- Алёна, - ты разве не хочешь вернуться домой?
- У меня нет дома, - категорично ответила она, - ты забыла, эта жестяная банка с двумя двигателями на крыльях и есть то, что ты называешь домом, но мне здесь не нравится!
Кому-то такой ответ, звучащий, тем более, из уст шестилетней девочки, может показаться странным. Другим, возможно, и агрессивным. Но только мать, уже давно привыкшая к таким выпадам, не обижалась. Бесполезно рассказывать ей о Земле, она её не видела.
Вместо этого, Маргарита Павловна решила сыграть на другом. "Хорошо, - решила она, - корабль так корабль".
- Допустим, - условно согласилась Маргарита Павловна, - не нравится, так не нравится, но разве тебе его не жалко, вдруг этот дом сгорит в атмосфере? Ведь это твой дом... дом, где ты родилась! - немного подумав, она решила еще немного сгустить краски, так сказать из воспитательных целей, для усиления эффекта:
- Тебе не жалко нас с папой, вдруг мы тоже ум..., - она резко остановилась на этой фразе, но и так же быстро смогла подобрать ей замену, надеясь, что ее чадо этого не заметит, - вдруг мы тоже уснем?
Но ребенок заметил:
- Если мы и умрем, то все вместе, - сказала она, - а то, что ты называешь моим домом, это и не дом вовсе, а так, то место, где я родилась, - и через секунду добавила, - это называется... - хмм... роддом, кажется. И Алёна улыбнулась, довольная от того, что вспомнила это редкое для космоса слово.
Маргарита Павловна, хотела, было что-то возразить ей, но ее дочь продолжала:
- Если я не ошибаюсь, то еще на Земле, когда ребёнок рождается, хмм..., - задумалась она, - ну... скажем в поезде, то его место рождения не пишется, как "двадцать пять километров от станции такой-то, поезд номер такой-то, следующий по такому-то маршруту". Надо уметь рисковать, мама! - резко подытожила она свои рассуждения, - 1500 световых лет, четыре джампа и всё это зря? Семь лет назад вас никто не тянул за руку, вы сами рискнули на этот экспериментальный полет, так давай доведем до конца, то, что вы начали, иначе, - успокоилась она, - я просто не вижу смысла. Алёна пожала плечами и тяжело вздохнула:
- Его просто нет.
- Иногда, дочка, нужно уметь отступать, - только и смогла ответить Маргарита Павловна.
- Согласна, - кивнула Алёна, - но не всегда. Семь лет назад, вы с папой решились на эту авантюру. Я родилась через год и сейчас мне только шесть, но если мы вернемся на Землю, если, конечно, вернемся, мне уже будет тринадцать, а я не хочу ждать так долго... перед нами, мам, всего какие-то тысячи парсеков и целый мир впереди. Я не хочу лететь обратно, - твёрдо заявила она, - не хочу!
- Какие глубокие познания в математике, - раздраженно улыбнулась мать, - но мы летим назад. И точка.
- Нет, мама, мы не летим!
- Почему это, - удивилась Маргарита Павловна, - ты теперь у нас капитан?
- Нет, - улыбнулась Алёна, смотря на маму ангельскими глазами, - я всего лишь, шкодный ребенок.
- И как прикажешь мне это понимать? - спросила мама.
- А ты посмотри в иллюминатор.
Если бы рядом был свободный стул или кресло, то Маргарита Павловна непременно бы села туда, потому что ноги у нее подкосились, но, вовремя заметив, что ничего похожего рядом попросту нет, она сделала то, что было для нее единственно возможным в такой ситуации - обхватила руками голову:
- О, Боже, - шепотом спросила она, - ну за что мне такой ребенок?
- И откуда-то, сразу взялись силы в ногах, - язвительно заметила Алёна, - я хочу вас поздравить, господа родители, перед нами планета - X, кстати, вполне пригодная для жизни... и возраст у нее не такой старый, как у Земли. Она вдруг посмотрела на удивленные глаза отца, который только что вошел в кабину, - я знаю, знаю, - она снова пожала плечами, - вы мне не разрешали, я сама провела этот компонентный анализ.
- Костя, ты видишь? - утомленно спросила Маргарита Павловна.
- А чего ты хотела? - раздраженно ответил он, - твой дед окончил НГУ, твой отец - МГУ, ты - СПбГТУ... умный ребенок? - он бросил взгляд на Алёну, затем, снова посмотрел на жену, - это она в тебя такая. Он тяжело вздохнул и, немного оттолкнув дочку с кресла, сел за компьютер.
-Папа, хмм... нет - капитан, хмм... нет - Константин Петрович, смею вас заверить, что все ваши попытки тщетны, ничего не получится.
- Не может этого быть, - не отрываясь от монитора, ответил он.
- Может, - спокойно сказала она, - я использовала 30% джампа и вы этого даже не заметили. А еще..., - Алёна посмотрела на бортовые часы, - я настроила параметры входа в атмосферу таким образом, что мы войдем в ее верхние слои, менее, чем через минуту. Признай, пап, ты не успеешь.
- Дура, - уже не сдержался отец, - убийца! Ты хоть понимаешь, что мы можем сгореть, обшивка повреждена, и мы не сможем совершить здесь посадку. И тут же, в подтверждение этих слов, на всех бортовых экранах загорелась тревожная надпись - Опасно!
- Не сгорим, - продолжая говорить так же спокойно, ответила она, и в конце-концов вынесла свой вердикт:
- Папа, ты - чайник, - она посмотрела на маму, - ты тоже - чайник, - добавила она.
- И не улыбайся!
Маргарита Павловна даже не пыталась. Она была в шоке.
- Смотрите! - и она, по-детски невоспитанно, указала пальцем на монитор.
"Вход в атмосферу завершен. Угол снижения - 9 градусов, высота - 56 000 километров. Приятной посадки!"
Эти строчки были на всех экранах.
За стеклом иллюминатора было что-то белое, впервые, что-то белое за эти бесконечные 7 лет, 2 месяца и 15 дней.
Не дожидаясь, пока опомнятся родители, она объяснила:
- Не было никаких проблем, просто наш компьютер "погнал" и выдал нам неверные данные, испугав вас, словно маленьких детей. Визуальный анализ, более точный, кстати, дал мне совершенно другой результат.
- Вы верите компьютерам, - продолжала она, - но не умеете извлекать уроки из прошлого.
- А почему ты нам ничего не сказала? - удивился Константин Петрович.
- Почему? - Алёна на миг задумалась, - а вы бы мне все равно не поверили, я же для вас - маленькая!
Она улыбнулась, а затем засмеялась, так искренне, по-детски.