Травести вольным гекзаметром

Муза, воспой мне войну, небывалую в наших селениях,
Как за красавицу Пашу сражались могучие парни,
Как совершали они многославные ратные подвиги,
Как завершился их спор неожиданным пиром трактирным.

Жил в той округе Прохор, долговязый воитель и пахарь,
Силой подобный быку, а умом деревянной лопате,
Сердце своё устремил он к Параскеве прекрасной,
Что продавала на рынке капусту, морковь и сметану.

Также Егор бородатый, сосед его, грозный соперник,
Той же страстью пылал, иссушающей душу и тело,
Часто стоял под окошком красавицы, тяжко вздыхая,
Так что будил по ночам и собак, и гусей, и священника.

Сходку тогда созывали герои у старого тына,
Много речей прозвучало, достойных гомеровской песни.
'Кто из нас лучший?' - спросил долговязый воитель Прохор.
'Я!' - отвечал бородач, ударяя себя по тулупу.

Так началась эта брань, потрясшая мир огородов,
Грозно сходились враги на картофельном поле широком,
Комья земли взлетали, подобно тяжёлым античным
Древкам, которые когда-то метали ахейские рати.

Первым метнул кабачок многомощный воитель Прохор,
С визгом летел он вперёд, рассекая осенний воздух.
Но увернулся Егор и ответил капустою тяжкой,
Словно Диомед поражал неприятеля в битве.

Долго кипела борьба, оглашая окрестности шумом,
Долго летали вокруг кабачки, огурцы и морковки.
Вдруг появились на поле красавица Паша и матерь,
Женщина строгая видом и словом весьма непреклонным.

Громче трубы боевой прозвучал её голос суровый:
'Что за безумцы вы оба? К чему бесполезная распря?
Пока за сердце моё вы сражались с великим усердием,
Кузьма-бухгалтер давно уже стал мне законным супругом'.

Смолкли герои тотчас, опустив кабачки боевые,
Словно троянцы, которым поведали гибель их града.
Молча стояли они среди грядок, ботвы и капусты,
Горько взирая вокруг на следы бесполезного подвига.

После же сели за стол и мирились за кружкою кваса.
Так завершилась война, недостойная гнева Арея,
Но заслужившая всё же отдельную песнь и похвалу:
Редко найдётся сражение, где меньше побед и рассудка.