Горбачева Юлия Олеговна
1. Бродячий кот

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Агитки - необычные графические подписи Агитки - необычные графические подписи Агитки - необычные графические подписи Посыпаю голову пеплом за столь долгое отсутствие!! К сожалению, больше месяца назад у меня сломался ноутбук (он, по правде, и сейчас еще в ремонте), а до этого были крупные проблемы со сдачей экзаменов, так что не было никакой возможности продолжать "Небесный замок". К тому же, все мои наработки остались на родном компе... Поэтому представляю черновик новой истории! С какой скоростью будет обновляться я даже не представляю, но я честно обещаю, что будк стараться))))) Приятного прочтения! ^_^

Белоснежка и семь гномов


 

1. Бродячий кот

Kajiura Yuki - Sadness


  Ноги промокли до самых колен, дождь, словно в насмешку, монотонно падал на зонт, а ветер завывал так, что временами я даже не слышала музыку из плеера. Холод вкрадчивой и коварной змеей пробирался все глубже внутрь, возводя в квадрат отчаяние и в куб - чувство бессилия.
  - Блин, я беспомощная дура... - специально для поднятия духа бормотала я, перекладывая зонт из одной руки в другую. Пальцы замерзли и не слушались, а на задубевшей коже остались болезненные царапины от застежки-молнии. - Не могу спокойно прожить каких-то пять-семь дней! И было бы от чего впадать в панику...
  Лавка, на которой я сидела, - старая, мокрая и выкрашенная в зеленый цвет еще два десятилетия назад, - разбила последние мои робкие надежды на то, чтобы выбраться относительно сухой и почти живой из этого холодного кошмара. Небо только все также саркастично изливало ледяной дождь на землю, упиваясь своей эгоистичной безнаказанностью, а ветер только подхалимски подпевал да помогал размножаться липким змеям холода. Мельком глянув на экран плеера, я поняла, что бог решил окончательно ввергнуть меня на девятый круг дантевского ада, ибо заряда батареи оставалось от силы на десять минут.
  - Жизнь - отстой, - прокомментировала, выключая свое сокровище. Теперь в ушах был слышен только дождь, потому что ни один нормальный человек в такую погоду на улицу не выйдет, даже если будет мучиться от голода. Проще вызвать обед с доставкой. - Надо добираться до крыши, в город я сегодня уже не успею...
  Я терпеть не могу Нью-Йорк, да и пригороды его не больше жалую, но что же поделаешь с тем, что и в подобных дырах встречаются нераспустившиеся цветы людских талантов? Хотя, к счастью, чаще всего они оказываются пустоцветами, достойными лишь мимолетного взгляда...
  - Недавно странный сон приснился мне.
В нём я отбросил всё, что мне мешало.
  Под выцветшим навесом непонятного окраса, подпирая спиной дверь, сидел парень, еще подросток, и тихо напевал, словно подбирая мелодию к этой песне. Старая, поцарапанная и расшатанная гитара в его руках шептала что-то непонятное, доступное лишь им двоим. Я заинтересовано остановилась, окинув его профессиональным взглядом.
  - Как пусто стало вдруг во мне, остались
Лишь на груди ожоги прошлых мыслей...
  - Не пой при таком холоде, охрипнешь или, того хуже заболеешь, - посоветовала я, но он, казалось, не услышал. Я постояла еще немного, прислушиваясь к нему, а потом, махнув рукой на время и холод, устроилась рядом. - Мда, мы с тобой словно две кошки: грязный бродячий котенок и забытая в непогоду домашняя недотрога...
  Дождь все шел и шел, шепча на ухо печальные песни голосом замерзшего подростка, разбитая гитара, фальшивя через ноту, вплеталась ветром в этот дуэт, а время семенило за дождем, прячась в его тени, все разрастаясь и поглощая тот забытый гордым солнцем свет, что еще оставался в сером небе. Лишая его красок - и даря другие.
  Я ушла спустя пару часов, оставив ему мелочь на то, чтобы согреться, не произнеся и не услышав ни слова. Кроме песен.
  За это "сегодня" я уже второй раз проходила этим по пустым улицам. Но сейчас здесь царила тишина.
  - Доброго вечера, - удивленно поприветствовала меня сонный менеджер, с почти суеверным ужасом глядя на с ног до головы мокрую девушку, пришедшую на выставку в такую отвратительную погоду да еще и в будний день. Хм, и правда, жуткое зрелище. Особенно в стенах художественного музея.
  - Вам тоже. Не подскажите, где здесь выставлены работы Джека Энсента?
  - Во втором зале. По коридору направо, - еще более удивленно ответила она.
  - Спасибо.
  "Рассвет". Запруженные узкие нью-йоркские улицы, бесцветное небо и толпы разноцветных людей, издалека смахивающих на вываленную кучу мусора на свалке.
  "Будущее". Классический вариант "мира во всем мире" с городом из "Пятого элемента" и искусственным пейзажем на заднем плане.
  "Один". Фонарный столб... "Перекрестье"... "Счастье"...
  Час блужданий продлился слишком долго, оставив лишь равнодушие в душе да мурашки по коже от насквозь мокрой одежды. Вечер насмарку... Хочу в тепло.
  Пустая улица перед школой с тремя одинокими чахлыми яблонями, за ней прямым углом изгибается дорога, где асфальт отходит лишь на пять метров от гаражей и домов. За поворотом раскинулся аналог озера Виктория в масштабе 1:2, но мне уже не страшны были лужи, а скорее приходило забытое чувство радости от возможности как детстве, назло строгой матери, с громким плеском протопать по глубоким лужам. За дорогой мост-развязка, пустынный и бесконечный, с освещенными фонарями рекламой и одинокой фигурой на перилах...
  - Стоп, - спохватилась я. Обернулась. Действительно, человек, судорожно вцепившись в мокрые перила, стоит в сантиметрах от пропасти. И знакомый человек стоит...
  - Если тебе хочется испытать большую радость от полета, то лучше выбери место повыше, - осторожно посоветовала я. - Тут высота метром двадцать, ты даже ничего осознать не успеешь... если, конечно, насмерть разобьешься.
  Он не отвечал, пустым взглядом уставившись вниз. Грустно...
  - Бродячий кот... - пробормотала я. - Перестань, а? Не хочу портить и так отвратный вечер зрелищем чьей-то бессмысленной смерти... - продолжала я, медленно, стараясь слиться с асфальтом, подбираясь к юному самоубийце. Он все равно меня не слышал, но звук моего голоса успешно выполнял сразу две функции: успокаивал меня саму и заглушал звук шагов. Шаг еще один, и еще, и еще - последний...
  - Мда, тебе чертовски повезло, что ты у нас в прострации был, - ворчала я, стоя напротив потерявшего сознание бродячего кота. - Если б ты в последний момент все-таки отпустил перила, летели бы мы с тобой... недолго, но громко...
  Такси, сверкая фарами на всю округу, с шумом и треском доставило нас в гостиницу, и укатило столь же быстро, как и приехало. Персонал, же с опаской косясь на наш живописный дуэт, со всей возможной учтивостью предложил свои скромные услуги.
  - Двухкомнатный номер, горячий ужин как можно скорее, а также сменную одежду - на него, - со вздохом приказала я, кивая на все еще бессознательного котенка. - И помогите затащить этого горе-самоубийцу в номер... И пришлите кого-нибудь, чтоб помочь его вымыть, - спохватилась я у двери в номер.
  - Да, госпожа, - поклонился дюжий охранник.
  Пока я вместе со служанкой приводила своего неожиданного спутника в божеский вид, пока сама отмокала и грелась в горячей ванне, пока ужинала - вечер превратился в ночь, еще более холодную и мрачную, чем укрытый саваном дождя день. Котенок, уже чистый и почти прилично выглядящий, все так же спал. Он был страшно, болезненно худ, короткий кудрявый хвостик оказался обычного темного цвета, а лицо, отмытое от пыли и грязи, обычным лицом обычного подростка. Симпатичного, надо сказать, но какого-то забитого и очень печального.
  - Глупый кот... Неужели ты так и не смог найти ни дом, ни хозяина?..
  - Я не кот, - едва слышно прохрипел он в ответ, не открывая глаз.
  - Я тебе уже, кажется, говорила сегодня - нечего песни петь на таком холоде, заболеешь и голос потеряешь, - фыркнула я в ответ. - Хотя если б я тебя на мосту не встретила, это было бы уже неактуально.
  - Это и так... неактуально...
  - Спи давай, у тебя, по-моему, простуда разгорается неслабая!
  - Холодно...
  - И ты говоришь не называть тебя котом, - хмыкнула я, стягивая одеяло со своей кровати. - Пф, нет, так я и сама замерзну... Так, двигайся, будем греться вместе... э-э, как там тебя зовут?
  - Люк...
  - Милое имя. Не Скайуокер часом?
  - Нет. Уже никакой не Люк...
  - То есть? - поинтересовалась я, забираясь к нему под три одеяла, в блаженное тепло. - О, черт, я ж тебя не покормила!..
  - Не Люк...
  - Ты хочешь сказать, что отказываешься от собственного имени? Жестко... и глупо, - прокомментировала я, по чайной ложке поя его горячим бульоном, принесенным специально для этого котенка. - И как же тогда тебя звать? Бродячим котом?
  - Как хочешь...
  - Чудно, но потом не жалуйся! - обрадовалась я, наконец забираясь в тепло. - А теперь спать! Мне еще надо будет решить, что с тобой делать, бездомный котенок...
 
 
  - Апчхи!! Черт... А-апчхи!.. побери... Где же этот идиотский платок? - ворчала я.
  Утро. Птички поют. Солнышко во все шестьдесят четыре зуба улыбается. На небе - ни облачка. Сказка, а не жизнь...
  - Кошмар!!! Из-за этого идиота я уже третий день с насморком здесь сижу!! - рычала я, доставая n-дцатый платок. В дверь осторожно, с опаской постучали.
  - Войдите!
  - Госпожа, ваш завтрак.
  - Принесите в эту комнату. И тихо, чтоб этот придурок не проснулся!
  - Да, госпожа.
  Вот уже третий день я мучилась с отвратительным настроением и изнуряющим насморком. И вынуждена была просиживать часами у постели своего кота, лишь бы он хорошо был укутан, вовремя напоен, покормлен и сопровожден в туалет... Неудивительно, что уровень моего добродушия приближался к планке "ниже нуля".
  - "Вот уже вторую неделю вся Европа страдает от небывало сильных ливней. Во многих районах начались наводнения..." - глухо бубнил телевизор на заднем фоне, пока я сосредоточенно просматривала горы почты в Интернете, развалившись на кровати с ноутбуком на коленях. Эх, каким бы ленивым человеком я не была, вечно смотреть в потолок у меня никогда не получится.
  - И на фига я именно тебя подобрала? - ныла я себе под нос. - Лучше б кого хвостатого нашла... вроде Иешуа...
  - Я и не просил... - прошептали рядом, заставив меня едва ли не подскочить от неожиданности.
  - А, это ты... Проснулся, спящая красавица?
  - Ты кто? - уставился он на меня. "Ой, а глазки-то какие милые - темно-зелененькие" - умилилась я про себя.
  - Твоя хозяйка, кот, - от всего сердца улыбнулась я.
  - Чего?! - попытался подняться он, но сил хватило только на трепыхание, смешное и беспомощное.
  - Не надо так пугаться, солнце мое, - еще ласковей сказала я, наслаждаясь своей маленькой местью на заработанный насморк. - Или ты совсем ничего не помнишь? Мост, простуду?
  - Какой мост, какая простуда?! Где я черт возьми?!
  - Не кричи, - поморщилась я, - голос сорвешь, таким фальцетом пища. Раз уж проснулся, то выпей вот это - врач прописал, и пойдем есть. Как раз завтрак подоспел. Вставай, Каэне!
  - Кто?
  - Каэне. Ты, солнце мое, помниться, отказался от своего имени и предоставил мне почетную миссию выбрать тебе новое. Так что нечего строить из себя дурака!
  - Эй, но я ничего такого не помню!
  - Какая разница? - обернулась я, цепким взором оглядывая бледного, запутавшегося в одеялах подростка, тощего и невысокого, но все равно чем-то неуловимо симпатичного и даже трогательного. Словно маленький котенок. - С этим именем тебе теперь всю жизнь жить. И со мной, кстати, тоже.
  - Чего???
  - Ты повторяешься, - хмыкнула я, смеясь про себя.
  Пока Каэне, шатаясь и держась за стену, добрался до стола, я успела расставить все многочисленные тарелки и блюдца, а потом с почти материнским умилением смотрела, как он поглощает одно блюдо за другим.
  - Ну что, теперь выслушаешь меня? - спросила я его, как только он опустошил последнюю тарелку, сыто и довольно откинувшись на спинку стула.
  - За такой обед? Валяй, - милостиво махнул рукой он.
  - Тогда слушай, прелесть моя. Как мы с тобой познакомились, и что ты здесь делаешь, я расскажу тебе позже, когда ко мне на работу поедем.
  - На работу? - заинтересовался Каэне и даже приоткрыл один глаз. - И кем же ты работаешь?
  - Скажем так: в данный момент я собираю таланты, - откинулась я на спинку стула и, махнув на приличия, забралась на него с ногами. - И три дня назад я приехала в это захолустье, чтобы попасть на местную выставку. Мне уж очень настойчиво одного парнишку расхваливали... как бишь его?.. Джек Энсент, кажется. Посмотрела я на его работы... Гадость бездушная и техногенная.
  - Ха, так ему и надо, придурку зазнавшемуся! - оживился Каэне.
  - Ты его знаешь?
  - Учились вместе, - погрустнел он.
  - О, значит ты не такой уж малолетка, каким выглядишь.
  - Мне летом будет девятнадцать! - оскорбился он.
  - А выглядишь на шестнадцать, - подколола я.
  - А сама-то небось и до восемнадцати не доросла... - насупился он.
  - Облезешь, мне двадцать один, - хмыкнула я. - Ну так вот, до того, как я дошла до выставки, кое-кто привлек мое внимание. Думаю, не нужно показывать пальцем, и так догадаешься, о ком я. Ты и твои песни мне понравились, так что, считай, что тебе повезло!
  - А откуда ты знаешь, что это мои песни? - попытался ответить подколкой на подколкой Каэне.
  - Не считай меня совсем уж наивной, котенок. Я не просто так три над тобой тряслась и одеяло поправляла, твое бормотание слушая, - порадовала его я, с непередаваемым умилением глядя на покрасневшего парня. - Есть такая полезная штука, Интернет называется, и если у тебя есть умения и возможности, из него можно вытащить уйму полезной информации. Так что, солнце мое, о твоей жизни я знаю почти все.
  - И что? - помрачнел он.
  - У меня для тебя есть предложение, которого у тебя не будет даже в следующей жизни.
  - И?
  - Я дам тебе возможность учиться в одной из лучших школ искусств, причем не просто бесплатно, а еще и со стипендией. Все, что от тебя требуется - развивать свой талант. Стипендия выплачивается всем, вне зависимости от оценок, просто у троечников и отличников она отличается не в разы, а в десятки раз. А после выпуска и даже во время учебы, тебя ждет известность, если, конечно, ты не вылетишь из школы. Перспектива как в сказке...
  - Слишком все гладко и сладко, - фыркнул Каэне, не раздумывая и минуты. - Такое и бывает только в сказке.
  - Не думай, что учиться там просто, скорее, адски тяжело, к тому же ранняя карьера - огромная нагрузка. Но главное, что ты должен делать - остаться со мной.
  - Не понимаю... - нахмурился он.
  - Жизнь известных личностей, вне зависимости от рода искусства, к которому они принадлежат, полна соблазна. И если ты, солнце, предашь меня (меня, а даже не кампанию, которую я представляю!), то лучше бы ты спрыгнул с того моста...
  - Почему? - пристально взглянув на меня, спросил он.
  - Потому что я выбрала тебя, - максимально честно ответила я. - Тебя, твои песни и твою музыку. Ты больше не бродячий котенок.
  - А не надоем?
  - Тогда я просто отпущу тебя. Захочешь - уйдешь, захочешь - останешься, - пожала плечами я.
  - Эгоистка, - усмехнулся он. - И что ты дашь мне взамен?
  Я прикрыла глаза на мгновение, а открыв, честно улыбнулась ему:
  - Рядом с тобой я не буду притворяться.
  - Звучит неубедительно.
  - Если поймаешь - разрешаю потребовать плату, - махнула рукой, выбираясь из-за стола. - А теперь быстро в душ, а я пока соберусь. К обеду мы должны вернуться.
  - Куда?
  - Куда надо, - отрезала я. "Сюрпризы для тебя, солнце, на сегодня только начинаются".
  - Кстати, а как тебя зовут? - спохватился он на входе в ванную.
  - Для тебя - просто Шарлота.
 
 
  Нью-Йорк кричал тысячами голосов на десятках языков, ревел тысячами моторов и визжал нескончаемой рекламой на каждом свободном метре. Пробки, гудящие машины, толпы людей... Брр, ненавижу этот город! Такси, застряв в очередной многокилометровой пробке, с трудом высадило нас в центре. Вздохнув и поморщившись от отвратительного воздуха, я взяла под мышку ноутбук и направила свои стопы под крышу рабочего гнезда.
  - Ну и где ты работаешь, хозяюшка? - поинтересовался Каэне, устремляясь за мной и с усилием держась рядом, что было почти невозможно в толпе, как назло идущей навстречу.
  - В "Кристобаль Групп".
  - Ничего себе... - присвистнул от удивления он. - А я тебя недооценил: туда, насколько известно, могут попасть только очень упорные и очень талантливые люди.
  - Я польщена, - хмыкнула я, - но, увы, я получила там работу, так сказать, принудительно и по воле семьи.
  - По блату, проще говоря, - разочаровался он. - А я уж было поверил, что в этом мире хоть где-то существует честность.
  - Расстраивайся сколько хочешь, но сначала вспомни, что ты, фактически, тоже по блату там окажешься.
  - Тоже верно, - пробормотал он. - Стоп, так значит, именно "Кристобаль Групп" курирует ту школу, куда ты меня отправишь?
  - Она принадлежит "Кристобалю".
  - Понятно... Шарлот, ты чего такая нервная? - внезапно спросил Каэне, вцепившись мне в локоть.
  - Ненавижу этот город... - придушенно ответила я, стараясь не поддаваться панике и дышать как можно глубже.
  - Так, потерпи, потерпи, сейчас отойдем, пока нас не снесли... - зашептал он мне на ухо, силком выводя из толпы. Прижав к груди сумку с ноутбуком и вся сжавшись, я закрыла глаза, оставшись наедине с голосом Каэне, который вел меня туда, где будет не так страшно - в тишину.
  - Все, можешь открыть глаза, - облегченно вздохнул Каэне, отпуская мою руку. Но я все равно тут же вцепилась в нее снова, впрочем, все-таки открыв глаза. - Что с тобой? Боязнь толпы?
  - Что-то вроде... - устало пробормотала я. Он привел меня в какой-то магазин одежды, светлый, прохладный и практически пустой, а главное - ошеломляющий тишиной.
  - Это у тебя приступами бывает или постоянно? - задумался он.
  - Вообще-то, постоянно, - слабо улыбнулась я неизвестно чему.
  - И как ты с этим раньше справлялась? - удивился он.
  - Громкость в плеере повыше ставила, - пожала я плечами.
  - Так, - нахмурился он, - а почему сейчас-то не надела, если знала, чем все закончится?
  - Невежливо слушать музыку, когда идешь по улице с другим человеком, - предельно честно ответила я.
  - Идиотка! Объяснила бы, думаешь, я не понял бы?
  - Мне в детстве правила вежливости слишком сильно вбили. Даже как-то в голову не пришло так поступить...
  - Ох, доставай свой плеер, а то до места назначения мы с тобой не дойдем.
  - Хорошо, хорошо, только не ворчи. Нам идти-то осталось минут десять...
  - Думала, дотерпишь?
  - Думала, - согласилась я.
  Десять обещанных минут и вот перед нами высится один из многочисленных небоскребов этого кошмарного города, сверкая синими стеклами и огромным логотипом "КГ". Со страдальческим вздохом выключив плеер, я мужественным порывом отцепилась от Каэне, отдала ему ноутбук и, расправив плечи, величественно вошла в предупредительно открывшиеся двери.
  - Ни в коем случае не отставай, - шепнула я на входе Каэне. - Если что, ты со мной. И ничему не удивляйся!
  Охрана, увидев меня, вытянулась в струнку, испуганно пряча глаза за солнцезащитными очками, а демонстрирующий броуновское движение многочисленный персонал удивленно косился сотнями глаз.
  - Кто сейчас находится на верхнем этаже? - обратилась я к профессионально улыбающемуся менеджеру.
  - Мистер Хикару Асами, - машинально ответила она, ошарашено на меня уставившись.
  - Отлично, - пробормотала я, направившись к vip-лифту.
  - Постойте, мисс, вам туда нельзя! - отчаянно закричала менеджер, в поисках поддержки оглядываясь на охрану. Но те лишь усиленно изображали, что работают не элитными охранниками, а статуями. - Постойте! Это незаконно! Остановитесь!
  - Что здесь происходит? - прервал назревающий скандал строгий голос молодой, можно сказать юной, японки в строгом костюме секретарши.
  - Эта мисс пытается незаконно проникнуть на верхний этаж! - обличительно тыча в меня пальцем, закричала обрадовавшийся менеджер. Японка кинула на меня мимолетный взгляд и, обернувшись к переполошившейся девушке, отрезала:
  - Ты уволена!
  - Что?.. - осеклась она, окунувшись в гробовую тишину. Я облегченно расслабилась, наконец перестав слышать эти истошные крики. - Но... почему?..
  - Начальство надо знать в лицо, - еще более строгим голосом ответила японка. - А также иметь представления об элементарной вежливости.
  - Как же так?! - вновь начала повышать голос девушка, но по незаметному знаку появившиеся охранники оперативно увели ее куда-то в сторону черного хода.
  - Господа, продолжайте работу, - громко попросила секретарь собравшуюся толпу. А потом повернулась к порядком заскучавшей мне: - Госпожа, добро пожаловать.
  - Давно бы так, - поморщилась я. - Устроила здесь сцену... мы не в театре.
  - Приношу свои глубочайшие извинения, - низко поклонилась она.
  - Хватит церемоний, - резко прервала я ее, - я устала и голодна!
  - Как прикажете, госпожа, - еще раз поклонилась она.
  - ...Да, Юки, вытащи Хикару из моих комнат. Чтобы он был в моем кабинете через час!
  - Да, госпожа Шарлота, - в третий раз поклонилась она, провожая меня и ошарашенного и потерявшего дар речи Каэне в скоростной лифт.
  Резко распахнув двери в огромный кабинет на предпоследнем, 54-м этаже, со стеклом во всю стену, я быстрым, нетерпеливым шагом прошла внутрь, с облегчением устроившись в классическом "директорском" кресле. До сих пор не проронивший ни звука Каэне застыл в дверях, не решаясь войти вслед за мной.
  - Что стоишь как неродной? Входи, не стесняйся, - умирающим голосом спросила я его. В ответ он встрепенулся и, решившись, все-таки зашел, словно кот по незнакомому месту, который осторожно проверяет лапкой землю: а не мокро ли?
  - Может, объяснишь? - осмелев, наконец спросил он.
  - Эх, позволь представиться, Каэне, - тяжко вздохнула я, - Шарлота Эн'Кристобаль. Единственная наследница "Кристобаль Групп" и школы искусств "Noir eventail". Очень приятно.
 

6 июня 2010 года

2. Mala herba cito crescit

Kajiura Yuki - Love pain


  .
  Nightmare "Alumina", перевод взят по адресу http://blogs.privet.ru/community/lawliet_l/46498234
  Черный веер (фр.)
  Плохая трава быстро растет (лат.)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
  7
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"