Французова Татьяна
Сундук с приданым. Глава семнадцатая

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    И тут у меня словно все поплыло перед глазами: я вдруг почувствовала странную уверенность, что все это уже было. Я уже сидела на кухне с Цветаном, который курил сигарету, и точно так же стряхивал пепел... куда? А, ну конечно, в эту маленькую чашку на столе! И он точно был в одних пижамных штанах, а я... Ну да, а я была в его куртке...

 СОН ВАМПИРА.
 
 Мне снилось, что я иду в темноте каким-то узким переулком, между высокими, темными домами. В небе сиротливо светится серпик луны, словно больной, полуприкрытый глаз. Вокруг тишина, только слышно, как стучат мои каблуки по вымощенной камнем мостовой.
 Откуда-то я знаю, что должна торопиться, у меня мало времени. Вокруг никого нет, но я почему-то боюсь идти вперед, как будто знаю, что будет дальше. Я иду, и дурные предчувствия буквально придавливают меня, - постепенно мои шаги замедляются, замедляются, и я останавливаюсь.
 Ничего не слышно, кроме тоскливого посвистывания ветра. Прижавшись к стене дома, я прислушиваюсь, чтобы определить, где они. Я не знаю, кто такие они, - но точно знаю, что боюсь их, и не хочу с ними встречаться. Тишина становится угрожающей, и, наконец, я слышу их: они крадутся вдоль улицы, всего в нескольких домах от меня. Охваченная паникой, я бросаюсь бежать, не разбирая дороги, пока не утыкаюсь в дом, который слегка выступает из ряда остальных. Его дверь оказывается приоткрытой, словно приглашение войти.
 Я вбегаю внутрь, торопливо задвигаю огромный засов, и взбираюсь наверх, по узенькой лесенке, которая начинается здесь же, у самой двери. Мне приходится карабкаться, потому что она крутая, с неровными ступеньками, я спешу, и, добравшись до верха, слышу первый удар в дверь.
 Я вздрагиваю, и, в страхе, бегу по узкому, тесному коридору, в котором нет дверей. Я мечусь в нем наощупь, потому что света нет, и окон нет. Внезапно, стена как будто проваливается у меня под руками, я почти падаю вперёд, и оказываюсь в какой-то комнате, еле-еле освещённой огарком свечи. Она пуста, только у стены стоит кровать, на ней кто-то лежит, но я вижу лишь ворох темного тряпья, брошенного на грязную, нищенскую подстилку. Осторожно, не дыша, я подхожу к кровати, наклоняюсь, пытаясь разглядеть лежащего, и вдруг слышу тяжелый, низкий голос из темного угла:
 - Поздно, он уже умирает.
 Охваченная непреодолимым ужасом, я вдруг вижу, что в кровати лежит Ангел, с мертвенно-бледным лицом, черными кругами под глазами и запавшими щеками. Я в отчаянии бросаюсь на колени перед кроватью и трясу его, в надежде разбудить, но он не отзывается, не реагирует, не открывает глаз... Я понимаю, что опоздала, что он почти ушел. Я потеряла его... Эта мысль отзывается в сердце такой болью, что я начинаю задыхаться.
 И тут голос из угла говорит мне:
 - Ты не спасешь его, но я - могу. Что ты дашь мне за это?
 - Все, что хочешь, - шепчу я, - все, что хочешь, только спаси его!
 - Хорошо, - отвечает голос. - Я сделаю это. Но потом ты останешься здесь, добровольно, и будешь моим рабом. Жизнь за жизнь, это справедливо, не так ли?
 Я ощущаю отвращение и панику, но, взглянув на Ангела, торопливо киваю.
 - Дай руку, - говорит голос.
 Я протягиваю руку, и... вижу, что это не моя рука! Это мужская рука с узкой, изящной кистью, такая знакомая... Тут мой взгляд падает на окно, и в его стекле я вижу свое отражение: это не я, это ...
 В этот момент мой сон оборвался, потому что кто-то сильно потряс меня за плечо. Просыпаясь, я еще успела услышать свой собственный крик. Задохнувшись, я резко села, так что у меня закружилась голова.
 - Ч-черт, - услышала я рядом голос Цветана. - Ну почему нельзя носить пижаму, например?! Прикройся, пожалуйста.
 Со сна я никак не могла сообразить, где я, откуда взялся Цветан, и куда делся Ангел... Наконец, через несколько секунд, в голове у меня прояснилось достаточно, чтобы понять, что я сижу на кровати Леокадии, за окном светает, рядом спит Ангел, а около меня, отвернувшись, сидит крайне недовольный Цветан, скрестив руки на груди.
 - Ну, ты готова? - нетерпеливо спросил он. И только теперь я заметила, что сижу по пояс голая. Я не сразу вспомнила, что ночью последовала совету Цветана, и потом не стала одеваться, потому что очень устала, и хотела спать. И, кстати, никаких гостей сюда я не приглашала.
 - А... что ты тут делаешь? - спросила я, пытаясь вытащить одеяло из-под Ангела. - Мы еще спим, и вообще...
 - Ну, так мне можно, наконец, повернуться, или я так и буду пялиться в эту дурацкую стенку? - снова раздраженно поинтересовался Цветан.
 - Нет, нельзя, - пропыхтела я, проиграв борьбу с Ангелом за одеяло. - Я не могу прикрыться, на одеяле спит твой брат. Ладно, говори так, не поворачиваясь, что случилось?
 - Это я как раз у тебя хотел спросить: что случилось?
 - В каком смысле?
 - В таком, что ты кричала.
 - Кричала?..
 - Ну да! А ты что думаешь, я сюда пришел втайне полюбоваться твоими прелестями?! - ехидно спросил Цветан.
 - Да нет, конечно, - сглотнув, ответила я. - А... что я кричала-то?
 - Ничего вразумительного, сплошные стоны и мычание. Даже странно, что брат тебя не слышал... Так в чем дело?
 - Да ни в чем. Мне просто кошмар снился...- я поколебалась, но продолжила, не в состоянии освободиться от страха, который до сих пор ощущала. - Как будто Ангел умирает, и кто-то предлагает мне его спасти, только требует, чтобы я за это пошла в рабство...
 Цветан обернулся так стремительно, что я испуганно отпрянула, прикрывшись руками.
 - Что ты сказала? - прошипел он, впиваясь в меня взглядом.
 - Н-ну, я же говорю, - мне приснился кошмар... Сначала, как будто я иду, по улице, между домами, никого нет, потом кто-то гонится за мной...
 - Но ты их не видишь? - полувопросительно, полуутвердительно сказал Цветан, продолжая сверлить меня взглядом.
 - Что?.. Ну, да. Потом я забегаю в дом, поднимаюсь по лестнице...
 - А лестница - узкая и крутая? - странным тоном добавил Цветан.
 - Да-а, - сказала я, споткнувшись на полуслове. - А ты откуда знаешь?!
 Цветан, не отвечая, вдруг схватил меня за руку, рывком выдернул из постели, и потащил за собой к двери, бросив через плечо:
 - Пойдем-ка, разговор есть.
 - Подожди, - шепотом завопила я, - ну, подожди, куда ты меня тащишь? Дай хоть одеться! Ну, елки-палки, что такое-то, пожар, что ли?!
 Цветан отреагировал только в коридоре, обернувшись, и заметив, что на мне ничего нет, он скорчил гримасу, быстро скинул с себя пижамную куртку и сунул ее мне в руки, бросив:
 - Оденься. Что за манера ходить голой!
 Я даже задохнулась от возмущения, но ничего не успела сказать, потому что он опять схватил меня за руку и потащил за собой на кухню.
 Включив свет, он толкнул меня к "моему" столику, и встал напротив, нависнув надо мной, как скала. Я почти упала на стул, судорожно запахнула куртку, и прижала ее рукой, на всякий случай.
 Таким я еще Цветана не видела: в глазах у него отчетливо горели зеленые огоньки, отчего он, как никогда, был похож на хищного зверя, который в ярости мечется по клетке, хлеща себя по бокам хвостом. Цветан не метался, но от этого было, пожалуй, только еще страшнее.
 - Ну? - нетерпеливо сказал он.
 - Что? - спросила я, невольно вжимаясь в спинку стула.
 - Ну, что тебе снилось? Давай, рассказывай!
 Я потихоньку, спотыкаясь, пересказала ему свой сон, удивляясь его реакции, а больше всего, его комментариям и уточнениям, которые до мелочей совпадали с тем, что я видела.
 Выслушав меня, Цветан отошел к окну, закурил, и стал смотреть на тополя, которые тихонько шевелили листьями под рассветным ветерком. Его спина - само совершенство - казалась необычно напряженной, как у пантеры, приготовившейся к прыжку.
 Я подождала, подождала, и, наконец, рискнула спросить:
 - Так что случилось-то? Из-за чего весь сыр-бор? Это, конечно, не самый лучший сон в моей жизни, но после вчерашних кассет...
 Он стремительно обернулся и ответил тихо:
 - Кассеты тут ни при чем. Ты видела мой кошмар. Понимаешь? Мой, персональный кошмар. Который я вижу уже... лет четыреста, если мне не изменяет память.
 Я вытаращилась на него, не зная, что сказать, и как это понимать.
 - Твой? Ты хочешь сказать, что на самом деле это был ты, - тогда, в комнате, это ты обещал, что станешь чьим-то там рабом?!
 Цветан задумчиво кивнул, не сводя невидящего взгляда со своей сигареты, и сказал со вздохом:
 - Именно так. И именно этот сон я видел сегодня... похоже, одновременно с тобой.
 - Господи помилуй! Мне только чужих кошмаров не хватало! Я и со своими-то не знаю, что делать... А ты уверен, что это точно твой кошмар?
 - Абсолютно.
 - Может, просто похожий?
 - Исключено. Ты подтвердила все подробности.
 - О, Боже... Я что, теперь еще и все ваши кошмары буду смотреть?!
 - Надеюсь, нет.
 - А этот почему увидела?!
 - Не знаю.
 - Может, дело в том, что я... пила твою кровь вчера?
 Цветан пожал плечами, абсолютно в духе своего брата. Потом стряхнул пепел в какую-то чашку, заправил упавшую прядь волос за ухо, и сказал задумчиво:
 - Может быть... Хотя вряд ли. Впрочем, для всех нас было бы лучше, если бы ты оказалась права. Пусть бы так и было! - последние слова у него вырвались почти со стоном.
 Я испугалась. У меня было ощущение какой-то неизвестной, надвигающейся опасности, о которой я только догадывалась, что она есть, но ни какая она, ни откуда она грозит, не имела ни малейшего понятия. Я поежилась, и сказала:
 - Цветан, пожалуйста, не пугай меня, а? - это прозвучало как-то очень жалобно, по-детски. Мне тут же стало неудобно, я заерзала и уставилась в стол, жалея, что дала волю чувствам. Я боялась, что он сейчас ответит что-нибудь грубое, резкое, что-нибудь вроде того, что меня никто не приглашал лезть в их дела... Но, к моему удивлению, он вздохнул, сел напротив меня, и посмотрел мне в глаза.
 - Я надеюсь, что ничего страшного из этого не следует, - сказал он медленно. - Я надеюсь, что ты права относительно того, почему ты видела мой сон, - может быть, дело именно в этом... Все-таки наша кровь имеет определенные свойства: например, неким образом объединяет тех, кто ее пьет, с теми, в чьих жилах она течет... Я надеюсь, что этим все и ограничится.
 - А... если нет?
 - Тогда... - он затянулся, и посмотрел куда-то, поверх моей головы, - у нас будут проблемы. Бо-ольшие проблемы...
 Я встретила его заявление молчанием. Ничего было не понятно, и ничего, судя по всему, мне не будут объяснять. Как всегда... Обо всё важном я почему-то узнаю самой последней, даже если это грозит лично мне серьёзными последствиями. Я посидела еще, раздумывая над тем, как все изменилось и усложнилось в последнее время. Наконец, мне надоела воцарившаяся тишина, и я спросила Цветана, который продолжал курить, углубившись в свои мысли:
 - Кофе хочешь?
 - Что? - он рассеянно взглянул на меня, и протянул руку, чтобы стряхнуть пепел.
 И тут у меня словно все поплыло перед глазами: я вдруг почувствовала странную уверенность, что все это уже было. Я уже сидела на кухне с Цветаном, который курил сигарету, и точно так же стряхивал пепел... куда? А, ну конечно, в эту маленькую чашку на столе! И он точно был в одних пижамных штанах, а я... Ну да, а я была в его куртке...
 Покачнувшись, я чуть не упала. Кухня слегка сдвинулась, и картинки как будто соединились, наложившись одна на другую. Цветан смотрел на меня, так и не донеся руку с сигаретой до чашки.
 - Ты чего? - спросил он, наконец. - Что случилось? Ты что, привидение увидела?
 - Почти, - ответила я нетвердым голосом, - я... мне вдруг показалось, что все это уже было...
 - Что было?
 - Все... вот это. И ты, и я, и кухня... как будто мы уже здесь сидели, точно так же. Только я не могу вспомнить, когда?
 - Это называется дежавю, - отозвался Цветан после паузы, внимательно глядя на меня, как будто я была бомбой замедленного действия.
 Я встряхнула головой, прогоняя странное чувство. Мне почему-то казалось, что Цветан понимает гораздо больше, чем говорит, но расспрашивать его - совершенно бесполезная трата времени. Он будет молчать, как партизан на допросе...
 Вот об этом я зря подумала, - настроение сразу испортилось. Ладно! Что бы ни было, - оно может подождать, будем решать проблемы по мере их поступления.
 - Так что, ты будешь кофе? - снова спросила я, направляясь к плите.
 - Да, наверное, - ответил он, потягиваясь и зевая. Я подумала, что никогда не видела, чтобы мужчина делал это так изящно.
 - А мне кофе дадите? - раздался от двери любимый голос, и в кухню вошел Ангел, тоже потягиваясь. Мысленно я сделала поправку: я никогда не видела людей-мужчин, которые бы умели изящно потягиваться, а вот вампиров - пожалуйста.
 Как всегда при виде Ангела, мое сердце дало сбой, а потом застучало быстрее. Я шагнула к нему, и зарылась в его плечо, сразу позабыв обо всем на свете. Он обнял меня так, как будто не видел несколько лет, и только потом с удивлением воззрился на нас с Цветаном, одетых в одну пижаму на двоих.
 - А что, у вас дефицит одежды? - осторожно спросил он, - или я что-то пропустил?
 Цветан ответил пожатием плеч в лучших традициях самого Ангела, а я, покраснев, извинилась, и сбежала в спальню, чтобы одеться прилично.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"