После смены не просто заснуть -
Микроскопный бред за глазами.
Безопасности био-суть
В напряженье порой и снами.
Вот и нынче опять во сне
Препаратов сплошных круженье,
Разной жизни вокруг вовне
Безразмерное знать движенье.
И вдруг... внезапно прочь от микроскопа
Ввалился в ад - там под свинцовый вой...
И нужен шаг за бруствер из окопа.
И всюду ужас: пули, взрывы, бой...
И рядом дед. И он меня моложе!
И бешено контужено орёт:
"Давай же, внук, шагай вперёд! Ну, что же?"
И на руках - заглохший пулемёт.
Рывком за бруствер, встал я одурелый,
И тупо озираюсь - вот дурак!
Глотаю воздух жаркий угорелый.
"Вперёд! Огонь! Давай, раз-эдак-так!.."
В крови контратака наша тонет.
И впереди - "эсэсовский спецназ".
И взвод в траве багровой матом стонет.
И всюду смерть - взаправду, без прикрас.
А я не знаю, как с затвором сладить.
Патрон застрял, пошёл наперекос.
А-а, в бога душу!.. Выковырить, вправить!..
Я лет на десять деда перерос...
Стою "столбом". Меня сейчас застрелят
В халате белом боя посреди -
Микробиолог. А ребята верят,
Что я огнём прикрою впереди...
И я пинцет в казённик загоняю,
Срываю ногти, сдавленно хриплю,
Дурной патрон в узком пазу равняю,
И по врагам "от живота" палю.
Ручник трясётся. Очередь в треть диска.
"Пригнись!" - орёт охрипший старшина.
Я молча скалюсь. Я к землице близко.
Халат стерильный белый - на хрена???
Удары в грудь сквозящие швырнули
Меня в полёт короткий до земли.
Больно-то как!!! Осколки или пули
До этой бездны боли довели?
Кровавы дыры на стерильно-белом.
На ветер развороченным нутром...
Ору от боли ртом остервенелым...
А бой ревёт вокруг со всех сторон.
За взрывом - взрыв. И в зелени на поле -
Кровь и земля, что сделалась золой.
Прорва людской и травянистой боли.
И свист свинца восторженный и злой.
Травы, цветы и низенькие ивы,
И человечьи клочья - в небо вдруг
Взлетают. И чудовищные силы
Кипят и раздирают, режут, рвут...
И грязь. И кровь моя красна на белом.
И боль, и чернота закрыли свет.
Я пулемёт прикрыл неловко телом.
Но права умереть - пока мне нет.
И я скребу, как крабьими клешнями -
Скрюченнорукий, злой, полуживой,
Короткими луплю очередями
Прицельно экономно по прямой.
Исправно бьёт система Дегтярёва -
Ручной с широким диском пулемёт:
С края ствола пламя слетает снова,
В бешеной пляске гулко пули "льёт".
А подо мной уже трава промокла -
Моею кровью вдоволь напилАсь.
Каменный воздух раздирает горло,
И жизнь моя куда-то понеслась.
И умер я, подумать, лишь успевший:
"Как там мой дед, ребята, чем же бой
Закончился?" Проснулся очумевший,
В утренней рани тихой ледяной.
Горячий кофе жжётся, но не греет.
Работа, будни снова впереди.
Лабораторный мой халат белеет
На вешалке. На смену к девяти.
Держусь за грудь холодными руками.
И почему-то жаль, что не курю.
И падают мгновения веками.
И неотрывно пристально смотрю.
Старый альбом. Потускневшее фото.
Времени взгляд и открыт и строг.
Там - в медсанбате "привет, пехота!"
Дед мой уже и без целости ног.