Два червя ползут по обочине, на ходу пожирая пыль.
Рядом стоящий указатель с надписью "Оэрбке" привычно горбится под
тяжестью воздуха и ждет заката. Когда-то тут были кузнечики. Обычные
кузнечики поющие в унисон с травой и задающие ритм всему живому. Сейчас
здесь нет даже сорняков.
Дорога в город Оэрбке выглядит ровной и чистой. Но это впечатление
обманчиво. Она примет только того, кто знает, как по ней ехать.
Город Оэрбке - дитя ветров. Он подставляет румяные щеки настырным ласкам
солнца, купаясь в своей лени. Словно пирог удравшей невесты, брошен он в
Долину Камня. Город Каменщиков, город, одетый в фату из рыжей пыли,
Оэрбке одинок в своем царственном молчании среди золотых песков и скупой
живности. Стаи сонных городских птиц бесцельно летают над крышами.
Жизнь консервируется, закутывается в тишину. И в городских закоулках, где
пресс безмолвия достигает пика, в ожидании неминуемой смерти, ссорятся
взъерошенные крысы.
Улица Моргенштерн. Ровно в . . . . . . . . . . . Улица Моргенштерн. Двадцати-
полдень потомственный каменщик . . . . . . .двухлетняя потомственная камен-
Борис Шталь открывает дверь своего . . . . .щица Эдуарда Шталь открывает
подъезда. Тяжеловесный городской . . . . . . дверь своего подъезда. Старый
колокол считает до двенадцати, за- . . . . . . .колокол отсчитывает часы, заста-
ставляя ждать каждого удара. Борис . . . . . .вляя ждать каждого удара. Эдуарда
Шталь подворачивает рукава темно- . . . . . Шталь застегивает потертый оран-
оранжевого свитера. Поправляет . . . . . . . . жевый плащ на все пуговицы, пря-
подтяжки. По грубому и загорелому . . . . . .чет бледные руки в карманы. Сдер-
лицу каменщика трудно понять, то ли . . . . жанность - главная черта Эдуарды.
он зол, то ли он спокоен. Ему достато- . . . .В рабочей фуражке коричневого
чно наклонить голову чуть вперед и . . . . . .цвета, доставшейся ей от отца, она
тень от козырька рабочей фуражки . . . . . . .выглядит особенно строго. Камено-
скроет его глаза. Звон колокола слива- . . . .ломня работает, как и прежде. Звон
ется с ударами молотков, доносящи- . . . . . колокола сливается с ударами уста-
мися с каменоломни. Пыль Оэрбке . . . . . . .вших, но гордых молотков. Тех са-
уже знает, что вчера Борис Шталь . . . . . . . мых, что всегда стучат в твоей
пережил шок. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .голове. Пыль Оэрбке уже знает, что
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . вчера Эдуарда Шталь пережила шок
Вчера, выходя из дома, Борис Шталь . . . . . Накануне днем Эдуарда Шталь
снял фуражку, чтобы пригладить во- . . . . . впервые в жизни упала в обморок.
лосы и неожиданно нащупал на за- . . . . . . Она точно так же, как и сегодня
тылке странные бугорки. Борис на- . . . . . . .выходила из дома, как вдруг слу-
чал ковырять непонятные наросты . . . . . . . чилось нечто особенное. Когда
ногтями и вдруг вытащил из головы . . . . . . Эдуарда попыталась поднять во-
несколько гвоздей. Их появление . . . . . . . . .ротник плаща, чтобы прикрыть
сильно поразило каменщика. Он . . . . . . . . . шею, ее руки вдруг остановились
повертел гвозди в руках, рассмотрел . . . . . .на отдельных позвонках. На спине
их со всех сторон, и лишь смахнув . . . . . . . .девушки неизвестно откуда появи-
со лба пот, вздохнул от удивления. . . . . . . . лись горбинки. Под наростами ока-
За тем, чтобы выяснить, почему . . . . . . . . . .зались шляпки огромных ржавых
такой фокус произошел именно . . . . . . . . . . гвоздей, забитых в позвоночник
с ним,он сегодня вышел из дома. . . . . . . . . . Переборов страх, Эдуарда Шталь
. .. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . безболезненно вытащила гвозди из
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .тела. В тот момент, когда она пол-.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .ностью осознала, что именно в ней
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .было, ее тонкие губы дрогнули и
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .она свалилась в рыжую пыль
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Оэрбке. Сегодня Эдуарда Шталь
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .собирается разобраться в произо-. .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .шедшем.
Борис Шталь чешет подбородок . . . . . . . . . Эдуарда Шталь чешет кончик носа
и идет дальше. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . и идет дальше.
Проходя мимо железнодорожного . . . . . . . Эдуарда Шталь проходит мимо
вокзала, Борис Шталь замечает, на . . . . . . .железнодорожного вокзала, остана-
скамейке слепого каменщика Коржа. . . . . . вливается, выбрасывает в пыль
Никто не знает, почему его так зовут, . . . . .гвозди и делает несколько шагов.
но внешним видом он и вправду напо- . . . вперед, не оборачиваясь. Проверка.
минает корж. Невкусный, старый корж. . . .Рука осторожно опускается в кар-
Он всегда здесь сидит и всегда с одним . . .ман плаща. Гвозди на месте. Они
тем же выражением лица. Рот полу- . . . . . .вернулись к ней и сегодня, эти чер-
открыт, невидящий взгляд в сторону, . . . . .товы гвозди. С досадой и непони- .
в ногах лежит костыль. На смуглой го- . . . ниманием Эдуарда Шталь,
лове, похожей на затрепанный кожа- . . . . .осматривается по сторонам. На
ный мяч, осталось совсем немного се- . . . .скамейке рядом с вокзалом, сидит
дых волос. Годы никого не жалеют. . . . . . .старый слепой каменщик Корж
Супруга Коржа научила мужа полез- . . . . .Он всегда здесь сидит и всегда
ному развлечению - разбрасывать . . . . . . . .в одной и той же позе. Корж может
вокруг себя корм полумертвым голу- . . . . .знать о появлении странных
бям. Занятие на каждый день при- . . . . . . . гвоздей. Старых маразматиков
шлось Коржу по вкусу. Борис Шталь, . . . . .стоит уважать хотя бы уже за
поздоровавшись со слепым стариком, . . . . преимущество в годах. Эдуарда
садится рядом. Каменщики старшего . . . . ..Шталь, поздоровавшись со сле-
поколения могли слышать о таких . . . . . . . пым каменщиком, садится рядом.
чудесах, возможно у кого-то уже . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
случалось подобная вещь с гвоздями. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Борис Шталь сходу спрашивает о . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ..
своей удивительной находке. Блюм. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Блюм! - отвечает слепой маразматик. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ...
- Блюм обязательно должен знать. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Только хозяин кофейни по улице . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Кляйн Штрассе нужен Борису. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Кофейня по улице Кляйн Штрассе. . . . . . . Кофейня по улице Кляйн Штрассе
На блестящей, как лед, витрине на- . . . . . . На знакомой витрине грязные раз-
рисована чашка с дымящимся кофе. . . . . . . воды и нарисованная от руки
Если у рабочих каменоломни за- . . . . . . . . .чашка с дымящимся кофе
канчивается дневной план, они при- . . . . . Эдуарда Шталь, осторожно от-
ходят сюда и заполняют все имею- . . . . . . .крыв входную дверь, одаривает
щееся пространство, рассаживаясь . . . . . . .старого хозяина кофейни
по три человека за каждый столик. . . . . . . .аккуратной улыбкой
Это традиционное место для корот- . . . . . .Блюм, оживленный появлением
кого отдыха, обсуждения жен и мата. . . . . .девушки, начинает старательно
Поэтому хозяин кофейни с интерес- . . . . . .предлагать Эдуарде снять длин-
ной фамилией Блюм всегда в курсе . . . . . ..ный плащ и немного поболтать.
того, что происходит в Оэрбке. Под . . . . . .Видя легкое смущение на лице
видом работы он подслушивает чу- . . . . . . каменщицы, Блюм постоянно
жие разговоры, собирая самые яркие . . . . . шутит. Оба садятся за один
байки и городские легенды. И когда . . . . . .из круглых столиков и после
он узнает из случайной беседы что- . . . . . .обычных вопросов о том, как кто
нибудь эдакое, его квадратные . . . . . . . . . . поживает, Эдуарда переходит к
очки запотевают от удовольствия. . . . . . . ..тому, зачем она пришла
Борис Шталь, осторожно открыв . . . . . . . . Гвозди. Эти проклятые гвозди
входную дверь кофейни, проходит . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ..
к стойке и опирается на нее локтями. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. ..
Наспех вытирая руки полотенцем, . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ..
Блюм спешит обслужить рабочего. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Вместо приветствия Шталь выдержи-. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
вает долгую паузу, после которой он . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
молча вытаскивает из своего кармана . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
огромные гвозди и кладет их по одно-. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ...
му на стойку. Блюм скрещивает руки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
на груди и c хмурым лицом выслуши-. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. . . .
вает рассказ Бориса Шталя.
Внимательно выслушав каменщицу, Блюм рассказал Эдуарде, что лет десять
назад ее отец Борис Шталь точно так же приходил к нему и задавал похожий
вопрос. Борис хотел знать, почему у него, у обычного каменщика, в затылке
оказались гвозди. Блюм поведал Эдуарде о том, что Оэрбке не просто Город
Каменщиков, а место, куда раньше ссылали самых жестоких убийц,
насильников и извращенцев. Заключенных отправляли сюда не просто на
исправительные работы. Их ждала вечная резервация в долине камня. Звери
сорвались с цепей и радостно начали грызть друг другу глотки. Молотки
превращались в оружие. Пробивались черепа, по ночам долго не стихали
крики. Желтая пыль улиц проворно впитывала лужи крови и оттого навсегда
стала оранжевой. Дети и внуки первых поселенцев рождались либо больными,
либо мертвыми.
Но преступники не могут жить вечно. Со временем Оэрбке сменил тюремное
одеяние на рабочую униформу, выбор жертвы заменил выбором супруга. И
жизнь, которая, казалось, вот-вот будет окончательно втоптана в грязь, сумела
пробиться сквозь каменный пласт безумия.
Каждой порядочной семье вновь выдали по молотку, только на этот раз уже в
знак принадлежности к уважаемой касте каменщиков.
Блюм многозначительно задрал нос и начал рассуждать о том, что можно
изменить в человеке все, но одна вещь всегда будет с ним. Его сущность
преступника; четко выделенная, с острыми углами осознанного садизма. Про
таких обычно говорят преступник по натуре или волчье семя. Блюм продолжал
говорить и рассказал Эдуарде, что для того, чтобы пометить подобный
кровожадный род людей существует особый символ. И этот символ - гвозди.
Гвозди, которые забивали в руки и ноги разбойников во времена Христа. Если
обычный человек вдруг найдет у себя гвозди, от которых нельзя избавиться, то
это будет означать, что его род, как и он сам, проклят. На нем клеймо
преступника. Отличительный знак, данный ему в напоминание о том, кто он и
к чему должен быть готов.
Блюм протер стойку и, взглянув, нет ли кого-то у входа, в полголоса добавил,
что это клеймо нельзя выиграть или замолить. Оно подобно пуле на шее
солдата, пуле, которой его пытались убить и которую он носит для удачи в
своем ремесле. Вроде как всегда держать при себе свою смерть. Просто есть
вещи и их хозяева. И если человек занимается не своим ремеслом,
инструменты рано или поздно начнут напоминать ему об этом. Они будут
мучить его, попадаться на глаза и вынуждать следовать отведенной дороге.
Боли не проходят. Каждое утро . . . . . . . . . Боли не проходят. Каждое утро
начинается с отхаркивания кровью . . . . . . начинается с отхаркивания кровью
Борис Шталь стоит на небольшой . . . . . . . Эдуарда Шталь отчаянно бродит
возвышенности, тщательно вслуши- . . . . . вдоль рельс единственной желез-
ваясь в работу каменоломни. Он пы- . . . . .ной дороги Оэрбке. Из-за подня-
тается упорядочить металлические . . . . . . той ветром пыли, приходится
ноты, поймать скрытый смысл . . . . . . . . . . щуриться и придерживать одной
хаотичной симфонии ударов. Глаза . . . . . . рукой воротник плаща. В другой
приходится щурить из-за поднимаю- . . . . . руке каменщица сжимает гвозди.
щейся пыли. Сегодня Борис Шталь . . . . . . .Те самые, что она нашла в своем
впервые в жизни вышел без любимой . . . . позвоночнике. Через неделю
фуражки. Он мысленно прощается с. . . . . . Эдуарда Шталь поймет, что изба-
Оэрбке, иногда отрываясь на то, . . . . . . . . . виться от них ей никогда не удас-
чтобы еще раз взглянуть на большие . . . . . .тся. Она вспомнит своего отца,
ржавые гвозди. Те самые, что он нашел . . . вспомнит разговор со старым
у себя в голове. Борис Шталь чувствует, . . .хозяином кофейни. Простая ка-
что сегодня последний день его пребы- . . . менщица, наконец, придет к вы-
вания в городе, и что он больше никогда . . воду, что свой жизненный путь
сюда не вернется. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .не выбирают. Как не выбирают
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ..родителей, детей и все остальное
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Те, кто в последний раз видел
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Эдуарду Шталь ожидавшей авто-
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . бус, рассказывают, что вела она
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . себя, как сумасшедшая. Говорят,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . она то и дело впадала в ярость,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . дырявила небольшой железкой
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . остановку и кого-то сильно
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . проклинала.
Дорога в город Оэрбке выглядит ровной и чистой. Но это впечатление
обманчиво. Она примет только того, кто знает, как по ней ехать.
Указатель привычно горбится под тяжестью воздуха и ждет заката. Когда-то
тут были кузнечики. Обычные кузнечики поющие в унисон с травой и
задающие ритм всему живому. Сейчас здесь нет даже сорняков.
Два червя ползут по обочине, на ходу пожирая пыль.