Он. Высокий, красивый - маленький, уродливый - серый. Он идет вдоль Стены, его пальцы касаются ее красных кирпичей, застывших кусков раствора. В его руках благоговение, трепетная жажда. Он, как наркоман, тянется к Стене. Его чуткие руки ощупывают кирпичи, мелкие трещины. Он прижимается к Стене, вдыхает ее запах всей грудью и медленно выдыхает, стараясь задержать воздух в легких.
Никто не обращал на него внимания. Люди молчаливым потоком текли мимо. А он стоял и наслаждался тем, что дарила ему Стена, открывая для себя нечто удивительное, невероятное странное. А люди текли мимо.
... Стена была привычной. Непоколебимой. Кто ее построил, когда, зачем - уже никто не помнил. Стена стояла веками.
* * *
Она. Высокая, красивая - маленькая, уродливая - серая. Она идет вдоль Стены, ее пальцы касаются красных кирпичей, застывших кусков раствора. В ее руках благоговение, трепетная жажда. Она, как наркоманка, тянется к Стене. Ее чуткие пальцы ощупывают кирпичи, мелкие трещины. Она прижимается к Стене, вдыхает ее запах всей грудью и медленно выдыхает, стараясь задержать воздух в легких.
Никто не обращал на нее внимания. Люди молчаливым потоком текли мимо. А она стояла и наслаждалась тем, что дарила ей Стена, открывая для себя нечто удивительное, невероятное, странное. А люди все текли мимо.
... Стена была привычной. Непоколебимой. Кто ее построил, когда, зачем - уже никто не помнил. Стена стояла веками.
* * *
Наконец, он решился. Он не мог объяснить почему - но безумно желал, жаждал этого! Его пальцы медленно сжались в кулак, в хиленький такой кулачок - непривычно. Он крепко зажмурил глаза, набрал в грудь воздуха, и!.. его хиленький кулачок уткнулся в твердую гладь кирпича. Тук.
... Тук.
* * *
Наконец, она решилась. Она не могла объяснить почему - но безумно желала, жаждал этого! Ее пальцы медленно сжались в кулак, в хиленький такой кулачок - непривычно. Она крепко зажмурила глаза, набрала в грудь воздуха, и!.. ее хиленький кулачок уткнулся в твердую гладь кирпича. Тук.
... Тук.
* * *
Его лицо исказила гримаса ужаса. Он отпрянул от Стены. Людской поток упруго выгнулся и вновь прижал его к Стене. Он инстинктивно вытянул руки вперед, и его ладони вновь впились в кирпичи. Весь дрожа, он прижался мокрым лбом к Стене. Он заплакал от страха и умиления.
Это и было то, чего он так ждал...
... Наконец-то...
* * *
Ее лицо исказила гримаса ужаса. Она отпрянула от Стены. Людской поток упруго выгнулся и вновь прижал ее к Стене. Она инстинктивно вытянула руки вперед, и ее ладони вновь впились в кирпичи. Вся дрожа, она прижалась мокрым лбом к Стене. Она заплакала от страха и умиления.
Это и было то, чего она так ждала...
... Наконец-то...