Вечер. Тихо, как перед боем.
Тёплый ветер несётся с высот.
И закат майской бездною полон.
И карминный горит горизонт.
Мирный двор. Запах ужинов стойкий.
У сарая гомонит ребятня.
Вдалеке высятся новостройки.
Краешек уходящего дня.
Край небес всё ещё полыхает.
Всё никак не уймётся закат.
У крыльца к небу взгляд поднимает
С молодой сединой лейтенант.
Разошлась, что-то вскинулась память.
Тишина, а в ушах бьёт набат.
Обещал в гости в праздник нагрянуть
С семьёй завтра батяня-комбат.
Рукопожатье твёрдым будет.
- Здорово, батя!
- Здравствуй, брат!
Горькая память. Сроки судеб.
И пониманье - в аккурат,
До дна, до самой страшной сути.
Тот Друг, кто ВСЁ с тобой прошёл,
И после прошлых перепутий
По-прежнему не отрешён.
Лейтенант примостился на лавку,
Прислонился затылком к стене,
Смотрит, как отдаёт в переплавку
Горизонт Солнце в красном огне.
Тёртый китель аккуратно заштопан.
По-уставному стянут ремень.
Он не здесь - там, где падает в штопор
Штурмовик под огнём батарей.
Там зенитки в захлёб звонко лают
На той - вражеской стороне.
Здесь - пилоту спасенья желают.
Но машина - упала в огне.
Гневно сплёвывает пехота.
"Сволочи!" - слышна ругань ребят.
"Ничего, скоро - наша работа!
За тебя мы расплатимся, брат!"
И ракета - сигнал. "Всё, славяне", -
Комбат-батя рукой рубанул. -
"Мёртвых, парни, после помянем.
Вперёд!" И "ура-а-а!" слилось в гул.
Первый шаг - он прочих страшнее.
Глина с бруствера лезет в сапог.
Друг за другом вперёд из траншеи
Дрожь свою, изгоняя из ног.
А Семён - мёртвым вниз с рваной грудью.
Сашка - месиво вместо лица.
И Володьку швырнуло к орудью,
Наградив в горло горстью свинца.
Парень дёрнулся тихо и замер,
Заливая кровью лафет.
Тихо стало, как в кинозале,
В первый миг, когда выключат свет.
И вновь звуки разом вернулись.
"Эй, старшой!", - орёт в ухо сержант.
И опять вперёд в пекло рванулись
Автоматы, до судорог сжав.
Комья земли и плоти клочья.
И чья-то кровь в грязи клокочет.
И миномётный страшно точен
И вой и хохот!
За взрывом - взрыв. И пули рыщут,
В телах, бегущих пищу ищут.
И заодно осколки свищут
Под буйный грохот!..
Грохот. Дворничиха ведёрко
Уронила у края крыльца.
Лейтенант приподнялся не ловко,
Не очнувшись ещё до конца.
- Сядь, Андрюша. Сама я. Пустое.
Вот, ведь, вечер, какой! Сколь всего!
- Да. Спокойствие всюду простое.
- Жаль Сергей мой, не видит его...
И смахнувши слезу рукавицей,
Зоя Фёдоровна от дверей
По расшатанным половицам,
Вновь уходит к работе скорей.
Задержав тёплый по-матерински
Сильной женщины горестный взгляд:
"Слава, Богу, из бездны не близкой
Хоть друг сына вернулся назад".
А соседку его мать - убило
При бомбёжке той страшной зимой.
А отца его - схоронила
Гладь балтийская серой волной.
А Лейтенант, вспоминает не к месту,
Будто память сужает круги
После боя теперь вот - невесту.
От былого - беги, не беги...
Она нашла себе "другого".
Без полноги ей муж - зачем?
Суть понимания простого -
Не довоенных тень свечей.
Стихи в довоенных тетрадях истёртых,
Фронтовые скупые листки,
И нынешних строк, словно в стену упёртых,
Сухие кривые ростки...
Теперь уже почти спокойно.
Но гложет душу, как вина,
Как будто выжил не достойно,
Мысль безумная одна:
"Вот если бы яТАМ остался -
Быть может кто-нибудь взамен
До дома бы живым добрался,
К ждущим его средь милых стен!?.."
Но с мёртвыми - не поменяться.
И боль потерь не избывалась.
Не просто было приподняться.
И долго только оставалось:
Орать стихи, срываясь в мат,
В бреду бросаться в бой назад.
Рукою шарить автомат,
Костыль, взяв крепко!
И всё в атаку в полный рост!
И затянулся "Третий Тост"!
И приговор угрюм и прост:
"Ты, брат, калека!"
И о Любви - даже не петь.
И синим пламенем гореть.
Стакан налив ровно на треть,
И ломоть хлеба...
И кончить жизнь до тридцати.
Что говоришь? Куда идти?
Ты мне о смысле не мути!
Ты сам ТАМ - не был!..
А что потом? Потом - работа.
Учителей в стране - "в обрез".
И пацанов - целая рота.
Преподаванье и протез,
И география, словесность,
По дому труд, в школе ремонт.
И нужность, и не бесполезность
Лекарством уже третий год.
Но жизнь, словно проходит мимо.
И фронтовые снова сны.
И боль потерь невосполнима
И пеплом пряди седины.
Вечер гаснет. Закат догорает.
В небе - звёздный бездонный простор.
Лейтенант дверь в подъезд отворяет,
И шагает в слепой коридор.
Скоро сон. Вновь под пули, в разрывы
Поведёт за собою ребят.
Завтра - праздник. И день новый мира.
И приедет батяня-комбат...
Џ Олег А. Горячев, Тверь, 16.01.04., 29.03.04, 02-06.05.04.