До чего холодно становится к вечеру, хоть на воздухе лето.
Хорошо, что форточка без сетки и внутри отравой не пахнет.
- Будь осторожен сынок, - последнее наставление мамы, - близко
к уху не приближайся, не повторяй ошибки отца.
- Ты, мама, тоже не увлекайся, - стараюсь не остаться в долгу , -
а то почувствует, и все.
- Не нахальничай, яйцо комариное, - шутки кончились,- Работать
пора.
Зов матери прерывает сон.
- Стасик, помоги, всю искусали.
До чего нахальное в этом году комарье. Ничего не боится.
- Включила бы "Раптор", и никаких проблем, - до чего вставать
неохота.
- Сама знаю, - капризно возражает, - Только с него голова болит.
- Ладно, держи, - протягваю спиртовую салфетку для смазывания
укусов, включаю свет, - Посмотрим, где эти заразы.
Свет ослепляет, но я уже у форточки.
- Мама, скорей! - а она с распухшим брюхом к стене прилипла.
- Погоди, сынок, - с трудом отвечает, - Перебрала чуток, тяжело мне.
Вот он, поганец, от мамкиной крови как расперло. Только не об стену.
Слегка потревожу. Полетел, милый, как бомбовоз.
Ла-душки-ла-душки. Чпок! Ну, потрудился. Половина ладони в крови.
Спи спокойно, мама. А форточку надо закрыить.
Вот и остался сиротой! До сих пор холод внутри, хоть на чердаке
вполне терпимо. Одинокий и голодный.
- Что хнычешь, Стасик? - какой пронзительный и теплый голос.
- Мамы больше нет! - так хочется поделиться бедой и выплеснуть боль.
- Понимаю, - сочувственный вздох, - А у меня напарника сегодня
прихлопнули. И невелик прибыток, а на твою долю хватит. Иди ко мне.
Теперь тепло и сытно.
- Почему ты меня Стасиком назвала?
- Да все мы здесь Стасики. Короткая фантазия у людей.