Дэн обреченно вздохнул и испил свою чашечку до дна. Детище IBKR издало какой-то непередаваемый утробный звук, после чего щупальце втянулось в глубь кофеварки. Когда Анита проделала эту штуку с Дэном в первый раз, Данилыч, честно сказать, перепугался. Потом же... Не то, что бы привык, но воспринимал это как медицинскую процедуру типа укола: противно, неприятно подставлять ягодицу медсестре, но приходится... По видимому, Анита испытывала удовлетворение от того, что кофе не просто поступало в организм Дэна, но приникало именно что через горло под чутким прикосновением щупальца.
- Совсем как человечек - зелёненький он был! - закончил Дэн начатую мысль и, поставив фарфоровое чудо китайского производства в раковину, отправился в комнату.
- А помыть за собой? Опять мне мыть?
" Повезло тебе, Данилыч, с работой; не повезло тебе, Данилыч, с кофеваркой" - подумал Дэн, а вслух произнёс:
- Я потом помою...
- Знаю я твоё "потом".
Щупальце прыгнувшей гадюкой мелькнуло в воздухе и попыталось ухватить Дэна за волосы.
- Иду-иду... Что мне, чашку трудно помыть, что ли?
В жизни Дэна, как вы уже знаете, дорогие друзья, случалось всякое. Особенно богатыми на события был трёхлетний период в аккурат до шестнадцатилетия. Дэн тогда случайно попал в заложники к боливийским повстанцам, за которых вскоре стал воевать. Собственно, именно там он познакомился со своими друзьями; именно там к нему приклеились клички "мальчик-решето" (наркотики, за свободу которых сражались повстанцы, его не совсем не торкали) и "брутальный глист" (длинный, худой, а кожа никак не темнела даже под жарким боливийским солнцем). Но главное, жизнь в джунглях развила у Дэна чувство самосохранения. Сейчас он понял: чашечку лучше помыть... Странно, но до сих пор от Аниты угрозы не исходило... К чему бы это вдруг?
Помыв посуду, Дэн набрал на мобильнике последний вызов. Молчание. Выбрал в телефонном перечне слово "мамулька". Молчание... Пробежался по всем адресам. Попробовал "тревожную кнопку"...
- Анита? А... А что это у меня с мобильным, нафиг?
- Мне-то какое дело? - обиженно отозвалась та. - Получаешь свои двести монет в сутки и радуйся. Вот, уже две монеты заработал...
- Э... Не две, а уже четыреста. Нет, уже полдень, значит - пятьсот!
Синий глазок на мгновение стал голубым:
- Ха!
Дэн вежливо поинтересовался в форме вопроса:
- Не понял, милая Анита?
- О господин, - в голос Аниты слышалась насмешка, - извольте кофию. Выпьешь моего кофейка - скажу...
- "У мово батюшки-команданте и гавайский ром не пивался", - проворчал Дэн в форме цитаты и громким голосом добавил: - С превеликим удовольствием, мэм! Как прикажете, мэм! К приёму кофе готов, мэм!
На этот раз Анита нацедила целую пинту. Без сахара, без специй, без молока, без ... , без ..., без.... .
- Ну, одним махом... Слабо?
Хотя в детстве Дэн и читал, что на "слабо" дураков ловят, но туманные обещания кофеварки разгласить тайну мобильника сподвигли на подвиг: всю кружку - разом. Отдувшись, понял - это был не кофе. А что это было?
- Так куда делись мои деньги? И что ты мне налила, дура?
Из агрегата донеслось довольное урчание:
- Не такая уж и дура... Как некоторые. Которые ради монет готовы чтоб их заперли, усыпили, и на космическом корабле отправили в прекрасное далёко.
Данилыч запаниковал. Что она плетёт? Что за глупости?
- Анита, доргуша... Ты, видно не знаешь, но я летал на Венеру полгода назад, и прекрасно представляю, как происходит полёт. Да и нафиг Айбикуру тратиться на межпланетный перелёт? Зачем?
- Н-да? - ехидно переспросила кофеварка. - А знаешь, почему молчит мобильный? Мы уже за пределами солнечной системы. И вербовал тебя не человек: по крайней мере, у него десять фиолетовых глаз, и расположены они на оконечностях. Но это не важно. Важно, что ты сейчас выпил конгломерат нанороботов, которые подготовят тебя к межпространственному прыжку.
В голове Дэна начал гулять туман, предметы расплылись; а металлическое щупальце крепко, но довольно аккуратно охватившее его словно пальцы доярки коровий сосок, потащило юношу на кровать.