Гном
Двойное зеркало

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    А затем, когда рухнул этот строй, начался небольшой перерыв, но только для того, чтобы новый уклад жизни погиб, сгорел бумажкой на костре новой войны, войны с кавказцами. Но в этом перерыве мы были зеркалом фундаментализма, Аллах и Христос - единое целое, мы все были рабами, быдлом господним. Какая разница чьим быдлом быть - жестокого диктатора или бога?

  Солнце вставало из-за иззубренного от развалин горизонта, роняя ровный золотистый свет на каменные плиты площади, по которой ветер гонял обрывки давным-давно вышедших газет и пластиковые бутылки - приметы давно ушедшего времени.
  Ангел вылез из распотрошенной "восьмерки", приткнувшейся у искореженного здания на краю площади и, вдохнув свежий майский ветерок, достал из нагрудного кармана пачку курева.
  - Слышь, и мне дай, - послышался хриплый басок с заднего сиденья машины.
  - Держи, - отозвался Ангел и протянул сигареты Косому. - С добрым утром.
  - Добрее видали.
  Где-то вдали затарахтели танки. Косой затянулся и, усмехнувшись, произнес:
  - Фрицев поехали долбить.
  - Нам бы тоже выдвигаться пора, - на сером от толстого слоя пыли лице Ангела, на котором только блестели голубые глаза, промелькнула мимолетная усмешка. - Своего фрица мочить.
  Они пробирались от схрона почти всю ночь, и вот, выдалась возможность немного поспать на относительно нейтральной территории.
  - А который час-то?
  - Шесть.
  Косой провел загорелой рукой по черному футляру, скрывающему в себе смертоносное оружие - скрывающему в себе смерть, но справедливую и заслуженную. "Сегодня одной тварью станет меньше, и мы обезглавим этот гадюшник" - думал Косой.
  Вдруг зашипела рация на поясе у Ангела. Он снял ее с петли и поднес динамик к губам.
  - Нуль, я Ангел, слушаю тебя.
  - Где вы там, клиент вот-вот появится!
  - Стоп-стоп, но вы же говорили, что он поедет в семь? - озадачился Ангел.
  - Ну, я и говорю, вот-вот появится! Кто, по-вашему, будет подходы зачищать? Дядя Вася, да?!
  Ангел стиснул зубы и сквозь них вырвался глухой стон.
  - А опергруппа на что?
  - Положили вашу опергруппу, всех до единого! Вчера налет был на стоянку нашу в Черемушках!
  - Вот блин, - ругнулся Ангел. - Подгоните хоть машину.
  - Синий фургон, А123ЕУ. Конец связи.
  Ангел с досады долбанул по проржавшему корпусу машины.
  - Что там? - хмуро буркнул Косой.
  - А ниче, зашибись все вообще. Нам еще и подходы к зданию расчищать.
  - Это не дело, у нас к "калашу" патронов мало осталось.
  - Это ты им скажи. Сейчас машина подъедет, собирай манатки.
 
 
  Косой и Ангел выбрались на свежий воздух из пропахшего едким запахом бензина фургона и стали выкладывать оружие.
  Они стояли под красно белым полосатым козырьком ресторана, и их не было видно с крыши, оттуда, где засели вражеские сторожевые.
  Ангел влез в разбитую витрину и вошел в полутьму разгромленного помещения. Пройдя мимо опрокинутых столов, Ангел поднялся по лестнице на второй этаж, подошел к окну в грязных разводах, и выбив стекло, поднял к глазам бинокль.
  На крыше соседнего дома стоял фриц. Ангел разглядел его суженные глаза, напряженную линию губ. Это был совсем юнец. Он щурился на солнце и внимательно глядел по сторонам.
  Ангел высунулся в окно и подозвал Косого.
  - Тут без автомата можно, - сказал он.
  Косой задрал голову и улыбнулся.
  - Нашим легче.
  - Дуй сюда.
  Через две минуты Косой уже стоял на месте Ангела и тщательно выцеливал фрица в прицел снайперской винтовки. Красная точка скользнула по губам юнца и застыла между глаз.
  Косой нажал на курок.
  Фриц свалился с ног, не издав ни звука.
  Это заметили с того края крыши. Послышался истошный вопль, разрывающий воздух:
  - Аля-арм! Аля-арм!
  Ангел скривился и сплюнул. Ему было непонятно, как люди, верящие в существование сверхчеловека и недочеловеков, сами могут передирать слова с другого языка, как последние обезьяны.
  К трупу подбежал солдат и стал озираться по сторонам. Через некоторое время он дал очередь вниз, и пули с пронзительным визгом вонзились в растрескавшийся асфальт.
  - Вали второго, - сказал Ангел.
  - Опасно, запалят.
  - Ниче, укроемся.
  Косой снова высунулся в окно и начал следить за часовым сквозь прицел снайперской винтовки. Наконец он глубоко вдохнул и нажал на курок. Второй также упал безжизненным кулем.
  - И заплачут мать с женой, - хрипло пропел Косой строчку из старинного романса.
  - Мать с женой...,- внезапно на Ангела навалились воспоминания о том, что было, казалось, тысячу лет назад, за тысячу световых лет отсюда...
 
 
  Вероника налила чай, подошла к нему и ласково обняла за плечи. Он откинул голову назад, на ее грудь, и закрыл глаза.
  - Слушай, остался бы ты дома, - уже в который раз завела она разговор своим тихим голосом.
  - Но ты ведь понимаешь, это мой долг, - ответил он.
  - Володя, ты понимаешь, у нас будет ребенок, ребенок, Володя.
  - Это ничего. Здесь пока относительно безопасно, ты сможешь начать его воспитывать, а потом и я приеду.
  Он вдыхал запах ее густых русых волос, ниспадающих на плечи, запах будущего, запах надежды, и верил своим словам, пусть они и казались чистейшей фантастикой.
  - Я обязательно приеду.
  - Но война уже проиграна, нужно спасаться от нового режима, - слабо протестовала Вероника, гладя его жесткие короткие волосы.
  - Нужно спасать страну от нового режима. Понимаешь, Вероника, мы, русские, как зеркало, двойное зеркало. Сначала мы были зеркальным отражением страны железной руки фюрера, социализм и национал-социализм - вещи суть от одного корня. Сталинский режим. А затем, когда рухнул этот строй, начался небольшой перерыв, но только для того, чтобы новый уклад жизни погиб, сгорел бумажкой на костре новой войны, войны с кавказцами. Но в этом перерыве мы были зеркалом фундаментализма, Аллах и Христос - единое целое, мы все были рабами, быдлом господним. Какая разница чьим быдлом быть - жестокого диктатора или бога? И то и другое обещает светлое завтра, загробное или земное. Земное также обещали в Китае, и чем это обернулось? И вот опять дал ростки нацизм, уже на нашей почве. С помощью него мы искоренили черную заразу, скинули гнет их правления в нашей стране, скинули иго, но это обернулось еще большей диктатурой. Сейчас мы боремся с ними, и мы победим, победим ради свободы духа и наших детей. Наше дело правое, наше дело - анархия.
  - Но анархия недостижима, милый.
  - Достижима. Я это знаю, ценой пота и крови, но ее можно добиться. И мы это сделаем. В конце концов мы объявим анархическую конфедерацию республик, где каждый будет свободен от монархии, тоталитаризма и дерьмократии.
 
 
  Поколение людей, которым в тридцатые вживили симбикомы и которые попали под подавляторскую частоту во время восстания мусульман, элитное быдло, безвольными полуовощами собирающие оружие для своих новых черных хозяев, умерло, и новые хозяева остались без рук. И остались люди без симбикомов, свободные борцы за место под солнцем, и они свалили этот колос на глиняных ногах, повергли династию Яндырбиева. Но в мозгах у них была кровавая чума, поэтому их всех следовало уничтожить...
  ...Ангел тихо крался по замусоренной лестнице. Часовой, сидя на корточках, уткнулся в свой автомат и привалился к стене. Ангел неслышно подошел к нему и холодная сталь полоснула по горлу.
  - Их тут на каждом пролете по одной штуке торчит, мы так и к утру завтрашнего дня наверх не доберемся, - выдавил Косой колючим шепотом.
  - Не на каждом, - ответил Ангел. - Мы уже на седьмом этаже, а нам всего трое попалось. Ковыряться не будем, через пять минут на крышу выйдем.
  - Еще два этажа.
  - Знаю.
  Внезапно на лестнице сверху послышались шаги.
  Ангел и Косой метнулись за пожарный щиток и прижались к шершавой окрашенной в темно-синий цвет стене. Но было поздно.
  Воздух разодрала автоматная очередь, со звоном разлетелось стекло щитка. Косой глухо вскрикнул и схватился за руку.
  - Давай "калаш"! - заорал Ангел и, выхватив автомат из ослабевших рук Косого, дал очередь по лестнице.
  - Аля-арм, аля-арм! - заголосил часовой и что-то затараторил в рацию.
  - Влипли, все, п...ц! - ругнулся ангел. - Сейчас их тут как тараканов будет!
  Он выскочил на площадку и выпустил очередь по скрючившемуся телу фрица.
  Тот дико закричал и повалился наземь.
  - Пошли! Идти можешь?
  - Меня только в руку, - простонал Косой.
  На бегу Ангел выхватил рацию.
  - Нуль, прием! Подтягивайте все силы к зданию, нас сейчас окружат!
  - Подтянем! Вас понял! - отрапортовали в динамике сквозь шум помех.
  Ангел и Косой выбрались на крышу. Ангел отбросил на лоб треплющиеся ветром волосы и кинул взгляд на наручные часы. Время было без двадцати семь. Через двадцать минут должен был проехать кортеж. И двадцать минут они должны были удерживать позиции против превосходящих сил противника.
  Ангел забаррикадировал дверь на крышу бочками с горючим, зачем-то стоящими на крыше - он не понял, зачем. Потом взглянул на посадочную площадку для вертолетов, разбитую здесь, и понял.
  Снова затрещала рация.
  - Ангел, прием! Операция отменяется, мы вас заберем оттуда, ждите вертушку.
  Ангел снова выругался. Как может все держаться на таких соплях? Впрочем, в России все делалось именно так.
  Вертолет прилетел через несколько минут. В тот же момент в дверь на крышу забарабанили глухим стуком.
  - Держите, суки, прощальный подарок! - Ангел выстрелил по бочкам с горючим.
  Раздался оглушительный взрыв, горячий оранжевый грибок пламени взвился в воздух, из двери повалились горящие и вопящие люди.
  Ангел с Косым залезли в вертолет и он взмыл в небо.
 
 
  Ангел вошел в комнату и сбросил вещмешок на пол. Вдохнул домашний запах, уютный и успокаивающий.
  Из спальни вышла Вероника, увидела его, радостно вскрикнула, подбежала и обняла за шею.
  - Ты вернулся, - счастливым шепотом сказала она.
  - Я ведь офицер российской армии, а мы всегда держим слово, - ответил Ангел, гладя жену по волосам. Все такую же красивую, нежную и теплую.
  - Не могу в это поверить, - всхлипнула Вероника.
  - Мы обезглавили фашистов, мы убили фюрера. А дальше все пошло по накатанной колее. Мы сделали это с Косым.
  - С Васей Вафельниковым? Дружила с ним с детского сада. Всегда смешило его косоглазие...
  - Он скоро приедет в гости.
  - Хорошо. Очень хорошо, - прижимаясь к мужу, Вероника сказала: - Взгляни на нашего малыша.
  Ангел прошел в спальню и подошел к колыбельке. Вероника встала сзади и сложила руки на груди.
  - Его зовут Паша.
  - Замечательное имя, - прошептал Ангел, беря ребенка на руки. - Я буду его ангелом-хранителем. Как когда-то стал для командира отделения.
  - Это хорошо.
  Ребенок замахал ручками и заплакал.
  - Я его возьму, - сказала Вероника. - Иди вымойся, а я пока что-нибудь приготовлю.
  - Ладно, - ответил Ангел и пошел в ванную комнату.
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"