Генрих-Нав
Вальдо. Приобретение

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вальдо, сын старейшины и житель Пограничья, становится обладателем могущественной силы. Сможет ли он ее освоить, а освоив, как станет ее использовать? Закончено.

Вальдо. Приобретение

*


  - Вальдо! - громко донеслось из-за стены.
  - А? - с неохотой отозвался я, вынимая изо рта наполовину разжёванный кусок мяса.
  - Тут купец с просьбой пришел. Помочь надобно, - снова донесся до меня требовательный женский голос.
  Ага, было дело - заходил к нам кто-то в избу как раз, когда я садился обедать.
  - Но я-то тут причем? - попытался отвертеться я от нависшей надо мною ответственности. - Я же в купеческом деле ничего не смыслю. Для таких дел у нас есть отец. И вообще - я ем.
  - Твой отец, вместе с большинством наших мужиков, занят поисками детей Ефросии, что пошли в лес по грибы, да так и не вернулись. Али ты забыл? - донеслось до меня уже более грозным тоном - видимо мать начинала злиться. - Так что поднимай свое седалище и мигом чеши ко мне.
  Что ж - раз надо, так надо.
  Я с большой неохотой отложил недоеденную снедь и неспешно перешел в большую светлую комнату, где отец и мать обычно принимали просителей. Там, на лавках, восседали двое - женщина и мужчина. Для неподготовленных людей моя мать показалась бы несколько пугающей, ведь она была женщиной больших форм и больших обхватов. Большим у нее было все - лицо, плечи, тело, руки. Все. Не человек, а, ха-ха, откормившаяся к зиме медведица. К счастью, я пошел не в нее, а в своего отца - не в пример худощавый, жилистый, узколицый и темноволосый. Купец же выглядел донельзя обычно - мрачный, толстый и упитанный. Вот только его одежда - сермяжная куртка, теплые штаны и высокие сапоги, оказалась донельзя перепачканными грязью.
  - Объяснись ему, Галахий, - властно сказала мать.
  Мужчина тут же послушно повернулся ко мне.
  - Я тут к вам из Лесной ехал, - без сякого приветствия начал он. - Ну, чтобы поторговаться и все такое. Все чин чином, как полагается - телега, лошадка, груз. И вот уже почти что приехал, уже вот-вот деревня должна появиться, как из кустов как кто-то на меня рыкнет. Да так громко - просто ужас! - Вспомнив этот миг, купец непроизвольно поежился - видимо, он и правда натерпелся страху. Хотя, если подумать, он сам во всем виноват - с чего это он ездит в пограничные земли, да без охраны? Тут, у нас, и хищные звери есть, и разбойники имеются. А иногда к нам даже монстры кое-какие захаживают. Или кто похуже.
  - Вот моя лошадка, моя пегая, и понеслась. Да так, что сбросила меня с козлов, да прямо на землю. - Он виновато обвел себя руками, и я понял, откуда взялась грязь на его одежде. - Я, со страху, побежал сразу к вам, сюда то бишь. А кобылка, телега и товары, стало быть, там остались. Одни, в лесу. Пропадут же... - с тоской закончил он, пустив по щеку скупую слезу.
  Понятное дело, что пропадут. Раньше надо думать было.
  - И много товаров-то? - деловито осведомилось мать.
  - Я заплачу. Щедро заплачу, - правильно поняв ее намек, сразу затараторил неудачливый купец. - Я и на то место всех отведу. Только дайте мне мужиков. Много мужиков. Пущай поищут, пусть найдут, - слезно взмолился он.
  - Много не дам, - твердо одернула его мать. - Я же говорила, что почти все мужики ушли на поиски пропавших детей. Я дам вам своего сына, Вальдо. - Она важно кивнула на меня. - Он возьмет четырех своих друзей и...
  - Но пять помощников это мало, - не согласился тот.
  - Четырех своих лучших друзей, - сказала она с еще большим нажимом. - Ты доведешь их до того места, где ты расстался с телегой, и они в два счета отыщут твою пропажу.
  - Но пять человек это же ж, это... - Глаза торговца налились горючими слезами. Ой-ой-ой, и кому это он на жалость давит? Моей маме-то? Зря старается.
  - Это не просто какие-то там пять людей, а мой сын и его друзья, - пояснила мать. - Они знают эти земли, как свои ладони. Мой сын отлично владеет палицей, а его друзья - разным иным оружием. И все они - парни не робкого десятка. Не горюй - они мигом все отыщут. Прочухаться не успеешь. - Она покровительственно похлопала его по плечу.
  После этих слов мужчина несколько повеселил.
  - Вальдо! - Мать повернулась ко мне. - Иди, собери своих, как ты их называешь, бандитов, и возвращайтесь сюда, - отдала она наказ. - А я тут немного поторгуюсь.
  - Но Сирия и Зака могут не отпустить: Зак сейчас занят ковкой, а Сирий учится стрельбе из лука. - Я сделал последнюю попытку отвертеться от этого дела.
  - Скажи, что я приказываю. - Глаза матери жестко блеснули, словно у дикого зверя, готового выйти на смертоносную охоту. - Иначе ни главному кузнецу, ни главному охотнику не видать от меня поблажек. Таким им и передай. Ты меня понял?
  - Понял.
  Я уразумел, что у меня нет выбора. Как нет его и у моих друзей.

*


  Хорошо быть сыном старейшины, да еще и на пограничных землях - одно слово, и тебе подчиняются все, от мала до велика. Если они не дураки, конечно же. Потому как дисциплина в Пограничье это - залог выживания. Наравне с силой и умениями. Сильный защищается своей силой, умелый - своими уменьями. Но и тот и другой должны подчиняться приказам своего старейшины или градоначальника, если не желают стать изгоями.
  - Ну чего там еще? - спросил Зак, последним заходя на наш двор. А вот и помощник кузнеца, прозванный меж нами Железным Кулаком. - Хоть пару слов сказал бы. А-то пришел, заявил, что нужно идти в лес, что это - приказ старейшины. И все, - хмуро бросил он.
  - Да там ничё такого, - отозвался вместо меня юный охотник Сирий. - Там какой-то купец, гы-гы, разминулся со своею телегой, - вкратце объяснил он всю историю. - И теперь он слезно просит ее найти.
  - А мы-то тут причем? Сам слетел, сам пусть ее и ищет, - отозвался третий участник встречи - высокий и вечно отчего-то хмурый Ивальди. И вроде в семье у него все хорошо, и у его отца, скорняка, работа ладится. А он все мрачный ходит, словно какая-то туча. За что мы его и прозвали Хмарью.
  - Он денег пообещал. Много! - важно ответил я. - И это решило дело.
  - Он деревне пообещал деньги. Деревне. А мы-то тут причем? - отозвался рыжеволосый коротышка Игни. Ну вот - кто о чем, а малый о деньгах. Хотя, не удивительно - жилка потомственного лавочника дает о себе знать.
  - А зерно на посев, если засуха, за какие деньги мы будем покупать? Или лекарства на зиму? Из твоих прибытков? То-то, - урезонил я его, понимая, что парень ворчит больше от недовольства, чем от возмущения. Вечно думает об упущенной выгоде. За что он и получил он нас прозвище Монета.
  - Итак. - Я обвел взглядом всех пришедших: коренастого Зак, худощавого Сирия, высокого Ивальди и коротышку Игни. - Старейшина дала нам задание, - обратился я к приятелям. - Если коротко - к нам ехал купец. Ехал, пока не услышал звериный крик. Кобыла со страху рванула в сторону, и купец слетел с телеги. Придя в себя, купец рванул к нам, а его кобылка с телегой осталась где-то там. Вот ее-то нам и нужно найти.
  - Звериный крик? Какой? - вмиг оживился Сирий.
  - Он не запомнил, - покачал я головой. - Но, судя по всему, что-то очень и очень страшное, отчего он почти обделался.
  Компания тут же захохотала.
  - Где все это произошло? - не унимался охотник.
  - Судя по его словам, где-то недалеко.
  - А ехал он к нам?..
  - По северной дороге, из Лесной.
  Сирий призадумался.
  - Если я правильно понимаю, это должно было произойти где-то возле Белого камня - сделал вывод он. Там с одной стороны густой ельник, с другой - небольшое болото.
  - В ельник его телега точно бы не заехала - там деревья стоят стеной, - сказал я.
  - Значит, она в болоте, - согласился тот. - Сейчас весна, много воды, земля мягкая. Выходит, она не могла далеко заехать, - сделал еще вывод охотник.
  - То есть работка легкая? - обрадовался скорняк.
  - Не совсем, - скривился Сирий. - Раз воды много, значит, много и тумана. Будет плохо видно. Придётся повозится.
  - Вот же ж непруха, - мрачно отозвался Ивальди.
  - Было бы легко - нас бы тут не было, - согласился я. - Итак, вам все понятно?
  Парни вразнобой закивали.
  - Оружие взять не забыли? - задал я более важный вопрос.
  На этот раз парни закивали более дружно, показывая на прикрепленные к поясам дубинки. Да - оружие простое и дешёвое, как и все в нашем поселении. Но зато надежное. Только у меня одного имелась железная палица. Как никак - сын старейшины, будущий глава деревни.
  - Да, Вальдо Едкое Жало. Все есть, - дал за всех ответ Зак.
  Услышав свое прозвище, я тут же набычился.
  - Песьи дети! Я же просил - не называть меня так, - грозно заметил я.
  - Просил, - согласился, улыбаясь Зак. - А мы просили тебя взамен не язвить и не глумиться над нами. Ты выполнил свою часть обещания?
  - Ну.... - протянул я задумчиво. Жить и никого не жалить? Да что это за жизнь тогда такая будет!
  - Вот так-то.
  Парни заржали, словно стадо пьяных лошадей. Смеялся даже Ивальди.
  Наконец дверь избы открылась и наружу вывалился купец, уставший и очень грустный - видимо сражался с моей матерью за каждую мелкую монету. И наверняка проиграл - куда ему до моей матери.
  - Ну что, идем? - скомандовал я на правах старшего.
  - Идем. - Мужчина отчаянно махнул рукой и потопал на северную окраину посёлка.

*


  После небольшого путешествия мы уже стояли на дороге, теснившейся между густым ельником и небольшим болотцем.
  - Вот здесь где-то. Точно где-то здесь. - Купец стоял посреди дороги и уверенно тыкал пальцем в грязь. - Или не здесь, а где-то чуть дальше. Но, всяко, где-то тут. - Он развел руками, охватывая участок приличных размеров.
  Очень точно. Просто бесподобно. И так искать - не переискать. А тут еще и это.
  - Погодите. - Сирий снял свой лук, и отдав его мне, принялся шагать по дороге, опустив голову, словно гончая собака.
  - Что, будешь искать место паденья купца по запаху? - тут же схохмил я.
  Купец зарделся, а друзья расхохотались.
  - Была, гы-гы, такая идея, - весело отозвался охотник. - Но нет - просто буду искать следы. Земля влажная, значит, следы колес должны были хорошо впечататься.
  - А... - протянул я с умным видом.
  Ждать пришлось недолго.
  - Сюда! - крикнул Сирий отошедший от нас почти что шагов на сто. Мы подошли, и он ткнул пальцем себе под ноги. - Вот тут следы колес. А вот тут видно, как они резко сворачивают в болото. - Охотник продолжал тыкать пальцем в какие-то отпечатки на дороге. - А вот, глядите. - Он запустил пальцы в грязь и вынул из нее какую-то вещь.
  - Моя шапка! - вмиг распознал находку купец.
  Сомнений не оставалось - мы нашли нужное место.
  Я взглянул налево - туда, где разлилось серое болото. Густые кусты и куцые деревья несколько скрывали обзор. Да еще и этот туман. Да уж - поиски точно будут непростыми.
  - Галахий, ты остаешься здесь, - распорядился я. - Мы же пойдем в болото.
  Купец радостно закивал - видимо он даже и не намеревался идти и топтать ногами грязь. Вот и хорошо - меньше заботы будет.
  Мы развернулись и отправились в сторону едва виднеющейся серой водной глади. Первым осторожно отшагивал Сирий, за ним, по цепочке, топали все остальные.
  Потревоженное болото громко чавкало под ногами, словно возмущаясь нашему непрошенному визиту. При нашем приближении лягушки и змеи стремительно покидали насиженные места, птицы взлетали ввысь, а болотные свиньи раздраженно косились взглядом. И только туман, лениво перекатывающийся из стороны в сторону, с легкостью расступался перед нами, раскрывая объятия, словно добродушный и гостеприимный хозяин, но с такой же легкостью он и смыкал их сзади, словно отрезая нам путь к отступлению. Растения тоже не радовали - тонкие корни спутывали шаг, мокрые листья скользили под обувкой, заставляя спотыкаться, сухие ветки кололи, гордая крапива жалила. Но мы шли вперед и не жаловались. Кабаны и волки не нападают, и ладно.
  Вскоре мы вышли на небольшую поляну, земля на которой была похожа на крепкую хлебную корку.
  - Здесь следов не будет, - покачал головою Сирий. - Придётся искать наугад. - Он поднял на меня вопрошающий взгляд.
  Ага, понял.
  - Итак, песьи дети, слушайте меня, - принялся командовать я. - Железный Кулак идет к тем камням. - Я махнул рукой, указывая направление. - Сирий - к дальним соснам. Хмарь - поищи вон за теми кустами. Я же отправлюсь к противному берегу острова. А ты, Монета... - Я задумчиво взглянул на коротышку. - Оставайся тут. Так, на всякий случай.
  На том и разошлись.
  Мы двинулись по указанным места. Но поскольку команды молчать я не давал, до меня то и дело долетали какие-то разговоры.
  - И чьего крика он мог так испугаться? Волчьего, что ли? - задумчиво проговорил Ивальди с противоположного края поляны.
  - Не-а, - не согласился Сирий, судя по шуму, продирающийся через кусты осоки. - Здешние волки нападают бесшумно.
  - Тогда кого же он так испугался? - Копна каштановых волос скорняка мелькнула последний раз и пропала за деревьями.
  - Думаю, это была выпь, - донеслось со стороны Сирия.
  - Обычная безобидная выпь?
  - Ага, хи-хи. Так эти птицы ищут себе пару. Чем громче и истошнее крик - тем больше будет самок.
  - То бишь мужик испугался самой обычной птицы?
  - Ага.
  - Смешно.
  - А-то.
  Разговоры, заглушаемые туманом, постепенно стихали, и вскоре я остался предоставлен сам себе. Стало немного страшно. Самую малость, но все же. Даже несмотря на наличие металлической палицы, встречаться один на один с волком или кабаном мне не хотелось. К счастью, я знал, что стоит мне только крикнуть, то мои друзья тут же сбежаться ко мне на помощь. В своих страхах я им, конечно же, не признаюсь. Чтобы я, и чего-то боялся? Пф-ф-ф - этому не бывать.
  Мне повезло - я первым наткнулся на купеческую пропажу. Телега с товаром стояла, приткнувшись к высокой кривой осинке, а перепуганная лошадь молчаливо таращилась на меня выпученными от страха глазами. Увидев человека, она с радостью потянулась ко мне, но запутавшаяся в ветках упряжь не дала ей ступить и шагу.
  Ну вот - дело сделано. Хотя - кто бы сомневался в обратном? Это же я все возглавлял.
  Я свистнул условным знаком, подзывая к себе ребят, а затем принялся наводить порядки - успокоил скотину длинными мягкими поглаживаниями по шее, потихоньку отвязал запутавшиеся вожжи, а затем принялся проверять поклажу. Надо отдать купцу должное: он не пожалел веревок - груз лежал надежно. Весь, кроме одной коробки, которая каким-то образом вынырнула из веревочного плена и держалась всего одним углом.
  Кусты раздвинулись и на поляне появился помощник кузнеца. Оценив обстановку, он расслабленно оперся на одно из деревьев и принялся ждать остальных ребят. Через какое-то время откуда-то сбоку вынырнул Сирий, огляделся, и увидев, что все в порядке, тихо оперся на борт телеги. Последним сквозь кусты пробрался что-то ворчащий себе под нос Хмарь.
  - Ну вот - все найдено, - заявил охотник, когда скорняк поравнялся с телегой. - Возвращаемся к купцу и ведем его сюда, или берем лошадь и телегу и сами возвращаем их ему?
  Сирий обращался ко мне, но я его не слышал - все мое внимание привлекала та самая коробка. В ней не было ничего необычного - небольшая, длинною в локоть, плоская, обшитая кожей и закрытая сразу тремя ремнями. Но мои ум занимала именно она. Я глядел на нее, как глядит лисица на бесхозную курицу, как глядит кот на мышь, или маленький ребенок - на сладости. Глядел и думал, как бы ее... заполучить.
  - Вальдо, ты чего? - услышал я озабоченный голос приятеля - видимо, его напугало мое затянувшееся молчание.
  Чего, чего? Я не хотел уходить без своей добычи - вот чего.
  - Парни, мы, это... хорошо с вами потрудились? - осторожно начал я, обводя всех вопрошающим взглядом.
  - Че? - удивленно ответил Сирий.
  - Чо? - поднял брови Зак.
  - Чего? - привычно нахмурился Ивальди.
  Нет - надо зайти по-другому.
  - Мы на задание сходили? Сходили. Грязное болото ногами месили? Месили. Телегу нашли? Нашли? Значит, дело сделали. А за это нам положено награда, - уже не просящим, а требовательным тоном закончил я. - И я полагаю, что наша награда -- вот, она. - Я кивком указал на свободно болтающуюся коробку.
  Ребята переглянулись, но никто возражать не стал. Это Пограничье - деньги тут лишними не бывают. Да и если старший так велит...
  - А что мы скажем купцу? - на всякий случай уточнил у меня крепыш.
  - Что коробки тут не было, - ответил, словно читая мои мысли, Ивальди. - Гляди - она и так держится почти что чудом.
  - И что мы будем с ней делать? - снова просил меня Зак. Деловитый. Впрочем, как всегда.
  - А вот что. - Я подошел к правому борту телеги, протянул руки и осторожными движениями выдернул приглянувшуюся вещь. - Зак - бери под уздцы лошадь. Сирий - указывай дорогу.
  - А ты? - спросил Ивальди, взбираясь на борт телеги.
  - А я буду выглядывать, куда можно спрятать нашу, э-э-э, добычу, - хищно ухмыльнулся я в ответ. - Найду приметное место, и там оставлю. И, если все пройдет хорошо, мы с Сирием сразу за ней вернемся, и вечером вскроем.
  - Этим вечером? - удивился Хмарь.
  - Угу. Если там лежит что-то нам, ну, неинтересное, мы попробуем вернуть эту коробку купцу, пока он у нас в деревне.
  - За деньги? - вскинул брови Сирий.
  - Разумеется, - ответил скорняк за меня.
  Слушая ребят, я победоносно улыбнулся. Мне исключительно повезло - не потеряйся дети Ефросии, на поиски отправили бы других людей, с которыми я бы вряд ли договорился. А так...

*


  Передача находки прошло отлично - купец настолько обрадовался возвращению телеги с добром, что даже не расстроился из-за пропавшей коробки - ведь остальное цело. Не заметил он и того, что в деревню отправились только трое ребят из пяти. Остальные, я и Сирий, остались на дороге, и, дождавшись удобного момента, вернулись за добычей, а затем отправились вслед за всеми.
  Вечером, после заката, мы снова встретились вместе. На этот раз - на кузне. Почему на кузне? Во-первых, она находилась за пределами деревни, что защищало нас от излишне любопытствующих лиц. А еще потому, что упрямые пряжки, закрывающие коробку, так просто не поддавались, и для ее открытия было решено воспользоваться инструментами главного кузнеца - наставника Зак.
  Зак раскалил жаровню, и при ее свете тут же принялся за дело. Крепкие руки и мастерство вскоре взяли верх - защелки открылись, и я наконец смог открыть вожделенную коробку.
  Взмах руки - и крышка отворилась. Я наклонился, алчно вглядываясь внутрь. О-па-па, ну надо же!
  - Чего там? - тут же спросил меня Сирий.
  - Ну? - поддакнул Зак, перебирая в руках инструменты.
  - Не томи, - набычился Ивальди.
  - Дай и мне посмотреть, - попытался протиснуться Игни.
  Что там? Да ничего. Я разочарованно отклонился назад, давая возможность друзьям самим во всем убедиться.
  - Книга? Там всего лишь книга. - Судя по голосу Ивальди, разочарование скорняка оказалось не меньше моего.
  - И такая тонюсенькая, - досадливо протянул коротыш. - Была бы она потолще, может быть и имела ценность.
  - Тут еще и флакон какой-то, - отметил глазастый Сирий.
  - И тоже маленький. - придирчиво ответил лавочник.
  - А еще тут листок бумаги, - приглядевшись, заметил Зак.
  Книга, листок и флакон? Не самая лучшая добыча, пес его побери. Что ж - может в книге есть красивые картинки? Я взял книгу в руки и попытался ее раскрыть, но она не желала открываться. Да, на ней тоже был ремешок, но не было никакой застежки. Я передал книгу Сирию, но тот тоже не смог с ней сладить. Затем она перекочевала в руки остальных парней, но даже крепкие пальцы Зака никак не смогли найти на нее управу.
  Странно. Очень странно.
  К флакону я прикасаться не решился. Оставался только листок. От безысходности я поднял его и поднес поближе к свету углей. Лист оказался исписан красивым крупным почерком.
  - Это же письмо! - догадался Сирий. - Прочти его, Вальдо.
  - Ага, давай. Может оно нам все объяснит, - хмуро поддакнул Ивальди.
  - Хотелось бы, - согласился Игни. - Должно же быть всему объяснение.
  Объяснение? Может там оно и есть. Конечно, меня больше устроили бы деньги. Но, раз парни просят, то так тому и быть. Тем более, что из нас всех, хорошо читать умею лишь только я. Сын старейшины все ж таки.
  Я пожал плечами, взял в руки прямоугольный лист, пододвинулся чуть ближе к огню и принялся читать.
  - Дорогой Люциус, - начал я безо всякого интереса. - Как поживаешь, мой старый друг? Как поживает твоя супруга? И как дела у твоего неуемного сына?..
  Затем пошли строчки о чьих-то буднях - кто-то что-то делал, кто-то куда-то ходил и добивался каких-то там результатов.
  - И напоследок вот что еще скажу: я умираю. Да, да, это так. Самые сильные настойки уже не приносят прежнего эффекта. И я понимаю, что дни мои сочтены. Не спорь - есть вещи, которые ты просто чувствуешь. Как и чувствуешь их неотвратимость.
  Это я тоже прочел без особого волнения. Что мне там чья-то смерть. Да еще и совершенно незнакомого мне человека.
  А вот следующие строки заставили меня затаить дыхание.
  - Потому я делаю то, что когда-то тебе обещал. Предполагая склонность твоего сына к магии, я высылаю ему особую эссенцию, пробуждающую магические силы, и книгу с заклинаниями ледяной магии. Магия льда -- это очень сильная магия, а потому открыть книгу может только человек с активными магическими способностями.
  "Так вот почему книга никому из нас не поддавалась?" - с удивленьем подумал я. И тут же вчитался дальше.
  - Сделать следует вот как: сначала дай сыну выпить эту эссенцию. Если в нем есть хоть какие-нибудь магические силы, то это зелье, как минимум, их удвоит. Ежели сил у него нет, то и книгу ему не открыть. Но так она все равно будет ему без надобности.
  Я отложил лист и взяв флакон, принялся с удивлением рассматривать его на просвет. Обалдеть: зелье, удваивающее магические силы. Вот же какое чудо. Я даже не знал, что что-то такое бывает. Думал, что в той склянке - какой-нибудь дорогой алкоголь. Или зелье леченья какое-то. А тут вон оно что.
  Вдоволь надивившись, я отложил вещицу и снова принялся за чтение.
  - Ежели у твоего парня все получится, то пусть он откроет книгу. Я понимаю, что учить магию без учителей непросто, но я сделал пометки, которые существенно облегчат ее понимание. Так же я наложил на книгу некоторые ограничения - не освоив один раздел, нельзя перейти к другому. Ты же знаешь этих мальчишек - им вечно подавай все и сразу.
  Прочитав про мальчишек, я невольно улыбнулся - ну точно про мою банду. Им, если поесть, то сразу от пуза, а если напиться, то до поросячьего визга и громких песен. Все верно - мы именно такие.
  Оставшиеся пару строчек я прочел уже с нескрываемым волнением.
  - В остальном ты поможешь ему, чем сможешь. Будет вашему городу новый защитник и лекарь. Главное - научи его расходовать свою силу разумно, потому что чем больше силы, тем больше и обязательств. Ну и завистников - куда уж без них. Посему и отправляю подарок вам с обычным купцом, а не особо, под охраной, дабы не привлекать к ней излишнего внимания.
  Остаюсь твоим вечным другом по обязательству, Арчи Баальд Делосский.
  Я отложил листок, откинулся назад и обвел взглядом притихших парней.
  - Итак, в этой бутылочке и в этой книге - магия, - подытожил я прочитанное. - Если кто-то хочет, то может выпить из этого флакона. Если повезет, то он сможет стать магом льда. Если не повезет... - Я не стал заканчивать.
  Прошло временя, но ни один из ребят по-прежнему не издал ни звука. И я их понимал - не просто решится на такой ответ.
  - Ну что, Сирий? Хочешь попробовать? -- Я взял бутылек и протянул его худощавому пареньку. Он тут же отшатнулся назад.
  - Чего ты? - несколько удивился я.
  - Че, че. Да боязно мне, вот че, - честно признался он. - А вдруг это зелье меня погубит?
  - Почему погубит? - удивился я такому ответу. - Тут написано, что оно пробуждает магические силы. - Я ткнул пальцем в лежащий в коробке листок.
  - Может, и пробуждает, - медленно ответил он. - Но что, если оно подарит мне магию, а вместо этого оставит меня без слуха, или без нюха?
  - С чего бы вдруг?
  - А чего нет? Просто так не кому ничего не дается - это знаю наверняка. Нет-нет - я не собираюсь пить непонятно какое зелье, - решительно отказался он, и даже сделал два шага назад, отстраняясь от протянутого дара.
  Сирий струсил. Я повернул руку и остановил ладонь перед Заком.
  - Будешь? - просто спросил я у него.
  Помощник кузнеца сразу покачал головой.
  - Я в кузне все время занят, и учитель доволен моими успехами. Когда мне учится магии? Да и зачем? Свое дело нужно делать хорошо, а не замахиваться сразу на два.
  Тоже струсил, да. Но повод для отказа нашел весьма достойный.
  - Ивальди? - Я протянул зелье мрачному скорняку. Тот в ответ поднял на меня грустный взгляд.
  - Я хочу и могу, но... Вдруг у меня не получится? Вдруг я не осилю магию?
  - Зато хоть попробуешь, - нажал на Ивальди я.
  - Нет-нет - если я профукаю такой шанс, мне будет перед вами. Так что нет - лучше уж кто-то другой....
  Ага - и этот тоже трусит, только по-своему.
  Я повернул руку и протянул флакон коротышке.
  - Будешь?
  Рыжий взял флакончик и очень долго держал его в своих руках.
  - Вот продать бы его... - едва слышно донеслось до меня.
  Угу: белке - шишка, а лавочнику - нажива.
  - Дай сюда. - Я быстрым движением вернул флакон обратно. - Что, никто не хочет? - подытожил я.
  - А ты? - Разочарованный взгляд Игни перешел с пустой ладони на мое лицо. - Сам-то ты ... что?
  Я? Н-да - о себе я даже не подумал.
  Я нахмурился и крепко призадумался, разглядывая мутную жидкость в маленьком стеклянном флаконе.
  "Да, с одной стороны, все выглядит легче легкого - выпил зелье и принимайся за магию. А магия -- это сила. Сила и уважение. Кто же от них откажется?
  Но, с другой-то стороны... - Я поиграл бутыльком, осторожно перекатывая его между пальцами. - Если подумать, то все не так и гладко. Вдруг зелье на мне не сработает? Именно на мне - не сработает. Что тогда? Будет обидно. По-песьи обидно. М-да.
  А если, наоборот, сработает? - представил я себе другую картину. - Магия во мне проснется, но я не смогу ее осилить? Не смогу, и все тут, - засомневался я. - Тот Арчи Баальд написал, что оставил подсказки в книге. Но вдруг я их не пойму? Мы же Пограничье, всяким умным словам не обучены. Это будет обидно - проворонить такую возможность. Нет - в лицо мне никто ничего не скажет - я же сын старейшин как-никак. Но я-то знаю, что они будут думать".
  Я поднял голову и обвел взглядом всех собравшихся. Парни вопросительно глядели на меня, ожидая моего ответа. И что мне им сказать? В голове лишь одни сомнения. М-да...
  "Нет, это наверняка не мое. Я - сын старейшины, - пронеслось в голове решительно. - Мое дело - научиться всем премудростям, а когда придёт время, достойно заменить отца и мать. А работа эта нелегкая. Как сказал Зак - свое дело надо уметь делать хорошо. Так нужна ли мне эта магия?"
  Вот, отлично, отлично- именно так я могу им всем ответить. Это будет отличный повод. Отличный и неоспоримый.
  "Но все же, все же... - Бутылек в ладони призывно мигнул мне ярким отблеском. - Магия - это сила. Неоспоримая сила. А сила в Пограничье нужна всегда. Сила здесь лишней не бывает. Если я выпью жидкость, и все у меня получится, я стану великим магом. А после смерти родителей стану великим старейшиной. Или старейшиной-магом. Хотя нет - если я стану магом за год или за два, то зачем оставаться каким-то старейшиной? Ведь быть магом гораздо лучше!"
  Мысли все множились и множились, грызя мою голову, словно термиты дерево. Еще через какое-то время голова начала трещать так, словно она и правда была деревянной - она просто разрывалась, перестав вмещать в себя новые мысли и новые догадки. Я терялся, не зная, как лучше мне поступить. Выпить - не выть, рискнуть - не рискнуть. Не рисковать, не трогать бутылочку, и остаться с тем, что есть? Или рискнуть и выпить, и возможно, именно возможно, получить силу, которая, опять же, только возможно, сделает меня и богатым, и счастливым? А и вообще - пить незнакомое, неизвестно кем и как сделанное зелье - страшно. Но его обещания звучат так... сладостно, так... маняще.
  С каждым новым мгновением моя голова накалялась все больше и больше, и, чтобы избавиться от мучительной боли и невозможно сложного выбора, я одним движением откупорил флакон и вылил его содержимое себе в рот. Уф-ф-ф, все - вот и конец мои мучениям.
  Положив пустой флакончик обратно, я победоносно взглянул на лица парней: ну да - вон он я какой, все могу и ничего не боюсь. Реакция ребят была разной: на некоторых лицах явно виднелся ужас, на некоторых же - восхищение. Да - даже ради одного этого стоило рисковать.
  - Что, песьи дети, думали, я побоюсь? Испугаюсь, да? - проглотив горький комок, насмешливо выдал я. - Ваш предводитель, великий и ужасный Вальдо, и струсит? - Я усмехнулся и вытер губы тыльной частью ладони.
  - Да что ты, что ты! - замахал руками Игни.
  - Я? Никогда? - помотал головой охотник.
  - Да ни в жизнь! - тут же запротестовал Зак.
  - Какие сомнения? Только ты и мог это сделать! - заверил меня рыжеволосый коротышка.
  Вот то-то - если ты на коне, то ты - на коне. Только вперед. Никаких сомнений, и никаких колебаний.
  - Что ж, посмотрим, что получится из этого, - заявил я, решительно поднимаясь на ноги. Звездное небо неожиданно качнулось, но я взял себя в руки и твердой походкой направился домой.

*


 
  Следующий день я не смог подняться с постели - руки-ноги меня не слушались, словно давеча я весь день занимался колкой дров, голова болела, как если бы я выпил целый бочонок пива, а тело била мелкая дрожь, как при сильной хвори. Увидав такое, мать принялась отчаянно хлопотать надо мной, словно курица над свои цыпленком - делала мне горячие компрессы и отпаивала лечебными напитками. Я, конечно, пытался ей сказать, что все не так уж плохо, но она не желала и слушать. Еще время от времени я слышал под окнами голоса своих друзей, которые что-то мне кричали, но из-за своего состояния я их почти не слышал. Но мне было приятно - пришли, значит, переживают.
  К счастью, на утро все мои хвори исчезли, словно их и не было, и первое, что я сделал, это пошел к сундуку за заветной книгой, дабы проверить, не напрасны ли были мои мучения.
  - Ну-ка, ну-ка, - произнес я с кривой ухмылкой. - Посмотрим, сработала ли на мне хваленая магия.
  Честно признаться - сначала трогать книгу было немного боязно. Но не отказываться же теперь, когда до развязки всего лишь шаг?
  - Давай, Вальдо, давай. Не будь ребенком, - подначил я себя.
  Наконец, преодолев волнение, я прикоснулся к ремешку. В тот же миг большой палец моей руки засиял, ремешок, рассыпался, и книга в мгновение ока открылась.
  - Вот же ж пес же ж... - От неожиданности я быстро отдернул руку и принялся с тревогою вглядываться в палец, но он снова выглядел, как и прежде. Это меня не абы как успокоило, и я снова потянул свои руки к обложке. При моем втором прикосновении ничего необычного не случилось, и я, взяв книгу, и принялся жадно просматривать написанное.
  Вначале книги оказалось несколько строк, написанных знакомым красивым почерком.
  - Дорогой Малик. Я рад, что моя магия пробудила твои способности. Значит, я все-таки не ошибся, сумев разглядеть их в тебе...
  Прочитав эти слова, я ехидно ухмыльнулся.
  - Малик. Ага, а как же. - То, что книга не дошла до назначения, и какой-то там Малик остался без ценного подарка, нисколько меня не смущало. Малик мне кто? Да никто. А раз так, то его потери - не мои заботы. Да и вообще - если бы боги хотели, чтобы книга досталась Малику, то они бы так и сделали. А раз так, то книга досталась тому, кто больше ее достоин. То есть - мне. Значит, мне ни о чем волноваться.
  - Я зачаровал книгу таким образом, чтобы она открывалась тебе не сразу, а постепенно.
  Я кивнул - я помнил об этом из письма.
  - Сейчас тебе открыта лишь магия первого уровня. Освоишь ее - откроется магия второго.
  Я снова кивнул - понятно.
  - Магия первого уровня льда проста - заклинание составляет всего одно слово, пускай и длинное. Кроме этого, там нужно совсем немного сосредоточенности и лишь крупица магии. Ну же, попробуй. Уверен - у тебя все легко получится.
  Прочтя заверения мага, я недовольно хмыкнул - мне бы его уверенность. Но попробовать надо. Я перевернул страницу и принялся читать.
  "Магия льда. Заклинания льда первого уровня.
  Заклинание Айр, позволяющее ненадолго заморозить место, к которому прикоснулся.
  Волшебное слово - "иеххирим".
  Заклинание Охр, позволяющее ненадолго заморозить пальцы, чтобы через них передать холод любому предмету.
  Волшебное слово - "бальнархен".
  Заклинание Неир, позволяющее создавать небольшие шарики-снежки, чтобы метать их, куда пожелаешь.
  Волшебное слово - "маллеркант".
  Заклинание Иен, позволяющее создавать небольшие предметы из снега, и использовать их, как вздумается.
  Волшебное слово - "валлеркон".
  И все. Четыре заклинание, четыре волшебных слова и четыре возможности. Как-то... немного. Совсем немного. Но, с другой стороны, все это нужно будет выучить и исполнить.
  - Ну же, Вальдо. Покажи, на что ты способен.
  Сказав это, я решительно вытянул вперед левую руку, и громко промолвил:
  - Иеххирим.
  Середину ладони неожиданно объяло холодом. Я тут же испуганно отдернул руку и стал внимательно разглядывать ее, ища покраснения или посинения, которое я обычно получал при переохлаждении. Но нет - ничего такого не было. А вот воздух в том месте, в котором она была за миг до этого, принялся светиться едва заметным голубоватым светом. И от этого места веяло холодом, как из погреба.
  От увиденного я тут же забыл о страхе. Я протянул руку и всунул палец в сияние. Пальцу стало прохладно. Я засунул в него ладонь - ей тоже стало холодно.
  О как. Значит так я могу охлаждать воздух в любом желаемом месте? Выглядит... интересно.
  Мое лицо тут же растянулось в довольной улыбке. Пес раздери - у меня получилось. У меня получилось наколдовать свое первое магическое заклинание. Это было забавно. Забавно, и на удивление легко.
  Вдохновленный своим первым магическим успехом, я вернулся к книге, прочел второе заклинение, протянул вперед руку и произнес новое колдовское слово:
  - Бальнархен!
  На этот раз холод пронзил мои пальцы. Я снова отдернул руку, но воздух в том месте остался прежним - а вот пальцы стали светиться.
  - Песья кровь, - напряженно выругался я попытался вытереть пальцы о подушку. Это сработало - пальцы потеряли свечение и к ним снова вернулось прежнее тепло. А вот подушка стала холодной.
  - Ага... Значит, теперь я могу охлаждать не только воздух, а и предметы? Удивительно. - Я прикоснулся к подушке и привычно почувствовал легкую прохладу.
  - Интересно, а что я еще могу охладить? - протянул задумчиво я. Затем метнулся на кухню и принес откуда крынку с молоком. Повторно произнеся заклинание, я прикоснулся пальцами к кувшину, и теперь он стал холодным.
  - Так-так-так - забавно. А что еще? - Произнеся заклинание в третий раз, на этот раз я засунул пальцы прямо в молоко, и оно тут же покрылось тонкой ледовой корочкой. Я улыбнулся - ледяная магия мне нравилась все больше и больше.
  У меня остались еще два заклинания.
  Я привычно вытянул руку и смело произнес:
  - Маллеркант!
  На этот раз холод объял всю мою ладонь, и я почувствовал, как в ней возникло что-то скользкое и холодное. Снежок? Именно - в моей руке оказался небольшой и колючий снежно-ледяной комок.
  - Вот даже как? Потешно, - отметил я.
  Это заклинание не произвело на меня особого впечатления, а потому, швырнув снежок в угол, я вытянул руку в последний раз, готовясь произнести четвертое заклинание. Создать небольшой предмет из снега? И какой-же? Сколько я ни думал, кроме обычной сосульки мне ничего в голову не пришло.
  - Валлеркон!
  На этот раз холод уколол подушечки пальцев, и из них тут же принялась расти белоснежная сосулька. Впрочем, ее рост прекратился почти так же быстро, как и начался.
  Но я не расстроился. Главное, что у меня все получилось. Все получилось. Получилось пробудить в себе магию и успешно сотворить все четыре заклинания. Слабеньких, первоуровневых, но все-таки заклинания. А это значит, что теперь я самый что ни на есть настоящий маг. Маг льда. Нужно рассказать об этом ребятам. И еще понять, как лучше всего использовать мои новые умения.

15,10

*


  Я не стал откладывать дело в долгий ящик, и мы встретились уже этим вечером.
  - И что? У тебя получилось? - нетерпеливо воскликнул Игни - видимо, ему больше всех не терпелось узнать результат.
  - А-то! - уверенно отозвался я и вздернул подбородок. - Что бы у меня и не получилось? Что бы у меня, и не вышло?
  - Ну тогда покаж, - хмуро потребовал недоверчивый Ивальди.
  - Что, не веришь? - протянул я, делая вид, что обиделся на его недоверие.
  - Не тяни - показывай, - поддержал Зак недоверчивого скорняка. Я сделал вид, что несколько смущен, и готов вот-вот пойти на попятную, признаваясь, что у меня ничего не вышло. И когда я увидел, что парни повелись, я громко воскликнул "валлеркон", и из моих пальцев тут же выросла коротенькая сосулька.
  Удивление парней было самой лучше наградой.
  - Великие боги! - тут же выпалил удивленный Игни и от волнения мигом отскочил назад.
  - Это же надо... Это же надо, а. - Скорняк недоверчиво тер глаза кулаками.
  - Лед - весной. Вот это потеха, - хохотал над увиденным Сирий.
  - Чудеса... - Зак вздрогнул, но все же остался на месте.
  - А еще что-то можешь? - выпалил быстро отошедший от испуга рыжий. Я взглянул на него сверху вниз, снисходительно кивнул и произнес новое волшебное слово:
  - Маллеркант!
  От снежка в моей руке они пришли в еще больший восторг и ужас.
  - Еще! А еще! - требовал неугомонный Игни. Я с удовольствием заполнил его любопытство и с важным видом произнес "бальнархен". Мои пальцы засветились магическим светом, и я тут же прикоснулся к веснушчатому носу пытливого приятеля. Почувствовав неожиданный холод, он ойкнул и отодвинулся назад. Но холод и свечение с его носа никуда не делись. Он попробовал было согреть его, но друзья ему не дали, начав бессовестно ощупывать его своими жадными пальцами.
  - Холодный, - недоверчиво отреагировал Ивальди.
  - Холодный, как квас из бочки. Или как сыр из погреба, - описал свои чувства охотник.
  - И надолго это? - просто спросил Зак.
  - Увы, ненадолго. Я ж еще только начал. - И верно - через какое-то время носу Игни вернулось его прежнее тепло.
  В конце я показал им четвертое, последнее заклинание, которое после всего увиденного уже не произвело на них особенного эффекта.
  - То есть ты теперь - настоящий маг льда. Верно? - под конец поинтересовался у меня помощник кузнеца.
  - Ага. Самый что ни на есть взаправдашний и настоящий. - Я важно кивнул в ответ.
  - И это - твои способности?
  Я кивнул еще раз.
  - И что тебе теперь делать с ними? - промолвил он.
  - Что? - не сразу понял я.
  - Какая от них, ну, польза? - молодой кузнец, как всегда, в первую очередь думал о деле.
  - Польза? - Я бросил на него покровительственный взгляд. - Не боись, я что-нибудь придумаю. Если есть магия - будет и польза от нее. Обещаю, - твердо заверил я его и всех своих приятелей.
  Не прошло и нескольких дней, как я показал парням прямое применение всех своих способностей.
  Быстрее всего я нашел применение заклинанию создания снежков - я стал отпугивать ими зарвавшихся ворон, которые то и дело появлялись у нас в огороде, а также беззастенчиво пытались что-нибудь спереть с беспечно открытых окон. Наглые птицы привычно прилетали к нашему дому и садились на плетень, но стоило им только спуститься к земле в надежде вкусить молодых побегов, как с моей ладони тут же срывался карающий снежок. Черноперые вандалы с громким карканьем тут же взмывали ввысь, а я продолжал караулить новых бесстыдных гостей.
  Так же от моих снежков доставалась и особо наглым мышам, и особо надоедливым пчелам, и мухам, мешавшим моему заслуженному полуденному сну. Попасть в более мелкие цели оказалась куда как сложнее. Вначале моя меткость меня не особо радовала, но чем чаще я использовал магию, тем лучше у меня получалось.
  Больше всего применений нашлось магии заморозки предметов. Зайдя вечером в таверну, мы заказали себе по пиву, которое я тут же приморозил заклинанием Охр. О да - жарким весенним вечером нет ничего лучше, чем выпить не тепленькое, а именно холодное пиво. Холодное до боли в деснах. За что в конце вечера получил от парней кучу благодарностей.
  - Да что вы, не стоит. Ой, да ладно. Не надо, ой не надо, - дурашливо отказывался я, тем не менее, очень гордясь собой.
  Второе применение этому заклинанию я нашел тогда, когда мы отправились сопровождать наш торговый караван. Я довольно часто возвращался к нашим запасам еды и охлаждал их, что дало свои плоды - наше молоко оказалась нисколько не скисшим, зелень - свежей, а хлеб - не черствым. Что добавило нам аппетита и завистливых взглядов наших односельчан.
  Третье применение этому заклинанию я нашел при возвращении - после погрузки товаров все наши стояли разгоряченные и запыхавшиеся. Я же, обойдя своих приятелей, втихаря наложил их охлаждающее заклинание, чем быстрее привел их в форму.
  Охлаждению воздуха так же нашлось применение - в жаркие весенние ночи, лежа в кровати, я охлаждал какое-нибудь место возле себя, и оттого спал смачно и крепко, как младенец.
  Дольше всего я не мог найти применение заклинанию создания формы. Но и тут я все же нашелся - когда к нам прибыл целый воз рыбы и моя мать велела нам ее рассортировать - корюшку, бычков и окуней по отдельности, задача показалась нам долгой и нудной - скользкая рыба то и дело выскальзывала из пальцев, попадая куда угодно, только не в нужные корзинки.
  - Тут работы самое малое до вечера, - хмуро заметил Зак.
  Так бы оно и было, если бы не моя магия - вспомнив в заклинании формы, я создал вокруг своих рук некое подобие ледяных перчаток. Ну как перчаток - мои пятерни просто оделись тоненькой ледяной корочкой. Теперь скользкая рыба не выскальзывала из рук, а летела точно туда, куда я ее бросал.
  - Ух ты! - восхитился рыжий. - А нам такое сделаешь?
  Я засомневался - возможно ли такое. Но почему бы не проверить? Что я и сделал. Попыхтев какое-то время, я создал на руках парней точно такие же леденистые перчатки. Работа ускорилась, и то, что могло растянуться на целый день, быть сделано до обеда, за что я получил кучу благодарностей от друзей, и дополнительную награду от матери - небольшую корзину с рыбой.
  Рыбу мы решили приговорить этим же вечером. Дождавшись заката, мы развели костер на берегу небольшого озерца, запекли на нем рыбку и принялись с удовольствием уминать угощение.
  - А магия-то твоя... полезная, - выдал Зак, уплетая уже третью рыбеху.
  - Ага, - поддакнул коротышка, с удовольствием потирая доверху набитое брюхо.
  - А вы сомневались? - гордо ответил я.
  - Слушай, Вальдо. Может тебе...это, стоит по карнавалам ездить? -неожиданно заявил распластавшийся на траве охотник.
  - Чего? Зачем это? - искренне удивился я, даже прекратив ковыряться в зубах.
  - Ну как зачем? Будешь фокусы показывать. Например - мишени льдом сбивать. Ну а че? - предложил худышка.
  - Я? Мишени? П-ф-ф, - пренебрежительно фыркнул я. Сыну старейшины стать обычным балаганным стрелком? Вот уж нет.
  - Не-не-не - Вальдо устроится работать разносчиком в трактир. Будет подавать всем вечно холодное пиво, - нарисовал свою картину Игни. - Вальдо - разносчик. Ха-ха, - выдал он и принялся прыгать по земле от хохота.
  - Язык прикуси-ка, а? Сейчас как дам по башке за такие глупые мысли, - шутливо пригрозил я ему.
  Но веселье уже невозможно было остановить.
  - Не - Вальдо станет отменным рыбаком, - заявил Ивальди насмешливым тоном. - Он не будет ловить рыбу удочкой или сетью. О нет - он будет замораживать целое озеро и так, целиком, везти его на рынок.
  - Вальдо с озером в телеге. Ой не могу. Ой спасите. - Игни снова зашелся хохотом и принялся кататься по земле. Да так, что чуть не попал в костер.
  - Монета, заткнись. А-то как дам, - снова пригрозил я ему с ухмылкой. - Или сам сгоришь, демонам на радость.
  - Не - Вальдо станет пугалом. Он будет стоять в центре поля и отстреливать ворон и прочую жадную птицу, - пробасил со смехом Зак.
  Я - и пугалом? А вот это уже слишком.
  - И ты туда же, Железный Кулак? - уже возмутился я. - Будешь издеваться - я приду к тебе на кузню и выморожу там все подчистую. Вот правда - приду и каток вместо кузни сделаю.
  - Прямо-таки каток?
  - Ага. День потрачу, но сделаю. Огромный каток, с большими такими горками. Будешь у меня вместо мечей дорожки из льда натирать. Вот наши девчата порадуются такому нежданному веселью...
  На поляне снова раздался дружный хохот. Но мне было не до смеха - я уже понимал, что мне надо начать осваивать более впечатляющую магию. А-то ведь и правда - засмеют меня друзья. А мне это ни к чему.

16,10

*


  Этим же вечером я вернулся к книге, чтобы изучить ее магию дальше. Раздел с заклинаниями второго уровня открылся, как я и предполагал, безо всяких проблем, и я впился в него жадным взглядом.
  И снова, как всегда, в начале шло несколько строк примечаний.
  "Дорогой Малек. Вот ты и встал на путь мага школы льда. Первые заклинания получились у тебя достаточно легко. Не правда ли?"
  - Правда, - ехидно ответил я за Малека.
  "С заклинаниями второго уровня все немножечко сложней, - продолжал объяснять волшебник. - Для их использования тебе нужно выучить и правильно произнести целых два слова".
  - Ну, это я осилю, - заверил волшебника я.
  "Но главное в них - это концентрация".
  - А? - удивился я - такого слова я никогда не слышал.
  "Хорошенько сконцентрируйся во время прочтения заклинания, и все у тебя получится. Если вдруг у тебя не выйдет - обратись за помощью к своему отцу. Что ж, на этом, пожалуй, все. Удачи тебе, малыш".
  - Нет что бы подробнее описать, что такое та самая кон... центр... ация, - пробубнил я хмуро. - Ну да ладно, как-нибудь сам разберусь, - заверил я себя.
  Я перевернул страницу и увидел описания новых заклинаний.
  "Магия льда. Заклинания льда второго уровня.
  - Заклинание "Повреждение льдом", позволяющее нанести небольшое повреждение на кожу, дерево и металл.
  Обязательное условия: владение заклинанием Айр.
  Обязательное умение: хорошая концентрация.
  Волшебное слово - "Тарна бальнархен".
  В моей голове молнией сверкнула догадка.
  - Ого, - прошептал я. - Вот оно как? Вот оно как, да? Заклинание, способное нанести поражение одним только касанием. Вот это мощь. Вот это сила. Это тебе не кровати на ночь охлаждать. Это уже серьезно.
  Я вновь склонился над книгой, жадно ища в ней следующие строки.
  - Заклинание "Иней", позволяющее ненадолго покрыть тело мага коркой защитного льда, помогающее избежать повреждения огня, магии огня, или любого чрезмерного тепла.
  Обязательное условия: владение заклинанием Охр.
  Обязательное умение: хорошая концентрация.
  Волшебное слово - "Гертри ххирим".
  И здесь новое заклинание куда мощнее предыдущего. Я радостно потер руки и продолжил чтение в предвкушении новых магических сюрпризов.
  - Заклинание "Ледяной удар", позволяющее создавать небольшие льдистые комья, не уступающие по прочности крепкому дереву, и метать их в противника.
  Обязательное условия: владение заклинанием Неир.
  Обязательное умение: хорошая концентрация.
  Волшебное слово - "Карна маллеркант".
  - Вот так так, - воскликнул я, откинувшись на кровати. - Ледяные заряды, способные поразить человека? Не мышь, не ворону, а человека? Да это ужа настоящая боевая магия. Настоящая. Боевая. Вот это да. Вот это способность. Это уже не шутки. Да - и первые заклинания были совсем не шуточными. Но эти....
  Я живо приник к четвертому заклинанию.
  - Заклинание "Замораживания", позволяющее создавать более сложные предметы из льда и снега. Например - небольшие щиты, способные отразить камни из пращи и стрелы из лука.
  Обязательное условия: владение заклинанием Иен.
  Обязательное умение: хорошая концентрация.
  Волшебное слово - "Катарра валлеркон".
  Я отложил книгу и мимо воли схватился за голову. О боги. О боги. О боги. Магия льда второго уровня просто взрывала мое воображение. Нет, я знал, что маги обладают разной волшебной силой. Знал, но не понимал, потому что это меня не интересовало. Но прочтя эти заклинания, я стал понемногу понимать, насколько же велика их истинная сила. А ведь это были заклинания всего лишь второго уровня. Что могло быть дальше, я и представить себе не мог. Замораживание рек, озер, дождей? О боги. О боги. О боги. Как же это невероятно. Башкадробительно невероятно.
  Вдохновленный прочитанным, я решил, как можно скорей приступить к выполнению заклинении. Поудобнее устроившись на кровати, я привычно протянул руку вперед, сосредоточился, насколько возможно, и произнес первое магическое слово.
  - Тарна бальнархен.
  Ничего не случилось.
  Я с удивлением посмотрел на свои руки и вновь повторил волшебные слова.
  Ничего. Ничегошеньки. Что б мне пусто было.
  - Может мне стоит начать не с этого заклинания? - предположил я и произнес слова другого колдовства:
  - Гертри ххирим.
  Тоже самое - никакого эффекта.
  - Карна маллеркант.
  И снова, как и прежде - ничего.
  Может быть повезет хотя бы на четвертом?
  - Катарра валлеркон?
  Пусто. Песье семя, да как же так? Ну ладно - может утром удастся лучше.
  Следующий день я провел в бесчисленных попытках наколдовать хоть что-нибудь из новой магии льда. Но что бы я не делал, ни одна попытка не приносила мне хоть какого-нибудь результата. Я попробовал магичить с утра. Потребовал колдовать до и после завтрака. Пробовал дома, пробовал в лесу, пробовал в поле и на дороге. До обеда, на голодный желудок и после еды, на сытый.
  Ничего.
  Но я продолжал упорствовать - я по-разному читал слова заклинания, по-иному сгибал руки, как-то махал ими, и даже, чего стыдиться, попробовал пританцовывал. Зачем? Так, на всякий случай. Думал, вдруг это сыграет какую-то роль.
  Я старался. Я напрягался. Но все пропадало впустую, как камень в колодезную яму.
  Вначале я несколько испугался - я подумал, что просто неспособен на что-то большее. Но немного погодя я решил, что дело не во мне, а во всем виновата недоброкачественная магия волшебника.
  - Нет, уж если ты взялся за что-то, будь добр - делай это хорошо. Или совсем не делай, - грозно рычал я невидимому собеседнику. - Это же надо было подуматься выслать кому-то неправильное, некачественное зелье! Из-за тебя я смог освоить лишь первый уровень магии. Всего лишь первый. А ведь я способен на большее. Точно способен. А ты? Ты, болван, даже хорошее зелье сварить не можешь. Только какую-то третьесортную бурду, - гневно заявил я, потрясая кулаками. - Если бы не ты, то я был бы уже... ух! А все из-за того, что у какого-то халтурщика и портача корявые руки, словно старые дубовые ветки, и дырявая голова, словно старая плетеная корзина.
  Вдоволь накричавшись и как следует пораскинув мозгами, я все-таки уразумел, что причина моих неудач - в непонимании слова "концентрация", которая была обязательным условиям для всех новых заклинаний. Умом я вроде как понимал, что именно оно означает, но, видимо, все-равно что-то делал не так.
  Только вот что? Этого я понять не мог, а спросить было не у кого.
  Вот же ж песья зараза!

17,10

*


  Вечером, когда мое настроение стало мрачнее тучи, под окном неожиданно появился Игни.
  - Жало, беда! - отчаянно крикнул он.
  - Чего еще? - хмуро бросил я - неудачные попытки колдовства отнюдь не способствовали хорошему расположению духа.
  - Там Зак дерется, - тут же ответил он.
  Зак? Наш Зак? И с кем же он может драться?
  - Где дерется?
  - Да в кузне.
  О как. Надо же.
  - И с кем же он там дерется? - вскинул брови я. - Надеюсь, не со старшим кузнецом?
  - Нет, с Анри.
  Ага, так Зак дерется с другим помощником кузнеца? Значит, дело плохо. Оба парня, и Зак и Анри, крепыши что надо. Таких никто разнимать не будет, чтобы не попасть по горячую руку. Но хуже всего то, что, если оба парня начнут махать кулаками всерьез, то простыми синяками они точно не отделаются. А у нашего кузнеца только два помощника. Остаться, пусть даже на время, без одного из них - это плохо. Остаться сразу без обоих - это настоящая беда.
  Предупреждать мать было бессмысленно - пока ей объяснишь, что к чему, пока она, со своим телесами, дотопает до окраины деревни, все уже может закончиться. И закончиться плохо.
  Нужно действовать самому.
  - Хорошо, - сказал я, и подскочив к окну, мигом выпрыгнул наружу. - Побежали, - скомандовал я.
  Я полетел стрелой. Когда я добрался до места столкновения, Зак и Анри все еще стояли другу напротив друга, набычившись, с поднятыми для драки руками. Выходит, я успел в самый раз.
  - А ну стоять, бугаи-переростки! - громко закричал я, привлекая к себе внимание. Растолкав несколько зевак, я пробрался в цент заварушки и решительно стал между готовыми сцепиться парнями.
  - Вальдо, отойди, - пропыхтел Зак, яростно вращая налитыми кровью глазами. - Сейчас я врежу под дых ему как следует.
  - Только попробуй, - в тон ему ответил Анри, гневно скрепя зубами. - Только попробуй. Я тебе тут же челюсть сверну.
  - Вот и попробую. Только подойди. - Огромные кулаки Зака нервозно дернулись вперед.
  - Тебе только и останется, что попробовать, потому что на больше ты не способен. - Кулаки Анри так же пришли в движение, готовые исполнить угрозу на деле.
  Я стоял между ними, как дворовой пес между двумя взбешенными быками. Но меня все это нисколечко не пугало - друг друга они, конечно, вполне могли отмутузить. Но задеть сына старосты никто из них не хотел - это было чревато серьезным наказанием. Так что я был уверен, что пока я стою между ними, никакая драка так и не начнется.
  - Что у вас произошло? - строго спросил я, по-отцовски сурово сдвинув брови.
  Помощники кузнеца ответили мне не сразу. Но уходить без объяснения я не собирался, и поэтому парни все же решили дать ответ.
  - Анри... Он... Он говорит про меня всякие гадости, - гневно, сквозь зубы выдал Зак.
  О как? Я повернулся к беловолосому.
  - Анри? Все так и есть? - требовательно спросил его я.
  Я думал, беловолосый начнет отпираться. Но нет.
  - Говорил, - надменно ответил он. - И буду говорить. Потому что, ну, только этого он и достоин.
  Да что же тут происходит!
  - Поясни, - все так же сурово спросил его я.
  И крепыш пояснил.
  - Мы тут мечи ковали. - Беловолосый мотнул головой в сторону двух мечей, лежащих на горниле, рядом с наковальней. - Один ковал я. Второй - Зак. - Анри бросил в сторону напарника пренебрежительный взгляд. - И, ну, сегодня вечером старший кузнец принимал у нас работу.
  - И что?
  - А-то, что этот криворукий осел напортачил, - с вызовом бросил парень. - Его работа никуда не годится, и из-за этого нам завтра ее придется, ну, переделывать. А у меня есть более важные дела. Точнее - были. А теперь пропали. И все - из-за него. - Он снова бросил злобный взгляд на Зака.
  Ах, вот оно что. Понятно.
  - И ты, стало быть, высказал ему все, что ты о нем думаешь? - с легкостью догадался я.
  - Да.
  - А Зак в ответ, разумеется, стал махать кулаками?
  - Ну, именно так все и было, - легко согласился тот.
  Ну, парни, ну, вы даете. Нет, я, конечно, все понимаю. Но все же.
  - Итак, вот мое решение, - заявил я, беря на серя роль старейшины-судьи. - Анри - извинись перед Заком, - заявил я, строго глядя на виновника заварушки.
  - За что? - Светловолосый крепыш непонимающе вздернул брови. Глаза его округлились.
  - За то, что оскорбил Зака, - тут же ответил я.
  - Но он же напортачил. И правда же, напортачил, - обиженно крикнул тот. При этих словах Железный Кулак поник, словно соглашаясь с вердиктом напарника.
  - Но он же не нарочно. Ведь не нарочно, так? - сказал я и повернулся за ответом к Заку. Тот едва заметно кивнул.
  - Но он же напортачил, - не унимался неугомонный Анри. - Он напортачил. Напортачил. А кто портачит, тот нуждается в порицании, - громко воскликнул он, и обернулся к односельчанам, ища у них поддержки. Некоторые из них в ответ согласно закивали.
  Так-так-так - значит ты тягаться со мною вздумал? Ну тогда держись.
  - Да, напортачил, - согласился я, злясь на такое упрямство. - Но не со зла же? Нет, не со зла. А ты, Анри, - сказал я, осуждающе тыкая в него пальцем, - вместо того, чтобы честить его, почем зря, лучше взял бы, и помог ему.
  - Я? Помог? - услыхав такое, светловолосый горделиво распрямился и упер свои руки в боки. - Я, и помогать? Да не в жизнь, - заверил он.
  - Это почему же?
  - Да сам посуди - если я буду ему помогать, то как же я стану лучшим? - пояснил свои мысли он. - Каждый из нас старается для себя. Каждый хочет стать лучшим, потому как лучшим достанется, ну, лучшая награда. А ели кто недотепа, то и награды ему не видать. Посему пусть получает заслуженнее тычки да подзатыльники.
  От этих слов стыдливо молчащий Зак резко дернулся, словно получил невидимую пощечину. Переживает, сразу видно, ага.
  Нужно отдать Анри должное - с одной стороны он, конечно же, прав - за хорошую работу нужно поощрять, а за плохую наказывать
  Но сейчас речь не о том - я должен был спасти гордость своего приятеля.
  - Да - хорошие кузнецы всегда в цене. И нужно желать работать лучше. - С этими словами я спорить не стал. - Но пока ты трудишься на благо нашей деревни, на благо Звериной, то ты должен думать об общем благе. О благе всем деревни. А всей деревне важно, чтобы каждое изделие, что выходит из-под молота кузнеца, было сделано на совесть. Каждое, - повторил я, с вызовом глядя ему в глаза. - А потому, если можешь помочь товарищу словом или советом - помоги. Можешь помочь делом? Подсоби. - Я постарался вспомнить подобные речи отца. Хм, как он обычно любит говорить? А, вот так. - И тогда выиграет не кто-то один из нас, а каждый. Каждый в деревне. И он. - я ткнул пальцем в первого попавшегося односельчанина. И он, и он. - Закончив речь, я вопросительно взглянул на Анри. Помощник кузнеца стоял, молча потупившись в землю, а толпа, что раньше с ним соглашалась, теперь уже смотрела на него осуждающе.
  - Я все разъяснил? Все тебе ясно? - снова спросил я его.
  Я думал, что парень будет долго сопротивляться. Нет - я надеялся, что он со мной не сразу согласиться, и в процессе спора я смогу наговорить ему такого... Но светловолосый оказался умнее. Или глупее. Или просто трусливее.
  - Да, Вальдо, - сокрушенно ответил он, безропотно подчиняясь моим словам.
  Вот так-то. И нечего тебе со мной спорить. Не дорос еще.
  - Хорошо. Иди, Анри, и помни мои слова.
  Светловолосый кузнец быстро обошел толпу, прячась от ее порицающего взгляда и скрылся по направлению к своему дому.
  Так-то. А теперь - мой оболтус.
  - А ты, Железный Кулак, - обернулся к приятелю, заговорив с ним уже более спокойно, - больше не ошибайся. Иначе получишь от меня прозвище Зак Кривые Руки. Ты понял меня?
  - Да, понял, - понуро ответил он.
  - И чтоб завтра твой меч был не хуже.... - Я сделал пару шагов в сторону горна, взял один из мечей, который на мой взгляд выглядел лучшим из пары, и протянул его в сторону Зака. - Этого, - закончил осуждение я.
  - Да, Вальдо, - снова хмуро ответил.
  - Все, можешь идти домой, - распорядился я.
  Зак в последний раз послушно кивнул и поплелся куда-то в сторону.
  Ну все - спор был окончен, драка отведена, а я выполнил свою роль ответственного сына старейшины.
  - А все из-за тебя. - Я злобно зыркнул на меч, что застыл у меня в руках. Будь ты трижды проклят. - Я с силой сжал рукоять, словно желая задушить ни в чем не повинное изделие.
  И тут в моей голове словно щелкнула какая-то сухая ветка. Затем рука, держащая меч, неожиданно напряглась - но не снаружи, а как-то по странному, изнутри. Я даже не успел испугаться, как по руке уже бежала холодная волна, а губы сами шептали "тарна бальнархен". Под конец середину ладони словно кольнули иглой, а меч, в том месте, где я его держал, засветился знакомыми голубыми переливами.
  От увиденного я чуть было не выпустил меч из руки.
  - Песье стерво, - испуганно вырвалось у меня. - Это что же получается? Что же получается, демон тебя дери? -повторил я еще раз. Глядя то на свою руку, то на отчасти испорченный меч. Хотя понять происшедшее было просто: я только что проклял меч. А точнее - наложил на него какое-то магическое повреждение. То есть - я использовал новое заклинание магии льда. Как - это я еще не понимал. Но если я сделал это один раз, значит, смогу сделать и еще.
  И тогда никто не будет говорить, что место сына старейшины - на карнавалах.

18,10

*


  - Пожар! Пожар!!!
  Истошный крик мигом поднял меня, ничего не понимающего, на ноги.
  - А? Что? Чего? - Я быстро протер глаза кулаками и лихорадочно принялся оглядываться по сторонам, ища причину, поднявшую меня с кровати. Слева все в порядке. Справа тоже никакой опасности. На всякий случай, принюхался - в комнате привычно пахло потом, жаренным луком и дровяной гарью. Что же тогда меня разбудило?
  - Пожар! Пожар!!! - истошно донеслось из-за окна.
  Вот оно что! Я мигом натянул штаны, набросил на плечи рубаху и стрелой сиганул в окно, надеясь, что беда еще не зашла слишком далеко.
  Увидев огонь и дым, я громко и грязно выругался: горел дом портного Скора. Плохо, очень плохо. Дома в пограничье горели часто - хватало одной чересчур прыткой искры, и соломенные крыши и подстилки загорались, словно были сотканы из пуха. Затем огонь распространялся от дома к дому, и считалось удачей, если сгорала не вся деревня, а хотя бы половина. К слову, именно потому-то наша кузня и располагалась за пределами деревни. К счастью, пожар заметили вовремя - подбежав к пылающему дому, я с облегченьем заметил, что огонь охватил лишь половину избы.
  Наши мужики уже орудовали вовсю - часть из них рубили деревья рядом с домом, чтобы огонь не перекинулся через них на соседние хаты, часть мужиков, вместе с женщинами, носили к пожару воду от ближайшего колодца. В воздухе витал горький запах дыма, разносился горестный женский плач и крепкая брань случайно обжигавшихся мужчин.
  Страха и суматохи не было - была лишь привычный ответ на беду. Вои и хорошо.
  Я принялся оглядываться, ища своего отца. Ага, вот он - невысокая сухопарая фигура уверенно командует суетливыми мужиками. Отдельной группкой стояло несколько человек, среди которых я увидел свою мать и жутко чумазого Скора.
  "Ага, сам хозяин не погорел", - тут же подумал я. - "Хорошо. А где его жена и дети?"
  Я снова принялся оглядываться. Тут из входа в дом повалили черные клубы дыма, которые, казалось, выплюнули из себя нескольких людей. Я пригляделся - двое мужиков и женщина, в которой я без труда узнал супругу портняжки. Несчастная женщина так же была перепачкана не то гарью, не то сажей, и бесконечно плакала. Из группы зевак к ней тут же подбежало несколько молодых девиц, и, отведя ее в сторону, принялись гладить и тихо о чем-то утешать.
  "Вот и супруга. Жива. А где же дети? Где два неимоверно шустрых карапуза?" - Я принялся тревожно выискивать их глазами. Вон парочка детей, но не они. Вот еще трое, но детей портного среди них нет. Да где же эти песьи дети?
  Догадка промелькнула мгновенно - дети остались дома. Как это часто бывает забились от испуга в какую-то щель, и сидят себе там тихонько. Вот взрослым и не удалось их найти.
  - Дети. Мои дети! - истошно завопила женщина, едва пришла в себя. - Они остались в доме. Сгорят же. Ой сгорят.
  - Ничего, еще нарожаешь, - хмуро прикрикнул на нее мой отец, вмиг оказавшись рядом.
  Но женщина не унималась.
  - Спасите их, люди добрые, - обратилась она к спешащим от колодца к дому мужикам. - Ведь сгорят они. В страшном огне сгорят.
  За что получила еще один недовольный, но решительный ответ.
  - Молчи, женщина. Не проси рисковать ради немощного ребенка взрослого мужчину. Детей твоих жаль, не спорю. Сгореть в пламени - не самая лучшая участь. Но для деревни взрослый мужчина куда важней, чем ребенок. Так что не проси мужчин, не смущай их умы.
  - Но там же деточки. Мои маленькие деточки... - Голос женщины уже осип от горя.
  - Дом мы отстроим. А детей еще нарожаешь, - заверил отец несчастную.
  Все-то так. Но женское сердце больше не внимало голосу разума.
  - Люди добрые! - завопила женщина громче прежнего. - Спасите детей. Спасите деточек. Не дайте им погибнуть, и боги вас за это вознаградят. И я, и мой муж - век вас благодарить будем.
  Видя такой поворот, отец снова попробовал усмирить ее. Однако женщину уже было не унять.
  - Люди! - кричала она уже не своим, а каким-то отчаянно звериным голосом. - Помогите! Спасите!
  Подчиняясь оглушительному женскому крику, мужчины принялись стопориться, пытаясь хотя бы прикинуть возможности спасти несчастных.
  Задумался и я. Что ни думай - у меня, как у мага льда, возможностей для спасения гораздо больше - ведь у меня есть заклинание инеевой защиты, которая должна была помочь мне именно в такой вот ситуации. Но я колебался. Причины для сомнения у меня были серьезными: во-первых, я не был уверен, что мое колдовство сработает, ведь я его до сих пор ни разу не колдовал. Во-вторых, я боялся того, что заклинание рано закончиться и я смогу сгореть в пламени пожара. И в-третьих - я боялся. Боялся всё сжигающего огня. Боялся удушающего дыма. Боялся, что не смогу найти детей. Боялся оплошать на глазах у всех. Боялся... Много чего боялся. А потому просто не мог решиться.
  Я колебался.
  Из раздумий меня вырвал громкий женским плач - теперь плакала не одна несчастная мать, а и те несколько девиц, что ранее ее утешали. Девицы... Мой взгляд метнулся в сторону нескольких собравшихся девушек, что глядели на собравшихся мужчин красными зареванными глазами.
  - А ведь, верно, - тут же пронеслось у меня в голове. - Представляю, какими глазами они будут глядеть на меня если все у меня получится. Вытащить двух детей из пожара.... Это же настоящий поступок героя. Героя из тех баллад, которыми они заслушиваются на каждом деревенском празднике. Как представлю, какими глазами они будут смотреть мне в след... А как меня возносить... Да - это дорогого стоит. Весьма дорогого, чтобы попытаться хотя бы рискнуть.
  Фантазии о восхищении девушек решили дело, и я быстрыми шагами двинулся в сторону горящего дома. Еще несколько шагов. Запах гари и шум огня стали намного ближе. Недалеко шипит испаряющаяся от жара вода. Сверху трещит горящая солома крыши. А вот и дымящийся вход.
  Запах гари становится невыносимым и глаза начинают предательски слезиться.
  Времени мешкать нет.
  Пора.
  Я преодолеваю последние сомнения и рывком натягиваю рубаху на голову, немного оголяя спину. Затем вспоминаю те чувства, что давеча испытывал у кузни.
  - Гертри ххирим! - смело воскликнул я и прикоснулся пальцами к ткани рубахи.
  Ничего не произошло.
  Как же так? Ну как же так? Так не может быть. Не может. Не может.
  - Гертри ххирим, - повторил я с тупым упорством. - Гертри ххирим, - Гертри ххирим,
  И вновь ничего не случилось.
  От жара уже становилось жарко, да и глаза слезились все больше. А я стоял и ничегошеньки не мог понять
  - Почему у меня не выходит? - пронеслось в голове с несвойственным мне унынием. - Ведь в тот раз у все меня получилось! И в этот раз должно получиться. Пес подери - я ведь я все делаю верно!
  - Гертри ххирим, - повторил я уже с отчаянием.
  Ничего.
  Жар становился уже невыносимым, а горечь дыма стала проникать в горло, заставляя отчаянно кашлять.
  Но мои злоключения еще не закончились.
  - Вальдо! - громко раздалось сзади - видимо отец только что заметил меня, стоящего рядом с домом. - А- ну не вздумай. А-ну вернись!
  Собака! Отец меня увидел. Только этого мне не хватало.
  И, словно этого мало, к нему подключилась мать.
  - Вальдо! - истерично закричала она. - А-ну вернись, щусенышь! Ишь, чего удумал! Чужое дитя пожалел. А ты обо мне подумал? Обо мне подумал, а? Что будет со мною, если ты погибнешь?
  Визгливый голос матери мгновенно прекратил вокруг всякое движение и даже спиной я чувствовал, что внимание всех людей враз перекинулось на меня.
  Ну вот зачем? Зачем вы так со мной, а?
  Отчаяние и неуверенность - все это стало мигом забыта. Во мне вмиг всколыхнулась обида. А вместе с ней - злость. И вслед на ней мои мышцы налились крепость, тело - силой, а мысли стали ясными как никогда.
  - Гертри ххирим! - прошипел я сквозь зубы злобно. В голове тут же что-то знакомо щелкнуло, рука напряглась и перекинула пальцам холодную волну.
  Есть!
  - А ну вернись! - Голос отца раздался почти что рядом - видимо он бросил все и решил побежать ко мне, чтобы отвратить меня от глупой, по его взглядам, идеи. Только поздно уже, ха-ха.
  Криво улыбнувшись, я смело шагнул в кипящую утробу пожара.
  Я думал, что самое страшное в пожаре -- это огонь. Но я ошибался - самым опасным оказался дым. Он лез в глаза, заставляя их слезиться, подобно горному ручью. Лез в горло, заставляя меня судорожно кашлять, словно я проглотил клочок телячьей шерсти. А еще он как-то действовал на голову, да так, что мне казаться, что у избы не четыре, в восемь стен, или даже больше.
  Как я смог справиться - ума не приложу. Но из пылающей избы я вышел не один, а с двумя дитями подмышками. И - нисколько необожженный.
  После посещения нашего лекаря я был отправлен домой, на расправу родителям. Отец, на мое удивление отец, после долгого и молчаливого воссоздания напротив, так ничего мне и не сказал. Под конец он просто встал, потрепал меня по волосам и все так же молча вышел. От матери же мне досталось больше - и пощечин, и подзатыльников, и очень обидных слов. Но, в конце концов, она меня простила.
  От ребят мне тоже досталось.
  - Ну и глупец же ты, - недовольно поморщился Зак, когда встретил меня на рынке.
  - А чего? - деланно удивился я.
  - А если б ты погиб? Твоя семья лишилась бы сына, а деревня - будущего старосты. По всем замерам - не выгодный обмен.
  Железная логика у Железного Кулака. И все, как всегда, по делу.
  Ивальди тоже не понравилось мое утреннее геройство.
  - Плохая это была идея. Очень плохая, - хмуро заметил он, пожурив меня при встрече.
  - С чего бы? - не согласился я. - Ведь у меня же все получилось.
  - Что получилось это чудо. - Хмарь покачал головой. А могло и не получиться. Мой кузен всегда говорил - с огнем, как и с оружием, шутки плохи. Не умея пользоваться можно и головы лишиться.
  А вот Сирий и Игни оказались, наоборот, в восторге.
  - Это было так... Ух! - Коротышка аж прыгал от охватившего его восторга. - Все такие - нет! А ты - да! Все только задумались, а ты раз - и уже вошел. Ни огня не испугался, не смерти. Это просто ух! Это ж просто ах! Неожиданно! Смело! Потрясающе!
  - Ага, - соглашался я. И кивал, кивал, кивал.
  Но лишь Сирий понял истинную причину моего поступка.
  - Как же на тебя теперь смотрит наша белокурая Анетта... - выдал он с тоской.
  - Ну так! - важно ответил я, расплываясь в довольной улыбке.
  - А как тебя нахваливает рыжеволосая Виола...
  - Само собой! - я с достоинством отозвался я, горделиво расправляя плечи.
  - А как вздыхает по тебе наша красавица Юнна...
  - Оу, - тихо ответил я, и мои мысли тут же приняли сластолюбивый оттенок. А что? Каждому свое: девушкам -воздыхания, а героям - воздаяние...того или иного толка.
  Но главное - мне кажется, что я догадался, как высвобождать свою новую магию льда. Оставалось лишь проверить догадки на деле.

*


  И скоро такая возможность мне представилась.
  - Вальдо! - Окрик матери снова оторвал меня от завтрака. Но на этот раз он звучал не изнутри избы, а со двора.
  - Чего? - спросил я, отставляя тарелку в сторону.
  - Подь сюда - дело есть, - властно сказала она.
  Что делать - я встал, вздохнул, и вышел во двор. Там, у калитки, рядом с матерью, стоял худощавый молодой мужчина в замызганном стеганном кафтане.
  - Это Евгий. - Мать махнула пухлой рукою в сторону незнакомца. - И ему срочно нужна свежая печень оленя.
  - Ну а я-то тут причем? - удивился я. - Пусть идет на рынок, и купит ее там...
  Но мужчина не дал мне закончить.
  - Мне нужна свежая печень, - прогундосил он. - Самая свежая. Найпервейшей свежести! - добавил он значительно.
  - Прямо из оленя, что ли? - привычно схохмил я.
  - Хотелось бы что б так. - Евгий закивал головой. - Или хотя б такую, чтоб была в нем до ночи.
  Что б еще ночью она была в теле живого оленя? Вот заказ так заказ.
  Я перевел вопросительный взгляд на мать.
  - Наши охотники сегодня пошли бить волков. Так что взрослых в деревне нет. Поэтому бери Сирия, кого считаешь нужным, и... - Она махнула рукой в сторону леса.
  - Да ну! - тут же взбрыкнулся я. - За оленем глубоко в лес идти надо. А в чаще не только оленя - так на кого угодно наткнуться можно. Опасное это дело.
  И я отнюдь не преувеличивал - одно дело искать телегу вдоль густо-часто наезженной дороги, а другое -углубляться в гущу леса.
  - Я заплачу. Хорошо заплачу! - тут же оживился, замахав руками, мужчина. - Хозяин приказал достать такую печень непременно сего дня. Потому за деньгами дело не станет.
  Мать пристально взглянула на меня. Деньги. Значит, вопрос решенный.
  - Я возьму свою банду. Всю, - принял решение я.
  - Хорошо. - Мать не возражала.
  И вот снова мы, впятером - я, Сирий, Зак, Ивальди и Игни, готовы идти в поход. На этот раз мать распорядилась выдать нам хоть какое-то защитной одежды - кому стеганный камзол, кому стеганную куртку. Мне же достался настоящий рыцарский поддоспешник. Одежда была сделана из самой обычной ткани - это все, что наша деревня могла себе позволить. Но это все же лучше, чем обычная льняная рубаха.
  - Пошли за мной, - важно скомандовал Сирий, ставший во главе отряда на правах следопыта и проводника.
  - А ты точно знаешь, где искать оленей? - с кислой миной осведомился Ивальди.
  - Ты че, сомневаешься? - сразу же обиделся Сирий. - Я трижды был в команде охотников за оленями, и знаю, где их точно можно найти.
  - Раз ты уверен, значит, идем, - закончил все я споры.
  И мы отправились в дорогу.
  На этот раз наш путь лежал не севернее, а южнее деревни - там, где лес был погуще и потемнее. Шли мы долго. И чем дальше мы шли, тем сложней становилась тропа - нам все чаще приходилось обходить то глубокие овраги, то обширные буреломы. Время от времени мы останавливались на небольшие привалы, и наш следопыт тут же зарывался носом в землю, пытаясь найти нужные следы. Но пока - напрасно.
  - Идем дальше, - только и оставалась сказать ему. И мы шли.
  И вот, ближе к обеду, Сирий неожиданно дернулся в сторону, наклонился, и с радостным видом что-то вынул из густых кустов малины.
  - Хо-хо! Да это же оленьи рога! - мигом определил я находку.
  Сирий кивнул.
  - А где есть рога, там есть и олени, - с улыбкой добавил он.
  - Да, да. Это как Игни и деньги - где один, там и второй, - сыронизировал я.
  - Да ну тебя. Я не такой, - засмущался коротышка. Остальные захохотали.
  - Все, хватит, - заявил охотник, едва мы закончили смеяться. - Сейчас начинается охота.
  Мы замолчали и обратились в слух.
  - Олени - очень пугливые животные, - начал объяснять нам охотник. - Очень и очень пугливые. Поэтому ваша задача - идти за мной.
  - Ну, это мы можем, - тут же ответил Зак.
  - Идти за мной и не ни в коем разе не шуметь.
  - И что же в этом сложного? - удивился крепыш.
  - Не шуметь, это значит не только не кричать, не бузить и не дебоширить. Это значит вообще не разговаривать.
  - Вообще? - удивился Игни.
  - Вообще.
  - Совсем-совсем?
  - Совсем-совсем. Ни в слово, ни в пол слова.
  - И даже шепотом?
  - Вообще. Никак. Словно бы вас и нету. Всем ясно? - Сирий всех нас донельзя строгим взглядом.
  А мы что? Надо не шуметь, значит, не будем.
  Тихий переход дался мне с большим трудом - я измотался, старательно глядя себе под ноги стараясь лишний раз не наступить на сухую ветку, или не запутаться в высоких корнях. Иногда мне очень хотелось чихнуть, а иногда, когда я сталкивался со своими менее расторопными приятелями, мне жутко хотелось выругаться. Но все же я все доблестно вытерпел.
  Вскоре мы вошли в небольшой молодой ельник, и едва уже собирались выйти, как Сирий нас резко затормозил.
  - Есть, - сказал он тихим шепотом, едва различимым на фоне колышущейся листвы. - Вон он, стоит у дуба. Гляньте, какой красавец.
  Я присмотрелся. И действительно - увиденный нами олень имел красивые ветвистые рога, а в холке - почти как молодая лошадь. Шерсть зверя отливалась красивым коричневым цветом, а в его осанке чувствовалось прямо-таки королевское величие.
  Красивый зверь, что и говорить. Но мы пришли сюда отнюдь не для любования. А потому Сирий вынул из колчана самую лучшую свою стрелу, положил лук на ветку ради лучшего упора, натянул его, и, немного помешкав, выстрелил.
  Миг - и лесную тишину разорвал испуганный рев раненного зверя.
  - Я попал, попал, попал! - радостно закричал Сирий, уже совершенно не волнуясь за соблюдение тишины.
  Через мгновение олень поднялся на дыбы, снова заревел, на этот раз громче прежнего, и галопом пустился в лес.
  - За мной! - возбужденно прокричал молодой охотник. - Я ранил его в шею. Значит далеко ему не уйти.
  Мы рванули вслед за Сирием: сначала к дубу, чтобы по пятнам крови действительно убедиться, что что зверь прилично ранен, а затем вперед, по тонкому кровавому следу. Даже раненный, олень бежал достаточно быстро, и вскоре скрылся в негустом подлеске. Но у нас был след, и огромное желание настигнуть лесного красавца, а потому мы бежали за ним с неотвратимостью самых заправских гончих.
  И вскоре наша настойчивость взяла верх.
  - Он выдыхается, выдыхается, - прокричал нам Сирий. И это было хорошо, потому что мы тоже начали потихоньку лишаться своих сил. - Вот, еще немного, еще чуть-чуть, и этот олень точно будет наш, - продолжал увещевать нас донельзя вдохновлённый приятель.
  Приободренные его словами, мы отчаянно продрались через колючий кустарник, а затем выскочили на небольшую поляну. И тут же вынуждены были остановиться, едва не налетев на стоящих так людей.
  - О-па-па. Здорова, - только и смог произнести я, резко останавливаясь перед неизвестными.
  - И тебе привет, - отозвался высокий веснушчатый парень в темном охотничьем костюме - видимо, старший из стоящей перед нами пятерки. - А мы тут стоим и гадаем, кто это так ломится через лес, - с усмешкой добавил он, опуская дубину на землю. Остальные последовали его примеру, опуская вниз оружие: кто такие же дубины, кто - луки с наложенными стрелами. Осмотрительность превыше всего. Пограничье же.
  - А чего не так? - не сразу понял я.
  - Так шума от вас, как от взбешенной коровы, - со смехом ответил он.
  Я пропустил его колкость мимо ушей - не время и не место.
  - Ну, пошумели. С кем не бывает? - отмахнулся я. - Вы лучше скажите - вы раненного оленя не видали? Он должен был пробежать где-то рядом с вами...
  Не успел я закончить объяснение, как Сирий легко ткнул меня в плечо и указал пальцем куда-то мне под ноги. Я опустил взгляд, и удивленно замолк - прямо передо мной, в густой траве, окрашивая ее изумрудно-зеленый цвет в ярко багровые тона, лежало безжизненное тело знакомого нам оленя, а из бока зверя торчало короткое охотничье копье.
  Чужое копье.
  Выходит, мы встретили отряд охотников из другой деревни? Вот так неожиданность. В другое время я мог бы и порадоваться подобной встрече. Но - не в этот раз.
  - Так-так-так, - начал я, стараясь себе как можно больше важности. - Парни: этот олень - наша добыча, - заявил я как можно более твердым тоном.
  - Да? - Веснушчатый предводитель нисколько не дрогнул. Даже наоборот, сделал шаг вперед и стал с другой стороны оленя, и я увидел два неровных шрама, пересекавших его левую щеку. - Ваша? - переспросил он меня язвительно.
  - Наша, - твердо заверил я. Парни за моей спиной дружно меня поддержали.
  - Это слова, - не согласился чужой охотник. - А чем вы их докажете?
 

19,10


 
  - А с чего это мы должны вам что-то доказывать? - хотел было возмутиться я. Но Сирий меня опередил.
  - Я ранил его в шею, - быстро сказал охотник. - Вот рана. А вот и кровь из нее. - Парень уверенно ткнул пальцем в явно заметный кровавый след.
  Но чужак не желал так просто отказываться от своей, как он полагал, добычи.
  - Рану на шее я вижу. - Он нехотя кивнул. - Но где подтверждение, что она - от вашего лука? Вот наша рана видна. - Чужак ткнул пальцем в кровоточащий бок животного. - И видно, что она от нашего оружия. - Он перевел палец на торчащее в олене копье. - Раз есть рана, то должно быть и оружие, которым ее нанесли. Наше есть. А где ваше? Где ваше, а?
  Тон незнакомца мне очень не понравился, но его замечание выглядело разумным. Была бы в олене наша стрела, я бы мог говорить с ним совсем по-другому. Но стрелы не было.
  Я повернулся к Сирию.
  - Ну, и где наша стрела? - с нажимом спросил я, одновременно и сам пытаясь найти ответ. Стрела в оленя точно попала, иначе откуда бы столько крови. Тогда вопрос - где она? Выпала по дороге? Если так, то это плохо. Очень и очень плохо. Сама рана на шее совсем не доказательство - может, олень на какую-то ветку на бегу напоролся.
  - Он точно должна была быть! - тихо сказал Сирий несколько испуганным тоном.
  - Должна, - согласился я. - Но, как видишь, ее в олене нет. Может, выпала? - выдал я свое опасение.
  Но Сирий не согласился.
  - Нет, ты че? Выпасть она не могла, - резко замотал головой приятель. На этот раз его голос звучал уверенно. - Я хорошо стрелял, сильно. Стрела ушла в шею почти наполовину, поэтому выпасть она точно не могла. Никак не могла.
  - Хорошо, - согласился я, принимая его слова. - Тогда, где она? Может, сломалась? - сделал я второе предположение.
  Вместо ответа Сирий развернулся, сделал шаг к оленю и провел плечом лука по шерстистой шее зверя. Рана оказалась пустой, без всякого обломка. Вот же ж...
  - Ну что? Доказательств нет? Нет. Значит, олень наш! - снова уверенно заявил чужак.
  - Только через твой труп! - хотелось ответить мне. И еще много чего добавить.
  Моим ребятам такой поворот тоже не очень понравился.
  - Но как же так? - хмуро вклинился Зак. - Это ж мы его нашли. Мы его выследили.
  - Да-да, - ввинтился ужом коротышка. - Мы нашли. Мы стреляли. Мы преследовали.
  - Еще как преследовали - вон, аж рубахи промокли, - поддержал парней скорняк. - Да наша это добыча, и все тут. И плевать, что стрелы там нет.
  - Нет доказательств - нет трофея, - не сдавался шрамованный охотник. - Иначе так можно было бы прийти на любую стоянку, ткнуть в любую добычу и сказать: это - моё, - ехидно добавил он. И - захохотал: злорадно, насмешливо, унизительно.
  Товарищи охотника так же засмеялись, поддерживая своего вожака.
  Я стоял, мрачно, глядя то на ржущую пятерку, то на своих, ощутимо погрустневших, друзей. По сути - все честно. И оттого - обидно. Но сейчас меня больше занимала отнюдь не честность - меня смущало то, как смеялся этот охотник. Смущало потому, что это смех мне был хорошо знаком - так хохотал я сам, когда мне удавалось провести нечто дерзкое, нечестное и абсолютно ненаказуемое. И, если все так и есть, то что же такого провернул этот мерзкий шрамоликий поганец?
  Ответ мог быть только один, а потому, обойдя тушу оленя и пройдя сквозь строй смеющихся охотников, я с абсолютно каменным лицом принялся осматривать растущие на поляне кусты. Сначала - несколько ближних. Ничего. Не желая сдаваться, я перешел к дальним от нас кустам и принялся оглядывать их. Проверял внимательно, старательно вглядываясь за каждую веточку и корень.
  Моя внимательность принесла плоды.
  - О-па па. - Я наклонился и осторожно вынул из одного из кустов окровавленную стрелу. - Какая интересная находка. Просто изумительная. Вы так не считаете? - заявил я, глядя на охотников с насмешливой улыбкой. А вот их самодовольные улыбки, как по команде, тут же стали гаснуть.
  - Какая интересная стрела. Мне кажется, я такую уже где-то видел, - снова продолжил глумиться я, шагая обратно к своим приятелям. - Причем - совсем не давно. Но может, я ошибаюсь? Может, моя память такая же дырявая, как у старого беззубого деда?
  Продолжая издевательски насмехаться, я подошел к Сирию, вынул стрелу из его колчана и соединил ее вместе с найденной - опереньем к оперенью. И, кто бы мог подумать - цвета оперенья полностью совпали.
  - Ты гляди - оперение одинаковое. Или может, мое зрение меня подводит и мне это только кажется? - Я приблизил обе стрелы к своему лицу и принялся нарочито пристально их разглядывать. - Да нет, как не гляди, они одинаковые. Но вот вопрос - как же так? Как же так вышло-то, а? - Я перевел взгляд на притихших чужаков.
  Мои приятели тоже поняли, что к чему, и с их стороны стало слышаться негодующее возмущение. И я их понимал - быть обманутыми не нравится никому.
  Я снова взгляну на шрамованного, ожидая его ответа.
  - Мы не знаем, как она там оказалась, - с деланным удивлением отозвался он. Ну надо же - даже сейчас, когда все тайное стало явным, предводитель охотников упрямо не желал признаваться в содеянном.
  - Может у нее ножки выросли? Или крылья?
  - Понятия не имею. - Чужак по-прежнему держал каменное лицо.
  - Может вы хотите сказать, что ее духи леса туда перенесли?
  - Не знаю. Ничего не знаю.
  - Да? Тогда как ты нам это объяснишь? - осуждающе бросил Игни.
  - Че? Ведь не сама же там стрела оказалась? - поддержал приятеля Сирий. - Мои стрелы, конечно, летают хорошо. Но не настолько, - осуждающе добавил он.
  - Тут даже младенец поймет, что вы хотели нас провести. А за такие дела нужно отвечать, - заявил Железный Кулак. И судя по его тону, он нисколечко не шутил.
  И тут терпенье моей команды лопнуло.
  - А че? Пустим им кровушку и отберем у них все, что есть, - поддержал его Сирий, вскидывая лук.
  - Отмутузим и отберем, чтоб не повадно было более, - поддержал его скорняк, приподнимая свою дубину.
  - Да! Переломаем им колени, чтобы потом не повадно было! - заявил Монета донельзя серьезным тоном.
  Чужаки так же схватили свое оружие, и сплотились вокруг мертвой туши, готовясь защищать то, что давно считали своим. Нет, я все понимаю - туша оленя это вам не какая-то мелочь вроде енота или кролика. Таким количеством мясо можно накормить всю деревню, и даже еще останется. Но все-равно: действовать так - верх наглости. И теперь обычная перебранка готова перерасти в настоящее столкновение.
  К такому я точно не был готов.
  Я бросил быстрый взгляд, оценивая наши шансы на победу. И в той и в той команде ровно по пять человек. Но на этом вся схожесть оканчивалась. Да - на нашей стороне крепыш Зак, а у меня не деревянная дубина, а крепкая железная палица. Но с той стороны не один лук, а целых два. Да и одежда у соперника лучше - на каждом полноценные охотничье костюмы из волчьей шкуры: они и от ударов лучше защищают, и удобства в драке добавляют. К тому же, не стоит забывать, что мои ребята только-только отошли от долгого бега за зверем, а чужаки, возможно, были полны-полнехоньки сил.
  Итог: все явно не в нашу пользу. Значит, мне нужно срочно спасать положение. Придётся мне употребить все свое красноречие, чтобы назревший бой не состоялся.
  - Ой-ей-ей! Вы что, и в самом деле хотите с нами сразиться? - проговорил я самым обидным тоном. - Вы хотите победить нас? Нас, лучших охотников Звериной?
  - Может в своей Звериной вы и лучшие, но в Глуши мы - лучшие! - смело ответил шрамованный. Остальные охотники закивали.
  - Ох-ох-ох. - Я засмеялся и закатил глаза. - Чья бы собака гавкала, только не ваша. Вы, лучшие, вместо того, чтобы самим завалить оленя, забрали чужого подранка. И это у вас называется быть лучшим? Это? - едко хлестнул я.
  Но чужак упорно не желал отступать.
  - Мы - лучшие охотники Глуши. И мы вам это покажем! - громко воскликнул он, угрожающе завращав дубиной.
  - Лучшие? Ой, не смеши. Да вы этого оленя убили только потому, что он оказался ранен. А что вы будете делать с противником, равным вам по силе? С нами, например?
  Краем глаза я заметил, как дрогнул еще один охотник. Отлично! Буду продолжать в том же духе.
  - Ты нас не запугать, - грозно воскликнул неуемный предводитель.
  - А мы и не пугаем. Мы просто предупреждаем, - хищно оскалился я. - Но имей ввиду - победите вы или нет, мы все-равно расскажем всем деревням о том, как вы нагло забираете чужую добычу. Всем деревням, поверьте. И это вам точно с рук не сойдет. Ох, не сойдет, - сказал я, задрал подбородок вверх и пронзительно засмеялся.
  Взгляд охотника дрогнул и заметался по сторонам. Прекрасно! Значит, боишься огласки и возможной мести. Как пить дать, боишься. И это нам только на руку. Нужно еще чуть-чуть поднажать. Еще чуть-чуть и победа будет за нами. А если точней - за мной.
  - Или вы хотите нас убить, чтобы никто не узнал о вашей подлости? Пойти на убийство ради куска оленьего мяса? Убить своих соседей. Да вы не охотники тогда. Вы - хладнокровные убийцы!
  Раз - еще у одного охотника опустился взгляд. Все - единства в команде нет. А значит сражению не бывать. Ай да я, ай да молодец - что тут еще сказать.
 

21,10


 
  Внезапно стоящие рядом с нами березки и осинки дрогнули, расступились в сторону, и выпустили на поляну нечто живое, серое и огромное. Вначале высоко над нами замаячила угловатая голова с маленькими глазёнками и широким, подрагивающим носом. Затем, вслед за головой, появилась длинная, словно змеиная, шея, а под конец на поляну, ломая ветки и сбивая листья, вывалилось и все остальное - жирное тело на шести корявых ногах.
  Появление огромной твари оказалось столь внезапным, что все на короткое время замерли. Охотники глазели на тварь, мы глазели на тварь, а тварь, в свою очередь взирала то на них, то - на нас, то - на лежащую между нами тушу оленя.
  Первым пришел в себя командир охотников - резко повернувшись к одному из своих приятелей, он схватил его за грудки.
  - Влар! Какого лешего ты не глядел за округой! - грозно спросил он того.
  Парень озадаченно заморгал глазами.
  - Так я ж я это... Мы ж это, тут... - Больше ничего он сказать не мог.
  Следить за дальнейшей перебранкой я не стал.
  - В круг, в круг, - громко, но несколько нервно скомандовал Сирий, организуя традиционное защитное построение. Я оглянулся, увидел собирающихся ребят и шустро занял привычное место во главе отряда.
  - Что это за гадина такая, а? - быстро спросил я его, не сводя взгляда с кошмарной твари.
  - Это скрилл, что б его тролли порвали, - тут же ответил охотник.
  - Как же он так незаметно к нам подобрался?
  - Обычно его слышно за сто шагов. Но мы так разорались...
  Услышав ответ, я громко и смачно выругался. Не подумал. Про хищников не подумал. Я так увлекся соперником-человеком, что напрочь забыл о лесных противниках. Что ж - будет мне урок. Если не погибну.
  Монстр перестал раскачивать головой и угрожающе зашипел. К счастью, не на нас, а на ребят из Глуши, потому как они стояли ближе.
  - Что о нем известно? - снова быстро спросил его я.
  - Ну че? Когтей у скрилла нет, зубов нет. Жала, как мне известно, нету тоже.
  - То есть вся его защита -- это его броня на ногах на пузе? - сделал вывод я.
  - Видимо, что так.
  - Отлично, отлично. - Новость и правда была хорошей. - Что еще?
  - Еще? Он трупоед. Приходит на запах жертвы, - подумав, добавил Сирий.
  - То есть живые ему не интересны?
  - Живые - нет. Но за свою добычу он будет драться до смерти.
  То бишь и этому подавай оленя? Еще один любитель дармовщинки. Вы что, сговорились сего дня, что ли?!
  - Ну что, будем-таки драться? - Зак решительно взмахнул дубиной - было видно, что он не против сойтись со зверем. Но я все не мог решиться.
  - Мы не готовы к сражению с таким монстром, - проговорил я, бросая взгляд то на крепкие лапы, то на зубастую голову. Нет, я не трусил, а трезво смотрел на дело: до башки и шеи зверя нам не дотянуться - высоко. Лапы зверя в броне - фиг пробьешь. Остается живот, но его колотить несподручно. Не бой, а мудотня какая-то получится.
  - Ага. У нас ни копий, ни рогатин, ни мечей, ни топоров. Оно и понятно - не на такого зверя шли.
  Я кивнул - нет, не на такого. Да и вообще: у нас, в Пограничье, каждый топор наперечет. А мечей мы отродясь не видали - дорого.
  А что наши друзья-соперники? Я бросил взгляд в сторону пятерки охотников. За то время, пока я отвлекся на разговоры с Сирием, они успели поднять с земли несколько круглых щитов и так же построится в круг. И настрой у них был явно воинственный.
  - Вперед! - раздалась громкая команда. - Прикончим тварь!
  - Да! - тут же раздалось следом. - Порвем, как лисица петуха!
  - Прикончим, как собака енота!
  - Растерзаем, как кот мышонка!
  - Сделаем из него отбивную на обед!
  Круг охотником медленно двинулся в сторону гневно шипящего скрилла.
  - Думаете, у этих пройдох хватит сил завалить его? - угрюмо поинтересовался Ивальди. В ответ я только пожал плечами - у чужаков так же не имелось ни мечей, ни топоров. Но у них имелось то, чего не было у меня - яростное желанье сразиться с незваным гостем. Для них все было просто: скрилл - монстр. А монстров надо бить.
  Что ж - надо так надо. Тем более, что бить в две руки сподручнее, чем с одной.
  - С нашей помощью - да, - выдал я ответ, и, подняв свою палицу в угрожающем жесте, громко воскликнул: - Вперед! Покажем этой твари, кто в этих землях лучшие добытчики!
  - Давай Жало, мы с тобой! - закричал Сирий и поднял лук, целясь монстру в глаз.
  - Сейчас он узнает, какова сила удара настоящего кузнеца, - прорычал Зак, раскручивая дубину.
  - Разобьем его на части, а потом продадим трофеи. - Это, конечно, Игни.
  Ивальди лишь сдвинул брови и так же поднял дубину.
  Мы бросились на врага.
  Признаю - подступать к такому монстру было боязно: одно дело волк или пантера, которых можно хоть отчасти держать на виду. Другое дело - огромный скрилл. Он был везде: сбоку от нас - его лапы, сверху от нас - его тело, а где-то вверху, над нами, на недосягаемой высоте - шипящая, словно отчаянно бранящаяся, голова. К тому же монстр не стоял на месте, а все время двигался, делая и без того сложный бой почти что невозможным.
  Но мы не отчаивались.
  - На тебе, на! - ворчал Ивальди, что есть силы молотя дубиной по внутренней стороне одной из средних лап.
  - Че, думаешь, ты большой и здоровый? Думаешь, что тебе все можно? - возмущался Сирий, старательно пуская в башку монстра стрелу за стрелой. - А стрелу в глаз хочешь? А две? Не хочешь? А че? А я вот всажу, и спрашивать не буду.
  Пуще всех ругался крепыш-кузнец.
  - Да когда ты уже сдохнешь, тварь? - бурчал Зак, недовольный тем, что тварь даже не морщится от его ударов. - Да ломайся уже, ломайся.
  Единственным, кто получал удовольствие от сраженья, оказался Игни.
  - Не поймаешь, не раздавишь, - хихикал Монета, крутясь между ног зверя, как самый заправский заяц. Он еще и удары умудрялся раздавать. Вот проныра!
  Но чтобы мы не делали, как бы его не били, а наши атаки лишь раздражали зверя, не более. Мы не наносили ему никакого вреда. Вот никакого, и все тут.
  Долго так продолжаться не могло - с этим нужно было что-то делать.
  Но что?
  И я придумал.
  "Броня на твари, это как лед на речке, - сверкнула мысль во мне. - Хочешь продолбить лунку - не долби всю реку. Долби в одном место".
  - А ну, слушай меня - громко воскликнул я. - Бьем его разом, это пса переростка! Бьем по одному месту, - крикнул я и нанес удар по ближайшей лапе. Та загудела, словно я ударил не кость, а металл, и осталось целой. - Бьём сюда, по очереди, и каждый. Ну же, начинаем! Первый Зак! - скомандовал я.
  - Да запросто! - тут же отозвался крепыш. Железный Кулак попытался ударить в указанное место, но тварь дернулась, и удар кузнеца пришелся наискось.
  - Ты, мазила! - тут же отругал его я.
  - Ничего, со второго раза точно попаду, - крикнул он, изготавливаясь для нового удара.
  - Ивальди! - крикнул я, призывая скорняка.
  - Да! - Скорняк развернулся, чуть подпрыгнул и точно попал по цели. - Вот так! Игни?
  - Я! - И Монета не подкачал.
  - Отлично, - тут же похвалил его я.
  - А вот и моя добавочка! - Здоровяк закончил разворачиваться и зарычав, ударил тварь в отмеченное место.
  Падальщик зарычал. Ага, не нравится? Значит мы все делаем верно. А что будет, когда я добавлю перцу!
  - Получи и от меня, рожа поганая. - Полет мой палицы был подобен падающей звезде - она пронеслась быстро и стремительностью. Удар! В месте попадания что-то глухо треснуло. Чудовище взвыло. И тут на мою палицу обрушиваясь дубина коротыша. Двойной удар, больным по больному! Из трещины в броне что-то потекло. Монстр заревел и попятился назад.
  - Ага! Что, гадина, не нравится? Не нравится да? Ну что, собака шелудивая - ты сама к нам в гости приперлась, так что на хлеб и соль не рассчитывай.
  Мы снова разом кинулись атаковать выбранную лапу, но чудовище поумнело - переместив вес тела на пять здоровых лап, оно принялось отмахиваться раненой, тем самым лишая нас возможности для следующих ударов.
  Но тут вмешался Игни.
  - Парни! Я сейчас... - закричал коротыш и подскочив поближе к твари, прыгнул и вцепился в больную лапу. Получив такой довесок, трупоед уже не мог держать лапу на весу и опустил ее на землю. Что нам и было нужно.
  - Н-на! - первый удар достался ей от меня. Бабам - и я услышал, что под броней что-то глухо треснуло. Ну наконец-то, а-то мне стало казаться, что я застряну тут до зимы.
  - Что, не нравиться? - победоносно оскалился я. - Это еще цветочки. Сейчас ягодки пойдут. Смотри, не лопни.
  Бабах - это залетел новый удар от Зака. Бах - новый удар от Ивальди. Чудовище зарычало и попыталось переместить ногу назад, но тщетно.
  А мы не отставали: бабам, бабах, бах, бабам, бабах, бах. Удары сыпались за ударами. Нам даже некогда было наблюдать за другой командой - наши взгляды были прикованы лишь к одной заветной точке, из которой кровь била уже фонтаном.
  Мы так увлеклись, что не думали глядеть по сторонам.
  И, как оказалось, зря.
  - Берегись! Назад! - истошно крикнул Сирий. Подчиняясь внезапному окрику, я отскочил, и в тот же миг мимо меня пронеслось нечто серо-зеленое, мокрое и отвратное.
  Я не сразу понял, что это было.
  - Опять! Берегись! - вновь раздался предупреждающий крик. Я вскинул голову как раз для того, чтобы увидеть, как башка твари лихорадочно задергалась, рот открылся, и из него что-то хлестнуло прямо на нашу братию. Мне повезло - благодаря моей ловкости эта гадость лишь слегка мазанула меня по щеке. Но вонь! О, боги - какая же на моей щеке осталась вонь! Не запах, а вонища, смрадище! От удушающего аромата тут же забился нос, потекли слезы, и горло обхватил страшный удушающий кашель. И это всего лишь от малой части скрилловой отрыжки!
  Едва кашель отступил, я быстро бросил взгляд по сторонам, стараюсь понять, кого еще задело. Взглянул и обомлел - Игни лежал, весь покрытый этой жижей и от охватившего смрада его трясло, словно он был погремушкой в чьих-то злых руках.
  При мысли об этом меня тут же охватила не дюжая злость.
  - Ты чего не сказал, что эта долговязая скотина умеет такое делать? - рявкнул я на Сирия.
  - Че? Да я сам не знал! - Охотник сделал испуганные глаза. - Может тварь сама до этого додумалась.
  - Сама, сама, - тут же перекривил его я. Я знал, что Сирий не виноват, но ничего не мог с собой поделать - моя злость более мне не подчинялась и нарастала с каждым ударом сердца.
  Я снова взглянул на разбушевавшуюся тварь, теперь поливающей едкой гадостью глушевских охотников. Досталось даже туше оленя - его голова и шея уже окрасились противным серо-зеленым цветом. Не дай боги эта громадина на него еще и наступит. Тогда прости-прощай наш драгоценный трофей.
  Злость все больше и больше охватывала меня, готовая вылиться, словно вода из кипящего чайника. Я был готов собственноручно задушить эту жадную гадкую гадину. Жаль, что не мог я добраться до ее змеиной шеи.
  Оставалось лишь одно - моя ледяная магия. Да, я не хотелось показывать ее перед этими чужаками. Но сейчас мне было все-равно. Главное - злости, той самой злости, что помогала моей концентрации, у меня было предостаточно. И я был готов ее использовать.
  - Карна маллеркант! - скрепя зубами промолвил я. Раздался неприятный треск, словно что-то где-то рвалось на части, и через миг в моей ладони закружился крупный, размером в приличную картофелину, ледяной кристалл. Холодный, прозрачный, угловатый, и крепкий даже на вид. Да - один ледяной осколок вряд ли мог так просто сразить такое большое чудовище. Но кому, как ни мне, драчуну и задире, знать, что сила не всегда кроется в размере?
  Собравшись с силами, я тщательно прицелился, и запустил свой магический снаряд в ничем не прикрытый подбородок твари.
  Осколок льда мигом преодолел разделявшее нас расстояние и ударил в маленькую челюсть с мощью старого кузнеца-молотобойца.
  Сила магии вкупе с моей силой сделали свое дело - удар получился просто зубодробительным. Тварь, похоже, сразу же обомлела: глазенки монстра отчаянно закатились, и его голова, начала медленно, но неотвратимо падать на землю, вниз - туда, где уже стоял я с занесенной, в карательном жесте, палицей. И как только башка монстра с грохотом упала на землю, на нее обрушилась вся моя злоба. Я бил, пока из-под моей палицы отлетали куски серой, морщинистой кожи. Бил, когда наружу брызнули струи тёмно-красной крови. И остановился лишь тогда, когда череп твари с громким звуком треснул, и из него потекло что-то темное, склизкое и отвратное.

22.10

*


  Пока чужая команда молча смотрела на поверженное мною чудовище, моя помогала Игни - парни собрали всю свою воду и тщательно очистили тело Монеты от ужасной жижи. Затем промыли его глаза, лицо и рот. После этих процедур коротыш задышал чуть ровнее, но в себя еще не пришел. Тогда мы принялись мастерить носилки, чтобы нести товарища до дома и там вручить его в руки знахаря.
  Подождав, пока мы закончим связывать ноши, к нам подошел командир охотников.
  - Чем ты его...это? - озадаченно спросил он меня, тыкая дубиной в сторону бездыханного зверя.
  Так он не видел, что это было? Хо-хо! Что ж, одной заботой меньше.
  - Камнем. Обычным камнем, - не стал открывать ему правду я.
  - Камнем? - Веснушчатый удивленно поднял брови. - Нет, я видел, что ты что-то в него метнул. Но не успел заметить, что именно.
  - Это был камень. Самый обычный камень, - продолжал я гнуть свое. - Глянь на поляне - может, ты найдешь его там среди всех остальных камней, - ухмыльнулся я. За то, что он найдет следы моей магии, я не волновался - при попадании ледяной осколок разлетелся ты сотню мелких кусочков, которые уже давным-давно превратились в лужи.
  Ясное дело, что никакого камня шрамованный искать не собирался.
  - Что до оленя... - несколько неуверенно заявил он.
  - Ну что еще? - с рыком выдал я. - Теперь будем драться за него и с тобой?
  - Да че ты, - охотник отчаянно замахал руками. - Больно он нам нужен, когда у нас есть целая туша скрилла.
  - Даже так? - удивился я. - А что вы с ним делать будете?
  - Это наш секрет, - хитро ухмыльнулся охотник.
  Что ж... У каждого в Пограничье есть свои способы выживания, и тайнами тут никто не спешит делиться. Ну ничего - не только у вас есть свои секреты.
  - Ну так что - обмен? - хитро промолвил он.
  - Обмен, - легко согласился я.
  Мы распрощались, и я повернулся к нашей добыче. Туша оленя была безнадежно испорчена скрилловыми испражнениями, но задняя часть и живот все еще остались нетронутыми. Эх, хотел бы я вместе с печенью принести в деревню приличный запас мяса, но теперь, из-за нашего неожиданного груза, придется ограничиться лишь малым количеством.
  - Сирий? - обратился я к охотнику.
  - Че? - тут же ответил он.
  - Займись оленем. Вскрой брюхо, и достань печень. А потом нарежь мяса - столько, сколько сможешь найти нетронутого этим...
  - Да понял я тебя, Жало, понял.
  - Вот и славно.
  Когда все было законченно, мы отправились обратно, домой - в Звериную.

*


  Игни пришел в себя еще на полпути в деревню, чем очень нас всех обрадовал. Но мы все-равно отнесли его к врачевателю - так, на всякий случай. Потом я отдал печень оленя матери, чтобы она завершила сделку, а мясо оленя отцу, чтобы он передал его охотникам на засолку.
  Однако расслабляться мне было рано - по дороге домой я то и дело ловил косые взгляды Зака, а на привалах видел, как он тихо шушукается с остальными моими ребятами. Зная его характер, а также тягу к честности и деловитости, я даже не сомневался, о чем именно он ведет разговоры. А потому, не смотря на усталость, я должен был сделать ответный ход, пока слова кузнеца не осели в сердцах приятелей.
  Поэтому вечером я созвал ребят на встречу.
  В кузню пришли все пятеро: слегка подуставший я, весьма уставший Сирий, привычно угрюмый Ивальди, несколько бледноватый, но неунывающий Монета, и непривычно хмурый Зак. Ребята расселись, кто на чем - кто на корзинах с углем, кто на поленнице из дров, и с вопросительным видом уставились на меня, гадая, что именно у меня на уме.
  - Итак, парни - вот что я хотел обсудить, - начал я несколько неуверенно. - Сего дня вы все стали свидетелями того, как я, своей магией, убил здоровенную тварюку. Так?
  Сирий и Ивальди одобряюще закивали. Затем кивнул и Зак.
  - Это было что-то. Раз - и прямо в челюсть, - кивнул, соглашаясь, охотник.
  - Мало того, что попал. Да еще и как попал - вырубил с одного удара, - согласился скорняк с приятелем.
  Игни в ответ лишь виновато улыбнулся, ведь из всех нас он был единственный, кто пропустил этот момент. Зак так же кивнул, и как-то странно взглянул на меня. Выжидает момента, что ли?
  - Эта магия, что я приобрёл... Она оказалась сильной. Очень сильной, - снова продолжил я.
  - Угу, - заговорил, все же не выдержав, Зак. - Убить такого монстра, да с одного удара... Где такое видано, а? - с нажимом добавил он.
  - Да, это так, - согласился я.
  Но кузнеца уже было не остановить.
  - Я бы уразумел это, будь ты какой-нибудь опытный воин. Но ты не воин. Ты даже не охотник. Но все одно - убил такого монстра. И убил легко. И потому я хочу... Нет, не хочу - я настаиваю, чтобы ты сообщил о своих талантах старейшинам нашей деревни - своей матери и своему отцу, - решительно выпалил он. - Потому что негоже держать в тайне такую силищу.
  Так вот что тебя все-время мучило, молотомахатель. Что-то такое я и предполагал. Все-таки хорошо, что я затеял этот разговор. Но как мне верно его закончить?
  - Рассказать старейшинам, это, конечно, важно и нужно, - неспеша согласился я, пытаясь прокрутить в голове варианты исхода разговора.
  - Угу, согласен, - продолжал кипятиться крепыш. - Они старше. Они опытнее. А потому они-таки лучше знают, как распорядиться такой огромной силой. Распорядится на благо деревни. Всей деревни. Нашей деревни, - с нажимом окончил Зак и вопросительно взглянул на каждого из ребят, словно ожидая поддержки.
  Но парни молча глядели в пол. Сомневаются, значит. Или просто не хотят идти супротив меня? Нужно будет обязательно этим воспользоваться.
  - Да, Зак, ты прав - мой, э-э-э, талант, нужно сделать всеобщим приобретением, и его нужно использовать для блага всей деревни, - осторожно начал я излагать свой ответ. - Да - мои родители смогут лучше меня понять, как им нужно распорядиться. Вот только... - сказал я, и замер.
  - Вот только-что? - тут же переспросил кузнец и жадно потянулся вперед, в явном нетерпении.
  Вот только мысль о том, что кто-то будет указывать мне, мне, как и на что использовать мою магию, вызывала во мне настоящую бурю протеста.
  "Я им всем что, пахотная скотина, что ли, что вы намереваетесь вот так просто мной управлять? - диким с возмущением проносилось у меня в голове. - Я, Вальдо, рисковал собой, выпивая непонятное зелье. Я, и только я трудился над тем, чтобы овладеть магическими заклинаниями. Мучался. Старался. Переживал. Я спас детей при пожаре, и я убил опасного монстра. Я и только я, а не кто другой.
  Но это не главное. Главное то, что я теперь - маг. Настоящий, всамделишный маг, могущий создавать и использовать различные магические заклинания. И с каждым годом, с каждым месяцем, с каждым освоенным уровнем я буду становиться все сильнее и все могущественней. И я не хочу... Нет - я не позволю, что бы мной управляли какие-то крестьяне и подмастерья".
  Но ведь такого вслух не скажешь. А потому придётся действовать осторожнее.
  - Вот только смогут ли они просчитать, какова от этого будет опасность? - Я сделал паузу и снова обвел собравшихся пытливым взглядом.
  - Опасность? - При этих слова вся четверка мигом насторожилась.
  - Опасность. - Я кивнул, с радостью наблюдая нужные мне эмоции. - Если мои родители переоценят мои способности, и так я кому-нибудь наврежу?
  - Навредишь? Как?
  - Ну, например, магически обессилев в ответственный момент. Ведь даже я не знаю своих границ. Что уж говорить о других? Да и вообще - я еще слишком мало знаю о своих возможностях, чтобы кто-то другой мог полностью на них положится.
  После моих слов парни принялись задумчиво переглядываться. А я продолжил накалять обстановку.
  - Или вот вам еще пример. Что, если новость о моем даре разлететься по всей округе, и сюда начнут стекаться авантюристы всех мастей, желающие вызвать меня на дуэль, и своей победой сделать себе имя? Нет, лишние гости это хорошо. Но если кто-то из них меня случайно убьёт? Ведь такое может произойти? Может. Особенно, пока я столь неопытен в своей магии.
  Парни снова принялись переглядываться между собой, и на этот раз я увидел на лицах некоторых сомнение. Отлично. В таком духе и буду продолжать.
  - Или вот так - если кто-то важный в баронстве узнает, что у меня обнаружился такой дар, то он захочет его использовать. Например - для себя, забрав меня в свою челядь. Или - на благо всего баронства, определив меня в баронскую армию, и отправив на службу в какой-нибудь южный форпост? - продолжал нещадно фантазировать я. - Кто ему воспротивится? И кто ему воспретит? Да никто. - Это было понятно.
  - Ну и какая будет мне тогда от этого дела польза? А польза нашей деревне? Все верно - никакой - мы больше потеряем, чем приобретем. - Я увидел окончательно потухшие взгляды. - Ну вот, а вы говорите, - победоносно закончил я. - Так что открывать мою тайну пока еще точно рано. Согласны, бандиты?
  Ребята закивали - вразнобой, но весьма уверенно.
  Итак, моя тайна была спасена. Как и моя свобода.
  - А что до пользы деревне... Поверьте - пользу можно приносить, даже не открывшись, - мягко заверил я. - С помощью магии мы добыли оленью печень? Добыли. Игни спасли смогли? Смогли. И детей из пожара я тоже спас. Так что деревня без моей помощи не останется - было бы, как говорится, желание. Ну что, теперь вы согласны, что мне открываться пока не стоит?
  Парни радостно закивали - все, как один. Вот и отлично. Ну вот - первая битва за себя была мной выиграна. А что до того, что у них могут возникнуть новые сомнения, то я знаю, как мне их придушить. Придушить навсегда. - Я вспомнил прекрасные костюмы из волчьих шкур, в которых ходили охотники из Глуши. - Можно с моей помощью раздобыть им такие же, и они тут же забудут о всех своих сомнениях. А не забудут - я помогу им приобрести вместо простеньких дубин хорошие топоры. Это уж точно сыграет роль. Ну и что, что их молчание будет не искренним - зато оно даст мне время, чтобы, став сильнее, я уже сам мог решать свою судьбу.
 
 
 

КОНЕЦ


 
 
 
 
 
 
 
 
 
  1
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"