой дом - Гелиполь.
 - Этот твой Ставрос - он хоть хорошенький?
 - Да что ж у вас у всех мысли в одну сторону? - улыбнулась я. - Хорошенький, хорошенький. Но мы всего лишь друзья.
 - Кто вас знает. Мы тоже с Хорхе вначале дружили. А твоему эгинцу даже по балконам лазить не нужно! - ее мордочка светилась ехидством.
 - Молчала бы уже! Знаешь, чем мне ради тебя пришлось пожертвовать?
 - Знаю. И ценю. Мы тут посовещались - если будет дочка, мы назовем ее Лаурой.
 - Ну, спасибо, - сказать, что я была польщена, значит не сказать ничего. - Это дорогого стоит.
 - С другой стороны, - продолжила Сильв, не обращая внимания на мои слова, - если бы не твой поступок, кто знает, что бы было с нами сейчас. Возможно, ты так и не нашла бы в себе этот талант. Вернее, не раскрыла его так, как ты делаешь это сейчас.
 Я посмотрела в окно - на один из многочисленных старинных мостов, которыми славилась Лютеция.
 - Знаешь, я сама уже думала об этом. И, кажется, забыла сказать тебе спасибо.
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"