Давыдов Геннадий
Тоха

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Друзьям детства, которое они забыли...


 
 
  Друзьям детства посвящается...
 
 
 
 
  "Нет, так нормально поесть не получится, - думал он в ожидании заказа,
 наблюдая за чумазым пацаном, сосредоточенно перекапывающим содержимое
 мусорного бачка, - надо ему что-нибудь купить поесть".
  Его дорогой бежевый, по моде слегка примятый хлопчатобумажный костюм, плетеные туфли на кожаной подошве, массивные часы, говорили о том, что он мог позволить себе обед в более роскошном месте. Но он последнее время
 приходил съесть свой дежурный комплексный набор именно сюда. Просто ему нравилась одна из официанток. Он время от времени интересовался, как идут
 у неё дела, нейтрально шутил, оставлял хорошие чаевые, но никаких серьёзных отношений заводить с ней не собирался. К своим сорока с небольшим он успел трижды жениться и столько же раз развестись. Ни одна из его бывших жён не смогла выдержать испытания большими деньгами.
  Пацан меж тем продолжал изучать нутро урны в надежде найти что-нибудь
 съестное. Он попросил официантку принести пару пирожков с мясом и сладкой
 воды. Надо накормить это дитя природы.
  - Слышишь, дружок, возьми, поешь, - обратился он к пацану, когда его
 спецзаказ был выполнен.
  Но пацан брать предложенное не торопился. "Бать!" - крикнул он какому-то
 бомжеватого вида мужичонке, копающемуся в соседней урне на другой стороне
 улицы. Мужичок торопливо пересёк улицу, подошёл к сыну, о чём-то пошептался
 с ним и нерешительно подтолкнул его к столу. И такое знакомое проскользнуло
 в этом жесте, в этой нерешительности, что "дорогой" мужчина сам встал из-за столика и подошёл к отцу пацана...
  Что с людьми делает время! Что люди делают со временем?
  - Тоха? - неуверенно спросил "дорогой" мужчина.
  - Славик? - удивился бомжеватый мужичонка.
  Он постеснялся первым протянуть свою грязную, заскорузлую руку.
  - Да, да, я Славик, из сорок четвёртого дома, - обрадовавшись, что он не
 ошибся и его тоже вспомнили, протянул руку "дорогой" мужчина.
  Пацан не очень понимал, что происходит. Что нужно этому дядьке от его
 отца.
  - Тоха! Тоха! - плохо веря в происходящее, повторял "Славик", - пойдём
 за мой столик, отметим встречу. А то я сижу здесь один, как бездомная собака.
  Они втроём прошли за столик. Славик передал меню Тохе.
  - Заказывай, - предложил Славик.
  - Не, заказывай сам, - отказался Тоха, - я не умею.
  Славик попросил знакомую официантку принести чего-нибудь повкуснее на её усмотрение и побольше.
  - Странно, что ты меня узнал, - сказал Славик, - прошло столько времени.
  - Что тут странного? Ты же меня тоже узнал, - не поднимая глаз, ответил
 Тоха. - А прошло двадцать семь лет.
  Он всегда был таким. С самого детства. С чистыми, ясными голубыми
 глазами, тихим голосом, почти девичьей застенчивостью. Что, впрочем, не мешало
 ему участвовать наравне с остальными пацанами во всех не самых безвинных
 детских забавах.
 
  - 1 -
 
 
  - Зачем ты подошёл ко мне? - спросил Славика Тоха. - Я не тот Тоха, да и ты
 не тот Славик.
  - Не знаю, Тоха, не знаю, - сказал Славик, - наверное, мне и вправду сейчас очень захотелось превратиться в четырнадцатилетнего босяка в порванных кедах
 и растянутой футболке.
  - Что тебе теперь мешает им оставаться в душе? Человека ничто не может
 изменить до тех пор, пока он способен представить себя ребёнком. Жалеешь, что
 вырос?
 - Да нет, - неопределённо пожал плечами Славик.
 - Боишься старости?
 - Нет, и этого я не боюсь. А ты стал философом, - улыбнулся Славик. - Где
 учился?
 - Библиотеки есть не только в университетах. Так что же тебе не даёт покоя? - опять-таки не поднимая глаз, спросил Тоха.
  - Я очень много должен, - вздохнул Славик.
  - Денег? - уточнил Тоха.
  - Нет, здесь скорее должны мне, - отрицательно покачал головой Славик.
  - Тогда кому и что должен ты? Родным? Посторонним людям?
  - Я должен жизни.
  - Разве долг перед людьми и жизнью не одно и то же? - Тоха впервые поднял
 глаза на Славика.
  - С людьми, даже родственниками, можно и должно рассчитываться. А вот жизнь никогда не предъявляет счетов к оплате в открытую. Но ты прекрасно знаешь, что должен и что именно должен. Этот груз постоянно давит чугунным прессом, он всегда с тобою, и с каждым прожитым годом становится всё тяжелее и тяжелее. И день ото дня его тяжесть лишь увеличивается, как проценты по займу у старого ростовщика.
  - Может быть, этот груз попросту зовётся совесть? - Тоха рассматривал
 принесённые официанткой блюда с едой, но не притронулся ни к одному из них.
  - Давайте будем есть, - предложил Славик.
  - Я пока не хочу, - отказался Тоха.
  - Ну, и я пока не буду, а ты давай питайся! - Славик подвинул тарелку
 тохиному сыну. - Как зовут?
  - Антон, Тоха, - ответил за сына отец.
  - Тоха, давай закурим, - предложил Славик, протягивая Тохе-старшему пачку сигарет "Davidoff".
  - Спасибо, я свои, - отказался Тоха, доставая из кармана помятую пачку
 "Примы", - от заграничных я кашляю.
  - Ты когда курить начал? - спросил Славик.
  - Не помню. Но бросил во втором классе.
  - Во втором и я бросил, - рассмеялся Славик, - до девятого. Помнишь, как мы после школы собирали бычки возле шахтёрской столовой? А потом залазили
 на дерево...
  - Мы называли его дубом Робин Гуда. Хотя это был вовсе и не дуб, а акация.
  - Но всё равно - здоровое дерево! И цветы его можно было есть. Лёха с него
 лихо спикировал. Помнишь?
  - Конечно. Я же говорил ему, чтобы за ветки покрепче держался, чтоб не шандарахнуться, когда от дыма голова закружится или от сигарет закашляешься.
 Так он - всё нет да нет. Кашляю, говорит, потому что простудился. Второй раз
 закурил, а туда же - простудился.
  - А семечки? Семечки! - заблестели глаза у Славика. - У каждого в кармане
 обязательно были семечки, чтобы заедать курево. И зубчик чеснока, чтобы пальцы
 табаком не воняли. Не то мать, если дома унюхает - прибьёт!
 
 
  - 2 -
 
 
 
  - Это ваши матери вас обнюхивали. Моей было абсолютно всё равно - курю я, не курю, - Тоха снова опустил глаза. - Отец, тот, пока не помер, всё пытался
 меня воспитывать. В основном, с похмелья. Только он сам толком не понимал,
 за что бьёт. Наверное, просто за то, что я есть, за то, что имел наглость родиться.
 Как будто я их с матерью об этом просил!
  - Тоха, можно я спрошу у тебя одну вещь? - теперь пришла очередь опустить
 глаза Славику.
  - Спрашивай, чего там. Что так долго тянул? - невесело улыбнулся Тоха.
  - Тогда, в детстве, - нерешительно начал Славик, - было как-то страшно спрашивать. Все пацаны между собой говорили, что вы отца во дворе своего дома
 похоронили.
  - Похоронили, - спокойно ответил Тоха. - А откуда у нас было взяться денег
 на похороны?! Мать получила пособие на погребение и за два дня пропила его
 с отцовскими дружками. Они решили, что похоронить его завсегда успеется, а вот
 помянуть надо бы прямо сейчас.
  - Прости, Тоха... - ещё ниже опустил голову Славик.
  - Да ладно, Славик. Проехали. Только это ещё не всё. Деньги кончились,
 мать протрезвела: "Боженьки мои!.." Бога вспомнила! Ты думаешь, ей отца жалко
 стало? Какое там! Хоронить-то его всё равно надо, а на что? Нашла она чудом
 какие-то деньги, и вместо того, чтобы похоронить отца, снова набрала дешёвого
 пойла. А от отца уже запах пошёл. Вот и пришлось нам со старшей сестрой копать
 могилу в глубине двора. Там и похоронили его завёрнутого в старое одеяло как смогли.
  - То-то весь двор тогда гудел, - вспомнил Славик, - бабки то крестились,
 то плевались. Ещё, наверняка, кто-нибудь из добрых людей в милицию настучал?
  - Да мы самим виноваты, - Тоха достал из пачки очередную примину. - Никто и ничего никогда не узнал бы, но мы с сестрой, по нашей наивности и
 душевной простоте своей детской поставили над могилой крест, сколоченный
 из дощечек от ящика. А с улицы его было видать. Пришёл участковый и говорит:
 "Чтобы через три дня перезахоронили на кладбище!" А мать трезвая, злая, ему
 в ответ " Тебе надо, ты и хорони!" Участковый выматерился, плюнул и ушёл.
 Закончилось тем, что мы убрали крест, и больше к нам никто не приставал.
  - Прости, Тоха, - извинился ещё раз Славик, - спросил по глупости.
  - Ты знаешь, - казалось, совершенно не обращая внимания на извинения Славика, продолжал Тоха, - мы когда с сестрой копали могилу, я всё пытался
 представить, что мне жалко отца, и заплакать. Ничего не получилось. Я, наверное.
 очень злой.
  - Нет, товарищ мой Тоха, ты самый добрый и щедрый!
  - С чего это ты так решил? - вызывающе по-детски спросил Тоха.
  - Как-то перед школой я выносил мусор и... - Славик замялся на секунду,
 затем продолжил, - ты только не обижайся, пока не дослушаешь.
  - Рассказывай, - кивнул головой Тоха.
  - У мусорных баков я встретился с твоей матерью. Она там что-то искала.
  - Тоже мне - новость! - спокойно проговорил Тоха. - Ничего она там не
 искала. Это было её обычным занятием - копаться по помойкам.
  - Она нашла возле одного из баков полиэтиленовый кулёк, - рассказывал
 дальше Славик, - затем высыпала из него всё на землю. Там была сморщенная
 свёкла, вялая морковь с зацветшей капустой и проросшая картошка. Наверное,
 кто-то перебирал после зимы овощи в подвале и выбросил испортившиеся. А вечером того же дня, после того, как мы, набегавшись до чёртиков в глазах,
 играя в футбол...
  - ...счёт, как обычно, был примерно 25:18?
  - ... да где-то так. Так вот, ты пригласил всех к себе в гости. "Приходите,
 у нас сегодня будет борщ", - сказал ты.
 
  - 3 -
 
 
  - И ты называешь добротой и щедростью - накормить борщом из несвежих овощей, собранных на помойке?
  - Но ты же пригласил нас! Нам никому и никогда хотя бы раз не пришло
 в голову пригласить тебя на обед. Пусть и овощи у нас были свежими и не со
 свалки.
  - А сегодня ты решил исправить эту ошибку, и закатить для нас с Тохой
 пир на весь мир, - Тоха-старший указал на забитый всякой снедью стол.
  - Я и сам не могу объяснить себе, зачем я это делаю. Просто мне с некоторых
 пор стало не доставать какой-то безоблачности. Не знаю даже, как сказать. Хочется
 вздохнуть полной грудью, чтобы небо стало выше, время не так быстро летело...
 А ещё я хорошо помню, как ты всю нашу компанию накормил вяленой рыбой.
 Такой огромный лещака! Мы все удивлялись, где ты его умудрился раздобыть.
 Ты говорил - поймал. Помнишь? Такая рыба! - разошёлся Славик.
  - Смутно, - не мог припомнить такого случая Тоха.
  - Ну как ты мог забыть! А на следующий день тебя поймал её хозяин. Потом
 ты ещё с синяком ходил. Мы спрашивали: "Откуда?", а ты сказал, что, мол, рыба
 хвостом ударила.
  - А-а, вспомнил, - встрепенулся Тоха, - это мне хозяин того самого леща
 засветил. Помнишь, мужика из сорок второго дома с вечно красной рожей?
  - Он всей округе резал свиней и пил свинячью кровь.
  - Его так и дразнили - Упырь, - жестко сказал Тоха. - Мне тогда не столько
 рыбы хотелось, сколько наказать Упыря. Он жил на втором этаже, и постоянно
 сушил рыбу на бельевых верёвках, натянутых у него на балконе. Я пришёл ночью
 с секатором, знаешь, такие большие садовые ножницы на длинной палке - как раз,
 то, что нужно - и срезал у него пару лещей. Одного отнёс домой, а вторую рыбёху притащил нашей компании. Если бы я оба леща домой отнёс, то так бы и не
 попробовал ни пёрышка. Отец, он тогда ещё живой был, рыбу у меня сразу же
 забрал, оттащил её на рынок и променял на две бутылки палёной водки.
  - Классная была рыба. Навряд ли здесь такую подадут, - вздохнул Славик.
  - Стоила синяка, - согласился Тоха, - правда мать потом ещё добавила, чтобы воровать не повадно было и чтобы меньше по друзьям раздавал. Упырь
 нажаловался. Но после того как меня воспитывал отец, это было так - семечки.
  - А я, к тому времени, когда меня можно было воспитывать по полной
 программе, - делился с другом наболевшим Славик, - никто не наказывал. Потому
 что я научился всё делать так, чтобы об этом родители ничего не узнали. У меня
 всегда перед глазами был живой пример - мой старший брат. Отец наказывал его,
 а меня заставлял смотреть. Но зато потом меня бил старший брат, потому что
 я видел, как бьют его.
  - У меня не было старшего брата, но и старшая сестра тоже не подарок...
  В этот момент у Славика в кармане зазвонил мобильный телефон. Славик
 недовольно полез за "раскладушкой". На том конце женский голос сообщал, что
 Вячеслава Андреевича ждут партнёры.
  - Работа достала? - сочувственно спросил Тоха.
  - Достала, - согласился Славик.
  - Где работаешь?
  - В банке.
  - Начальником? - безо всякого интереса поинтересовался Тоха.
  - Хозяином, - обречёно сказал Славик.
  - Тебе, наверное, надо идти?
  - Надо. Ты так ничего и не успел поесть.
  - Я, если можно, кое-что возьму с собой, - опустив голову, попросил Тоха. -
 Там, дома, сестра с тремя желторотиками.
  - Конечно, забирай всё.
  Они встали из-за столика. Славик помог Тохе уложить продукты в сумку.
 
  - 4 -
 
 
  - Мы встретимся ещё когда-нибудь? - спросил Славик.
  - Не знаю, - пожал плечами Тоха.
  - Может быть, тебе дать денег? - предложил Вячеслав Андреевич.
  - Дурак ты, Славик, - Тоха посмотрел на него своими ясными голубыми
 глазами. - Кто предлагает деньги друзьям детства?
 
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"