Аннотация: Стихотворение вошло в подборку, с которой я прошла в финал 8 Международного поэтического конкурса в Лондоне в июне 2010 и в финал 2 Международного конкурса поэзии в Брюсселе, в октябре 2010 года
Сквозь души и тела проложен путь.
Ланцет. Надрез. Игла. Бинты и вата.
И вечное, как клятва Гиппократа,
Желание забыться, отдохнуть,
Немного тишины, глаза закрыть,
И вычеркнуть себя из всяких списков,
Плыть к свету, исчезая по-английски
Из самых разных обязательств "БЫТЬ".
Двенадцать. Бутерброд. За суетой
Повыцвели изрядно идеалы.
Лишь память скрипнет, и шепнет устало:
Кто алчет света, обретет покой.
Покой. Приемный. Суета и плач.
У лифта санитар с боксерской мордой.
Больные по палатам и по сорту,
И утки - знак сезона неудач.
Изъезжена бессчетно вертикаль
От шахты лифта и до дверцы рая.
И шкаф с морфином вечно запирают:
Итог любой мечты закован в сталь
Зима - успокоенье для ума.
В окне январь. И снег. Пейзаж могильный.
Что ж, Йорик, значит БЫТЬ... Звонит мобильный
И снова мир: Москва... трамвай... дома
И телефон (будь проклят): "Да, сейчас..." Меняется погода, ломит ноги,
Диагноз распадается на слоги,
Сквозь линзы слез из покрасневших глаз
И "до" и "после" связывают в нить
Надрезы, швы, больничный суп без соли...
Усталость все ж немного меньше боли,
Которую удастся исцелить
- Он прочитал сочинение Мастера... и просит тебя, чтобы взял с собою Мастера и наградил его покоем. Неужели это трудно тебе сделать, дух зла?
- Мне ничего не трудно сделать, - ответил Воланд, - и тебе это хорошо известно... - Он помолчал и добавил: - А что же вы не берете его к себе, в свет?
- Он не заслужил света, он заслужил покой, - печальным голосом проговорил Левий.
гл.29 "Мастер и Маргарита"