- Ты мать! - сердито поджатые губы, голос - обвинение в суде читать впору, да не какому-нибудь банальному вору, а не меньше чем кровавому маньяку. И хоть бы подумала своей умной головой, что ребенок весь этот концерт видит! Тяжело со свекровью.
- Именно потому, что я мать! Сами знаете, на что наших зарплат хватает и вашей пенсии! Я не хочу, чтобы моя дочь нуждалась в самом необходимом!
И вообще, пора как-то кончать эти вечные поучения. Снимать квартиру дорого, но, может, оно все-таки того стоит? Разъехаться подальше... нет, сначала Оленька пусть подрастет, сейчас ее одну не оставишь.
- Олюшка, слушайся бабушку, не скучай. И не засиживайся допоздна за мультиками, ладно?
- Я тебя ждала, - губенки дрожат, вот-вот разревется, довели-таки ребенка!
- Оленька, у мамы работа. Ты ведь не одна, с тобой бабушка.
- Я с тобой хочу...
Нет, это никогда не кончится!
- Мне пора, солнышко.
Быстрый поцелуй, и - бежать. Придется, видно, такси брать, не опаздывать же теперь.
Быстрый поцелуй, хлопок двери, цокот каблучков по лестнице. Бабушкин тихий вздох.
- Ну что ж, Ольга Витальевна, пойдем пельмени лепить. Мама голодная придет.
- Ба, а папа когда приезжает?
- А вот вахта кончится, и приедет. Немного осталось, маленькая моя.
Каждый раз - "немного". Папа приедет с вахты, и будет хорошо. Пока папа дома, мама не ходит на свои сверхурочные. Пока папа дома - весело. Но он немного побудет - и снова на свою вахту. Деньги зарабатывать.
У взрослых на уме одни заработки.
- А ты расскажешь мне сказку?
- Расскажу, расскажу, - ворчит бабушка. - Если спать вовремя ляжешь.
- Ладно... Только я все равно хочу с мамой.
- Только я все равно хочу с мамой...
И ты права, маленькая моя. Мама, а не я, должна рассказывать тебе сказку перед сном и петь длинную-длинную колыбельную. Мама должна помнить, когда у тебя прорезался первый зуб, когда ты села, когда пошла, когда и чему первый раз в короткой своей жизни рассмеялась. На то и мать - сначала мать, а уже потом востребованный специалист, как бишь они нынче называются! Но разве нынешним это докажешь? Им кажется, что без компьютера, кучи дисков, горы дорогих игрушек в детской и частных репетиторов их ребенок вырастет ущербным. Они не понимают, как много весит одно-единственное "доченька, я тебя люблю"...
Вот ты уже засыпаешь, а мамы все нет, и еще один день твоей жизни оканчивается несбывшейся надеждой. И только я вижу, как в тот миг, когда на лицо твое серым филином падает тень сна, ты просишь того неведомо кого, кто крутит колесики этого мира, вернуть тебе маму, и холодная рука небытия сжимает сердце, чтобы отпустить - там, где надежда еще есть.
- Ты мать! - сердито поджатые губы, голос - обвинение в суде читать впору, да не какому-нибудь банальному вору, а не меньше чем вредителю-растратчику. И хоть бы подумала своей умной головой, что ребенок весь этот концерт видит! Тяжело со свекровью.
- Именно потому, что я мать! Лето на носу, Олечке надо к морю! Я не хочу, чтобы моя дочь просидела все лето на даче!
И вообще, пора как-то кончать эти вечные поучения. Скорей бы очередь на квартиру подошла. Свекровь да невестка тогда друг дружке хороши, когда видятся по выходным и праздникам...
- Олюшка, слушайся бабушку, не скучай. И не засиживайся, как вчера! После "Спокойной ночи, малыши!" сразу в кроватку, ладно?
- Я тебя ждала, - губенки дрожат, вот-вот разревется, все-таки довели ребенка!
- Оленька, маме надо на работу. Ты ведь не одна, с тобой бабушка.
- Я с тобой хочу...
Нет, это никогда не кончится!
- Мне пора, солнышко.
Быстрый поцелуй, и - бежать. Не опаздывать же теперь!
Быстрый поцелуй, хлопок двери, дробный стук туфель по лестнице. Бабушкин тихий вздох.
- Ба, а папа когда приезжает?
- А вот вахта кончится, и приедет. Немного осталось, маленькая моя.
Каждый раз - "немного". Папа приедет с вахты, и будет хорошо. Пока папа дома, мама не ходит на свои сверхурочные. Пока папа дома - весело. Но он немного побудет - и снова на свою вахту. Работать.
У взрослых на уме одна работа.
- А ты расскажешь мне сказку?
- Расскажу, расскажу, - ворчит бабушка. - Если спать вовремя ляжешь.
- Ладно... Только я все равно хочу с мамой.
- Только я все равно хочу с мамой...
И ты права, маленькая моя, родненькая, кровиночка. Вот ты уже засыпаешь, а мамы все нет, и еще один день твоей жизни оканчивается несбывшейся надеждой. Но я-то вижу, как в тот миг, когда на лицо твое серым филином падает тень сна, мир подается, трещит, расползается ветхой тканью под горькой яростью твоего самого заветного желания...
- А ты расскажешь мне сказку?
- Расскажу... расскажу, маленькая моя. Слушай. Жила-была девочка, которая очень-очень сильно любила свою маму.
- Как я?
- Как ты. А ее мама... так получилось, что она уехала в далекие края. В такие далекие, что даже письма оттуда не доходили. Очень-очень надолго.
- Она там работала?
- Работала? Да, маленькая моя, она там работала. А пока она работала, девочку отдали в детский дом, потому что так получилось, что и папа, и бабушка, и дедушка - все... работали. И должны были вернуться домой очень-очень нескоро. Они надеялись, что девочке будет хорошо в детском доме...
- Глупые!
- Понимаешь, маленькая моя, они все равно не могли ничего изменить. Им оставалось только надеяться.
- Почему ты плачешь?
- Да так... сейчас пройдет, маленькая моя.
- Не плачь. Я же не плачу... ба, а скоро мама придет?
- Скоро, маленькая моя, скоро.
- Знаешь, ба, у тебя плохая сказка. Расскажи лучше другую.
- Нет, маленькая моя, на самом деле это хорошая сказка. Ведь если чего-нибудь очень-очень сильно захотеть, оно обязательно исполнится.
- Неправда. Вот я очень-очень хочу, чтобы пришла мама, а...
- А она сейчас и придет. Вон, слышишь?
- Мама!!!
Быстрые шаги, быстрый поцелуй.
- Писем нет?
От мамы пахнет заводом: смазкой, металлом.
- Я вам с бабулей хлебушка принесла, держи.
- Мама...
- Спи, мое солнышко, спи... Поздно уже, всем деткам пора спать.
- Я тебя ждала.
- Знаю, моя маленькая. Спи, я с тобой. Все будет хорошо...
- Почему ты плачешь?
- Да так... сейчас пройдет, маленькая моя.
- Мама... не плачь, я же не плачу. А скоро папа приедет?
- Скоро, доченька, совсем скоро... вот закончится война...
Вот ты и засыпаешь, кровиночка наша, наше маленькое солнышко. И в тот миг, когда на лицо твое серым филином падает тень сна, сердце дает ощутимый перебой, словно холодная лапа небытия сжимается на нем - и отпускает.
Плохая сказка... что же делать, маленькая моя? Что делать, если это и не сказка вовсе? Ты еще слишком мала, чтобы понять; я тоже не понимала. Но дай тебе Господь, чтобы у тебя не перехватывало сердце, когда на лицо твоей внучки серым филином будет падать тень сна...