Аннотация: Опубликован в Литературом журнале "Пашня" CWS, декабрь 2021
Долина
I.
Туман стекал в долину разбавленным молоком и ложился между виноградными лозами. Солнце спряталось за гору, а за ним отступало весеннее тепло.
Пятнадцатилетняя девочка обходила длинные ряды виноградных кустов, вглядываясь в их очертания. Она искала отца и знала - пусть ей придется ночевать под шпалерами, домой без него она не вернётся.
Обессилев, девочка упала на землю и попросила ее о помощи. В вечерней тишине слышался стрекот насекомых, а запах цветущих деревьев из низины можно было мазать на хлеб.
Когда, лёжа на влажной маслянистой почве, она перестала понимать, где находится, услышала недалеко чей-то плач.
Через минуту она стояла рядом с отцом. Вокруг него в разливе тумана тонули оборванные побеги винограда.
Отец не удивился, увидев ее, лишь снял с себя куртку и накинул ей на плечи.
- Запомни, дочка, - сказал он, пряча глаза. - Как только заметишь темные пятна на ветках, руби их до чистого тела, не жалей, иначе потеряешь лозу, а потом и весь урожай.
- Папа, прости меня, я не могла больше молчать... Теперь ты меня выгонишь?
- Я никогда тебя не брошу, - обнял ее отец.
II.
Майор Кротов смотрел на кромку моря и чувствовал, как струйка пота сползает между лопаток и вместе с надеждой на отпуск стремится в то самое место, о котором не принято говорить в приличном обществе.
- Товарищ майор, мы закончили. - Услышал он за спиной и обернулся.
Следственно-оперативная группа суетилась над трупом мужчины в костюме, найденном рано утром на шезлонге городского пляжа.
Кисти рук потерпевшего аккуратно лежали вдоль тела. Небольшая седина на остатках волос вокруг лысины контрастировала с плотной щетиной на лице. Бледные щиколотки беспомощно торчали из брючин, а на подошвах босых ног краснели неглубокие ссадины.
Криминалист сняла перчатки:
- Видимых повреждений нет, следов удушения тоже. Некроз на гортани, сероватость кожных. Токсикологическую пару дней придется подождать.
Противный крик чаек заставил майора поднять глаза - на пляжном ограждении сидело несколько белых птиц.
- Эти могли и сожрать что-нибудь, пока труп не обнаружили. И ботинки утащить. - добавила она, направляясь к служебной машине..
- Яковенко! А где бабка? Показания сняли? - нашёл капитана Кротов.
Капитан Яковенко закивал, раскрывая папку с документами:
- Труп в шесть утра нашла женщина с внуком. Время смерти установлено - около часа ночи. Получается, что потерпевший прилёг поспать и умер. При нем ни документов с ключами, ни кредиток... На костюме все бирки срезаны, причём в спешке. - От усердия пухловатые щеки капитана покраснели. - Ткань в нескольких местах повреждена. Пляж осмотрели, ничего не нашли. Прилив был, товарищ майор. Ещё в заднем кармане брюк маленькая бумажка с размытыми чернилами...
Капитан выудил из папки небольшой прозрачный пакет.
Кротов рассмотрел улику на солнце.
- Водяные знаки зафиксировал? Где-где, очки купи! Высылай фото в отдел, пусть ищут откуда, может из отеля или ресторана.
Он повернулся к трупу.
- Капитан, а тебе не кажется, что костюмчик коротковат? - Ступни белели, словно две подбитые чайки. - Давай, проверяй... Как-как, руками!
Когда выяснилось, что костюм действительно короткий, а водяные знаки '5R' соответствуют названию отеля в соседнем городе - отсюда час на машине - настроение у майора окончательно испортилось.
- Увозите! И побыстрее, пока весь город в папарацци не переметнулся.
Майор повернулся к морю: солнце стояло в зените.
Молодая женщина в шелковой сорочке, сидя за туалетным столиком, расчесывала каштановые с рыжим отливом волосы и вглядывалась в отражение спящего на кровати мужчины.
- Куда его отвезли? - не выдержала она.
Мужчина не шевелился.
- Скажи!
- Зачем тебе? - спросил он, зевая. - Сама не хотела виноград удобрять. Испугалась, что урожайность испортится?
- Ты ничего не знаешь о моей семье.
- Я знаю тебя, этого достаточно, - сказал он, потягиваясь в кровати.
III.
Кротов блаженно вытянул ноги, опустившись в рабочее кресло, но звонок служебного телефона вернул его на землю.
- А чего ты хотел, Кротов, - по-отечески вещал полковник, глядя на майора. - Сам бог велел тебе взяться за это дело. Ты как на пляже то оказался? - торжественно указал он на его оплошность. - Сам знаешь, случайного в нашей профессии не бывает...
Кротов разглядывал свои кроссовки со следами мокрого песка, а начальник сдвинул брови:
- Как только разберешься, что к чему, сразу подпишу отпуск. Направление дай, а Яковенко все доделает. Надо поддерживать молодые кадры.
В коридоре майора поймал Яковенко.
- По предварительной костюм либо новый, либо после химчистки - генетической не за что будет зацепиться. Может потерпевший сам его стащил? Работал в отеле и решил выпендриться перед бабой, а после свиданки вернуть, - покраснел Яковенко.
- Только длину брюк не учёл и бирки срезал, как шпиён американский. Ладно, капитан, будем ждать, может где отзовется... Пятки его лет десять солнца не видели. Турист он, к гадалке не ходи, - загрустил майор, вспомнив про свой отпуск.
Когда автомобиль майора остановился на парковке отеля '5Rules', был уже поздний вечер. Пятиэтажное здание сияло разноцветными огнями, завлекая гостей на террасу ресторана - там проходила 'Дегустация местных вин'. Рекламный постер предлагал сначала попробовать вино, и если понравится, купить бутылку по специальной цене.
Длинная змея из машин такси выплевывала страждущих недалеко от ресторана и тут же заглатывала клиентов навеселе.
- Идет бизнес? - спросил Кротов юношу с буклетами.
- Конечно! - просиял тот. - Выбор большой, посетителей много. Сами понимаете, когда алкоголь на халя... Извините, бесплатный, то люди интересуются. Возьмете буклет с ассортиментом?
Кротов выдернул из рук юноши рекламу и двинулся к главному входу отеля.
На ресепшене его встретили очаровательными улыбками.
- Скажите, прелестницы, есть ли у вас бассейн? - спросил Кротов, вспоминая, что так и не переоделся, но решил, что небритость и потрепанные джинсы с футболкой сойдут за современный шик.
- В нашем отеле два бассейна с морской водой, - щебетала администратор.
- А химчистка? Я сегодня без багажа.
- Для гостей круглосуточно работает прачечная и...
- Вы наш гость?
Кротов оглянулся на голос и увидел красивую рыжеволосую женщину в строгой юбке чуть выше колена и блузке, отливающей шелком на заметной, но аккуратной груди.
- Я бы с удовольствием, - не соврал Кротов, показывая ей удостоверение. - Но я при исполнении. А вы...
- Управляющая, - побледнела она, внимательно изучив документ.
- Кто-нибудь из ваших постояльцев заявлял о пропаже костюма? Из номера или, может, химчистка что-то теряла?
Брови рыжей взлетели.
- Это исключено. У нас респектабельный отель.
- Я так и подумал, - с сожалением отвернулся от неё Кротов.
Марго проводила майора потемневшими глазами, а потом поднялась к себе.
- Лёня, слышишь? - яркие ноготки с трудом попадали по кнопкам телефона. - Только что была полиция. Нет, не объяснил... Почему же, запомнила - Кротов А.С. Спрашивал про костюм! Говорю тебе, я спокойна!
Закончив разговор и взглянув на свои трясущиеся пальцы, Марго побежала в ванную комнату. Там она несколько раз намылила руки по локоть и тщательно их смыла, стирая с кожи проступающие, только ей видимые черные точки. Потом вернулась в кабинет, достала из шкафа бутылку виски, наполнила стакан наполовину и выпила залпом.
IV.
На столе у Кротова лежали отчёты по всем неопознанным трупам в городе - всего-ничего за лето: три мужика возрастом от тридцати пяти до пятидесяти. Один скорее всего нелегальный рабочий - загар до пояса, за две недели никто его не хватился; два других похожи на приезжих: первый напился и сгорел в съемном доме, а второй - пляжный турист в чужом костюме.
В кабинет влетел Яковенко. Глаза у капитана горели.
- Добыл огниво, служивый? - оторвался от документов майор.
- На видео с камер наш турист гулял по бульвару, перед тем как в сторону отеля двинуть. Несколько раз звонил кому-то по телефону. И одежда на нем другая.
- А камеры в отеле?
- Охрана сказала, что в тот день они не работали - сломались от перепада напряжения.
- Вовремя, - ухмыльнулся майор. - А что в ресторане? Кто-нибудь вспомнил потерпевшего?
- Вечером там сам черт ногу сломит. Персонал молчит, как воды в рот...
Капитан протянул майору бумаги:
- Зато по управляющей есть информация: Астахова Маргарита Валентиновна, тридцать пять лет, замужем за владельцем отеля Пархоменко Леонидом Геннадьевичем, детей нет, по нашей части оба не привлекались, но я кое-что нашел.
Кротов пробежался по распечаткам:
'Приемная дочь выгнала родного сына...'
'Глава винодельческого комплекса 'Долины желаний' отказался от наследника...'
'Кому достанется семейная винодельня?'
- Богатые тоже плачут? - Заключил Кротов, вспоминая испуганные глаза рыжей красавицы. - Боится за репутацию отеля, поэтому нервничала?
- Там все напутано, - оживился капитан. - Оказалось, что Валентин Астахов, ее отец, был ей не родным, а приемным. Лет за десять до ее усыновления у него умерла жена, но остался общий сын. Астахов грустил-грустил по супруге, да и начал сорить деньгами, но не на баб тратил, а детским домам помогал, потом ещё и девочку усыновил, - личная жизнь у мецената не сложилась, к тому времени ему уже за шестьдесят было.
- Астахов все имущество приемной дочери оставил? Сына обделил? - Майор откинулся на спинку стула.
- Потому что родной наследничек привлекался неоднократно. Видимо Астахов старший регулярно откупал сынулю от закона, а когда тот на десять лет за изнасилование с отягчающими загремел, не стал его отмазывать. Куда младший Астахов после освобождения делся - пока не ясно. Надо бы запрос в тюрьму отправить.
- Займись этим, капитан, а я вечером сам к отелю наведаюсь.
Марго открыла массивную входную дверь с позолоченной пастью льва посередине и поморщилась.
- Лёня! - Она остановилась в центре просторного холла с широкой лестницей. - Убери, наконец, с двери эту пошлятину!
Ее голос взлетел под потолок и затерялся в сотне подвесов хрустальной люстры.
- Это очень дорогая пошлятина, - отозвался со второго этажа Леонид. - Когда ты нервничаешь, тебе ничего не нравится.
- Я же просила тебя все проверить!
- Так и сделали. - Леонид спускался по лестнице. - Ребятки чисто сработали, не о чем волноваться.
- А если из-за костюма постоялец вой поднимет?
- Я сегодня компенсацию ему выдал. С извинениями от отеля. Он себе десять костюмов на нее купит.
Леонид направился в сторону кухни.
- Мне подарили бутылку 'Ротшильда' девяносто шестого года. Попробуешь?.
Каблуки Марго громко стучали следом.
- Мне кажется, или ты что-то скрываешь? - спросила она.
- Тебе надо расслабиться.
Леонид разлил по бокалам вино и протянул один Марго. Она отмахнулась от его руки, тонкое стекло разлетелось по столешнице, оставляя рубиновые пятна на сером мраморе.
После безполезных разговоров с таксистами, уже за полночь Кротов обошёл территорию '5Rules' и остановился у забора с противоположной стороны здания. Баки с отходами жизнедеятельности пятизвездного отеля ждали утреннюю смену мусорных машин, на кованных воротах висела табличка 'Въезд только для сотрудников'.
Фонари слабо освещали пустынную улицу с несколькими переулками, над которыми нависли старые нежилые здания.
За воротами кто-то выбросил бычок - алая точка опустилась на землю. Щёлкнул замок, открылась калитка, из неё вышел человек и бодро зашагал прочь.
Майор прогулялся за ним вдоль дороги и заметил, как в одном из переулков погасли фары у припаркованного 'каблука' для грузовых перевозок. Кротов приблизился к машине и достал удостоверение. Водитель занервничал, открывая дверь.
- Загораем, гражданин? - спросил его Кротов.
Мужчина неопределенного возраста с лицом сельского жителя испуганно ссутулился.
- Я ничóго не зробиу! Горад трэба выучыть, вот и катаюся.
- Не местный? Машина чья?
Мужчина стянул с головы кепку и на смеси русско-беларуского поведал, что живет 'вместе с жёнкой у дядьки', ездит по ночному городу и изучает улицы, потому что днем слишком много машин, и собирается работать на своего родственника - развозить хлеб из пекарни.
- Ясно, - собрался уходить майор. - Каждую ночь катаешься?
- Усю няделю!
- А позавчера ездил по этой улице? Ничего не заметил?
Мужик отрицательно замотал головой.
- Ладно, пойду я. У меня дед с бабкой из Могилёва. Держись, мужик, все у тебя образуется.
Когда беларус понял, что 'начальник' ничем ему не грозит, схватил майора за руку и начал её трясти:
- И вы будьтя здаровы, таварыш начальник! Тут тяпло, мора я перший раз убачыл... Правда людзи тут отдыхаюць и як свиньи напиваюцца. Як раз позаучóра, вон в тых воротáх, тягнули мужика двое бугаёу, ноги по зямле валакли, а потым в вяликую машыну запхнули... Одёжа якая? Пиджак быу, можа и касцюм... Тьфу, вочи б мае не глядзели!
V.
Над ухом спящего Кротова верещал мобильный.
- Товарищ майор, - услышал он в телефоне голос Яковенко. - Из Симферополя в дежурку звонят, у них женщина мужа ищет...
- Я похож на сваху? - открывая глаза, ответил Кротов.
- Не-е, - замычал капитан. - Муж у неё нмесяц назад пропал, на связь не выходит, поэтому она сама к нему прилетела.
Майор посмотрел на часы - было восемь утра.
- ...по описанию на нашего с пляжа похож.
- Так бы сразу и сказал! - разозлился майор. - Пусть привозят на опознание. Фамилию узнал?
- Так точно, Тихомиров Валерий Валентинович, семьдесят шестого года.
- Место жительства?
- Норильск.
- Если бы химчистка не боялась потерять штанишки от пиджака, мы бы его как неопознанного через месяц списали. - Кротов погрузил зубы в сочный гамбургер и зажмурился. - Что с экспертизой?
В обеденное время в кафе было не протолкнуться. Яковенко глотнул колы и полез в папку за документами.
- 'При внутреннем исследовании отмечены резко выраженная паренхиматозная дистрофия миокарда и отек мягкой мозговой оболочки... - Читал заключение капитан, понизив голос. - При химическом исследовании внутренних органов обнаружен фенол'.
- А это значит, что смерть наступила от химического отравления, несмотря на присутствие следов рвоты в легких и в желудке, - вытер подбородок Кротов и довольно улыбнулся. - Отличный бургер!
- Все-таки его отравили... - Яковенко выглядел расстроенным.
- А ты на что надеялся, капитан?
- Просто не пойму, зачем владельцу отеля травить какого-то мужика?
- Знал бы прикуп, жил бы в Сочи.
VI.
Марго не спалось. С открытой террасы второго этажа виднелись темно-синие очертаниях гор. Налетевший ветер потревожил садовые цветы и оживил деревья. На землю падали яблоки, отзываясь в сердце гулким стуком.
После похорон отца не было дня, чтобы она не думала о виноградниках, все свободное время проводила в долине, дышала землей и молилась за каждую лозу, каждую гроздь, отгоняя чёрную напасть, поселившуюся на кустах. И когда после всех усилий болезнь начала уходить вместе с тёмными пятнами ее прошлого, вернулся он.
Разыгравшийся ветер заставил Марго укрыться в доме. Она спустилась на первый этаж и вытащила из кладовки картонную коробку. Не решаясь открыть ее, отнесла в гостиную.
Голос брата, воскресший из двадцатилетнего небытия, не хотел уходить из ее головы. 'Ты здесь никто, - пробирался он под кожу, сжимая все у неё внутри. - Только я могу разрешить тебе жить в нашем доме. Только я!' Марго хорошо помнила глаза брата, налитые похотью и презрением, и его сильные руки - липкие, горячие, причиняющие боль и унижение.
Когда он согласился на встречу 'в людном месте', а Леня предложил их отель, она не думала, что все так закончится. Если бы она пошла туда сама, то наверное смогла бы с ним договориться, но брат кричал по телефону такие ужасные вещи, что полузабытые страхи вернулись с новой силой.
Лёня рассказал, что он был пьян, и как заведенный требовал деньги за половину родительского наследства, не желая ничего слушать о завещании, а потом ему стало плохо, и Лёня отвёл его в свой кабинет. В гостинице брат угрожал, что не даст им спокойно жить, потому что его жизнь пошла под откос. Он закрылся в ванной комнате и долго не выходил. Когда взломали дверь, то нашли его лежащим на полу, захлебнувшимся рвотой.
Марго открыла коробку. В ней хранились вещи, взятые с собой из детдома: мягкие игрушки - потрепанный заяц и одинокая новогодняя звезда на порванной веревке, несколько открыток, а на дне картонки - ворох газетных вырезок.
Сверху лежал обрывок газеты, на котором под серой фотографией подростка с испуганными глазами чернел заголовок статьи: 'После года молчания пятнадцатилетняя девочка дала показания в суде против собственного брата'.
Марго подошла к камину и пошевелила остатки дров. Огонь нехотя разгорелся. Тогда она бросила скомканные вырезки в камин, и сухие листы зашипели, задергались, словно змеи на сковородке, распространяя по комнате горьковатый запах прошлого.
- Я все сделала правильно, - прошептала Марго пламени и, уронив голову на диванную подушку, уснула на полу у камина.
VII.
- Товарищ майор, пришла генетическая по сгоревшему в доме на Сиреневой улице, - тараторил Яковенко. - Оказалось, что это Астахов младший, собственной персоной. Проходил по изнасилованию, вот ДНК и сработала.
- Вот это поворот. Вернулся домой, но снимал жилье? - удивился Кротов.
- Хозяйка сгоревшего дома ничего путного не сообщила. Дом был старый, на отшибе. Соседи говорили, что к нему какой-то мужик захаживал, пили они вместе. А в тот вечер, когда дом сгорел, видели этого друга на параллельной улице, но это неточно. Как несчастный случай оформили.
- Анна Петровна, полиция!
За облезлой дверью небольшого дома что-то упало, раздался кошачий вопль, а вдогонку послышалось пожелание скорой смерти 'патлатой скотине'.
Дверь открыла пожилая женщина в засаленном фартуке:
- Опять? Вы бы мне лучше страховку помогли сделать, ироды! Я теперь без куска хлеба останусь...
- Ваши незаконные операции с недвижимостью нас не интересуют. Заходи, капитан, не стесняйся.
Женщина усадила полицейских на табуретки и выключила кипящую кастрюлю.
- Анна Петровна, расскажите нам еще раз про вашего сгоревшего съемщика.
- Что вы мне душу рвёте? Не знаю я ничего. Говорила уже - я в паспорт не вглядывалась. А на что мне, если за полгода уплатил?
- Врет она все, дяденьки, боится... - В полуоткрытую дверь кухни просочился подросток с шустрыми глазами.
- Ванька, вали отсюдова! - Женщина схватила со стола грязную тряпку и лупанула внука по спине.
Кротов отобрал тряпку и выбросил в раковину.
- Что значит 'врет'? - спросил он мальчика. - Не бойся, рассказывай.
- Не имеете права ребёнка допрашивать, я законы знаю! - заголосила Петровна.
Ванька отбежал на безопасное расстояние и выпалил:
- Я сам все расскажу, дяденьки полицейские! Ей лишь бы деньги поиметь и пропить все, а мамка ругается, что она не пойми кого пускает, и в этот раз, когда дом спалили, мамка говорила, что ждать беды надо, потому что мужик этот весь в татухах был, и матерился через слово. А еще я слышал, когда он за ключами приходил, что не велел болтать никому про него, потому что он скоро большой дом себе купит и жить здесь останется.
Петровна размазала слезу тыльной стороной потрескавшийся ладони:
- Вот ведь, внучок вырос. Мамку слушает. А где она, мамка твоя? Может она тебя накормит? Змеёныш!
- Анна Петровна, вспомните, что ещё он про себя рассказывал?
- Ничего не рассказывал. Валерой представился и все.
- А кто приходил к нему, видели?
- Приходил какой-то, видела пару раз. Зачем мне его рассматривать?
Кротов достал фотографию мертвого пляжного туриста и показал хозяйке.
Та ойкнула и подпрыгнула на табуретке:
- Господи, помилуй! И этот, что ли, мертвяк?
- Значит он приходил к вашему квартиранту?
- Вроде он, - побледнела Петровна. - Лысый как квартирант мой, только чистый, без наколок. Похож... Это они друг за другом, что ли? А этого тогда - кто?
- Ну что, Кротов, - спросил полковник, указывая майору на стул, - докладывай.
- Нужен ордер на обыск. Видеокамеры на улице зафиксировали потерпевшего рядом с рестораном '5Rules' за несколько часов до его смерти. Отравили его чем-то вроде лизола - в сельхозработах такой химией растения опрыскивают. От вредителей. Думаю, состоял в сговоре с Астаховым. Он же и убил подельника, и дом поджег. Скорее всего деньги вымогали у родственников.
- Ну давай, майор, развороши змеиное гнездо. Только не переусердствуй, мне на следующей неделе у прокурора обедать.
VIII.
- Охрана спрашивает - там какая-то тетка с ребенком. Клянется, что твоя родственница. - Леонид вопросительно смотрел на жену. - Полицию, раз не уходит?
Он запахнул халат и протянул ей телефон.
- Только полиции мне не хватало! Пусть пропустят.
Марго подошла к окну гостиной, из которого просматривалась дорога, ведущая к дому. По выложенной плиткой аллее шла незнакомая женщина лет тридцати, круглая, ярко одетая, волоча за руку худенького мальчика дошкольного возраста. Женщина озиралась по сторонам, тыча пальцем в садовые растения, а когда подошла к дому, послышался её резковатый голос:
- Гляди, Олежка! Лев прям живой!
Марго открыла дверь.
- Здрасьте вам! - громко объявила женщина, толкая перед собой мальчишку, словно телегу с подарками. - Вы меня не знаете, Маргарита Валентиновна, а я вас на фотке видела!
Марго отступила под натиском непрошенных гостей.
- Любка я, Тихомировы мы.
- Не знаю я никаких Тихомировых. - Марго не сводила глаз с мальчика.
- Так это... Валерка мою фамилию в ЗАГСе брал. Сказал, что своя ему вроде как ни к чему. Я не в курсе, что там у вас в семье приключилось, мне то без разницы, раз поженились. Правда ведь?
Марго закрыла лицо руками - мальчик был копией брата.
- А Валерка дрыхнет? Бухал поди, раз на связь не выходит.
Леонид приобнял Марго за плечи:
- Здесь нет вашего мужа. Поищите его в другом месте.
Женщина махнула рукой:
- Да была я в полиции! Вчера сразу с самолета сходила. - Она засмеялась, а Леонид заметил, что у Марго подкосись ноги. - Когда в морге покойничка показали, я сама чуть не померла... Только не он это. Не Валерка!
- Что? - голос Марго сорвался до шепота.
- Похожий мужик какой-то лежал, не переживайте, Маргарита Валентиновна. - Женщина осматривала гостиную. - Олежа, садись, вон конфетку бери! - сказала она мальчику, устраиваясь на диване. - Хорошо мне Валерка ваш адрес скинул, а то сказал, что поехал могилку отцовскую проведать, да дела с вами порешать, а сам месяц как пропал. Может загулял, кобелина?