Она останется навсегда
бледной фарфоровой куклой
с распустившимся в полночь
неестественно-голубым цветком лотоса
где-то внизу живота,
распустившимся жестоким и громким броском,
вырвавшимся из клетки потоком горячего воздуха
и ледяной воды,
кусками льда,
ранившими её нежное тело,
завернутое в кожицу спелого персика,
с губами цвета раздавленной вишни -
произведение искусственного воспалённого разума,
творение грубых пальцев, изваявших
столь совершенное по форме создание,
сколь же бесчувственное по содержанию -
не хватило таланта вдохнуть в её тело
эфемерную душу.