Демон сидел как раз напротив, от него страшно воняло. Хотя, вполне возможно, что вняло и от меня - в заведениях, аналогичных этому с гигиеной всегда ощущалась порядочная напряжёнка.
- Интересный ход мыслей. - Сказал вдруг Демон. Его голос звучал как шелест ветра в обнаженных ветвях деревьев. - Не хочешь записать их?
Он указал костлявым пальцем на тоненькую тетрадь с черной обложкой, лежащую у меня на коленях.
--
Еще один ценитель моего творчества? - Я старался, чтобы мои слова звучали как можно резче, с издевкой. Мне уже порядком надоел этот умник.
--
Вряд ли. - Демон ухмыльнулся своим отвратительным безгубым ртом. - Хотя, не спорю, мне было интересно.
--
Что именно? --
То, как ты передаешь свои впечатления. - Он сделал паузу, обдумывая что-то. - Временами мне даже начинает казаться, что у нас в Аду время проходит намного менее увлекательно. --
Так ты из Ада? --
Нет. - Демон улыбался, вскинув вверх левую бровь. - Разве я так сказал? Я почувствовал, как взмокли мои ладони. Что ж, если даже такой собеседник был лучше, чем отсутствие оного, то, пожалуй, я бы предпочел остаться наедине с самим собой. Не так то легко просто сидеть и мило болтать с демоном.
--
Я знаю, о чем ты думаешь. - Вдруг сказал он.
--
Да? И о чем же? - В таких случаях лучше делать вид, что ничего не понимаешь. --
Ты хочешь от меня избавиться. И чем скорее, тем лучше. Я прав? Один - ноль. И не в мою пользу.
--
Ты всегда прав.
Демон поджал под себя ноги, и, обмотав хвост вокруг талии, облокотился о стену.
--
Запись шестнадцатая, второй абзац сверху. - Сказал он, и я почувствовал, как мои руки сами, против желания, перелистывают плотные страницы. - Читай.
Глазами я нашел нужную строку:
- "Это могло произойти когда угодно. Для подобных вещей и событий время не имеет значения. Оно не властно над ними, потому что разбивается о них, как морские воды о скалы. Дождь мог идти бесконечно... И я был другим человеком. Я мог бы чувствовать каждую минуту дня, ночи, каждую их каплю и каплю холодного проливного дождя, слышать и понимать удары каблуков об асфальт, знать и видеть больше, чем того достоин и способен выносить. Дождь мог идти бесконечно, (время от времени я повторяюсь), оставляя свои расплывчатые следы на холодном стекле. Слушая его монотонный грохот о грубый жестяной карниз, ты томно протягивала свои стройные ножки через пылающее лоно, жерло, вулкан, сквозь него, и в него. Я отмерял своё время по твоим миниатюрным золотым часикам, которые тебе подарил кто-то там, в снежном апреле прошлого года (это был старьевщик из "Красной воды"); слепо оперируя твоими золотыми стрелками, я перебрался жить на твою грудь и ниже, туда, где разместился соблазнительный треугольник волос, потому что...".
Дальше было не разобрать: кто-то в нескольких местах прожег страницу сигаретой.
- Это написал ты. - Сказал Демон после небольшой паузы. - Помнишь о ком?
Я покачал головой:
- Нет.
После удара память ко мне возвращалась медленно, к тому же я не делал уж очень больших успехов на этом поприще. В конце - концов, я был всего лишь самым обычным человеком. Хотя и в этом можно было с легкостью усомниться.
- Скоро вспомнишь. - Произнес Демон, видя, что я говорю правду. - Твоя память вернется к тебе вместе с твоими ранами, дав понять что невежество - это великое блаженство. А пока... - Он на секунду задумался, - Не хочешь прочитать что-нибудь еще?
- Ты лукавишь.
- В самом деле? - Казалось, он был очень удивлен.
- В самом деле. - Я смотрел в его черные глаза. - Демон.
- Демон? - Как и некоторое время назад он очень театрально вскинул вверх густую левую бровь. - Кто тебе это сказал?
- Я прочитал об этом.
- Где? В той книге, которая была у тебя с собой, здесь?
- Нет. В своей тетради.
Он казался очень удивленным.
- Это ты написал?
- Не помню. Не знаю... Может быть...
Я действительно не помнил, его вопросы заводили меня в тупик.
- Что означает слово "демон"?
Странно бы думать, что он этого не знает.
- Это переводится как "мудрейший".
- С какого языка?
- С греческого.
Еще одно воспоминание.
- Ты знаешь греческий? - Демон выглядел очень озабоченным.
- Нет. Я почитал это. - Ответил я.
- Где?
- Там же, в своей тетради. Кажется, было написано моей рукой.
- Что-нибудь еще можешь мне почитать? - Спросил Демон. - Из твоего дневника.
- Тебе начинает нравиться?
- Пожалуй.
Я открыл на первой попавшейся странице и прочитал заголовок: "Запись четвертая: Сон", ниже следовал написанный аккуратным мелким почерком текст. Я начал читать:
- "...один и тот же сон. Будто я снова возвращаюсь на тридцать с лишним лет назад, в детство. Я вижу все как будто со стороны: вот я бегу по детской площадке, точь-в-точь по такой, которая была у нас в соседнем дворе, вокруг играют другие дети, но я никого из них не знаю. Я спешу домой. Кажется, там меня кто-то ждет. Вдруг я останавливаюсь и озираюсь по сторонам: словно какой-то знакомый звук привлекает моё внимание. Точно, так и есть, я слышу звук. Он похож на гудение папиной электробритвы, только немного резче, и от него становится как-то не по себе. Звук идет с разных сторон, даже сверху, он равномерный, и одновременно нет, то утихая, то усиливаясь, он словно наваливается на плечи, пригибая тело к земле. Мне страшно. Я вижу, как вокруг играют другие дети, но они не замечают ничего странного. Я пытаюсь окликнуть кого-либо из них...".
Пауза.
- Почему ты остановился? - Спросил Демон, подвигаясь поближе.
Но мне было не до него, я...
- Я вспомнил... кое-что... - Слова застревали у меня в горле, как куски битого стекла.
Демон наклонился еще ближе.
- И что же? Что ты вспомнил...
И в это момент воспоминания нахлынули с новой силой... Имя.
- Имя... - Еле слышно выдавил я из себя.
- Какое имя?
Де... Дер...
- Какое имя? - Повторил Демон требовательно.
Дерк... о...в...
- Вспомни. - Его лицо было уже совсем близко. - Вспоминай, чье это имя?
Я не могу...
- Ты убил его? Как его зовут? - Демон почти кричал.
Но я никого... не... Вспоминай! Не... Дер... Дер. Что дальше? Это было имя человека. Но я не знал его. Просто человек. Никого... не... уби...
Просто человек. Высокий. Черные, слегка растрепанные ветром, волосы. Синие джинсы, майка... темнеющее на груди пятно. На груди - в точности там, куда я...
- Ты убил его? Где тело? Как его зовут? - Он был уже совсем близко: покрасневшее лицо, выпученные глаза, искривленный рот. Требование. Крик. - Говори! Где ты спрятал тело?
Я не помню. Я не хочу помнить. Невежество - это блаженство. Я не... Никого не убивал... Это ошибка, злая ошибка, шутка... Я просто не мог никого убить. Не мог. Не мог...
- Говори! - Демон внезапно вскочил и, схватив меня за рубашку, что есть силы, встряхнул.
И в этот момент я смог прямо посмотреть ему в глаза, казавшиеся мне до этого двумя бездонными черными ямами без зрачков.
А затем я услышал собственный тихий голос:
- Восемнадцатый километр сорок девятого шоссе, у старого телеграфного столба. Вы найдете их всех. Семеро.
...И смотря ему в глаза, я увидел в них нечто очень привычное и знакомое. Я увидел страх.