США. Нью-Йорк

Массивная дубовая дверь зала заседаний комиссии приоткрылась, и в проеме показался невысокий улыбчивый мужчина с немного детским выражением лица. Ожидавшие в лобби личный адвокат и глава корпоративной юридической службы тут же подскочили к нему с вопросами, но он жестом остановил их:

- Не суетитесь. Все в порядке. Детали расскажу в машине.

Он было двинулся к лестнице, ведущей вниз к центральному выходу из Нью-Йоркского офиса Министерства юстиции, но адвокат аккуратно придержал за локоть.

- Там толпа журналистов. Давай спустимся на лифте в гараж. Я водителя предупредил, чтобы ждал там.

Через пять минут небольшой кортеж из скромного, но очень хорошо бронированного электромобиля и двух похожих на машины из фантастических боевиков электровнедорожников охраны уже двигался по южной набережной Манхэттена к расположенной на 6-м пирсе Центральной вертолетной станции.

Мистер Теон Курц. Так звали мужчину, которого опекали юристы и немногочисленная, но весьма профессиональная охрана.

В свои сорок с небольшим, личностью он был действительно неординарной. Некоторые считали Курца удачливым выскочкой. Многие сумасшедшим изобретателем, работающим на стыке хайпа и безумных футуристических идей. Еще больше людей видели в нем гениального провидца, старающегося с помощью инновационных технологий изменить человечество к лучшему. И только совсем немногие, те, что были знакомы с ним очень близко, могли различить в неброском, скромном для своего положения и славы человеке гениальное сочетание мечтательного фантазера и холодного прагматика, способного принимать жесткие и не всегда этичные решения для достижения своих целей. Но под каким бы углом ни рассматривали неоднозначную и зачастую противоречивую личность мистера Курца, на первый план всегда выходило одно бесспорное обстоятельство он был звездой первой величины на деловом небосклоне США. Эта звезда зачастую определяла повестку дня бизнес-сообщества и задавала новые тренды, периодически вводя в ступор своими невероятными идеями как убеленных сединами традиционных капиталистов, так и новое поколение молодых, но от этого не менее удачливых биржевых спекулянтов, поднявшихся на дешевых деньгах, обильно выбрасываемых на рынки Федрезервом.

Может быть, поэтому Комиссия по ценным бумагам и биржам США была к Теону более чем лояльна при разбирательстве дела о манипуляции котировками акций одной из его компаний, которая сливала в сеть не всегда правдивую информацию. Такие вбросы шокировали рынки, очень нервировали брокеров и заставляли котировки большого числа высокотехнологичных компаний метаться вверх-вниз по индексам. При желании дело можно было раздуть и до уголовного производства, но SEC^[1] ограничилась отстранением Курца с поста председателя совета директоров когда-то основанной им, а теперь ставшей публичной компании по производству электромобилей и оштрафовала на 20 миллионов долларов. При этом он все же остался ее генеральными директором. Такое решение было несомненным успехом, пожалуй, лучшей в Штатах команды лоббистов, юристов и пиарщиков, до конца отработавших каждый вложенный в них цент.

Деньги Теона не интересовали. Совсем. Наиболее смелые журналисты приписывали именно ему создание протокола блокчейн и запуска биткойна, а также десятка других популярных криптовалют. Они с придыханием и откровенной завистью прикидывали, сколько крипты сейчас может быть на его тайных кошельках. При теперешних ценах получалось много. Очень много. Но даже, если отбросить догадки про биткойн, находящийся в серой зоне с точки зрения налогов, год назад состояние Курца оценивалось на уровне ста миллиардов долларов, и он стабильно входил в топ-лист самых богатых людей на планете. А в последнее время его фантастические проекты и безудержная харизма, просто зачаровавшая миллениалов^[2] и зуммеров^[3], вообще разогнали акции его компаний до небес, увеличив личное состояние до 185 миллиардов и сделав самым богатым человеком на планете. С тех пор он стабильно входил в топ-тройку глобальных богачей, то занимая первое место, то опускаясь на одну-две позиции.

Такое положение в рейтинге, конечно, тешило самолюбие, но Теон понимал, что акции его компаний всего лишь строчка на биржевом компьютере. На самом деле ни одна из них не приносила прибыли. Более того, почти у всех были огромные операционные убытки, порой доходящие до десяти миллиардов долларов в год. Все фирмы держались лишь на его авторитете, популярности у молодежи продвигаемых им фантастических идей и невнятных обещаний некоей будущей прибыли.

Как бы то ни было, холодный прагматик внутри него подсказывал, что надо сфокусироваться на исследовании прорывных технологий вроде новых источников питания, искусственного интеллекта и нейроинтерфейсов, а из остальных дутых компаний потихоньку переводить деньги в более ликвидные и надежные активы. Чем он и группа близких по духу друзей-финансистов и занимались последнее время, скупая через подставные фирмы в развивающихся странах месторождения полезных ископаемых, сельскохозяйственные земли и перспективные предприятия, занимающиеся реальным производством.

Но было направление, которое оставалось в списке приоритетов Курца, несмотря на убыточность и риск крупных неудач.

Космос. Детская мечта, ставшая для него реальностью. Его компания Альфа Спейс была самой успешной и самой крупной из десятка частных инициатив, работающих над созданием ракет и орбитальных аппаратов. Теон, не скупясь, вкладывал в ее развитие миллиарды и добился колоссальных для частного бизнесмена успехов. После двенадцати лет упорной работы и десятков неудачных запусков он создал несколько ракет различного класса и разработал под них грузовые и пассажирские транспортные орбитальные аппараты. Такой успех был признан НАСА и Пентагоном, которые поспешили заключить с Альфа Спейс долгосрочные контракты на доставку грузов и экипажей на орбиту.

Все это было прекрасно и радовало душу Теона. Однако такой успех был лишь первым его шагом в космос. Началом долгой, дорогой и очень опасной одиссеи, в конечной точке которой находился Марс.

Да. Он страстно желал быть первым, кто запустит человека на красную планету. И не только. Курц планировал организовать вначале на орбите, а затем и на поверхности полноценную станцию, в которой могли бы жить и работать до двух десятков человек и куда он когда-нибудь смог бы прилететь сам.

Фантазия. Говорили ему друзья и партнеры. Бессмысленная блажь одного из самых богатых людей на планете, не знающего куда девать деньги. Издевалась либеральная пресса, не очень жалующая его из-за слишком консервативных взглядов. Прогоришь. Обанкротишься. Предупреждали финансисты. Но Курц по крупицам собирал по всему миру технологии и специалистов и крохотными шажками, медленно, но упорно продвигался к своей мечте, пытаясь найти способы преодолеть крупные и мелкие препятствия на этом трудном пути.

Мелких было много. Разбирательство в Комиссии по ценным бумагам как раз относилось к их числу. На первый взгляд, всего лишь небольшой раздражитель. 20 миллионов не велика потеря, когда у тебя почти 200 миллиардов. Но Теон чувствовал, что его успех многим в Вашингтоне не дает спать спокойно. Может, потому, что он не принял ультралиберальную повестку и пристегнутую к ней новую мораль, разрушающую ценности, на которых выросла человеческая цивилизация. Может, потому, что не встал перед черными на колено, потому, что не гей и запретил детям ходить на уроки, где чокнутые фрики учат однополой любви и рассказывают, как правильно выбирать свой гендер. А может, потому, что был прямым конкурентом НАСА. Хотя нет. Это в последнюю очередь.

У американского космического агентства был несопоставимый с ним бюджет, вполне соответствующий лучшей в мире научной высокотехнологичной корпорации. Да и его Альфа Спейс всего лишь временно затыкала возникшую после списания шаттлов дыру в доставке на орбиту грузов и астронавтов. Через год-два у космического агентства будет готово новое поколение космических челноков и тогда потребность в его носителях отпадет. А может и нет. Вполне возможно, ему удастся конкурировать по цене. Ведь его носители использовали многоразовые приземляемые разгонные ступени.

Нет. В нарастающем на него давлении НАСА винить было нельзя. Оставался Пентагон капризный и грубый заказчик.

Вот генералы давили так давили. Открыто. Не стесняясь. Пока не добились своих условий и не включили в проект орбитальных запусков свои фирмы-прокладки, через которые получали откаты. Курц хорошо помнил, как вояки сорвали два его старта, запустив над комплексом дроны с какой-то заумной аппаратурой, нарушающей работу электроники. От такого вмешательства одна ракета тогда взорвалась к радости журналистов и печали страховщиков. Но все же он сомневался, что прессинг был организован военными. Не их стиль. Те бы действовали прямо. Так, мол, и так. Хотим вот этого и этого. Иначе будет вот это и это.

Один из приятелей, успешный и очень дорогой столичный пиарщик, как-то за бокалом вина предположил, что вашингтонское болото видит в Теоне конкурента. Пока не политического, а только медийного. Уж очень выгодно смотрится суперуспешный, неординарный, экстравагантный молодой бизнесмен, фонтанирующий футуристическими идеями, на фоне дряхлого, бесцветного, недалекого президента и его туповатой команды породистых функционеров, медленно, но верно ведущих Америку к пропасти.

И действительно, по упоминаниям в СМИ Курц в разы превосходил хозяина Белого дома и всю его администрацию вместе взятых. И пусть те были на первых полосах в официальных сводках. Зато он доминировал в деловых, светских и научных разделах изданий. По мнению пиарщика, Теон, несмотря на противоречивость и экстравагантность, был знаковой и весьма популярной фигурой американской жизни. А среди молодежи так и вообще настоящей иконой. Если бы он вдруг решил баллотироваться в президенты, то при правильно выстроенной кампании почти гарантированно сорвал бы бесспорное большинство, даже вопреки противодействию глубинного государства. Что было бы потом большой вопрос, но войти в Белый дом шансы были очень неплохие.

Но Теон не хотел в Белый дом. Он хотел на Марс.

Причем время уже поджимало. Альфа Спейс была основана двадцать лет назад. Понадобилось шесть лет и огромные деньги, чтобы произвести первый успешный старт. Неудачный, но знаковый для Теона и его команды. Именно тогда они поняли, что смогут. Сейчас у него в серии было три рабочих носителя разной мощности. Несколько грузовых модулей и собственный корабль для доставки на орбиту астронавтов. А еще почти готовая концепция космического корабля для полета на Марс, подкрепленная расчетами и чертежами.

Чтобы все это воплотить в металл, нужно лет десять и одно критически важное технологическое решение. Ему скоро пятьдесят. Время неумолимо отсчитывает годы. Не успеешь оглянуться, и твой возраст уже не позволит тебе участвовать в дальнем полете. Поэтому шевелиться надо было активнее. Значительно активнее, чем сейчас. Но для реального запуска проекта, кроме чертежей, расчетов и недостающей технологии, необходимо было преодолеть еще одно главное препятствие. Деньги. Для организации экспедиции на Марс ему нужна огромная куча реальных денег. Гораздо большая, чем была в его распоряжении сейчас.

По самым скромным прикидкам, полет на красную планету с высадкой человека на поверхность и возвращением на Землю обойдется в 400-600 миллиардов долларов. Это была колоссальная сумма. Фактически несобираемая. Особенно учитывая тот факт, что деньги попросту вылетали в трубу и никакой отдачи от них не предполагалось. Если технические задачи полета теоретически можно было решить, то вопрос финансирования оставался непреодолимым препятствием. Единственным, кто мог здесь помочь, был Федрезерв США, который триллионами печатал доллары для поддержания дряхлеющей экономики. Но у того были другие приоритеты вроде военного бюджета, спасения системообразующих банков и поддержания глобального авторитета доллара.

Как подступиться к этой проблеме, Курц не знал, и этот факт последнее время не давал ему покоя.

Когда небольшой кортеж Теона уже въехал на 6-й пирс, где была расположена вертолетная площадка, из НАСА пришло сообщение в закрытый личный чат. На связи был замдиректора Центра космических полетов Маршала, основной научно-технической лаборатории агентства по разработке двигателей для космических аппаратов. Они давно знали друг друга и поддерживали приятельские отношения, что позволяло насовцу за достойную плату делиться с Альфа Спейс своими новыми разработками.

Теон, начал замдиректора и многозначительно умолк.

Что? написал Курц, чувствуя, что сейчас ему расскажут нечто важное.

Русские сделали это, отписался насовец.

Иди ты!

Точно говорю. Инфа от разведки. Из Лэнгли. Только получили.

Это пипец! Как?

Деталей нет. Придут в докладе.

Друг! Проси все, что угодно, но мне нужен максимум деталей. Если у них получилось, то это, нахрен, меняет весь расклад.

Сделаю, что смогу. До вечера.

- Твою мать! вслух выругался Курц, свернув чат.

- Плохие новости? спросил сидящий рядом юрист.

- Даже не знаю, он быстро набрал помощнику сообщение на смарте, чтобы тот вызвал в офис Акосту шефа службы безопасности Альфа Спейс.

Это была одна из ключевых служб Теона, укомплектованная опытными профессионалами и выполнявшая в корпорации, кроме функции безопасности, еще и роль внешней разведки. Люди Акосты добывали технологические секреты, вербовали агентуру и даже проводили полноценные подрывные спецоперации против конкурентов и тех, кто мешал работе компаний Курца или угрожал ее сотрудникам. В общем, это была полноценная спецслужба, работающая на очень высоком уровне, и сейчас ей предстояло выполнить одно из самых сложных заданий.

Необходимо было выяснить делали прорыва, который совершили русские, и постараться добыть максимум технической информации.

Россия. Москва

Научный совет был на удивление коротким. Три академика РАН, слетевшиеся на него по поводу удачного испытания прототипа, давали понять, что без их поддержки у Михаила Когана ничего бы не вышло, важно надували щеки и для приличия задавали вопросы, ответы на которые были и так очевидны. В конце концов им пришлось перебороть свою зависть и все же отдать должное работе, проделанной его лабораторией. Признание успеха было полным и безоговорочным. Совершенный молодым ученым прорыв тянул на медаль Ломоносова, госпремию, а если рабочие образцы будут соответствовать заявленным параметрам в полевых условиях, то и на звезду Героя России. Но над этой вожделенной бочкой золотистого, ароматного и до одури вкусного меда с противным жужжанием роилась стайка назойливых мух в виде тех самых академиков, готовых в любой момент сбросить в нее ложку вонючего черного дегтя, если ее хозяин не захочет делиться славой и признанием.

Как повелось в большой науке еще со времен СССР, к открытию гениального ученого примазалась кучка престарелых функционеров из вышестоящей организации, которые не имели к теме совсем или почти совсем никакого отношения. Не дожидаясь формального подтверждения из лаборатории, они уже успели отправить в Кремль восторженные отчеты о величайшем прорыве, совершенном под их мудрым руководством. Причем каждый написал свою бумагу в надежде на единоличное присвоение успеха.

Вся эта мышиная возня была Когану не в новинку. Но на этот раз, когда он и его люди действительно сделали что-то большое, грязные игры вокруг его проекта не просто раздражали. Они бесили. Причем, судя по хмурому виду директора института, это было хорошо заметно.

После научного совета он пригласил Михаила в кабинет и, налив ему стакан воды, сказал:

- На вот выпей. Может валерьянки еще? Ты чего закипел? Того и гляди крышку сорвет.

- Как чего! Как чего! всплеснул руками тот и сделал несколько жадных глотков. Прототип моя заслуга. Ну в смысле моей лаборатории и нашего института. Эти старые пердуны из РАН не имеют на него никакого права. Вообще!

- Остынь, чуть повысил голос директор. Над этой темой еще при Советах работали. У тебя задел исследований почти в 50 лет был. Тоже мне гений, блин, одиночка.

- Таки гений! За эти 50 лет никто не смог решить проблему с охлаждением. А я смог. А без системы охлаждения все наработки не стоят и выеденного яйца. Концепция моя. Расчеты мои. Дизайн прототипа мой. Мои люди его собрали и испытали. Поэтому прототип тоже мой. Понимаешь, мой! Мы, блин, ночей не спали. Пахали как двужильные. И пох те семьи, и пох та пандемия. У меня люди в больничках под кислородом расчеты делали. Да ты и сам все знаешь

- Не буду с тобой сейчас спорить, Миш. Ты действительно совершил прорыв. Без твоих мозгов мы в этом дерьме хрен знает сколько бы еще ковырялись. Но давай подойдем к ситуации трезво. А выглядит она сейчас так. Ты гений и получишь за свою гениальность все плюшки, которые за нее причитаются: и премии, и медали, и все такое. Твоих людей я тоже в обиду не дам. А то, что академики президенту письма строчат, так наплюй. Он человек умный, проницательный. Разберется, кто здесь виновник торжества. Я ему еще через Минобороны и Роскосмос нужную информацию передам. Думаю, зря ты паришься. Заслуги твои будут оценены по достоинству.

- Ну почему все так? обреченно вздохнул Коган и, откинувшись на спинку кресла, сделал еще глоток воды. Почему мы должны кому-то доказывать очевидные вещи. Через военных. Через Роскосмос. Ну почему так?

- По кочану, отмахнулся директор. И не смотри на меня глазами обиженного щеночка, а то я сейчас расплачусь.

- Да ну тебя, надулся ученый.

- Это тебя да ну. Ты вот что. Кончай тут сопли распускать. Прототип ты закончил. Испытания прошли на ура. Сейчас, пока заказчики будут чесать репу что да как, да пока до кремлевских дойдет, что ты тут намутил, будет затишье пару недель. Возьми Яночку и махните куда-нибудь отдохнуть. На море. Креветок поесть, устриц. Крабов всяких. Плечи на солнце погреть. Обстановку сменишь. Остынешь. Разрешение на выезд я тебе согласую.

- Куда сейчас махнешь? Кругом все закрыто из-за ковида. В Европе третья волна. В Турции пик инфекций.

- Египет вроде открыт. Мне вот из турагентства брошюрку прислали. Там еще Таиланд есть. Чистые отели на островах. Все сотрудники вакцинированы с антителами, принимают туристов тоже только с антителами. Вы как раз с Яночкой привиты. И чартеры прямые есть из Москвы. Видит бог, сам бы слетал. Но отпуск уже выбрал.

- Избавиться от меня хочешь? хитро прищурился Коган.

- Да ни за что! Мы ведь друзья, расплылся в улыбке директор. Отдых ты заслужил. Пока тут пауза, расслабишься, нервы успокоишь. А я в твое отсутствие поляны в академии, у вояк и космонавтов вытопчу. Чтобы к твоему приезду все готово было.

- Ладно, ученый хлопнул по столу ладонью. Раз выгоняешь, вечером с Яной поговорю. Завтра дам знать.

После разговора настроение у Когана немного улучшилось. Возня академиков вокруг его прототипа уже не казалась такой обидной. Может, он действительно все сам себе надумал, накрутил себя почти до нервного срыва. Может, все действительно идет как надо и по результату все получат то, что заслужили. Но в конце рабочего дня ему позвонил полковник из ФПИ^[4], курировавший его проект от Минобороны, и поздравил с тем, что академики решили выставить макет прототипа на МАКСе^[5].

Да они совсем охренели! Это ж секретная разработка, только и смог ответить Коган.

Согласен, поддержал его военный. Но, похоже, вопрос уже решен с начальством. Там тоже хотят блеснуть перед иностранцами прорывными технологиями.

После этой новости настроение ученого окончательно испортилось.

Вечером Миша заехал на работу за Яной и предложил сходить куда-нибудь поужинать. Они познакомились больше года назад. Как-то быстро сошлись и уже месяцев восемь жили вместе в просторной съемной квартире в центре, а свои на районе сдавали, чтобы покрыть часть расходов. Несмотря на образование и статус довольно успешной бизнесвумен, Яна была девушкой без заморочек и дешевых понтов, которые обычно приходят с первыми серьезными деньгами. В физике она разбиралась на уровне школьного середнячка. То есть не разбиралась совсем. С вопросами по работе не приставала, а когда он сам начинал блистать своей гениальностью, томно закатывала глаза и лезла целоваться, чтобы перевести общение в более понятное и приятное ей русло. Из увлечений у нее был только небольшой, но быстро растущий на фоне ковидных ограничений бизнес интернет-магазин подарков. Дела в последние пару лет шли в гору, так что пришлось расширяться и нанимать людей. Когда количество сотрудников перевалило за три десятка, Яна взяла директора, а сама на правах владельца перешла к осуществлению надзора за бизнесом и изъятия прибыли. Впрочем, из-за легкости характера, постоянного позитива и надежного костяка из старых сотрудников дела не очень напрягали подругу и не портили парочке настроение.

Мише с Яной было легко и комфортно. Настолько, что он даже начал подумывать, не поменять ли им статус отношений с гражданских на вполне официальные. Вот и сейчас она выпорхнула из офиса, как девчонка, поскакала по ступенькам и, забравшись в машину, смачно поцеловала его в щеку на зависть скучным клеркам, кучкующимся у входа.

- Так у нас сегодня романтический ужин? Ура-а-а! Шампанское. Свечи. Устрицы. А давай потом завалимся в клуб. Ну дава-ай.

- Если честно, мне сегодня хочется конкретно напиться, сдержав улыбку от такого напора позитива, пробурчал Коган.

- Да? Это из-за ученого совета? Все так плохо? И мой счастливый галстук не помог? А ты наплюй на них. Я же знаю, что ты у меня самый умный.

- Я еще толком не разобрался. Вроде все прошло нормально. Но эти старые пердуны из академии наук хотят присвоить мою заслуженную славу, он не раскрывал подруге детали своей работы. Сказал только, что физик, конструктор и занимается исследованием фундаментальных проблем, способных вылиться в новые технологии. Нервов на них уже не хватает. Так что мне срочно надо выпить.

- Ну она закатила глаза. Романтический вечер под крепкий алкоголь тоже неплохой вариант. Куда поедем?

Они пристроились в просторном чешском пивном ресторане, заказали кучу вкусной еды, пива и немного водки. После нескольких рюмок Мишу отпустило, и парочка проболтала ни о чем, пока не принесли чай с десертом.

- А ты не думала свалить куда-нибудь? вдруг спросил Коган.

- Типа уехать из страны?

- Ну да. Навсегда. На ПМЖ. В Америку, Канаду или там в Европу.

- Да мне и тут неплохо, пожала плечами Яна. Бизнес прет. Не жирую, но на безбедную жизнь хватает. Все здесь есть. Хочешь шмотки, хочешь еда, хочешь вот рестораны на любой вкус. А свободы у нас сейчас побольше будет, чем на Западе. Там теперь нормальным людям жить не дают.

- Это ты кремлевских пропагандистов наслушалась.

- Может и так, она посмотрела ему в глаза. Ты серьезно про свалить? Это из-за научного совета?

- Не только, он вздохнул и нежно сжал ее руку в своей ладони. Понимаешь. Здесь мой талант не ценят.

- А-а Типа непонятый гений, немного грустно улыбнулась она. Ты что, такой охрененный физик, что тебя там примут с распростертыми объятиями?

- Именно охрененный, вполне серьезно ответил Коган. Тесно мне здесь. Лаборатория уже неновая. Бюджеты скромные. К тому же тут я получаю копейки по сравнению с тем, что могу иметь там. Любой приличный универ в Штатах или серьезная корпорация платили бы мне миллионы.

- Так уж и миллионы.

- Да. И машина, и дом, и уважуха, и авторитет. Ты бы тоже была при деле. Английский знаешь. Бизнесом своим здесь могла бы управлять дистанционно.

- Не знаю, Яна подняла глаза к потолку. Это слишком серьезный шаг, чтобы так вот взять и решиться. И тебе тоже скажу. Прежде чем дергаться, почву там надо прощупать. Какие предложения реальные есть, какие условия. Может ты и не нужен никому. А шило на мыло менять совсем не айс^[6].

- Может и не нужен, грустно вздохнул ученый. Может мое место действительно здесь.

- Ты вот что... Давай не будем торопиться. Никто тебя в спину не толкает. Если проблемы по работе какие, так они у всех есть. Ты расслабься, остынь, обдумай все еще раз. А то сразу на ПМЖ, с концами. Можно ведь просто поехать поработать пару лет, если ты востребован и тебя конкретно пригласят. Тут я полностью за. И опыт, и авторитет, и докторскую степень там подтвердишь. И, если что, всегда вернуться можно. Я бы и сама с тобой прокатилась.

- Вот ты у меня рассудительная, он поднял бокал коньяка и чокнулся с ее коктейлем. Насчет расслабиться ты, пожалуй, права. Мне тут могут пару недель дать. Давай махнем в Таиланд. Директору кремлевское спецпредложение прислали, а он отпуск выбрал, так решил мне отдать. Там чистые отели есть. Без ковида. Все с антителами. Отдохнем. Погреемся. Фрукты всякие. Лобстеры. Массаж.

- Круто! Я обеими руками за. С этой пандемией уже забыла, когда была на море, она через трубочку допила коктейль и, бросив из-под приспущенных бровей томный взгляд, эротично облизала губы. Ты знаешь... В клуб мы сегодня не пойдем. Поехали домой, обсудим планы на отдых. В постели.

К таким неожиданным приливам страсти Миша привык уже давно и был рад тому, что Яна сама их не стеснялась. Поэтому парочка, предусмотрительно оставив машину на стоянке, вызвала такси и через полчаса у себя дома на огромной двуспальной кровати уже вовсю занималась обсуждением деталей поездки в Таиланд.

США. Техас. Ракетный полигон МакГрегор

Огневые испытания нового двигателя для тяжелой ракеты Альфа-Хеви прошли удачно. По энергонасыщенности, тяге и устойчивости в режиме перегрузок он уверенно вышел на расчетные параметры. Правда, заявленной инженерами экономии топлива достичь не удалось. Это несколько омрачало общее удовлетворение от испытаний. В космосе важен каждый грамм. Чем меньше расхода при выходе на орбиту, тем больше полезная нагрузка. А уж если говорить о полете на Марс, так тут вообще топливо являлось ключевым фактором.

Поблагодарив инженеров, собравшихся в бункере рядом с испытательным стендом, Теон перебрался в машину и уже через пять минут был в офисе управления. Полигон МакГрегор располагался в центральной части Техаса, километрах в ста на юго-запад от Денвера. Альфа Спейс приобрела эту территорию 17 лет назад у военных, которые раньше испытывали здесь двигатели для баллистических ракет. Теперь на 1600 гектарах расположились два десятка стендов для тестирования двигателей разной мощности. Здесь же размещался и производственный цех для обслуживания разгонных ступеней многоразового использования. Офисный блок находился в восточной части полигона рядом с парком, примыкавшим к коттеджной застройке для сотрудников.

Оказавшись в прохладном, кондиционированном помещении после пекла разогретых июньским солнцем бетонных тестовых площадок, Теон расстегнул пуговицы на вороте рубахи и, плюхнувшись в кресло, подтянул к себе банку с колой. Его взгляд упал на висящую на стене схему космического корабля для полета на Марс. 80% его полезной нагрузки занимали баки с топливом, окислителем и двигатели. Они располагались в четырех последовательно соединенных секциях. Две для того, чтобы долететь до красной планеты, одна для полета обратно к Земле и одна запасная для непредвиденных маневров, требующих расхода топлива. В носу корабля, как и полагается, находились модули управления, а также жилой, научный и аварийный. Кроме того, обитаемая часть была сконструирована так, что представляла собой полноценный корабль с собственным двигателем и запасом топлива. Отдельные силовая и маневровая установки были и у каждой из разгонных секций. Вся эта конструкция должна была собираться на орбите из готовых модулей, доставляемых с поверхности Земли тяжелой ракетой Альфа-Хеви. Именно ее модифицированный двигатель сейчас и проходил огневые испытания на одном из стендов.

Преимущество такой довольно сложной конструкции из четырех разгонных секций было в том, что каждая из них, помимо маршевого, была оснащена еще и маневровым двигателем. После отработки она отсоединялась от корабля и возвращалась на орбиту Земли для обслуживания и повторного использования. Конструкторы утверждали, что двигатели могут выдержать до пяти подобных циклов. Экономия средств была колоссальная. Многоразовые секции позволяли создать на орбите Марса полноценную станцию, на которой может быть собран полногабаритный аппарат для спуска на планету и возвращения на орбиту.

Проект был действительно фантастический, потому что предполагал переброску на орбиту Земли и затем и Марса нескольких тысяч тонн полезного груза, уже не говоря о полусотне астронавтов для сборки орбитальной станции. Из-за колоссального объема денег, материалов, а главное, топлива, Теону порой казалось, что полет вообще неосуществим. Но он, невзирая на сомнения, продолжал двигаться к своей мечте. Предварительная техническая подготовка была почти закончена. Теперь осталось найти полтриллиона долларов на полет. Тогда через десять лет он отправит человека на Марс. А если удастся перехватить новую технологию русских, то и раньше. Намного раньше. И корабль будет совершенно другой.

Он посмотрел на часы и набрал по видеосвязи Майка Акосту, шефа службы безопасности, работающей на конгломерат корпораций Теона.

- Что в Москве? коротко спросил он.

- Информация подтвердилась, ответил тот. Странно, но русские не делают из своего открытия секрета. Даже хотят выставить макет прототипа на авиасалоне. Тему ведет Научно-исследовательский и конструкторский институт энерготехники имени Доллежаля. Главное подразделение находится в Москве. Объект режимный, но секретность ниже среднего. Дыр для сбора информации полно. Хотя для их разработки надо время.

- Сколько?

- Пару месяцев.

- Я не могу столько ждать. У меня через две недели встреча с арабскими инвесторами в Эмиратах. Чтобы был серьезный козырь в разговоре с ними, мне нужна конкретика по России: материалы, чертежи, техописания концепций, отчеты об испытаниях. Кусками или целиком неважно. Мои инженеры все додумают сами. Плати любые деньги. Хоть с потрохами всех купи, но достань мне документацию.

- Если ломанемся напрямую, то спалимся сразу. Тогда институт под колпак возьмет ФСБ и все. Никакого шанса на успех не останется. Я понимаю, что время поджимает, но надо действовать осторожно. Мы уже знаем, кто директор, кто ведущий ученый по теме. Есть еще пара интересных фигур конструкторы, инженеры-разработчики. Через несколько дней мы сможем на них аккуратно выйти и прощупать возможность перехвата технологии.

- Действуй. К поездке в Дубай мне нужен результат. Если подпишешь кого-нибудь из ключевых ученых, проблема вообще решится сама собой. Это будет идеальный вариант. И денег не жалей. Отвали им крипты так, чтоб слюни до пола. Чтоб радуга в глазах.

- Сделаем. Дай только пару дней.

После разговора Теон еще некоторое время в раздумье смотрел на схему космического корабля. Эх Если бы удалось перехватить технологию русских. Это бы изменило весь проект до неузнаваемости.

Вечером Акоста отзвонился снова. Его контакты в АНБ поставили несколько ключевых ученых русского института на цифровой контроль и выяснили, что руководитель темы с подругой забронировал авиабилет в Таиланд. Вылет через два дня. Детали тура тоже известны 12 дней, дорогой отель на Пхукете.

Это была несомненная удача. Правда, было непонятно, как ученого и конструктора такого уровня, носителя секретных технологий вообще могли выпустить за рубеж. Но, судя по всему, русские относились к теме довольно расслабленно и, несмотря на очевидно прорывной характер, не считали ее чем-то грандиозным. Теперь надо было тонко обыграть представившуюся возможность, и у Теона постепенно рождалось понимание, как это можно сделать.

Таиланд. Пхукет

Отель действительно был шикарным. Таиланд вообще славится своим пятизвездочным обслуживанием, но это место превзошло все ожидания. И расположение на краю живописной пальмовой рощи чуть в стороне от небольшого городка на песчаном берегу лагуны. И атмосфера почти аутентичной Азии. И вышколенный, услужливый персонал, готовый исполнить любую прихоть гостей. Роскошный просторный номер. Большая территория, собственный пляж, три бассейна. Даже поле для гольфа на 8 лунок. А кухня вообще выше всяких похвал. Но дорого. За свою зарплату даже после последнего президентского повышения и щедрую премию, выписанную директором за испытания прототипа, Миша Коган никогда бы такое не потянул. Хорошо, что рядом была бизнесвумен Яночка, для которой такая сумма была вполне подъемной.

Учитывая их почти семейную жизнь, она сразу согласилась покрыть все расходы, причем сделала это так тактично, что молодой ученый не раздумывая потратился на огромную охапку роз, дорогущий авторский торт и бутылку коллекционного шампанского, чтобы отметить предстоящую поездку. Этот гусарский жест привел подругу в полный восторг, причем до такой степени, что после бокала шампанского до торта дело так и не дошло, и Миша оказался в ее жарких объятиях прямо на полу у сервированного под романтический десерт журнального столика.

После заселения парочка потратила день, чтобы освоиться с отелем и разобраться что где. На второй они до полудня провалялись под тонким навесом у бассейна, наслаждаясь покоем, нежным бризом с моря и ненавязчивой релаксирующей музыкой. Потом, когда жара достигла пика, пошли в спа-салон, где тайские мастерицы почти полтора часа мяли и крутили их, приводя в тонус испорченные современной городской жизнью тела. После этого легкий обед на террасе с видом на море и сиеста. А вечером на пляж понаблюдать за тропическим закатом.

Реально королевский отдых. На фоне этой идиллии московские проблемы, заботы и тревоги начали казаться Мише чем-то далеким и почти чужим. Хотелось думать, что теперь вся жизнь будет такой роскошной, беззаботной и полной наслаждений.

На третий день вечером они взяли местный тук-тук^[7] и поехали в находящийся в паре километров городок. Потолкались по торговой улице, купили пару сувениров и национальных цветастых тряпок. Потом поужинали в местном ресторанчике и вернулись в отель. Прогулялись по пляжу. Устроившись на удобных шезлонгах в бич-баре, потягивая экзотические коктейли, понаблюдали за поражающим непривычными красками тропическим закатом. Потом перешли в бар в основном корпусе. Там проходило фольклорное шоу, на которое Миша еще утром забронировал столик.

Представление закончилось около одиннадцати. К этому времени пресыщенная коктейлями и тропической экзотикой Яночка уже стала прижиматься чуть более откровенно, чем предполагали приличия. Видя, что дело идет к постели, Миша собирался подозвать официанта, чтобы расписаться на чеке и пройтись по пляжу перед сном. В этот момент в баре возникло странное оживление. Персонал засуетился, забегал. Появился администратор отеля с двумя охранниками, потом несколько полицейских и какой-то важного вида местный мужичок в форме. Они что-то лопотали по-своему, кому-то постоянно звонили. Наконец все притихли, и в бар вошли четыре спортивного вида парня, европейца, в легких парусиновых брюках и таких же коротких куртках. Они, деловито осмотрев притихшую публику, разделились и заняли позиции в разных концах бара. Миша почему-то сразу подумал, что это телохранители. Он не ошибся. Через несколько секунд в проходе показался невысокий молодой человек в сопровождении солидного европейца в строгом костюме и того самого тайца, одетого в форму с кучей звездочек на погонах. Важный гость вежливо, по-тайски сложив ладони лодочкой, поклонился выстроившемуся в шеренгу персоналу, что-то сказал администратору, и те разошлись по своим делам.

- Блин. Это ж Теон Курц, узнала посетителя Яночка. Тот, у которого частная космическая компания, электромобили и еще всякая технологическая хрень. Фигасе! В нашем баре.

- Фигасе повторил Коган, наблюдая, как самый богатый человек в мире направляется в их сторону.

Его удивлению не было предела, когда Теон подошел к столику и, чуть поклонившись, спросил:

- Мистер Коган Мадам Я могу к вам присоединиться на пару минут? У меня есть одно очень привлекательное предложение.

- Фигасе икнув от волнения и избытка алкоголя, проговорила Яночка и, не обращая внимания на неожиданного гостя, удивленно посмотрела на Мишу. Ты знаешь Теона?

- Я? Миша некоторое время смотрел на Курца, потом перевел взгляд на подругу. Я? Да ну. Это какой-то розыгрыш. Сейчас появится камера, кто-то выскочит из-за бара и заорет: Ха-Ха! Эти лохи повелись на дешевый развод!.

- Я, к сожалению, не знаю русский. Но понимаю, что вы несколько шокированы моим появлением, добродушно улыбнувшись, сказал Курц и, не дожидаясь разрешения, уселся к ним за столик. Чтобы убедить вас, что я это я, здесь присутствует представитель американского посольства в Таиланде и шеф полиции Пхукета. Мне их позвать? Они могут подтвердить мою личность.

- Шеф полиции? Нет, не надо, нервно сглотнул Миша и тут же добавил: Я и так вижу, что вы это вы. Скорее всего.

- Ну и славно. Раз я это я, то, чтобы окончательно не портить вам вечер и не шокировать гостей, давайте перейдем к предмету нашего разговора, Теон отвел руку в сторону, и, подошедший сзади, помощник вложил в нее пластиковый конверт формата А4, на котором красовалась эмблема компании Альфа Спейс. Мистер Коган. Я прилетел сюда для того, чтобы лично сделать вам предложение о переходе в мою компанию. Здесь, он положил конверт на стол и похлопал по нему ладонью, условия вашего контракта. В двух словах Я вам предлагаю возглавить лабораторию по вашей тематике. Бюджет исследований неограничен. Выбор персонала любой. Свобода действий полная. Но есть конкретная цель: через год у меня должно быть рабочее изделие и отработанная промышленная технология для серийного производства. Я знаю, что вы сейчас начали работу над аванпроектом по заказу Роскосмоса. Я также знаю, что программа исследований растянута до 2030 года. Еще, я уверен, что при наличии достаточного финансирования все работы можно выполнить за год. Так? Курц на секунду умолк и, видя, что ученый неуверенно пожал плечами, продолжил: Так. Поэтому через год я буду ждать от вас результата. Для его достижения у вас будет все, в том числе топовый даже для Америки пакет. Однократная выплата в 10 миллионов долларов США в качестве подъемных и компенсации за неудобства в случае, если вы согласитесь с предложением и сейчас же из Таиланда переедете в США. Не возвращаясь в Россию. Зарплата в 5 миллионов долларов в год. Полностью оборудованная и готовая к переезду вилла в научном городке Альфа Спейс на побережье в Калифорнии с прислугой и охраной. Два автомобиля класса люкс для вас и вашей спутницы. Свободный график работы. Безлимитная медстраховка. И еще много чего. Предложение уникальное. У вас есть шанс войти в историю как конструктор, совершивший грандиозный прорыв в технологии, которая через несколько лет отправит человека на Марс.

Уже на середине монолога Миша понял, что это не розыгрыш. Что перед ним действительно сидит владелец Альфа Спейс. До него постепенно стало доходить, что сейчас происходит нечто настолько невероятное, чего он не мог себе представить даже в самых смелых мечтах. Теон Курц, великий инноватор и изобретатель, лично прилетел в Таиланд, чтобы сделать ему предложение! Да еще какое. Своя лаборатория. Открытый бюджет. Фантастическая зарплата. Невероятно! Все происходящее было просто невероятно.

Видя, что Коган завис, Теон дружелюбно улыбнулся:

- Понимаю. Мое предложение несколько неожиданно. Чтобы простимулировать принятие решения, я предлагаю вам ознакомительную поездку в США на пару дней. У меня тут частный самолет. Махнем в Калифорнию. Я вам покажу научный центр. Расскажу о проектах. А через пару дней вернетесь сюда и продолжите отдых.

- А Яночка? пролепетал Миша, совершенно ошарашенный происходящим.

- Яночка? брови миллиардера поползли вверх. Ах, Яночка. Ваша спутница. Конечно. И она с вами. Уверен, мы найдем, чем ей заняться в Калифорнии, пока вы будете в научном центре.

- А визы?

- С визами все просто. Со мной здесь человек из консульства США. У него есть несколько особых бланков. Это специальные визы госдепа в виде вкладышей в паспорт. Выдаются, когда надо экстренно впустить иностранца в США, а возможности или времени выполнить полноценную процедуру нет. Остается только вписать ваши фамилии. Так что все готово. Нужно только ваше согласие и завтра вылет в Штаты, Теон подвинул по столу к ученому папку с эмблемой Альфа Спейс и снова одобряюще улыбнулся. Я буду ждать вашего ответа утром. Я остановился в этом же отеле в ВИП-резиденции. Она прямо на побережье, слева от пляжа. Утром хочу пригласить вас с очаровательной спутницей на завтрак в 10 часов, чтобы снять все вопросы, которые могут у вас возникнуть. А пока, он поднялся и, чуть склонив голову, посмотрел в глаза ученому, оставлю вас в спокойной обстановке обдумать мое предложение.

После того как Теон со свитой покинул бар, Яна прошептала:

- Это что такое было? потом опасливо огляделась и добавила: Пойдем отсюда. Видишь, как на нас народ пялится. Еще автографы у тебя просить начнут.

Они вернулись в номер, где их ждала огромная корзина экзотических фруктов со скромной запиской от директора отеля. Другу великого инноватора и изобретателя Теона Курца от администрации с наилучшими пожеланиями. Яна, понимающе хмыкнув, поддела острой палочкой кусочек ананаса, отправила его в рот, потом подошла к минибару и, достав бутылку колы, плюхнулась в кресло с видом человека, только что встретившего инопланетянина.

- Да-а, Мишаня. Ну ты, блин, даешь. Физик, говоришь?

- Ну не совсем физик, Коган рассеянно посмотрел на папку Альфа Спейс, положил ее на стол и сел в кресло напротив. Вернее, физик. А еще конструктор и инженер. Но такой, знаешь, продвинутый.

- Настолько продвинутый, блин, что сам Теон Курц, прилетел к тебе на частном самолете, чтобы предложить работу?

- Ну-у-у не зная, что ответить, пожал плечами он. Выходит так.

- Ладно. Физик так физик, она отпила колы и приложила холодную банку ко лбу. Теперь колись, что ты там изобрел.

- Понимаешь, Миша покусал губу и в сомнении посмотрел на подругу, это все довольно сложно.

- А ты попытайся, с вызовом вздернула подбородок Яна.

- Хорошо. Только не дуйся. Я сам охреневаю от того, что произошло. Иди сюда, Коган раскрыл руки, и подруга с готовностью перебралась к нему на колени. Понимаешь. Моя лаборатория работает над новым типом двигателя для космических аппаратов. Сейчас для полетов используются реактивные двигатели на жидком топливе. Их технология достаточно хорошо отработана. Но это уже прошлый век. Энергоотдача у них низкая, есть ограничения по скорости, но самое главное, полезная нагрузка при их использовании минимальная, потому что до 80-90% от веса ракеты занимает топливо и окислитель. Для вывода на орбиту они еще подходят, а вот для перелетов к планетам их использование неэффективно. Мы Вернее, не мы, а еще советские ученые лет сорок назад разработали концепцию ионного двигателя, или, как его еще называют, ядерной электродвигательной установки. Это такой компактный ускоритель частиц, в котором разделены процессы ионизации вещества и ускорения. В основе двигателя лежит компактный ядерный реактор. Он генерирует электроэнергию, которая затем превращает в плазму специальный газ, а та формирует реактивную струю и толкает аппарат вперед. Такая схема позволяет добиться очень высоких скоростей истечения рабочего тела, то есть реактивной струи. Как я сказал, этой технологии уже лет сорок. Над ней работали и в Союзе, и в Штатах. И сейчас исследования не прекращаются. Но ее практическому применению мешала одна техническая проблема. Во время работы ядерный реактор нагревается до 1200 градусов. Это выше, чем в ядерных реакторах на атомных электростанциях. При таких температурах эксплуатировать его в космосе невозможно. Так вот, мы изобрели, испытали и применили на рабочем прототипе реактора мегаваттного класса уникальную систему охлаждения, основанную на космическом генераторе капель.

- И Яна поудобнее устроилась у ученого на коленях и обвила его шею руками.

- И теперь возможность создания рабочей относительно дешевой ядерной электродвигательной установки стала реальной. Это значит, мы можем собрать компактный и экономичный космический буксир, который будет способен доставлять гораздо больше полезной нагрузки, скажем, на Марс, чем ракета на обычном топливе. Например. Чтобы доставить на орбиту Марса 100 тонн полезного груза, необходимо 3000 тонн химического горючего. Причем лететь он будет 250 дней. И это только в одну сторону. На обратный полет у него топлива не хватит. Сама видишь, полезная нагрузка составляет мизерную часть от общей массы корабля. Мой прототип, имея всего 100 тонн топлива, сможет доставить те же 100 тонн полезного груза на Марс всего за 40-50 дней и вернуться обратно. Чувствуешь разницу? 3000 тонн топлива на теперешних двигателях в одну сторону за 250 дней и 100 тонн топлива на моем прототипе туда и обратно за 100 дней.

- Значит, человек скоро полетит на Марс? На твоем двигателе.

- Ну как скоро. Здесь все зависит от финансирования. При теперешних бюджетах у нас, думаю, до рабочего орбитального образца пройдет лет 10-15.

- Теон сказал, что ему нужен рабочий образец через год. Это реально?

- Вполне. Может не год. Может два. Технология готова. Наработки по ионному двигателю в Штатах есть. Если будут деньги, на них можно легко применить мою архитектуру и систему охлаждения. Все блоки можно делать параллельно. По сути, это не сложнее, чем собрать обычный ракетный двигатель. Когда все будет готово, ракетами доставить элементы буксира на орбиту и приступить к сборке первого космического буксира с ядерной электродвигательной установкой. А там Миша мечтательно вздохнул и поднял глаза к потолку, там и на Марс, и на Венеру можно махнуть.

- Ах ты, мой гений, она чмокнула его в щеку и показала на лежащую на столе папку. Так с этим ты что делать-то будешь?

- Не знаю, растерянно проговорил ученый.

- Не знаю передразнила его Яна, скорчив потешную рожицу. Тут такой шанс. Сам Теон приехал по твою душу. Бабла предлагает немерено. В историю можно войти как человек, который отправил экспедицию на Марс. А он не знаю.

- Блин. Стремно это все. Он ведь хочет, чтобы прямо отсюда, не заезжая домой, и сразу в Штаты. В чем? В пляжных шортах и майке?

- Конечно. А ты что думал? Типа вернешься в Москву, пойдешь к директору. Так, мол, и так, меня американцы переманить хотят. А он тебе конечно, Мишаня, езжай. Доброго тебе пути и удачи в придачу. Нет, дорогой мой. Если ты засветишь Теона у себя в институте, тебя тут же возьмут в оборот так, что хрен из страны выедешь.

- Это точно.

- Поэтому он и хочет, чтоб ты переехал прямо отсюда. Не заезжая в Москву.

- А квартира там как? А машина? А старики?

- Ну ты, блин, даешь. Сколько твоя двушка в московском спальнике стоит со всеми потрохами?

- Тыщ двести баксов. А то и больше.

- Видишь. Машину я вообще в расчет не беру. А Теон тебе 10 лямов подъемных предлагает. Сейчас. С ходу. На, бери. Ты просто вдумайся в цифру. И про стариков не парься. Поймут. Ты потом, когда суета с ковидом пройдет, их можешь вывезти куда угодно на курорт. Или виллу им купить в Болгарии, или Черногории, или даже во Франции, или Испании и приезжать когда захочешь.

- Ты думаешь, мне в Россию уже не вернуться? насторожился Миша.

- Не знаю. Я во всяких секретных раскладах ничего не понимаю. Может ты носитель гостайны. Расписки какие давал секретные.

- Нихрена я не давал. Так, подписал стандартный договор о неразглашении и все. Такой в любой фирме подписывают. И гостайны тут никакой нет. Академики, вон, хотят прототип на МАКСе выставить. Раструбили везде по изданиям. Концепцию засветили.

- Ну вот. Тогда не понимаю, что ты вообще паришься? Через пару лет все утрясется и, может, сможешь в Россию спокойно ездить.

- А ты как? он плотнее прижал Яночку к себе.

- А что я. Я с тобой. Если возьмешь. Или уже прикидываешь, как бы там американочку подснять. Мулаточку, небось.

- Ну что ты. Куда ж я без тебя, Миша поцеловал ее в губы. Да и Теон говорил, типа, Яночку пристроим.

- Не надо меня никуда пристраивать. За 5 лямов в год твоей зарплаты я сама любого куда угодно пристрою. А контору свою в Москве вполне можно дистанционно вести. Еще и статус иностранного инвестора дадут. Так что в предложении мистера Курца я вижу одни плюсы. А ты не знаю, Яна игриво щелкнула его по носу, слезла с колен и, взяв папку со стола, сунула ученому в руки. На вот. Изучай. Пока во всем не разберешься и не подтвердишь согласие, никакого секса.

Изобразив полную потерю интереса к Мише, она повалилась на кровать и, дотянувшись до пульта, включила телик. Там на локальном канале отеля шел репортаж о внезапном визите Теона Курца, самого богатого человека на планете и великого изобретателя и инноватора.

Наутро без пяти минут десять Коган с подругой вошли в просторную гостиную ВИП-резиденции, где уже был сервирован стол, а вдоль стены, приветливо кланяясь, стояли четыре официантки в национальных одеждах. Теон появился почти сразу. В легких льняных брюках и цветастой шелковой рубашке, расслабленный, напрочь лишенный манерности и напускной важности, в прекрасном настроении, он вел себя, скорее, как старый приятель, а не человек стоимостью почти в две сотни миллиардов долларов. Они сели за стол. Неспешно позавтракали, болтая о тайской кухне, погоде, пандемии и менее значимых темах, не касающихся Альфа Спейс. Затем перешли на террасу, где был накрыт десертный стол с выбором сладостей, фруктов и напитков. Когда официанты, вежливо кланяясь, удалились, Теон сделал коктейлем приветственный жест и вопросительно посмотрел на ученого.

- Так как вы относитесь к моему предложению поработать на Альфу?

- Честно скажу, откашлявшись, ответил тот. Все это для меня весьма неожиданно и довольно необычно. Предложение, несомненно, очень заманчивое. Но я хотел бы уточнить некоторые моменты. Каков будет мой статус на территории США? Ведь вы настаиваете на том, чтобы я не возвращался в Россию. Значит, дома я не смогу уладить дела и буду фактически беженцем. Эмигрантом.

- Вопрос вполне закономерный. Разве он не был освещен в контракте найма? Странно, Теон чуть нахмурился, но через секунду его лицо снова приняло беззаботное выражение. Здесь не о чем беспокоиться. Вы получите вид на жительство в США с разрешением на работу. Если у вас будет желание, мы можем вас включить в программу ускоренного получения гражданства. Она распространяется на иностранцев, представляющих особую ценность для США. Тогда через год вы станете полноценным американцем. Если, конечно, не совершите за это время никаких серьезных правонарушений. Такой ответ вас устраивает?

- Вполне, кивнул Коган. Еще вопрос. Моя спутница Мы официально не женаты.

- Яночка? Она попадает под ту же визовую программу, что и вы. То, что вы не состоите в браке, в данном случае не имеет никакого значения.

- Вы говорили о серьезной сумме в качестве подъемных за немедленный переезд. Когда у меня будет к ней доступ?

- Если вы подпишите контракт сейчас, часть суммы сразу же может быть переведена вам в виде аванса. Остальные средства получите, как только приедете в США и откроете счет в американском банке.

- Я бы не хотел, чтобы аванс пришел в мой российский банк. Боюсь, что не смогу ими воспользоваться. А иностранных счетов у меня нет.

- Тогда могу предложить вам вариант с криптой. Вы получите кошелек, на котором будет лежать оговоренная сумма. Пароли к нему сможете поменять сами, и тогда средства будут под вашим полным контролем.

- Думаю, это меня устроит, скромно улыбнулся Миша. У меня больше нет вопросов.

- Тогда я скажу помощнику, чтобы готовил самолет. Через пару часов мы будем уже в воздухе.

- Понимаете. Тут такое дело замялся Коган. Мы бы хотели остаться здесь до конца отпуска. Это еще 9 дней. Неизвестно, когда еще удастся отдохнуть. Чувствую, свободного времени у меня будет немного, если рабочая установка нужна через год.

- Хм Курц снова чуть сдвинул брови и внимательно посмотрел на ученого. Не вижу проблем. Но вы должны понимать, что после подписания контракта и получения аванса у вас будут определенные обязательства перед Альфа Спейс. Нарушать их будет совершенно не в ваших интересах.

- Ну что вы. Ни о каких нарушениях речь не идет. Мы просто хотим отдохнуть. Из-за пандемии целый год не были на море. По окончании бронирования купим билеты в США. Только скажите куда.

- Не надо никаких билетов. За день до вашего вылета я пришлю за вами частный самолет и сотрудника госдепа, чтобы помог вам пройти американскую границу.

- Спасибо, пораженный таким великодушным жестом, проговорил Миша.

- Да не за что, отмахнулся Теон. А теперь пройдемте в кабинет. Там ждет юрист, человек из консульства с бланками виз и шеф полиции Пхукета. Он будет у нас вроде нотариуса и заверит наше с вами соглашение.

После того как формальности были выполнены, Теон радушно попрощался с новым сотрудником и его подругой и, когда те ушли, вызвал следившего за всем по камерам Акосту. Первый, добровольный вариант привлечения Когана в Альфу сработал. Теперь надо было отменить второй, принудительный. Он подразумевал задержание молодого русского ученого за употребление наркотиков и получение его согласия на сотрудничество под угрозой сесть в тайскую тюрьму на 20 лет. Еще. Из-за того, что парочка решила догулять отпуск, надо было ставить группу для того, чтобы за ней присмотреть и пресечь маловероятную, но все же возможную попытку выезда из страны с авансом в 10% от полной суммы подъемных. Первое должны были обеспечить люди Акосты, которые вели наблюдение с самого приезда Миши и Яны в Таиланд. Второе можно было сделать через шефа полиции.

В общем Теон остался доволен своей поездкой и новым приобретением. Теперь у него был ключевой ученый, способный быстро создать ионный двигатель. Готовую конструкцию буксира он купит у конкурентов вместе с их компанией и конструкторами. Тогда через год, максимум два можно будет начать сборку первого рабочего образца на орбите. А дальше Дальше встает вопрос с финансированием.

Теперь, когда в руках была уникальная технология русских, обычный полет к Марсу Теона уже не интересовал. В его голове крутился план программы максимум создания на орбите красной планеты полноценной обитаемой станции, на которой будет собрана ракета, способная доставить человека на планету и вернуть обратно. Впоследствии с этой станции на поверхность будут спускаться модули для обустройства там полноценной базы, где могли бы жить и работать несколько человек. Для этого нужен тяжелый космический буксир, способный одноразово доставить к Марсу полезный груз в пятьсот тонн, а затем вернуться к Земле под новую загрузку.

По сути, там, на орбите красной планеты предстояло создать конструкцию в два раза крупнее МКС, а значит, и стоящую в два раза больше, на уровне 300 миллиардов долларов. База на поверхности обойдется миллиардов в 100 плюс 10-20 ежегодно на эксплуатацию. Строительство буксира на орбите Земли Теон оценивал в 200 миллиардов, если не больше, потому что для этого тоже надо будет создавать орбитальную станцию, которая могла бы принимать грузовые корабли с готовыми для сборки модулями. В идеале буксиров должно быть хотя бы два. Один большой грузовой, для него надо десятка два ионных двигателей. Другой маленький для доставки экипажей с восемью двигателями. Вот и получается, что весь проект влетит в 600-700 миллиардов. Причем 200 предстояло потратить на первом этапе в течение следующих 5-6 лет.

Таких денег у Теона не было. Максимум, что он смог бы потянуть, это сборка небольшого буксира для отправки человека на орбиту Марса, посадки на планету небольшой ракеты и возвращения. Такой проект обошелся бы миллиардов в 70-80. Будут ли у него такие деньги через год, два, пять лет, сказать было сложно, потому что его состояние зависело от котировок акций. А они могли пойти вниз в любой момент. Пока этого не случилось, под обеспечение акциями своих технологических компаний надо было брать кредиты в живых деньгах. В США из-за давления неизвестных пока сил сделать это было очень сложно. Оставались еще два места, где их можно было взять, Китай и нефтяные королевства Персидского залива. Первый отпадал сразу, потому что китайцы были прямыми конкурентами в космической гонке. Они тоже усиленно разрабатывали технологию ионных двигателей и дышали в затылок русским. Оставались шейхи.

Как раз к ним прямо из Таиланда и собирался лететь Теон, воодушевленный своим новым приобретением в лице талантливого русского ученого и конструктора Миши Когана.

Объединенные Арабские Эмираты. Дубай

Вести дела с шейхами непросто. Здесь многое значат такие ставшие экзотикой для западного бизнеса понятия, как честь, достоинство и соблюдение интереса партнера. А еще очень важна личная симпатия, которой бизнесменам из Европы и Америки довольно сложно добиться из-за их латентного расизма, чувства собственного превосходства и полного непонимания химии отношений между людьми на арабском Востоке.

Теон не страдал этими пороками, потому что напрочь был лишен пафоса больших денег и сопутствующих им понтов. К тому же он родился в Африке и с детских лет усвоил простую истину: если белый человек хочет добиться чего-то от аборигенов, ему прежде всего надо проявить к ним уважение. Причем желательно, чтобы это уважение было облечено в материальную форму, и чем эта форма дороже и ценнее, тем больше будет шанс на понимание. Поэтому перед визитом в Персидский залив он подготовил подарки. Целый грузовой самолет подарков. Породистые жеребцы стоимостью в несколько миллионов каждый, сравнимые с ними по цене эксклюзивные спортивные электрокары в люксовом исполнении, мощные и невероятно быстрые для внедорожников электротраки, произведенные на его заводе, составляли лишь часть подношений, приготовленных Курцом для избалованных роскошью правителей.

На его стороне был также и тот факт, что многих шейхов он знал лично. Они встречались на международных выставках и форумах, Теон приглашал их целыми семьями на запуски своих ракет. Очень важным было и то, что почти все суверенные инвестфонды этих стран имели солидные пакеты акций его технологических компаний и в последнее время очень неплохо заработали на их росте. Не без его подсказок, конечно. Поэтому была уверенность, что транспортник обратно пустым не полетит и обмен подарками будет взаимным.

Миллиардер планировал посетить три столицы: Эр-Рияд, Абу-Даби и Доху. В Эмиратах и у саудитов была нефть, в Катаре газ. Причем в отличие от Бахрейна и Кувейта, где их добыча и продажа оказалась в концессии у западных компаний, эти три страны сохранили над своими ресурсами суверенитет. Это означало, что их монархи могли относительно свободно распоряжаться поступающими в казну деньгами. По его прикидкам, при удачном раскладе он мог собрать миллиардов двадцать. Это не покрыло бы всех расходов подготовительного этапа, но послужило бы хорошим сигналом для других честолюбивых инвесторов, которые хотели бы, чтобы их имя навсегда вошло в историю космонавтики. Поскольку проект был бесприбыльный, основной мотивацией служило то, что астронавты этих стран будут в числе первых, кто отправится на Марс. И, конечно, это будут члены монарших семей.

В целом ожидания Теона оправдались. Он провел по одному дню в каждой из столиц. Правители принимали его лично. Останавливался он в их роскошных дворцах. На переговорах присутствовали самые высокие фигуры монархий. Но, несмотря на оказанное уважение и вполне искреннее желание помочь, с шейхов не удалось собрать нужной суммы. Цены на углеводороды были нестабильны. Накопленные в начале века в фондах благосостояния в сотни миллиардов долларов стремительно таяли, съедаемые непомерными госрасходами. Из-за этого правительства стран Залива всерьез занялись мерами экономии и повышения эффективности своих бюджетов. К тому же военно-политическая обстановка в регионе оставалась напряженной и из-за действий США могла в любой момент обостриться вплоть до полноценной войны. Полет на Марс дело хорошее, престижное, тешащее гордость и самолюбие правителей, но шейхи считали, что сейчас деньги разумнее было бы потрать на закупки вооружений.

Дубай в списке Теона стоял последним. Он хорошо знал правителя этого эмирата. Тот слыл человеком продвинутым и прогрессивным, знатоком новых технологий, почитателем искусств и покровителем наук. Шейх несколько раз был на его заводах и тестовых ракетных полигонах и периодически делился с ним идеями. То ему хотелось построить завод электромобилей в Дубае, то фабрику по производству новых, созданных инженерами Теона батарей или солнечных панелей, то провести гиперлуп^[8] между Дубаем и Абу-Даби. Все эти многомиллиардные проекты были очень многообещающими. Курц готов был в них поучаствовать, если бы не одна проблема у Эмирата не было на них денег.

В Дубае почти нет нефти. Весь его футуристический блеск и граничащая с пресыщенностью роскошь были результатом удачного приложения мудрой политики по привлечению богатых людей со всего мира в безналоговую зону, где никто не задает вопросов о происхождении денег и об их владельцах. Такой режим позволил аккумулировать гигантские по меркам совсем небольшого государства средства и пустить их на развитие. В том числе на многомиллиардные всемирно известные проекты вроде Пальмы или Бурдж-Халифа. Но с нарастанием международного давления на офшоры и ростом нестабильности на финансовых рынках приток средств иссяк и некогда шикующий Эмират тоже стал считать деньги.

Поэтому визит Теона к шейху носил, скорее, дружеский, чем деловой характер. Миллиардер остановился в его дворце. Они провели день в непринужденной беседе о новых технологиях, о будущем науки и человечества. Потом на вертолете перелетели на дубайский автодром, где были выставлены подарки для правителя. Заряженный люксовый электрокар, способный с места взять самый мощный гоночный автомобиль, и пара электрических внедорожников в разном исполнении, словно сошедших с кадров фантастического фильма. Они погоняли по извилистой трассе и, вдоволь насладившись скоростью и адреналином, переместились на идущую вдоль побережья шикарную 162-метровую яхту шейха, третью в мире по размерам и стоимости, но, возможно, первую по комфорту. На борту они поужинали и перешли на верхнюю палубу, где был оборудован кальянный бар и уже шло восточное шоу с красавицами в прозрачных одеждах, которые почти не скрывали их обнаженных тел.

- Как быстро меняется мир, улыбнулся Теон, приняв у слуги кальян. Лет пять назад я бы и не подумал, что такой правоверный, как ты, порадует меня откровенным шоу.

- Такова жизнь, мой дорогой друг. Меняется мир. Меняемся и мы, шейх с видимым наслаждением выпустил тонкую струйку дыма. Но заметь эти девушки одеты. Пусть их одежды и прозрачны. К тому же они не мусульманки. Из Восточной Европы. По-моему, из Украины. А у нас всегда было принято привлекать рабынь для услады взора и тела.

- Да. В этом плане мало что изменилось.

- Я хотел бы вернуться к нашему разговору о Марсе, шейх, чуть сощурившись, внимательно рассматривал Курца сквозь облачко дыма. Ты, наверно, счастливый человек. Ведь тебе удалось вплотную подойти к исполнению своей мечты.

- Наверно, счастливый, Теон посмотрел в сторону береговой линии, где в вечерних сумерках россыпью драгоценных огней сиял Дубай. Но приблизиться к мечте еще не значит ее исполнить.

- Понимаю. И сожалею, что не могу тебе помочь деньгами. Уровень не тот. Искусственный остров намыть или башню до небес построить я могу. Эти проекты стоят миллиарды, но они мне по карману. А тебе нужны десятки, сотни миллиардов. Даже мои братья из Эр-Рияда и Дохи сейчас не имеют столько свободных денег.

- Здесь ты прав. Обидно. Нацбанки Америки и Европы триллионами печатают ничем не обеспеченные валюты и расходуют их на всякое дерьмо. А вот на полеты к звездам у них денег нет. Обидно.

- Согласен. Но не печалься, мой друг, возможно, выход есть, с лукавым прищуром улыбнулся правитель. Он как раз в твоем стиле. На стыке реальных технологий и фантастики.

- Философский камень^[9]? скептически хмыкнул миллиардер и потянулся за стаканом джин-тоника.

- Не совсем. Но довольно близко. Это действительно камень. Только очень большой. Дело в том, что один из моих подданных, ливанец по происхождению, чрезвычайно богатый бизнесмен по состоянию и очень просвещенный человек, участвовал в финансировании космической программы Дубая. Мы провели вместе много времени в интересных беседах о космосе и о человечестве. Могу тебя заверить, он очень интересный собеседник. Так вот, возможно, если он сочтет тебя достойным партнером, то сможет предложить две вещи: интересную идею и деньги, чтобы помочь с ее осуществлением. И если у вас получится, ты сможешь купить себе полмира. Ну или хотя бы четверть. А остальное купит он.

- Ты же знаешь уровень моих финансовых запросов. Десятки миллиардов для начала, сотни для запуска полноценной марсианской программы. Откуда у бизнесмена, пусть даже крупного, такие свободные средства. Если бы мы были в Латинской Америке, я бы подумал про наркоту. Но здесь И какой ему интерес от полета на Марс?

- Интерес очень простой. Если затея удастся, он увеличит вложенный капитал в десятки раз. А насчет денег, шейх отвел руку назад. Стоявший сзади, слуга тут же подскочил к нему с золотым подносом, на котором лежал смартфон в платиновом корпусе. Он взял аппарат, сделал по экрану несколько движений и протянул Теону. Ты знаешь, что это?

- Хм Похоже на какую-то арабскую бухгалтерию. И сумма впечатляет 2 миллиарда. Только непонятно чего. Все на арабском.

- Это, мой друг, доллары. А документ, который я только что тебе показал, хавала.

- Что? переспросил миллиардер, пытаясь вспомнить, где уже слышал это название.

- Хавала. Основанная на личном доверии система неформальных расчетов через расписки. Ее история уходит глубоко в древность Ближнего Востока, когда торговые караваны и корабли преодолевали тысячи километров по огромным, полным опасностей просторам земли и моря. Торговцам было очень опасно возить с собой сундуки с золотом. На их пути часто встречались бандиты и пираты. Поэтому арабы придумали систему взаимозачетов через расписки. Любой человек купец, воин или простолюдин мог внести деньги в хавалу в одном месте. Там ему давали именную расписку с печатью. Он представлял ее в другом месте и получал всю сумму за вычетом небольшой комиссии. Так ему не надо было рисковать деньгами и жизнью в опасных путешествиях.

- Вспомнил-вспомнил, оживился Теон. И что? Эта система работает и сейчас?

- Работает, кивнул шейх, затянулся кальяном и выпустил вверх струйку дыма. Правда, новые технологии изменили ее до неузнаваемости. Теперь в основе хавалы лежит блокчейн и работает она через Интернет. Внес деньги в одном месте, тут же получил в другом. Легко и доступно.

- И скрыто от органов финконтроля.

- Точно так же, как и любая другая криптовалюта. Но суть не в этом. Сейчас годовой оборот хавалы превышает два триллиона долларов. Ей пользуется весь Ближний и Средний Восток, Африка, Индия и Юго-Восточная Азия. По сути, это один из самых крупных тайных банков мира. И самых древних.

- Охренеть, удивленно выдохнул Курц.

- Именно, улыбнулся правитель, довольный произведенным на гостя впечатлением. Так вот. Мой подданный, о котором я тебе говорил, является одним из идэ^[10] руководителей хавалы. Поэтому у него есть доступ к ресурсам в объемах, которых тебе не хватает для запуска первой фазы марсианского проекта. А еще у него есть фантастическая идея, способная раз и навсегда решить твою проблему с финансированием. Ну и дать ему возможность стать еще богаче и влиятельнее.

- Если это так, то я готов с ним встретиться хоть сейчас.

- Не сейчас, мой друг, покачал головой шейх. Утром Это произойдет утром. А пока нас ждут ласки распутных грешниц. Не зря же эти красавицы весь вечер демонстрировали нам свои роскошные тела.

Наутро вертолет шейха доставил Теона в резиденцию таинственного теневого банкира. Вопреки ожиданиям, человек, через которого проходили если не триллионы, то уж точно сотни миллиардов долларов, жил не в восточном дворце, а во вполне себе современной вилле.

На огромной орошаемой территории раскинулись тенистые пальмовые рощи, благоухающие тропическими ароматами цветники и два больших пруда с морской водой, кораллами и экзотическими рыбками. Здание резиденции было приземистым, современным строением из стекла и бетона с несколькими увитыми виноградной лозой террасами и бассейном с пресной водой на крыше. Вокруг территории высокий забор, за которым находился еще один поменьше из проволоки, по которой был пропущен ток. Широкое, метров в десять, усыпанное песком расстояние между ограждениями очень напоминало пограничную следовую полосу.

Еще с вертолета Курц заметил несколько небольших приземистых строений по периметру владений, которые очень напоминали пункты охраны или контроля. Создавалось впечатление, что хозяин если не опасается за свою жизнь, то очень серьезно относится к собственной безопасности. С одной стороны, для человека его положения в этом не было ничего странного, с другой, такой уровень силового присутствия наводил на мысли о том, что его с легкостью могут применить.

Вертолет приземлился на оборудованной специальным покрытием площадке, расположенной за виллой. Теона встретила подъехавшая на электрокаре миловидная девушка европейской наружности в светлом брючном костюме, отдаленно напоминающем деловой стиль, и ее то ли помощник, то ли секретарь. Во всяком случае, в его миссию входило только помочь Теону спуститься по ступенькам вертолета, потому что за рулем была именно девушка.

Резво проскочив по проложенным вокруг резиденции дорожкам, они направились к тенистой террасе, расположенной у одного из прудов. Там, устроившись в мягком кресле у низкого арабского столика, сервированного фруктами и сладостями, их ожидал хозяин. Увидев Теона, он поднялся, вышел навстречу и, приветливо улыбнувшись, на европейский манер протянул руку, с интересом рассматривая гостя.

- Так вот вы какой Самый богатый человек на планете. Изобретатель и инноватор. Рад. Очень рад знакомству. Я Мади Сахим бин Малик. Можно просто Мади.

На вид ему было за шестьдесят, но держался он бодро и излучал некую необъяснимую энергию, которая сквозила в его пронзительном, уверенном взгляде и в экономных, выверенных движениях опытного бойца. Его рукопожатие было коротким и крепким, совсем не таким, какое можно ожидать от стареющего, избалованного роскошью теневого банкира. Под свободно сидящей на широких плечах рубашкой проступали рельефные мышцы.

Власть, вдруг подумал Теон. Этот человек излучает энергию власти. Он в полной мере познал всю ее глубину и силу.

- Его Высочество мне много рассказывал о вас, Мади сделал радушный жест рукой, приглашая гостя присесть к столу. Должен признаться, я ждал этого момента.

- Для меня честь познакомиться с вами, почтительно склонил голову Курц. Его Высочество вчера в общих чертах поведал о ваших возможностях. Они действительно впечатляют.

- Да бросьте, отмахнулся хозяин. Мы лишь поддерживаем систему, которая работает уже больше тысячи лет. В цифровое время делать это проще, чем когда-либо. Блокчейн и криптовалюты свели наши усилия к минимуму. Если так пойдет и дальше, мы можем вообще остаться не у дел. Зачем нужна хавала, если можно открыть криптокошелек, сбросить по почте его данные партнеру и тот сможет воспользоваться находящимися на нем средствами.

- Но ведь и в это время вы продолжаете работать. И процветать.

- Да. Пока нам это удается, потому что хавала дает гарантии, что транзакции пройдут без обмана и все условия будут выполнены.

- Интересно, какого рода гарантии. Ведь ваша система зачетов неформальна и основана на доверии.

- Здесь мало что изменилось за последние тысячу лет, Мади сделал небрежный жест рукой, и у стола возник слуга с подносом, на котором стояли два запотевших бокала с шампанским. Предлагаю поднять бокалы за знакомство. Не смущайтесь. Я родился и вырос в Ливане. Это светская, европейская страна с европейскими привычками и образом жизни. Так что местные запреты на алкоголь и прочие радости на меня не распространяются.

- За знакомство, поддержал хозяина Теон, потому что отказаться было бы верхом неуважения.

- Так вот. Про гарантии, ливанец сделал длинный глоток и поставил бокал на стол. Они очень просты, но эффективны. Это жизнь и здоровье участников хавалы. В самом ее начале к тем, кто не выполнял условия и не держал слово, приходили ассасины. Со временем люди поняли, что наказание за обман и мошенничество неотвратимо, и стали добровольно соблюдать правила. Эта практика укоренилась в систему, стала традицией, нормой и неписаным кодексом, нарушить который невозможно. Я даже не помню, когда мы прибегали к силовым методам в последний раз.

- Жестко, но эффективно, понимающе кивнул Курц. Особенно в современном мире, где честное слово заменил бумажный контракт, который ушлые юристы могут вывернуть в любую сторону.

- Рад, что мы с вами говорим на одном языке. А теперь к делу. Я в курсе вашей марсианской программы, а также определенных сложностей с финансами, которые не способствуют ее продвижению. У меня хорошие отношения с правителями не только в Эмиратах, но и в Эр-Рияде и Дохе. Мне известно, что из запланированных двадцати миллиардов вам удалось собрать только шестнадцать. И то в виде неподкрепленных обязательств и обещаний.

- Вы хорошо осведомлены, внутренне подобрался Теон, чувствуя, что сейчас он услышит главное.

- Такова природа моей работы. Так вот. Я готов предоставить недостающие средства для того, чтобы вы смогли запустить проект и построить первый космический буксир с ионным двигателем. Но ведь это не решит проблемы финансирования строительства орбитальной станции у Марса и обитаемой базы на его поверхности. А, насколько я понимаю, именно в этом ваша конечная цель или, как выразился Его Высочество, мечта.

- Вы правы. Один космический буксир сможет доставить небольшой экипаж на орбиту Марса и вернуть обратно. Аппарат покрупнее в состоянии нести ракету или планер для посадки на поверхность одного-двух человек и возвращения на орбиту. Для строительства базы нужны совсем другие масштабы.

- Можете уточнить какие? сквозь качнувшуюся от морского бриза листву беседки пробился солнечный луч, упал на лицо Мади, и его темные глаза сверкнули холодным блеском отточенной стали.

- 600-700 миллиардов, с ходу ответил Теон и с вызовом посмотрел в глаза хозяину. Вы располагаете такой суммой?

- Нет, спокойно улыбнувшись, покачал головой тот. Но я знаю, где ее взять.

В этот момент от Мади повеяло такой силой и уверенностью, что Курцу на мгновение показалось, словно перед ним сидит всесильный джин из восточных сказок и стоит загадать желание, как оно тут же будет исполнено.

США. Калифорния. Сан-Хосе

Америка встретила Мишу и Яночку мягким вечерним калифорнийским солнцем и затянутыми в маски и ковидные щитки пограничниками. Небольшой частный самолет, который прислал за ними Теон, приземлился в аэропорту Сан-Хосе. Досмотр и таможню прошли прямо на взлетной полосе. Небольшой пикап погранслужбы подкатил к откидному трапу, и пограничники, быстро проверив документы, визы, справки о прививках и осмотрев для приличия нехитрый отпускной багаж, впустили парочку на территорию США.

Из Таиланда их сопровождал штатный юрист по миграции Альфа Спейс и еще какой-то неразговорчивый мужичок, представившийся консультантом по таможенным процедурам. Полет прошел без приключений. Удобные, раскладывающиеся в кровать кресла, безупречный сервис, хорошо подобранная фильмотека и дорогое шампанское сделали перелет приятным, так что долгие 17 часов в самолете пронеслись незаметно.

Из аэропорта ученого с подругой доставили прямо в пригород в их новый дом небольшую, современную виллу с прекрасным видом на лесистые горные склоны и участком в полгектара земли, засаженным пальмами, магнолиями и прочей тропической растительностью, полномерным бассейном и оборудованной площадкой для барбекю. На пороге их встретили специалист службы размещения компании и улыбчивая пожилая горничная мексиканка. Она, стараясь изо всех сил, выговорила по-русски Добро пожаловать и открыла перед ними дверь в просторную светлую гостиную с раздвигающимися панорамными окнами, выходящими на террасу к бассейну.

Следующие час с небольшим прошли в ознакомлении с новым жилищем. Миша и Яночка даже не пытались скрыть восхищения. Несмотря на кажущийся с дороги небольшой размер, вилла имела три спальни, кабинет, огромную гостиную, вместительную кухню-столовую и несколько мелких комнатушек, в которых разместились гардеробные и бытовки. Мебель не новая, но стильная, качественная и функциональная. Было заметно, что перед их приездом сделали профессиональную уборку, чистку мебели и дезинфекцию. Служба размещения предусмотрела все: и постельное белье, и кухонную утварь, и даже тапочки, домашние халаты и несколько комплектов мужской и женской одежды и обуви как раз подходящего размера. А еще пару смартфонов с местным подключением. Холодильник был наполнен незнакомыми продуктами, а барная стойка манила хорошим выбором напитков. Но вишенкой на торте оказался поблескивающий свежей краской новый мощный электрокар, нетерпеливо ожидающий хозяина в гараже.

В общем, восторгу молодой пары не было предела. Специалист службы размещения предложил проехаться по окрестностям, показать магазины и рестораны, но из-за избытка эмоций Миша и Яночка решили провести остаток вечера в своем новом жилище.

Солнце уже село за горы. На пригород быстро опускались сумерки. Умный дом зажег на территории и в гостиной мягкое освещение. В кустах тихо поскрипывали цикады. Миша взял из бара бутылку шампанского, набросал ведерко льда и потянул Яночку к играющему внутренней подсветкой бассейну. Когда они расположились на шезлонгах и выпили за начало новой жизни, ученый, покачав головой, сказал:

- Блин. Я до сих пор в это не верю. Кажется, это какой-то сон. Иногда даже страшно. Вот откроешь глаза, и все пропадет.

- Миш, это какой-то пипец, Яна покачала головой. Я ожидала хороший прием. Но чтоб такое! И частный самолет, и вилла с бассейном, и обслуга, и бар, и холодильник, и новая тачка в гараже. Нет. Это полный пипец.

- Ну почему наши так не могут, не скрывая обиды, простонал ученый. Почему у нас реально гениальным людям не создают условия, чтобы они могли спокойно работать и не думать о том, что им придется вечером стирать собственные трусы. Ведь, если бы у меня дома было бы хотя бы десять процентов от этого, я, может быть, хрен бы повелся на предложение Теона.

- Так уж и десять.

- Ну двадцать. Тридцать. Тут дело не в деньгах, а в принципе. Талантливый ученый, он, как бриллиант, который вдвойне, втройне заиграет в хорошей оправе. Я один толкнул русский космос вперед на десятилетия. Один! Понимаешь. Сколько таких людей в науке, в оборонке? Тех, кто действительно совершает прорывы в будущее, от которых будет зависеть жизнь страны. Десятки? Пусть сотни. Неужели им нельзя создать такие вот условия. Ведь их идеи приносят государству триллионы, Миша от досады сжал губы и снова наполнил бокалы. Так нет, блин. По советской традиции ученый должен жить в нищете, тратить свой талант, нервы, время и здоровье на благо страны, чтобы потом на его открытиях ушлые олигархи заработали миллиарды или его результаты разворовали шкурные чиновники. Разве справедливо?

- Не ко мне вопрос, вздохнула Яна. Давай не будем о грустном. Мы в раю. Блин. Мы реально в раю.

Они еще долго сидели у бассейна, глядя, как ночь поглощает вершины лесистых гор. Вслушивались в новые, чужие пока звуки отходящего ко сну дорогого пригорода, вдыхали непривычные ароматы ночных цветов, смотрели на звезды незнакомого неба. И думали каждый о своем. Миша о завтрашнем дне и первом визите в исследовательский центр Альфа Спейс. Яна о том, как удачно все сложилось. Прототип, академики, Таиланд, Теон Курц все выстроилось в невероятную цепочку, которая привела ее сюда, в Сан-Хосе. Удача. Это была несомненная удача.

Наутро за Коганом заехал водитель из исследовательского центра, а за Яночкой ближе к полудню уже знакомый специалист службы размещения, чтобы повозить ее по магазинам и познакомить с женами русских ученых и инженеров, которых в компании было немало.

Исследовательский центр Альфа Спейс располагался недалеко от их виллы на границе города и Национального парка Ранчо Сан-Антонио. Он представлял из себя небольшое современное здание из стекла и бетона, довольно гармонично вписывающееся в окружающую его буйную зелень. Теон специально вынес конструкторов, инженеров и разработчиков подальше от основного офиса и завода компании, который располагался в пятистах километрах южнее в пригороде Лос-Анджелеса. Это было сделано для того, чтобы производственники и управленцы не мешали полету мысли и фантазии интеллектуалов.

В центре работало около ста человек постоянного научного персонала и еще пятьдесят привлеченных специалистов, собранных из других компаний Курца или взятых на контракт извне. Исследования были разбиты на несколько потоков: двигательные системы, архитектура космических аппаратов, узлы и модули многоразового использования, системы жизнеобеспечения и управления. Каждый конструкторский поток работал в рамках общей программы над своим куском космического корабля. Когда все было готово, создавалась совместная группа, которая сбивала части в целостный проект и передавала его на опытно-испытательное производство.

В центре Мишу встретил директор, молодой индус, которого все звали просто Аджай из-за труднопроизносимой фамилии. После выполнения формальностей в отделе кадров он быстро провел его по отделам, потом часа два в кабинете рассказывал о компании и находящихся в работе проектах. В конце объявил, что Теон принял решение создать еще один конструкторский поток для разработки ионного двигателя, интегрированного в космический буксир. Начальником отдела, как и обещано, назначен Миша Коган. В рамках центра ему даны особые полномочия по бюджету и набору людей из других подразделений.

Сам Курц должен был вчера прибыть в центр для личного представления нового сотрудника коллективу, но задержался в Эмиратах. Вместо двух запланированных дней он уже почти неделю сидел в Дубае и окучивал там какого-то важного инвестора. По последней информации, его ожидали завтра. Поэтому Аджай решил пока не делать общее объявление о новом отделе, а подождать босса. А пока у Когана будет время просмотреть профили разработчиков и конструкторов, чтоб подобрать себе команду.

Остаток дня Миша провел в отдельном кабинете, изучая базу сотрудников центра, в которой было больше двух десятков выходцев из России, в основном из конструкторских бюро Роскосмоса. Он вспомнил вчерашний разговор у бассейна и, тяжело вздохнув, принялся читать их досье. Еще в Таиланде, когда они с Яночкой догуливали отпуск, он прикидывал, с чего начнет работу у Теона, составил пошаговый план и примерные требования к специалистам для ядра рабочей группы. Так что к концу дня у него была готова структура отдела, а в десяти верхних ячейках уже красовались отобранные им кандидаты.

Вечером служба размещения компании сообщила, что Яночка очень плотно и продуктивно пообщалась с женами русских сотрудников и одна семья пригласила их на барбекю. Там должна была собраться веселая компания и можно будет неплохо провести вечер с соотечественниками. Через полчаса он в машине Гора, который оказался Егором Серовым из Новосибирска, ведущим разработчиком систем жизнеобеспечения и безопасности центра, ехал к нему на виллу, чтобы присоединиться к своей подруге и в неформальной обстановке познакомиться с коллегами-земляками.

Теон объявился только к концу следующего рабочего дня. К этому времени весь центр уже знал, что в структуре появился новый отдел по разработке ионного двигателя, который возглавил русский конструктор, недавно создавший в Москве рабочий прототип. Босс прилетел на вертолете из головного офиса Альфы, где целый день в своем кабинете шушукался с Акостой, терпеливо ожидавшими его финансистами с Уолл-Стрит и еще с какими-то мутными личностями, по виду очень напоминающими шпионов или гангстеров. Это было довольно странным, потому что Курц с легкостью делегировал все операционные вопросы директорам, а сам участвовал лишь в разработке стратегии и фонтанировал безумными идеями, которые в результате принесли ему славу и бешеные миллиарды. Такое поведение босса могло означать только одно: в Дубае он нарвался на что-то очень серьезное и вскоре разродится еще одним безумным проектом. Слух об этом с быстротой молнии разнесся по компании, и все с нетерпением и замиранием сердца ждали новостей, что такого нового родилось в гениальной голове босса.

В исследовательском центре Миша был первым, кому Курц изложил свой план. После того как он обошел всех и поздоровался с каждым, кого встретил, Теон зашел в кабинет к Когану и уселся в кресло напротив него. Тот было вскочил, чтобы предложить место за своим рабочим столом, но Курц остановил его небрежным жестом:

- Давай без суеты и лишних формальностей. Скажи лучше, как устроился?

- Шикарно, вырвалось у Миши, хотя он готовился к встрече и хотел казаться более деловым и сдержанным. Выше всяких ожиданий.

- Супер, безразлично кивнул Теон. Будут бытовые проблемы, обращайся к службе размещения. Они все уладят. Я не хочу, чтобы что-то отвлекало моих гениев. А теперь о работе. У нас еще будет время детально обсудить принцип действия и конструкцию ионного двигателя, но сейчас у меня к тебе два главных вопроса. От них зависит, как будет дальше развиваться наша марсианская программа. Первый. Насколько высоко исходящее от рабочего реактора излучение, и сможет ли оно привести к радиоактивному заражению находящихся в непосредственной близости или даже соприкосновении с ним материалов?

- Мы в России использовали высокотемпературный реактор на быстрых нейронах с топливным элементом из диоксида урана с 90-процентным обогащением по изотопу уран-235. Наша конструкция космического буксира, или, как мы его называем, транспортно-энергетического модуля, предполагает слой радиационной защиты между реактором и энергоблоком. Вот смотрите, Коган взял карандаш и быстро набросал на листке схему корабля, в основе которого лежала отдаленно напоминающая дротик для игры в дартс стометровая хорда, собранная из металлических ферм. Реактор расположен в носовой части буксира. Сразу за ним для максимального КПД мегаваттная газотурбинная установка, генерирующая электричество для двигателей. Между ними, вот здесь, радиационная защита. На самом реакторе кожуха нет, и излучение свободно уходит прямо в пространство, попутно охлаждая реактор. А вот слой защиты создает сзади ректора, там, где находится остальная часть буксира, своеобразную тень от излучения. Это первый уровень безопасности. Второй заключается вот в этой раздвижной металлической ферме, на которой, как на позвоночнике, крепятся остальные модули буксира. Заметьте, ближайший к реактору узел, генератор капельного холодильника-излучателя, отнесен на 50 метров, а аппаратный отсек, блоки электрореактивных двигателей и стыковочный узел для полезной нагрузки на все сто. Учитывая, что все это находится в тени радиозащитного кожуха, излучение в данной области лишь немного превышает фоновое. Можно, конечно, полностью экранировать реактор. Но здесь надо понимать, что защитный кожух будет весить немало, а значит, полезная нагрузка снизится. Зачем это делать, если достаточно простого конструктивного решения.

- ХмУ вас реактор и стыковочный узел для полезной нагрузки разнесены на 100 метров, Теон повернул к себе листок и постучал по схеме карандашом. А все узлы наворочены на металлическую ферму, которая служит основой корабля.

- Не только. Она еще является каркасом, внутри которого находятся баки с жидким газом для электрореактивных двигателей. А у американцев что, не так? Я думал, это стандартная схема.

- У американцев каша в голове. Им бы только бюджет освоить. Так. Давай еще раз по схеме, раз ты ее нарисовал. Реактор генерирует тепловую энергию...

- которая выпаривает теплоноситель, смесь гелия с ксеноном. Получившийся под давлением газ приводит в действие турбину энергетической установки. Она генерирует электрический ток, который подается на электродвигательные установки и нагревает рабочую зону, где сжиженный ксенон из баков превращается в плазму. Образуется мощная постоянная реактивная струя, которая и создает тягу.

- Значит, блок реактор-газовая турбина может быть разнесен с электродвигательными установками на значительное расстояние. На какое?

- На сколько хватит силовых кабелей. Но к реактору и турбине нужен еще и капельный охладитель. Без него все сгорит. Блок из этих трех агрегатов можно сделать автономным, а двигатели разместить на сколь угодно большом расстоянии.

- Итак. Что мы имеем. Реактор можно экранировать или отнести на значительное расстояние. Это сведет к минимуму риск заражения полезной нагрузки?

- В общем да.

- Хорошо. Очень хорошо. Идем дальше. Я знаком с предварительной конструкцией буксира и расчетами полезной нагрузки твоего двигателя. Чтобы доставить 100 тонн груза к Марсу за 40 дней, надо буксир с четырьмя блоками по 4-6 электрореактивных двигателей в каждом. Сколько потребуется двигателей, чтобы уверенно буксировать тело массой около ста миллионов тонн на такое же расстояние?

- Сколько тонн? удивленно переспросил Миша.

- Сто миллионов тонн. Плюс-минус десять процентов, как ни в чем не бывало, ответил Теон, поигрывая на столе карандашом.

- Сложно сказать. Нужны расчеты. Эту массу можно буксировать и одним двигателем. Но такая сборка достигнет нужной скорости через очень долгий период. Сто миллионов тонн это колоссальная масса. Вы хотите построить станцию на орбите Земли и отбуксировать ее к Марсу? Нет. Для станции это слишком большой вес. К тому же чтобы доставить ее на орбиту, нужно огромное количество пусков с поверхности. Или вы построите космический лифт?

- Не мучьте себя вопросами, улыбнулся Теон. Речь идет не о станции. Я хочу, чтобы вы притянули на орбиту Земли астероид весом около ста миллионов тонн. Камешек небольшой. Всего 320 на 150 метров. Раз в два с половиной года он пересекает орбиту Земли. В этом камешке золота, платины, никеля и редкоземельных металлов на сумму более 5 триллионов долларов. Нам этих средств хватит не то что организовать полет на Марс, но и наладить регулярное сообщение и нахрен там все заселить. Что думаете? По силам вам такая задача?

- Уау выдохнул Коган, впечатленный идеей. Технологии для этого есть. Думаю, при наличии ресурсов мы можем попробовать это сделать.

- Не можем попробовать, мой друг, а сделаем, уверенно сказал Курц и, небрежно бросив карандаш на стол, поднялся с кресла. Обязательно сделаем.

Вечером Теон собрал всех сотрудников центра на лужайке у главного входа и объявил, что начинает новый грандиозный проект. Он хочет притянуть на орбиту Земли астероид весом в сто миллионов тонн и стоимостью 5 триллионов долларов. После этого объявления прямо на территории миллиардер закатил шумную вечеринку с барбекю, живой музыкой и морем пива и вина.

Когда на десятке грилей еще вовсю жарились стейки и ребра, у длинной барной стойки толпились возбужденные и не совсем трезвые конструкторы и ученые, а музыканты взрывали вечернюю тишину задорными мелодиями, ведущие мировые СМИ вышли с кричащими заголовками вроде Теон Курц решил заработать триллионы на астероиде. На этой новости котировки Альфа Спейс подскочили сразу на 18%, так что пришлось даже останавливать торги, чтобы сбить ажиотаж.

Впрочем, новая безумная идея Теона понравилась далеко не всем. И речь здесь шла не о привыкших к размеренной полусонной жизни конкурентах из НАСА или о куда более агрессивных, но не обладающих сравнимыми с Теоном финансовыми и интеллектуальными ресурсами частных космических компаниях. Зашевелилось куда более злобное и опасное чудовище, имя которому Уолл-Стрит.

В том, что гениальный изобретатель получит независимый от Федрезерва, банков и бирж доступ к триллионам, жирующие на бесплатных деньгах консервативные финансисты почувствовали прямую угрозу своему влиянию. Ведь пришедший в прямом смысле слова с небес источник дохода был реальной и куда более привлекательной альтернативой, быстро увядающей, долларовой финансовой системе. Потому что, в отличие от нее, за ним стояли не ничем не обеспеченные спекулятивные инструменты, а востребованные на рынках ресурсы золото, платина, никель, редкоземельные металлы.

По прилету из Дубая Теон собрал группу своих финансистов четверых молодых, агрессивных и не признающих авторитетов биржевиков, сделавших состояния на новой интернет-экономике и криптовалютах. Эта группа брокеров и инвесторов с самого начала вела акции его компаний на торговых площадках и неплохо на них поднялась. Несмотря на почти приятельские отношения, доверять им, конечно, было нельзя, а вот рассчитывать на понимание можно. И они поняли. Их профессиональное чутье тут же подсказало, что, даже если проект с астероидом потерпит неудачу и разорит империю Курца, на хайпе вокруг него можно будет заработать миллиарды. Это вам не полет на Марс хлопотный и бесприбыльный. Доставка астероида на орбиту Земли положит начало новой ресурсной эре для человечества. Космической эре.

В том, что даже на новости об этом можно сделать деньги, они не сомневались и в тот же день прикупили крупные пакеты акций Альфа Спейс. К вечеру, когда информация о новом проекте Теона появилась в СМИ, они наварили на их подъеме от десяти до пятнадцати процентов и продали на пике роста как раз перед остановкой торгов. Потому что знали, какая новость придет утром. Ведь они сами предложили ее Теону.

На следующий день Курц объявил, что под проект создается новая компания Альфа Орбитал, и на бирже NASDAQ^[11] готовится IPO^[12]. Предварительный сбор заявок будет объявлен в ближайшем будущем. Эта новость, вопреки всем ожиданиям, снова толкнула вверх акции Альфа Спейс еще на одиннадцать процентов, потому что эксперты из НАСА, комментировавшие ее, тут же заявили, что для проекта понадобится орбитальная станция, а для нее несколько десятков ракетных стартов с Земли.

В общем, на бирже давно не царило такого оживления. На хороших новостях акции других компаний технологической империи Теона тоже пошли вверх, и брокеры-спекулянты всех мастей в полной мере использовали этот подъем, чтобы заработать. А вот для серьезных банкиров, уже имевших в управлении консервативные активы на триллионы долларов, такой ажиотаж вокруг Теона был большой проблемой. В случае дальнейшего нарастания хайпа он грозил массовым перетеканием средств из их скучных банков и инвестфондов к молодым агрессивным и гораздо более прибыльным конкурентам, работавшим с империей Курца.

Уже через несколько часов после объявления о создании Орбитал Теон почувствовал нарастающее давление. Вначале позвонил один конгрессмен, открыто продвигавший интересы финсектора, затем другой, за ним важный чиновник из Федрезерва. Потом был звонок от руководства NASDAQ. И наконец вечером юристы сообщили об экстренном заседании комиссии по ценным бумагам. Такой интерес они объясняли тем, что планируемое IPO обещало быть самым крупным в истории биржи. Аналитики оценивали предварительный спрос на акции Орбитал в пятьсот миллиардов с потенциалом до триллиона. По словам звонивших, для проведения размещения акций такого масштаба нужно было составить четкий пошаговый план и согласовать массу деталей, чтобы растущий ажиотаж не перерос в безумное желание платить любые деньги и не обвалил всю остальную торговлю на бирже.

Понимая реальную подоплеку такого интереса со стороны Вашингтона, Теон отправлял всех звонивших к своим юристам и финансистам, а сам ждал, когда с ним на связь выйдет кто-нибудь из серых кардиналов, обладающих реальной властью и, как умелые кукловоды, дергающих за нитки, которые заставляют банкиров и биржевиков плясать замысловатые танцы вокруг долларового печатного станка. Но интересующие его люди тянули паузу, по-видимому, наблюдая, можно ли будет контролировать Курца через третьих лиц.

На фоне всей этой суеты произошло еще одно интересное событие. С Теоном связался лично президент США. Он объявил о своем восхищении проектом, сказал, что поддерживает все прогрессивное и инновационное и верит, что такие талантливые предприниматели основа процветания Америки. Через час после разговора о нем вышло заявление официального представителя Белого дома. Типа, мы за прогресс и инновации, без нас все рухнет.

На утро следующего дня обслуживающие Курца вашингтонские лоббисты сообщили, что стагнирующие рейтинги президента пошли вверх. Анализ подтверждал, что это случилось из-за ассоциации с Теоном и его новым проектом. По их словам, Белый дом ухватился за эту тему и будет всячески ее продвигать, потому что дряхлый старик на грани деменции очень выгодно смотрится на фоне молодого и энергичного миллиардера-инноватора.

Подтверждение этому не заставило себя ждать. К концу дня с Курцом связалась служба протокола Белого дома и сообщила, что президент планирует с ним личную встречу, о времени которой будет сообщено позднее. Это было очень кстати, потому что придавало новому проекту Теона дополнительный вес, официальность и подогревало волну хайпа.

Пока шло время, Акоста навел справки о таинственном теневом банкире из Дубая. Мади Сахим бин Малик получил это имя от правителя Эмирата вместе с гражданством. До этого он был неприметным ливанским банкиром Фаруком Абдаллой, никаким образом не проявлявшим связи с одной из самой богатых и древних частных расчетных систем в мире. Предоставление гражданства Эмиратов иностранцу событие беспрецедентное, редкое и требующее особых заслуг. Для этого подписывается личный указ шейха. Особыми заслугами Фарука было то, что в момент, когда строительство самого известного здания Дубая, башни Бурдж-Халифа, остановилось из-за отсутствия финансирования, владелец небольшого ливанского банка предоставил необходимую сумму для его завершения. Причем тайно. Какой она была и на каких условиях передавались средства, можно было только догадываться, потому что официальных данных ни о стоимости башни, ни о источниках ее финансирования не было. Но, судя по уважению шейха, речь шла о сумме, значительно превышающей миллиард долларов. За такую щедрость ливанец получил гражданство, новое имя, огромный кусок пустыни на побережье к северу от Дубая для строительства виллы и льготную лицензию на деятельность во Фризоне^[13].

Официально бывший Фарук Абдалла, а теперь Мади Сахим бин Малик был владельцем логистической компании, имевшей огромные склады в порту Дубая, через которые переваливалось различных товаров на миллиарды долларов в год. А еще он являлся донором Космического центра имени Мухаммеда бин Рашида, основной площадки для развертывания космической программы Эмирата и любимого детища правителя. Именно через этот центр Мади близко сошелся с шейхом и стал одним из его самых доверенных советников.

О хавале теневой финансовой системе, которой руководил Мади, информации было очень мало. Все знали, что она существует, все знали, как она работает, но точных данных об обороте и руководителях не было никаких. Многие вообще сомневались, что она до сих пор эффективна, и называли ее легендарным пережитком Средневековья. Дилеры хавалы находились исключительно в мусульманских странах или в мусульманских общинах, очень часто при мечетях. Это чрезвычайно затрудняло раскрутку системы, потому что исламские лидеры и клирики ни под каким давлением не раскрывали информацию и препятствовали работе любых внешних расследований.

Формально хавала ничего не нарушала. Человек под расписку давал деньги в долг в одном месте, а по его поручению средства выплачивались в другом. В большинстве юрисдикций такая транзакция была абсолютно легальной. ЦРУ и ФБР после начала войны с террористами прихватили нескольких предполагаемых дилеров по подозрению в финансировании радикалов, но выбить из них так ничего и не смогли. По слухам, пара человек до сих пор сидели в Гуантанамо, так ничего и не сказав. С развитием блокчейн, криптовалют и Интернета отследить хавалу стало вообще невозможно, так что приходилось только догадываться про ее оборот и географический охват.

В общем, подобраться близко к Мади не получалось. На радаре спецслужб он не появлялся. Единственное скудное досье на него в стиле не был замечен, не состоял, не подозревается было у МОССАД, и то израильтяне забросили его после того, как Фарук Абдалла стал добропорядочным гражданином Дубая.

Этот персонаж был настолько чист и прозрачен, что у опытного профессионала Акосты невольно возникли сомнения. Уж очень все было гладко, очень похоже на хорошо проработанную легенду. Но прицепиться к арабу было не за что. К тому же экзальтированный Теон вошел в режим раскручивания очередной гениальной идеи, и в этом состоянии удержать его кипучую энергию было просто невозможно. А тут еще развитое за годы долгой и успешной оперативной работы в ЦРУ чутье подсказывало шефу разведки, что на босса надвигается более реальная опасность, чем сказочные всесильные восточные джины.

Вольно или невольно Курц своим астероидом разворошил гнездо таких ядовитых пауков и затронул интересы такого количества влиятельных и сильных людей в Вашингтоне и Нью-Йорке, что от них следовало ожидать самой радикальной реакции.

Однако в течение следующей недели ничего существенного не произошло. Первоначальный ажиотаж вокруг Теона спал. Журналисты поутихли в ожидании следующей порции новостей. Часть биржевиков зафиксировали прибыли, из-за чего акции Альфа Спейс немного припали. Конструкторы исследовательского центра занимались текущими проектами, с нетерпением ожидали полный бриф по астероиду и перелопачивали гору материалов, связанных с возможностью добычи ресурсов в космосе и немногими уже существующими по этой теме наработками.

Такое временное затишье порвал очередной новостью Теон. Он объявил, что покупает небольшую частную исследовательскую компанию, работавшую по заказу НАСА над конструкцией космического буксира с ионным двигателем. По сути, это была одна из лабораторий Массачусетского технологического института ведущего мирового центра в исследовании новых технологий. Курц купил ее с потрохами, выплатив НАСА солидную неустойку и выделив МТИ пятьдесят миллионов безусловного финансирования. На базе этой компании он создал исследовательский центр Орбитал и перевел туда Мишу Когана вместе с его новым отделом.

Это событие подхлестнуло интерес к Курцу и вызвало крайне негативную реакцию НАСА, которую, впрочем, удалось быстро погасить соглашением об обмене технологиями. Орбитал давала доступ специалистам космического агентства к результатам своих исследований, правда, разрешала их свободное использование только в некоммерческих целях. А еще это приобретение убедило серых кардиналов, что Орбитал проект реальный и, скорее всего, будет осуществлен. И они сделали первый шаг.

Теону позвонил Джозеф Витмар старый опытный банкир и политик, бывший долгое время председателем Федрезерва, а теперь возглавляющий совет директоров самого крупного в США инвестиционного банка. Оказалось, что он прилетел в Сан-Хосе по делам и заодно хотел бы обсудить потенциал IPO Орбитал.

Они встретились в люксе небольшого, но очень дорогого отеля Вестин. Предварительно номер осмотрела служба безопасности Курца и установила систему радиоподавления. Банкир пришел с юристом и помощником, который выглядел, скорее, как телохранитель, но беседа состоялась с глазу на глаз в изолированной от посторонних глаз гостиной.

- Должен сказать, вы не даете нам скучать, Витмар налил себе в хрустальный стакан немного виски, бросил пару кубиков льда и с видом хозяина положения уселся в кресло у журнального столика.

- Не рано ли для алкоголя? Что скажут врачи? тоном заботливой мамаши поинтересовался Теон, прохаживаясь по гостиной. Они уже виделись несколько раз и даже обсуждали что-то накоротке, но такой серьезный разговор предстоял впервые.

- К черту врачей, махнул рукой банкир и сделал небольшой глоток. После ковида я уже ничего не боюсь. Вернее, боюсь, молодой человек. Боюсь, что вы в своем неуемном стремлении осчастливить человечество инновациями нахрен разрушите все, что мы с таким трудом построили.

- Что именно? Уже начавшую сыпаться долларовую пирамиду? Тонущую в печатаемых вами бесплатных деньгах, потерявшую конкурентоспособность и эффективность экономику? Дряблую, как наш президент, и изъеденную коррупцией политическую систему? Или планы вашей группы построить в Америке феодальный строй?

- Сарказм? А вы смелый человек, мистер Курц. Смелый и дерзкий. Немногие могут позволить себе разговаривать со мной в таком тоне. Для нас было бы честью, если бы такой энергичный и талантливый бизнесмен был на нашей стороне.

- У вас был такой шанс, Курц уселся в кресло напротив и расслабленно закинул ногу на ногу. Вспомните. Пару месяцев назад я обратился в один из ваших фондов за финансированием своей марсианской программы. Потом напрямую в банк. Потом пробежался по другим жирным котам^[14] с Уолл-Стрит. И везде получил отказ. Или вы об этом не знали?

- Знал, глаза старика чуть сузились, словно он пытался рассмотреть на лице собеседника какую-то мелкую деталь. Очень хорошо знал. Но одно дело ваша безумная идея с полетом на Марс, в которой нет ни цента прибыли. Мы не богадельня или благотворительный фонд и в такие игры не играем. А вот проект, сулящий триллионы, история совсем другая. Здесь мы можем подключиться всей своей мощью. У вас будут любые деньги и полная поддержка в Вашингтоне.

- Спасибо, мистер Витмар, безразлично пожал плечами Теон. Но вы опоздали. Я уже собрал нужные средства для начала проекта. А после запуска IPO Орбитал, думаю, с ними вообще проблем не будет. Уже сейчас ясно, что спрос на ее акции будет огромен. Даже не начав работу, ни произведя ни одного старта, это будет одна из самых крупных компаний в мире по рыночной капитализации.

- Я понимаю, что вы далеко не бедный человек и могли бы начать проект, используя свои средства или взять под залог ваших активов нужный кредит. Но вы поступили как профессиональный банкир и решили использовать привлеченные средства. Мудро. Мне сообщили, что в уставном капитале Орбитал участвуют несколько суверенных фондов королевств Залива и несколько частных лиц. Вы взяли деньги у арабов? Витмар испытующим взглядом впился в глаза собеседника.

- Я взял деньги на международном рынке у того, кто был готов их дать. Вы даже не захотели меня толком выслушать.

- Если бы вы пришли к нам с астероидом, разговор был бы совершенно другим.

- Идея с астероидом возникла в ходе переговоров, Теон выдержал тяжелый взгляд старика. Это лишь источник финансирования моей марсианской программы.

- Не верю. Шейхи наверняка сорвут на ней куш в несколько триллионов.

- Да. Как привилегированные акционеры, они будут иметь долю в прибыли Орбитал.

- Мы тоже хотим участвовать в прибыли.

- Пожалуйста, развел руками Курц. У вас будет такая возможность. После IPO покупайте акции Орбитал на бирже на общих основаниях.

- Вы не понимаете, молодой человек, Витмар, чуть подался вперед. Когда вы игрались в инновации, производили электрокары, запускали ракеты, проектировали гиперлуп и города будущего, нам было все равно. Вся эта возня не затрагивала наших глубинных интересов. Но астероид стоимостью в пять триллионов, состоящий из золота и платины, дело совсем другое. Неконтролируемый доступ к таким ресурсам нарушит финансовую стабильность и породит хаос на рынках драгоценных металлов. А если доставка такого рода небесных тел на орбиту станет регулярной, то изменится вся структура мировых финансов. Люди потеряют триллионы.

- Вы потеряете триллионы.

- Да. Такой риск есть. И он слишком велик, чтобы мы не предприняли мер по его купированию. Именно поэтому я здесь. Ни одна частная компания не должна иметь свободный доступ к таким финансовым ресурсам.

- Кто это сказал? Или капитализм в Америке уже сдох? Частная инициатива, рынок и свободное предпринимательство похоронены? Теон с видом невинного младенца посмотрел на старика.

- Бросьте. Капитализм сейчас другой. Это наш капитализм. Финансовый. Когда деньги делают деньги и не надо никаких заводов, фабрик и шахт. Но для поддержания всей системы должен быть один источник денег. Сейчас это Федрезерв и его печатный станок. Вы же хотите привнести в систему еще один источник денег. Новый источник, который будете контролировать сами. Если бы вы говорили о миллиардах, даже о сотнях миллиардов, нам бы было все равно. Делайте что хотите. Но триллионы Это совершенно иная лига. Здесь должен быть только один игрок.

- Вы же только что сами хотели войти в проект, чтобы сорвать бабла.

- Прибыль в этом случае нас интересует, но она не приоритет. Мы системообразующие элементы американской экономики и должны вписать ваш проект в общую финансовую архитектуру. Чтобы выход новых средств находился под контролем, был дозируемым и шел в нужном направлении.

- Контроль. Ага. Знакомое слово. К сожалению, прогресс вы контролировать уже не сможете. Джин вырвался из бутылки. Если не я, то астероид на орбиту притянет кто-то другой. Китай, Россия. Я не знаю кто. Вы опоздали со своим контролем, мистер Витмар.

- Опоздали или нет, не вам судить, нахмурился старик. Сейчас я предлагаю сотрудничество. Поверьте, нас лучше иметь в качестве партнеров в этом проекте, чем противников.

- Даже так? поднял брови Теон. Не думаю, что вы выражаете мнение всех американцев или даже большинства вашингтонской политической элиты. Я знаю, Белый дом поддерживает мой проект. Старику президенту нужно продвигать имидж прогрессивного человека, защитника инноваций и свободного рынка.

- Мнение Белого дома может резко измениться.

- Что ж. В этом случае я все здесь нахрен продам, запакую чемоданы и переберусь к шейхам в пустыню. Зарегистрирую там Орбитал, построю космопорт. Оттуда и будут стартовать мои корабли. И орбитальная станция, и астероид тогда будут не американскими, а арабскими. И уж поверьте мне, несмотря на авторитаризм и полное отсутствие того, что вы называете демократией, лидеры Залива с пониманием относятся и к прогрессу, и к инновациям. А еще они, в отличие от вас, искренне заботятся о своих подданных.

- Вы играете в очень опасную игру, молодой человек.

- Возможно. Но ваши правила в ней уже не работают.

- И все же, Витмар откинулся на спинку кресла, взял стакан и сделал глоток виски. Послушайте совет старика, который много повидал на своем веку. Обдумайте мое предложение. Мы готовы оказать вам любую поддержку, как финансовую, так и политическую. Но без нас вам будет тяжело. Очень тяжело. Думаю, вы это скоро почувствуете сами.

На этом разговор закончился. Сказав, что обязательно подумает, Теон оставил банкира в мягком кресле президентского люкса допивать дорогой виски, а сам направился в исследовательский центр, где его ждал вертолет.

По дороге в головной офис Альфы в пригороде Лос-Анджелеса он назначил совещание с юристами и политическими консультантами. Надо было еще раз пройтись по уязвимостям Орбитал. То, что угрозы Витмара были вполне реальными, он не сомневался. Осталось только оценить их риск и вероятный ущерб, а также выработать комплекс контрмер. Курц не был любителем политических интриг, но понимал, что без подковерной игры в таком проекте не обойтись. Поэтому надо было найти силу, способную противостоять давлению жирных котов с Уолл-Стрит.

Потенциально успешных вариантов противодействия было несколько. Из них наиболее реальных два. Первый был рассчитан на то, что проектом заинтересовался Белый дом. Там всерьез полагали, что близость теряющего популярность старичка-президента и энергичного Теона, ставшего иконой для нового поколения американцев, может кардинально улучшить рейтинги. На этом можно было сыграть, ведь, несмотря на влияние и политический вес, у Витмара должны быть враги, те, кто хочет сдвинуть группу старых, присосавшихся к долларовому печатному станку банкиров с позиций кукловодов в вашингтонском болоте. Курц даже предполагал, кто это мог быть. Он их называл новые молодые агрессивные, рвущиеся к власти финансисты, сделавшие состояния на интернет-экономике и новых технологиях в биржевых спекуляциях. У этой относительно новой, но стремительно набирающей вес в американской политике группы были деньги, энергия и азарт. А еще у них была злость на то, что старые консервативные банкиры не хотели им уступать ни грамма территории и чинили всякие препятствия их неминуемому восхождению. За прошлые гадости они были готовы мстить. Надо было только аккуратно подсказать точку приложения этой мести.

Здесь большим плюсом могло оказаться то, что новые были одного с ним возраста и мыслили схожими категориями. Так же, как Курц, они были гениями и инноваторами, только в сфере финансов, поэтому вполне можно было рассчитывать на взаимопонимание. В конце концов их поддержку можно было просто купить, пообещав участие в Орбитал на льготных условиях. На вопрос почему они, а не Витмар, у Теона был простой, хоть и не совсем рациональный ответ. Старых пердунов, десятилетия жирующих у печатного станка Федрезерва и неуклонно толкающих экономику Америки к краю пропасти, надо было как минимум проучить. А лучше всего хорошенько ткнуть мордами в дерьмо, чтобы они попрятались по своим пыльным кабинетам и не стояли на пути прогресса.

Второй вариант был более сложный и требовал чрезвычайной осторожности. Основной его действующей фигурой был губернатор Калифорнии Ник Богарт. Курц хорошо знал этого молодого активного талантливого политика, прагматика, лишенного напускной псевдолиберальной пены, с устойчивым набором ценностей и горячей, по-детски наивной любовью к Америке. Не к теперешней, с горластыми нигерами, ЛГБТ, толпами иммигрантов на улицах, требующих для себя большего внимания, уважения и прав, и зажравшейся либеральной элитой, которой на все наплевать. А к той старой, в которой он вырос и пробился из самых низов на вершину политического олимпа. Несмотря на определенный консерватизм, унаследованный от традиционного воспитания в протестантской семье, в демократической партии он был восходящей звездой и основным кандидатом на пост президента или вице-президента на следующих выборах. Геронтократы, стоящие на верхушке партии, понимали, что от других туповатых политиков Богарта выгодно отличал еще и острый ум, способный выстроить долгосрочную стратегию спасения страны от неминуемого коллапса и конкретный поэтапный план ее осуществления. Поддержка фигуры такого уровня могла серьезно повлиять на баланс сил в случае, если Витмар перейдет к прямым действиям.

К тому же компании Теона и он сам были одними из основных налогоплательщиков в Калифорнии, потому что миллиардер намеренно не использовал серые схемы и не прятал прибыль в офшорах, а как честный американский бизнесмен платил все, что положено на территории США. В команде Богарта это ценили. Как и то, что в начале пандемии он потратил почти миллиард на закупку медицинской аппаратуры и средств защиты и передал это все медикам штата, не попросив ничего взамен. Именно с губернатора Теон решил начать подготовку почвы для противодействия давлению Витмара, пока Белый дом раскачивался в типичной для него полусонной манере.

Они встретились через пару дней на яхте губернатора, который решил провести уикенд с семьей на побережье. Пока обслуга на верхней палубе готовила барбекю, двое сыновей Богарта не отходили от Теона ни на шаг, выпытывая подробности нового проекта с астероидом. А когда? А он большой? А какие корабли? А пилоты будут? А как попасть к вам в астронавты? А как вы планируете добывать на нем золото? А Марс? С Марсом что? Видя, что губернатор с женой, улыбаясь, наблюдают, как два подростка мучают самого уважаемого и почитаемого после отца человека, Курц подробно отвечал на вопросы и даже нарисовал на салфетках пару схем, которые дети с благоговейным трепетом упаковали между страниц какого-то журнала, чтобы показать одноклассникам бесценный автограф всеми признанного гения.

Потом в тени навеса они пообедали превосходными стейками из американской мраморной говядины, выпили бутылочку красного калифорнийского. А вслед за ней еще одну. Когда жена с детьми пошла освежиться в небольшой бассейн на нижней палубе, мужчины уселись в шезлонгах под зонтиками с бутылочкой выдержанного виски.

Солнце перевалило зенит. С океана дул легкий освежающий бриз. Яхта медленно шла вдоль побережья, давая насладиться великолепными видами цветущего штата. Обстановка и настроение располагали к умиротворению и неспешной беседе о ничего не значащих приятных мелочах вроде гольфа, бейсбола или с каким красным лучше принимать мраморные стейки.

- Эх Косячок бы сейчас еще, Богарт лениво потянулся, положил ноги на парусиновый стульчик и с наслаждением сделал длинный глоток виски.

- Так за чем дело стало, повернулся к нему Теон. Это твой штат. Марихуана тут разрешена. Как раз в медицинских целях. Расслабишься после рабочей недели. Мозги прочистишь.

- Нет. Не могу. Жена косо смотреть будет. Дети опять же. Обслуга потом разнесет по всему побережью, что губернатор позволяет себе всякие вольности. А мне еще в президенты идти. Это ты можешь забить на всех. Помню-помню, как ты пару лет назад в прямом эфире кабельного канала паровозики пускал. Ха-ха! Вот была умора, Богарт поднял бокал в приветственном жесте, они сделали по глотку, и губернатор, посерьезнев, сказал: Ладно. Хватит о травке. Рассказывай, с чем пришел.

- Понимаешь, Ник. Этот астероид Если все пойдет, как я планирую, это будет реальный прорыв. Их можно будет таскать на орбиту пачками. Человечество получит практически неиссякаемый источник ресурсов.

- Это точно. Как говорится, фантастика станет явью.

- Тут как раз и кроется проблема. Я хочу притянуть на орбиту всего лишь небольшой камень 320 на 150 метров. Но и в нем на триллионы долларов золота, платины и других металлов. А ведь есть астероиды по нескольку десятков или даже сотен километров в диаметре. Там ресурсов на квадриллионы.

- И прекрасно. И флаг тебе в руки. Добывай на здоровье. Лишь бы все на пользу человеку шло. Ну и на благо Америки.

- Не все так просто, покачал головой Теон. Я тут пару дней назад встречался с одним очень важным финансистом. Так он говорит, что свободный доступ к такого рода ресурсам может обрушить финансовую систему. Золото обесценится из-за избытка предложения, металлы станут дешевле, доллар упадет. Короче, полный коллапс наступит.

- Знаешь. Я тоже об этом думал. Тут надо очень четко расставить приоритеты. Что важнее? Поступательное развитие, прогресс страны, человечества, освоение космоса и новые технологии, открывающие новые перспективы. Или возможность кучки разжиревших ленивых банкиров доить дышащую на ладан долларовую систему. Для меня ответ очевиден. Я за прогресс и развитие. Мы итак уже отстаем от Китая. Доллар все равно рухнет. К такому обвалу уже идет усиленная подготовка. Только это между нами, губернатор оглянулся по сторонам с настороженным видом шпиона из дешевого боевичка. А финансовая система Да и хрен с ней. Либо она адаптируется к новым условиям, либо мы выстроим новую. У нас самая сильная экономика в мире. Она только выиграет, если мы вычистим из нее ничем не обеспеченные десятки триллионов спекулятивного капитала. Реальный сектор мы в любом случае обязательно поддержим. Надо только вернуть законы свободного рынка, которые похерили те самые банкиры. Так что меня абсолютно не пугает, если твой проект спровоцирует финансовую перестройку. Я буду даже рад. Эту страну давно надо хорошенько встряхнуть, а то она окончательно превратится в загнивающее болото. Правда, сделать это ой как непросто.

- В этом-то и проблема. Финансисты не заинтересованы в добыче ресурсов на орбите. Более того, они считают мой проект угрозой и наверняка постараются его блокировать.

- Эти могут, понимающе кивнул Богарт. У этих хватит денег и влияния в Вашингтоне. С кем ты говорил?

- С Витмаром.

- Да Тот еще персонаж. Если он сам вышел на тебя, значит все максимально серьезно.

- Не сомневаюсь, Теон сделал глоток виски и посмотрел на губернатора. Поэтому и пришел к тебе как к приятелю за советом.

- Сам-то что думаешь?

- Думаю, если будут давить, свалю, нахрен, из Штатов. У меня в Орбитал шейхи в доле. Перееду в Дубай.

- И много арабы дали?

- Я рассчитывал на двадцать миллиардов. С правителей собрал шестнадцать еще четыре предоставит один частный инвестор. Причем, что интересно, шейхи согласились дать деньги под бесприбыльную марсианскую программу. Ну а частный инвестор конкретно под астероид.

- Не понимаю. Цена на нефть сейчас не на том уровне, чтобы деньгами разбрасываться. Положение у них в экономиках не то, что раньше. Какой им смысл тратить средства на твой Марс?

- Престиж. Слава. Почет и уважение. Национальная гордость. Это на Востоке очень много значит. Правители хотят, чтобы их флаги были на моих кораблях и на Марсе. Чтобы их принцы были в экипажах. Чтобы они имели монопольное право на телетрансляции у себя дома. Поэтому и раскошелились. Ну а сейчас, когда их капитал в Орбитал, они, конечно, получат свою долю. Неожиданный и очень приятный бонус. А частник, Теон на секунду умолк, вспоминая свои ощущения от беседы с Мади. Частник в проекте конкретно ради денег. Его Марс ни разу не интересует. Только ресурсы с астероида. Правда, тут тоже без восточных понтов не обошлось. Он хочет, чтобы астероид назвали его именем и чтобы в экипаже, который полетит к нему, был его племянник. Так что, как видишь, подвязки у меня в Заливе плотные. Если что, сверну, нахрен, здесь операции и переведу все туда. Построю космодром, десяток заводов. Налогов в Дубае почти нет. Бизнес-климат один из лучших в мире. Напрягов, кроме дорогого алкоголя и полного запрета на травку и шлюх, никаких. Так что я вижу сплошные плюсы.

- Ты это брось, недовольно повел плечами губернатор. В Дубай он уедет. Мы тебя в Калифорнии в обиду не дадим. У меня самый богатый штат в Америке. Будь он отдельной страной, то входил бы в пятерку крупнейших экономик мира. Если начнут щемить в Вашингтоне, я возьму тебя и все твои компании под свою юрисдикцию. Федеральное устройство у нас еще никто не отменял, так что у меня достаточно полномочий.

- Биржа-то в Нью-Йорке. Работать не дадут.

- Так сделай IPO в Европе или в Азии. Я не сильный спец, но, думаю, это возможно. Тебе ведь без разницы, откуда деньги идут. А вот когда ты скажешь, что уходишь на другую биржу из-за того, что тебе, такому прогрессивному, не дает здесь работать кучка банкиров, тогда мы и навалимся на них всем весом. Я подниму Конгресс, общественное мнение, Белый дом. Как так? Такого красавца хотят задушить жирные коты с Уолл-Стрит. Да так, что самый богатый человек в мире может вывести свои активы и инновационные проекты из США. Какой сигнал это даст остальным? Думаю, полностью задавить Витмара и компанию не получится, но смягчить их позицию и найти устраивающий тебя компромисс мы сможем.

- Спасибо за поддержку, Ник, миллиардер поднял бокал. Буду благодарен.

- Я потом тебе о благодарности напомню, хитро подмигнул Богарт. Когда первое золото из твоего астероида окажется на рынке. Даже раньше, когда я на следующих выборах пойду в Белый дом.

- Можешь даже не сомневаться. А пока я буду держать тебя в курсе. Если возникнет напряжение, встретимся еще раз. Кстати, меня в Белый дом приглашают с президентом пообниматься.

- Ну вот видишь. Там тоже не полные идиоты сидят. Понимают твою ценность как личности и ценность твоих идей и проектов. Ты пока пообщайся со стариком. Он все равно там нихрена не решает. Тем временем я аккуратно поговорю с вице-президентом. Эта сучка хоть и туповата, но должна понимать, какую ценность ты представляешь для ее администрации и для страны в целом. А нет, так я ей на пальцах все объясню.

В общем, Теон остался доволен разговором. Поддержка губернатора Калифорнии могла очень помочь, если противостояние с Витмаром перерастет в острую фазу. Теперь оставалось ждать встреч в Белом доме. Тогда расклад окончательно прояснится.

* * *

Не успел Миша Коган согласовать с начальством структуру своего отдела, как пришло объявление о том, что Теон покупает небольшую компанию, работающую при Массачусетском технологическом институте над конструкцией космического буксира. Сразу за этим он узнал, что для дальнейших работ по этому направлению в структуре Альфа Орбитал создается отдельный исследовательский центр и он со своими людьми переходит туда.

По сложившемуся обычаю, Теон закатил по этому поводу вечеринку на побережье для конструкторов и инженеров. Вторую за неделю. У Миши могло бы сложиться впечатление, что в Альфе все постоянно бухают и никто не работает, если бы он сам не видел, что конструкторы сидят в офисе по 10-12 часов и еще берут работу домой на выходные. Народ конкретно был заведен до упора идеями Теона и готов был работать на износ, лишь бы выдать результат. Такой уровень мотивации был довольно непривычным для российского конструктора, привыкшего к спокойной, размеренной, даже немного сонной жизни московского исследовательского института. Но земляки, с которыми он общался, сказали, что втянуться в такой режим легко. Особенно если часто общаться с боссом.

Для самого богатого человека в мире, владельца десятка успешных компаний и гениального инноватора Теон действительно вел себя крайне необычно. Он ходил по центру в простых джинсах, кроссовках и свободной рубашке, пил кофе с уборщиками и охраной, отпускал сальные шуточки, на которые немногочисленные сотрудницы совсем не обижались. То есть был прямой противоположностью образа небожителя, который старательно проецировали другие миллиардеры его уровня. Денег он на людей не жалел. Условия для работы были идеальными. В офисе бесплатная еда и напитки, свободный график, расслабленная, почти семейная атмосфера. И все это ради одного результата. Если его не было, значит, команда не справлялась и Курц не раздумывая ее менял, набирал новых специалистов со свежими мыслями и подходами.

Но результат был. Об этом красноречиво говорили ошеломительные успехи Альфы единственной частной космической компании, доведшей свою программу до уровня регулярных серийных стартов.

Вот и на этот раз во время пляжной вечеринки Теон, представив ребят из МТИ, до полуночи ходил с бокалом вина среди сотрудников центра, болтал ни о чем, шутил, смеялся и, только когда начался фейерверк, незаметно исчез в сопровождении пары охранников. Хорошо, что вечеринка была в пятницу и завтра можно было поваляться в постели, потом позавтракать у бассейна, погреться на солнце, а вечером сходить куда-нибудь поужинать.

К работе Коган еще толком не приступил. Так что домой на выходные брать было нечего, но он все равно проводил пару часов за компьютером, по памяти выстраивая чертежи энергодвигательной установки и подробно описывая концептуальные решения, на которых был выстроен его ионный двигатель с уникальной системой охлаждения.

На следующее утро Миша проснулся с легкой головной болью. На вечеринке не было крепкого спиртного. Зато вино, пиво и сидр лились рекой. Он не привык к такому количеству легкого алкоголя и незаметно перешел невидимую границу трезвости. Хорошо, что подруга была рядом и вовремя отвезла его домой. Если бы не она, то в понедельник наверняка было бы стыдно смотреть коллегам в глаза. Яночка вообще очень неплохо вписалась в новую жизнь. Перезнакомилась с русскими женами и проводила в их компании большую часть времени, оставшуюся от дистанционного управления своей московской фирмой и уроков английского, на которые она сразу же записалась.

- А-а-а простонал Миша из-под шелковой простыни, повернулся на спину и приложил ко лбу оставленную с вечера на тумбочке банку с колой.

- Ну ты наркот, сидящая у косметического зеркала Яночка бросила на него укоризненный взгляд. Я просто хренею с Теона. Вторая пьянка за неделю. Когда он вообще работает? Если так дальше пойдет, ты тут у меня совсем сопьешься.

- Я сам фигею, он сел в кровати, пшикнул банкой и сделал несколько глотков. Теплая. Фу, гадость какая. Пойду в душ, потом в бассейн отмокать.

- Давай-давай, алкоголик. А я пока завтрак сделаю.

- И пиво холодное.

- И пиво холодное, передразнила его подруга.

В пятницу днем они отпустили горничную, чтобы побыть одним и насладиться ленивым уикендом. Поэтому Яночка сама быстро сделала яичницу с беконом, тостами и сладкой фасолью, которую Миша тут же с жадностью проглотил и, запив завтрак пивом, расплылся в довольной улыбке абсолютно счастливого человека. Потом они валялись до обеда у бассейна, пока их не сморил сон. Поспав пару часов, они подождали, когда немного спадет жара, вызвали такси и выбрались в город. Походили по главной торговой улице. Свернули в парк. Посидели на траве в тени раскидистых платанов, наблюдая за праздной пикникующей публикой. Потом, проголодавшись, решили поужинать.

На краю парка как раз было организовано что-то вроде фудкорта на открытом воздухе. Около десятка шатров с различной едой, вокруг которых группами стояли простенькие пластиковые столики и дымились манящие ароматами грили. Вид и аромат готовящихся на углях ребер, стейков и огромных шампуров с овощами пробуждал зверский аппетит. Миша, вспомнив, что не ел с утра, не выдержал и потянул Яночку к этому празднику чревоугодия.

Они уселись за свободный боковой столик и заказали свиные ребра с печеной картошкой и овощами и огромный кувшин местного слабенького холодного пива. Услужливый, постоянно улыбающийся официант, судя по виду, явно эмигрант из Мексики, принес еще комплимент тарелку начос^[15] с соусом, так что парочка, наполнив бокалы пенным, дружно захрустела чипсами, рассматривая публику.

В Сан-Хосе и вообще в Калифорнии было довольно много выходцев из Латинской Америки. Сказывалась близость мексиканской границы. Но тусовались латинос в основном по окраинам, где и цены пониже, и полиции поменьше, да и этнический и социальный состав подходящий. В центральном парке, где сейчас ждали своего ужина Яна и Миша, отдыхала преимущественно богатая ухоженная белая публика. Группки молодежи, родители с детьми и просто одинокие горожане расположились прямо под деревьями на газоне. Кто-то достал нехитрый сэндвич с колой или термос с кофе, кто-то разложил полноценный пикник с вином и фруктами, кто-то просто лежал на траве, подставив лицо мягкому закатному солнцу. Было и несколько групп черных. Они держались особняком, нарочито громко разговаривали, жестикулировали, включали через мобильные колонки на всю катушку назойливый рэп. Тогда к ним подходил кто-то из служащих парка и просил убавить звук. Покричав и поругавшись, негры выполняли требование, и над лужайками снова воцарялся покой. Одна из таких шумных компаний из четырех негров сидела за столиком у соседнего шатра. Пили пиво с чипсами, орали что-то друг на друга. Потом вступили в перепалку с посетителями и поваром.

Официант как раз принес Мише с Яной большую тарелку ребер и, увидев, как они заинтересованно наблюдают за тем, что происходит в соседнем кафе, извиняющимся тоном сказал:

- Нигеры совсем страх потеряли. Ведут себя, как будто все им должны.

- Почему? спросил Коган.

- Это BLM^[16]. Активисты, наверно. Теперь белые должны перед ними стоять на коленях за то, что они когда-то были рабами. Сейчас эти ребята перебрали пива и буянят. Не хотят рассчитываться.

- Понятно, Миша потерял интерес к происходящему и переключился на обильно политые соусом барбекю, исходящие ароматным дымком ребра.

Тем временем компания все-таки расплатилась с официантом, в голос обматерила всех посетителей, вышла из кафе и двинулась вдоль фудкорта в их направлении. Когда они проходили мимо их столиков, жирная, с гротескно затянутым в обтягивающие лосины толстым, обвисшим задом афроамериканка повернулась в их сторону и прокричала:

- Fuck you, белые свиньи! Скоро вам, расистам, всем конец. Калифорния будет черным штатом.

- Сама иди в жопу, жирная свинья, ответил молодой парень с соседнего столика.

- Вы слышали! завизжала нигерка. Он назвал меня свиньей! Расист! Белая мразь! Ты заплатишь за наше рабство, она подбежала к столику парня, схватила бокал с пивом и, расплескивая его себе на итак несвежую майку, одним махом выпила под гогот и одобряющие крики своей компании.

Миша при виде этой сцены замер от удивления со свиным ребром в руке и открытым ртом, набитым картошкой. Поза его была, наверное, настолько нелепа, что черная толстуха ее заметила и закричала:

- А ты что вылупился! Тоже расистская свинья! Мы вас всех поставим на колени, она подскочила к их столу и протянула руку к Яниному бокалу с пивом.

То, что произошло дальше, заставило Когана поперхнуться. Яночка, которая сидела полубоком, молниеносным броском прихватила сверху тянущуюся к ее пиву ладонь и резким движением отвела вниз и назад. Нигерка завизжала от боли и, выпучив глаза, упала на колени перед их столом.

- Яна! Ты что творишь, ошеломленно спросил Миша по-русски.

- Нехрен лезть. Пусть знает свое место. А ее место на коленях, она чуть повела вывернутую ладонь назад, и толстуха еще громче заверещала от боли.

В этот момент к столику подскочили черные парни из ее компании, но вместо того, чтобы наброситься на парочку, они схватили свою визжащую подругу под локти и, лопоча Chechen. Chechen. Russians^[17], потащили ее прочь от фудкорта. Та, еще немного покричав, побрыкавшись для приличия и плюнув несколько раз в сторону Мишиного стола, успокоилась, и вся компания, притихнув, быстро удалилась.

- Ну, и что здесь, нахрен, происходит? раздался со стороны барной стойки грубый голос со знакомым акцентом, который на английском языке звучал чрезвычайно колоритно.

Все еще в шоке от произошедшего, Миша повернулся и увидел коренастого крепыша в лицевой маске, поварском фартуке и небольшой белой шапочке с надписью шеф, из-под которой выбивались седые волосы.

- Все рассосалось, босс. Нигеры к посетителям приставали, сообщил официант. Так вот эта молодая леди одну толстуху на колени поставила. Прям как в кино раз за руку. А та бац на колени и давай верещать. И еще, босс. Она вроде русская.

- На колени, говоришь. Русская, говоришь, шеф снял маску, и парочка узнала характерные для жителей Кавказа черты лица. Вы откуда, ребята? спросил он по-русски.

- Из Москвы, пролепетал Миша и не нашел ничего лучше, как задать вопрос: А вы откуда?

- А я из Сан-Хосе. Ах-ха-ха! в голос засмеялся тот, вытирая руки полотенцем. Шучу. Не мог удержаться. Все спрашивают, откуда. А я им из Сан-Хосе. Ах-ха-ха! А вообще я из Абхазии. Лет двадцать пять уже тут живу. Переехал, когда там стрелять начали.

- Я слышала, черные говорили Chechen, Chechen, подозрительно посмотрела на него Яна.

- А для них все мы на одно лицо. Все чеченцы. А чеченцев нигеры ох как боятся. Они с мексами^[18] весь город держат. Можно, он, не дожидаясь ответа, снял фартук, бросил его официанту, отодвинул стул и присел за их столик. Так как вы эту жирную свинку на колени поставили?

- Даже не знаю, Яна с виноватым видом опустила глаза. Как-то само получилось. Она хотела схватить мое пиво.

- Скромная? Это хорошо, расплылся в улыбке абхазец и протянул Мише руку. Я Ваха. У меня тут три небольших ресторана. Ну как ресторана стрит-фуд, барбекю, картошка. Но бизнес идет неплохо. На жизнь хватает. А вы какими судьбами тут?

- Мы это В космическом научном центре работаем, помявшись, ответил Миша. Недавно из России перебрались.

- У Теона? Повезло. Хороший он парень. Не обижает. Я пару раз готовил барбекю для его вечеринок. Ну и отрываются эти ученые, я вам скажу, он сделал знак официанту, тот на минуту исчез и появился с хрустальным графином и длинными стопками. Давайте за знакомство. Это чача. Сам делаю. Из местного винограда, но по рецепту предков. Зовут-то вас как?

- Я Михаил, а это Яна, Коган взял рюмку и с опаской понюхал.

- Ну, Миша и Яна за знакомство! И, как говорится, велком ту ю-эс-эй^[19].

Ваха оказался добродушным весельчаком, готовым, по его словам, оказывать самые разные, порой даже не совсем легальные услуги вроде поставок собственного алкоголя и немаркированной травки. Они поболтали минут десять. Потом подошла компания подростков, и абхазец, оставив свою визитку, вернулся к грилю готовить очередную порцию фирменных бургеров. Когда пришло время рассчитываться за еду, официант отказался брать деньги, сказав, что все за счет заведения в знак дружбы от хозяина.

После этого странного инцидента гулять по городу больше не хотелось. Миша с Яной поймали такси и вернулись домой. По ставшей уже привычной вечерней традиции перед сном они зажгли неяркую подсветку у бассейна и устроились на шезлонгах послушать цикад с бокалами джин-тоника.

- Ян, что это было? спросил Коган, вспоминая молниеносное, почти автоматическое движение подруги, когда она схватила нигерку за руку и опустила ее на колени.

- Ты про что?

- Ну там, в кафе. Когда ты за руку эту, и на асфальт Ты что, тренировалась? Типа каратэ?

- Да какое каратэ, отмахнулась подруга. Я в Москве ходила на фитнес. Там есть такая программа вроде имитации кикбоксинга кик-фитнес, или фитнес-бокс. Ну, типа, те же движения, только под музыку и для девушек. Прикольно так. И инструктор есть. Большой мастер. Говорит, на арене призы брал. Так он для тех, кто хочет, показал пару приемов самообороны. Вот дай руку.

- Ага, Миша с опаской взглянул на подругу. Чтоб потом меня на колени.

- Ну что ты, милый, она придвинулась к нему ближе и поцеловала его в щеку. Тебя нельзя на колени. Ты же гений. От тебя теперь зависит, полетит Теон на Марс или нет.

- Вот-вот, важно надул щеки Коган. Так что береги меня.

- А я чем занимаюсь. Чернушку вот отогнала, чтоб она пиво наше не выпила. Но хрень тут творится с черными конкретная. Судя по тому, как они себя ведут, оборзели полностью. Надо нам быть осторожнее.

На следующий день на работе Миша рассказал об инциденте в парке Гору, Егору Серову, которого тоже перевели в Орбитал для работы над жилым блоком, где должны будут жить астронавты во время сборки буксира на орбите.

- Херасе! тот немного удивленно посмотрел на коллегу. Только приехал, а уже встрял в историю. Ты с нигерами поосторожнее. И нигерами или черными их не называй. Это для них расистское оскорбление. Они теперь афроамериканцы, чтоб их. Лучше всего держись от них подальше. А тебе что, Аджай нашу эмблемку не дал?

- Какую эмблемку?

- Вот, Гор достал из кармана круглый значок, на котором красовалась эмблема Альфа Спейс.

- Нет, покачал головой. А что в ней такого?

- Теон типа откупился от нигеров. Чтобы они не напрягали ни научный центр, ни его сотрудников. По местным законам, мы должны нанимать как минимум треть черных. А нах они нам? Балласт один бесполезный. Среди них не то что ученых, образованных людей почти нет, тем более по профилю. Одна гопота, наркоманы, бездельники и обдолбыши неграмотные. Так босс местному БЛМ заплатил бабла, чтоб не лезли. Поэтому теперь он вроде как их друг. Ну и мы тоже. Если ты будешь в городе носить эту эмблемку, тебя черные не тронут.

- Выходит, это защита покруче чеченцев?

- Кого? поднял брови Гор.

- Чеченцев. Когда мы с Яной заговорили по-русски, черные тут же оттащили свою толстуху и лепетали чечен, чечен. И Ваха сказал, что чеченцы тут город держат.

- Так вы у Вахтанга сидели!

- Ну да. Он Вахой представился. Чачи налил. И денег не взял за пиво и еду. Он про чеченцев и сказал.

- Понятно. Это вы удачно попали. Ваха тут среди наших личность известная. Уважаемый авторитет. Кухня у него пальчики оближешь. Еще он неофициальный поставщик чачи и всяких последних новостей. Но это все фигня. Ширма. Мне кажется, что он здесь в топах у кавказцев ходит. В Сан-Хосе мощная кавказская диаспора: чеченцы, даги, кабарда, осетины с абхазами. Грузин много. Держатся вместе, как землячество. Вначале они резались с мексиканцами, а потом вроде объединились против черных и мочат их при первой возможности. Поэтому нигеры их и боятся. Как услышат русскую речь, так сразу тухнут.

- Ты прям спец по местному криминалу.

- А то, расплылся в улыбке Гор. Я уже три года здесь. Ваха мне по уикендам доставку для шашлыков делает. И чачу, и барашка. Так что я все новости знаю. А к Аджаю ты за значком сходи. И шефу безопасности центра сообщи об инциденте. Так, на всякий случай. Вдруг черные в полицию заявят.

- А могут? насторожился Коган.

- Могут. Это Америка, детка. Здесь судиться друг с другом национальный спорт. Тем более вы применили насилие. Да еще белый против нигера. Тут можно при желании такое раздуть.

Последовав совету, Миша заскочил к директору, получил у ассистента пару значков для себя и Яны. Потом к шефу службы безопасности, который зафиксировал инцидент в журнале, сказал, что беспокоиться не о чем, и вручил памятку для приезжих, как вести себя в Сан-Хосе, куда ходить, кого избегать. Довольный тем, что его успокоили по поводу полиции, Коган наконец добрался до своего кабинета и открыл компьютер. Там висело сообщение от Гора с копией визитки Вахи и парой фотографий аппетитных бараньих ребрышек и запотевшего, пускавшего на солнце зазывные лучики графина золотистой жидкости, которая, по-видимому, была чачей.

Объединенные Арабские Эмираты. Дубай

Племянника Мади Сахим бин Малика звали Берни Роджерс, что было совсем не удивительно. Западные имена и фамилии были широко распространены в Ливане, который после Первой мировой войны почти двадцать лет находился под Французским мандатом. Не стоило удивляться и тому, что это было ненастоящее его имя. По рождению ему дали имя Бернар, а фамилию Роже он принял от отца, в котором была добрая половина французской крови. Позже при получении паспорта молодой человек стал Бернардом Роджерсом для того, чтобы легче вписаться в жизнь американского университетского кампуса и не привлекать внимания своим нарочито французским именем. Возможно, это было лишним. Паренек выглядел, как европеец, свободно говорил на трех основных европейских языках и регулярно ходил в церковь как истинный католик.

Молодой Берни успешно закончил инженерный факультет Технологического института Джорджии и, проявив себя как прилежный студент с большим потенциалом, получил место младшего научного сотрудника в институтском исследовательском центре новых технологий. Там он проработал три года, набил руку на научной работе, защитил диссертацию по нейросетям и комбинированным платформам для искусственного интеллекта и, получив самые положительные рекомендации, перебрался в Швейцарию в Федеральный институт исследований искусственного интеллекта. Именно оттуда молодой человек и прилетел в Дубай к своему богатому и влиятельному дядюшке, как только тот его позвал.

Нестерпимая даже для привыкших к пустыне арабов дневная жара спала, но солнце еще щедро источало тепло, которое не удавалось сбить даже устойчивому бризу, дующему с залива. Мади и Берни сидели в беседке и молча курили кальян. Пожилой влиятельный, умудренный опытом, побитый всеми ветрами жизни теневой банкир и молодой, полный энергии и решимости ученый думали об одном. Несколько минут назад Мади закончил рассказывать племяннику о своей сделке с Теоном. Тот был поражен и восхищен размахом мысли своего дядюшки, но одновременно озадачен сложностью проекта и сопровождающими его рисками. Он попросил пару минут подумать перед ответом и теперь не спеша листал на своем смарте странички с описанием космического буксира, составляющих его технологий и последних новостей о компании Орбитал, в которую его уважаемый родственник инвестировал миллиарды.

Такой вдумчивый подход нравился Мади. Он полулежал на мягких подушках, не спеша попыхивал кальяном и сквозь полуприкрытые веки наблюдал за племянником. Последний раз он видел его года два назад сразу после переезда в Швейцарию. Тогда они провели вместе несколько дней. Гуляли по городу, съездили на прогулку в горы. Потом наняли частный катер и целый день плавали по Женевскому озеру, наблюдая мирную, спокойную и благополучную жизнь, размеренно текущую вокруг. Много говорили. Рассуждали. Даже иногда спорили. Берни почти семь лет был на чужбине и остро нуждался в наставнике, готовом поделиться своим опытом, указать верный путь и поддержать веру. С тех пор юноша повзрослел, возмужал и превратился в уверенного в себе молодого человека. Он не отличался крепким телосложением, но было заметно, что его тело, жесткое и прочное, как высушенный на солнце пустынный джузгун^[20], готово к самым серьезным нагрузкам. Теперь оставалось только выяснить, сможет ли выдержать испытания его дух.

Наконец Берни выключил смарт, аккуратно упаковал его в блокирующий сигналы футляр и посмотрел на наставника полным решимости взглядом.

- Azizi malmeh, vkhr aaltena^[21], он чуть склонил голову, выказывая свое почтение. Я готов выполнить свое предназначение. Inshallah^[22]

- Я не ожидал от тебя другого ответа, довольно кивнул Мади. Твой путь будет долгим и полным трудностей, а в его конце ждет неизвестность. Уверен ли ты, что выдержишь все испытания? Один в безбрежном холоде космоса среди чужаков? Уверен ли, что твое тело готово к такому дальнему походу? Что в критический момент ум не подведет и воля будет крепка, как сталь наших великих предков.

- Уверен. Я занимаюсь физическими упражнениями каждый день и три раза в неделю даю себе интенсивные нагрузки в спортзале. У меня идеальное здоровье. Я вынослив, ловок и силен. Так что я не сомневаюсь, что медкомиссию для космического полета пройду без проблем. А мой разум и дух укрепит вера и сознание того, что я являюсь продолжением вашей воли.

- Это слова не юноши, а опытного мужа. Достойного представителя своего рода. Пойдем в дом. Я расскажу тебе подробнее о миссии на астероид. До вечернего намаза мы еще успеем обсудить твое место в экипаже и возможный круг обязанностей, которые я сегодня же обсужу с Теоном, банкир сделал знак стоящей чуть поодаль девушке в легком брючном костюме, и та, пододвинув к губам усик гарнитуры, отдала короткую команду.

- Кто это? поинтересовался племянник. Она красива, как наложница. Но держится, как королева.

- Это Джейн. Во всяком случае, это самое близкое, что я нашел по звучанию к ее русскому имени Женя. Она моя помощница и ангел-хранитель.

- Как вы можете доверять иноверцу? удивился Берни.

- После того как я спас от верной смерти ее отца, ее жизнь принадлежит мне. Хотя иногда мне кажется, что это моя жизнь теперь принадлежит ей.

- Вы не рассказывали.

- Это было в прошлой жизни. Когда-нибудь обязательно поведаю эту историю. Я чуть позже познакомлю тебя с Джейн. Она полетит в Штаты вместе с тобой и будет рядом в качестве подруги и помощницы. Я не хочу тебя отправлять на чужбину одного, а арабка привлечет много ненужного внимания. Джейн европейка, свободно говорит на нескольких языках, хорошо подготовлена и обучена лучшими специалистами. Она будет хорошей спутницей и поможет в трудную минуту.

Племянник в учтивом согласии склонил голову, краем глаза внимательно рассматривая девушку. Он остался доволен тем, что увидел. Такая красивая и статная подруга мечта любого мужчины.

Следующие несколько часов они провели в прохладной полутьме кабинета. Там Мади с методичностью хорошо подготовленного презентера выводил на стеновой экран слайды, описывающие детали миссии к астероиду. После общей информации об Орбитал, технических деталях космического буксира и предполагаемой структуры миссии он перешел к возможным вариантам подбора экипажа по специальностям. Здесь оказалось, что Берни как нельзя лучше подходит под бортинженера по электронным системам. Он был отличным программистом и специалистом по нейросетям и искусственному интеллекту и вполне мог взять на себя в экипаже эту роль, а позднее перейти в Центр управления полетами в секцию телеметрии и дистанционного управления. Обе позиции были ключевыми на своих этапах и давали возможность непосредственно влиять на ход миссии.

Перед самым закатом Мади с племянником покинули кабинет и неспешно направились по обсаженной магнолиями и пальмами аллее в восточную часть имения. Там на фоне опускающегося в спокойные воды залива солнца возвышался увенчанный позолоченным полумесяцем минарет личной мечети хозяина. Нужно было посвятить несколько минут общению с Всевышним. Чтобы направил. Чтобы укрепил волю. Чтобы очистил разум и дал сил для предстоящего великого дела.

США. Калифорния. Сан-Хосе

После встречи с губернатором Калифорнии Теону пришла в голову мысль о том, что неплохо бы каким-то образом оформить права собственности на астероид. Оказалось, что его юристы уже занимаются этим и даже выработали алгоритм действий. Чтобы запустить его, оставалось лишь получить личное разрешение босса. Дело в том, что в открытом доступе до сих пор не было информации о том, какой именно астероид Курц собирается доставить на орбиту. Известны были только общие параметры вроде веса в сотни миллионов тонн, диаметра в несколько сотен метров и, конечно, ориентировочной стоимости ресурсов в пять триллионов долларов. Под такое описание могли подойти несколько десятков небесных тел, периодически пересекавших орбиту Земли. Поэтому журналисты и следящие за успехами Теона энтузиасты не слишком заморачивались вопросом, какой именно из них является целью Орбитал. Для них важен был сам факт скорого применения технологии будущего из фантастических романов таким колоритным и харизматичным персонажем, как Курц.

Оказалось, что регистрация небесных тел и заявление права собственности на них или участки на их поверхности процесс неотработанный и, по большому счету, неформальный. Общепризнанного межгосударственного законодательства на эту тему не было, поэтому все на основе консенсуса пользовались международной коммерческой системой IDP&ELC^[23], на базе которой строились многочисленные национальные каталоги. Здесь возникали определенные риски. Несмотря на закрытость и продуманную политику конфиденциальности этой частной американской структуры, существовал шанс утечки информации об астероиде Теона, которая на данный момент была нежелательна. К тому же, чтобы зарегистрировать небесное тело в системе, нужно было получить согласие обнаружившей его обсерватории. В том, что ученые будут молчать на фоне развернувшегося общего ажиотажа вокруг темы, уверенности тоже не было никакой.

Тем не менее вопрос с легализацией прав стоял остро. Если Витмар узнает, на какое конкретное космическое тело нацелилась Орбитал, то наверняка предпримет меры по блокированию права его использования. Поэтому, несмотря на риски, было принято решение действовать.

Чтобы запутать и сбить со следа противников проекта, Теон поручил юристам начать регистрацию сразу двух десятков небесных тел. К тому же провести ее не только через IDP&ELC, но и через действующую в США систему оформления титульных прав на земельные участки.

В реальности его интересовал лишь один объект небольшой астероид, носивший в базе небесных тел номер (436724) 2011 UW168. Этот камень размером 320 на 150 метров и весом около 100 миллионов тонн был открыт размещенным на Гавайях телескопом американской обсерватории Pan-STARRS^[24] в октябре 2011 года. В 2015 он прошел довольно близко от Земли, что позволило изучить его состав с помощью спектрометрии и обнаружить там высокую концентрацию никеля, металлов платиновой группы, железа, золота и редкоземельки. Если спроецировать плотность полезных минералов с изученных участков поверхности астероида на его объем, получалось, что он несет ресурсов как минимум на пять триллионов долларов.

Ученые, открывшие это небесное тело, повздыхали, поохали и забыли, поставив его на контроль как объект, потенциально опасный в плане столкновения с Землей. Информации в СМИ о UW168 почти не было, так что внимания он к себе не привлек никакого даже в среде энтузиастов-любителей, отслеживающих угрожающие нашей планете астероиды. По какой причине такое неприметное небесное тело стало объектом интереса Мади Сахим бин Малика, оставалось загадкой, как и то, каким образом он связал с ним новые технологии космического буксира, оказавшиеся в распоряжении Теона, и вышел на вполне осуществимый проект.

Теон часто прокручивал в памяти тот разговор в день их первого знакомства. Из тенистой беседки под пальмами они перебрались в кабинет. Там на широком стеновом экране уже крутилась картинка вращающегося в космической пустоте камня. Слева и справа в разных окнах были выведены его характеристики и несколько динамических схем, показывающих с разных ракурсов орбиту астероида. Все выглядело очень профессионально. Почти как небольшой центр управления полетами. Не менее содержательным было и изложение Мади его идеи. Все заняло минут десять, не больше, но Теон тут же загорелся проектом. Еще бы он не только давал возможность обкатать технологию космического буксира и решал проблему финансирования марсианской экспедиции, но и открывал совершенно новую, захватывающую своим размахом тему добычи ресурсов на орбите. Курц очень любил такие фантастические проекты, поэтому с готовностью принял в разработку предложение Мади.

Пара дней ушла на то, чтобы прогнать идею через специалистов Альфа Спейс, чтобы проверить ее на реализуемость. На это время Теон оставил шикарную виллу и вернулся в резиденцию, предоставленную ему шейхом. К концу второго дня директор Альфа Спейс сообщил, что при наличии космического буксира с ионным двигателем идея притянуть астероид на орбиту вполне осуществима. С этой новостью он вернулся к Мади и провел с ним предварительные переговоры по деталям его участия в проекте. Они были вполне разумными. Теневой банкир рассчитывал на долю прибыли пропорционально его финансовому участию в новой кампании. Были и еще два условия. Араб хотел, чтобы астероид был назван его именем, и чтобы в экипаже корабля, который полетит к нему, был его родственник.

- Зачем вам это? спросил тогда Теон, который не ожидал, что Мади рассматривает проект как нечто личное, близкое к сердцу, а не просто возможность значительно приумножить капитал.

- Я стар, банкир с грустным вздохом провел ладонями по лицу, как обычно делают мусульмане, закончив молитву. Сколько мне еще осталось до встречи со Всевышним. Пять лет? Десять? Я часто размышляю над тем, что останется после меня. Я хочу, чтобы люди, глядя на астероид, вспоминали мое имя. Чтобы они знали, что Мади Сахим бин Малик помог изменить мир. Возможно, даже открыть новую страницу его истории. Знаю. Тщеславие грех. Но я уверен, небеса мне его простят, когда увидят, сколько пользы наш проект принесет человечеству. А экипаж Всевышний не дал мне детей. Но я бы хотел, чтобы кто-то из юношей моей крови участвовал в полете. Это будет большая честь для меня и гордость для моего увядающего рода.

Теон неплохо знал арабов, которым были присущи гордость, чувство принадлежности к роду и готовность его прославить даже ценой немалых жертв. Поэтому он согласился. К тому же четыре миллиарда, обещанные Мади, явно стоили того, чтобы назвать космический камень его именем и взять в экипаж его родственника. Такая сделка действительно была очень удачной.

Получив указания от босса, юристы Орбитал запустили процедуру регистрации двадцати астероидов. Отдельная группа была направлена в штаб-квартиру Pan-STARRS на Гавайи, где располагался открывший UW168 телескоп. Там они встретились с руководителем программы и получили согласие на оформление документов в системе IDP&ELC, подписав при этом кучу бумаг о неразглашении. За эту услугу от имени Теона была открыта линия спонсорского финансирования обсерватории на десять миллионов долларов. Такая сумма для астрономов была запредельной, и они поклялись молчать самым святым, что у них было своим телескопом.

Начало оформления прав на астероид было положено. Юристы утверждали, что здесь, как и в патентном праве, должно действовать правило приоритета подачи документов. Кто первый подал, тому и принадлежат все права.

С такой подкрепой можно было дальше вести разговор с Витмаром. Вопреки ожиданиям Теона, готовившегося к постоянному прессингу, старый финансист пропал на несколько дней. Этому затишью вскоре нашлось объяснение.

В самый разгар активности по регистрации прав на астероид Теону позвонили из Белого дома и сообщили, что президент готов его принять. Такая формулировка была странной потому, что именно глава президентского аппарата выступил инициатором встречи. Отнеся подобные лексические нюансы на счет путаницы в протокольной службе, Курц загрузился в самолет и к вечеру прибыл в Вашингтон. Переночевал в принадлежащем ему отеле, чтобы утром быть свежим и излучающим оптимизм.

Встреча произошла в овальном кабинете Белого дома ближе к полудню. Утром у президента по стандартному графику было несколько часов медицинских и реабилитационных процедур, во время которых лучшие доктора пытались привести в рабочее состояние его дряхлеющее тело и слабеющий ум. Обычно это у них получалось, и дряблый, рассыпающийся на глазах старик под воздействием стимуляторов и анаболиков на некоторое время оживал и проецировал бодрость и энергию, которая была так нужна уставшей от грязных политических разборок нации.

От встречи с президентом Теон не ожидал ничего кроме фотографии на память. Третьей в его коллекции. Потому что с ним встречался и предыдущий президент, и его предшественник. Хозяева Белого дома старались выглядеть продвинутыми, поддерживающими инновации и прогресс личностями, поэтому фотосессии с такой иконой молодежи, как Курц, входили в их обязательную программу. Но на прошлых встречах кроме общего разговора о том, куда двигаются технологии, Теону удалось обсудить и практические вопросы, касающиеся его фирм, которые затем вылились в конкретные налоговые послабления и даже инициировали принятие законов, весьма выгодных для его технологических и очень эколологичных компаний.

На какую-либо конкретику во время этого разговора рассчитывать не приходилось. Президент страдал вполне нормальной для столь преклонного возраста легкой затуманенностью сознания, забывал тему разговора, часто путал людей, должности, имена и сбивался, даже когда читал свои речи по бумажке или с суфлера. Но встреча все же будет полезной. Она сыграет на авторитет Теона, подтвердит его национальный статус и еще больше поднимет над итак оставшимися далеко внизу конкурентами.

Предположения Курца оправдались в полной мере. Встреча длилась двадцать минут, из которых первые десять ушли на зачитывание президентом перед камерой заранее подготовленного текста. Америка родина прогресса. Я за прогресс и новые технологии. Мы всячески будем поддерживать инновации. А твоя, Теон, затея с астероидом вообще докажет всему миру, что мы лучшие и догнать нас Китаю не удастся. Кстати, если бы не поддержка моей Администрации и меня лично, то нихрена бы у тебя, парень, не вышло. И, кстати, помню, я идею про астероид высказывал еще пару лет назад. Но на плагиат я не обижаюсь. Ха-ха. Это была шутка. Работай спокойно на благо страны. Мы тебя поддержим. Да здравствуют инновации и прогресс. Боже, храни Америку!

Следующие десять минут ушли на постановочные съемки. Штатный фотограф под строгим контролем пресс-секретаря и вице-президента сделал несколько снимков с разных ракурсов так, чтобы хозяин Белого дома смотрелся предпочтительнее. Фотки, надо сказать, вышли очень неплохими. Президент выглядел бодро, излучал уверенность и энергию и сверкал своей улыбкой доброго дедушки, открывающей захватывающий вид на новые, пожалуй, излишне белые и сверкающие зубные протезы.

В результате от встречи все получили, что хотели. Гость пару снимков в рамках, а хозяин пятиминутный ролик на ведущих каналах о том, какой он прогрессивный и что без него у Теона ничего не выйдет. И вообще, оказывается, идея с астероидом принадлежит президенту.

После того как за Курцом закрылась дверь овального кабинета, к нему подошла вице-президент:

- Рада с вами познакомиться лично, мистер Курц, приветливо, но с достоинством улыбнулась она. Признаться, я давно хотела это сделать. Ваши идеи, ваши проекты, ваши компании Они как отражение светлого и прекрасного будущего Америки. Новые технологии, инновации, экологичность. Взять хотя бы астероид. На наших глазах вы делаете фантастику реальностью. Это великолепно! Это демонстрирует всему миру, что есть только один бесспорный технологический лидер США. Кстати, вы не могли бы мне немного подробнее рассказать об этом астероиде. Давайте на несколько минут присядем в гостиной.

Они перешли в малую гостиную и разместились на обитых шелком креслах, стилизованных под викторианскую эпоху. Следовавший за ними фотограф быстро сделал пару снимков и исчез.

- Так, астероид вице-президент внимательно посмотрела на Теона. Вы действительно считаете, что он стоит пять триллионов?

- Не я, скромно улыбнулся миллиардер. Это оценка ученых после детальной спектрометрии его поверхности, когда он прошлый раз сближался с Землей. В результате исследований были получены устойчивые сигнатуры никеля, драгоценных и редкоземельных металлов.

- Это замечательно! Это просто замечательно. И как вы планируете все это добывать?

- Вначале мы отправим на перехват астероида космический буксир, который притянет его на орбиту. Ну а затем соорудим на нем космический металлургический завод. Будем плавить руду и доставлять чистый металл на Землю. А может придумаем еще что-нибудь.

- Боже, как интересно! Орбитальная фабрика. Просто фантастика! вице-президент всплеснула руками, как восхищенная девочка, но глаза ее сузились и впились в Теона. Однако эти триллионы в золоте и платине Если они попадут на свободные рынки, то могут нарушить финансовую стабильность.

Курц в ответ невинно улыбнулся. Ему хотелось сказать, что финансовую стабильность нарушит не астероид, а почти двадцать триллионов долларов, напечатанных Федрезервом за последние десять лет. Но он благоразумно промолчал и вместо этого ответил домашней заготовкой:

- Ну что вы, мэм. Я полностью осознаю всю глубину ответственности за стабильность финансовых и сырьевых рынков. Поверьте, добыча металлов на орбите и их доставка на Землю процесс долгий и очень сложный. Он растянется на многие годы. Эти пять триллионов будут поступать в оборот дозированно, небольшими партиями. Так что рынки этого даже не заметят.

- И все же, в ее взгляде блеснул лучик интереса, как у опытного торговца, упорно идущего к выгодной сделке. Не считаете ли вы, что в ваш проект стоит привлечь независимых экспертов, которые смогли бы оценить возможные системные риски. При этом вся полнота руководства и право принятия решений, конечно же, останется у вас.

Этого Теон боялся больше всего. Если сейчас вице-президент предложит ему Витмара, то отказаться будет очень сложно.

- Я всегда ценю экспертное мнение, особенно в части системных рисков, и готов обсудить детали, как только проект войдет в фазу практического осуществления. Сейчас он лишь на этапе предварительного планирования, уклонился от прямого ответа миллиардер и тут же, чтобы внести ясность, спросил: У вас есть конкретные кандидатуры?

- Есть, огонек в ее глазах разгорелся чуть сильнее. В качестве эксперта могла бы выступить я.

- Мэм Курц едва сдержал вздох удивления и облегчения. Для меня будет огромной честью, если вы лично примете участие в проекте в качестве государственного эксперта.

- Но. Вы правы, она взмахнула рукой, словно отгоняя навязчивую мысль. Это все дело будущего. А пока Пока переводите проект в практическую фазу. Если вам понадобится поддержка Белого дома, не сомневайтесь. Сразу звоните мне. Я вас включу в список приоритетных контактов, давая понять, что встреча окончена, вице-президент поднялась с кресла и протянула ему руку. Вы очень приятный собеседник, мистер Курц. Вы сразу улавливаете самую суть разговора. Понимаю, почему губернатор Калифорнии считает вас своим другом.

Из Белого дома Теон направился в аэропорт, где его пилоты уже прогревали двигатели. Ему хотелось побыстрее вернуться на западное побережье и переговорить с Богартом. Но он не выдержал и, как только самолет взлетел, набрал его по спутниковой связи. Тот сказал, что занят, и попросил приехать в Санта-Фе в резиденцию. Через несколько часов они уже сидели в кабинете губернатора и смаковали выдержанный виски.

- Итак. Твои впечатления? Как все прошло? спросил губернатор с хитрым прищуром.

- Лучше, чем ожидалось. Фотосессия с президентом была бесполезной, а вот разговор с вице- очень даже интересным.

- Ха! Я уже читал в новостях, что это дедушке пришла идея с астероидом. И картинки из овального зала ничего получились. Старик сияет, держится бодрячком. Вице-президент на своем сетевом канале тоже с тобой засветилась. Ты в курсе, что она теперь будет курировать твой орбитальный проект со стороны Администрации?

- Курировать? удивился Теон.

- Именно. Белый дом готовит директиву, по которой Орбитал будет включена в список фирм, имеющих национальный приоритет. Важный список. Хороший. Что-то вроде государственной крыши для коммерсантов. Туда входят только немногие избранные, те, от кого зависит национальная безопасность, финансы, фарма, ВПК, производители процессоров и разработчики критического софта. Так что ты будешь в одной компании с банковской империей Витмара.

- Твою мать. Мне не нужны никакие кураторы. Я хочу принимать решения сам, чтобы мне в совете директоров никто не мешал.

- Ты и будешь принимать решения сам. И в совете директоров никого не будет. По этой директиве ты лишь информируешь куратора о статусе проекта и общем состоянии компании. Для этого надо просто скопировать отчеты, которые ты шлешь акционерам и в Комиссию по ценным бумагам. Единственное обязательство это то, что во время чрезвычайных ситуаций, таких как война или пандемия, ты должен выполнить заказ правительства в приоритетном порядке. Но поверь, если дерьмо влетит в вентилятор, все будут выполнять заказ правительства в приоритетном порядке, без разницы, в списке они или нет. Ковид это очень хорошо продемонстрировал. А вот присутствие в списке дает тебе на правительственном уровне защиту от неблагоприятных факторов, в том числе внешних вроде давления иностранных правительств или конкурентов, и в случае проблемных ситуаций позволяет запросить экстренное финансирование.

- Мне не нужна защита от иностранных конкурентов. Мне нужна защита от Витмара, не скрывая разочарования, проговорил миллиардер.

- И ты ее получил. Теперь, когда тебя крышует вице-, он не посмеет ставить Орбитал палки в колеса.

- Ты думаешь? Да они ее купят с потрохами и заставят плясать под свою дудку.

- Не все так просто, мой друг, загадочным тоном проговорил Богарт. Витмар и его окружение старых финансистов стоят на пути волны новых молодых политиков, сделавших состояния и репутацию на высоких технологиях. Вроде тебя, но в области финансов и Интернета. Эти люди упорно идут к власти. У них есть для этого все: деньги, возможность через сеть манипулировать общественным мнением, поддержка значительной части молодых политиков на местном уровне. Единственное, чего у них недостаточно, это влияния на Белый дом и Конгресс. Там сидят старые пердуны, которые ни в какую не хотят перемен. К тому же эти две поляны очень плотно вытоптал Витмар и компания. Вице-президент одна из тех, на кого эта новая сила может положиться, но позиции у нее пока еще очень шаткие. В демпартии слишком сильно лобби старых финансистов. Слишком многих они купили, как ты выразился, с потрохами. Но время неумолимо. Старики через пару лет уйдут. Мы даже не знаем, дотянет ли президент до конца срока. Вполне может отойти от дел по состоянию здоровья. Тогда его место займет вице-. И это уже будет для Витмара совсем другой расклад. Мы нахрен вычистим его и компанию из Вашингтона и обеспечим новым прогрессивным политикам полный контроль и управляемость над страной.

- Ты в ее команде? осторожно спросил Теон. Ты же называл ее сучкой.

- Сучка она и есть. Как ты хочешь, чтобы я относился к своему прямому конкуренту. Сейчас очевидно, что если ничего не случится, то на следующих выборах победим мы. От демпартии два кандидата в президенты она и я. У нее шансов явно больше хотя бы потому, что она женщина и цветная. Тогда я стану вице-президентом. Если мне за оставшиеся три года удастся накопать на нее компромат достаточный, чтобы ее рейтинги пошли вниз, а авторитет в партии упал, то мои шансы стать президентом очень сильно вырастут, губернатор многозначительно посмотрел на миллиардера.

- К чему этот хитрый взгляд?

- К тому, что она повелась на мое предложение стать куратором Орбитал. Это значит она, кто-то из ее команды или аффилированные с ней компании будут крутиться у твоих миллиардов.

- И? с видом наивного ребенка поднял брови Курц, хотя уже понял, о чем идет речь.

- И наверняка испачкают руки. А лучше всего по уши измажутся в дерьме. Если они сами этого не сделают, то им надо будет помочь. И тогда я уничтожу ее репутацию и стану президентом.

- Круто. Я теперь еще и оказался замешан в мутном политическом раскладе. Я, блин, хочу на Марс, а меня тянут в вашингтонское болото.

- Будет тебе твой Марс. И астероид будет. Можешь хоть всю галактику покорить. Только имей немного терпения и помоги мне стать президентом.

- А Витмар? Теон вернул губернатора к беспокоящей его теме.

- Можешь считать, что риски с этой стороны минимизированы. Ты теперь под крылом вице-президента. Так что тебя открыто никто не тронет. Ковырять, конечно, будут. Через Комиссию по ценным бумагам или по каналам биржи. Но реального вреда причинить уже они не смогут. Белый дом прикроет. А через три года мы их, нахрен, всех зачистим, и тогда вообще можешь не беспокоиться. Сколько тебе надо времени на строительство буксира?

- Если очень-очень приблизительно, то при теперешнем финансировании и если никто не будет мешать год на подготовку, год на то, чтобы произвести модули на земле. Полгода, чтобы доставить на орбиту, и год на сборку. Потом ходовые испытания. А там как пойдет. Мы можем только предполагать, как в реальном космосе будут работать узлы и системы новой двигательной установки.

- А сколько до астероида лететь? поинтересовался губернатор.

- Период обращения этого камешка чуть больше двух лет. Мы планируем перехватить его в 25-м году на подлете к орбите Земли. К сожалению, наша планета будет достаточно далеко. Поэтому, по расчетам, до точки контакта надо будет лететь почти месяц. На стабилизацию астероида, его захват и прочие манипуляции тоже понадобится месяц. Ну и назад дней двадцать.

- А почему назад быстрее?

- Земля будет двигаться навстречу и сократит расстояние.

- Ясно. Вот видишь. Ты будешь готов к 25-му году. Если я стану президентом в 24-м, ты в последний год получишь полный зеленый свет.

- А если нет? хитро прищурился Теон.

- Да ну тебя, махнул рукой губернатор. Если нет, то я стану вице-президентом, и ты все равно получишь зеленый свет. Но ты, мой друг, хочешь на Марс. А я хочу в Белый дом. Так что давай друг другу помогать.

- Давай, миллиардер поднял стакан виски, и они сделали по глотку в знак полного согласия.

* * *

К концу второй недели после приезда Миша наконец приступил к работе. Большая часть нового исследовательского центра Орбитал была сформирована. Руководителем назначили конструктора из Массачусетского технологического института. Его команда работала над проектом буксира по заказу НАСА и почти закончила разработку готовой архитектуры. Для завершения конструкторских работ был необходим окончательный дизайн связки реактор-газотурбинная установка-капельная система охлаждения, которым как раз занимался отдел Когана. Понимая это, Миша старался вовсю. Он проводил на работе по 10-12 часов, по памяти выкладывал своим конструкторам концепции узлов и конкретные технологические решения, а те уже превращали их в чертежи и трехмерные модели.

Работа шла хорошими темпами. В Москве в отделе Когана было больше тридцати конструкторов, к этому числу надо было добавить еще два раза по столько же смежников, разрабатывавших по его заказу конкретные узлы. Всего получалось около сотни. Здесь под его началом было двадцать человек, но их эффективность была в разы выше из-за свободного доступа к мощному суперкомпьютеру. На его базе десяток специализированных нейросетей выполняли сложнейшие расчеты по нагрузкам, материалам, выстраивали и обкатывали модели узлов и элементов конструкции, выдавая результаты с невиданной скоростью. Его людям оставалось только загружать в них задания и исходные данные, а на выходе проверять полученные решения и контролировать общую компоновку.

Такая система работала четко и почти без сбоев. Да и те мелкие срывы, которые случались, происходили в основном из-за того, что суперкомпьютер располагался в киберцентре головного офиса Альфа Спейс в Хоторне, пригороде Лос-Анджелеса. Там же находились и администраторы нейросетей, адаптировавшие и загружавшие в них техзадания. Из-за проблем в коммуникации и неточностях перевода элементов на языки программирования иногда случались досадные зависы. Миша как-то раз упомянул это в еженедельном отчете директору центра. Через пару дней эта рабочая шероховатость была устранена. В его отдел пришел новый сотрудник, программист, специалист по нейросетям и искусственному интеллекту, в задачу которого входило администрирование всех операций с киберцентром.

Звали молодого человека Берни Роджерс. Парень хорошо влился в новую команду и оттянул на себя практически весь кусок технического функционала по загрузке данных в суперкомпьютер и предварительной обработке результатов. После его появления дела пошли еще быстрее, да так, что Миша несколько раз исправлял график работ в сторону ускорения, чем очень радовал и руководителя центра, и Теона. Когда администрирование взаимодействия с киберцентром было отлажено, Берни перешел в проектную группу, работавшую над искусственным интеллектом, которому предстояло стать основным элементом в управлении космическим буксиром.

По концепции конструкторов из МТИ, недавно перекупленных Теоном у НАСА, буксир должен был работать в автоматическом режиме с возможностью переключения на ручное управление. Предполагалось, что он доставит к астероиду несколько модулей, среди которых будут два постоянно обитаемых: жилой на семь человек и рабочий, в котором будет располагаться центр управления и аппаратная база искусственного интеллекта.

Детальная структура миссии была еще в разработке, но уже сейчас довольно четко прорисовывались ее основные фазы. Буксир будет собран на орбите Земли из готовых модулей. Для этого там будет создана орбитальная станция, в которой смогут жить и работать десяток астронавтов. После сборки он пройдет ходовые испытания в околоземном пространстве. Возможно, слетает пару раз к Луне по заказу НАСА. Если испытания пройдут успешно, к нему начнут пристыковывать модули для экспедиции к астероиду.

Из-за того, что следующее сближение UW168 с Землей произойдет только в середине 90-х, его предполагалось перехватить в 2025 в ближайшей точке от орбиты. В это время планета будет в 47 миллионах километров от астероида. По расчетам, буксир преодолеет такое расстояние за 30-35 дней. Подлетев, он должен будет синхронизироваться с астероидом по скорости и направлению и приступить к его стабилизации.

Дело в том, что космический камень размером 320 на 150 метров имел форму неправильной фасолины и вращался по нескольким осям со скоростью один оборот в сорок минут. То есть фактически хаотично кувыркался в пространстве. Чтобы проводить какие-либо дальнейшие действия, вращение нужно остановить. Это предполагалось сделать шестью реактивными двигателями, которые необходимо установить на его поверхности. Сделать это должен экипаж. Остаток энергии двигателей будет потрачен на торможение камня, несущегося в пространстве со скоростью 22 километра в секунду.

После стабилизации UW168 на его поверхности необходимо будет закрепить стыковочный узел. В это время буксир должен зайти сзади по ходу камня и присоединить к закрепленному на нем стыковочному узлу толстый трос из вектрана уникального и очень дорогого материала, обладающего прочностью, в десятки раз превышающей сталь, и эластичностью жесткой резины. Трос выпускается из отдельного модуля, в котором расположен механизм, напоминающий рыбацкую безынерционную катушку. После связки он мягко пружинит, гасит инерцию, медленно тормозит астероид, а катушка начинает подтягивать к нему буксир. На последнем этапе стыковочные узлы астероида и буксира входят в контакт и блокируются. В результате образуется жесткая сцепка, включаются основные двигатели, и буксир, медленно разгоняясь, тянет камень к Земле. На подлете к планете электрореактивные двигатели переходят в режим реверса и начинают плавное торможение, чтобы вывести его на расчетную орбиту.

На этом этап доставки заканчивается и начинается подготовка к разработке астероида. Как это будет происходить, у Теона были лишь самые общие представления. Но он уже подбирал специалистов, чтобы создать в рамках Орбитал еще один исследовательский центр, задачей которого будет разработка методики добычи ископаемых с UW168.

Все эти сложные действия требовали ювелирной точности. Их невозможно было выполнить без искусственного интеллекта. Для его разработки в рамках исследовательского центра была создана целевая группа, в которую структурно входил Берни Роджерс, хотя на этом этапе основная его нагрузка была в отделе Миши Когана. Парень он был смышленый, с нужным опытом и навыками, с работой справлялся неплохо, с людьми ладил, но в друзья не навязывался.

В Сан-Хосе Берни перебрался из Швейцарии со своей подругой Джейн, которая почти сразу устроилась на работу в крупную логистическую фирму, занимавшуюся перевалкой грузов в порту Сан-Франциско. Из-за плотной загрузки девушка с женами сотрудников центра почти не общалась. Чтобы устранить этот пробел, Миша и Яна в конце недели организовали у себя дома небольшую тусовку с барбекю. Каково же было удивление, когда выяснилось, что Джейн, подруга Берни, русская. Вернее, русская с литовским паспортом, а еще с ливанским и иорданским. Зовут ее Женя Рауде. Девушка долгое время работала в ООН в гуманитарных программах на Ближнем Востоке. Обеспечивала логистику доставки и распределения продуктов питания и медикаментов. Свободно говорила на арабском и трех европейских языках, имела степень по бизнес-администрированию. Последнее время занимала топовую позицию в крупной логистической фирме во Фризоне Дубая. По ее словам, с Берни они знали друг друга давно и уже подумывали осесть где-нибудь и пожениться.

В разговоре Джейн была приятной, казалась простой и незатейливой. В друзья не навязывалась, о себе много не рассказывала, но предложение вступить в клуб русских жен приняла, оговорившись, что работает на филиал прежней дубайской логистической компании в Сан-Франциско, поэтому сможет принимать участие в тусовках только по выходным.

Вечеринка у бассейна прошла весело. Ваха прислал своего повара с огромным количеством маринованного мяса и литровой бутылей чачи, поэтому настроение у всех было замечательное. Однако в конце произошло одно досадное событие, испортившее всем настроение. На виллу к Мише в сопровождении полицейских заявились два офицера иммиграционной службы. Они предъявили какой-то ордер, проверили и отсняли у присутствующих документы, прошлись по дому и, вручив Когану и Яне повестки в иммиграционное управление, удалились. Настроение после такого визита было испорчено, и, выпив по прощальному коктейлю, гости разошлись.

На следующее утро Миша с юристом Альфа Спейс, в которой он до сих пор официально числился, сходил в иммиграционную службу, заполнил какие-то формы и подписал бумаги. На этом все закончилось. Вид на жительство и разрешение на работу в Калифорнии у него уже были. Причем документы выдавались по специальному распоряжению губернатора, которое имело даже большую силу, чем федеральная иммиграционная служба. Здесь волноваться было не о чем. Но осадок все-таки остался. Тем более что по этому поводу Мише лично позвонил Теон и долго расспрашивал, как вели себя полицейские во время рейда. А вечером в этот же день к нему домой пришла группа специалистов безопасности Альфы, которая просканировала виллу и территорию на предмет жучков. Ничего не сообщив о результатах обследования, они удалились, оставив хозяев в состоянии полного недоумения.

Позже Гор с видом знатока объяснил, что история с иммиграцией и жучками, скорее всего, связана с конкурентами. Равных Теону по масштабу в Штатах не было, но несколько фирм поменьше космосом все же занимались. Они всячески пытались ставить Альфе палки в колеса и воровать готовые идеи, технологии и людей.

Несмотря на этот инцидент, жизнь у Миши Когана в Сан-Хосе была вполне себе комфортной. Проектирование космического буксира продвигалось успешно. Быт не напрягал, потому что всю работу по дому делала прислуга, а по выходным его скрашивали вечеринки, пикники на природе с новыми друзьями и коллегами и прогулки по морю на арендованных яхтах. К тому же отношения с Яной перешли на новый уровень, и парочка всерьез подумывала оформить их официально. Но американская действительность скоро дала понять, что русский ученый рано расслабился и почувствовал себя в раю.

В один из тихих летних вечеров, когда Миша поздно вернулся с работы и Яночка на террасе у бассейна накрыла романтический ужин со свечами и бутылочкой красного, в дверь виллы кто-то настойчиво зазвонил. Коган вывел на экран смарта картинку с домофона, но никого не увидел. Он все же встал из-за стола и пошел посмотреть, может почта пришла или прислуга заказала что-нибудь по доставке. У американских курьеров была такая привычка оставить пакет у двери, позвонить и уехать.

Когда ученый открыл дверь, то увидел лежащего на пороге негра, который руками зажимал живот. От него к остановившейся у подъезда к вилле машине тянулась тонкая струйка кровавого следа.

- Полицию... Вызовите полицию, простонал раненый, пытаясь боком заползти внутрь.

Пораженный увиденным, Миша на несколько секунд оцепенел и инстинктивно отступил вовнутрь. В это время со стороны проезда послышался визг тормозов, и напротив остановился еще один автомобиль, из которого тут же вывалились четыре негра. Они сразу заметили кровавую дорожку, ведущую к двери виллы, увидели Мишу в открытых дверях и лежащего в дверном проеме беглеца.

- Уф Ну и горазд ты бегать. Да еще с дыркой в животе, переведя дыхание, проговорил один из преследователей и махнул своим людям пистолетом с глушителем. Те бросились вперед, втолкали ошеломленного происходящим Когана в дом и следом втащили раненого.

- Что там за шум? раздался с террасы голос Яночки.

- О! Бабы. Ночь будет веселая. Быстро взять ее, приказал толстый негр с пистолетом, который, похоже, был главным. Пересидим здесь до утра, развлечемся с белоснежкой, а потом возьмем их машину и потемну свалим к себе на район.

Один из бандитов выхватил пистолет и бросился на террасу. Через секунду Яночка сдавленно вскрикнула, послышался шум борьбы, который почти сразу стих. Миша рванулся на помощь подруге, но тут же был сбит с ног и получил несколько ударов ногой по ребрам.

- Эй, Ромео. Ты не дергайся. А то и до рассвета не доживешь, толстяк снова махнул стволом и показал на раненого. Тащите этого нигера в гостиную. Бабу и задрота тоже. Двери закрыть. Шторы опустить. Ты, он ткнул в своего подельника, которому на вид было лет 18-19, потом найдешь ведро и тряпку и смоешь кровь с асфальта.

Пистолеты, наверно, были только у двух старших членов банды, потому что два помоложе рывком поставили на ноги трясущегося от нервного напряжения Мишу и, пару раз больно кольнув ножами в спину, вытолкали в гостиную. Там Когана и Яну бандиты посадили на диван. Раненого бросили на ковер. На него тут же навалился толстяк:

- Где бабло, сука, он тряхнул его так, что голова сильно ударилась о пол. Ты мне, падла, должен три штуки баксов за последние две партии шмали, и я их из тебя выбью вместе с дерьмом.

- Пошел ты, простонал тот и плюнул ему кровью в лицо.

- Ах ты, сука! толстый в ярости принялся молотить его рукояткой пистолета по голове, пока та не превратилась в кровавое месиво.

- Мулл, ты нахрена его кончил? спросил второй бандит, что постарше. Как мы теперь бабло найдем. Нам же с босом рассчитываться. Что мы ему скажем?

- С боссом я сам разберусь, толстяк пыхтя поднялся с пола, вытер рукоятку пистолета о штаны, поправил глушитель и огляделся. А тут нехилое гнездышко. Жируют белые свиньи на нашей рабской крови. У них и бабло наверняка есть. Так? он медленно направил пистолет на сжавшегося от страха Мишу.

- Господа бандиты. Если речь идет о трех тысячах долларов, то думаю пролепетал было тот, но его перебила Яна.

- Я вижу, вы реально крутые парни, вздернув подбородок, с вызовом сказала она. Давайте заключим сделку. У нас наверху в спальне сейф. Там десять штук наличными. Вы забираете деньги и исчезаете. А на этого, она кивнула в сторону лежащего в луже крови на ковре, мы вызовем скорую. Скажем, что приполз к нам под дверь, а мы пытались его откачать и перетащили сюда в гостиную. Они, конечно, вызовут полицию, но, пока то да се, пройдет час. Вы уже будете далеко.

- А ты неглупая, белоснежка, толстяк подошел к ней и пистолетом поднял подбородок. Десять штук это хорошо. Это очень хорошо.

- А еще, Яна встала, зазывно вильнула бедрами и медленно расстегнула верхнюю пуговицу платья, приоткрыв аппетитную грудь. Там наверху есть большая кровать.

- Большая кровать? немного удивленно переспросил толстяк. Было видно, что он не ожидал такого поворота событий и не хотел проявить слабость перед своими подельниками, не приняв вызов белой женщины. Кровать это хорошо, он облизнул губы и медленно провел стволом по Яниной груди. Ты будешь у меня кричать, как белая свинка. Я покажу тебе, что такое настоящий черный кабан.

- Яна, ты что? попытался встать с дивана сидящий рядом Миша, но нигер, почти не глядя, наотмашь ударил его тыльной стороной ладони по лицу, и он снова повалился на диван.

- Так! Слушайте сюда, сказал старший, не спуская глаз с Яны. Я сейчас иду с этой белой сучкой наверх. Возьму бабки и трахну ее белую задницу, так чтобы она орала на всю округу. Ты, он качнул головой в сторону стоящего рядом с пистолетом бандита, держи этого задрота на мушке. Если дернется дай по морде, но не мочи. Мы еще его поспрашиваем, может в этой шикарной хате есть еще чего ценного. А вы двое, обдолбанные малолетки, заверните труп в ковер. Завтра предъявим боссу и тело, и бабки. Пусть видит, что мы крутые пацаны, а не дешевые фраера из трущоб. Ну, пошли, он схватил Яну за локоть и подтолкнул к идущей на второй этаж лестнице.

Видя, как его подруга добровольно ложится под толстого, воняющего потом и дешевым одеколоном негра, Миша в бессильной злобе хрипло зарычал и еще раз попытался встать. Но второй бандит больно ткнул его дулом пистолета в грудь и прижал ногой к дивану. От сознания собственного бессилия на глаза ученому навернулись слезы, он зажмурился и сдавленно застонал.

Сколько времени Коган так просидел, потом он вспомнить не смог. Минуту? Пять? Десять? Его вывел из оцепенения веселый голос Яны, донесшийся сверху: Мальчики! Кто еще хочет позабавиться с белой сучкой?. Затем характерный хлопок, как будто на пол упала толстая книга. Миша открыл глаза и увидел, как, выронив пистолет, медленно оседает стоявший перед ним бандит. В его остекленевших глазах застыло удивление, а из сквозной, от виска к виску раны, пульсируя короткими толчками, выбивается кровь. Миша повернул голову вправо к лестнице. Там наверху на ступеньках стояла Яна с поднятым пистолетом.

В этот момент один из подростков, которые копошились у тела на полу, понял, что дело плохо, и бросился к выходу. Раздался еще один хлопок, и он с дыркой между лопаток повалился на пол. Второй малолетка, видя, что шансов убежать нет, встал на колени и, шепча что-то нечленораздельное трясущимися от страха губами, поднял руки вверх.

- Не двигайся, приказала ему Яна. Ступая по-кошачьи мягко, она полубоком сбежала по лестнице, держа парня на мушке. Сними ремень с брюк и расстегни ширинку, суровым голосом приказала она.

Взяв у бандита ремень, она зашла сзади и вырубила его коротким ударом ноги в затылок. Бесчувственное тело молодого бандита повалилось вперед. Яна упала на колени, быстро заломила руки ему за спину и скрутила их ремнем. Потом встала и как ни в чем не бывало поправила платье.

- Яна судорожно сглотнув, прошептал Коган.

- Что, милый, она посмотрела на него какими-то странными, почти чужими глазами.

- Ты их убила.

- Да, просто сказала она, подошла и села рядом с ним на диван. Если бы я этого не сделала, то они бы убили нас. Это точно.

- А где тот, что пошел с тобой наверх?

- Отдыхает.

- Он ведь может сюда

- Не может. У него из глаза торчат ножницы.

- Надо вызвать полицию, Коган облизнул пересохшие от стресса губы и посмотрел на лежащий на столе смарт.

- Нет. Ты помнишь, что говорил на инструктаже шеф по безопасности твоего исследовательского центра. Если что-то случится, вызывать надо не полицию, а их. И не по телефону, а тревожной кнопкой. Ты сиди тут. Я все сделаю сама.

Исследовательский комплекс Альфы находился минутах в пятнадцати езды от виллы. Там постоянно дежурила оперативная группа службы безопасности. Время было неспокойное. Криминальная обстановка в Америке и, в частности, на западном и восточном побережьях становилась все сложнее. Причиной тому было обнищание населения, наплыв мигрантов и беспредел черных, считавших, что им теперь все должны. Ограбления, угоны, кражи, наркота и проституция считались в полицейских отчетах обыденной мелочью. На их расследование не хватало ни сил, ни средств, потому что люди были заняты разработкой вещей посерьезнее: убийств, похищений с целью выкупа, множащимися со страшной скоростью организованными бандами и нелегальным оборотом оружия, который делал весь перечисленный криминал еще более опасным.

За последние пару лет участились инциденты с проникновением на территорию предприятий и исследовательских центров Альфы и нападением на персонал. Поэтому Акоста порекомендовал создать подразделения оперативного реагирования в рамках служб безопасности предприятий. Чтобы сократить время на подбор и подготовку людей, Теон купил небольшую частную охранную компанию с хорошей репутацией и лицензией на применение оружия и детективную деятельность. Теперь полноценные тактические группы хорошо подготовленных бойцов с боевым опытом несли дежурство на каждом серьезном объекте его империи. Была такая и в исследовательском центре в Сан-Хосе. Она как раз и среагировала на сигнал тревоги, поданный Яной.

Через десять минут после того, как Яна нажала тревожную кнопку, дверь в виллу открылась и чей-то голос снаружи громко и отчетливо проговорил:

- Мистер Коган! Это служба безопасности центра. Оставайтесь на месте. Сохраняйте спокойствие. Не предпринимайте никаких действий. Мы заходим через три.., две.., одну

Миша вздрогнул и обернулся на шум, раздавшийся со второго этажа. Одновременно с ним со стороны кухни из-за шторы, прикрывающей выход на террасу, и у входной двери появились бойцы в джинсах и легких рубашках, поверх которых были надеты бронежилеты с тактическим обвесом. В руках у них были укороченные автоматы с глушителями и лазерными прицелами.

- Чисто. Чисто. Чисто, эхом повторили они друг за другом.

- Чисто, раздалось со стороны второго этажа, и на лестнице появился еще один оперативник.

После этой своеобразной переклички в открытую дверь вошел старший группы в легком бронежилете с яркой надписью SECURITY. Он быстро осмотрелся, пнул ботинком пришедшего в себя молодого бандита, которого связала ремнем Яна, и недовольно покачал головой.

- Мистер Коган и вы, мисс Яна. У нас очень мало времени. За пять минут вы мне должны рассказать, что здесь произошло.

- Понимаете, вытерев о штаны вспотевшие от волнения ладони, начал Миша. Мы с Яночкой сели ужинать у бассейна на террасе. Потом звонок в дверь. Потом человек весь в крови. Потом Потом

- Давай я попробую, Яна взяла руку ученого в свои ладони и, стараясь успокоить, легонько погладила.

За три минуты она в деталях кратко и четко, не упуская важных подробностей, сумела рассказать о нападении бандитов. Все это время старший группы внимательно рассматривал девушку, иногда медленно кивал головой. Когда Яна закончила, он включил закрепленный на шее ларингофон, отошел в дальний угол гостиной и несколько минут тихо с кем-то общался. Затем вернулся к ожидавшей его на диване парочке и серьезным тоном сказал:

- Мисс. Вы убили трех человек. Это была самооборона. Вполне возможно, эту версию удастся доказать в суде. Но эти четыре ублюдка черные, что значительно осложняет дело. В любом случае вас обоих задержат, будет долгое следствие и не менее долгий процесс. Все это получит огласку и может превратиться в скандал, который навредит репутации Альфы и лично Теону. К тому же все это время мистер Коган не сможет работать над критически важным для компании проектом. Я хочу задать вам, мисс Яна, и вам, мистер Коган, один вопрос. Вы хотите избежать неприятностей?

- Конечно, энергично закивал головой Миша.

- Что нам надо делать? спросила Яна, глядя в глаза оперативнику.

- Вам надо сесть в автомобиль и уехать. Через несколько минут я покажу маршрут, по которому вас не засекут камеры, а значит невозможно будет определить время, когда вы проехали. Я также укажу вам конечную точку, где вы остановитесь, и дам информацию для следствия временные промежутки, когда вы выехали из дома, каким маршрутом ехали и что делали все это время. Все это, он сделал жест рукой, случилось без вас. Вас не было дома. Понимаете? Сюда вломились бандиты. Сработала сигнализация. Мы приехали на вызов и положили всех нигеров, потому что те первыми открыли огонь.

- А этот? спросил Яна, показав глазами на замершего на полу связанного парня.

- Я сказал всех, чуть прищурившись, повторил старший. Потом мы вызовем полицию. Она и сообщит вам о нападении. Домой вы вернетесь только после звонка из полиции. Не раньше. Вы изобразите шок, непонимание, испуг, потому что здесь будут следы перестрелки. Можете изображать все, что угодно, но должны повторять одно вы понятия не имеете, что здесь произошло. Этих людей видите впервые. И нас тоже. Как только мистер Коган вернулся с работы, вы сели в машину и поехали на пикник. Больше никаких комментариев. Вы ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаете. Завтра вас вызовут в полицию на допрос к следователю. С вами будет находиться адвокат. Он еще раз проинструктирует. Но все равно шок, поехали на пикник, ничего не видели, ничего не знаем. Понятно?

- Понятно, кивнула Яна.

- Пришел с работы. Пикник. Ничего не видели. Ничего не знаем, про себя прошептал Коган, как будто старался заучить наизусть эти простые фразы.

- Тогда все. Идите в машину, я вам скажу, когда выезжать и куда ехать.

- Секунду. Я уберу стол на террасе, предложила Яна. А то романтический ужин как-то не вяжется с пикником.

- Хорошее замечание, мисс одобрительно кивнул оперативник. Можете собрать еду и вино в сумку, и обязательно попейте и поешьте. Вы ведь были на пикнике.

Девушка встала, быстро убрала стол у бассейна, запаковала вино, приборы и две порции лосося с ризотто в пакет и с решительным видом вернулась к оперативнику.

- Я сбросил на ваш смарт маршрут, где нет камер, расписание и порядок ваших действий, который вы должны будете озвучить следователю, сообщил тот и повернул к ней свой смарт экраном. Смотрите, вы здесь, на самом краю Саратоги^[25]. Первая линия от гор. Камер на вашей дороге нет. Только на перекрестках вот здесь и здесь. Но между ними есть технический съезд на гравийку влево и дальше в заказник Эль Серено. Потом, вот здесь, поворот к небольшой смотровой площадке на город и зоне пикников. Там вы и остановитесь. Всего по карте семь кэ-мэ. Это минут десять езды. Площадка закрыта уже несколько недель из-за пожаропасности, но после того, что у вас тут произошло, на это нарушение никто не будет обращать внимания. Максимум, получите штраф в пару сотен. Скажете, не прочитали табличку на въезде. А еще лучше, старший в раздумье помял подбородок, как только разложитесь на пикнике, сбросьте мне смс. Я вам направлю смотрителя заказника. Он составит протокол. Заодно будет свидетель. После этого я сразу же вызову полицию. Значит, он посмотрел на часы, с момента вашей стрельбы пройдет чуть больше получаса. Нормально. Тела еще будут свежими.

Яна хотела спросить, что с ее тревожным сигналом, который должен быть зафиксирован на пульте службы безопасности. Но передумала. Судя по четкости действий, оперативник прекрасно понимал, что делает, и следовал какому-то своему плану.

Когда уже они были у двери, ведущей из прихожей в гараж, сзади раздался громкий шелест, как будто застрекотал огромный кузнечик. Миша вздрогнул и оглянулся. Над лежащим на полу связанным бандитом стоял один из бойцов с опущенным в его направлении стволом автомата. Видя, что ученого начало трясти от увиденного, Яна потащила его в гараж и затолкала в автомобиль.

Дальше все произошло в точности, как описал оперативник. Парочка приехала на площадку для пикников и разложила свой романтический ужин. Миша дрожащими руками налил себе полный бокал вина. Выпил. Потом еще один. Посидел немного, пустым взглядом уставившись вниз на долину, где у подножья горы в опускающихся сумерках светился огнями Сан-Хосе. Когда он потянулся, чтобы наполнить третий бокал, по зоне пикника скользнули фары. Из леса появился черный внедорожник с непонятной эмблемой на борту и остановился метров за двадцать от их столика. Открылись дверцы. Наружу выбрались два человека в незнакомой форме. Один остался стоять у машины, второй постарше направился к ним.

- Мистер, мэм Пожарная охрана округа, представился он, чуть приподняв козырек широкополой ковбойской шляпы, которую украшала такая же эмблема, как на машине. Эта зона закрыта для посещения из-за опасности пожара. Я вынужден составить протокол для оплаты штрафа. Прошу предъявить документы.

Пока Яна копалась в сумке, чтобы найти права, он осветил фонарем номер их электрокара и надиктовал его кому-то по рации. Видя, что публика не агрессивная, пожарный расслабился, достал из нагрудного кармана блокнот с квитанциями и, сверяясь с водительским удостоверением, начал заполнять бланк.

- Поляки? спросил он, прочитав Янину фамилию.

Та открыла рот, чтобы ответить, но тут зазвонил ее смарт. Девушка поднесла его к уху. Ее глаза округлились то ли от испуга, то ли от удивления.

- Этого не может быть! Это, наверно, какая-то ошибка! ответила она звонившему, еще с минуту слушала, что ей говорят, потом растерянно посмотрела на пожарного. Это полиция. У нас дома ограбление со стрельбой и жертвами.

- Разрешите, он протянул руку, взял у Яны телефон и, представившись, сообщил, что выписывает его владелице штраф за нарушение правил посещения заказника. Он с минуту слушал, что ему говорят, потом коротко ответил Да, сэр и вернул телефон. Мэм. У вас дома действительно произошло серьезное происшествие. Вам срочно надо вернуться к себе. А это, он посмотрел на почти законченную квитанцию и перечеркнул ее ручкой. Ограничимся на первый раз устным замечанием.

- Спасибо, сэр. Вы очень добры, растерянно ответила Яна.

После того как пожарные уехали, Яна быстро наполнила бокал вином и подвинула его Мише.

- Пей, она понаблюдала, как он медленно его осушил, и взяла его руку в свою. Милый, слушай меня внимательно. Мы попали в серьезную передрягу. Если ты хочешь, чтобы мы выбрались из нее без ущерба, то, когда мы приедем домой, прикинься пьяным и позволь с полицией говорить мне. Ты должен просто повторять. Пришел с работы. Поехали на пикник. Тут инспектор-пожарник. Никого не знаю. Ничего не видел.

- Понял, мотнул головой слегка захмелевший Миша. Пришел с работы. Поехали на пикник. Никого не знаю. Ничего не видел.

У дома стояли несколько полицейских машин и две скорые помощи. У двери их встретил инспектор полиции и еще какой-то тип из наркоконтроля. Яна остановилась в дверях и, вполне натурально всплеснув руками, воскликнула О, мой бог!. Миша только икнул и открыл от изумления рот. В гостиной царил полный разгром. Мебель была повалена на пол. Диван и кресла перевернуты, стеклянный журнальный столик и огромный телевизор разбиты. В стенах и потолке следы от пуль. У стены санитар накладывал повязку на грудь одного из оперативников, а стоящий рядом полицейский рассматривал его бронежилет, в котором можно было различить вмятины от пуль. Толстяк, тот, что поволок Яну в спальню, лежал у выхода на террасу, сжимая в руке пистолет. Ножницы из глаза не торчали. Но было видно, что в лицо попало несколько пуль из автомата. В гостиной в разных местах лежали еще два тела. Остальных видно не было.

- Сэр, мэм. Наберитесь мужества. Сцена не из приятных, инспектор остановился и взглянул на хозяев сочувствующим взглядом. Похоже, пока вас не было, на ваш дом произошел налет бандитов. Мы пока не знаем, как они здесь оказались, но все похоже на разборки мелких заезжих пушеров^[26]. Сработала сигнализация. Приехала дежурная группа охраны. К сожалению, бандиты открыли стрельбу, ранили одного из охранников. Ну а те ответным огнем всех положили. Правда, немного поломали мебель. Но, я думаю, у вас все застраховано. Сейчас идут следственные действия. Мне надо задать вам несколько вопросов. Простая формальность. У вас есть кабинет? Если не возражаете, пойдемте туда, а то здесь слишком много народу.

- О боже, только и смогла произнести Яна.

- О боже, снова икнув, повторил Миша.

Опрос действительно оказался формальностью. Инспектор проверил их документы, спросил, когда они покинули дом, закрыли ли дверь, куда поехали и что там делали. Поскольку Коган был явно нетрезв, отвечала Яна. Все, как проинструктировал старший группы.

Ночь они провели в отеле. По дороге Яна заставила Мишу выпить таблетку успокоительного, поэтому, как только вошли в люкс, он сразу отрубился. Убедившись, что друг заснул, Яна опустошила себе в стакан несколько бутыльков разного алкоголя из минибара и залпом выпила. Через секунду все напряжение, накопившееся за этот безумный вечер, вырвалось наружу. Девушку начало трясти и тошнить. Чтобы не испачкать ковер, она бросилась в ванную. Там, прополоскав рот холодной водой, она свернула полотенце в несколько раз, прижала его к лицу и что есть силы заорала. Она кричала почти минуту, пока в легких не кончился воздух и перед глазами не поплыли черные круги, потом убрала полотенце и сделала пару глубоких вдохов. Такой жесткий выброс эмоций снял напряжение и если не успокоил, то хотя бы восстановил самообладание, которое будет так необходимо завтра. Разговора со следователем в полиции Яна не опасалась, хотя и тут проблемы могли возникнуть в любой момент. Она боялась другого. И не напрасно.

Рано утром к ним в люкс пришел Акоста, шеф службы безопасности Теона.

* * *

Доклад Акосты, который тот написал после нападения в Сан-Хосе, Теон посмотрел по диагонали. Тратить усилия на его детальное изучение не было смысла, потому что шеф безопасности уже вернулся в офис после беседы с потерпевшими и был готов изложить все детали лично. То, что произошло с Коганом, выглядело, как случайность, но вполне могло быть и злонамеренными действиями недоброжелателей. С этого вопроса Курц и начал разговор.

- Ты уверен, что это не конкуренты? А может Витмар хотел выбить у меня основного конструктора?

- Не похоже, покачал головой Акоста. На вилле у Когана было пять нигеров. Четверо пытали одного, а потом порешили. Скорее всего, за долг. Полиция пробила всех по базе. Заезжие. Конченые торчки, мелкие торговцы наркотой из пригорода Сан-Франциско. Состоят там в банде отморозков, которая держит пару кварталов в черном гетто. Не думаю, что это целенаправленная акция. Иначе нахрен им устраивать спектакль с пытками и убийством.

- Может, напугать хотели?

- Ну, с Коганом у них это получилось. Он конченый ботан. До сих пор руки трясутся от увиденного.

- Работать сможет? спросил Теон. Он у меня ключевая фигура на астероиде.

- Думаю, сможет. Сегодня утром после разговора со мной они уже были в полицейском участке. Дали официальные показания. Все в присутствии адвоката. Прошло как по маслу.

- Старший оперативной группы молодец. Отлично среагировал. Сразу связался с тобой. Надо его отблагодарить.

- У меня все такие. И он, и бойцы классно сработали. Один даже под пули подставился. Весь грудак в гематомах. Хорошо, что ребра не сломаны. Все получат и бабло, и отпуск за эту операцию. Трепаться они не будут. Повязаны кровью. На всех у меня досье.

- Круто. А расследование? Какие шансы, что все всплывет?

- Следователь свой. Его тоже потом надо будет отблагодарить. Проблемные точки вроде камер, оружия, стыковки по этапам события и синхронизация показаний закрыты. Единственное, за что можно зацепиться, это пистолет одного из бандитов. Из него подруга Когана застрелила двоих нападавших. По показаниям он проходит как принадлежащий одному из оперативников. То есть стрелял он во время зачистки виллы. Тут ничего не поделаешь. Поскольку в деле все очевидно, следователь по этому пистолету проверку не запускал и не делал полную экспертизу. Какой шлейф тянется за этим оружием, можно только догадываться. Бандиту мы вложили другой грязный ствол. Его пули как раз и застряли в бронежилете охранника. Это для подтверждения того, что нигеры открыли огонь первыми. Надеюсь, что ввиду ясности обстоятельств, разбирательство проведут быстро и никто глубоко копать не станет. Полиция итак загружена под завязку. Они буду рады отправить дело в архив и записать себе очередной плюс. Но все равно надо бы перестраховаться. Пробить бандитский ствол по базам. Если что, подкорректировать или вообще удалить лицензионные записи, чтобы в случае проверки из минюста или прокуратуры все было абсолютно чисто. Потому что, если всплывет правда, всем, кто участвовал в этой операции, полный пипец.

- Сам сможешь или мне привлечь кого? спросил Теон.

- Смогу. Но надо пару недель. Как раз столько понадобится, чтобы следователь отправил дело в архив.

- Тогда, похоже, нечего волноваться. Ты, как всегда, сработал безупречно, Курц откинулся на спинку кресла и с довольным видом постучал карандашом по столу.

- В этом происшествии все-таки есть над чем поразмыслить, нахмурился Акоста. Коган, конечно, конченый ботан. А вот его подружка персонаж очень интересный. Вначале в парке она укатала черную толстуху, которая к ней приставала. Затем вчера завалила огромного нигера. Одним ударом. Ножницами в глаз. После этого, не моргнув, кончила еще двух из отобранного у него пистолета. С двадцати метров в голову. Профессионально спеленала третьего специальным узлом для спутывания рук широким ремнем. А потом, пока ее парень пускал сопли и трясся от шока, безукоризненно подыграла старшему опергруппы в раскладе с полицией. И никаких следов стресса. Полное самообладание и контроль над ситуацией.

- Да-а. У девахи крепкие нервы. Русские вообще сделаны из стали.

- Дело тут не в нервах, а в подготовке. Причем очень профессиональной. Так мог себя вести только человек с хорошо отработанными боевыми навыками.

- Интересно. А что говорит она? поднял брови Теон.

- Говорит, что в школе и в университете занималась спортивной стрельбой, поэтому знакома с оружием. Ходила в Москве в фитнес. Там тренер немного учил рукопашному бою. Ножницы в глазу это на адреналине. А узел получился случайно.

- Может, так и есть?

- Может, так и есть, эхом отозвался Акоста. Я запустил проверку ее цифрового следа в России и после ее приезда сюда. Еще хочу поговорить с контактами ЦРУ, чтоб пробили ее историю.

- Хорошо, кивнул Теон. Держи меня в курсе. Этот русский ведет критический кусок работы. Что бы ни случилось, он должен ее закончить. Я очень заинтересован в том, чтобы Коган работал максимально эффективно, и чтобы его ничего не отвлекало. Если у него под боком ассасин в юбке, которая играючи положила трех нигеров, так и хрен с ней. Главное, чтобы его работе не мешала. Так что проследи.

- ОК, босс. Сделаем в лучшем виде, ответил Акоста.

Уже к концу дня из АНБ и ЦРУ пришли первые предварительные результаты проверки. Яна Каплер, подружка русского гения, казалась обычной московской девушкой, не привлекавшей к себе никаких подозрений. Ее паспортные данные подтверждались в базе и прослеживались от самого рождения. Информация полностью совпадала с тем, что она указала в миграционной анкете. Шпионы обещали дополнительные сведения через пару дней, поэтому Акоста решил подождать перед тем, как делать окончательные выводы о том, что русские действительно из стали.

Через неделю пришла сводка от контакта в ЦРУ и результаты проверки цифрового следа русской. Здесь все тоже складывалось в одну логическую картину. В университете Яна действительно была в спортивной секции по стрельбе. У нее даже были два зарегистрированных мелкокалиберных спортивных пистолета и винтовка. Все официально, с разрешениями. Когда они сошлись с Коганом и сняли квартиру, девушка сдала оружие на хранение в районное управление Росгвардии, о чем была сделана отметка в электронной базе. В ее фитнес-клубе действительно работал тренер с навыками кикбоксинга, который раньше дрался в октагоне^[27]. И он реально вел занятия по кик-фитнесу, а для энтузиастов давал уроки самообороны. Яна как раз была в группе таких энтузиастов.

Цифровой след был менее информативен, чем ожидалось. Девушка практически не светилась в соцсетях. А ее единственный чат с друзьями был забит обычным мусором вроде смайликов, картинок, ссылок и репостов, но в нем не было ни одной фотографии. Даже на аватарке висела смешная мультяшная мордочка. Это было довольно необычным для молодой девушки. Из сетевой активности в основном деловая переписка по работе, скачивание книг, музыки, фильмов, доставка и шопинг.

У Яны был свой интернет-магазин подарков, который она открыла за год до знакомства с Коганом. Поначалу дела шли туго из-за более раскрученных конкурентов, но пандемия подхлестнула интернет-коммерцию, ее предприятие пошло в рост и вышло на вполне себе солидный оборот в почти 6 миллионов долларов. Именно на сайте магазина подарков появилась первая сетевая фотография девушки в качестве директора. С этого момента и идет ее визуальная интернет-идентификация.

В общем, Яна Каплер была чиста, как альпийский снег. Пожалуй, даже слишком чиста для обычной русской девчонки, пусть даже сделанной из стали.

Получалось, что к русской конкретно зацепиться было не за что. Поэтому Акоста доложился боссу и, видя, что тот остался доволен, что подруга его ключевого конструктора хоть и обладает навыками ассасина, но на Джеймса Бонда в юбке все же не тянет, поставил ее на постоянный контроль.

* * *

К удовлетворению Теона следствие по нападению в Сан-Хосе закончилось быстро и с предсказуемым результатом. Через десять дней ввиду очевидности обстоятельств следователь передал дело начальству, которое, получив подпись прокурора, успешно отправило его в архив.

Все это время Яна с Мишей жили в гостинице. Вначале вилла была закрыта на пару дней для следственных действий. Потом там шел косметический ремонт и менялась мебель в гостиной, где была перестрелка. Служба размещения осторожно предложила им переехать на другую виллу и, возможно, даже взять апартаменты где-нибудь в центре города, но Коган уже отошел от первого стресса и настоял на том, чтобы вернуться в уже обжитый дом с видом на горы.

На работу конструктор вышел на второй день после инцидента. Отдел встретил его соболезнованиями и понимающими взглядами, а всезнающий Гор сообщил, что такая хрень здесь может случиться с каждым. То малолетняя черная гопота залезет и вынесет из дома что-нибудь ценное, чтобы купить шмали, то бомжи заберутся, чтобы поспать на приличных кроватях, пока хозяев нет дома. Полагаться на сигнализацию и крутейшую в округе группу оперативного реагирования, конечно, хорошо, но стоит еще прикупить средства индивидуальной защиты. Лицензию на огнестрел Мише пока не дадут, а вот что-то вроде тайзера^[28] или травмата приобрести можно вполне легально. И, кстати, у него есть знакомый, который может все это продать и за небольшую плату научить обращаться с нелетальным оружием.

Слушая коллегу, Миша вспомнил, как Яна с лестницы, играючи, прострелила голову бандиту, а другому всадила пулю между лопаток, когда тот попытался убежать, и сказал, что подумает. Все это время он не обсуждал с подругой детали произошедшего. Но когда они вернулись обратно на виллу, Коган остановился у входа в гостиную и окинул ее задумчивым взглядом.

- Яночка. Спасибо тебе. Ты нас всех спасла, проговорил он тихо. Причем два раза. Когда постреляла этих ублюдков и потом с полицией. Я не знаю... Но я был реально в шоке. Внутри все такое холодное и дрожит. Пот по спине. Руки трясутся. Когда тебя этот боров потащил наверх, я хотел броситься на помощь. Но меня ногой Боже... он закрыл глаза, словно заново переживая эту ужасную ситуацию.

- Ну что ты, милый, она прижалась к нему и положила голову на плечо. Я знала, что делаю. Поверь, у нас не было другого выхода.

- Я знаю, он погладил ее волосы и прошепталона ухо: Где ты научилась так стрелять? Так хладнокровно убивать людей, у него в памяти всплыла картинка подруги, стоящей на лестнице в профессиональной стойке с чуть наклоненным влево для лучшего обзора пистолетом, поднесенным почти к самому лицу в двух полусогнутых руках. Мальчики! А потом бах, бах. И два трупа.

- У меня первый разряд по пулевой стрельбе. Я на вузовских соревнованиях призы брала. Меня даже на национальные соревнования направить хотели. Но чуть не дотянула.

- Круто, вздохнул он, не выпуская ее из объятий. И рукопашный бой, и стрельба. Да ты у меня прям Рэмбо.

- Похоже, да, она подняла лицо и поцеловала его в губы. А ты мой Эйнштейн. И Королев одновременно.

- Ты уверена, что хочешь здесь жить? Может, переедем? он снова обвел гостиную рассеянным взглядом.

- Не хочу бегать. Это наш дом в Америке. Тем более мы его уже сумели защитить. И место здесь хорошее. Бассейн, горы. Цикады без нас будут скучать. Пошли лучше на террасу. Откупорим бутылочку вина. Посидим. Посмотрим на закат.

В тот теплый летний вечер Миша и Яна допоздна сидели в шезлонгах. Молчали. Смотрели на медленно сползающее за горы солнце. Неспешно потягивали вино. Слушали тихое потрескивание цикад. А потом у них был бурный и страстный секс в спальне. На кровати, на которой десять дней назад лежал жирный, воняющий потом нигер с торчащими из глаза ножницами.

На следующий вечер Яна снова накрыла на террасе романтический ужин со свечами и вином. Миша, как и в день нападения, пришел с работы около девяти. Они сели за стол и, когда бокалы были наполнены, а хозяин готовился произнести тост, в дверь снова позвонили. По камерам было видно, что у порога стоял мужчина с сумкой и корзиной. На этот раз его можно было опознать вполне определенно, и Коган, недоуменно пожав плечами, пошел открывать.

- Добрый вечер этому дому, Ваха, широко улыбнувшись, поставил свою ношу на порог и по-братски несколько раз обнял растерявшегося от такого приветствия ученого. Я слышал, что у вас тут произошло. Беда. Ой, беда. С этими нигерами совсем тяжко стало. И чем дальше, тем хуже. Но, слава богу, вы в порядке. И это главное. Я вот тут вам подарок принес барашка, лаваш, овощи. Теплое все еще. Прямо на стол. А это, он поднял корзинку, из которой торчало горлышко двухлитровой бутыли, домашнее вино. Сам делал.

- Спасибо, смущенно улыбнулся Миша и, чуть помедлив, из вежливости добавил: Может, зайдешь? Мы как раз с Яной ужинать сели.

- О! Так я кстати, абхазец поднял сумку и вошел внутрь мимо отступившего в сторону хозяина, который явно не ожидал, что тот примет приглашение.

Яна быстро поставила дополнительный прибор. Ваха, поудивлявшись диетическому ужину из креветок с овощами, выложил на стол пахнущее дымком и ароматными специями каре ягненка, большую лепешку горячего лаваша и глиняную чашу с запеченными на гриле овощами. Затем с гордостью достал бутыль вина и триумфально поставил ее в центр стола.

- Виноград здесь, конечно, хорош. Но для настоящего кавказского вина нужен кавказский виноград, сказал он, встал и, разлив вино по бокалам, поднял свой в полном значимости жесте. Тост! Короткий, но важный! Пусть минуют этот дом беды и несчастья. Пусть здесь царят мир, любовь и процветание! Пусть он будет полон счастья и добрых, верных друзей, Ваха медленно, со вкусом осушил бокал, обвел всех важным взглядом профессионального тамады и, убедившись, что хозяева сделали по глотку, опустился на стул. Кстати, о друзьях. Я ведь не просто так пришел. Разговор есть серьезный, он многозначительно посмотрел на Мишу.

- Да? рассеянно спросил тот, потом, поняв, что значит взгляд гостя, добавил: Ваха, ты говори. У меня от Яны секретов нет.

- Ну раз нет, так нет, абхазец отломал кусочек лаваша, отправил его в рот и медленно пожевал, словно решая, стоит ему начинать разговор при женщине или нет. Понимаешь, когда по округе прошла инфа, что на вас был наезд, братва подумала, это мексы сорвались. Потом смотрим нигеры. Видим, что не сходятся концы.

- Какие концы? ничего не понимая, спросил Коган.

- Какие-какие. Хреновые концы. По округе прошел слушок, что заказали вас.

- Нас? наивно удивился Миша и испуганно посмотрел на подругу.

- Можно дальше я, скромно улыбнулась она и повернулась к гостю. Ваха, послушай. Я понимаю женщина и все такое. Но я пять лет работала следователем в убойном отделе, так что лучшего слушателя ты здесь не найдешь. Давай-ка без этих ужимок и томных взглядов. Выкладывай все с самого начала.

При упоминании убойного отдела Коган чуть не поперхнулся бараниной и, схватившись за бокал, сделал несколько жадных глотков.

- А Вот оно что, гость уважительно покивал головой. А я думаю, откуда у такой симпатичной девушки навыки одним движением жирных нигерок на колени ставить. Тогда понятно. Следак так следак. Но что было, то было. Мы здесь все американцы, живем новой жизнью и о прошлом не вспоминаем. У нас, кстати, тоже бывшие менты есть. Причем очень важные. Бабок намыли в девяностых и сюда сбежали.

- Класс вступление, скупо улыбнулась Яна. Теперь по делу. И без мути про важных ментов.

- А по делу все выглядит так. Как только Теон начал это кипеш с астероидом, приехали сюда какие-то фраера с восточного побережья. На понтах все такие костюмы, галстуки, очки по штуке баксов, модные, серьезные, у всех разрешение на огнестрел. Прям Матрица. Стали они вынюхивать, что здесь да как. Кто город держит. У кого какие зоны влияния. Кто чем занимается. Кто с кем режется. Эти ребята быстро поняли, что здесь все поделено между нами и мексами. Черных мы придавили. А итальяшкам оставили только нелегальные казино и проституток. Мы, такие, думаем, с какого хрена они к нам посунулись? Явно не менты. Значит, серьезные перцы. И может даже под себя весь наш бизнес подгрести планируют. Хотели одного прищемить да поспрашивать что да как, но тут инфа из местной полиции пришла, что легалы это.

- Кто? переспросила Яна.

- Официальная частная охранная компания. Эти рексы похуже ФБР и ЦРУ вместе взятых. Работают в таких фирмах крутые профи. Все с опытом. Экипированы для разведки и спецопераций. Все разрешения есть. Поддельные личности, истории, медкарты. Легенды, как у шпионов. Выполняют спецзаказы по расследованиям и зачистке для государства и крупных компаний. Причем и дома, и за границей. Слышали про тайную армию Пентагона? Как раз та тема. Эти конкретные ребята недавно откололись от крупной конторы и создали свою. Ну явно под какой-то конкретный расклад, чтоб остальных не светить. Блин, думаем, пипец. Какого хрена они здесь вынюхивают? И тут выясняется, что эти распальцованные фраера хотят разместить заказ среди местных. К нам они не сунулись. Видно, кавказцы не внушают доверия. У итальяшек ребят крутых нет, одни сутенеры. А вот к мексам и к нигерам они подкатили. Видно, наводки у них были крутые с самого верха. У латинос наш казачок засланный есть на самом верху. Он инфу про заказ и слил.

- Странно. Чтоб заказать пару русских, через всю страну сюда летит спецгруппа. Светится. Рискует. Не проще ли послать киллера? Тут спецу работы на пять минут, скептически ухмыльнулась Яна.

- Ты дальше слушай, Ваха зубочисткой подцепил из розетки маслину и отправил в рот. Двух-то может и киллер исполнить. Но заказ групповой.

- Как групповой? спросил притихший от таких жутких раскладов Миша.

- А вот так. Они хотят нахрен зачистить весь ваш научный центр. Массовое, блин, убийство. Резня. В лучших традициях Голливуда, совершенно серьезно ответил абхазец.

- Херасе, нахмурилась Яна.

- Вот те и херасе. Кому-то очень не нравится то, что делает Теон с астероидом. Мож, конкуренты. Мож, еще кто.

- И каков сейчас статус заказа?

- Каков статус, Ваха встал, налил всем еще вина. Таков, что нигеры взяли время подумать. А мексы согласились. Даже расписали гостям что да как. Типа пригласят из Мексики бригаду отморозков. Они сделают всю работу, а их потом самих порешат. Только блеф все это, чтобы время потянуть и чтоб заказ к нигерам не ушел. Мексы не хотят бойни в Сан-Хосе. Если тут такое случится, нам всем конец. Здесь понаедет силовиков со всей страны и всех нас нахрен зачистят. И нас, и итальяшек, и мексов, и нигеров. Выезженная земля будет. Все потеряют бизнес, а главное, людей. Ни мы, ни мексы в этом не заинтересованы. А поскольку мы с ними, типа, партнеры, наши топы пришли к ним с предъявой. Мол, про наезд залетных фраеров знаем. Вы, типа, херней не страдайте. Давайте этот замес разгребать вместе. Ну, те не идиоты согласились.

- И как вы собираетесь разгребать наезд? Яна с интересом посмотрела на гостя.

- Как-как. С помощью Теона, исподлобья взглянул на нее Ваха. За небольшое вознаграждение мы готовы решить вопрос с залетными фраерами. Кардинально.

- Даже так.

- А тут все так решается. Это в России принято сперва договариваться, стрелки набивать, терки тереть, то, се. А здесь вначале стреляют, а потом задают вопросы.

- А к нам ты чего пришел? Почему не в службу безопасности?

- Понимаете, гость поскреб небритый подбородок. Мутные они все. Подозрительные. Бывшие армейцы, копы. У всех концы остались в прежних конторах. Сольют на раз-два и пиши пропало. Нах нам такой риск? А ты Миша с Теоном несколько раз в неделю встречаешься. Ты его золотой интеллектуальный фонд. Основной конструктор на проекте. Вот и шепни ему так, мол, и так. Готовится зачистка научного центра. Произойдет это, скорее всего, на одной из следующих пляжных вечеринок. Или где вы там еще собираетесь побухать. Скажи, заказ идет с западного побережья. Что заезжие денег не жалеют. Скажи, что местные не хотят проблем и могут кардинально решить вопрос. Если он готов обсудить тему, пусть для координации с нами выделит человечка, которому доверяет. Больше от тебя ничего не требуется. Только выведи нас на него и все. Можешь на меня свободно ссылаться. Теон меня знает. Мои люди часто ваши тусовки обслуживают. Шашлык-башлык, вино-шмино, чача-шмача. А если мы договоримся, получишь наш респект и процент от заказа. Мы умеем благодарить.

- А что? Нормальный план, одобрительно покивала головой Яна. Думаю, Миша тоже так думает.

- Ну, поговорить-то я могу, а дальше вы уж сами решайте, Коган опасливо посмотрел по сторонам, словно боясь, что их кто-то может подслушать из зарослей магнолий.

- Ну вот и ладушки, добродушно улыбнулся Ваха и поднял бокал. Так давайте выпьем за то, чтобы все плохое осталось в прошлом, а впереди нас ждало только хорошее.

- И все же, Яна пригубила вино и поставила бокал на стол. Почему ты пришел именно к нам? Почему, допустим, не к Егору.

- Вот! Чувствуется следак! Пока все нюансы не выяснит, не слезет, он весело хлопнул ладонью по столу. Тут все просто. Гор мутный тип. Слишком долго в Америке. Все туда-сюда, что-то мутит, что-то крутит. То там урвать, то тут. Рассказывать не буду. Но нет к нему доверия. К тому же у него нет контакта с Теоном. А вы люди новые. Интереса на меня наезжать у вас нет. Короче, я выбрал вас, хоть мне говорили, что риск есть. Устраивает такой ответ?

- Пока да, невинно улыбнулась Яна и допила свой бокал.

Когда неожиданный гость ушел, Миша налил еще вина и подозрительно посмотрел на подругу.

- Ты что, действительно пять лет работала в убойном отделе?

- Да нет же, милый, улыбнулась она и чмокнула его в щеку. Ну посуди сам. Как еще я могла его расспросить. Это местная братва, бывшие наши бандиты, у которых еще и базар с девяностых остался, и понятия. К тому же Кавказ. У них к женщинам вполне конкретное отношение, и оно не предполагает обсуждение с нами серьезных раскладов. Ты подвис. А дело действительно может закончиться бойней. Если Ваха прав, то кто-то важный и влиятельный хочет остановить Теона ценой ваших жизней. А мне твоя жизнь очень дорога. Так что тут не до шуток. Вот я и представилась следователем. Ментов Кавказ уважает, хоть и не любит. С ментом, даже с женщиной, можно серьезно говорить, что наш абхазский друг и сделал.

- А уважительно протянул Коган, в очередной раз удивляясь находчивости подруги. И что мне теперь? Говорить с Теоном?

- Похоже, другого выхода нет. Когда у вас следующая вечеринка?

- Никто не знает. Все случается спонтанно. Босс прилетает. Если доволен работой или есть хорошая новость, время и настроение, то устраивает тусовку. Наверно, даже не для нас, а чтоб самому расслабиться и энергией от людей подпитаться.

- А когда его следующий визит в центр?

- Тоже неизвестно. Плана определенного нет.

- Понятно, Яна покрутила бокал на столе, наблюдая, как густое, чуть сладковатое домашнее вино стекает по тонкому стеклу. А красное у Вахи очень даже ничего. Надо домой взять пару бутылочек.

Не зная, как реагировать на смену темы, Миша пожал плечами и сделал глоток. Вино действительно было неплохое. И подруга, как всегда, права. Надо взять домой пару бутылочек. Подумал он и тут же спохватился. Боже! О чем я думаю? Тут, может, готовится кровавая бойня, а я о вине.

* * *

После того как Коган рассказал о готовящемся нападении на ключевых ученых центра, Теон срочно вызвал в Сан-Хосе Акосту. Тот лично переговорил с конструктором, потом исчез на пару часов, чтобы встретиться с Вахой. Вернулся серьезный и задумчивый и тут же приказал усилить охрану центра.

- Ну, что ты думаешь? спросил его миллиардер. Нас местный криминал пытается развести на бабки? Хотят устранить своих конкурентов или еще какую опасность, и чтобы я за это заплатил?

- Даже не знаю, что сказать, пожал плечами тот. Для развода слишком жуткий сценарий. Если все как говорит этот русский, то планируется самая кровавая бойня за современную историю современной Америки. У тебя на вечеринках собирается под сто человек. Если хотя бы треть положат, то цифры получаются дикие. Но, должен сказать, версия Вахи звучит вполне логично. Меня действительно пугает масштаб операции и то, какие люди в нее вовлечены со стороны противника. Получается, что хотят обнулить конструкторский потенциал Орбитал и, возможно, ликвидировать тебя. Полиция пробила группу, которая сюда приезжала. Ребята из Нью-Йорка. Над ними серьезная завеса. Личности явно синтетические, но все подтверждено документами, истории прослеживаются от рождения, есть подтверждающий цифровой след. Похоже, эти крутые перцы из теневой армии Пентагона.

- А это что за хрень? Генералам что, собственной армии не хватает?

- Спецпроект минобороны. На базе частых военных и разведывательных кампаний они создают полноценную силовую структуру, способную решать задачи в любой точке мира, когда государство светить невыгодно. У них есть все: спецназ, ассасины, кибероперации, разведка, вербовка, диверсии, ударные и разведывательные беспилотники, несколько полноценных бригад для полномасштабных действий. Их логистике позавидует и ЦРУ. Несколько компаний занимается созданием фантомных личностей с правдоподобными легендами и проверяемой документальной поддержкой. Короче, Пентагон создал частную армию, которую может использовать по своему усмотрению без разрешения Конгресса. Так вот, скорее всего, что те, о ком говорил Ваха, как раз оттуда. Есть еще один вариант, но он гораздо хреновее. Они могут быть из частной разведывательной компании, работающей на ЦРУ. Это, считай, то же, что в Пентагоне, только по профессионализму умноженное на три. В любом случае людей с доступом к таким активам можно пересчитать на пальцах одной руки.

- Витмар? Теон вопросительно посмотрел на шефа безопасности.

- Точно сказать нельзя. Но чтобы привлечь таких спецов на операции внутри страны, нужно разрешение на самом верху Пентагона или ЦРУ.

- Твою мать! Витмар, сука. Это он. Я знаю, Курц раздраженно постучал карандашом по столу. Что делать будем?

- Первое, что я сделаю, это поставлю вокруг тебя еще один периметр безопасности. Второе никаких вечеринок. Я предупрежу персонал, чтобы не собирались и в гости друг к другу не ходили. За ключевыми фигурами установлю наблюдение. Незаметно. Так, чтобы никого не напугать. Дальше. Хоть группа вела себя осторожно, следы они все-таки оставили. Через полицию или ФБР их не пробить легенда работает на все сто. А вот через базу ДНК попробовать можно. Так мы можем выйти на их реальные личности, а когда увидим, что они из себя представляют, решим, что делать дальше. Если все подтвердится, я через посредников дам добро на ликвидацию группы. Это могут сделать и местные, но желательно не здесь, а в Нью-Йорке. Однако важно понимать, что это не решит проблему в принципе. Чтобы снять риск, необходимо нейтрализовать его источник. А это уже операция совсем другого рода. Если здесь замешан Витмар, то мы имеем дело с целостной и устойчивой системой теневой власти в стране, и выпадение из структуры одного элемента не повлияет на ее функционирование.

- Да, блин. Ты прав, Теон раздраженно бросил карандаш на стол. Тут надо решать вопрос в принципе. И сделать это придется мне. Плохо то, что я абсолютно не уверен в результате, а мои варианты очень ограничены. Ты действуй, как задумал. Узнай, кто приезжал. Можешь даже зачистить их. Это будет хороший сигнал Витмару. А я пока повстречаюсь и побеседую с важными людьми. В самом крайнем случае придется взять жирных котов в долю. Пусть кормятся на космических ресурсах, лишь бы мне с Марсом не мешали.

Первым важным человеком, с которым встретился Курц, был губернатор Калифорнии. Для этого пришлось лететь в Вашингтон. Богарт выслушал его с серьезным видом и недовольно покачал головой.

- Знаешь. Эта страна катится под откос. Все тормоза сорваны, неписаные правила не действуют, норм и приличий не существует. Просто подумай. Даже консервативные финансисты, это ленивое старичье, решили устроить бойню вместо того, чтобы использовать свое влияние для наезда на тебя. Боюсь, теперь я за будущее Америки не дам и ломаного гроша. Если все это не остановить, то через десяток лет здесь подрастет тупой, отвязанный цветной молодняк нигеры, латинос, азиаты. Они уже сейчас сбились в подростковые банды и держат целые районы. И эта неконтролируемая свора устроит в стране такой беспредел, что приличному человеку без вооруженной охраны на улицу нельзя будет выйти.

- Это все в будущем, нетерпеливо барабаня пальцами по столу, Теон с надеждой посмотрел на губернатора. Мне проблему решать надо сейчас. Что посоветуешь?

- Когда я последний раз говорил на эту тему с вице-президентом, она сказала, что до Витмара и компании довели тот факт, что Орбитал находится под ее покровительством. Более того, она получила заверения, что мешать тебе не будут. Если они ослушались и начали действовать против тебя, значит чувствуют уверенность в своих силах. Или Богарт на секунду задумался. Или это жест отчаяния в попытке продемонстрировать свои возможности и готовность идти на крайние меры. Эти люди долгое время оставались самой мощной теневой силой в Америке. Их влияние было настолько велико, что они могли назначать президентов, губернаторов, конгрессменов и ключевых членов Администрации. Наш дышащий на ладан президент их креатура. А вот вице- совсем другого поля ягода. Она представляет иную группу влияния, которая сделала огромные состояния на новой экономике и теперь требует власти.

- Как же она пробилась в Белый дом?

- Ее жирные коты пропустили от безысходности. Им надо было любыми способами не допустить, чтобы предыдущий президент вышел на второй срок. Поэтому они выбрали в помощь старику, кандидату в президенты, молодую, цветную, очень популярную у колеблющегося электората женщину. Возможно, Витмар думал, что сможет ее контролировать. Но получилось, что ультралиберальные взгляды вице-президента не вписались в консервативную повестку финансистов и она попала под влияние молодых, жадных до власти новых денег.

- Все это круто. Спасибо за лекцию. Но как все это поможет мне?

- Не торопись. Дослушай, успокоил Теона губернатор. Так вот. Вице- сейчас находится под влиянием новых. Она защищает их интересы с одной целью: увеличить их влияние на вашингтонскую элиту, дождаться, когда старые пердуны уйдут на пенсию, и поставить на ключевые посты своих людей. Тогда в Америке произойдет реальная смена власти. Сейчас смена республиканцев демократами это дешевый фарс, потому что у нас в стране, по сути, однопартийная система, защищающая интересы группы старых финансовых олигархов и поддерживающая их надстройки в виде политиков, силовиков и ВПК. Если Витмар пошел на силовую операцию против тебя вопреки договоренности с вице-президентом, значит он нанес удар по ее авторитету. Такое в Вашингтоне не прощается, потому что если стерпеть такое раз, два, три, то на четвертый тебя подчинят и поставят на колени. Тогда все, кто тебя поддерживают, поймут, что ты никчемный слабак, не стоящий внимания и усилий. Значит, вице-президент обязана будет ответить.

- Как? всплеснул руками Теон. Еще раз поговорить с Витмаром? Погрозить ему пальчиком?

- Не знаю. Здесь решение будет принимать не она, а люди, которые ее ведут. Значит, чтобы запустить ответную реакцию, тебе надо встретиться с вице-президентом и все ей подробно рассказать. Про спецов из Матрицы, про запланированный массовый расстрел. Скажи, что Витмар тебе звонил и лично угрожал всех вас перебить.

- Не звонил он мне.

- А ты скажи, что звонил. Когда все закрутится, никто разбираться не будет.

- Что закрутится? насторожился Теон.

- Ну Богарт сделал размашистый жест рукой, по-видимому, означающий все. Как-то вице- должна будет отреагировать. Могу предположить, что реакция будет вполне конкретной. Да ты не парься. Они сами разберутся. Сейчас главное снять угрозу с тебя.

- А если это не Витмар?

- Ну ты даешь! Кто, если не он. Конкуренты? Да там одни задроты либеральные. Гуманисты гребаные. Они мясо не жрут, потому что животных жалко. А ты хочешь, чтоб они людей десятками мочили. Да и нищеброды они, по сравнению с тобой. Их компании не достигли и пяти процентов, если сравнить с Альфа Спейс. Нет. Это Витмар. Только он.

- Хорошо, согласно кивнул Курц. В конце концов, вице-президент сама сказала, если будут сложности, обращаться напрямую. И консультантам, которые от нее пришли, я контракт отписал почти на семь миллионов. А владелец консалтинговой фирмы, оказывается, ее дядюшка.

- Видишь, ободряюще улыбнулся Богарт. Все складывается одно к одному. Так что не стесняйся. Деньги заплатил. Требуй, чтоб отрабатывала. Давай так. Я уточню ее график и подскажу тебе, когда можно с ней связаться. Ты у нее в приоритетном списке, поэтому звонок пропустят. Скажешь, что важная информация, от которой зависит успех проекта. А когда она тебя примет, изложи все точно, как я сказал. Особенно про Витмара.

Проводив Теона, губернатор вернулся за рабочий стол и некоторое время, мерно раскачиваясь в кресле, смотрел в окно, затем положил ноги на стол, взял смарт и написал короткое сообщение в защищенном чате: Встреча состоится. Ждите реакции.

США. Вашингтон

Процесс брожения внутри демократической партии США начался давно. Молодые прогрессисты^[29], подпитываемые олигархами от новой экономики^[30] и черпающие вдохновение в новой морали^[31], постепенно вытесняли с политического поля старых консерваторов. Несмотря на все попытки последних публично поддерживать модные ультралиберальные идеи и демонстрировать свою современность и прогрессивность, зомбированный Интернетом избиратель уже не видел в них перспективы. Его симпатии теперь были на стороне тех, кто, по их мнению, более органично вписывался в ультралиберальную систему ценностей ввиду возраста, имиджа и понятной им, упрощенной до десятка примитивных клише риторики, эффективно вбиваемой в их мозги средствами массовой информации. Даже огромные ресурсы, вливаемые консервативными финансистами в старую дряхлеющую гвардию, не могли исправить ситуацию.

То, что в демпартии произойдет смена руководства, а за ней и смена курса, было очевидно даже не очень искушенным в тонких играх функционерам среднего звена. Так же был очевиден тот факт, что царящая в партии геронтократия, возглавляемая дряхлой тройкой, состоящей из все больше теряющих адекватность и связь с реальностью президента и спикеров верхней и нижней палат Конгресса, досиживают в своих креслах последний срок. На смену им уже готово заступить новое прогрессивное поколение лидеров демократической партии, способное вести Америку в светлое будущее, уверенно шагая по головам своих избирателей, да и всего остального мира.

Каким будет это самое будущее, молодые политики имели довольно смутное представление. Да и зачем? Ведь их консультировали лучшие эксперты, представлявшие интересы новых денег. Уж кто-кто, а они знали, что лучше для страны. Но одна задача была поставлена предельно четко необходимо сделать все, чтобы максимально и очень быстро снизить влияние жирных котов, консервативных финансистов с Уолл-Стрит, управлявших США на протяжении полувека из тени своих обитых красным деревом кабинетов. На следующих выборах им будет дан решающий бой, который должен привести к реальной смене власти в Вашингтоне.

Как раз с таким экспертом встретилась вице-президент после разговора с Теоном и изложила ему простые факты. Витмар, несмотря на договоренность, перешел к силовому давлению на Альфа Орбитал. Он открыто угрожал Курцу расправой, а еще послал на западное побережье группу агентов, чтобы те перебили ключевых ученых и ликвидировали самого известного в Америке инноватора.

Мистер Велш, так звали эксперта, был одним из заместителей председателя Национального комитета демпартии США. Должность не самая важная, но дающая доступ к политической кухне демократов, где, как говорится, щепотка соли или специй может либо сделать блюдо несъедобным, либо превратить его в кулинарный шедевр. Этим как раз и занимался Велш. На протяжении последних шести лет он методично готовил почву для прихода нового партийного лидерства.

- Вы уверены, что Курц не водит вас за нос? спросил он после того, как вице- закончила свой короткий рассказ.

- Теон? Нет. Он, как и все аутисты, наивен, как ребенок. Живет в мире собственных фантазий. По-моему, он даже полностью не осознает, какая опасность ему грозит. Для него это все вроде как кино, когда можно в любой момент на самом страшном эпизоде выключить телевизор или переключиться на другой канал.

- Тогда все серьезнее, чем мы предполагали. И дело не в том, что Витмар планирует бойню. Хотя это само по себе неслыханно. Жирные коты нарушили договоренность. Они готовы перейти красную черту, запрещающую использовать насилие по отношению к политическим конкурентам. В Америке с 70-х годов не было политических убийств. Во всяком случае, громких. Это табу. Неписаный закон. Ты можешь сколько угодно поливать оппонента грязью, разорить его, уничтожить морально, но никогда не физически. Даже уголовное дело нельзя доводить до тюрьмы против ключевых фигур государства. Это одно из основных правил, на которых держится американская политика.

- Не знала, пожала плечами вице-президент.

- Если Витмар решил применить силу один раз, он может это сделать еще и еще. Уже не против бизнесмена, а против своих прямых политических оппонентов. Тогда мы все окажемся под угрозой. Это особенно опасно, потому что, похоже, у него для этого есть профессиональные исполнители. Открытый заказ Теона означает, что у Витмара все еще остался серьезный ресурс в Пентагоне и ЦРУ. Если они его задействуют в полной мере, нам конец.

- Я как-то не рассматривала ситуацию с этой стороны.

- А ситуация не в нашу пользу, Велш встал с кресла и зашагал по кабинету. Мы должны его остановить. Но мы не знаем времени нападения и как оно должно произойти.

- Теон говорит, что люди, которые приехали от Витмара, хотели нанять местных мексиканских бандитов, чтобы напасть на ученых центра во время одной из вечеринок.

- Похоже, они хотят сделать грязную работу чужими руками, а потом всех исполнителей ликвидировать. Что ж, разумно. Раз уже есть конкретный план, значит они спешат. Это плохо, потому что не оставляет нам времени и ставит перед довольно сложным выбором.

- Каким? насторожилась вице-президент.

- Сложным, эксперт бросил на нее серьезный взгляд. И, возможно, толкающим нас на радикальные ответные шаги, которые решат проблему в принципе. Раз и навсегда. Давайте сделаем так. Мне надо пару часов, чтобы все обдумать и посоветоваться. Как только у меня будет решение, я снова с вами встречусь.

Вице-президент не отличалась большим умом и аналитическими способностями. Ее протолкнули на этот пост, чтобы закрыть зияющую дыру, образовавшуюся в процессе гонки, рядом со старичком, кандидатом в президенты. Те, кто ее продвигал, сказали, что должность непыльная делай умное и уверенное лицо и говори то, что подскажут консультанты. А тут бойня.

Оставшись в своем кабинете одна, сбитая с толку и немного напуганная происходящим, она некоторое время сидела в кресле, невидящим взглядом уставившись в монитор. В ее голове крутились сумбурные обрывки мыслей, которые никак не складывались в целостную картину. Витмар перешел к силовым действиям. Нарушил договоренность. Теон напуган. Если произойдет бойня, пострадают люди. Да и черт с ними. Пострадает ее интерес в Орбитал, вот это плохо. Велш говорит, что есть угроза. Оказывается, была какая-то договоренность не применять насилие. Значит, ее жизни тоже угрожает опасность? О, мой бог! Разве такой должна быть большая политика. И что теперь? Ведь президент поддерживает Витмара. Ее взгляд сфокусировался на висящей на мониторе картинке Белого дома с развивающимся над ним американским флагом. А как же я? А как же следующие выборы. Мне ведь обещали президентство. Боже. Как все сложно.

Вконец запутавшись в царящем в голове хаосе, она помассировала виски и заказала себе кружку латте с булочками. Раз все так сложно, то пусть эксперты и разбираются. В конце концов, им за это платят деньги. А ей за то, что она делает большую политику и, возможно, скоро станет следующим президентом США.

Велш вернулся через полтора часа. Недовольно посопев, опустился в кресло напротив рабочего стола и посмотрел на вице-президента серьезным взглядом.

- Я провел консультации с заинтересованными людьми. Существует консенсус, что Витмар и компания перешли красную черту. Это полностью развязывает нам руки для ответных действий.

- Что вы имеете в виду? она почувствовала, как по спине скользкой, противной ящеркой пробежал неприятный холодок.

- Совершенно очевидно, что консервативные финансисты превратились в деструктивную силу. Ее разрушительный потенциал настолько велик, что представляет угрозу для политической системы Америки. Значит, этот потенциал необходимо нейтрализовать.

- Как? Вы хотите подать на них в суд за подготовку покушения на Теона?

Глядя на наивно хлопающую ресницами вице-президента, Велш чуть не выругался, но сумел взять себя в руки.

- Мэм Суд здесь не поможет. То, что в готовящейся расправе замешан Витмар, доказать будет практически невозможно. Разбирательство будет длиться годами. Все это время они свободно смогут строить свои козни. К тому же даже если убрать Витмара, то останется еще десяток жирных котов, которые до сих пор обладают огромной властью и влиянием. Здесь нужно радикальное решение.

- Какое? судорожно сглотнула вице-президент, предчувствуя ответ.

- Такое, которое раз и навсегда решит проблему, Велш достал из кармана пластиковый конверт, а из него сложенный вчетверо лист гербовой бумаги с несколькими абзацами текста. Это приказ на внесудебную э нейтрализацию группы злоумышленников, готовивших массовую бойню сотрудников Орбитал на западном побережье. Он подписан главой управления контрразведки ЦРУ. Вам нужно его завизировать.

Эксперт положил лист на стол и подвинул его к вице-президенту. Она взяла документ и, делая усилие, чтобы не тряслись руки, начала читать. Угроза национальной безопасности. Группа злоумышленников. Иностранные наемники из мексиканских бандитских группировок, поддерживаемые безответственными гражданами США, планируют сорвать критический для страны космический проект. Создана специальная секретная группа ЦРУ с неограниченными полномочиями и возможностью внесудебного применения силы, в том числе летальной. Дальше приводились ссылки на несколько секретных директив по борьбе с внутренним терроризмом, подписанных президентом и директором ЦРУ после терактов 11 сентября 2001 года.

- Я не могу это подписать, подняла она испуганные глаза. У меня нет полномочий. Я всего лишь вице-президент.

- Но скоро вы станете президентом, эксперт поймал ее ускользающий взгляд своими холодными глазами. А президент США должен обладать волей и решительностью В критические для страны минуты он обязан принимать трудные решения. Сейчас как раз такой момент. Проявите твердость духа и покажите, что вы готовы стать президентом. Тем более вы ставите подпись не на приказе начать операцию, а всего лишь обозначаете факт ознакомления с документом. Вы не будете посвящены в детали операции. Ваша подпись ни к чему не обязывает. Ее в любой момент можно оспорить. Вы были окружным прокурором и должны знать такие детали. К тому же все задействованные в операции люди будут отрицать участие в ней. Сам приказ имеет всего лишь символическое значение, подтверждающее позицию заинтересованных лиц.

- Да? вице-президенту наконец удалось отвести взгляд.

- Да. Просто распишитесь на месте, не занятом текстом, и докажите, что вы будете достойным президентом. Или ваши планы изменились?

- Не изменились, тихо проговорила она, поняв вдруг, что полностью зависит от этого тихого невзрачного человека.

* * *

Виза вице-президента на приказе создать секретную группу для устранения угрозы Орбитал действительно ничего не значила. Хотя бы потому, что сам документ был фейком. Глава департамента контрразведки ЦРУ ничего не знал ни о разборках Теона с Витмаром, ни о том, что Велш решил в них вмешаться, ни уж тем более о подписанном им приказе. А если бы знал, то наверняка предпринял бы самые жесткие меры противодействия, потому что был назначен на свой пост семь лет назад по рекомендации Витмара и являлся частью глубинного государства, созданного консервативными финансистами для управления Америкой.

Однако это абсолютно ничего не меняло. Раньше для подготовки сложных спецопераций нужно было привлекать ЦРУ или ФБР, а наемники использовались только на этапе исполнения. Теперь в Америке каждая уважающая себя сила имела собственную оперативно-разведывательную службу. А уж новым олигархам, которые решили побороться за власть в стране, она была просто необходима.

В распоряжении Велша было несколько фирм. Одна, пользуясь неограниченным доступом к базам данных и электронным устройствам целей, полученным через производителей софта и железа, принадлежащих новым, собирала и анализировала данные. Вторая осуществляла планирование, подготовку и логистику. Третья отвечала за оперативное исполнение. Такое разделение функций обеспечивало некоторую страховку в случае провала операции, поскольку различные ее звенья отвечали только за свой участок и не имели полной картины.

Запущенная Велшем операция с целью устранения группы, возможно, самых влиятельных людей в Америке была предельно сложной даже для мощных государственных спецслужб. Основных причин тому было несколько. Во-первых, отсутствовало четкое указание целей. Витмар был единственной публичной фигурой, через которую транслировалась воля старых, долгое время фактически руководивших Америкой. С большой степенью вероятности можно было идентифицировать еще человек пять, с которыми старик плотно общался. Но сколько всего людей входило в группу влияния и кто они, можно было только догадываться. Во-вторых, все должно было выглядеть естественно. А значит, никаких взрывов и снайперов. В-третьих, времени на подготовку почти не было, потому что угроза силовой операции против Орбитал нарастала с каждым часом.

После нескольких дней подготовки стало известно, что Витмар и около полусотни тех, кого принято называть жирными котами с Уолл-Стрит, собираются под Вашингтоном в элитном гольф-клубе на закрытый банкет по случаю юбилея одного из известных банкиров. Это была несомненная удача, потому что значительная часть гостей как раз и входит в группу влияния Витмара. Таким образом, первая задача идентификации целей была решена, и команда планирования приступила к поиску методов ее реализации.

Выбор здесь был довольно ограничен. Сложно зачистить полсотни человек так, чтобы все выглядело естественно и вызывало минимум подозрений. Если исключить падение полноразмерного авиалайнера на гольф-клуб, выбирать приходилось из двух наиболее реальных вариантов: пищевое отравление и пожар с последующим массовым поражением продуктами горения. Проблема с первым вариантом была в том, что возраст большей части целей был на уровне семидесяти. Они очень заботились о своем здоровье и соблюдали строгую диету. Поэтому наиболее подходящие для отравления продукты использовать было сложно. С пожаром тоже возникали сложности потому, что современная система пожаротушения, наличие кучи охранников и хорошо тренированный персонал клуба предполагали быструю эвакуацию с минимумом жертв.

Недовольный предложенными ему решениями Велш уже всерьез начал подумывать о крушении авиалайнера, но тут один из новых направил к нему интересного посетителя. Это был молодой ученый, работавший в биолаборатории Форт-Детрик до ее закрытия. Многие, не стесняясь, называли этот исследовательский центр местом разработки вируса SARS-CoV-2, спровоцировавшего пандемию ковида. Поэтому Велш совсем не удивился, когда ученый предложил ему использовать для операции модифицированный коронавирус.

- Все цели давно привиты. У них наверняка мощные антитела, скептически покачал головой Велш после того, как выслушал предложение ученого. Он не задавал лишних вопросов, откуда у того вирус, кто его модифицировал и где он вообще работает. Если топы послали к нему человека, значит он был надежен на сто процентов.

- Понимаете, скромно улыбнулся молодой человек. Это дизайнерская версия вируса. Последняя разработка. У нее есть несколько отличий. Мой вариант обладает повышенной патогенностью и может обходить основанный на антителах иммунный ответ организма.

- Да? поднял брови эксперт, внутренне удивившись тому, что ученый говорит об убившем миллионы людей и поставившем на уши всю планету вирусе, как об очередной яркой шмотке с модного показа. А вы не боитесь, что цели вынесут наружу эту новую версию вируса и она выкосит пол-Америки.

- Это невозможно, ученый гордо вздернул подбородок. Моя версия не передается от человека к человеку. Во всяком случае, не воздушно-капельным путем.

- Как же мы тогда заразим толпу в полсотни гостей?

- Вбрызнем аэрозоль или мелкодисперсную смесь с вирусом через вентиляцию. Те, кто ее вдохнут, обречены.

- А вот с этого момента поподробнее, резко посерьезнел Велш.

- Вирус, который я предлагаю использовать, можно сказать, одноразовый. Индивидуального использования. Не буду вам расписывать все изменения, но он не передается воздушно-капельным путем от человека к человеку, как SARS-CoV-2. Им можно заразиться только при очень близком контакте, например, через кровь или слюну. Эта модификация в плане контагиозности похожа на птичий грипп. Помните, лет десять назад? Болели те, кто контактировал с курами, а случаев заражения человека человеком не было. Так вот Целоваться толпу из полсотни человек мы заставить не можем и перелить всем зараженную кровь тоже. Поэтому используем аэрозоль в качестве средства доставки. Частицы вируса не могут висеть в воздухе самостоятельно, а вот в мельчайших капельках воды сколько угодно. Дальше все просто: человек вдыхает насыщенный патогеном аэрозоль, вирус в огромной концентрации поступает в организм и делает свое дело.

- Это впечатляет. Но, насколько я знаю, смертность от коронавируса даже в группах риска невелика. К тому же болезнь может протекать несколько недель. Все это время цели будут способны принимать решения?

- Не в нашем случае, покачал головой ученый. Летальность этой версии для старшей возрастной группы приближается к ста процентам. Она достигается за счет высокой концентрации вируса и провоцирования неконтролируемого обвального иммунного ответа организма, особенно на фоне выработанных прививкой антител. У большинства из целей, вероятнее всего, будет спровоцирован циитокиновый шторм^[32], который они вряд ли переживут. В любом случае в течение 2-3 дней с момента заражения они слягут вначале в больницу, а затем в палату интенсивной терапии. А там общий наркоз. Так что, поверьте, им будет не до принятия решений.

- Хм Ваше предложение звучит многообещающе, Велш на секунду задумался. Как мы объясним, что такая куча людей вдруг резко слегла в реанимацию.

- Очень просто. Анализы покажут, что это коронавирус. Они заразили друг друга во время банкета. Прививка по какой-то причине не сработала. Главное, чтобы образцы попали в контролируемую вами лабораторию. Если геном этой модификации будет секвенирован кем-то другим, то все однозначно поймут, что имеют дело с искусственно произведенным штаммом. Вот тогда могут возникнуть вопросы.

- Понятно, Велш сделал короткую пометку в блокноте и внимательно посмотрел на ученого. Как будет гарантирована безопасность тех, кто будет работать с вирусом с нашей стороны?

- Тут ничего особенного маски, перчатки, горячий душ после применения.

- Хорошо. Похоже, то, что вы предлагаете, стоит вывести на уровень планирования. С вами в ближайшее время свяжется человек, с которым вы детально проработаете технические моменты. А пока спасибо, Велш встал и хотел было протянуть руку, но осознание того, что перед ним стоит ученый, постоянно контактирующий со смертоносными патогенами, не позволило ему это сделать. Вместо рукопожатия он просто чуть кивнул головой, давая понять, что разговор окончен.

Через день возможность применения вируса была изучена и одобрена к детальной проработке группой оперативного планирования. Этот вариант, несомненно, выглядел более выгодно по сравнению с пожаром или пищевым отравлением и уж тем более с падением на гольф-клуб авиалайнера. Еще через два дня был готов детальный план операции.

До банкета жирных котов оставалась неделя. Времени для подготовки было вполне достаточно, но все же стоило перестраховаться, чтобы Витмар не сделал вдруг какой-нибудь неожиданный ход, который мог бы нарушить уже одобренные топами планы. Довольный собой и тем, как разворачивается операция, Велш набрал губернатора Калифорнии и сообщил, что пришло время еще раз встретиться с Теоном.

США. Калифорния. Сан-Хосе

О шефе безопасности Теона Ваха слышал много. Мнения о нем были самые разные. От норм чел, с ним можно договориться до да ты что, не сожрет, так выплюнет и глазом не моргнет. Реальной информации было немного. В начале нулевых Акоста работал в ЦРУ, на Ближнем Востоке. Затем кого-то там сильно защемил. То ли гражданских положил, то ли своих подставил, то ли союзников. Информации об инциденте было ноль. Но после короткого и сильно засекреченного разбирательства его перевели с полевой работы в Лэнгли в штаб-квартиру на отсидку в один из многочисленных аналитических отделов. С аналитиками он не сошелся и попросился у начальства на волю. Поскольку так просто из ЦРУ никто не уходит, Акосту после подписания кучи бумаг о неразглашении перевели в ФБР в управление зарубежных расследований. Там он отработал три года в следственной группе по особо важным. Но, видно, щепетильная работа по раскручиванию запутанных дел не зашла полевому оперативнику, привыкшему к свободе действий, и он аккуратно уволился. Устроился шефом по операциям в частную разведкомпанию, работавшую на контракте с ЦРУ, а оттуда по рекомендации очень важных людей из Лэнгли перешел к Теону главой службы безопасности, структурно находившейся в Альфа Спейс, но фактически курировавшей все компании миллиардера.

Поначалу Акоста не очень понимал, чем занимается Курц. Предпочитая работать с человеческим материалом, он был далек от науки и инноваций, всяких умных железок и сетевых примочек. Работа, конечно, была не то, что в поле, но и он был уже не мальчик, чтобы прыгать по крышам, уворачиваясь от лучика лазерного прицела. Радовало то, что Теон абсолютно не разбирался в оперухе. После года притирки опытный разведчик проникся идеями Теона и, сам себе удивляясь, начал испытывать к нему реальное уважение. Босс с детской наивностью верил, что новые технологии смогут сделать мир справедливее, добрее и человечнее. Будучи романтиком, Курц был абсолютно беспомощен перед серьезными внешними угрозами. Такая беспомощность подкупала Акосту, и он дал себе слово, что будет настоящим щитом Теона.

Постепенно они притерлись друг к другу, и после нескольких успешно снятых проблем босс предоставил своему шефу безопасности полную самостоятельность и доступ к таким ресурсам, о которых в ЦРУ он и мечтать не мог. Лучший персонал, экипировка, оборудование и фактически полная свобода действий позволили бывшему цэрэушнику создать мощную и эффективную структуру безопасности, больше напоминавшую полноценную компактную спецслужбу. Кроме охраны объектов в ней были собственный аналитический центр, департамент сбора информации, оперативный отдел, группа расследований и несколько групп для проведения спецопераций.

В общем, с такими ресурсами и оставшимися от прошлой жизни связями в разведсообществе Акоста мог решать практически любые задачи. Поэтому разборки с Вахой для него были интересны лишь с профессиональной точки зрения. Никогда не повредит иметь под рукой бандитов, готовых в случае чего выполнить работу там, где своих людей светить не стоит.

После нескольких встреч Акоста убедился, что Ваха тоже непрост. На рожон не лезет, слово держит, своих друзей бережет, но и финансовый интерес соблюдает четко. Потянув с абхаза информацию о заезжих ребятах из Матрицы, цэрэушник поставил его на контроль и вплотную занялся обеспечением безопасности ученых.

Каково же было его удивление, когда Теон с извиняющимся видом сообщил, что Это Ну Тех, что Ваха предлагал решить вопрос. Их можно того... Короче. Пусть Ваха решит этот самый вопрос. Не веря своим ушам, Акоста переспросил, что конкретно босс имеет в виду. Тот еще больше занервничал и, вконец смутившись, выложил с детской непосредственностью, что в Вашингтоне работают над кардинальным решением проблемы его безопасности и что нейтрализация заезжих перцев, разместивших контракт у местных бандитов, вполне вписывается в общий план действий. Шеф безопасности понял, что разговор боссу неприятен, и, спокойно кивнув, перевел его на другую тему. Курц, за годы совместной работы уже привыкший к языку жестов своего шефа безопасности, с облегчением вздохнул, понимая, что дело будет сделано.

Вечером того же дня на сходке Ваха с довольным видом выложил на стол флэшку с криптокошельком, на который Акостой был переведен задаток. Через час старший кавказской группировки Сан-Хосе встретился с мексиканцами, чтобы поделиться информацией и деньгами. Еще через час ребятам из Матрицы было отправлено сообщение, что через пять дней Теон организует пляжную вечеринку для своих ученых и что группа боевиков в Мексике ждет отмашки на приезд. Ответ пришел наутро вместе с задатком.

Довольные тем, что получили деньги от двух заказчиков, кавказцы и мексиканцы начали ломать голову, как бы так аккуратненько зачистить нью-йоркских фраеров, которые собирались прилететь в Сан-Хосе, чтобы на месте проконтролировать исполнение заказа. В этот момент Ваха получил от контакта Акосты точную информацию о целях. Их частная охранная фирма предоставляла консалтинговые услуги по безопасности и состояла всего из пяти человек. Зарегистрирована давно, но деятельности не вела. Лицензия активирована пару недель назад. Недавно сняли небольшой офис в пригороде Нью-Йорка. Живут рядом в блоке апартаментов. Заказали несколько комплектов билетов на разные даты на рейсы до Сан-Франциско. Когда конкретно вылет и сколько человек полетит, неясно. Но. Через два дня у них общее оперативное совещание в люксе старшего группы.

Поскольку заказчик рекомендовал провести операцию вне Сан-Хосе, было принято решение использовать момент, когда фраера соберутся вместе. Формирование группы и разработку плана взял на себя Ваха, успевший повоевать на Кавказе и за тех, и за этих и поэтому считавший себя знатоком спецопераций.

План его был до одури прост, но требовал специального оборудования. Оно нашлось в Мексике на военных складах, за баснословные деньги было переправлено через границу США и доставлено к месту применения. Для исполнения требовался всего один человек, но Ваха, как и положено профессионалу, включил в группу двух наблюдателей. Этого можно было и не делать, потому что контакт Акосты сообщил, что контролирует цели через их мобильные устройства и даст отмашку, когда все соберутся, или проинформирует о смене места и времени встречи. Исполнитель, американец, профессиональный и очень дорогой киллер, приехал из Мексики. Наблюдатели были от двух группировок Сан-Хосе.

В обозначенный вечер ребята из Матрицы собрались перед вылетом сверить часы в блоке апартаментов в люксе босса. Когда исполнитель получил условный сигнал о том, что все в сборе, он поднялся на крышу соседнего дома и выстрелил в окно гостиной, где проходило совещание, из русского реактивного пехотного огнемета Шмель. Термобарический заряд, пробив стеклопакет, сдетонировал внутри помещения и выжег все, находящееся внутри, включая пятерых оперативников. В здании начался пожар, который охватил несколько этажей. Понаехали спасатели, скорые и полиция. К этому времени исполнитель уже проехал километров сорок по трассе номер 78 в западном от Нью-Йорка направлении.

Первоначально полиция выдвинула версию о детонации самодельного взрывного устройства. Только на следующий день, когда просмотрели материалы находящихся рядом камер наблюдения, был замечен след от выстрела из Шмеля, идущий с крыши соседнего здания. Дело было переквалифицировано в теракт и передано в ФБР, которое тут же уткнулось в завесу. Личности всех пятерых оказались сфабрикованы так профессионально, а все следы их прошлой жизни стерты так тщательно, что разобраться в том, кем они являются на самом деле, было почти невозможно. Ни одно из силовых ведомств, куда были отправлены запросы, не призналось в связях с погибшими. Следствие обещало быть долгим, а перспектива раскрытия дела стремилась к нулю.

В следующие несколько дней новость о расстреле под Нью-Йорком апартаментов из русского реактивного огнемета была основной в американских СМИ. В версиях не было недостатка. Тут полет фантазии журналистов не был ограничен ничем и простирался от ассасинов, посланных Кремлем, до грязных разборок между местными спецслужбами. Когда Теон выслушал короткий доклад своего шефа безопасности, то поморщился, как от укола зубной боли, и коротко бросил: Ужасная смерть. Все. Закрыли тему. Это означало, что случай с ребятами из Матрицы для него как бы перестал существовать и Акоста больше о нем никогда не должен упоминать.

Но к этой трагедии все же пришлось вернуться.

Через пару дней после операции его пригласил в резиденцию губернатор. Они для приличия поболтали о статусе проектов, потом Богарт, одобрительно покачав головой, сказал, глядя в глаза миллиардеру:

- Хорошо сработано. Ярко. Красиво.

- Это не я, ответил тот, поняв, о чем идет речь.

- Конечно-конечно, улыбнувшись согласился хозяин кабинета. Но все же. Теперь прямая угроза твоим конструкторам и тебе лично устранена. А через пару дней, я думаю, проблема будет решена в принципе.

- Спасибо, немного рассеянно кивнул Теон. Но, знаешь, я не хочу ничего знать.

- А тебе и не надо. Тут задействованы силы, которые ни ты, ни я контролировать не можем. Важно одно ты теперь сможешь спокойно работать. Орбитал больше ничто мешать не будет.

После этого небольшого отвлечения разговор снова зашел о проектах. Но Теон чувствовал нарастающий внутренний дискомфорт от того, что стал причастен к гибели людей, пусть даже чтобы устранить угрозу своим конструкторам и предотвратить массовую бойню, которую планировал Витмар. Через неделю, когда СМИ сообщили, что Витмар заразился коронавирусом и находится в тяжелом состоянии в одной из частных клиник, грызущее его изнутри чувство и вовсе переросло в депрессию. А потом стали появляться некрологи. Один за другим от коронавируса уходили из жизни известные банкиры, владельцы крупнейших фондов, бывшие председатели отделений Федрезерва и министры финансов предыдущих администраций. Источник заражения был неизвестен, но журналисты раскопали, что все они присутствовали на закрытом банкете. Это предположение подтверждалась еще и тем, что заразились несколько охранников и обслуживающий персонал всего больше сотни человек. Кто-то из ученых вбросил версию о том, что искусственный дым, использовавшийся во время шоу-программы, каким-то образом деактивировал антитела, полученные после прививки, поэтому один или два носителя вируса смогли заразить кучу людей. Эту бредовую идею подхватили и следователи, которых кто-то настойчиво подталкивал к тому, чтобы поскорее признать случай естественным заражением.

Но Теон догадался, что это как раз и было принципиальное решение проблемы, о котором говорил Богарт. Несколько десятков консервативных финансистов, которые на протяжении века были единственной теневой силой, управлявшей реальной политикой в США, были выведены из игры. Теперь на авансцену должны были выйти новые люди с новыми амбициями, новыми планами и новым, пугающим своей жесткостью стилем работы.

Чтобы справиться с депрессией, Курц бросил все и, никого не предупредив, улетел на свою виллу в южноафриканской саванне. Там он на несколько дней полностью отключился от внешнего мира. В сопровождении местных егерей гонял на внедорожнике по заповеднику, содержание которого финансировал, спал на прогретой солнцем земле под открытым небом, ел пожаренное на углях жесткое мясо антилоп и местные черствые лепешки, пил обжигающий внутренности чангау^[33] и курил какую-то дурманящую шмаль, приготовленную местным шаманом.

Природа, отсутствие цивилизации и общение с простыми малограмотными людьми понемногу возвращали душевное спокойствие и понимание того, что мир все же прекрасен. Он гораздо больше и интереснее, чем банка с пожирающими друг друга ядовитыми пауками, имя которой американская политика. Что люди на земле живут обычной жизнью, каждый день думая о решении куда более насущных проблем, чем власть в Вашингтоне. Как сделать свою работу, чтобы не было стыдно; накормить, одеть, обеспечить достойную жизнь своей семье; позаботиться о безопасности соплеменников; помочь тем, кто нуждается. И, если выпадет свободная минута, посидеть у костра с кружкой травяного чая и насладиться, пылающим над саванной восхитительными красками, африканским закатом и тем, как на чистом, как хрусталь, ночном небе появляются далекие манящие звезды. А среди них, мерцающий красной искрой, Марс. Цель его жизни. Его мечта, ради которой

* * *

Теон вернулся в Калифорнию через шесть дней. По тому что у трапа самолета его встречал Акоста, а по периметру на почтительном расстоянии стояли десяток агентов, он понял, что произошло что-то серьезное.

В машине шеф службы безопасности сообщил, что его небольшое расследование о том, кем действительно являлись ребята из Матрицы, дало очень неожиданный результат. По обычным каналам пробить их было невозможно. Пришлось задействовать старые контакты в ЦРУ, которые имели доступ к базе данных ДНК почти на всех американцев, попадавших в поле зрения силовиков или потенциально способных представлять для них интерес в плане угрозы или сотрудничества. Через эту базу удалось идентифицировать троих из пяти сожженных под Нью-Йорком. Двое армейцы, один бывший частный контрактник ЦРУ.

- Для операции в Сан-Хосе все получили новые личности и новые легенды, Акоста достал небольшую папку и положил ее себе на колени.

- Ничего удивительного, Теон недовольно поерзал на своем сидении. Ему не нравилось, что шеф безопасности снова вернулся к закрытой теме. Ты же говорил, что у Пентагона тайная армия контрактников в несколько десятков тысяч человек и цели могут быть оттуда.

- В том-то и дело, что нет. Консалтинговую фирму по безопасности они активировали недавно. А до этого работали на крупную частную военную компанию. На ее подразделение, занимающееся охраной особо важных персон и объектов в США. Ребята специально уволились и перешли в заранее заготовленную фирму-пустышку, чтобы провести операцию в Сан-Хосе.

- И что? пожал плечами Теон.

- А то, что эта компания осуществляет охрану резиденции губернатора Калифорнии в Санта-Фе, его виллы, его самого и членов его семьи.

- Может, совпадение? Курц почувствовал, как внутри все сжалось от осознания того, что сейчас он узнает неприятную правду. Может, Богарту самому угрожает опасность?

- Нет, босс, покачал головой Акоста. В директорате ЧВК его племянник. Тоже бывший военный. Эта компания, по сути, принадлежит ему. А значит, он в курсе всех серьезных операций. Не думаю, что племянник представляет угрозу для дядюшки, который фактически его крышует, лоббируя выгодные госконтракты здесь и за рубежом. Они, скорее всего, работают вместе.

- Но ведь это значит, что наезд на меня организовал не Витмар, а мой друг губернатор.

- Организовал, а потом сам помог устранить угрозу.

- Но зачем? Теон непонимающим взглядом посмотрел на цэрэушника.

- Боюсь, тут я вам не помощник, Акоста передал боссу папку. Здесь все, что мне удалось накопать. У меня нет полной информации по ситуации, поэтому я не могу озвучить сколько-нибудь приемлемые версии. Вам во всем придется разбираться самому. Могу дать только один совет. Не предпринимайте поспешных действий. Попробуйте оценить ситуацию с точки зрения достижения своих целей. Как на них повлияло то, что произошло. Приблизило или отдалило. Снялись ли угрозы и риски, или они стали еще более выраженными. Только проанализировав все в спокойной обстановке, вы сможете принять правильное решение. Потому что конфликт с губернатором и теми, кто за ним стоит, это последнее, что сейчас вам нужно.

* * *

Ситуационный анализ у Теона получился не очень. Мысли путались. В голове возникали пугающие фантомы, собранные не приспособленным к мутным раскладам воображением из предполагаемых мотивов и целей Богарта. Зачем тому понадобилось устраивать наезд на его центр, а затем успешно его нейтрализовывать. Зачем отправлять на верную гибель своих людей. Или Витмар перехватил контроль над ЧВК его племянника? Кругом загадки, фальшь и ложь.

При всей своей наивности Курц не ожидал, что губернатор будет с ним полностью откровенен, но все же рассчитывал на определенную долю порядочности. Хотя, о чем это он? Порядочность и политика в Штатах давно стали понятиями несовместимыми. С другой стороны, Акоста прав. Действия губернатора, пусть и не совсем честные по отношению к нему, смогли полностью устранить угрозу со стороны Витмара, который был явно враждебен к проекту с астероидом. Теперь Орбитал могла работать свободно, без оглядки на жирных котов. Или Богарт сам хочет взять его под контроль? Но пока на это нет никаких намеков.

Вконец запутавшись, Теон решил не торопить события, взять паузу и, выбрав подходящий момент, вывести губернатора на откровенный разговор.

Такой случай вскоре представился во время очередного старта корабля Альфа Спейс с астронавтами к МКС. Богарт принял приглашение Теона и прибыл на стартовую площадку вместе со свитой и прикормленными телевизионщиками. После того как ракета, ревя двигателями, унеслась в небеса под восхищенные возгласы и аплодисменты толпы, губернатор долго и красноречиво поздравлял Курца на камеру. После фотосессии он дал большое интервью о том, как ему удалось создать в Калифорнии уникальную модель управления, при которой процветают таланты и инновации и рождаются технологии будущего. Затем все собрались на нескромный фуршет под ненавязчивую классическую музыку в исполнении живого камерного оркестра. А после него Теон пригласил губернатора в свой кабинет.

- Бурбон? предложил он, когда тот уселся в кресло у журнального столика.

- А давай, Богарт посмотрел на часы и махнул рукой. День почти закончен. Свою программу я выполнил. Так что можно и пропустить стаканчик. Спасибо, что вытерпел журналистов и всю эту возню с камерами и пресс-конференцией. Мне нужен был этот повод. Приходится постоянно напоминать американцам об их будущем президенте. Такая уж работа. Но! Давай выпьем за тебя, он поднял бокал в приветственном жесте и, сделав длинный глоток, с видом знатока покивал. Великолепно! Этот бурбон так же великолепен, как старт твоей ракеты на фоне вечернего неба.

- Спасибо, Теон повторил жест гостя и тоже сделал глоток. Я очень ценю твою поддержку.

- Да брось, махнул рукой губернатор. Ты гений. А гении всегда найдут применение своему таланту. Не здесь, так в другом месте. Ты, мой друг, обречен на успех. Я лишь создаю для него условия.

- Я так понимаю, проблема с Витмаром и компанией решена?

- Боже. Какая трагедия, Богарт изобразил на лице печаль и многозначительно подмигнул. Америка по роковой случайности потеряла несколько десятков ведущих финансистов. Этот коронавирус продолжает собирать свою смертельную жатву, даже несмотря на вакцинацию.

- Это были старики. Их не так жалко, как тех молодых ребят, которые сгорели под Нью-Йорком.

- Жалко и тех, и этих.

- Особенно, если они работали на компанию, которой руководит твой племянник, не удержался от комментария Теон.

- Что ты имеешь в виду? расслабленно-благодушное выражение лица Богарта ничуть не изменилось, но взгляд заострился, и в нем блеснули холодные огоньки удивления и настороженности.

- Эти парни, что сгорели в пригороде Нью-Йорка. Они ведь работали на частного подрядчика, который осуществляет твою охрану.

- Не может быть! вполне естественно удивился губернатор. Какое досадное совпадение. Надо поговорить с племянником, чтобы тщательнее отбирал людей, он медленно пригубил бокал, чуть сдвинув брови, посмотрел на Теона и спросил: Можно я на секунду приглашу сюда своего охранника?

- Можно, ничего не понимая, ответил тот.

Губернатор нажал кнопку на миниатюрном пультике, похожем на тот, с которого раньше управляли сигнализацией автомобиля, и в кабинет тут же вошел молодой человек с небольшим кейсом. Губернатор сделал круговое движение головой, как будто хотел окинуть взглядом комнату. Охранник понимающе кивнул. Ничего не сказав, он достал из кейса похожий на смарт гаджет, включил его и, положив на стол, так же молча удалился.

- Это глушилка. Очень полезная вещь, когда хочешь поболтать на щекотливые темы. Она не только блокирует сигналы, но и подавляет цифровые микрофоны и не позволяет вести запись разговора, ответил на незаданный вопрос хозяина Богарт. На тот случай, если вдруг у тебя здесь установлена прослушка.

- Откуда? Кем?

- Мало ли, губернатор посмотрел на Теона испытующим взглядом. Конкуренты. Недоброжелатели. Профессионалы, которые могут около тебя крутиться. Кто-то ведь тебе дал информацию про моего племянника и подрядчиков.

- Мой шеф безопасности. Он в ЦРУ работал, неловко помявшись, проговорил Теон.

- Понятно, расслабился Богарт. Я уж думал, ты со стороны кого нанял. А Акоста классный спец. Я на него давно глаз положил. Когда ты улетишь на Марс, можно я его себе заберу?

- Да ну тебя, махнул рукой Курц, поняв, что губернатор не желает ему зла. Ты шутки шутишь, а я вконец запутался. Ни в чем не могу толком разобраться.

- А тебе и не надо ни в чем разбираться. Не забивай себе голову всяким дерьмом. Главное, что угроза, которую представлял из себя Витмар и компания, устранена. Теперь ты можешь спокойно лететь на свой астероид. Все остальное вторично.

- Неужели твои контрактники работали на Витмара?

- Вот ты наивняк, улыбнулся губернатор. И настырный к тому же. Дай я тебе обрисую одну логическую последовательность, которая все объяснит. На тебя наехал Витмар с целью получить контроль над ресурсами Орбитал. Ты обратился ко мне. Я свел тебя с вице-президентом, которая получила от Витмара заверение, что он от тебя отстанет. Но прекратит ли он попытки тебя блокировать или взять под контроль, было совершенно не ясно. Потому что почти весь Вашингтон, включая глубинное государство, находится под его влиянием. А значит, угроза от жирных котов оставалась. И угроза эта не только тебе. Это угроза новым деньгам, которые идут к власти в стране. А раз угроза есть, то ее надо устранить. Дальше Ты узнаешь, что на тебя и твой центр в Сан-Хосе готовится покушение. Оказывается, что его планирует Витмар. Ты идешь к вице- и рассказываешь об угрозе. Получается, что Витмар нарушил данное ей слово. Обмануть второе лицо в Администрации и попасться на этом большой грех в вашингтонском болоте. За этот грех надо жестоко наказывать. И вице-президент наказывает Витмара и весь его разжиревший кошатник. Не она сама, конечно, но все делается с ее отмашки. Результат ты видел. Что мы имеем в итоге? Жирные коты больше ни для кого не являются угрозой. Вице- повязана кровью и будет делать то, что ей говорят. А ты получаешь полную свободу действий в рамках проекта с астероидом. Все в выигрыше. Все довольны.

- Получается, что ты подставил своих людей? Вернее, людей из компании своего племянника.

- Не думай об этом. Это расходный материал. Последние войны наплодили таких десятки тысяч. Вся эта многоходовка была задумана для того, чтобы ты узнал об угрозе от Витмара и пришел к вице-президенту. Чтобы она от тебя, постороннего человека, узнала о том, что он нарушил свое слово. На самом деле никто не планировал кровавую бойню в Сан-Хосе. И Витмар тут совершенно не причем. Это была, так сказать, операция под чужим флагом. Но она позволила зачистить всю верхушку жирных котов. Теперь осталось дождаться ухода президента и все. Власть полностью перейдет к нам.

- Черт. Как я хочу свалить отсюда на Марс, горестно покачал головой Теон.

- Ха! Понимаю. И завидую, хохотнул Богарт. Я бы и сам к тебе присоединился. Но кто-то же должен управлять здесь всем этим дерьмом. Вести страну, так сказать, в светлое будущее. Я как раз больше всего для этого подхожу. Особенно теперь, когда на вице-президенте кровь и у нее есть прямой коммерческий интерес в Орбитал. Теперь я, так сказать, кандидат номер один. А ты давай, лети на Марс. Во славу науки и прогресса. Во славу Америки! он картинно поднял бокал и, несколькими глотками осушив его, добавил: Великолепно! Это, кстати, был тост за тебя и за твою удачу.

- Интересно, какое светлое будущее ты собираешься строить?

- О! Оно будет прекрасно. Инновации и прогресс, новая цифровая экономика обеспечат большинству полное удовлетворение их базовых потребностей. Люди не будут знать голода и болезней. У всех будет крыша над головой. Их жизнь будет полна удовольствий и развлечений. Ведь что есть удовольствие? Или эмоции? Всего лишь комбинация электрических сигналов, активирующая определенный узел в нашем мозге. Тот, кто освоил эту технологию счастья, будет иметь неограниченную власть над человеком. Люди будут существовать в созданных ими самими виртуальных вселенных, где смогут быть кем угодно: королями, великими учеными, мегапопулярными звездами шоубиза и спорта. В мирах, полных физического и эстетического удовольствия, простимулированного особыми программами, где любое их желание, любой каприз может быть осуществлен. Но! Только если они в реале будут вести себя хорошо и прилежно исполнять свои обязанности. И руководить всем этим человеческим муравейником будет просвещенная элита, способная осознанно и ответственно принимать решения, определяющие развитие всей цивилизации.

- Действительно похоже на муравейник. Или пчелиный улей. А как же демократия?

- Демократия миф, изобретенный две с половиной тысячи лет назад греческой элитой для того, чтобы человеческое стадо не чувствовало себя ущемленным. Ее никогда не было, нет и не будет. Тотальная власть в руках небольшой группы просвещенных интеллектуалов вот наиболее эффективный способ организации общества на нашем уровне технологического прогресса. Он позволит не только сфокусировать ресурсы на развитии и росте, но и сохранит планету. Ведь для процветания человечества как расы вовсе не нужно столько людей. Для процветания цивилизации достаточно и одного миллиарда. Может, даже меньше.

- Утопия, покачал головой Теон. Или антиутопия.

- Называй как хочешь. Дело не в формулировках. Могу сказать одно. Объединение человечества под руководством просвещенной элиты, его оптимизация и создание эффективной модели развития на основе совмещения способностей человека и возможностей искусственного интеллекта наиболее реальная модель процветания нашей цивилизации. На пути к этому лежит всего лишь одно препятствие национальные суверенные государства, такие как США, Россия, Китай и еще целая куча стран, где большинство людей под руководством никчемных политиков влачат нищенское существование, копошась в ворохе житейских проблем.

- Это препятствие выглядит непреодолимым.

- Ты ошибаешься, мой друг, с видом человека, знающего все тайны вселенной, ухмыльнулся Богарт. Государство держится на трех основных опорах: семье, идеологии, и способности себя защищать. Мы разрушим семью через гендерный маразм, бредовый феминизм, ненависть к детям и возведенный в абсолют индивидуализм. Через насаждение ложных ценностей, примитивных шаблонов и штампов, постоянно транслируемых через Интернет, мы уничтожим противостоящие нам идеологии, в какой бы форме они ни существовали. Религия или научное учение, капитализм, социализм или христианство, ислам все будет нивелировано катком новой морали, в основе которой находится возведенный в абсолют эгоизм и жажда удовольствий. Способность государства себя защищать будет постепенно деградировать размыванием его управленческой функции и нежеланием людей в ней участвовать, в основе которого лежит что? Правильно. Возведенный в абсолют эгоизм и культ личного успеха, пусть даже виртуального. Мой друг, через поколение ты не узнаешь этот мир. Скоро мы окончательно подчистим дерьмо в Белом доме, ты все больше и больше будешь слышать лозунг новой эры Будущее за корпорациями. И как только он станет частью жизни, осядет у людей в подкорке, начнется реальная трансформация общества в один большой эффективный муравейник, где каждый четко осознает и выполняет свою функцию, а за это имеет все удовольствия мира. Виртуальные, конечно.

- И кто этим всем счастьем будет руководить? Теон грустными глазами посмотрел на губернатора.

- Просвещенная элита, стоящая во главе одной глобальной корпорации, имя которой Земля. В ее руках будут все доступные знания, ресурсы и технологии. Именно ее интересы будут защищать армии и правительства, если они к тому времени еще останутся. Именно она поведет человечество по твоим стопам на Марс, а затем и к дальним планетам и, возможно, звездам. Ну и, само собой, эта элита будет американской, потому что мы избранные и бла, бла, бла

- Так ты целый философ, Курцу стало не по себе от такой теории. Ему скорее хотелось закончить разговор, вернуться к своим делам и светлым мечтам о космосе и о счастье для всего человечества.

- Надо же кому-то подвести научную базу под хотелки нуворишей от новой экономики. Надо их всех объединить, мобилизовать, направить, сделать так, чтобы в борьбе за видимую власть они шли строем и не перегрызли друг другу горло по пути в светлое будущее. Стаду, как всегда, нужен пастырь. Думаю, я на эту роль очень даже неплохо подхожу. Во всяком случае, на этом этапе.

После разговора с губернатором Теону опять до ломоты в зубах захотелось в Африку, в саванну, к простым, незатейливым, полуграмотным, но честным и открытым людям. Не испорченным Интернетом и не разъеденным, как ржавчиной, новой порочной моралью. Туда, где мужчина это мужчина, женщина женщина, а того, кто придет, чтобы забрать твой скот или причинить тебе вред, ждет пуля или тесак в грудь. Потому что так было на протяжении тысячелетий.

Но Африка Африкой. Она никуда не денется. А вот Марс С ним надо поспешить, потому что конкуренты, особенно Китай, начали быстро сокращать отрыв, возникший после удачного приобретения русского конструктора.

* * *

С этого момента ничто не мешало Орбитал готовиться к миссии на астероид. Работы шли с опережением плана. Чем ближе была дата старта, тем активнее росли акции компании, полностью закрывая потребности в финансировании. Теон даже начал подумывать, не перенаправить ли часть средств на раннюю подготовку экспедиции на Марс, но аналитики были против, опасаясь, что это отпугнет крупных инвесторов, рассчитывавших на прибыль от добычи ресурсов на астероидах. Вместо этого Орбитал сделал заказ у Альфа Спейс еще на один космический буксир, мотивируя это тем, что планирует поставить на поток доставку астероидов к Земле. На самом деле второй корабль предназначался для полета на Марс. Одновременно с этим заказом на другом заводе началась сборка модулей для марсианской орбитальной космической станции.

Как и предполагал Богарт, консервативные финансисты, потеряв свою верхушку, утратили влияние на политику в США. Начался постепенный переход власти к новым олигархам. Вконец запутавшийся в политической борьбе, уставший и не способный к адекватным действиям президент потерял интерес к происходящему, фактически передав управление исполнительной властью Администрации, которой руководила вице-, а ей, в свою очередь, Велш. При этом Богарт был основным философом и теоретиком новых, приобретая все больший и больший вес в их среде.

Была мысль сдвинуть президента по состоянию здоровья, не дожидаясь выборов 24-го года. Но Богарт, который у новых выполнял роль координатора проекта по транзиту власти, посоветовал не торопить события, чтобы не запаниковала засевшая в Конгрессе геронтократия, способная своими истеричными метаниями вызвать нешуточный политический кризис и напугать избирателей. Поэтому для сохранения спокойствия нации решили пройти полный избирательный цикл, который должен был привести губернатора Калифорнии в Белый дом, а в Конгресс нужных людей.

Таким образом, через четыре года после основания Орбитал Теон был готов отправить космический буксир за астероидом и начать на орбите сборку второго для полета на Марс. Богарт к тому времени успешно провел выборы и стал президентом США.

Объединенные Арабские Эмираты. Дубай

В этот апрельский вечер закат над заливом был великолепен. Устойчивый бриз отогнал висевшую днем над водой пыль в глубь пустыни и стих, как бы готовясь отойти ко сну вместе с медленно опускающимся за горизонт солнцем. Воздух был прозрачен и по-весеннему свеж. Сверкающая золотом от последних лучей, спокойная гладь залива, мерный шум волны, лениво ласкающей песок, рождали чувство умиротворенности и безмятежности. Иногда казалось, что в мире нет ничего, кроме этого пляжа, тишины, заката и вечного, как пески великой пустыни, моря. А два человека, сидящие на низких устланных мягкими подушками деревянных бедуинских диванчиках, это единственные жители планеты.

Но это, конечно же, было не так. Жизнь шла своим чередом. Люди по всему миру продолжали убивать друг друга в бессмысленных конфликтах. Увядающая сверхдержава судорожно пыталась еще хоть немного сохранить свою гегемонию и сеяла, где только возможно, хаос и разрушение. Двум новым восходящим мировым силам приходилось тратить огромные ресурсы и время на то, чтобы противостоять окончательному разрушению мира. Вместо того чтобы бороться с голодом, болезнями и нищетой, самые богатые государства планеты в очередной раз схлестнулись в смертельной схватке за власть и влияние. Схватке, которая грозила стать последней в истории человечества.

Люди пока еще не перешли незримую черту между отсутствием горячей войны и тотальным самоуничтожением, но уже занесли ногу, чтобы сделать этот последний фатальный шаг.

Однако лучик надежды на спасение угас не полностью. Где-то там, на орбите, среди начавших появляться на сумеречном небе звезд висела космическая станция Теона. К ней был пристыкован только что собранный, прошедший все испытания и готовый к миссии за несметными богатствами астероида космический буксир.

С момента создания Альфа Орбитал прошло четыре года. График работ был выполнен с опережением почти на год. Как и планировал Курц. На конструкторские работы потребовалось чуть больше двенадцати месяцев. Но уже в середине проектного цикла Теон приступил к строительству завода по производству сегментов нового буксира. Одновременно с этим началось изготовление модулей для орбитальной станции, которая послужит базой для его сборки. Средства для финансирования проекта были практически неограничены, потому что акции Орбитал после самого успешного первичного размещения в истории биржи росли с космической скоростью. Не имея практически ничего, кроме двух заводов, научного центра и мечты притянуть на орбиту полный богатств астероид, не заработав еще ни цента, компания на волне разогнанного Теоном хайпа стала одной из самых крупных в мире по капитализации. Это позволило в прямом смысле слова залить Орбитал деньгами. Покупать любые ресурсы и людей по любой цене в любом месте.

Когда работы по проектированию буксира были закончены, на орбиту уже доставлялись модули базовой станции. Через полгода она была полностью собрана и туда был заселен экипаж. Поскольку архитектура корабля согласовывалась на ранних этапах проекта, астронавты без промедления начали монтаж раздвижной металлической фермы скелета космического буксира, на который будут крепиться все его секции. Блоки собирались на Земле и доставлялись на орбиту многоразовыми ракетами Альфа Спейс. Одновременно с этим у производителя был заказан компактный ядерный реактор на быстрых нейтронах.

Пока на орбите шло строительство станции и сборка несущей фермы, на космодроме были собраны и протестированы прототипы основных модулей буксира: реактор, энергоблок с газотурбинной установкой, система капельного охлаждения и блоки электрореактивных двигателей. Семь месяцев ушло на доработку, усовершенствование конструкций и повторные испытания. Через два с половиной года с начала работ Теон дал добро на производство рабочих агрегатов и доставку их на орбиту.

Сборка и отладка систем шла больше года, затем пять месяцев корабль проходил ходовые испытания в околоземном пространстве и многочисленные тесты на управляемость и безопасность. Их венцом стала доставка космического корабля Альфа Спейс с астронавтами НАСА на орбиту Луны и возвращение его обратно. Первоначально планировалась посадка на поверхность спутника, но космическое агентство не могло угнаться за темпами Теона и не успело не то что произвести, но даже закончить разработку спускаемого аппарата для экипажа. Сам Курц в лунную программу НАСА не лез. Все его силы были направлены на астероид. Поэтому корабль с астронавтами пару дней нарезал круги вокруг Луны, затем пристыковался к ожидавшему его на почтительном расстоянии буксиру и вернулся на орбиту, а оттуда на поверхность.

В другое время такой полет стал бы сенсацией, но сейчас он был воспринят как рядовая новость. Мир замер в ожидании момента, когда Теон отдаст команду начать историческую миссию к астероиду. Все взоры были прикованы к полностью готовому к полету космическому кораблю, который получил звучное и пафосное название Зевс.

- Как символично, Мади оторвал взгляд от горизонта, поднял глаза в верх к стремительно темнеющему южному небу и с минуту смотрел на призрачное мерцание пробивающихся сквозь закатную зарю звезд. Космический корабль назвали именем греческого бога, с высоты Олимпа, разящего грешников молниями.

- Теон назвал свой корабль Зевсом в пику русским, улыбнулся Берни Роджерс. Так называется их собственная программа по созданию космического буксира. Там, правда, все еще ковыряются в чертежах и до практических работ далеко. Их прогресс сильно затормозился после того, как конструктор ионного двигателя перешел в Орбитал.

- Для русских это была действительно болезненная потеря, согласился банкир. Но все равно. Астероид Мади будет доставлен на орбиту Земли космическим кораблем Зевс. Inshallah... Как все гармонично сложилось. Еще лет пять назад я не верил тем, кто меня убеждал, что удастся собрать все элементы в цельную картину. И астероид, и русская технология, благодаря которой космический буксир стал реальностью, и повернутый на космосе харизматичный мультимиллиардер-инноватор, готовый положить свое состояние для осуществления детской мечты. Все сложилось одно к одному. Осталось только несколько последних фрагментов, он повернул голову и посмотрел на племянника. Ты готов?

- Да. Я готов, медленно кивнул тот. Я прошел полный курс подготовки астронавта на базе у Теона и в тренировочном центре НАСА. У меня три полета на орбиту. Пять выходов в космос. Волей Всевышнего звезды принимают меня. Я уверен, что выдержу долгий полет.

- Хорошо. Я тоже верю в тебя, старик снова обратил свой взор на вечернюю зарю. Когда старт?

- Неизвестно. Теон все держит в секрете. Опасается противодействия конкурентов.

- Он мудр для своих лет. Будем надеяться, что ему в последний момент ничего не помешает.

- Все должно пройти гладко, предположил Берни. Проект находится под покровительством Белого дома. Его курирует сам президент и вице-президент тоже. Богарт оставил ее при себе, чтобы поднять рейтинги у цветных меньшинств.

- Слышал. Я бы эту женщину не взял и к себе в прислугу. Но вот посмотри, она второй срок второй человек в США. Как изменился мир, разочарованно вздохнул Мади. Лидеров великой страны выбирают не по уму, силе воли или способностям, а по цвету кожи и по принадлежности к женскому полу.

- Тем не менее вице-президент с самого начала покровительствовала проекту. Курирование миссии на астероид очень сильно подняло ее рейтинги. А президент, бывший губернатор Калифорнии, так вообще приятель Теона. Так что Белый дом полностью поддерживает Орбитал. Да и новый Конгресс тоже.

- Они надеются спасти увядающую экономику Америки с помощью ресурсов из космоса. Глупцы. Никель, золото и платина не помогут, если мозги и души разъедает скверна порока. Нет, Мади медленно покачал головой. Им уже ничто не поможет.

- Им уже ничто не поможет, тихо повторил племянник, и двое снова замолчали, глядя, как на быстро темнеющем горизонте, словно посылаемые свыше лучики надежды, появляются искорки звезд. Для этих двоих мир опять сузился до неширокой полоски песчаного пляжа, безмятежной глади моря, сливающейся вдали с исчезающей плоской заката, и легкого шелеста пальмовых листьев над головой.

Мади Сахим бин Малик вспоминал прожитую жизнь, полную опасностей, побед, поражений, безграничной власти над людьми и безграничного унижения от тех, кто оказался более сильным и безжалостным.

Берни Роджерс не думал ни о чем. Его голова была абсолютно пуста. Он наслаждался внутренним успокоением, напоминавшим ему вселенский покой, который он ощутил во время одного из выходов в открытый космос, когда тебя и вечную, бесконечную пустоту разделяют только несколько сантиметров скафандра. Но где-то в глубине души у него шевелился тревожный комок осознания того, что, возможно, он смотрит на эту земную красоту в последний раз.

США. Техас. Браунсвилл. Космодром Альфа Спейс

Только что отстыковавшийся от орбитальной станции транспортно-энергетический модуль Зевс первый корабль, давший имя серии космических буксиров Теона, был похож на устремленный в космос дротик от дартс. В носовой части располагались затянутый в легкий кожух реактор, газотурбинная установка и похожий на шапку гриба зонт радиационной защиты, в тени которого будет находиться корабль. Далее шла пятидесятиметровая раздвижная ферма из прочного сплава, внутри которой были смонтированы емкости с хладагентом и активным веществом для электрореактивных двигателей. Затем похожие на крестообразное оперение дротика генератор и приемник охлаждающего капельного потока, а также блоки электрореактивных двигателей и вспомогательных солнечных батарей. В корме корабля находилась напоминающая барабан револьвера пятнадцатиметровая конструкция из пяти модулей полезной нагрузки шириной четыре метра каждый. Она состояла из центра управления и контроля, технического отсека с оборудованием для стабилизации, стыковки и буксировки астероида, секции размещения экипажа и жизнеобеспечения. Пятый отсек представлял из себя спасательный модуль. Он был спроектирован как небольшой космический корабль, способный поддержать жизнь семи человек на протяжении месяца. На этом модуле находились реактивные двигатели и небольшой запас топлива, чтобы придать импульс для перелета в расчетную точку по ходу движения Земли, где его сможет захватить гравитация планеты. Далее предполагалось использовать спускаемый аппарат для доставки астронавтов на поверхность. Теоретически такая схема могла сработать. Однако все, кто планировал полет, понимали, что, если что-то случится в открытом космосе, шансы экипажа вернуться домой таким способом будут минимальны.

Но в этот триумфальный момент никто не думал о плохом. На все экраны мира транслировалась картинка находящегося в тени Земли, сияющего в лучах прожекторов Зевса и экипажа из семи смельчаков, которым предстоит навсегда войти в историю человечества. Это был первый полет в реальный космос. Все, что происходило до этого, выглядело всего лишь робкой разведкой ближних окрестностей планеты.

Чтобы перехватить астероид в расчетной точке, кораблю предстояло преодолеть почти 41 миллион километров космической пустоты немногим меньше, чем расстояние от Земли до Марса в периоды противостояния^[34]. Там, вдалеке от дома и полном одиночестве, нужно оседлать небесное тело и притянуть его на орбиту Земли. Задача фантастическая по своему замыслу и размаху и невероятная по сложности. Именно поэтому семь астронавтов, уютно разместившихся в креслах в отсеке управления Зевса, навсегда войдут в историю и займут достойное место в зале славы первых покорителей космоса.

Центр управления полетами замер в ожидании. До старта оставались считанные минуты. Теон и президент США стояли на нависающей над операционным залом выносной платформе. Огромные экраны, транслирующие картинку с орбиты, находились как раз на уровне их глаз, так что в приглушенном свете зала иногда создавалось ощущение, что их окружает космос, а Зевс висит в пространстве прямо перед ними.

Миллиардер, стараясь сдержать волнение, смотрел на свое детище, гордый и уверенный в успехе. Он сделал это! Он построил первый в истории Земли настоящий космический корабль. Все, кто придет за ним, будут вторыми. А он в веках останется первым.

- Ты счастлив? спросил его Богарт и, по-приятельски похлопав по плечу, помахал рукой направленным на него снизу камерам.

- Да, кивнул Курц, не в силах оторвать взгляд от завораживающей картинки, передаваемой с орбиты. В такие минуты я счастлив. Но это преходящее чувство. Оно пройдет, как только USSC^[35] Зевс исчезнет среди звезд. А потом новая цель. Новая веха на пути к мечте.

- Ты бы мог назвать этот корабль Теон, и твое имя звучало бы сейчас на всех каналах. Ты не похож на человека, страдающего избытком скромности.

- Не время. Зевс всего лишь инструмент. Таких у меня будет много. Отработав свое, он станет макетом в музее. Картинкой в учебниках истории. Нет. Имя Теон достойно иной жизни. Я дам его станции на поверхности Марса, которая со временем превратится в поселение, а потом в полноценный город. Первая колония человечества на другой планете будет носить мое имя. Так что его будут помнить многие поколения.

- Ах ты хитрец лучезарно улыбнулся президент и снова помахал камерам.

- Вовсе нет. Мы все идем к своей мечте. Твоя исполнилась. Ты навсегда войдешь в историю как президент США. Моя исполняется на глазах. Ты оставишь свой след в истории. Я тоже.

Внимание! Предстартовая проверка систем корабля завершена, раздался голос из динамиков. Начинаю обратный отсчет. Десять минут до старта.

Теон набрал полные легкие воздуха, медленно выдохнул. Затем, поправив усик микрофона у губ, окинул взглядом, находящийся внизу, операционный зал и, стараясь звучать торжественно в тон предыдущему объявлению, произнес:

- Внимание, Центр управления! Внимание, Америка! Внимание, планета Земля! Президент Соединенных Штатов Америки Ник Богарт!

Он чуть отступил назад. Богарт сделал шаг вперед и под аплодисменты находящихся внизу людей начал свою речь:

- Американцы! Жители планеты Земля! Сегодня. Здесь. Мы даем старт первому межпланетному космическому кораблю. Это настоящий триумф нашей великой страны, доказывающий, что Америка является лидером всего человечества

Наслаждаясь минутой славы, Богарт продолжал говорить, а Теон следил за большим экраном, на который выводилась картинка буксира. Слева в отдельном окне постоянной диагностики и телеметрии все строчки были окрашены в зеленый цвет. Это означало, что все системы работают штатно. Вот отошли две последние легкие фермы, удерживавшие корабль у орбитальной станции. Отсоединились и, извиваясь, как змеи, втянулись внутрь кабели систем тестирования и диагностики. Теперь Зевс был сам по себе.

Курц перевел взгляд на таймер. Чуть больше четырех минут. Потом на экран с изображением экипажа. Все спокойны. Даже расслаблены. Командир и второй пилот в шлемах виртуальной реальности, на которые выводятся основные параметры систем и через которые осуществляется контроль. Их руки сжимают джойстики управления. Сзади на втором и третьем ряду сидений бортинженеры. Волнения не видно. Чувствуется веселое возбуждение, которое обычно испытывают астронавты перед стартом, предчувствуя перегрузки. Но здесь не будет перегрузок, поэтому экипаж даже не в скафандрах, а в фаталистичной, словно сошедшей с кадров голливудского фильма, парадной форме Альфа Орбитал.

Президент закончил речь традиционным призывом к Богу хранить Америку. Начался финальный двухминутный обратный отсчет с короткими докладами служб подготовки. И наконец последние 5.., 4.., 3.., 2.., 1 Старт!

Как раз в этот момент из-за края Земли показалось солнце и ударило в Зевс своими лучами. По залу пошел вздох восхищения. Корабль засверкал, засиял, как будто был высечен из цельного бриллианта. Заработали первичные направляющие двигатели, выводящие буксир на расчетную траекторию подальше от орбитальной станции. Зевс, медленно набирая скорость, двинулся вперед. Когда он отошел на расстояние километра, включились блоки маршевых электрореактивных двигателей и корабль, моментально набрав ускорение, исчез среди звезд под восторженные крики и аплодисменты присутствующих.

На этот не имеющий никакого практического значения трюк была израсходована половина заряда батарей, потому что реактор еще не вышел на рабочую нагрузку. Он запустится позже на значительном расстоянии от Земли и медленно начнет разгонять Зевс до расчетной скорости. Но Курц настоял на таком эффектном маневре. Он не мог упустить шанс показать землянам картинку исчезающего в космосе корабля. Потому что он смог совершить то, что несколько поколений землян видели на экранах голливудских фильмов про космос.

- Великолепно! восхищенно выдохнул президент. Просто великолепно! Пусть все видят, что Америка под моим руководством сильна как никогда.

Но Теон не слышал его слов. Он смотрел на экран с экипажем и думал о том, что сейчас чувствуют эти люди. Он не был верующим человеком, но в этот момент ему захотелось их всех перекрестить.

Боже, помоги им на трудном пути, подумал он, стараясь отогнать неизвестно откуда появившееся чувство тоски.

* * *

За тысячи километров от Центра управления на своей вилле Мади Сахим бин Малик задумчиво смотрел на экран, пытаясь различить исчезнувшую в космической пустоте точку корабля.

Всевышний, помоги ему на трудном пути, с каждым ударом сердца пульсировала мысль в его голове.

США. Вашингтон

После такого эффектного старта Богарт закатил в Вашингтоне прием в честь основателя Альфа Орбитал, инноваций, великой Америки и себя самого, без которого все это было бы невозможно. Между высокопарными тостами Теон то и дело поглядывал на экран смарта, куда приходили сообщения из ЦУПа^[36]. Все шло штатно. Зевс вышел на заданную траекторию, запустил реактор и уверенно набирал скорость к точке перехвата астероида.

Когда полная пафоса официальная часть закончилась, президент отвел Теона в сторону и кивнул одному из гостей, чтобы тот подошел. Курц не помнил его, но был уверен, что уже видел этого невысокого, старающегося бороться с полнотой человека то ли по ТВ, то ли во время одной из светских тусовок.

- Теон, дружище, это Чак Кеннер. Чак, это Теон Курц, герой дня. Хотя, о чем это я. Его и так все знают, а после сегодняшнего старта он вообще суперзвезда.

- Вы мне льстите, сэр, выдерживая протокол, ответил миллиардер.

- Давай без сэров. Мы с тобой старые приятели и можем себе позволить обойтись без формальностей, президент остановил официанта с подносом и, взяв стакан виски, сделал глоток. Уф У меня с этими тостами и секунды не было, чтобы нормальным напитком горло промочить. Так вот. О чем я хочу с тобой поговорить, мистер герой дня. Ты запустил корабль в космос. Он через три месяца притянет на орбиту астероид стоимостью кучу триллионов. Это все здорово. Но я нихрена не представляю, как ты будешь из него эти триллионы добывать там, на орбите. И как все это добро потом переправлять на Землю. А вот мистер Кеннер, владелец крупной горнодобывающей компании, знает. Пока ты конструировал и разрабатывал космический буксир, он, по моему совету, собрал и испытал несколько прототипов мобильных перерабатывающих комплексов. Которые можно разместить на астероиде, там перерабатывать породу и даже плавить слитки, а потом уже переправлять на Землю. Так вот, я и подумал. Почему бы вам не поговорить. Обсудить возможные варианты сотрудничества. Я правильно сказал, Чак? Богарт по-свойски похлопал гостя по спине.

- Да, сэр, кивнул тот, у нас есть наработки компактных промышленных комплексов, способных разрабатывать и перерабатывать породу в условиях невесомости. Прототипы, правда, испытаны на Земле, но все расчеты говорят, что они будут работать и на астероиде.

- Ну вот, президент посмотрел на Теона невинным взглядом. Видишь. Расчеты говорят, что будут работать. Как тебе такая идея? Ты ведь можешь дать нашему другу подряд на разработку астероида?

- Прекрасная идея, в глазах Теона сверкнули озорные огоньки, он вспомнил, где видел Чака. На вечере по сбору средств на президентскую кампанию Богарта. Тот, по слухам, был одним из основных официальных доноров. Только я на орбите из астероида не собираюсь ничего добывать.

- Как это? удивился Богарт.

- Я собираюсь опустить камень на землю и тут в спокойной обстановке уже вести добычу.

- Херасе! Все сто миллионов тонн?

- Ага, спокойно кивнул Теон и сделал глоток виски.

- Во это да! А почему я об этом ничего не знаю?

- Не хотел будоражить воображение очередной фантастической идеей. Этот проект возник совсем недавно. Он останется всего лишь проектом до тех пор, пока астероид не притянут на орбиту. Потом понадобится полгода, чтобы его осуществить технически.

- И как ты собираешься это сделать?

- Покрыть часть камня термоустойчивым материалом, чтобы снизить тепловую нагрузку при проходе через верхние слои атмосферы, установить на нем дюжину тормозных двигателей и очень медленно приземлить его где-нибудь в безлюдной пустыне.

- Что значит где-нибудь? насторожился президент.

- Ну Теон неуверенно пожал плечами. У меня есть предварительное согласование с саудитами. Аравийская пустыня вполне подходящее место. Большое безлюдное пространство. Много песка.

- Эй-эй, мистер гений. Ты это брось, президент сделал обиженное лицо. Какие, нахрен, саудиты? Какая Аравийская пустыня? Ты, блин, американец. Патриот. Надежда нации. Живая икона всех этих сетевых опарышей. И ты хочешь такое добро приземлить в чужой стране? У нас что, своих пустынь мало? Аризона, Невада, Небраска выбирай любую.

- Пустыни-то есть. Но приземлить астероид дело нешуточное. Тут надо куча согласований. Могут уйти годы.

- Нихрена не могут. Готовь документы. Я поручу все согласования своим людям. Они все сделают еще до того, как этот камень ляжет на орбиту вокруг Земли. А будет кто противиться, яйца так зажмем, что пикнуть не смогут.

- Ну, если так, тогда не вижу препятствий.

- Вот и прекрасно. Значит, приземляем астероид в США, а Чак президент многозначительно посмотрел на Теона.

- А когда осядет пыль, мистер Кеннер пусть запускает свои машины и вытаскивает из этой горы ее сокровища. Работы ему там хватит надолго. Только пусть не забывает, что все добро принадлежит акционерам Альфа Орбитал.

- Великолепно! всплеснул руками президент, видимо, сегодня это было слово дня. Другого ответа от старого друга я и не ожидал. Предлагаю поднять бокалы за ваше продуктивное и взаимовыгодное партнерство.

Они сделали по глотку виски. Президент, довольный тем, как сложился разговор, уже осматривал зал, решая, кого следующего можно одарить своим вниманием, но тут к нему подошел старший агент Секретной службы^[37].

- Сэр, мне из оцепления сообщили, что к мистеру Курцу прибыли не заявленные в списке гости.

- Что еще за гости? Богарт вопросительно посмотрел на Теона. Ты кого-нибудь ждешь?

- Нет, покачал головой тот, прикидывая, кто бы это мог быть.

- Это четыре леди. Иностранки. Три неизвестные. Четвертая Джейн Рауде. Эту мы проверили. Гражданская жена астронавта Берни Роджерса, стартовавшего сегодня к астероиду. Говорят, что у них есть подарок для мистера Курца от его партнера, мистера, агент посмотрел на экран своего смарта, где было записано имя, мистера Мади Сахим бин Малика.

- Теперь понятно, улыбнувшись, покивал головой Теон. Это один из моих основных партнеров в Орбитал. Весьма богатый бизнесмен из Дубая. Четыре года назад он помог собрать нужную сумму для запуска компании, когда американские банкиры отказали мне в финансировании. И девушку я хорошо знаю. Очень приятная особа. Можно их пропустить? Если это вам не в напряг, конечно, Теон посмотрел на президента.

- Э Сэр, агент снова привлек к себе внимание. Они не совсем одеты.

- Как это? удивился Богарт. Стриптизерши? Астронавт Теона живет со стриптизершей? Как романтично.

- Нет. Они в полупрозрачных восточных костюмах, через которые видна значительная часть их тела.

- Насколько значительная?

- Процентов на девяносто, вполне серьезно ответил агент.

- Так это же прекрасно! президент нагнулся к нему и перешел на шепот. Настоящие женщины! Вот это будет сюрприз для этой скучной толпы напыщенных педиков, трансов и феминисток. Пропусти их.

- Это еще не все, сэр. У них оружие.

- Вот как? президент сделал глоток виски и снова вопросительно посмотрел на Теона. У тебя с этим арабом как отношения? Не ссорился? Может, он тебе ассасинов послал? Полуобнаженных.

- Нет, сэр, поспешил успокоить агент. Это какой-то арабский клинок в золотых ножнах. Говорят, дорогой подарок от партнера.

- А я думал ассасины. Вот был бы прикол, президент сделал обиженное лицо. Ладно. Давай их сюда. Посмотрим, что это за подарок и что за девицы в прозрачных на девяносто процентов одеждах.

Тщательный досмотр и проверка девушек заняла четверть часа. Президент уже стал терять терпение и собирался пойти к гостям, но тут заиграла восточная мелодия, двери зала распахнулись, и в проеме появились четыре девушки, одетые в полупрозрачные одежды арабских наложниц. Лица их были прикрыты вуалями, стразы на нарядах сверкали в блеске прожекторов, движения были плавными и женственными. От такой неожиданности гости притихли и, тихо перешептываясь, замерли с озадаченными лицами.

Словно сошедшая со страниц восточной сказки, процессия медленно двинулась к Теону, который до сих пор стоял в компании президента и промышленника. Впереди, словно арабская царица, эротично покачивая бедрами, шествовала Джейн. Курц даже через вуаль узнал в ней личную помощницу Мади, которая стала спутницей его племянника в Штатах. Следующая за ней девушка несла длинный резной, украшенный серебряным орнаментом футляр. Шествие замыкали две девушки с факелами.

Когда эта необычная процессия подошла к Теону, агенты службы безопасности прикрыли президента и чуть оттеснили его назад. Девушки синхронно опустились перед миллиардером на колено и покорно склонили головы.

- О, мой бог! Они встали на колено перед мужчиной. Это недопустимо! проверещал женский голос из притихшей толпы гостей, но кто-то громко цыкнул на истеричку, и та умолкла.

Девушки медленно поднялись с колен. Джейн повернулась. Открыла резной футляр и достала из него вложенную в сверкающие золотом и камнями ножны изогнутую саблю. В этот момент с нескольких точек балюстрады сверкнули лучики света, отражающиеся от оптики находящихся там снайперов Секретной службы. Холодное оружие все-таки.

- Прими этот бесценный дар от моего господина. В знак уважения и благодарности за то, что свершилось, и за то, что еще свершится, громко продекламировала Джейн.

Опустив глаза в жесте уважения, она протянула саблю Теону. Тот медленно взял ее и, почувствовав в руках приятную тяжесть боевого металла, поднял на уровень глаз. Он медленно вытащил клинок из ножен на четверть длины. В ответ смертоносная сталь блеснула холодным светом, как бы просясь на свободу. На изящном клинке заиграл тонкий узор и стала видна хорошо различимая надпись на арабском.

Курц вдруг почувствовал себя средневековым воином. Тогда, в далеком и почти забытом прошлом, умение владеть таким клинком отделяло победу от поражения, власть от рабства, жизнь от смерти. Подавив желание обнажить клинок полностью, он медленно вернул его в ножны и почтительно поклонился Джейн.

- Передайте своему господину, что я с благодарностью принимаю его щедрый дар. Где бы я ни был, я всегда буду ценить его, как и нашу крепкую дружбу.

Девушки медленно поклонились, грациозно качнув бедрами, развернулись и медленно и величаво направились к выходу. Они еще не прошли до двери и полпути, как рядом с Теоном снова оказался освободившийся от охранников Богарт.

- Дай глянуть, он взял из его рук оружие и принялся рассматривать. На несколько секунд задумался, как будто пытаясь что-то вспомнить, затем его лицо приняло обычное расслабленно-высокомерное президентское выражение. Интересная вещичка. Золото, да? А камни реальные или дешевые стекляшки с рынка? Это такая бедуинская сабля?

- Это не бедуинская сабля, сэр. Это шамшир персидский изогнутый меч. Судя по всему, ему лет под тысячу, с видом знатока сказал Чак. Если это не подделка и камни натуральные, он стоит больше десяти миллионов.

- А ты откуда знаешь? недоверчиво взглянул на него президент.

- У меня большая коллекция старинного холодного оружия. Поверьте, сэр, я знаю, о чем говорю.

- Странный подарок, Теон принял меч у президента, задумчиво посмотрел на него. И неприлично дорогой.

- Ничего странного, пожал плечами тот. Сколько этот араб инвестировал в Орбитал? Пару-тройку миллиардов? Так он уже утроил свой капитал на росте акций. Так что это обычная благодарность.

- Может быть, в голосе Теона чувствовалось сомнение. Но на Востоке ничего не делается просто так. Во всем есть какой-то скрытый смысл.

- Ладно. Ты тут разбирайся в скрытых смыслах. А я пойду к гостям. Передай арабу спасибо за шоу, президент хлопнул Курца по плечу и в сопровождении пары охранников направился к гостям.

На следующее утро в самолете по дороге из Вашингтона в штаб-квартиру Орбитал Курц попросил помощника принести ему меч. Он долго его рассматривал. Гладил руками старинное, почти не тронутое временем золото ножен и рукояти. Вглядывался в глубину крупных, безупречно отполированных, но сохранивших свою естественную форму и красоту изумрудов, рубинов и аметистов, которые их украшали. Наконец, насладившись красотой этого произведения искусства мастеров средневекового Востока, он извлек меч. Клинок вышел из ножен с угрожающим шипением, в котором отчетливо слышались смертоносные металлические нотки. Он был чрезвычайно остр и украшен утонченным арабским орнаментом. Возможно, один из лучших образцов древней дамасской стали, секрет которой утерян в веках.

Теона снова привлекла короткая надпись на арабском. Он взял смарт, настроил переводчик на изображение и сделал снимок. Через секунду появился перевод. На клинке было выгравировано арабское имя Мади.

Задумавшись, Курц медленно вернул меч в ножны.

Мади Мади Сахим бин Малик. Его партнер по Орбитал. Человек, подсказавший идею с астероидом. Теневой банкир и чрезвычайно влиятельная на Востоке персона, вхожая в королевские дома. Он просил назвать его именем астероид. И вот теперь старинный меч тоже с именем Мади. Какая здесь связь? Что он хочет сказать?

Вместо ответов на эти вопросы у Теона опять появилось необъяснимое чувство тревоги. Как в тот момент, когда он смотрел на исчезающую в космической пустоте искорку Зевса и молился о его экипаже.

Уже на подлете к Сан-Франциско помощник сообщил, что звонит Чак Кеннер. Курц не ожидал звонка от промышленника так скоро после знакомства. Они договорились создать экспертную группу юристов, чтобы проработать детали доступа его компании к разработке астероида, и только потом созвониться. Говорить с Чаком не очень хотелось. Он весь полет провел в раздумье над тем, что могут значить сигналы, посылаемые Мади. Но и отказывать было невежливо. Как-никак будущий партнер. Протеже Богарта. Поэтому Теон решил ответить на звонок.

- Мистер Курц, прошу прощения за беспокойство. Я не планировал связываться с вами до того, как юристы выработают план действий, в голосе Чака не было извиняющихся ноток. Он просто по-деловому констатировал факт. Но у меня есть информация, которая вас может заинтересовать.

- Рад вас слышать, Чак. Давайте без мистеров. Как вчера сказал президент, обойдемся без формальностей. Зовите меня Теон. О чем вы хотите поговорить?

- О мече, который вы получили от партнера.

- Да? Курц насторожился и включил запись разговора. И какого рода информация?

- Я вам говорил, что собираю антикварное холодное оружие. У меня в Штатах одна из самых больших коллекций. Это мое хобби и страсть. Я участвую почти во всех значимых аукционах по всему миру, контактирую с десятками экспертов и коллекционеров. Это дает мне возможность узнать об интересующем меня предмете максимально много. А ваш экземпляр меня очень заинтересовал.

- Признаюсь, меня этот подарок тоже заинтриговал. Похоже, вещь редкая и дорогая.

- Действительно редкая и дорогая, согласился Чак. Правда, я вчера ошибся с ценой и возрастом. Я обозначил десять миллионов и XI век. Но этот меч на двести лет старше и почти на десять миллионов дороже. А главное у него есть история.

- Не терпится ее услышать, Теон положил меч на колени и повернул так, чтобы свет с окна падал на его украшенную камнями рукоять.

- Этот меч изготовлен мастерами по заказу правителя багдадского халифата Абу Джафар Харун ибн Мухаммада из династии Аббасидов, известного также как Харун Аль-Рашид. Он правил халифатом в конце восьмого начале девятого века в период его подъема. Сам халиф был человеком просвещенным и совсем не кровожадным. При нем процветали науки, искусства, ремесла, торговля. Но в это время халифат был втянут в несколько затяжных конфликтов. На севере с Византией. На востоке с пуштунскими племенами. И внутри страны с разного рода мятежниками. Вообще, на тот момент Багдадский, или, как его еще называют, Абассидский, халифат был, пожалуй, самой крупной империей в мире. Подконтрольные ему территории простирались с востока на запад от Азовского моря и Индии по северу Африки до Гибралтара и от Черного до Аравийского моря с севера на Юг. Это была мощная цивилизация, впитавшая в себя тысячелетнее культурное наследие Персии и Вавилонского царства. Так вот. Такую империю надо было защищать. Но Аль-Рашид был человеком спокойным. Он предпочитал проводить свое время в процветающем Багдаде за совершенствованием государственного устройства и занятием тем, что сейчас называется политикой, а войны доверял военачальникам. Такое пренебрежительное отношение к боевым действиям было несвойственно правителям того времени. Тогда короли стремились сами вести войска на битву. Чтобы сгладить этот неприятный момент, Аль-Рашид приказал изготовить три меча символа его военной власти. Он вручил эти мечи военачальникам как знак своего присутствия в армиях, когда те отправлялись в военные походы. Тот, кто получал такой клинок от Рашида, действовал от имени халифа и обладал неограниченной властью.

- Интересная история, Теон погладил лежащий на коленях меч.

- У нее есть продолжение. Конкретно ваш меч вручался военачальникам, воевавшим на севере с христианской Византией. Он был не только символом власти и знаком присутствия халифа в войсках. Этот клинок использовали для казни византийцев. От имени халифа им рубили головы христиан. А учитывая, что после победы над оказавшим сопротивление врагом в то время устраивалась настоящая резня, на счету этого меча тысячи и тысячи жизней.

- Черт возьми, Курц отдернул руку от меча и с опаской посмотрел лежащее на его коленях древнее орудие убийства. Может, это все легенды?

- Может, и легенды. Так написано в аукционном каталоге. Его составители, конечно, любят приукрасить свои лоты красочной историей. Это позволяет поднимать стартовую цену.

- Так он был продан на аукционе?

- Да. Этот меч был продан на закрытых торгах ведущего в мире аукциона по антиквариату.

- Как он туда попал? Теон снова осторожно положил руку на ножны.

- Он был украден кем-то из наших вояк во время разграбления Национального музея Ирака американской армией. Это произошло в 2003, когда мы вошли в Багдад. Затем следы меча теряются. А в 2019 он всплывает на закрытом аукционе и уходит к неизвестному покупателю за баснословную сумму в семнадцать миллионов долларов. Хотя это совсем не странно. Если ваш подарок не копия, на нем только драгоценных камней на девять миллионов. Плюс золото, плюс раритет и история. На Востоке такие артефакты ценятся очень высоко.

- Выходит, этот клинок был незаконно изъят из музея в Багдаде американскими военными и в обход закона продан на закрытом аукционе, задумчиво произнес Теон. А теперь он подарен мне моим партнером.

- Выходит так, отозвался Чак. И об этом уже знает весь мир. Вы газеты читали? Там на первых полосах фото, стоящих перед вами на коленях, восточных красавиц и описание дорогого подарка. Феминистки беснуются. А нормальные люди восхищаются красотой картинки.

- Черт. Вот это ситуация, Теон в раздумье покусал губу. Чак. Спасибо большое, что позвонил и просветил меня насчет меча. Я теперь твой должник. Звони в любое время. А насчет астероида не беспокойся. Юристы пусть делают свое дело, а мы с тобой всегда сможем договориться.

Самолет пошел на снижение. Миленькая стюардесса принесла бокал шампанского. Курц сделал несколько небольших глотков, размышляя над тем, что рассказал промышленник. Затем попросил помощника найти лучшего эксперта по антикварному оружию и узнать, в каком состоянии сейчас находится Национальный музей Ирака и с кем из его руководства можно связаться.

* * *

Лучшего в Европе знатока артефактов средневекового Востока нашли в Амстердаме. Им оказался старичок-профессор, обслуживавший основные антикварные аукционы, один из немногих по-настоящему авторитетных и надежных консультантов, услугами которого пользовались частные коллекционеры. Правда, его график был расписан на месяц вперед и для того, чтобы получить консультацию на общих основаниях, надо было везти меч в Европу. Но делать этого не пришлось. Шестизначный гонорар, частный самолет и возможность лично пообщаться с известным на весь мир инноватором очистили в графике голландца достаточно времени, чтобы слетать в Лос-Анджелес.

Эксперт действительно оказался на высоте. Перед встречей он изучил подборку материалов, касающихся Теона, нашел недавние видео и фото с подаренным ему мечом и уже составил первое представление о том, с чем придется иметь дело. Как только меч оказался в его руках, он довольно покачал головой и с хитрым прищуром посмотрел на Теона.

- Молодой человек. С большой долей вероятности я уже сейчас могу сообщить, что это подлинная вещь. Этот клинок действительно принадлежал одному из халифов династии Аббасидов. Он произведен в IX веке в Багдаде придворным кузнецом, украшен золотом, крупными, естественной формы драгоценными камнями, жемчугом и стоит каждый заплаченный за него цент.

- Может, вы все-таки взглянете на меч поближе, неуверенно проговорил Курц, который не ожидал, что экспертиза будет длиться всего пару минут.

- Конечно, взгляну. И не пару минут, а несколько часов. Но только для того, чтобы убедиться, что эти великолепные камни никто не заменил. Что касается самого меча, я уже сейчас могу сказать, что он подлинный.

- Откуда такая уверенность?

- За последние шесть с небольшим лет я уже два раза проводил экспертизу этого предмета. Вначале для одного очень уважаемого аукционного дома. Второй раз по заказу частного лица. Я со всей уверенностью могу заявить, что это тот же артефакт, который я тщательно исследовал для прошлых заказчиков. Открою вам маленький секрет. Дело в том, что на всех предметах, которые попадают ко мне на экспертизу, я оставляю секретные, заметные только мне одному метки, по которым могу его идентифицировать. На этом клинке мои метки есть. Обе. С первого и со второго раза, когда он попадал ко мне в руки. Так что я могу заявить, что этот клинок аутентичен. Единственное, что я должен тщательно проверить, так это не заменил ли кто-нибудь уникальные камни. Вот эти два огромных изумруда у устья ножен, два таких же редких и чистых рубина на перекрестье гарды и два поменьше, но тоже очень крупных на наконечнике ножен. А еще гигантских размеров аметист, венчающий навершие эфеса так называемое яблоко. Не такой чистый, но посмотрите, как он тщательно обработан и прямо светится изнутри. На жемчуг и более мелкие камни тратить время не стоит, а вот эти семь камней я осмотреть обязан. Если не принимать во внимание очевидную редкость артефакта и его историческую значимость для узкого круга клиентов с Востока, то эти камни составляют его основную ценность, эксперт провел безупречной белизны фланелевой перчаткой по украшающему устье изумруду и повернул меч так, чтобы лучи лампы падали на него под правильным углом. Камень заиграл изнутри насыщенным зеленым светом, и где-то в его глубине колыхнулись неясные тени, словно души, отнятые им в далеком прошлом у обреченных пленников.

- Действительно красивый камень, впечатленный увиденным, проговорил Теон.

- Он не просто красив. Он великолепен. А самое главное, в нем есть душа. Несмотря на чистоту структуры, в его кристаллической решетке присутствуют мельчайшие изменения, которые при определенном освещении могут создавать неясные цветовые сущности, завораживающие своим танцем. У изумрудов с огранкой такого нет. Это явление можно наблюдать только у безупречно отшлифованных камней, которым мастера сохранили их естественную форму. Возможно, оно возникает из-за разницы в степени шлифовки поверхности. К сожалению, секрет этого искусства обработки утрачен. Как и секрет изготовления клинков из дамасской стали. Похожий изумруд, только ограненный, весом в шестьдесят один карат был продан на Сотбис^[38] за четыре миллиона шестьсот тысяч долларов. Это было двенадцать лет назад. Сейчас, когда деньги печатают, как туалетную бумагу, за него дали бы в два раза больше. Можете себе представить, сколько стоят все семь камней. Если этот меч попадет на открытый аукцион, ювелиры раскошелятся на сумму минимум раза в два больше, чем заплатил тот человек, для которого я прошлый раз делал экспертизу.

- А кто был тогда вашим заказчиком?

- При всем уважении, мистер Курц, голландец сделал извиняющееся лицо. Неразглашение деталей о клиентах и артефактах основа моего бизнеса и предмет моей профессиональной гордости. Поэтому не требуйте от меня невозможного.

Следующие два часа эксперт провел за тем, для чего приехал. Он обставился яркими лампами, разложил чемоданчик с кучей приспособлений и под присмотром двух людей Акосты тщательно обследовал камни и сам меч. Результат был ожидаем. Клинок оказался аутентичным артефактом IX века династии Аббасидов. Единственным изменением с прошлого раза было выгравированное арабское имя на клинке возле гарды. Свое заключение он изложил на фирменном сертификате. Скрепил документ личной печатью и с довольным видом человека, хорошо сделавшего работу, вручил его Теону.

- Мистер Курц, голландец задумчиво посмотрел на клинок, как бы прощаясь с этим произведением искусства. Вы, несомненно, очень состоятельный человек. Тот, кто сделал вам такой чрезвычайно ценный подарок, тоже очень состоятельный и влиятельный человек. Но я вижу, вы в первый раз сталкиваетесь с антикварным предметом такой ценности. Позвольте дать вам совет. Понимаете... Значительная, если не сказать большая, часть особо ценного антиквариата находится в теневом обороте. Я знаю, что это клинок был э изъят из музея в Багдаде американскими солдатами. Он до сих пор числится в реестре музея как украденный. Чтобы не вдаваться в тонкие юридические детали, скажу просто. Старайтесь поменьше афишировать этот артефакт. Это снимет с вас риски исков со стороны Ирака и не будет привлекать элитных воров, специализирующихся на изъятии произведений искусства под конкретного заказчика. А еще лучше изготовьте копию и выставьте на обозрение в своем офисе с табличкой Копия меча IX века династии Аббасидов Багдадского халифата. Такой жест послужит ясным сигналом тому, кто уже заинтересовался этим подарком, что реальной ценности он не представляет. Я уверен, такие люди есть. К тому же это не будет огорчать вашего партнера. Ведь он будет знать, что оригинал остается у вас.

Попрощавшись с экспертом, Теон пригласил Акосту, который наблюдал за разговором из соседнего кабинета.

- И что ты обо всем этом думаешь? спросил он, протянув шефу безопасности сертификат аутентичности, выписанный голландцем.

- О чем именно? О том, что Мади подарил вам дорогущий клинок? Или о том, что он был изъят американскими солдатами из иракского музея? Или о том, что тысячу лет назад им рубили головы христиан?

- Блин. Ты нихрена мне не помогаешь своими вопросами, Теон плюхнулся в кресло и нервно забарабанил пальцами по столу. У меня первый в истории человечества полноценный космический корабль летит хрен знает куда, навстречу хрен знает чему, а я тут занимаюсь всякой херней, пытаясь разобраться, что мой арабский друг хотел сказать своим подарком.

- Это точно, босс, ухмыльнулся Акоста. Забудьте вы это все. Сделайте копию меча, как сказал эксперт. А клинок я упрячу в наше хранилище так, что до него ни один вор не дотянется. Оно покрепче Форт-Нокса^[39] будет.

- Насчет копии ты прав. Надо заказать. А вот оригинал Курц задумался на секунду, разглядывая лежащий на столе меч. Оригинал я верну владельцу.

- Мади? Так он обидится.

- Нет. Я верну его в Багдадский музей, откуда его забрали наши вояки. В этом подарке есть некий скрытый смысл. Старый хитрый араб, конечно, предполагал, что я узнаю историю меча. Про то, что он числится украденным из музея. Подарок он сделал публично. Да еще при президенте. Так что теперь все знают, что клинок у меня. Мне кажется, Мади ждет от меня какого-то действия. Но какого?

- А может, не стоит ломать голову и все усложнять. Может, это просто подарок?

- Это Восток, амиго, покачал головой Теон. Там так просто подарки в двадцать миллионов не делаются. Поступим так. Пошли надежных людей в Ирак. Пусть поговорят с директором музея или кто там у них сейчас главный. Скажи, что анонимный меценат через своего агента хочет передать в музей ценный артефакт. Тайно. Без шума. Но официально с подписанием всех бумаг и при участии Министерства культуры и какого-нибудь юриста из ООН. А то этот меч через год опять окажется на аукционе.

- Сделаем, уверенно кивнул шеф безопасности.

- А я, пока Зевс идет к цели, слетаю к Мади и поблагодарю за подарок.

- Может в качестве ответного подарка отвезти ему раритетный меч, которым крестоносцы рубили головы мусульман?

- Хватит стебаться. Вся эта история пахнет мистикой и скрытым символизмом. Но относиться к ней надо серьезно.

На следующий день Теон позвонил голландскому эксперту и поинтересовался, не знает ли он оружейника, способного сделать копию меча. Тот ответил, что заказывал для своей коллекции несколько образцов, и порекомендовал одного китайца. Оружейник оказался бизнесменом, который владел несколькими мастерскими по изготовлению эксклюзивных копий произведений искусства. Одна из них как раз специализировалась на старинном оружии и доспехах. Китаец заказ принял с готовностью и сказал, что вышлет специалиста для создания цифровой копии меча. Затем, изучив сложность и качественные требования в плане материалов и особенно драгоценных камней, объявит цену и сроки.

Поручив заниматься всем этим помощнику, Курц наведался в ЦУП, убедился, что полет Зевса проходит штатно, и вылетел в Дубай, чтобы встретиться с Мади.

Объединенные Арабские Эмираты. Дубай

Эмираты встретили Теона непривычной для мая жарой. Привыкший к дыханию пустыни город днем под палящим солнцем становился безлюдным призраком. Жители старались переждать пекло в тени или в кондиционированных помещениях, поэтому на улицах было пустынно. Вдобавок ко всему, из-за интенсивного использования кондиционеров начались перебои с электричеством. Власти ввели красный уровень погодной опасности и объявили несколько дней нерабочими в надежде на то, что массивный блокирующий аравийский антициклон, нависший над Персидским заливом, рассосется.

Курц с небольшой свитой остановился на своей роскошной вилле, на искусственном острове, намытом напротив престижного района Дубая. Он приобрел ее несколько лет назад после того, как стало ясно, что партнерство с Мади переросло в конкретный и вполне осуществимый проект.

На вилле было прохладно и комфортно. Встречу с партнером запланировали на вечер, и Теон решил искупаться в крытом бассейне и немного поспать, чтобы сгладить разницу в часовых поясах.

Отдохнуть миллиардеру не удалось. Когда он, потягивая коктейль, нежился в прохладной воде и наблюдал за стелющимся над лагуной маревом, за которым колыхались в потоках теплого воздуха стоящие в отдалении высотки Джумейры^[40], вверху послышалось нарастающее жужжание. Через минуту на огромный газон перед виллой приземлился небольшой вертолет с гербом правителя Дубая. Шейх, которого Теон уведомил о своем прилете, приглашал его на беседу. Отказывать в таких случаях не принято.

Из-за затянувшегося разговора с правителем Дубая Курц опоздал на встречу с Мади почти на час. Тот с пониманием покивал. Со знанием дела заявил, что от душевного спокойствия шейха зависит благополучие подданных Эмирата, поэтому надо всячески его поддерживать, и поинтересовался, доволен ли тот результатами своих инвестиций в Орбитал. У Дубая не было денег на финансирование марсианской программы Теона, а вот на коммерческое предприятие, такое как добыча полезных ископаемых, суверенный фонд Эмирата наскреб целых два миллиарда долларов.

Шейх, конечно же, был доволен ростом котировок Орбитал. Еще до старта Зевса к астероиду она стала самой крупной публичной компанией в мире по капитализации. А теперь, когда, по расчетам Курца, до доставки полного ценных металлов космического камня на орбиту Земли оставалось чуть больше трех месяцев, ее акции выросли еще на четверть. Но разговор с шейхом был не о финансовых успехах. Его очень беспокоило будущее Эмирата. Из-за климатических изменений погода в Дубае стала принимать экстремальный характер. Особенно летом, когда из-за прогрева пустыни и пассивности воздушных масс над Персидским заливом и Аравийским морем температуры все чаще переваливали отметку в пятьдесят градусов.

- И чем вы можете помочь его светлости? поинтересовался Мади, когда они под пение экзотических птиц и журчание водопадов прогуливались по обширной прохладной оранжерее, напоминавшей огромный марсианский купол из прочного стекла. Как раз такой, про которые пишут далекие от реальности фантасты.

- Он хочет накрыть город куполом, похожим на этот, Теон сделал широкий жест рукой. Скажу честно, я впечатлен. Вы смогли создать здесь кусочек рая по сравнению с пеклом, которое сейчас даже вечером стоит на улице.

- О да. Теперь летом это мое любимое место на вилле. Но, честно скажу, накрыть город похожим куполом не удастся. Это безумно дорого и пока с технической точки зрения неосуществимо. Человечество еще не придумало материалов достаточной прочности для создания куполов большого размера. Первые разработки, конечно, есть. Вы их использовали в своем корабле. Но произвести такие материалы в нужном количестве для огромного сооружения нереально. Так что это, несмотря на мудрость и прозорливость нашего шейха, всего лишь мечта. Цветущий и сияющий роскошью Дубай, который мы знали с вами на протяжении последних тридцати лет, обречен. А с ним и инвестиции тех, кто в него вложился. И не только он, но и Абу-Даби, Эр-Рияд, Доха, Иерусалим и большинство остальных крупных городов пустынной зоны к югу от трех морей^[41]. Похоже, изменение климата уже не остановить.

- Должно же быть какое-то решение для богатых городов. Будет чертовски обидно, если эта сияющая жемчужина Залива придет в упадок.

- Оно есть, Мади остановился на ажурном мостике, зачерпнул серебряной лопаточкой из небольшой розетки немного корма и бросил в воду. Яркие тропические рыбки резво набросились на упавшие крошки. Я несколько раз беседовал с его светлостью на эту тему. К сожалению, такое решение находится на уровне выживания, а не процветания. На лето город можно загерметизировать. Отрезать от агрессивной среды. Купол над всем Дубаем построить нельзя. Но в зданиях можно вполне поддерживать комфортный микроклимат. Правда, придется соединить их подземными или наземными туннелями, а для кондиционирования закрытых помещений построить атомную электростанцию. Но это дешевле и реалистичней, чем возведение одного или нескольких куполов.

- Согласен, кивнул Теон. Я тоже обещал подумать. Может, удастся решить проблему потепления в принципе. Думаю, это будет достойная задачка для моего ума.

- Спасение человечества задача более чем достойная. Но ведь вы сюда не за этим прилетели, Мади остановился и внимательно посмотрел в глаза гостю.

- Не за этим, Теон с трудом выдержал спокойный и немного грустный взгляд банкира. Я приехал, чтобы отблагодарить вас за уникальный дар. Вы оказали мне огромную честь, подарив столь ценный и древний клинок. Честно скажу, я до сих пор нахожусь под впечатлением.

- Меч действительно уникальный, они остановились у ажурной беседки, где на низком столике курились два кальяна, стоял восточный чайный сет и несколько ваз с фруктами и сладостями. Давайте присядем, предложил Мади и, когда они удобно разместились на ковре на мягких подушках, продолжил: Этот меч действительно уникален. Его ценность не только в камнях. За ним стоит история целого народа.

- Я знаю. Выкован в Багдаде в IX веке для правителя Абассидского халифата Аль-Рашида. Затем передавался военачальникам, воевавшим на севере с Византией, как символ его власти и личного присутствия в войсках, Теон хотел сказать, что им рубили головы христиан, но вовремя сдержался, не зная, как на такое замечание может отреагировать хозяин. Это по-настоящему интересная история.

- Рад, что вы потрудились ее изучить, Мади с наслаждением затянулся и, чуть прикрыв глаза, выпустил вверх тонкую струйку дыма. Это поступок, достойный ценителя истории.

- Я знаю также, что меч был э изъят американскими солдатами из Национального музея в Ираке, Курц втянул полными легкими ароматный дым, с интересом наблюдая за реакцией банкира.

- И это тоже правда, его глаза сверкнули холодными огоньками из-под опущенных бровей. Но здесь я бы был более точен в формулировках. Этот артефакт был не изъят, а украден. В 2003 году в Ираке было разграблено 28 музеев, галерей и библиотек. Всего похищено почти 170 тысяч артефактов. Большую часть вынесли мародеры. Но в каждый музей, каждую галерею вначале входили американцы и выносили самое ценное. У них были списки, какие именно экспонаты брать, как с ними обращаться, чтобы не повредить, куда и кому отправлять. В этих американских списках значилось 17,5 тысяч предметов. Многие из них поистине бесценны. Например, сосуд богини Инанны, сделанный из алебастра древними шумерскими мастерами из Урука 3200 лет до рождества Христова, или шумерская Мона Лиза женская маска, вырезанная из известняка 3500 лет до нашей эры. Это было за полвека до первых династий египетских фараонов и за три тысячелетия до цивилизации древних греков. Меч Аль-Рашида, конечно, нельзя причислить к бесценным для истории человечества артефактом. Но для истории Ирака он имеет огромное значение, сродни декларации о независимости США или британской королевской короны. Он и несколько подобных ему раритетов являются живыми свидетелями становления мощного государства, вехой в его истории, которой больше пяти тысяч лет.

- Не знал, что у американцев была программа по вывозу ценностей из Ирака. Мне порой бывает очень стыдно за наших политиков, Теон понял, что затронул больную для банкира тему, но все же решил ее аккуратно развить. Я вижу, вы разбираетесь не только в финансах, но и в артефактах древнего Востока.

- Это, можно сказать, моя социальная нагрузка в рамках нашего сообщества. Мы создали небольшой фонд по восстановлению исторической памяти. Стараемся скупать на теневых аукционах значимые для истории Востока раритеты. Ведь не только американцы отличились в Ираке. В Афганистане талибы^[42] растащили сокровищницы древней пуштунской культуры. В Сирии ИГИЛ^[43] разрушило и разграбило сотни музеев и святынь. Даже в Египте во время революции в 2011 году толпы жаждущих свободы и демократии горожан врывались в музеи и мародерствовали. Так что работы нашему фонду хватает. Мы понемногу восстанавливаем коллекции и собираем их до лучших времен в тайных хранилищах. А еще спонсируем молодых ученых-историков, чтобы те сохранили для потомков наследие великих цивилизаций Востока. Ведь в хаосе, который здесь творится с начала века, погибли многие светлые умы, великие ученые, историки с мировыми именами.

- Да, я слышал, что ИГИЛ казнило хранителей и сотрудников музеев.

- Не только ИГИЛ, тяжело вздохнул Мади. Во время разграбления американцами Национального музея в Ираке погибли три его сотрудника. Еще восемь были арестованы и отправлены в американскую военную тюрьму как пособники режима. Это были гражданские люди: несколько ученых и простые смотрители. Они всего лишь хотели помешать незаконному вывозу ценностей. Пятеро из тех, кто попал в американскую тюрьму, там погибли. Те трое, что вышли, рассказывают страшные вещи.

- Это печальная страница истории США, но она в прошлом, Теон уже пожалел, что начал развивать эту тему, но банкир с отрешенным видом, как будто рассказывал сказку своему внуку, продолжил:

- А знаете, кто командовал ротой, которая в 2003 году вывозила ценности из Национального музея Ирака? он медленно достал из складок кандуры^[44] фотографию и протянул Курцу.

- О, мой бог только и смог выдохнуть тот.

На фотографии с двумя древними вазами в руках стоял молодой улыбающийся американский офицер в боевой разгрузке со свисающей с плеча на петле автоматической винтовкой. На заднем фоне двое солдат тащили какую-то статую.

- Да, мой друг. Это капитан Николас Богарт, командир роты, входившей в батальонную пехотную группу в составе тактического соединения TF 3-15. Его батальон 7 апреля 2003 года вошел в Багдад вместе с частями танковой бригады. Эта фотография сделана позже, через пару дней после падения режима. Тогда начальство поручило ему вывезти наиболее ценные артефакты из Национального музея.

- Я даже не знал, что он был в Ираке, медленно проговорил Теон, возвращая фотографию. Он хотел спросить, как этот снимок попал к банкиру, но, видя, как тот с нарочито безразличным видом попыхивает кальяном, передумал. Мади вдруг предстал в совершенно новом качестве. Не просто чрезвычайно богатый теневой банкир. А человек, знающий сокровенные тайны и способный через них влиять на события. От осознания этого факта навеянное неспешной беседой чувство успокоения и комфорта вмиг улетучилось. Миллиардер внутренне собрался и, стараясь четко выговорить каждое слово, произнес: Уважаемый Мади. Я благодарен за этот дорогой подарок. Но оставить такой бесценный артефакт у себя не могу. Это часть истории и памяти великого народа, когда-то владевшего самой большой в мире империей. Я принял решение вернуть клинок в Багдад в Национальный музей Ирака.

- Хм Это поступок человека, обладающего честью и благородством качествами, давно забытыми в нашем мире, Мади положил кальян на низкий столик, повернул голову и пристально посмотрел на миллиардера. Решение вернуть реликвию народу, которому она принадлежала, выше всяких похвал. Скажу честно, я ожидал от вас чего-то подобного. Поэтому и подготовился заранее к нашему разговору. Позвольте дать вам совет. Ситуация в Багдаде сейчас далека от спокойной. За двадцать лет, что прошли с американского вторжения, иракцам так и не удалось восстановить нормальную жизнь в стране. Если вы передадите такой ценный артефакт в Национальный музей, есть большая вероятность, что он снова попадет на черный рынок. Музей теперь не тот, и люди не те. Их можно понять. Они каждый день борются за то, чтобы накормить свои семьи. Поэтому соблазн похитить или помочь похитить из запасников что-нибудь ценное очень велик. Если вы хотите, чтобы клинок Аль-Рашида снова вернулся к народу, частью истории которого он является, передайте его в музей Министерства обороны Ирака. Это даже не музей, а хорошо охраняемое хранилище, где собраны самые ценные артефакты, которые удалось спасти. Я вам дам надежный контакт. Он официально оформит сделку по всем правилам анонимной передачи ценностей.

- Спасибо, кивнул Теон и задал неожиданный вопрос: Вы говорите, у вас есть частный фонд, через который вы выкупаете артефакты на аукционах и поддерживаете ученых. Нежели нельзя помочь деньгами тем, кто работает в Национальном музее Багдада? Сделать так, чтобы они не бедствовали.

Ему показалось, что араб пропустил вопрос мимо ушей. Он некоторое время сидел с полузакрытыми глазами на мягких подушках и расслабленно попыхивал кальяном. Потом тяжело вздохнул и посмотрел вдаль. Там, за прозрачными стенками купола, за подернутой маревом полоской пляжа, за спокойной гладью залива, зависло над горизонтом пылающее раскаленным железом солнце.

- Я тоже иногда об этом думаю. Может и стоит поддержать этих людей. Но каждый раз мне приходит мысль о том, что они сами выбрали свою судьбу в 2003 году, когда в Ирак вторглись американцы. Вместо того чтобы оказать захватчикам сопротивление, бороться за свою страну, за свой народ, они вначале забились по норам, а потом и вовсе вышли приветствовать оккупантов в надежде на то, что они принесут им мифическую свободу и демократию. Свободу от чего? От истории, которой много тысяч лет? От собственного достоинства? От чести и славы древних воинов, живших на их земле? Свободу от мира и благополучия, которым они наслаждались до оккупации? И что в результате? Ирак, некогда одна из цветущих стран Востока, полностью разрушен. Те, кто выходил приветствовать американцев, живут в нищете или сгорели в пекле гражданской войны. Только верхушка жадных политиков, поставленная оккупантами управлять страной, жирует за счет продажи нефти западным корпорациям. Так стоит ли помогать людям, которые сами выбрали свою судьбу? он повернулся и снова посмотрел на Теона. В багровом свете заходящего солнца его глаза сверкнули потухающими угольками, в которых читалась вырвавшаяся наружу тоска. У меня до сих пор нет ответа на эти вопросы.

- Вас что-то связывает с Ираком? осторожно спросил Курц.

- Я там потерял одного очень дорогого мне человека, снова с грустью вздохнул Мади и, отбросив от себя мрачные мысли, глубоко затянулся кальяном. Но Это все в далеком прошлом. А сейчас ваш корабль несется через космическую пустоту к своей цели. Так давайте радоваться этому событию. Ведь оно действительно откроет новую страницу в истории человечества. Мне хочется надеяться, что она будет лучше предыдущей.

Несмотря на то что встреча закончилась изысканным дружеским ужином, Теон покинул виллу банкира в некотором смятении. Его удивили глубина познаний и чувств Мади, его знание истории и философское восприятие мира, за которыми можно было угадать гигантский жизненный опыт и неподдельный интерес к происходящим сегодня событиям. С другой стороны, было очевидно, что одними размышлениями о прежнем величии Востока и несправедливости мира он не ограничивается. Это был человек действия, способный на неординарные решения и жесткие поступки.

На следующий день в Сан-Франциско Курц рассказал о своем разговоре с арабом Аскоте. В том числе о том, что дареный меч в 2003 году был изъят Богартом из Национального музея Ирака вместе с тысячами других ценнейших артефактов. Шеф службы безопасности нахмурился, задал несколько уточняющих вопросов, а потом попросил никогда, ни при каких обстоятельствах не рассказывать эту историю президенту. За капитаном Богартом, по-видимому, тянулся шлейф куда более противоречивых и драматичных поступков в Ираке, чем незаконный вывоз музейных ценностей. Опытный разведчик знал, что такие операции начальство доверяет самым надежным людям, которые получают за них отдельное вознаграждение. Возможно, меч Аль-Рашида стоимостью почти в двадцать миллионов как раз и являлся таким бонусом.

В любом случае ворошить эту историю не стоило, чтобы Богарт вдруг не почувствовал угрозу из прошлого и резко не изменил свое отношение к империи Теона.

Межпланетное пространство. USSC Зевс

Когда Берни Роджерс смотрел в иллюминатор, ему казалось, что корабль парит на одном месте в черной пустоте. Звезды не меняли своего положения. А других ориентиров, к которым можно было привязать движение, не было. На самом деле Зевс несся в пространстве с ранее невиданной для человека скоростью. Траектория подлета к астероиду состояла из нескольких участков: основного цикла ускорения, нескольких циклов поддержания скорости и участка торможения. Теоретически корабль мог пройти весь маршрут на ускорении и достичь скорости в два раза больше расчетной. Это бы сократило время полета на четверть, но тогда понадобилось бы тратить колоссальную энергию на торможение. Поэтому участки ускорения чередовались с периодами инерциального движения. В этот момент большинство из двадцати четырех электрореактивных двигателей отключалось. Оставались только несколько для корректировки курса и экстренных маневров.

За две недели они уже прошли почти двадцать миллионов километров. Цикл первичного набора скорости закончился через восемь дней после старта. Затем последовали два инерционных и два цикла поддержания скорости. Теперь Зевс снова шел в инерционном режиме.

Расчетное время полета к астероиду с орбиты составляло тридцать два дня. Месяц. В космосе. Всемером. В замкнутом пространстве. На пути в неизвестность.

За три года до старта, когда был согласован окончательный состав экипажа, руководители миссии сделали все, чтобы подготовить его членов к предстоящим физическим и психологическим нагрузкам. Его члены после тщательного профилирования и отбора прошли несколько курсов тренировок по сплачиванию. Когда команда была сформирована, они два раза на три месяца были изолированы в реалистичном экзо-тренажере, имитировавшем полет к астероиду на Зевсе и обратно. Затем совершили совместные полеты на орбитальную станцию Альфа Спейс, которая служила базой для сборки космического буксира. Совместная практическая работа в космосе и особенно выходы в открытое пространство завершили притирку команды. Перед самым стартом состоялась финальная серия жестких психологических тестов, подтвердившая готовность всех членов экипажа к полету.

Но даже такие максимально интенсивные тренировки не могли полностью подготовить людей к ПУСТОТЕ. Когда вокруг тебя нет абсолютно ничего. Когда Земля превратилась в сияющее во мраке космоса маковое зернышко, которое можно с трудом разглядеть на экране монитора. Потому что родная планета находилась сзади корабля и была засвечена полюсным сиянием от генератора искусственного электромагнитного поля, защищающего кластер полезной нагрузки от убийственной космической радиации.

Чем дальше Зевс уходил от Земли, тем холоднее и тоскливее становилось на душе у людей. Наполненная адреналином эйфория улетучилась через несколько дней после старта, и экипаж постепенно накрывало гнетущее осознание своей ничтожности перед бескрайним пустым и холодным космосом. Не помогали ни интенсивные физические тренировки, ни научные эксперименты из списка полезных нагрузок, приготовленных психологами. А от сеансов связи с родными становилось еще более грустно.

Иногда возникало ощущение, что откуда-то из-за звезд из самых глубин космоса на них удивленно смотрит что-то древнее, всесильное, огромное, как сама Вселенная. Смотрит и спрашивает: Вы куда собрались, люди?. От этого странного чувства по спине шли колючие мурашки и прошибал холодный пот. Но самое главное, возникало предчувствие беды, безысходности и осознание собственной беспомощности. Психологи назвали это явление голос пустоты. Тревожный, пугающий своей неизвестностью и одновременно зовущий в глубины космоса навстречу гибели, он все глубже проникал в сознание астронавтов, лишая его воли, способности адекватно мыслить.

К концу второй недели полета стало ясно, что экипаж медленно скатывается в пассивную депрессию.

Бортовой медик часами проводил тесты, пытаясь найти крючки и зацепки к восстановлению душевного равновесия. Советовался с собранным в ЦУПе консилиумом лучших психологов. Но все его усилия не приносили результата, и от этого он сам становился все более угрюмым и замкнутым. Командир экипажа, опытный астронавт с десятком полетов за спиной, тоже делал все, чтобы привести экипаж в чувство, но даже он все чаще понимал, что находится на грани срыва. Чтобы сгладить этот негатив, экипаж начал принимать антидепрессанты и снотворные препараты.

Из семерых астронавтов наиболее стабильным оказался бортинженер Берни Роджерс. На это обратили внимание и командир, и сидящий уже несколько дней на двойных дозах антидепрессантов медик, и психологи в центре управления полетами. В конце концов было решено провести с ним серию тестов, а затем устроить видеоконференцию с консилиумом. Тесты показали, что, несмотря на некоторые отклонения, типичные для человека, выполняющего опасную миссию, состояние Берни было в рамках нормы. Личное собеседование это подтвердило и приоткрыло причины такой психологической устойчивости.

- Берни, медик оторвал взгляд от результатов теста и внимательно посмотрел на бортинженера. Ты чувствуешь, что с экипажем творится что-то не то?

- Да, без особой уверенности ответил тот. Люди напряжены и одновременно есть какая-то отрешенность, раздражение. Даже вы с капитаном иногда ведете себя странно.

- Верно. Думаю, нас накрыло не изученное пока психическое состояние, связанное с полетом на такое далекое расстояние от Земли.

- Вроде эффекта общего обзора?

- Той же природы, но с обратным знаком. Эффект общего обзора это положительное высокоэмоциональное состояние, возникающее у астронавтов от осознания достигнутого и ощущения гармоничной связи со Вселенной. При нем земные проблемы кажутся ничтожными по сравнению с величием космоса, хочется спуститься вниз и сделать жизнь людей лучше. Здесь же мы наблюдаем противоположные симптомы. Апатия, подсознательный страх перед космосом, неуверенность в том, что нам предстоит сделать, обреченность и предчувствие беды. А еще, ты же сам говорил, что есть ощущение, как будто кто-то смотрит на нас из глубин пространства, как на глупых муравьев, выбравшихся слишком далеко от своего дома.

- Да. Иногда бывает такое ощущение. Я тебе его описывал. Но это нормально. Мы ведь в космосе. Никто раньше так далеко не залетал. Может, если бы мы летели к Марсу, к планете, похожей на Землю, у нас было бы другое ощущение. А так мы устремились в пустоту. По сути, в никуда. Оправдаются ли наши расчеты? Будет ли работать техника? Что нас там ждет? Сможем ли мы выполнить свою миссию? Слишком много неизвестных.

- Вот видишь, медик с трудом заставил себя улыбнуться. Ты рассуждаешь рационально, разумно. А остальные Понимаешь. Мы так стремились к этому полету. Последние годы шли к нему вместе с таким энтузиазмом и душевным подъемом. И вот теперь, когда нас от цели отделяет чуть больше недели, она кажется никчемной, бессмысленной, не стоящей усилий. У людей безразличие, апатия. Нет. Они работу свою сделают. Наверно. Но такое состояние неминуемо приведет к депрессии, от которой до психического срыва один шаг. И этот шаг может быть фатальным для миссии. Тут никакие антидепрессанты не помогут. Наоборот, они могут ускорить срыв. А ведь нам предстоит работать на астероиде в открытом космосе. В гребаной пустоте. Как это отразится на мозгах? Я лично не думаю, что станет лучше. Хотя работа может и отвлечь от мрачных мыслей о собственном ничтожестве.

- Я не думал, что все так серьезно.

- Серьезно, бро. Еще как серьезно. На Земле уже подумывают вернуть корабль. Это у Теона единственный буксир. Он вбухал в него кучу денег и не хочет им рисковать, если мы все здесь свихнемся.

- Это будет позор для всех нас, нахмурился Роджерс. Зевсу осталось чуть больше недели до цели. Через три дня цикл торможения и выход на траекторию перехвата астероида. Мы не можем провалить миссию сейчас, кода проделали уже две трети пути.

- Пока речь об остановке не идет. Но, если состояние экипажа будет ухудшаться и появятся риски, связанные с психическим расстройством его членов, Земля вполне может принять такое решение. Они заблокируют нас в жилом модуле, примут контроль и развернут Зевс. Чтобы этого не случилось, нам надо найти способ стабилизировать экипаж, вернуть людям уверенность и если не прежний энтузиазм, то хотя бы психологическое равновесие. Вот ты. Как ты сохранил самообладание и адекватность?

- Не знаю, неуверенно пожал плечами Берни. Я думаю о своей цели. О том, что я должен доставить астероид к Земле.

- Все так думают, разочарованно вздохнул медик.

- А еще я часто молюсь.

- Молишься? В смысле Богу? он быстро открыл на планшете профиль бортинженера и пробежал глазами несколько строк. Ты серьезно веришь в Бога?

- В Бога или нет я не знаю. Я верю в недоступные нашему пониманию высшие силы, которые создали этот мир и управляют им. Я верю, что все во вселенной взаимосвязано и стремится к гармонии. Я сам стараюсь быть частью этой гармонии. И когда звучит голос из пустоты, я не боюсь его, я стараюсь с ним говорить. Я рассказываю о себе, о том, куда я лечу, о том, что астероид сделает наш мир лучше. Я прошу его дать мне силы и укрепить мой разум и волю, чтобы выполнить свою миссию.

- А он? почти шепотом спросил медик, которому от таких слов стало не по себе.

- Кто? удивленно посмотрел на него Берни.

- Голос пустоты. Что он отвечает?

- Ничего. Молчит. Но мне становится легче. Я не чувствую себя ничтожным инородным телом в космосе. Я чувствую себя его частью.

- Интересно. Очень интересно, медик задумчиво потеребил подбородок и посмотрел на снимающую их камеру. Думаю, ты интуитивно нащупал методику, которая нам всем может помочь.

После интервью он включил терминал связи с ЦУПом, где консилиум психологов, наблюдавших за разговором, уже активно обсуждал то, что сказал Роджерс. Было заметно, что ученые ухватились за подсказанную бортинженером идею и были готовы немедленно приступить к ее практической реализации.

В это время Берни проплыл по переходам из расположенного в жилом модуле медицинского отсека в центр управления, поприветствовал там угрюмого капитана, сидящего в своем кресле и невидящим взглядом смотрящего на экран фронтального обзора. Затем он занял свое рабочее место администратора цифровых систем, убедился, что все в норме, и запустил диагностику одной из них. Когда основной контур искусственного интеллекта принялся копаться в своих же мозгах, Берни набрал еще одну команду, которая деактивировала особую программу. Эта не входившая в штатное ПО программа была установлена им уже после старта. Она заставляла расположенные по всему кораблю динамики общей системы оповещения работать в инфразвуковом диапазоне при приближении к ним членов экипажа. Всех, кроме Берни Роджерса, у которого был специальный выделяющий его маячок.

Голос пустоты, который довел астронавтов до психического истощения, пропал. На этом этапе он свою задачу выполнил.

Через десять часов весь экипаж находился в модуле управления в своих креслах. На голову каждого был надет шлем виртуальной реальности, через который в мозг шла только что разработанная психотерапевтами программа самовнушения. Пустота не враждебна Вселенная это многогранный и гармоничный мир Я частичка этого мира Я внемлю твоему голосу Я прошу тебя о помощи Потому что цель моя велика и благородна За сеансом сразу сон. После пробуждения еще сеанс.

Уже после двух сеансов за общим обедом стало очевидно, что методика работает. Экипаж ожил. У людей снова появился блеск в глазах. Начало возвращаться чувство юмора и приподнятое настроение. Появилось здоровое нетерпение последних дней полета, когда впереди уже видна желанная цель, все рвутся в бой, готовые выполнить то, чему их учили последние годы, и вернуться на Землю победителями.

После обеда медик отвел Берни в сторону и тихо сказал.

- Спасибо, бро. Твоя система работает. Похоже, мы спасли миссию.

- Да брось, ответил тот, сдержанно улыбнувшись. Я лишь делаю все, чтобы Зевс выполнил свое предназначение. Как говорит голос из шлема: потому что цель моя велика и благородна.

Три последующих сеанса самовнушения полностью сняли эффект голоса пустоты. Состояние экипажа вернулось к норме. Еще через пять дней Зевс перевел часть двигателей в режим реверса и приступил к торможению, уверенно выходя на траекторию перехвата астероида.

США. Лос-Анджелес. Штаб-квартира Альфа Орбитал

То, что на Зевсе возникли проблемы с экипажем, для ЦУПа оказалось полной неожиданностью. Все семеро успешно прошли полный цикл подготовки на сплачивание и личностную притирку. Под руководством лучших тренеров, готовивших подразделения элитного спецназа, они были отобраны со всей тщательностью и, как сегменты пазла, идеально подходили друг другу. Вместе эта семерка создавала целостную картинку сплоченной команды, главной целью которой было дойти до точки назначения, выполнить задачу и по возможности вернуться живыми.

Психические отклонения у астронавтов были явлением не новым. Они наблюдались с тех пор, как полвека назад начались длительные космические полеты, но в основном имели положительную, схожую с эйфорией окраску. Взять хотя бы хорошо известный и изученный эффект общего обзора, когда человек, оказавшись на орбите и взглянув на свою родную планету с высоты, вдруг начинал чувствовать себя частью необъятной Вселенной, а земные проблемы казались ему мелочными и недостойными внимания. Таких похожих на Уау! состояний ученые насчитали больше десятка, и все они не несли деструктивного потенциала для психики.

Даже люди, проведшие на орбитальных станциях полгода и более, не проявляли настораживающих симптомов, не говоря уже о полноценных психических расстройствах, каким был голос пустоты. К тому же в экипажи специально подбирали людей спокойных, уравновешенных, даже меланхоличных, потому что они по своей натуре обладали более устойчивой и стабильной психикой.

Семь астронавтов с Зевса полностью подходили под этот и десяток других критериев. Поэтому массовое расстройство психики было последней областью, где в ЦУПе ожидали проблем. И тем не менее они возникли именно здесь и удивительно рано, на второй неделе полета, когда еще были свежи воспоминания о старте и земной запас энергии и положительных эмоций еще не начал иссякать.

После первых тревожных симптомов был создан консилиум из лучших психологов и психиатров Орбитал и НАСА. Они долго ломали голову над феноменом и уже склонялись к общему мнению, что состояние экипажа с каждым днем ухудшается, а значит растут и риски, связанные со срывом одного из астронавтов, который потенциально может привести к гибели корабля.

Видя, что голос пустоты влияет на всех членов экипажа, ученые сразу выдвинули гипотезу о том, что у него должен быть некий источник, и принялись его искать. Грешили на радиацию от реактора, на воздействие искусственного магнитного поля, на микроволновое излучение оборудования или направленный луч космической энергии, идущий от взрыва далекой звезды. Рассматривали еще десяток причин. Они обмеряли и обшарили сканерами все жилые отсеки, но так ничего и не нашли. Радиация, электромагнитный фон, микроволновое излучение все было в норме. Некоторые из психологов уже сами стали подумывать, что голос пустоты действительно существует. Как раз в этот момент случилось интервью медика с бортинженером Роджерсом. Появилась надежда, которая уже после первого сеанса психотерапии переросла в уверенность, что ситуацию можно выправить.

Оказалось, что проблема решалась несколькими простенькими сеансами самовнушения. Голос пустоты пропал. Экипаж стал приходить в норму. Миссия была спасена.

Узнав об отклонении в психическом состоянии, Теон очень расстроился. Он был неплохим инженером, талантливым изобретателем и инноватором, но абсолютно не разбирался в том, как работает психика человека. Для него поведение людей являлось простой логической цепочкой причинно-следственных связей, возникающей между внешним миром и десятком выработанных личным опытом шаблонов. Почему семь хорошо подготовленных, абсолютно здоровых и счастливых астронавтов вдруг оказались на грани нервного срыва и почему успех его миссии попал в зависимость от чьих-то воспаленных мозгов, он не понимал. Поэтому, когда простое и эффективное решение проблемы было найдено, он на радостях закатил ученым и всему ЦУПу вечеринку. Ну и себе, конечно. Потому что за последние несколько дней нервотрепки он иногда был близок к отчаянному решению вернуть Зевс домой.

На следующее утро по видеосвязи позвонил президент Богарт и поинтересовался статусом миссии к астероиду.

- Я слышал, у тебя проблемы с экипажем? в его голосе чувствовалась озабоченность. Это может поставить миссию под угрозу?

- Никуда от вашего всевидящего ока не скрыться, посетовал Теон.

- Еще бы. Твои ученые весь сетевой трафик Орбитал забили разговорами про голос пустоты. АНБ жалуется, что для перехвата у них уже ресурсов не хватает.

- Врут. Денег хотят. У меня все нужные люди НАСА сидят в ЦУПе, так что сетевого обмена почти нет.

- Ладно, с ними я разберусь. У тебя что? Если информация о проблемах на Зевсе выйдет наружу, все сразу поймут существующие риски и акции Орбитал пойдут вниз. А у моих брокеров, между прочим, серьезный пакет твоих бумаг. К тому же ты не забывай, что миссия к астероиду проект национального значения. Будет очень плохо, если мы, вернее ты, облажаешься после всего хайпа, который сам и поднял.

- Не облажаюсь, уверенно ответил Курц. На второй неделе полета у экипажа возникли проблемы психического характера. По-видимому, проявился какой-то неизученный эффект полета в глубокий космос на большое расстояние от Земли. Тоска по дому или что-то похожее. Из-за этого им стала чудиться всякая хрень. Сейчас все негативные последствия сняты. Экипаж в норме. Миссии ничего не угрожает. Хотя, это космос. Там может произойти все что угодно.

- Ну и слава богу, немного успокоился президент и продолжил: Слушай У меня все не выходит из головы подарок твоего арабского партнера. Помнишь, в день старта Зевса на приеме? Тогда полуголые девицы принесли тебе восточную саблю. СМИ потом этот случай неделю смаковали. Типа как так, перед нашим любимым инноватором три женщины опустились на колено, так может он шовинист?

- Помню, насторожился Теон. Мне потом Чак звонил. Он коллекционер. Целую лекцию прочитал насчет артефакта.

- Да? Вещь действительно ценная?

- Не настолько, как хотелось бы. Это точная копия меча какого-то древнего восточного правителя. То ли VIII, то ли X век. Золото настоящее, а вот рубины и изумруды синтетические, искусственные. Выращены в лаборатории. Они, конечно, имеют ценность, но с натуральными не сравнить. Эксперт оценил подарок миллиона в полтора. Это если выставить на аукцион, и какой-нибудь коллекционер вроде Чака захочет его купить. А так этот меч у меня в приемной висит в рамочке. На обозрение всем посетителям. Я даже ковер под него персидский купил. Очень колоритная композиция получилась. Надо бы еще щит для комплекта где-то добыть и шлем старинный.

- Значит, копия. Жаль, вздохнул Богарт. Этот ножичек напомнил мне одну историю из моей бурной молодости. А я уже подумал, что твой партнер из Дубая не так прост, и подарочек этот предназначался мне.

- Он совсем не прост. Куча бабла. Огромная компания с миллиардными оборотами. С шейхами в шахматы играет. Меня, вот, выручил деньгами.

- С этим все ясно. Хорошо, если его интересы ограничиваются только деньгами и влиянием. Но, блин, это гребаный Восток. Там хрен поймешь, что в мозгах у людей творится. И этот ножичек Да еще презентованный так, чтобы я его увидел.

- Оружие обычный подарок на Востоке. Арабы его любят. Даже поклоняются.

- Насчет оружия ты прав, задумчиво проговорил Богарт. Слушай. Окажи мне услугу по старой дружбе. Я тебе пришлю одного надежного человечка из частной разведкомпании. Ты расскажи ему о своем партнере. Базовая инфа про него есть. Он не светится, но и не сильно шифруется. Ты поделись личными впечатлениями, что ты о нем думаешь. Какие ассоциации, странности. Намеки, полунамеки. Договорились?

- Да, без проблем. Только я в оперухе ноль. Так что, уж извини, прихвачу на разговор своего шефа безопасности.

- Хоть всю службу, отмахнулся Богарт.

- И еще. По старой дружбе, Теон посмотрел в глаза президенту. Если ты чего вдруг накопаешь, то уж предупреди меня. Как никак, этот араб один из основных партнеров в Орбитал.

- Конечно, широко улыбнулся президент. Если что, сразу дам знать.

После связи с Белым домом Теон сразу вызвал Акосту и пересказал ему разговор. Тот заявил, что выводы делать рано. Надо подождать человека, который придет от Богарта, посмотреть, на кого он работает, какие вопросы будет задавать, и только потом оценить ситуацию.

Человек, который пришел от Богарта, оказался агентом спецотдела ЧВК, которой руководил его племянник. Вопросы задавал с явной целью психологического профилирования Мади Сахим бин Малика. Видимо, существующей информации, доступной через разведку и по другим официальным каналам, было недостаточно для того, чтобы составить представление о банкире, поэтому президент решил привлечь аналитиков. Здесь как раз и пригодилась ЧВК, с которой он плотно работал еще на посту губернатора Калифорнии. По-видимому, она была личной силовой структурой Богарта, выполнявшей не только охранные функции, но и спецзадания.

Еще когда Мади проверяли четыре года назад, в самом начале сотрудничества, было очевидно, что он чист. Но нет такого чистого араба, к которому нельзя было бы пристегнуть связь с террористами. Особенно если этот араб теневой банкир, один из руководителей разветвленной тайной финансовой системы. Дальнейшие действия Богарта предсказать было сложно. Он мог просто забыть об истории с мечом. Мог поставить Мади на контроль. Но если за ним с времен иракской кампании тянулся шлейф, который мог навредить его репутации, то можно было ожидать и превентивной силовой реакции. В этом случае не помогли бы ни защита шейха Дубая, ни покровительство других влиятельных правителей Залива.

Именно такой расклад описал Акоста своему боссу после того, как тот поговорил с агентом. Теону оставалось только принять решение, как сейчас поступить. Сообщить Мади о том, что им заинтересовался Богарт, или пустить все на самотек и издали понаблюдать, чем все это закончится. В первом случае однозначно был риск вызвать гнев президента. Во втором риск того, что если что-то случится, то его самого потом всю жизнь будет мучить совесть.

Теону нравился араб. Его рассуждения об истории, философский взгляд на то, как развиваются события сейчас, и вера, что такие проекты вроде астероида помогут сделать мир лучше. Но стоило ли рисковать всем ради такой симпатии, он решить не мог. А раз так, то миллиардер взял паузу, чтобы мысли устоялись и решение со временем созрело само собой. Благо, сейчас было чем заняться. Зевс приближался к своей цели и уже приступил к торможению, чтобы начать маневр сближения и синхронизации скорости.

Межпланетное пространство. USSC Зевс

Астероид был уже настолько близко, что его, не включая увеличения, можно было в деталях рассмотреть на фронтальных мониторах. Вся команда собралась в отсеке управления и с замиранием сердца смотрела, как на радужном фоне, выдаваемом спектральными камерами, медленно вращалась увесистая синяя фасолина, избитая множеством мелких кратеров от ударов метеоритами.

- Вот она. Наша цель, капитан кликнул мышкой и перевел изображение в обычный оптический режим.

- Нормально так кувыркается. Придется попотеть, пока сядешь, прокомментировал один из инженеров-бурильщиков, которым предстояло высадиться на астероид и закрепить на нем шесть стабилизационных двигателей.

- Ничего. Справимся, ответил другой. Мы тренировались высаживаться на платформы и посложнее.

- Так то было на Земле. А здесь космос.

- Отставить сомнения, капитан повернул голову и через плечо посмотрел на стоящих сзади инженеров. Сядете и сделаете работу как надо. А сейчас, техники, готовьте зонд. Надо проверить, действительно ли на этом камешке есть несметные богатства или мы проделали это путь зря. Вот будет прикол, если это пустышка и никаких триллионов тут нет.

Несколько часов назад Зевс синхронизировал скорость с астероидом и шел в пяти километрах сзади сбоку. Перед тем как начать основную программу, надо было убедиться в том, что минеральный состав цели соответствует проведенному с Земли спектральному анализу. Для этого на поверхность был отправлен зонд. Он пробурил несколько отверстий глубиной около метра, взял образцы породы из кернов и вернулся на корабль. Один из инженеров сделал экспресс-анализ и торжественно заявил, что предположение астрономов подтверждается.

Если спроецировать состав породы из мест, где были взяты образцы, на всю массу астероида, то получалось, что он на 76% состоит из металлов, в основном железа и никеля, с обильными прожилками золота и вкраплениями платины и палладия. Остальную массу составлял железистый пироксен, богатый редкоземельными элементами, и поверхностный углеродистый хондрит, который, скорее всего, образовался от ударов других небесных тел. Новость о том, что астероид действительно полон несметных богатств, привела экипаж в восторг, и все с энтузиазмом принялись за подготовку к высадке.

В течение следующего дня Зевс сблизился с целью на расстояние в двести метров. Теперь он под управлением искусственного интеллекта шел сбоку, и подсвеченный солнцем камень можно было хорошо рассмотреть в иллюминаторы.

С близкого расстояния он поражал своими размерами. На фоне этой гигантской, медленно вращающейся глыбы космический буксир выглядел хрупкой и беспомощной конструкцией, готовой рассыпаться в пыль при столкновении. Некоторые астронавты на корабле и даже операторы в ЦУПе стали сомневаться, сможет ли небольшой корабль справиться с такой огромной массой при буксировке. Но расчеты говорили, что сможет. А капитан всегда приводил пример того, как крохотные рейдово-маневровые суденышки проводят по каналам гигатские танкеры и сухогрузы, как они ловко манипулируют ими в портах при швартовке. Все дело было в трении. На воде оно было очень маленьким. А в космосе отсутствовало совсем. Это должно было позволить двадцати четырем газореактивным двигателям Зевса вначале медленно разогнать астероид и пустить в нужном направлении, а затем плавно затормозить и вывести на земную орбиту.

В общем, вдоволь насмотревшись в иллюминаторы, поудивлявшись и посомневавшись, экипаж приступил к работе.

Все необходимое оборудование находилось в двух технических модулях. Оно было заранее собрано, опробовано и готово к применению. Четверка бурильщиков, одевшись в огромные, совмещенные с экзоскелетами скафандры, высадилась на поверхность и приступила к сверлению трехметровых каналов для анкеров, на которых будут закреплены стабилизационные двигатели. Работа заняла почти пять дней. Затем в пробуренных отверстиях были закреплены и зафиксированы специальным раствором анкеры, а на них посажены двигатели с подвижным соплом, способным менять направление реактивной струи в полусфере 160 градусов. На это ушла еще неделя.

Наконец все шесть двигателей были установлены в расчетных точках на поверхности астероида и подключены в единую сеть. Искусственный интеллект Зевса отредактировал заранее заложенную программу и приступил к стабилизации астероида. Он по одному ему известному алгоритму на короткое время включал и выключал двигатели, менял направления и силу их реактивной струи, сверялся с новыми параметрами вращения по осям и снова и снова повторял цикл. В результате через три дня космический камень полностью прекратил вращение и принял в пространстве нужное положение.

Следующая фаза предполагала гашение скорости вплоть до полной остановки. Это было необходимо для монтажа стыковочного узла и стыковки астероида с буксиром. Теперь стабилизационные двигатели направили свои сопла вперед по траектории движения и включились на полную мощность. Для того чтобы остановить несущийся в пустоте со скоростью тридцать четыре километра в секунду камень потребовалось больше двух дней. И почти весь запас топлива двигателей. Но расчеты, сделанные на Земле, оказались верными. Гигантский камень завис в пустоте, а рядом с ним замер, поблескивающий в лучах солнца, дротик буксира.

Такая статичная ситуация длилась всего несколько часов, пока искусственный интеллект рассчитывал очередной маневр Зевса. Наконец буксир перевел несколько двигателей в положение реверса и медленно пошел назад. Отойдя от астероида на километр, он плавно развернулся в пространстве и кормой поплыл к своей цели. Приблизился на триста метров и снова замер. Все это время стабилизационные двигатели удерживали камень в пространстве в одном положении. Это позволило бурильщикам без труда спуститься на его поверхность и закрепить там стыковочный узел. Затем буксир сдал назад и, сблизившись с камнем на расстояние сто метров, выпустил прочнейший трос из вектрана, который одним концом был присоединен к стыковочному узлу, а вторым соединен с устройством на корме корабля, напоминавшим рыбацкую безынерционную катушку. Началась медленная, тонко рассчитанная подмотка. Зевс, подтягиваемый пружинящим тросом, плавно поплыл к своей цели.

Через шесть часов произошла стыковка. Теперь буксир и астероид находились в сцепке и составляли одно целое. После проверки жесткости и надежности стыковки Зевс включил два двигателя на самую малую мощность и медленно тронулся с места. Это было сделано, чтобы придать сцепке, основную массу которой составлял астероид, небольшую инерцию, достаточную для ее стабилизации и гашения постоянно возникающего вращательного момента.

Следующие шесть дней ушли на то, чтобы укрепить жесткость сцепки камня с буксиром. Для этого были установлены шесть жестких стальных фиксирующих стяжек, крепящих его напрямую к несущей раме. Одновременно с монтажом стяжек в оставшиеся на поверхности стабилизационные двигатели было закачано дополнительное реактивное топливо, чтобы использовать их энергию при маневрах и торможении.

Таким образом, через двадцать четыре дня после контакта с целью Зевс был готов отправиться в обратный путь со своим ценным грузом.

США. Техас. Браунсвилл. Космодром Альфа Спейс

Сообщение о том, что все манипуляции с астероидом завершены и буксир, запустив двигатели, медленно по широкой дуге выходил на траекторию полета к Земле, привело всех, кто был в ЦУПе, в полный восторг. Люди, не стесняясь эмоций, аплодировали, смеялись, обнимались и, как дети, прыгали от счастья. Наблюдая за всем этим весельем, капитан Зевса, который докладывал о статусе миссии, даже немного смутился и напомнил, что впереди еще долгий перелет и сложные маневры по выходу на орбиту. Теон, следивший за стартом корабля к Земле из кабинета начальника ЦУПа, тоже поспешил выйти к операторам и охладить эмоции. Он сообщил, что настоящий праздник будет, только когда астероид выйдет на заданную орбиту, а пока все по местам и за работу, и чтоб обратный полет был гладким, как шелк.

То, что произошло в далеком космосе, было поистине уникальным событием. Корабль с новым двигателем не только смог преодолеть это колоссальное расстояние, но выполнил сложные маневры вокруг астероида, провел стыковку с ним и теперь с упорством муравья, нашедшего ценную добычу, тянул его к Земле.

Это было невероятно. Потому что там, в пустоте, могло случиться все, что угодно. Список критических рисков, способных провалить миссию, занимал две полные страницы, а из некритических можно было составить небольшой буклет. Но все прошло гладко. Относительно гладко. Ввиду сложностей, возникших из-за вращения и скорости астероида, двое бурильщиков получили травмы при установке стабилизационных двигателей. Один из них достаточно серьезную перелом ноги. Но, согласно аварийному расписанию, бортинженер по электронным системам Берни Роджерс занял его место, и все работы были выполнены в срок.

Немного пострадал и корабль. Во время работы стабилизационных двигателей и торможения реактивные струи подняли с поверхности и вытолкнули в пространство огромное количество крупных и мелких камней и кусков породы. Пока Зевс отходил на безопасное расстояние, вся эта взвесь успела серьезно посечь кожух реактора, солнечные батареи и обшивку модулей полезной нагрузки. Впрочем, серьезных повреждений не было, а с несерьезными легко справился экипаж, натренированный как раз для таких случаев.

Получалось, что две трети фантастической миссии пройдены успешно и максимум через месяц астероид стоимостью в пять триллионов будет спокойно вращаться вокруг Земли, ожидая, когда люди решат приступить к разработке его богатств.

Довольный собой и ходом миссии Теон открыл страничку смарта с котировками Альфа Орбитал и пренебрежительно хмыкнул. Торги на бирже были остановлены час назад из-за ажиотажного спроса на его акции. Но на хороших новостях бумаги уже успели подрасти на двенадцать процентов. Черт возьми! Если бы сейчас можно было продать Орбитал, он вполне смог бы купить среднюю европейскую страну. А что будет через месяц? Курц закинул руки за голову и мечтательно поднял глаза к потолку. Через месяц он оставит астероид своим директорам, а сам вплотную займется Марсом. С такими деньгами там можно построить целый город.

Приятные мысли миллиардера прервал завибрировавший на столе смарт. Пришло сообщение от Акосты. Теон открыл его и почувствовал, как от неожиданной новости перехватило дыхание.

О боже Он оторвал взгляд от экрана и сделал несколько глубоких вдохов. От избытка кислорода немного закружилась голова. Подождав секунду, пока утихнет внутренняя дрожь, он снова перечитал сообщение.

Неизвестный беспилотник нанес ракетный удар по вилле, расположенной на побережье залива в северном пригороде Дубая. По данным разведки, там находился один из главарей исламских террористов, отвечавший за их финансирование. Вилла частично разрушена. Основная цель и несколько второстепенных уничтожены. Министерство иностранных дел Эмиратов и правитель Дубая обвинили в атаке американцев и выступили с жестким заявлением. Из-за того, что удар не был согласован, они приостановили доступ американцев к расположенным на территории Эмиратов военным объектам совместного пользования. Далее Акоста прилагал карту с расположением объекта, по которому был нанесен удар. Но и без нее Теон уже догадался, кто был целью беспилотника.

В этот момент ему очень хотелось позвонить Богарту и вывалить на него гремучую смесь из гнева, раздражения и испуга, которая бурлила внутри. Однако он все же смог себя остановить и связался по видео с шефом безопасности. К этому времени у того появилась новая информация. Министерство финансов особым распоряжением заблокировало все доступные активы Мади Сахим бин Малика, включая счета логистической фирмы в Сан-Франциско и его долю в Орбитал.

- Босс было видно, что Акоста сам озадачен таким открытым и грубым ударом по ключевому партнеру в Орбитал. Я не знаю, что происходит. Если не считать операций с криптой, которыми все сейчас занимаются, ваш араб чист, как альпийский снег. Если у МОССАД на него ничего нет, то и у наших нет оснований обвинять его в терроризме. Так что все обвинения чушь. Но если его решили полностью зачистить, да еще в такой спешке, значит он представлял серьезную угрозу лично для президента. Или Богарт так предполагал и решил перестраховаться.

- Твою мать! Это пипец какой-то, возмутился Курц. Взять и вот так просто ликвидировать уважаемого человека, просто чтобы перестраховаться. И не где-нибудь в Судане, Йемене или Афганистане, а в цивилизованной стране! А может это не наши?

- По моей информации, это был стратегический беспилотник Global Hawk без транспондера и опознавательных знаков. Взлетел с авиабазы в Кувейте. Несколько часов нарезал круги над Заливом. Затем нанес удар по цели в Дубае и снова вышел в нейтральное воздушное пространство. Силы ПВО Эмиратов получили приказ его сбить. Но система наведения ЗРК Патриот отказалась его атаковать, потому что получала сигнал свой. Нет. Это однозначно был американский беспилотник. Больше там никто не летает. Видимо, в Белом доме решили, что Мади представляет реальную угрозу, а значит риск очень значительный. Ведь наши пошли на открытый конфликт с Эмиратами и засветили, что могут дистанционно блокировать проданные им системы вооружений.

- Мне наплевать на риск. Мне старика жалко. Это был порядочный и умный человек. Он мне помог, в конце концов. И Богарт, сука, обещал держать меня в курсе. Я ему позвоню и все выскажу.

- Это будет большой ошибкой. В такой ситуации надо продумывать каждый шаг. Опрометчивые действия могут обернуться против вас. Президент дорожит отношениями с вами. Особенно сейчас, когда астероид уже на пути к Земле. Я уверен, он сам перезвонит. Эта новость уже в СМИ. Он уже должен знать, что вы ее прочитали.

- Черт бы побрал эту вашингтонскую клоаку! Так хочется иногда все это дерьмо в сердцах выругался Теон, но вовремя остановился. Хотя канал связи имел верхний уровень защиты и шел через спутник Альфа Спейс, при желании можно было взломать и его. А теперь после удара по Мади он не был уверен, что сам не находится на прицеле.

- Вам надо успокоиться. Сейчас главное выдержать паузу и посмотреть, как будут развиваться события.

- Ты прав, выдохнул Теон Надо поставить юристов на Минфин и Комиссию по ценным бумагам. Пусть оценят, как блокировка доли Мади отразится на операциях Орбитал. Мне еще юридических заморочек в конце миссии не хватало. А ты держи меня в курсе новостей.

- Вот-вот. Задействуйте юристов, лоббистов. А я буду держать вас в курсе новостей.

После разговора Теон открыл на компьютере подборку новостей из Дубая. Атака на виллу Мади Сахим бин Малика и реакция на нее со стороны шейхов была на центральных полосах. Вокруг удара разворачивался нешуточный политический скандал. Полиция и военные Эмиратов блокировали базу ВВС в Аль-Дафра под Абу-Даби и ВМС у Аль-Фуджейры, которые использовались американцами. МИД Эмиратов готовил экстренное заявление, в котором, скорее всего, объявит об отзыве своего посла из Вашингтона и высылке американского. Такую жесткую позицию ОАЭ поддержали другие страны Залива. Все выглядело так, что позициям США в регионе будет нанесен серьезный ущерб.

Что заставило Богарта пойти на такие жертвы? Какие тайны, по его мнению, мог знать теневой банкир, что для его устранения надо было пойти на такое открытое преступление? И еще Зачем Мади сам спровоцировал такую агрессивную реакцию. Ведь если бы он не подарил ему меч Аль-Рашида прямо на глазах у президента, то никаких действий с его стороны не последовало бы. И зачем он рассказал о том, что Богарт участвовал в разграблении Национально музея в Багдаде, да еще и показал фотографию?

От множества вопросов и отсутствия ответов разболелась голова. Теон потер виски и уже хотел вызвать помощника, чтобы тот принес ему таблетку обезболивающего, но в этот момент завибрировал смарт. Звонил Богарт.

- Хей, дружище! Поздравляю! Мне доложили, что твой корабль подцепил астероид и двинулся в обратный путь, судя по голосу, настроение у него было отличное.

- Спасибо, растерянно ответил Теон, выругав себя за то, что подсознательно ожидал извинений. Это было глупо. Потому что американские президенты не извиняются за свои преступления, совершенные вне США.

- Как все прошло? Гладко? А этот камешек не соскочит с крючка по дороге?

- Нормально прошло, сэр. Никуда астероид не денется, пробурчал Курц.

- А Ты, наверно, злишься по поводу своего партнера, вздохнул президент. Знаешь. Я передал его в ЦРУ, а те посчитали, что этот араб представляет явную угрозу, связались с военными и решили вопрос кардинально. И заметь в рамках своих полномочий. Я хотел тебе позвонить раньше, но все произошло очень быстро. Мне самому доложили только пару минут назад. Неловко как-то получилось.

- Неловко! вскипел Теон. Вы убили уважаемого человека без суда и следствия, без обвинения и защиты. Убили только по подозрению.

- Ну и что, вполне естественно удивился Богарт. Наши беспилотники проводят десятки таких ударов в месяц. Если мы каждую цель будем судить по закону, мы провалим войну с терроризмом. А она требует решительных действий. Которые и произошли в отношении твоего партнера.

- Перед тем как стать акционером Орбитал, его как иностранного партнера стратегически важного предприятия проверяли ФБР и Секретная Служба Министерства финансов. На него нет ни строчки компромата ни у нас, ни у Эмиратов, ни даже у Израиля. Он был чист и пользовался уважением и авторитетом в Заливе. А вы его грохнули, как последнего бандита. Даже шейхи возмутились.

- Когда проверяли, был чист. А теперь испачкался. Сколько он тебе отвалил? Четыре миллиарда? Шесть? Откуда такие деньги? Я что-то не видел его в списке FORBS. Значит, деньги грязные, преступные. Наркота, оружие или торговля ценными артефактами вроде подаренного тебе меча. А раз так, то и наказание заслуженное, даже если фактов против него нет. Да что ты завелся из-за него, в голосе Богарта появились нотки раздражения. Одним арабом больше, одним меньше. Тебе-то что? Тебе сейчас надо думать о том, чтобы самому не попасть под следствие. Как никак у тебя в акционерах был финансист террористов. Вот о чем тебе надо сейчас беспокоиться.

После этих слов на Теона накатила волна ненависти и злости на все, что происходит: на Богарта, на Вашингтон, на Америку, которая, чтобы еще хоть немного продлить свое влияние, творит в мире беспредел, не сдерживая себя ни законом, ни моралью, ни элементарными приличиями. Ему захотелось послать Богарта самыми последними словами так, чтобы весь мир это слышал. Испугавшись, что может сорваться, он даже зажал рот ладонью.

- Эй! Ты где пропал, дружище? Все нормально? настороженно спросил президент.

- Нормально, сэр. Что-то со связью.

- Опять ты мне сэркаешь, тон Богарта стал привычно покровительственным. Завязывай ты с официозом. Мы ведь по-прежнему друзья. Да?

- Да, сглотнув колючий комок, ответил Теон.

- Ну вот и отлично! А насчет следствия не беспокойся. Мы героя американской нации в обиду не дадим. Так что там с нашим астероидом? Расскажи подробнее. А то меня текучка в последние дни заела. Пришлось выпустить приоритетный проект из поля зрения.

Сделав над собой усилие, следующие десять минут Теон в общих чертах рассказывал президенту про то, как прошла стыковка астероида с Зевсом. А сам вдруг вспомнил, каким странным блеском мерцал великолепный изумруд на устье ножен подаренного Мади меча. Как будто там на миг ожили души несчастных, у которых этот клинок когда-то отнял жизни. Получалось, что на его счету теперь еще одна жертва Мади Сахим бин Малик, влиятельный теневой банкир, один из мастеров хавалы.

И снова в голове возник вопрос зачем? Зачем такой мудрый и опытный араб спровоцировал Богарта.

Межпланетное пространство. USSC Зевс

Шел седьмой день обратного полета. Зевс, медленно набрав скорость, по вытянутой дуге развернулся носом к Земле и шел в режиме ускорения к конечному пункту своего полета. При этом маневре закрепленные на астероиде стабилизационные двигатели было решено не использовать. Капитан вполне справедливо полагал, что их энергия еще пригодится при торможении и выходе на орбиту.

Сцепка оказалась вполне надежной. Пятидесятиметровые стальные штаги прочно крепили огромный камень к несущей раме буксира, так что импульс ускорения от двигателей использовался максимально эффективно.

Для возвращения был применен немного другой скоростной алгоритм. Из-за наличия тяжелого груза не предполагалось нескольких циклов ускорения и инерции. Вместо этого сцепку планировали разогнать до расчетной скорости, выключить двигатели и по четко выверенной траектории выйти к точке на орбите, где должна будет находиться Земля.

Поначалу полет шел штатно. Настроение у экипажа было приподнятое. Еще бы. Они зацепили полный богатств астероид и уверенно буксировали его на орбиту. Но на восьмой день стали появляться тревожные симптомы. Вначале командир, а затем и остальные члены экипажа начали испытывать головную боль и приступы тошноты. Затем появился уже знакомый неосознанный страх, чувство обреченности и безысходности. А через сутки в мозгах астронавтов снова зазвучал вкрадчивый, зовущий в тлен голос пустоты.

На этот раз сеансы психотерапии не помогали. Похоже, даже молитвы Берни Роджерса не помогли ему совладать со своими мозгами. Было заметно, как он вместе со всеми погружался во мрак страха перед космосом. Люди на Зевсе медленно скатывались в депрессию, которая грозила перерасти в более серьезное психическое расстройство.

На третий день после появления голоса пустоты, когда стало ясно, что симптомы нарастают, медик снова прописал всем снотворное и антидепрессанты. Снотворное помогало плохо. Люди засыпали тревожным, полным неясных кошмаров сном, а просыпались еще более подавленными и злыми. Антидепрессанты вообще давали противоположный эффект. У членов экипажа стали случаться беспричинные истерики и приступы необъяснимой агрессии.

Консилиум на Земле бился над объяснением такого состояния, но на этот раз ничего вразумительного предложить не смог. Максимум, на что решились профессора, это предположить, что по пути к астероиду и обратно Зевс проходит через зону неизвестного нерегистрируемого излучения, которое оказывает на психику человека разрушительное воздействие. Используя данные первого контакта с голосом пустоты, они даже вычислили примерные границы зоны. Получалось, что корабль будет находиться в ней еще шесть дней.

Поскольку другого разумного объяснения не было, Теон принял сложное и в этой ситуации единственно верное решение. Если симптомы будут ухудшаться, передать управление корабля ЦУПу, а экипаж ввести в длительный искусственный сон с поддержанием жизненных функций. Опция дистанционного контроля была заложена в архитектуре Зевса. Для этого на борту был основной и два дублирующих контура искусственного интеллекта, способных принять на себя управление в случае недееспособности экипажа. Для полета и маневров в открытом космосе люди вообще были не нужны. Большую часть он итак шел на автопилоте. Главной задачей экипажа в миссии была стабилизация астероида и стыковка с ним.

Астронавты приняли решение ЦУПа с полным безразличием и мрачной обреченностью. Похоже, они совершенно потеряли интерес к жизни и им было все равно, что дальше произойдет с кораблем и грузом. Видя, что состояние людей ухудшается, медик, которому самому было все сложнее адекватно воспринимать действительность, потому что он перешел от депрессантов к ударным дозам опиатов, решил, что момент невозврата наступит через сутки.

Сохраняя последние остатки душевного равновесия, он подготовил и разместил в персональных ячейках индивидуальные системы поддержания жизни. Потом зашел на кухню отсек, где хранились индивидуальные рационы и было оборудовано что-то вроде столовой для их приема. Там перед открытым боксом с питанием с отрешенным видом висел в невесомости Берни Роджерс с двумя рационами в руках. Увидев медика, он повернул голову, смерил его безразличным взглядом и, не сказав ни слова, протянул ему один из пакетов. Тот молча взял его и поплыл в жилой осек. Устроившись в личной капсуле, он заставил себя проглотить тюбик ужина и запить его горячим куриным бульоном, потом принял двойную дозу снотворного и попытался уснуть.

Уснуть не получилось.

Когда медик начал погружаться в сон, в сознании стали вплывать жуткие галлюцинации. То появившееся из пустоты ужасное космическое чудовище хочет сожрать корабль. То буксируемый астероид вдруг превратился в гниющую свиную тушу со вспоротым животом, из которого торчат отвратительные внутренности. То в жилом отсеке вдруг неизвестно откуда появились омерзительные, скользкие, сочащиеся вонючей слизью черви. Они ползали по полу, стенам и потолку, оставляя за собой мерзкие, похожие на сопли полоски. Вот они нашли его индивидуальную ячейку, забрались внутрь и

Последнее видение было настолько реалистичным, что изъеденный непомерной психической нагрузкой человеческий мозг сорвался в пропасть безумия. Истошно вопя, до крови царапая лицо ногтями в попытке сорвать с себя прилипших червей, медик отстегнул ремни, крепившие его к спальному месту, и, что есть силы оттолкнувшись ногами, поплыл к выходу из жилого отсека. Там он столкнулся с Берни Роджерсом, который попытался его успокоить. Но док в неконтролируемом припадке ярости схватил закрепленный на стене фонарь и стукнул им бортинженера по голове. Вместо того чтобы защититься руками, тот лишь чуть уклонился так, что удар пришелся вскользь над ухом и сильно рассек кожу. В невесомости повисли крохотные алые капельки крови.

Видя такой приступ неосознанной агрессии, Берни отшатнулся в сторону и нажал на браслете тревожную кнопку. По Зевсу разнесся сигнал общей тревоги. В это время медик уже проплыл в проем жилого отсека и направился в сторону стыка с модулем управления.

- Внимание всем! Опасность! проговорил Роджерс в закрепленный на шее коммуникатор, стараясь придать голосу причитающееся в такие секунды волнение. Док сошел с ума. Проявляет агрессию. Напал на меня. Я ранен. Повторяю. У дока приступ. Он съехал с катушек.

- Локализация? услышал он чей-то голос.

- Направляется в отсек управления. Я пытался его остановить.

- Всему экипажу! Срочно в отсек управления. Блокировать дока, это уже подключился командир. Роджерс! Если позволяет ранение, следуй за ним и закрывай люки между отсеками. Не дай ему пойти назад.

Получив приказ, Берни размазал кровь по лицу, чтобы действительно выглядеть раненым, взял закрепленную на стене аптечку и поплыл в направлении перехода в модуль управления.

Медика блокировали перед самым отсеком управления, в секции, где были расположены серверные станции. Он метался из стороны в сторону, орал Черви! Черви! и крушил все вокруг. Хорошо, что аппаратура была расположена в охлаждаемых шкафах из бронированного стекла, а то ущерб от такого приступа ярости был бы значительный. Три человека пытались удержать сумасшедшего, но в невесомости это оказалось делом очень сложным. Люди беспомощно кувыркались в тесном пространстве и, сталкиваясь, невольно наносили друг другу повреждения.

Наконец капитану удалось обхватить медика сзади и прижать его руки к торсу. Второй астронавт заблокировал его ноги, а третий стянул ноги, а затем и руки ремнем для крепежа оборудования. В это время появился Берни с аптечкой. Он некоторое время оценивал обстановку, потом посмотрел на аптечку и, оставив ее парить в пространстве, поплыл обратно.

- Держите его. Я в медблок за парализатором, бросил он астронавтам.

Роджерс вернулся минут через пять. Док общими усилиями уже был пристегнут к полу и истошно орал. Его тело билось в неконтролируемых конвульсиях. Один из астронавтов парил в воздухе над ним, зажав уши руками, с выражением невыносимого отвращения на лице. Другой вытирал салфеткой разбитые в свалке губы. Через открытый люк в секцию управления было видно, что капитан уселся в свое кресло перед основным пультом и проводит сеанс экстренной связи с Землей.

- Держите его. Я сделаю укол парализатора, попросил Берни.

- Да пошел ты, огрызнулся тот, что вытирал кровь с губ.

Поняв, что помочь ему никто не хочет, он аккуратно подплыл к медику и, прижав коленом голову к полу, сделал инъекцию в шею. Через несколько секунд конвульсии прекратились, тело дока обмякло и безвольно повисло на ремнях. В этот момент подтянулись еще два астронавта, находившихся в дальних модулях и выполнявших работы с оборудованием, для которых требовался скафандр. Оставив всех в аппаратном отсеке, Роджерс поплыл к командиру.

- Как все произошло? угрюмо спросил тот.

- Я так и не понял. Вошел в жилой отсек, а там этот бьется в истерике. Я хотел ему помочь, а он меня фонарем по голове.

- Да? командир нашел нужный файл и несколько раз просмотрел запись с камер, установленных в жилом отсеке. Блин. Фонарь металлический. Он тебя и убить мог. И что с ним случилось? С чего он свихнулся?

- А я откуда знаю. Мы все тут на грани. Что Земля говорит?

- Нихера не говорит, зло прошипел командир. Говорит, всем спать. Вроде как мы проходим полосу какого-то непонятного космического излучения, которое выжигает мозги.

- И что? Берни оглянулся и посмотрел через люк на экипаж, который собрался вокруг обездвиженного медика.

- А то, что я всех сейчас загоню по своим ячейкам. Док все подготовил. Надо только подсоединить системы жизнеобеспечения и все. До орбиты сон.

- Хреново.

- Хреново. Но другого выхода нет. Я поставлю таймер. Проснусь через неделю, чтобы посмотреть, как дела. Если мозги кипеть не будут, разбужу всех. Ты мне только систему настрой на пробуждение. Сможешь?

- Сделаю, кивнул Берни. Искусственные мозги моя ответственность.

- Блин. Как мне хреново на душе, покачал головой командир. Слушай. Ты вроде самый адекватный из всех. Помоги мне разместить экипаж в ячейках и подключить к системам поддержания жизни. Потом запрограммируй мое пробуждение. Можешь со мной проснуться. Вместе посмотрим, что как.

- Понял. Помогу. Только давай тянуть не будем. У людей сейчас шок. На этой волне они быстрее согласятся на сон. А вот если начнут думать да рассуждать, то мозги точно закипят.

- А ты что, охрененный психолог? недобро блеснул глазами командир.

- Нет. Просто подумал, пожал плечами Берни.

- Правильно подумал. Ладно. Пошли. Надо сейчас все им объяснить.

Объявление о том, что с Земли пришел приказ о переведении экипажа в режим сна, все восприняли с безразличием, сквозь которое при желании можно даже было разглядеть некоторое облегчение. Искусственный сон был очень похож на кому, когда сознание полностью отключается, а жизнь в организме поддерживается специальными медицинскими системами. Такое состояние гарантировало полное отсутствие каких-либо ощущений, а значит освобождало от голоса пустоты, изводившего людей уже почти неделю.

После того как экипаж разместился в индивидуальных ячейках, командир и Роджерс запустили системы поддержания жизни и включили подачу снотворного. Понаблюдав, как люди один за другим отключаются, они вышли в аппаратный отсек, забрали медика и поместили его в индивидуальную ячейку, плотно пристегнув ремнями к спальному месту. Для дока надо было настроить систему особым образом, чтобы действие препарата не наслоилось на парализатор.

После того как все процедуры были завершены, Берни ввел в систему поддержания жизни командира параметры пробуждения, показал ему, что надо делать, если он решит поднять экипаж, и отправился в свою ячейку, где тоже погрузился в сон.

Командир прошелся по жилому блоку, проверил, что экипаж благополучно уснул, и перешел в отсек управления. Там он уселся в свое кресло перед главным пультом, некоторое время смотрел на картинку, передаваемую камерами фронтального обзора. На темном экране с едва заметными точечками звезд одна, размером с маковое зернышко, светилась ярче.

Земля. Далекая и желанная. Увидит ли он ее снова? Чем вообще закончится их полет?

Командир почувствовал, что дрожат руки. Он хотел выйти на связь с ЦУПом, чтобы доложить, что экипаж погружен в сон и операторы с Земли могут принять управление кораблем, но понял, что не хочет никого видеть. Вместо видеосвязи он написал сообщение, поставил Зевс на автопилот и включил режим экономии энергии. Освещение и большая часть мониторов пульта погасли. Включилась скудная красная подсветка, при которой едва можно было различить окружающие предметы. Теперь корабль был во власти искусственного интеллекта, который с холодным спокойствием бездушной машины вел его к Земле. Командир поднялся с кресла и медленно поплыл в жилой отсек. Через несколько минут он тоже погрузится в сон без сновидений, без ощущений, без пронзающего мозг своими ядовитыми иглами голоса пустоты.

Ботсвана. Чобе. Природный заказник Альфа Спейс

Злость. Досада. Разочарование. Эти чувства боролись в Теоне за то, какое из них займет в его израненном сердце первое и самое важное место.

Как только он узнал о том, что голос пустоты снова накрыл экипаж, попросил оборудовать для него в ЦУПе небольшую комнатку и переехал туда из своего шикарного особняка в Лос-Анджелесе. Спал на походной армейской кровати, ел в общей столовой, дежурил с операторами, проводил совещания с консилиумом. Был постоянно на виду и, как мог, старался поддержать людей, все больше и больше терявших надежду на то, что экипаж выберется из этой трагической ситуации самостоятельно.

Но после срыва медика тяжелое решение было принято. Дольше подвергать риску людей, корабль и всю миссию было нельзя. Семь человек на Зевсе были введены в искусственный сон. Управление кораблем принял ЦУП. Его операторы теперь контролировали бортовой интеллект, который вел корабль вместе с ценным грузом к Земле.

Через десять дней он начнет гасить скорость. Через тринадцать приступит к маневрированию перед заходом на орбиту. Через шестнадцать закончит свое путешествие и зависнет над планетой, явив миру полный богатств астероид. Для всего этого люди не нужны. Но так хочется, чтобы во время контрольного пробуждения капитана голос пустоты исчез. Тогда можно будет поднять экипаж, чтобы они присутствовали при заходе на орбиту и в полной мере насладились заслуженным моментом славы.

После того как корабль был переведен на автопилот, Центр управления полетами стих, как лес, только что переживший страшную бурю. Люди были морально истощены до предела. Понимая, что персоналу надо дать передышку, Теон попросил руководителя полетов отпустить операторов на пару дней на отдых, оставив только минимум, необходимый для контроля искусственного интеллекта.

Следующие шесть дней до момента контрольного пробуждения капитана обещали быть долгими и скучными, поэтому Курц тоже решил расслабиться, снять стресс и улетел в Африку. Через сутки он, сидя у костра, уже любовался полыхающим оранжевым огнем африканским закатом, слушал потрескивание хвороста в костре и звуки ожившей после дневной жары саванны.

На следующий день с раннего утра Теон в сопровождении местных егерей на внедорожнике гонял по саванне, наблюдал за животными и фотографировал их. Потом в полуденный зной устроил легкий пикник в тени акаций, после которого долго лежал в высокой траве на плетеной циновке и слушал звуки дикой природы. Ленивое верещание цикад и кузнечиков. Попискивание вьюрков в ветвях. Недовольное ворчание каких-то мелких зверюшек, копошившихся рядом в кустарнике. И ни одного техногенного шума. Над щедро прогреваемой лучами солнца саванной стоял первозданный покой и умиротворение, от которого тянуло на сон. Веки сами сомкнулись, и впервые за последние пять дней Теон заснул крепким, безмятежным, как в детстве, сном.

Он проснулся от легкого прикосновения.

- Сэр. В наш район вошло стадо слонов. То же, что мы видели утром, это был старший егерь. Пришли на водопой. Тут в полукилометре лужица с источником. Хотите посмотреть?

- Давай, Теон принял планшет, на который выводилась картинка с беспилотника, сопровождавшего их во время сафари. Он переключил изображение в инфракрасный режим и спросил: А это кто рядом со слонами в траве?

- Похоже, лежка леопарда. Самка с котятами.

- Хотите поснимать?

- Нет, покачал головой Теон, сел, сладко потянулся и вытер лицо и шею влажным полотенцем. Хватит на сегодня. Не будем мешать зверушкам. Это их территория. Мы здесь только гости.

Они быстро собрались, погрузили вещи в открытый внедорожник и отправились на базу. По дороге в голове у Теона крутилась фраза мы здесь только гости. Он вдруг подумал, что в ней очень много смысла. Он был гостем в этой саванне, в этой жизни, на этой планете. Если повезет, он будет гостем на Марсе. Зевс с экипажем были гостями в космосе. Добрый, уважающий хозяев гость это хорошо. Он может жить в гармонии с местом, куда пришел, и от этого выиграют все. Плохо, когда человек ведет себя как хозяин, как агрессор, навязывающий свою волю тем, в гости к кому он пришел. И не только человек. Так ведут себя государства. Взять хотя бы Америку, возомнившую себя хозяином мира. Или Богарта, присвоившего себе право казнить и миловать в угоду собственной прихоти. В памяти всплыл последний разговор с Мади. То, с каким безразличием он показал армейское фото президента. Он сделал это так, как будто на фотографии был обреченный человек откуда-то из далекого прошлого, который был, а потом его вдруг не стало.

Внедорожник подскочил на ямке, но Теон удержался за ручку на стойке и тряхнул головой, отгоняя от себя мрачные мысли. Тонкий восточный символизм Мади был ему непонятен. Да и стоило ли в нем разбираться. Араба нет. Значит, и ответов тоже. К тому же они уже приближались к базе группке добротных бунгало, обнесенных забором из местного дерева в стиле зулусского поселения. Его ждал холодный душ, сон, а вечером настоящий ужин в компании егерей с мясом антилопы на углях, свежевыгнанным чангау в глиняных пиалах и дурманящими травками от местного шамана.

Ужин превзошел все ожидания. Они выбрались за пределы базы в буш, разожгли на песчаной поляне небольшой костер, уселись вокруг него и, потягивая остывший сладкий чай, неспешно беседовали о том, как течет жизнь в заказнике. Судя по рассказам егерей, все было под контролем. Девять лет назад Курц взял в аренду у правительства Ботсваны этот огромный кусок саванны на севере страны размером 50 на 40 километров, с условием что сделает из него образец консервации нетронутой дикой природы. У него это в полной мере получилось. Денег по сравнению с другими предприятиями сюда уходило совсем немного. Люди были хорошие, в основном из местных. Оборудование он закупил самое современное: от фотоловушек до полномерных беспилотников и нового четырехместного вертолета. Как только Теон оформил документы на землю, охота, которая процветала здесь без ограничений, была запрещена, а браконьеров персонал безжалостно вычистил в течение нескольких месяцев. Сами егеря и немногие жители единственной на территории заказника небольшой племенной деревушки, конечно, отстреливали дичь для пропитания своих семей. Но на это у них были специальные лицензии.

В общем, уже через четыре года после приобретения заказник было не узнать. В естественных условиях природные популяции животных начали возрождаться. Биологи и экологи, для которых Курц построил отдельную базу и выделил щедрые гранты, стали привозить из других мест и зоопарков экземпляры вымирающих видов и выпускать их в саванну в надежде на восстановление. Со временем научная программа заказника разрослась настолько, что он получил особый статус ЮНЕСКО, чем Теон очень гордился.

Но к ученым он заедет завтра, а этот вечер проведет с егерями.

Костер уже догорел. Старший разровнял его дымящиеся остатки палкой и положил на них небольшую, но тяжелую чугунную решетку. Раньше местные клали мясо прямо на угли, но теперь пришла цивилизация, так что получился настоящий, вполне себе приличный гриль. Один из егерей подвинул ему глиняную миску с длинными, тонко нарезанными полосками вырезки антилопы, замаринованными в местных специях. Старший аккуратно выложил их на решетку и посыпал молотым перцем и солью. Мясо сочно зашипело. Над поляной разнесся простой, но ужасно аппетитный аромат.

- Сейчас сюда все хищники соберутся, втянув носом запах подгорающей вырезки, сказал Теон.

- Не соберутся, старший ловко перевернул полоски мяса двумя палочками. Мы по этому случаю установили ультразвуковые отпугиватели. Работают на движение. Очень эффективны. К тому же беспилотник патрулирует. Так что, если заметит кого, мы узнаем.

- Технологии у вас так и прут, удивился Курц, который ожидал услышать, что их охраняет пара егерей, засевших с карабинами на деревьях.

- Все благодаря вам, уважительно склонил голову старший и кивнул егерю. Тот резво подставил неглубокое глиняное блюдо, расписанное местным орнаментом, куда сразу же легла первая порция готовой жареной вырезки.

Вкус мяса антилопы на углях в исполнении старшего егеря ни с чем сравнить было нельзя. Чуть пригоревшая хрустящая корочка снаружи и плотная сочная мякоть внутри. Все это полито острым соусом из местного перца и лимонным соком. Теон взял руками кусочек, понюхал, откусил немного и медленно разжевал, наслаждаясь необычным вкусом и грубой, естественной текстурой.

- Спасибо вам за поддержку, босс, старший подтянул к себе флягу, сделанную из высохшей тыквы-горлянки, плеснул в пиалы немного чангау и поднял свою в приветственном жесте.

- Спасибо, эхом отозвались остальные егеря, сидевшие вокруг костра, и подняли свои пиалы.

- Спасибо вам, что сохраняете этот кусок Африки, ответил Теон.

Они выпили. Потом старший выложил на решетку новую порцию полосок мяса, а по бокам завернутые в фольгу клубни батата. Они еще долго сидели у костра, ели нехитрую еду, пили местный самогон. Беседа становилась все оживленнее. Как и положено в таких случаях, пошли рассказы про охоту, про добытые трофеи, про удачные выстрелы на триста метров в голову бегущей в высокой траве антилопе. Теон слушал егерей и в который раз удивлялся, как мало надо человеку для счастья.

Ближе к полуночи смарт старшего несколько раз тонко пискнул. Он взглянул на него и посмотрел на Теона.

- Львы? весело спросил тот, убежденный, что в компании таких опытных охотников ему ничто не угрожает.

- Нет. Беспилотник показывает, что к нам сквозь буш приближается человек. Судя по посоху и заплечной сумке, это шаман.

- Да? качнулся захмелевший миллиардер. Я же ему джип подарил. Чего он по колючкам ноги сбивает?

- А кто его поймет, пожал плечами старший. Шаман, он и есть шаман. Ну ладно. Нам пора идти. Вы уж сами с ним тут, это Ну Поосторожнее. Кто его знает, что он приготовил на этот раз.

- Да все то же, наверно. Трубка мира и сказки про духов саванны, отмахнулся Теон.

- Все равно. Я за вами с воздуха понаблюдаю, егерь, недоверчиво посмотрев в сторону подсвеченных тусклыми отблесками костра кустов, поднялся и в сопровождении своих людей скрылся в темноте.

Шаман, с которым постоянно общался Курц во время своих приездов в заказник, выглядел совсем не по-шамански. Со скидкой на жизнь в саванне ему можно было дать лет под пятьдесят. Длинные по колено камуфляжные шорты из небрежно обрезанных армейских брюк, свободная безрукавка из выцветшей туники и цветастая бандана никаким образом не сочетались с его древним оккультным ремеслом. Из шаманских атрибутов у него присутствовали только посох, длинное ожерелье с костяшками и перьями на шее и несколько небольших бутылочек из высушенной тыквы, в которых он носил свои зелья и травы. И то было похоже, что весь этот реквизит он подсмотрел в диснеевском мультике про львенка.

- Куда бушмены убежали? поинтересовался шаман, присаживаясь на песок у костра.

- Боятся они тебя, Теон налил пиалу чангау и протянул гостю.

- Правильно делают, что боятся, тот осторожно сделал несколько глотков, облизнул губы, прислушался к ощущениям, потом залпом допил то, что осталось. Я единственное, что их связывает с духами предков. А самогон у егерей хорош. И без навоза, как в деревне.

- Пусть так, улыбнулся Курц. Ты чего такой агрессивный сегодня? Почему пешком, не на машине?

- Пешком оно незаметнее получается. Время сейчас такое, что в любой момент с небес смерть прилететь может. А настроение такое потому, что хотел вот покурить с тобой, поговорить о жизни, но, видно, не получится.

- Что так? Заболел?

- Нет, покачал головой шаман, взял с блюда полоску мяса, неспешно откусил и медленно пожевал. Дело есть к тебе серьезное. Так что не до разговоров.

- Ты прям как финансист перед отчетом об убытках, насторожился Теон. Говори, что за дело.

Шаман опасливо оглянулся по сторонам, прислушался и, тяжело вздохнув, полез в нагрудный карман туники. Он аккуратно достал небольшой целлофановый пакетик, а из него сложенный вдвое простенький почтовый конверт. Несколько секунд он смотрел на конверт, как на дорогую реликвию, потом с поклоном протянул Теону.

Тот осторожно вскрыл конверт и извлек из него листок бумаги, который на половину был занят печатным текстом.

Дорогой друг. Смею предположить, что сообщение о моей гибели привело вас в некоторое замешательство..., начал читать Курц и почувствовал, что трезвеет. Быстро пробежав глазами письмо, он внимательно посмотрел на шамана.

- Откуда это у тебя? Ты его знал?

- Не знал. Но этот великодушный человек очень помог моей дочке, когда она попала в беду во Франции. Он вообще всем много помогает. А письмо это передал мне хаваладар из столицы. Он сказал, что получил его по электронной почте.

- Кто передал?

- Хаваладар. Главный брокер, управляющий делами хавалы в стране.

Нахмурившись, Теон перечитал письмо еще раз, свернул и положил в карман туники.

- Нет, остановил его шаман. Ты должен это сжечь.

Миллиардер достал конверт, задумчиво посмотрел на него и бросил в костер. Упав на горящий хворост, он вспыхнул. Через несколько секунд оставшиеся от письма невесомые хлопья пепла поднялись вверх и искрами растворились в темноте.

- Я хочу покурить, Курц с вызовом посмотрел на шамана. Самое крепкое, что у тебя есть. Мне надо прочистить мозги.

Тот снова тяжело вздохнул, подтянул к себе истертую кожаную сумку, вынул плоский деревянный футляр, а из него трубку с длинным мундштуком и небольшой чашей из обожженной глины, заполненной зельем, приготовленным из местных трав.

Минут через десять Теон медленно повалился назад спиной на теплый песок. Глаза его были открыты, взор устремлен в усыпанное бриллиантовой россыпью звезд небо. Там, в его глубине, он видел свой Зевс, который с упорством муравья тянул к Земле свою ношу.

Некоторое время шаман смотрел на лежащего у костра Теона, потом вытряхнул пепел из трубки в костер, аккуратно запаковал в футляр и положил его в сумку. Он снова осмотрелся, как будто опасаясь, что его увидят, поднялся и неспешно пошел в темноту в буш.

Не успел стихнуть шелест его шагов по высокой траве, как из кустов со стороны базы появились трое егерей. Они подошли к костру, опустились на корточки у Теона. Старший аккуратно пощупал пульс на шее и утвердительно кивнул. После этого все трое уселись рядом на теплый песок. Они будут сидеть так до самого утра, охраняя хозяина, пока его возбужденное зельем сознание витает в далеких уголках выдуманной им бесконечной вселенной.

На следующее утро, когда Курц отмокал в ванне со льдом и ломал голову, не померещилось ли ему все, что произошло ночью, на лужайку перед базой приземлился вертолет с его личным помощником и охраной.

- Куда летим? спросил тот по рации, не покидая машины.

- В Эмираты, ответил Теон. Но не просто, а с вывертом.

* * *

Когда самолет Теона вылетел из Габороне^[45], аэропортом прибытия в его полетном листе значилась Астана. В этом не было ничего необычного. Казахи уже несколько месяцев вели переговоры с одной из его компаний о строительстве гиперлуп между старой и новой столицами. Однако над аравийской пустыней пилот сообщил, что одному из членов экипажа стало плохо, и запросил экстренную посадку. Ближайшим аэропортом оказался Дубай.

После приземления самолет остановился на ВИП-стоянке в крытом ангаре, у которого уже ждали две кареты скорой помощи и бронемашина охраны аэропорта. Как только двигатели остановились, врач и двое санитаров быстро поднялись на борт. После этого створки ворот ангара закрылись.

- Мади Сахим бин Малик. Мой добрый друг и партнер. Я искренне рад, что вы живы, Курц подождал, пока врач снимет халат и лицевую маску, и по восточной традиции три раза обнял старика. Пойдемте в кабинет, там нам никто не будет мешать.

Когда они уселись за стол из полированного красного дерева, на котором был сервирован чайный сет и сладости, Теон извиняющимся тоном продолжил:

- Я чувствую себя виноватым. Мне стоило предупредить вас о том, что Богарт проявляет к вам интерес. Но я и предположить не мог, что он решится нанести удар. Я вообще ничего не понимаю в том, что происходит.

- Не стоит себя винить, улыбнулся Мади, принимая чашку турецкого чая. Шаги вашего президента легко просчитать. Он действует прямолинейно с глупой непосредственностью уверенного в своей безнаказанности мелкого дворового хулигана.

- Но ведь вы могли погибнуть!

- В таких вещах риск всегда есть. Но в моем случае он был управляем.

- Но зачем? удивленно развел руками Теон. Зачем вы спровоцировали его на этот шаг? Зачем вся эта история с мечом Аль-Рашида? Ведь именно после нее Богарт почувствовал опасность.

- Вы слышали о законах кармы?

- Ну да. Наверно. Я не особо разбираюсь в религиях. Там что-то типа не убий, не укради, не прелюбодействуй и так далее.

- То, что вы назвали, это часть из десяти заповедей христианства. Кстати, заповеди ислама очень на них похожи, потому что идут из одного корня. Заповеди, по сути своей, являются кодексом поведения, чем-то вроде закона, обязательного к исполнению правоверными. Карма имеет совсем другую природу. Это, скорее, система ценностей, на которых строятся законы, подобные заповедям. Она работает на уровне причинно-следственных связей и отношений между человеком и миром и оперирует более сложными и глубокими понятиями, такими как обратная связь, воздаяние, участие, ответственность, вдохновение, благодарение. Концепция кармы воздействует на человека на более тонком этическом уровне. Почитайте. С вашей склонностью к идеализации мира вам будет интересно, Мади сделал глоток чая и, немного подумав, продолжил: Всего законов кармы двенадцать. Но я хочу раскрыть вам суть всего лишь одного из них первого. Его еще называют великим законом, или законом причины и следствия. В двух словах он гласит что посеешь, то и пожнешь. То есть любые действия человека в этом мире будут иметь последствия.

- Это понятно. Мы все испытываем на себе последствия наших поступков, нетерпеливо повел плечами Теон. Не вижу, как это связано с Богартом? Вы хотите отомстить за разграбление музея в Багдаде? Тогда вам надо уничтожить Америку, а не одного человека.

- Возможно, вы правы, грустно улыбнулся Мади. Возможно, так и произойдет. Но в данный момент меня интересует именно Богарт. Дело в том, что похищение ценностей не единственное его преступление в Ираке. При Хусейне Ирак был очень богатой страной. Он, как многие на Ближнем Востоке, правил, считая, что все богатства государства принадлежат ему. Такая форма управления традиционна для монархий этого региона. Возьмите Эмираты, саудитов, Катар, да все нефтяные королевства Залива и найдете там точную реплику того, что происходило в Ираке до вторжения Америки. Правитель контролирует все богатства страны и распределяет их по своему усмотрению. У Саддама таких богатств, по разным источникам, было от 60 до 100 миллиардов долларов. Большая часть на счетах в разных странах. Но было и огромное количество золота в слитках. Никто не знает, сколько конкретно. Все предположения крутятся около цифры 25-30 миллиардов. И практически все это золото считается пропавшим. Американцы официально нашли всего 1,2 миллиарда. По оценке экспертов, примерно столько же вывезли чиновники и генералы, которые предали свою страну и своего лидера. Но вернемся к Богарту. Когда я сказал, что американцы нашли слитков всего на 1,2 миллиарда долларов, я употребил слово официально. Объясню почему. Это золото, которое было официально зарегистрировано и передано финорганам США. Но, кроме этого, было еще и неофициальное, нигде не учтенное золото. Здесь нас интересует один случай, произошедший 28 мая 2003 года на границе Ирака с Сирией. В этот день рота Богарта устроила засаду на конвой из 5 грузовиков, которые перевозили 120 тонн золота в слитках. По тем ценам это больше полутора миллиардов долларов. Дорога проходила через небольшую деревушку, в которой жили крестьяне. Идеальное место для атаки на конвой. Во время боя жители попрятались, но после того, как захваченные Богартом грузовики покинули населенный пункт, его солдаты прошлись по домам и убили всех, кого смогли найти: мужчин, женщин, детей. Всех. Там погибло почти сто двадцать человек. Затем по деревне был нанесен авиаудар напалмом. Им не нужны были свидетели нападения, потому что во время атаки один грузовик был поврежден и из него высыпались золотые слитки. Их потом перегрузили на другие грузовики. Это заняло около часа. Некоторые селяне видели, как все происходило.

- Это ужасно, грустно вздохнул Теон. Выходит, президент США военный преступник.

- Выходит так, кивнул Мади. И не только военный. Золото, которое он захватил, бесследно исчезло. Вернее, не бесследно. Оно было вывезено транспортными самолетами в Афганистан на военную базу Баграм. А оттуда уже бесследно исчезло. Так что украденные артефакты это цветочки по сравнению с уничтожением деревни и похищением 120 тонн золота.

- Они не были переданы казначейству США? Богарт и те, кто им тогда командовал, украли 120 тонн золота? Это можно доказать?

- Золото не был передано США. И да. Я могу доказать, что Богарт и командовавший им генерал его украли, ответил араб, и Теон понял, что у того действительно есть все доказательства этого страшного преступления. Но что это изменит? Любые доказательства будут названы сфабрикованными, и это преступление потонет в болоте грязи и лжи, которую бесконечно будут лить ваши СМИ. Осудить американского президента сейчас нереально.

- Согласен, нахмурившись, кивнул Курц.

- Поэтому я решил напомнить ему о том, что есть люди, знающие о его преступлениях. Напомнить и уйти со сцены до тех пор, пока не будет найден иной способ свершить правосудие.

- А он будет найден?

- Несомненно. И, как говорит первый закон Кармы, тому, кто творил зло, будет отплачено той же монетой. Когда это произойдет, мне бы хотелось, чтобы вы, мой друг, не пострадали. Поэтому примите совет. Начинайте понемногу проводить свои активы из ценных бумаг и долей в компаниях во что-то более осязаемое. Золото или недвижимость в третьих странах.

- Боже. Неужели все так плохо.

- Мир стоит на грани больших перемен. Они затронут всех. Я молюсь, чтобы удалось избежать большой глобальной бойни, Мади на секунду умолк и задумчиво посмотрел в иллюминатор. Честно скажу. Ваш широкий жест с передачей меча Аль-Рашида в Багдадский музей меня очень тронул. А еще мне очень импонирует ваша вера в добро и в справедливое будущее человека. Я в прошлом совершил много ошибок. Разрушил немало жизней. Теперь я хочу сохранить одну потому, что верю: такие, как вы, мой дорогой друг, в недалеком будущем смогут изменить жизнь людей к лучшему. Именно поэтому я сейчас разговариваю с вами.

- Спасибо, Мади, немного смутился Теон. Я ценю вашу дружбу и обещаю, что очень серьезно отнесусь к вашим словам.

- Вот и хорошо, улыбнулся араб. А теперь вы должны пожертвовать одним членом экипажа. Не зря же ваш самолет совершил экстренную посадку в Дубае. Пусть поваляется пару дней в местной клинике. Отдохнет. А потом мы его вам вернем.

Через несколько минут Мади снова надел медицинский халат и лицевую маску и, превратившись во врача скорой помощи, покинул самолет. За ним санитары аккуратно вынесли на носилках охранника, которому стало плохо во время полета. В журнале была сделана отметка о диагнозе острое пищевое отравление. Наверное, попробовал местной еды в Ботсване. Еще через полчаса самолет Теона уже выруливал на взлетную полосу.

* * *

Чтобы не обидеть местного президента, в Казахстане пришлось провести почти сутки. Пообщавшись с чиновниками и поняв, что из-за ковида и общего спада в экономике проект вакуумной дороги между двумя столицами переносится на неопределенную перспективу, Теон вылетел на свой космодром в Браунсвилл. Там его с докладом уже ожидал Акоста.

- Ну что? спросил его Курц, как только пересел из самолета в бронированный электротрак.

- Информации немного. Из важного. Ни в ЦРУ, ни в ФБР нет информации, что Мади Сахим бин Малик был связан с террористами. Я пообщался с контактом в МОССАД. Тот обещал пробить по своей конторе, но сразу сказал, что, скорее всего, ничего не найдет. Если бы была какая инфа, он бы знал. Он мой ученик. Сейчас занимает ключевую позицию в антитерроре. Доверять ему можно. Дальше Региональное управление ЦРУ и конкретно оперативное подразделение Дубай никаких запросов по арабу не получали и про удар по его вилле с беспилотника узнали из новостей.

- Значит, у Богарта не было информации, что Мади связан с террористами, хмыкнул Теон.

- Есть вариант, что на него накопала инфу какая-нибудь частная разведконтора, но он маловероятен. Частники в основном специализируются на оперухе: убить кого, взорвать, секреты украсть. За это платят больше. А тут нужна аналитика и доступ к историческим документам. Лучше ЦРУ с этой задачей никто не справится. Там, похоже, одни аналитики только и остались. Причем от слова анал, Акоста грязно выругался и продолжил: Так что, если у шпионов нет ничего на араба, значит ни у кого нет. К тому же есть еще один важный факт. Звено разведывательно-ударных дронов на авиабазе в Кувейте получило приказ непосредственно от командования. У них, похоже, была полная инфа о передвижении цели и точное ее местоположение во время удара. Значит, для этого был выделен спутник. Но в Пентагоне о приказе тоже ничего не знали. Значит, скорее всего, он пришел к генералу в Кувейт от кого-то очень важного в Вашингтоне вместе с вводными по связи со спутниковой группировкой. Ну а дальше все по отработанной схеме. Я не говорю, что приказ отдавал лично президент. Это мог сделать кто-то, кому генерал сразу подчинился.

- Получается, что Богарт санкционировал внесудебное убийство на территории союзника без каких-либо веских доказательств.

- Видимо, он очень опасался этого бин Малика, предположил шеф безопасности. И я готов поспорить, эти опасения наверняка связаны с мечом, который вам подарили.

- Что ты знаешь о золоте Саддама? задал неожиданный вопрос Теон.

- Немного. Я пришел в регион, когда наши плотно освоились в Ираке и уже все, что можно, разворовали. А если серьезно Знаю, что оно было, что его было много. Военные нашли мизерную часть. Остальное исчезло. Еще знаю пару очень неприятных историй, связанных с ним, которыми вас грузить не буду.

- А наши много присвоили золота? Как думаешь?

- Думаю, немало. У меня были сведения, что мы заходили в банки и просто изымали все ценности и валюту. Никакого учета при этом мне велось. Сколько солдаты потом сдали, а сколько присвоили, неизвестно. Но я знал нескольких человек, которые очень неплохо разбогатели после командировок в Ирак.

- Этот Мади, Курц в нерешительности потеребил подбородок. Он не хотел рассказывать шефу безопасности о встрече с арабом. Тот, конечно, уже узнал об экстренной посадке самолета в Дубае и беседе с врачом скорой. Но это можно было объяснить тайной встречей с посланником шейха. Может, он совсем не тот, за кого себя выдает. Не ливанец. Может, в его биографии есть еще какой-то тайный слой?

- Если он есть, то до него не докопаться. По всем источникам он чист. Хотя Акоста на секунду задумался. Если бы у меня был образец его ДНК. Можно было бы пробить по общей базе ЦРУ. Шанс, конечно, мизерный, но вдруг он где-то засветился.

- Но где взять такой образец?

- Не знаю. Был бы араб жив, хватило бы и отпечатка пальца. А теперь. Можно, конечно, эксгумировать. Но это нереально. Он похоронен в отельном склепе на кладбище приближенных шейха у мечети, которая находится на территории его дворца. Там охрана получше, чем у Белого дома. Разве что Акоста бросил быстрый взгляд на босса.

- Что? не выдержал тот.

- Этот араб человек уже немолодой. В Дубае он наверняка обслуживался в элитной клинике. Там должны были сохраниться образцы его анализов. Это стандартная практика. Еще там может быть банк его крови для экстренных случаев, когда может понадобиться переливание. Сейчас многие такие запасы делают. Если бы мне удалось получить каплю его крови, или соскоб кожи, или образец слюны, вопрос был бы решен. Но для этого вы должны санкционировать операцию на территории Дубая.

- Блин. Я не хочу ссориться с шейхом.

- Никто не узнает, что в этом замешаны вы. Если что и всплывет, то после удара по вилле все подумают на ЦРУ. Я привлеку для дела наемников. Они будут действовать вслепую, если и попадутся, мы тут не причем. Опять же все подумают, что заказчик правительство США.

- Давай так. Ты готовь план операции. Потом ко мне. Вместе посмотрим и если решим, что игра стоит свеч, то получишь добро.

- ОК, босс.

Они уже подъехали к зданию ЦУПа, и мысли Теона тут же полностью переключились на космос и то, что происходит с Зевсом.

Межпланетное пространство. USSC Зевс

Таймер методично отсчитал последние секунды и послал сигнал на центральный сервер суперкомпьютера. Дремлющий в режиме ожидания искусственный интеллект тут же очнулся, сформировал команду и отправил ее в нейросеть, управляющую поддержанием жизни спящих в индивидуальных капсулах астронавтов. Сложная система приняла команду к исполнению и тут же ожила. Заработали микроприводы, закрывая одни и открывая другие клапаны. По тонким трубкам, соединенным через катетеры с телом одного из астронавтов, пошел нейтрализующий снотворное физраствор, затем одна за другой несколько доз стимулятора. В лицевую маску начал поступать состав с повышенным содержанием кислорода, чтобы мозг быстрее перешел в активный режим.

Процесс выхода из состояния искусственного сна был небыстрый. Системе надо было перевести метаболизм человеческого тела в нормальное состояние. Причем сделать это так, чтобы не произошел лавинообразный выброс гормонов и ферментов, способный надолго вывести его из строя. Поэтому нейросеть четко следовала заложенному в нее алгоритму.

Примерно через час астронавт приоткрыл глаза и некоторое время бессмысленным взглядом смотрел перед собой. Его органы чувств понемногу приходили в себя, а мозг свыкался с мыслью, что теперь ему снова надо будет управлять таким сложным хозяйством, как человеческое тело.

Наконец взгляд астронавта стал осознанным. Он медленно перевел глаза в одну сторону, затем в другую. Потом прочитал контрастную надпись на небольшом экране, расположенном перед его лицом. Внимание! Вы Берни Роджерс, бортинженер космического буксира Зевс, совершающего полет в космическом пространстве. Вы только что вышли из искусственного сна. Через несколько минут вы сможете свободно двигаться. Следуйте инструкциям.

Берни Роджерс. Бортинженер Зевса, подумал астронавт и чуть заметно улыбнулся. Он осторожно пошевелил пальцами одной руки. Затем другой. Потом повращал кистями. Чуть согнул руку в локте. Немного поджал и снова распрямил ноги. Затем внимательно прислушался к ощущениям. За исключением несильной тупой головной боли, подташнивания и сухости во рту, чувствовал он себя вполне сносно. Организм вроде постепенно приходит в себя.

Часы на экране показывали время и дату. Берни провел в сне пять дней и двенадцать часов. Если бы все это время он пролежал на больничной койке на Земле, то чувствовал бы себя разбитым от того, что находился в одной позе. Но он был в невесомости, пристегнутый к спальному месту мягкими ремнями, поэтому отрицательные последствия сна для его тела были гораздо менее выраженными.

Закрыв глаза, Роджерс сделал несколько глубоких вдохов, наслаждаясь прохладным, обогащенным кислородом воздухом, затем медленно освободил руку и отстегнул лицевую маску. Вентиляция в режиме экономии работала на минимуме, поэтому атмосфера жилого блока была не совсем свежей и даже немного затхлой. Но это легко исправить. Он повернул голову и посмотрел на полусферу камеры, закрепленную на потолке. В режиме экономии они тоже должны были быть выключены. Но это надо будет проконтролировать.

Берни аккуратно отсоединил катетеры и систему отвода продуктов жизнедеятельности, освободился от ремней и выбрался из индивидуальной ячейки. Держась за боковые поручни, он подплыл к соседнему астронавту, снял со своего запястья индивидуальный биометрический модуль и надел прибор ему на свободную руку.

Широкий толстый браслет несколько раз недовольно пискнул, настраиваясь на нового хозяина, затем мигнул зеленым огоньком и перешел в рабочий режим съема и передачи данных. Такой модуль был у каждого астронавта. Он предназначался для постоянной диагностики основных показателей организма, таких как пульс, кровяное давление, сатурация, уровень стресса и еще полдюжины других медицинских параметров, в которых Берни не очень разбирался. А еще по нему можно было определить, в каком отсеке находится его хозяин, или запеленговать в радиусе нескольких километров от корабля. Это было важно. Теперь операторы в ЦУПе будут видеть, что браслет Роджерса находится в состоянии сна в жилом отсеке. В памяти искусственного интеллекта корабля, конечно, будет зарегистрировано событие, описывающее десятисекундный перерыв в регистрации параметров модуля, понадобившихся для того, чтобы одеть его на нового хозяина. Однако он был уверен, что до детального изучения файлов в ближайшее время дело не дойдет.

Повиснув в пространстве, Берни осмотрел жилой модуль. В тусклом освещении все выглядело так, как они с командиром оставили пять дней назад перед тем, как уйти в искусственный сон. На него вдруг навалился голод, отозвавшийся в пустом желудке неприятным урчанием. Но вначале надо закончить важные дела, а потом можно будет и поесть. Роджерс оттолкнулся ногами и медленно поплыл к ячейке командира корабля. Он на секунду завис перед ним, рассматривая прикрытое кислородной маской лицо, затем осторожно, словно боясь разбудить, расстегнул нагрудный карман туники и вынул из него мастер-ключ, дающий полный доступ ко всем системам корабля.

Через несколько минут Берни сидел в кресле командира в отсеке управления. На экран перед ним был выведены корневые файлы программы-администратора, управляющей искусственным интеллектом Зевса. Он открыл возможность считывания информации с посторонних носителей и загрузил в систему со своего компактного носителя сложную программу-эмулятор. Она создаст копию искусственного интеллекта, которую будет видеть ЦУП. С этого момента его программа будет передавать, что полет идет по согласованному с Землей плану, а экипаж в полном составе спит. А еще он привязал к реальному времени и закольцевал материал, отснятый за предыдущие сутки камерами, расположенными в отсеках, чтобы ЦУП видел, что они пусты, а космонавты спят в своих индивидуальных ячейках.

Через четыре дня эмулятор передаст на Землю, что начался цикл торможения. Еще через шесть автопилот приступит к маневрированию, чтобы вывести Зевс вместе с астероидом на расчетную орбиту. Единственным отклонением станет сбой в системе поддержания жизни экипажа. По какой-то причине командир не сможет проснуться, чтобы проверить, не пропал ли голос пустоты. Он и экипаж будут спать до самого конца путешествия. Чтобы произошло именно так, Берни вошел в нейросеть и изменил параметры пробуждения.

Теперь корабль и его груз были под полным контролем Роджерса, но на Земле об этом никто не узнает.

А сейчас можно и поесть. Роджерс отстегнул ремни, удерживающие его в командирском кресле, оттолкнулся ногами, ловко развернулся в пространстве и поплыл в жилой модуль, где располагалась кухня. Там он включил вентиляцию, чтобы освежить застоявшийся за пять дней воздух, быстро разогрел и проглотил порцию курицы с рисом и на секунду прислушался к недовольному урчанию в животе. После выхода из сна предполагалась более легкая еда вроде овощного пюре или бульона из тюбика. Но он очень хотел есть и не смог удержаться. Будет обидно, если желудок не справится и отвергнет предложенную ему пищу. Убедившись, что все в норме, Берни взял из шкафа банку с консервированным кофе, повернул нижнюю часть на пол-оборота по часовой стрелке и поставил на стол, задумчиво наблюдая, как встроенный в дно термоэлемент разогревает напиток.

Итак. Все прошло почти идеально. В плане был лишь один небольшой провис, когда на пути к астероиду из-за голоса пустоты ЦУП чуть было не принял решение на разворот корабля обратно к Земле. Если бы Роджерс об этом вовремя не узнал, то миссию бы прекратили. Это был бы полный провал. Но он узнал и своевременно исправил ситуацию.

Голос пустоты был ничем иным, как специально настроенным на разбалансировку человеческого организма инфразвуковым алгоритмом, который транслировался через динамики системы общего оповещения, установленные в модулях и в индивидуальных капсулах. Причем трансляция шла только в случае, если рядом находился кто-нибудь из членов экипажа. Любой, кроме Роджерса. Инфразвуковое воздействие активировалось через индивидуальный биометрический модуль, который на запястье носили астронавты. Именно к его маячку у шести членов экипажа была привязана активация динамиков. Получалось, что под разрушительное воздействие попадали все члены экипажа, кроме Берни, на браслет которого система не реагировала. Поэтому он мог избежать пагубного влияния инфразвука на психику и организм.

Программа генерирования инфразвуковых алгоритмов была тайно установлена Роджерсом еще на Земле, так что для ее активации надо было лишь ввести команду, что и было сделано на пути к астероиду. После достижения нужного эффекта инфразвуковое воздействие было выключено, и экипаж быстро пришел в норму. Сеансы психотерапии, переданные с ЦУПа, не имели к выздоровлению астронавтов никакого отношения.

Все это нужно было сделать для того, чтобы приучить ЦУП к возможности непонятного воздействия на мозги экипажа на определенном отрезке траектории корабля. Чтобы на обратном пути руководители полета уже не удивлялись, что у экипажа снова закипели мозги.

Ну а дальше все срослось, как хорошо подогнанные звенья одной цепи.

После тогокак Зевс взял астероид на буксир и направился к Земле, Берни снова запустил программу передачи инфразвука. На этот раз на полную мощность, способную реально свести людей с ума. Справиться с помешавшимся экипажем из шести человек одному здоровому невозможно, поэтому предполагалось спровоцировать ранний срыв у одного из членов, чтобы показать Земле, что ситуация на корабле критическая. Для этой цели был выбран медик. Чтобы сгладить воздействие голоса пустоты, он колол себе усиленные дозы антидепрессантов и опиатных нейролептиков. Это привело к развитию у него злокачественного нейролептического синдрома, от которого до срыва был лишь один шаг. Но его еще надо было сделать. Для этого Берни подмешал в еду медика специально разработанный препарат, который вызвал лавинообразную блокаду дофамина^[46] и привел к разрушению психики. У дока за несколько минут развилась острая форма импульсивного кататонического возбуждения опасного патологического состояния, сопровождающегося реалистичными галлюцинациями, импульсивными, не имеющими смысла действиями и повышенной агрессией.

Как и предполагалось, увидев, что состояние астронавтов критическое, ЦУП принял решение взять на себя управление кораблем, а экипаж ввести в сон. Командир должен был проснуться через шесть дней, чтобы оценить обстановку. Поскольку за искусственный интеллект отвечал Берни, он запрограммировал свое пробуждение на шесть часов раньше командира. Эти несколько часов позволили ему получить полный контроль над Зевсом и запустить программу-эмулятор, которая должна убедить Землю, что корабль все еще управляется из ЦУПа.

Кто разработал такой сложный и многоуровневый план, Роджерс не знал. Вначале он думал, что Мади. Но тот честно признался, что у него недостаточно технических знаний и возможностей для выстраивания операции такого уровня. Взять хотя бы уникальный препарат, вызывающий блокаду дофамина, изготовленный в теоретически невозможном варианте перорального применения, или особый инфразвуковой алгоритм, который можно было классифицировать как полноценное нелетальное оружие. Значит, за стариком стоял кто-то другой. Еще более мудрый, сильный и влиятельный. Догадки на счет этого у Берни были, потому что все согласования деталей и корректировка плана шли через Джейн. Загадочную и немногословную Джейн, личного помощника теневого банкира. Разбираться в этом сейчас не хотелось. Какая разница, кто придумал план. Главное, что он работает и неуклонно приближает его к цели.

Берни посмотрел на настенные часы. До Земли оставалось 13 дней. В одиночестве. В пустом корабле. В компании спящих астронавтов, которым не суждено проснуться.

- О Всевышний! Укрепи мою веру и волю, тихо прошептал он начало молитвы, но тут тонко пискнул сигнал на кружке, означающий, что кофе уже разогрет до нужной температуры.

Разочарованно вздохнув, Роджерс взял банку, вытянул из гнезда широкую трубку, вставил в отверстие и сделал длинный глоток чуть сладковатого ароматного напитка. Помолиться можно будет и позже. Сейчас надо подготовить тело и разум к длительному одиночеству, и бодрящий напиток в этом очень поможет.

США. Техас. Браунсвилл. Космодром Альфа Спейс

Можно ли было принимать отсутствие новостей с Зевса как хороший знак? Этот вопрос Курц задавал себе все чаще. Затишье было вполне объяснимо. Экипаж спал. Корабль шел к Земле на автопилоте, ведомый искусственным интеллектом. Но за последние несколько месяцев весь мир уже настолько привык к хайпу вокруг астероида, Альфа Орбитал и Теона, что теперь, когда новостей с него почти не поступало, медийное пространство казалось пустым и скучным.

В отсутствие свежего материала по ТВ крутили старые сюжеты, отснятые ранее на корабле и во время работы на астероиде. Биржевики, бросившиеся было продавать акции Орбитал на плохих новостях о психическом состоянии астронавтов, снова прониклись оптимизмом, поняв, что для того, чтобы притащить космический камень на орбиту, экипаж не нужен. ЦУП теперь может сделать это без участия астронавтов, с Земли управляя электронными мозгами. А раз ценный груз будет доставлен, то какая разница, что происходит с экипажем? Такая позиция на рынках восстановила котировки Орбитал к радости инвесторов и особенно Богарта, который извелся, подсчитывая упущенную прибыль.

За последние дни, пока Зевс шел без экипажа, на Земле понемногу стали привыкать к тишине, установившейся на его борту, и с нетерпением ждали ежедневных скупых пресс-релизов из ЦУПа, ограничивавшихся чем-то вроде Все идет в соответствии с новой программой полета. Ситуация на корабле находится под полным контролем. При этом ни журналисты, ни широкая публика не знали, что через шесть дней после ухода в сон планируется пробуждение капитана для того, чтобы оценить обстановку и проверить, не пропал ли голос пустоты, два раза поставивший миссию на грань срыва.

Но Теон и персонал ЦУПа знали и ждали это события.

В положенное время главный операционный зал управления полетами заполнился людьми. Теон занял свое место на нависающей над ним платформе. Все с замиранием сердца следили за таймером, отсчитывающим последние секунды перед тем, как система поддержания жизни командира перейдет в режим пробуждения. Наконец цифры на экране, транслирующем картинку из индивидуальной капсулы командира корабля, обнулились и

Ничего не произошло.

Система продолжала работать в режиме сна. Она по какой-то причине не включила алгоритм пробуждения. Транслируемое на основной экран, закрытое до половины кислородной маской лицо астронавта оставалась расслабленно-спокойным. Его биометрические показатели, выводимые в отдельное окно, подтверждали командир Зевса спит. Действия по выводу его из сна не запущены.

- Что происходит? с тревогой в голосе спросил Теон по связи.

- Система поддержания жизни не переключилась на режим пробуждения, ответил старший смены операторов.

- Это я и сам вижу. Почему?

- Мы пытаемся разобраться. Но нейросеть жилого отсека напрямую не отвечает. Она подчинена центральной управляющей архитектуре искусственного интеллекта. Именно оттуда должна поступить команда на пробуждение. Но она не проходит. Мы пробуем войти в нее и разобраться, в чем дело.

- Сколько это займет?

- Не знаю, ответил старший. Мы запустили программу диагностики нужного блока командных файлов. Как только найдем ошибку, будем исправлять.

- Мы можем попытаться поднять еще кого-то? спросил Курц.

- Можем. Вполне возможно, проблема только в фрагменте программы, привязанном к командиру. Я предлагаю поднять Роджерса. Он вроде был самый адекватный из всех.

На экране появилась картинка с камеры, вмонтированной в монитор перед лицом астронавта. Берни Роджерс, как и капитан, спал. Это подтверждала и его биометрия. Операторы отдали команду на переведение его системы поддержания жизни в режим выхода из сна. Но опять ничего не произошло. Искусственный интеллект принимал команду с Земли, обрабатывал ее и архивировал, не передавая дальше в нейросеть жилого блока, которая управляла поддержанием жизни экипажа.

Затем операторы попытались поднять еще одного астронавта, потом следующего и, наконец, отдали команду на пробуждение сразу всей команды. Результат был тот же. Система поддержания жизни на управление с Земли никак не реагировала.

- Твою мать, тихо выругался Теон, понимая, что на него навалилась еще одна проблема. Если искусственный интеллект начал сбоить, то вся миссия может оказаться под угрозой. Я прошу весь персонал, кроме дежурной смены, покинуть операционный зал. Старший смены, руководитель полета и руководители секций, поднимитесь в комнату совещаний, он немного помолчал. А пока дайте мне изображения со всех камер корабля.

Через секунду огромный основной настенный экран разбился на два десятка сегментов. На каждый транслировалось изображение с одной из камер наблюдения. За исключением индивидуальных капсул, в которых спали астронавты, корабль был пуст. Работало лишь тусклое освещение режима экономии.

Совещание с руководителями полета длилось недолго. Было очевидно, что надо искать ошибку в основном контуре искусственного интеллекта, пытаться ее исправить и принимать решение по результату. Но Теон поставил еще одну задачу. Начать полную диагностику ИСИНа, особенно тех его блоков, что отвечают за движение и маневрирование корабля, а затем на практике проверить его управляемость по командам с Земли.

Если проблема локализована только в разрыве связи с нейросетью жилого блока, а все остальные контуры работают нормально, то Зевс может продолжать полет в беспилотном режиме. Как только корабль выйдет на орбиту, к нему пристыкуется аварийная команда. Она вручную выведет экипаж из состояния сна. Главное, что миссия будет выполнена. Пусть даже без участия экипажа на ее последней фазе.

Когда Теон вернулся в свое кресло в главном зале, операторы уже загрузили в ИСИН команду на совершение нескольких маневров. На схеме корабля, выведенной в отдельное окно, было видно, как незначительно снизилась тяга одной группы двигателей и корабль начал входить в плавную дугу, поворачивая свой нос, чтобы выйти на новую расчетную траекторию. Затем было отдано еще несколько команд на ускорение и торможение. Искусственный интеллект Зевса реагировал безупречно. Все ходовые и маневровые программы оставались под полным контролем ЦУПа.

Значит, миссия продолжится без экипажа. Пока проблема с нейросетью жилого блока не будет решена.

* * *

В двадцати миллионах километрах от Земли Берни Роджерс сидел в кресле командира Зевса и, потягивая энергетик, наблюдал, как ЦУП тщетно пытался пробудить капитана и экипаж. Потом Земля приступила к поискам проблемы, поразившей искусственные мозги. Шансов на то, что они найдут решение, не было никаких. Несколько часов назад он запустил вирус в блок файлов, отвечающий за связь нейросети жилого отсека с ИСИНом. Эта программа его полностью переформатировала и установила блокировки, препятствующие восстановлению. Теперь управлять системой жизнеобеспечения можно было, только вводя команды вручную или проведя переформатирование, опять-таки вручную.

Был еще вариант. Выключить основной ИСИН и перейти на одну из дублирующих версий. Но с ним тоже возникала проблема. Две дублирующие версии не имели настроек, рассчитанных на управление системой поддержания жизни астронавтов во время сна. Такие настройки имела только нейросеть жилого отсека, а к ней пробиться было нельзя. Так что и с этой стороны все было предусмотрено.

Когда ЦУП начал тестировать управляемость корабля, Берни довольно улыбнулся. Руководители полета пришли к самому простому и логичному решению довести корабль до орбиты на автопилоте. Это хорошо. Пусть на Земле думают, что Зевс все еще под их контролем, а экипаж, включая его самого, спит. Именно это показывали камеры, транслирующие ранее отснятую закольцованную картинку.

* * *

Последние несколько дней Курц много думал над тем, что ему сказал Мади во время последней встречи. Туманные рассуждения про карму делали итак витиеватый ход его мыслей еще менее понятным. После долгих размышлений он пришел к лежащим на поверхности выводам. Богарт военный преступник. Теневой банкир собирается каким-то образом ему отомстить.

В первом не было ничего необычного. Война кровавое, грязное дело, в котором сопутствующий ущерб неизбежен. Особенно если учесть, что для американских солдат в последних войнах жизни местных никогда ничего не значили. И если уж на то пошло, то расстрел деревни меркнет перед другими операциями и во время войны в Ираке, и позднее, когда США провоцировали конфликты на Ближнем Востоке. Вот пару лет назад американские войска сровняли с землей целый сирийский город Ракку, находившийся тогда под контролем исламских радикалов. А там, по прикидкам ООН, было тысяч под сто гражданского населения. Сколько тогда погибло от бомбовых ударов по жилым кварталам и артобстрелов, никто не считал. После операции в городе не осталось ни одного целого здания, а трупы под руинами разлагались на жаре еще месяц, делая жизнь немногих выживших в городе людей невыносимой. И ничего. Ни ООН, ни международное сообщество, так радеющее за права человека, никак не отреагировали на уничтожение целого города. Так что зачистка Богартом небольшой деревни меркнет перед преступлениями такого масштаба. К тому же он мог просто выполнять приказ. Ну а вопрос мести Теона не касался вообще. Если Мади что-то задумал, то это его дело. У президента США самая надежная охрана в мире, так что и здесь нет причин для беспокойства.

Вот о чем стоило подумать, так это о предложении Мади насчет пересмотра своих активов. Из-за роста акций Альфа Орбитал доля бумаг в состоянии Теона очень значительно выросла. Покрутив в голове несколько вариантов, куда можно было перегнать часть средств, он вызвал личного финансиста и отдал соответствующие инструкции. Затем настал черед юристов. Их он проинструктировал начать регистрацию новой компании Альфа Марс, уставной капитал которой будет сформирован за счет продажи части пакета акций Орбитал.

Зная эксцентричность Курца и его одержимость Марсом, биржи восприняли такой ход спокойно. Миссия Зевса, хоть и без экипажа, но уже подходила к завершению. Корабль с драгоценным грузом уже начал торможение. Через четыре дня он погасит скорость, по широкой дуге выровняет траекторию с орбитой Земли вокруг Солнца и начнет ее догонять, постепенно замедляясь, чтобы гравитация планеты сама захватила астероид.

В общем, все на космодроме уже свыклись с идеей, что корабль дотянет свой груз до Земли в беспилотном режиме, и приняли такое положение как основной вариант завершения полета. Все системы Зевса работали штатно, поэтому ЦУП постепенно вышел из горячки и нервного напряжения, связанного с голосом пустоты и неудачной попыткой разбудить командира. Люди приняли ситуацию как данность и делали все возможное, чтобы успешно закончить миссию.

На Земле готовили к запуску ракету с кораблем, на котором команда из четырех спасателей должна будет пристыковаться к Зевсу, когда он со своим грузом ляжет на орбиту. Им предстояло вручную разбудить экипаж и приступить к его реабилитации. Насчет здоровья астронавтов опасений не возникало, насколько это было возможно в состоянии искусственного сна, напоминающего кому. Системы жизнеобеспечения справлялись со своей работой. Мониторинг медицинских параметров тоже подтверждал, что все в порядке. Процедуры входа в глубокий сон и выхода из него были отработаны на десятках добровольцев. Они составляли часть экстренного плана по спасению экипажа в случае чрезвычайной ситуации. К тому же все члены экипажа прошли двухдневное погружение в сон, чтобы определить, как он повлияет на их организм. Небольшие побочные эффекты в виде тошноты, головокружения и легкой спутанности сознания, конечно, наблюдались, но их можно было игнорировать, особенно понимая, что на борт высадится спасательная команда, способная помочь экипажу и принять на себя управление кораблем.

Через четыре дня после неудачной попытки пробуждения командира Зевс вошел в режим торможения. По полетному плану он должен был сделать плоскую дугу и под острым углом выйти за орбитой Луны на траекторию, параллельную орбите вращения Земли вокруг Солнца. В этом положении планета должна будет пройти мимо корабля на расстоянии около пятисот тысяч километров. Как только это произойдет, он начнет ее догонять, постепенно сокращая дистанцию. Такой маневр был необходим для выравнивая скоростей Земли и корабля, чтобы в момент захода на орбиту вокруг планеты у последнего была оптимальная скорость.

В расчетное время искусственный интеллект Зевса отключил часть электрореактивных двигателей, а оставшиеся перевел в режим реверса. Корабль начал медленно терять скорость. На то, чтобы погасить инерцию, ушло четыре дня. Следующим этапом было маневрирование для выхода на параллельную орбиту и ориентация по ходу Земли. Если бы Зевс шел один, на это ушло бы несколько часов. Но он волок за собой скалу весом сто миллионов тонн. Сцепка корабля с астероидом была рассчитана, чтобы выдержать значительные продольные нагрузки по вектору движения, но для маневрирования и ориентации эти нагрузки должны были быть поперечными. При неправильном приложении силы ее узлы могли просто развалиться. Поэтому после торможения часть двигателей изменила вектор тяги и медленно, очень медленно, в минимальном режиме начала разворачивать сцепку носом по ходу движения Земли.

С такой дистанции, всего лишь в полтора раза превышающей расстояние от Земли до Луны, астероид и корабль уже можно было хорошо рассмотреть в телескоп. Тысячи астрономов-любителей и десятки обсерваторий направили свои объективы в сторону Зевса и с интересом наблюдали за маневрированием. Пока на завершающей стадии ориентации кто-то из любителей не обратил внимание на то, что сцепка развернулась носом не по ходу движения Земли, а ей навстречу. Он написал об этом в своем блоге. Новость стали обсуждать десятки энтузиастов в сети. Через несколько часов она дошла до ЦУПа. Там сверились с данными бортового ИСИНа, которые утверждали, что все идет в соответствии с программой, пожали плечами и продолжили работу в обычном режиме. Еще через несколько часов позвонили из НАСА и запросили разъяснение по поводу изменения полетного плана Зевса, потому что тот провел маневр ориентации в направлении, противоположном заявленному.

И тут, по словам руководителя полетов, дерьмо влетело в вентилятор. Он запросил данные визуального и радарного контроля и потерял дар речи. Корабль действительно развернулся навстречу Земле, хотя все данные бортового искусственного интеллекта говорили о том, что он выполняет ориентацию в плановом режиме, то есть по ходу движения планеты. Час ушел на то, чтобы все проверить и перепроверить. Но статус оставался тем же. ИСИН докладывал, что Зевс четко следует программе, но факты говорили о том, что он повернул корабль совсем в другую сторону.

Доложили Теону. Была уже ночь, и тот мирно спал в своем номере в гостиничном блоке рядом с ЦУПом. Босс поначалу не понял, что произошло, но потом быстро оделся и через десять минут уже был в главном операционном зале.

- Как такое может быть? спросил он, глядя на отчет руководителя. По вашим данным, Зевс сориентирован правильно. А на самом деле происходит какая-то хрень. Он повернут носом к Земле.

- Понятия не имеем, пожимая плечами, ответил тот. У нас устойчивый контакт с кораблем. Полная управляемость. Бортовые системы реагируют четко. Все команды проходят и в точности исполняются. Все отчеты это подтверждают. Я не знаю, как Зевс может быть сориентирован в другую сторону. Это, блин, какая-то оптическая иллюзия.

- А это тоже иллюзия? Курц помахал депешей из НАСА. Нихрена это не иллюзия. Тогда почему наш корабль развернулся носом в обратную сторону?

- Понятия не имею, только и смог повторить руководитель полетов.

- Диагностику ИСИНа проводили? Другие команды тестировали? не скрывая раздражения, спросил Курц, которого понемногу начало накрывать нехорошее предчувствие.

- Нет, покачал головой руководитель. Мы только что узнали о проблеме и ничего предпринять не успели. Но план уже есть.

- Так вперед! Полная диагностика мозгов. Но вначале отдайте пару простеньких команд и посмотрите, как корабль будет реагировать.

На команды ЦУПа Зевс реагировал безупречно. Электронные отчеты, отправляемые его искусственным интеллектом, подтверждали, что команды выполняются в точности и без промедления. Но в телескопы было видно, что корабль не меняет своего положения. Он как бы замер в пространстве и до сих пор повернут носом навстречу Земле.

После серии тестов стало очевидно, что управление Зевсом потеряно. Оставалось найти причину сбоя в искусственных мозгах и попытаться ее устранить. Это оказалось очень проблематично потому, что доступ к корневым протоколам основного ИСИНа был закрыт блокирующей программой. Тогда администраторы попыталась включить второй, а затем третий дублирующие контуры искусственного интеллекта. Результат оказался тем же. Отклик отсутствовал. Зато прояснилась причина сбоя. Во время одной из таких манипуляций администраторы нашли следы внешней хакерской атаки на системы управления корабля.

Такая ситуация на борту была в принципе невозможна. Изменить корневые протоколы можно было только вручную, закачав в них специальные программы. Сделать это могли только Роджерс, бортинженер по информационным системам, и командир. Но оба сейчас находились в состоянии сна. Это подтверждали камеры и биометрия. Корабль вообще был пуст. И операторы, и руководитель полета, и сам Теон уже десятки раз просматривали материал с камер, расположенных в отсеках. Там не было никого.

Не зная, что делать, Курц вызвал шефа безопасности. Тот уже был в курсе проблемы и даже предполагал, что могло произойти. Он по своим каналам запросил помощи у АНБ и ожидал ее в ближайшее время. По версии Акосты, управление Зевсом могли перехватить с Земли. Для этого с ним должен быть открыт канал обмена информацией. Между кораблем и Землей висели три разведывательных спутника АНБ, которые сейчас сканировали частоты в попытке его обнаружить. Больше Акоста помочь ничем не мог. Он попросил для своих аналитиков доступ к реестру событий на корабле и оставил Теона в полном замешательстве.

Через несколько часов администраторам удалось частично восстановить управление системой движения корабля. Оказалось, что недоступны только шесть двигателей, которые участвовали в маневрировании. Над остальными восемнадцатью контроль получить удалось. Причем шесть двигателей можно было использовать для разгона, а двенадцать для торможения, потому что они находились в реверсном положении. Это означало, что их можно запустить и направить корабль в сторону Земли.

Если его удастся вывести в определенную точку и погасить скорость, то под воздействием гравитации планеты он выйдет на вытянутую эллиптическую орбиту, которую позже можно будет скорректировать. Главное, что станет возможной высадка спасательной команды на Зевс. Это было очень сложной задачей потому, что возможность маневрирования двигателями Зевса отсутствовала, к тому же на встречных курсах произойдет сложение скоростей корабля и планеты и понадобится значительная энергия, чтобы его затормозить. Хватит ли мощности остающихся двигателей, было неясно.

Ухватившись за тонкую соломинку надежды, Теон распорядился провести расчеты и сделать это максимально быстро, потому что Земля с каждой минутой сокращала расстояние с кораблем, который двигался параллельным курсом за орбитой Луны.

Расчеты показали, что захват Зевса на встречном курсе возможен. Более того инженеры нашли способ обеспечить небольшое курсовое маневрирование, которое значительно повышало шансы выхода в расчетную точку. На астероиде до сих пор были установлены шесть двигателей с изменяемым вектором тяги, использовавшиеся ранее для его стабилизации и торможения. Перед обратным полетом в их баки были закачаны остатки жидкого реактивного топлива, которое как раз и предполагалось использовать при заходе на орбиту. Для полноценного маневрирования стотонной скалой энергии этих двигателей было недостаточно. Процесс бы затянулся, а Земля проскочила бы астероид и ушла далеко вперед. А вот для небольшой коррекции для выхода в нужную точку они были очень кстати. Учитывая эти факты, шансы завести астероид на орбиту даже на встречном курсе значительно возрастали.

Еще одним вариантом спасения миссии был запуск с Земли ракеты с аварийной командой. Она должна стартовать в точно рассчитанное время, когда расстояние до корабля будет минимальным. Единственный доступный для такого полета корабль был оснащен обычным двигателем, причем топлива хватит только в одну сторону. Полет к Зевсу и стыковка займут пять дней. За это время планета уйдет далеко вперед по своей орбите. Команда должна будет оценить обстановку, разбудить экипаж, исправить электронные мозги, получить полный контроль над Зевсом, развернуть его в сторону по ходу Земли, догнать ее и закончить миссию, доставив астероид на орбиту. Если экипажу не удастся восстановить контроль, то корабль и астероид придется оставить. В этом случае основной экипаж и аварийная команда смогут эвакуироваться на спасательной капсуле. У нее должно хватить топлива, чтобы догнать Землю и лечь на орбиту. Оттуда астронавтов потом можно будет не спеша эвакуировать.

Теон однозначно склонялся к первому варианту. Остатки его сомнений развеял звонок президента.

- Я вижу, тебя в этом проекте преследует одна неприятность за другой, в его голосе чувствовалось явное недовольство. Мне из НАСА сообщили, что ты потерял контроль над кораблем.

- Это не так, возразил Курц. Была небольшая проблема, но она решается.

- Ладно. Это ты журналистам втирай. Уж мне-то как старому другу можешь рассказать правду.

- Конечно, могу. Проблема есть. Но есть и варианты решения. У нас произошло несанкционированное внешнее проникновение в искусственный интеллект, управляющий Зевсом, слукавил Курц. Кто-то изменил корневые протоколы и нарушил связь между его блоками.

- Хакеры? Русские? Китайцы? насторожился Богарт.

- Не знаю кто. Но целостность интеллекта нарушена извне, наверняка конкурентами или стороной, заинтересованной в провале миссии, подыграл ему Курц. Мы работаем с АНБ, чтобы найти и перекрыть враждебный канал передачи данных. Может, они подскажут, откуда инициировалась атака.

- Вот суки, в сердцах выругался президент. Это точно или Россия, или Китай. Им не дает покоя величие Америки. Поэтому они хотят обвалить наш самый масштабный проект за последние полвека. Что можно сделать?

- Мы уже частично восстановили контроль над электронными мозгами. Но при этом потеряли время. Первоначально мы предполагали нагнать Землю на ее орбите вокруг Солнца. Это бы позволило избежать сложения скоростей при сближении. Но теперь корабль сориентирован в обратную сторону, носом к планете и, боюсь, у нас нет времени для того, чтобы это исправить. Развернуть глыбу в сто миллионов тонн процесс очень сложный и долгий. А через сорок два часа планета пройдет ближнюю точку к кораблю и уйдет дальше.

- Какие варианты?

- Мы можем послать на Зевс ракету со спасательной командой. Они попытаются почистить и перезапустить ИСИН. Если у них получится, то управляемость будет восстановлена. Корабль развернется, догонит Землю и выйдет на орбиту, как и предполагалось.

- Каковы у них шансы? спросил президент.

- Вероятность успеха оценить сложно. Мы сейчас не можем провести диагностику искусственного интеллекта из-за его взлома.

- Что будет, если им не удастся все там починить?

- Они вместе со старым экипажем оставят корабль, на спасательной капсуле догонят Землю и лягут на орбиту. Потом их оттуда эвакуируют. Через год на следующем витке можно будет попытаться снова забрать астероид, если его гравитацией не стянет в сторону Солнца.

- Хреновый вариант, сделал вывод Богарт. Одни неизвестные и большой шанс потерять астероид, а с ним и триллионы, которые так нам нужны. Я имею в виду, нужны Америке. Что еще у тебя есть?

- Мы провели расчеты. Они говорят, что можно успеть завести корабль и астероид на орбиту на встречном курсе. У нас достаточно для этого управляемости и возможностей маневрирования. Но время истекает. Решение надо принимать быстро.

- Какие риски?

- Мы пустим Зевс по касательной между Землей и Луной. Если контроль опять будет утрачен, то корабль пролетит мимо Земли, и мы окончательно потеряем его и груз.

- Насколько велика вероятность утери контроля?

- Сложно сказать. Я оцениваю ее как минимальную. Если спутники АНБ будут блокировать все сигналы, идущие в сторону корабля, кроме наших, чтобы хакеры не мешали, то успех фактически гарантирован, Теон на секунду умолк и прикусил губу. Он не понимал, почему сейчас соврал президенту. Риски во встречном заходе на орбиту, конечно, были. И сбой ИСИНа, скорее всего, произошел не по вине хакеров. Но он все же соврал в надежде, что расчеты ЦУПа верны и миссию удастся завершить успешно.

- Что тебе еще надо?

- Согласование нового плана полета с НАСА.

- Это херня. Готовь расчеты. Я сейчас позвоню администратору космического агентства и прикажу, чтобы без промедления согласовали все нужные бумаги. Вот что я тебе скажу. Мне нравится второй вариант. Я его одобряю. Действуй. Если кто будет мешать, ссылайся на меня. Да. И журналюгам скажи, что все идет по плану, а то биржевики снова нервничать начинают. Я бы хотел, чтобы этот камень лег на орбиту через три дня. Сюда прилетают министры иностранных дел стран НАТО и все военное руководство блока. У меня в Белом доме будет с ними встреча. Я хочу им напомнить, кто хозяин этого европейского зоопарка. Потом пресс-подход. Типа, солидарность бьет ключом, мы сильны как никогда, общие угрозы, бла-бла-бла. Будет отличным фоном, если я объявлю, что миссия успешно закончена. И еще вопрос. Как быстро ты можешь подготовить Зевс к полету на Марс.

- Не знаю, пожал плечами Теон. Надо провести диагностику, оценить состояние. Думаю, пару месяцев, может больше.

- Нормально, кивнул президент. Успеваем.

- Куда успеваем?

- На Марс, амиго. На Марс. Думаю, именно он будет нашим приоритетом в ближайшее время.

После разговора Курц включил запись и еще раз прослушал несколько последних фраз, которые сказал президент: Мне нравится этот вариант. Я его одобряю. Действуй. Потом налил себе стакан воды и выпил медленными глотками, стараясь погасить чувство стыда за собственную ложь. А что, в сущности, произошло? Ложь в Америке стала неотъемлемой частью политики, бизнеса и отношений между людьми. Так почему он не может воспользоваться этим древним приемом, чтобы достичь своих целей. Странным казалось и появившееся у Богарта желание поскорее попасть Марс. Что это: очередная блажь или нечто большее? Разбираться в этом сейчас не было времени. Сейчас главное было спасти миссию.

Теон вздохнул, посмотрел на небольшой столик, на котором стояло несколько хрустальных графинов с эксклюзивным алкоголем, но вовремя остановил себя. Нет. Сейчас не время. Надо идти к людям и быть собранным и внимательным. Следующие часы решат исход миссии Зевса и, возможно, его судьбу тоже.

Космическое пространство за орбитой Луны. USSC Зевс

Это были самые долгие десять дней в жизни Роджерса.

Корабль уверенно шел навстречу Земле, с бешеной скоростью поглощая километры, но время внутри как будто остановилось. День изо дня обычная процедура: подъем, утренний туалет, завтрак, проверка систем, физические упражнения, обед, короткий отдых и все Чем занять себя во второй половине дня, Берни не знал. Он пробовал проводить эксперименты из научной программы, но понял, что для них не хватает терпения. Пробовал дополнительные физические тренировки, но очень быстро уставал, причем не телом, а душой. Пытался читать, но мысли путались и возвращались к одному и тому же. К висящим над входом в каждый блок часам, которые отсчитывали секунды до цели.

Время текло медленно Очень медленно.

Понемногу начало накапливаться беспричинное раздражение. Пропал аппетит и желание вообще чем-то заниматься. Даже привычная рутина первой половины дня стала казаться бесполезной и от того тягостной. В голову стали лезть странные мысли: а не ввести ли себя снова в искусственный сон, чтобы проснуться уже на последнем этапе торможения. Но надо было быть на чеку. Земля не оставляла попыток восстановить полный контроль над искусственным интеллектом и могла случайно нащупать обходной маршрут вокруг блокировок, которые он установил на основной и два дублирующих контура. К тому же за это время корабль мог отклониться от расчетной траектории. Тогда придется ее корректировать и на Земле поймут, что ИСИН выполняет чьи-то команды, помимо идущих от ЦУПа.

А потом в голове начали всплывать вопросы. Те, которых он боялся больше всего. Те, которые он гнал от себя все это время.

Праведна ли цель? Чисты ли помыслы? Освещен ли дальнейшей путь? Сможет ли он в его конце обрести мир в душе?

Эти вопросы становились все навязчивей и злее, постепенно занимая все его существо. Они не давали спать, мешали есть, заниматься упражнениями и наконец стали пробуждать то, чего Берни боялся больше всего. Сомнение.

Пока пассивное, тонкой струйкой подтачивающее фундамент его воли. Лишающее желания действовать. Вкрадчивым шепотом предлагающее ничего не делать, просто висеть в пространстве, закрыв глаза, и ни о чем не думать, ничего не желать, ничего не помнить.

Берни стоило немалых усилий побороть этот зовущий к апатии медленный прилив противоречивых чувств и эмоций. По утрам и после обеда он стал перечитывать Коран и размышлять над вечным смыслом его сур. Потом он вспоминал долгие беседы с Мади, его неспешные весомые суждения и доводы, которые, как тысячелетние валуны, обработанные искусным каменщиком, ложились друг на друга, образовывая монолитную стену веры. Он часто думал, что сейчас, когда за его плечами почти сто миллионов километров космической пустоты и сто миллионов тонн заполненной несметными богатствами туши астероида, он, может быть, нашел бы в их спорах более весомые аргументы и был бы более настойчив в своих суждениях. Но при всем этом оставался бы абсолютно согласен с позицией старика. А раз так, то в его душе не может быть места сомнению и все вопросы теряют смысл.

Поэтому произойдет то, что должно произойти.

За долгими разговорами с воображаемым собеседником время пошло быстрее. Мысли понемногу успокоились и опять комфортно разместились на привычных полочках. Появившееся от одиночества смятение чувств улеглось. В душе и сознании Берни снова наступил привычный покой уверенного в своей правоте воина, вершащего судьбу от имени Всевышнего.

И вот тягостные дни ожидания закончились. Зевс прошел фазу торможения и начал маневрирование для захода на орбиту. Это был очень ответственный этап. От него зависело, как в дальнейшем будет развиваться миссия. ЦУП проявлял повышенную активность. Команды сыпались одна за другой. Нужно было следить, чтобы установленный Берни эмулятор искусственного интеллекта принимал эти команды, обрабатывал и докладывал на Землю об исполнении. И делать это надо было так, чтобы там ничего не заподозрили.

На самом деле ИСИН действовал в соответствии с программой, закачанной в него Роджерсом. Она кардинально отличалась от первоначальной. После того как Зевс вышел в расчетную точку, его нужно было сориентировать носом по ходу Земли, дождаться, пока планета пройдет дальше, затем нагнать ее и лечь на орбиту. В реальности Берни разворачивал корабль носом против хода Земли, ей навстречу. Маневр этот был сложным из-за большого угла разворота и занял полные три дня.

Все это время существовал риск, что с Земли заметят, что корабль разворачивается в обратную сторону, и начнут предпринимать активные действия по коррекции. Тогда придется раньше времени открыть ЦУПу, что искусственный интеллект вышел из-под контроля якобы из-за внешней хакерской атаки. Это могло повлечь самые разнообразные реакции со стороны Земли и значительно усложнить завершающую фазу миссии.

Но все сложилось очень удачно. То, что нос Зевса повернут в направлении, обратном расчетному, раскрылось случайно в самом конце маневра. Земля бросилась исправлять ошибку, но уткнулась в установленную Берни хакерскую атаку, которая заблокировала основной и дублирующий контуры ИСИНа.

Затем Роджерс частично открыл доступ к управлению двигателями. Его предположения о действиях ЦУПа оправдались и на этот раз. Чтобы не потерять корабль и бесценный груз, там решили зайти на орбиту на встречном курсе. Это был идеальный вариант для финала. Теперь Зевс, маленький хрупкий дротик, за которым громоздилась огромная скала астероида, был нацелен в сторону Земли.

Наконец с ЦУПа пришла команда начать движение. Заработали электрореактивные двигатели. Корабль медленно пошел в направлении своей цели.

Расслабленно закинув ноги на центральный пульт управления, Берни, удерживаемый ремнями, сидел в командирском кресле с клавиатурой на коленях и вводил последние данные о положении в пространстве корабля и Земли, их скорости, вращении, даже о напряженности магнитного поля и силе солнечного ветра. Сейчас важно было все. Закончив копировать в задание колонки цифр, он нажал на ввод, закинул руки за голову и закрыл глаза в ожидании ответа. Мощные электронные мозги справились с расчетами за несколько секунд. Основной монитор мигнул, и на нем высветилась программа полета с новой траекторией. Берни увеличил схему, чтобы убедиться, что его команды выполнены в точности. Увидев, что так и есть, он довольно хмыкнул и активировал модуль автоматической коррекции. Этот блок программ включится на последнем участке маневра и будет управлять Зевсом так, чтобы он следовал именно заложенной Роджерсом траектории и при любых неожиданных обстоятельствах и случайных переменных вышел в ее конечную точку.

Все операции этой фазы выполнены. Через 47 часов миссия будет завершена. Осталось сделать заключительный штрих. Записать обращение к Америке с борта Зевса, чтобы она знала

США. Техас. Браунсвилл. Космодром Альфа Спейс

Траектория по выводу Зевса на орбиту Земли на встречном курсе состояла из трех участков. Тридцать семь часов контролируемого разгона, чтобы успеть, пока Земля не вышла из конуса возможного маневрирования. Пять часов интенсивного торможения. И уже после захода на орбиту несколько часов маневрирования с помощью двигателей, оставшихся на астероиде. Последний этап не был обязательным. В конечной точке торможения гравитация планеты уже захватит скалу и пустит ее по высокой эллиптической орбите. Дополнительное маневрирование было рассчитано на то, что удастся сделать эту орбиту более удобной для стыковки корабля со спасательной командой.

Траекторию подлета Зевса к Земле можно было назвать встречной с большой натяжкой. Он заходил с северной полусферы эклиптики под углом почти в сорок градусов. Конечная точка торможения, в которой скорость сбросится достаточно для захвата гравитацией Земли, располагалась на орбите в сорока двух тысячах километров позади движения планеты. Этот выбор обуславливался тем, что большинство спутников на геостационарных орбитах находится на расстоянии около тридцати пяти тысяч километров над Землей. К тому же если что-то пойдет не так, то корабль и астероид гарантированно пролетят мимо планеты, которая уйдет дальше по своей орбите.

Перед началом движения работа всех доступных двигателей была проверена. Шесть из оставшихся под контролем работали на ускорение, двенадцать на торможение. Получить полный контроль над шестью маневровыми газореактивными двигателями, чтобы изменять вектор их тяги, так и не удалось из-за проблем с ИСИНом. Поэтому они остались в первоначальном положении.

Вообще с искусственным интеллектом Зевса творилось что-то непонятное. Странный сигнал о хакерской атаке, которая пробила невероятно мощную многоуровневую защиту. Отказ автономных дублирующих контуров. Избирательность доступа ЦУПа к командам. Все это приводило в замешательство администраторов и программистов. Но разбираться уже не было времени. Корабль, медленно набирая скорость, устремился к Земле. Он уже прошел условную орбиту Луны и оказался во внутренней сфере планетной системы.

Двигатели работали исправно. Несколько раз операторы включали последовательность запуска маневровых установок, смонтированных на астероиде, чтобы подкорректировать траекторию. Но и без этого было ясно, что если торможение пройдет по программе, то Зевс выйдет на орбиту, пусть даже и с небольшими отклонениями. На космодроме уже стояла под парами ракета с орбитальным кораблем и спасательная команда из четырех человек, которой предстояло высадиться на Зевс. Все ждали следующей важной точки траектории начала торможения.

Вконец измотанный и уставший от напряжения Теон все это время находился в ЦУПе, следя за ходом этой, по сути, чрезвычайной операции в околоземном космическом пространстве. Возникшее было неприятное предчувствие беды постепенно ушло, вытесненное наблюдением за уверенными действиями операторов и фактом, что частично находящиеся под контролем двигатели все же ведут корабль в нужную точку траектории. Пусть все вышло не так гладко, как планировалось. Пусть жизнь экипажа все еще на волоске. Но астероид и корабль все же удалось спасти, через несколько часов они лягут на орбиту. А потом у него есть сколько угодно времени и средств, чтобы разобраться с проблемами на Зевсе и добыть желанные ценности из космического камня.

Со своего кресла на нависающей над операционными залом платформе Теон посмотрел на таймер на большом стеновом экране, который отсчитывал секунды до начала фазы торможения. До остановки маршевых и включения реверсных двигателей оставалось чуть больше часа. Он мысленно перекрестился и уже потянулся за банкой энергетика, чтобы встряхнуть начинающий подтормаживать мозг. Но в этот момент ему на плечо легла рука.

- Босс. У меня плохие новости, нагнувшись почти к самому уху, чтобы не слышали помощники, проговорил Акоста. Пойдемте в кабинет. Там нам никто не помешает.

В этот момент внутри Теона словно оборвалась невидимая струна, удерживавшая его последние дни. Еще не зная, о чем пойдет речь, он вдруг почувствовал, что все рушится. Что ничего уже нельзя спасти и сейчас перед ним разверзнется ад. Не оборачиваясь, он все же взял банку энергетика, сделал несколько коротких глотков. Потом поднялся с кресла и повернулся к шефу безопасности.

Если секунду назад где-то внутри еще теплился огонек надежды, что новости могут быть не настолько плохими, то после взгляда в глаза Акосты он окончательно угас. Потому что в них сквозило только одно легкочитаемое чувство. Жалость.

В кабинете шеф безопасности достал из папки несколько распечатанных снимков с внутренних камер модулей Зевса и положил перед Теоном.

- Что это? спросил тот, взяв один из них.

- Эти два кадры с камеры в блоке управления. А эти из серверной станции и медицинского модуля.

- И где тут плохая новость?

- Посмотрите внимательно на время и дату записи, а затем вот сюда, Акоста взял карандаш, показал на одном из снимков на экран монитора центрального пульта и выложил на стол еще один снимок с увеличением.

- Твою мать. Даты разные, выдохнул Теон.

- Разные. Камера показывает реальное время съемки, а часы на мониторе отсчитывают сутки, потом возвращаются назад и повторяют цикл. Это суточная закольцовка видеосъемки, босс. И она показывает материал, отснятый за 24 часа до расчетного времени пробуждения командира. Мои спецы проверили остальные камеры и нашли еще три места на корабле, где в кадр попадают часы. Везде то же самое.

- Что это значит?

- Это значит, что мы сейчас видим не то, что в реальности происходит на корабле. А то, что происходило две недели назад. Искусственный интеллект сам не мог закольцевать съемку. Ему нужна была команда. Значит, ее кто-то отдал или заложил в программу изначально. Могли это сделать только командир и бортинженер Роджерс. Он спец по ИСИНу, отвечает за цифровые системы корабля.

- Но они оба спят. Мы можем проследить это по камерам и по индивидуальным биометрическим браслетам, Теон поднял на шефа безопасности непонимающие глаза.

- Совсем не факт, что спят. Как вы убедились, камеры можно закольцевать. А насчет браслетов Мои люди проанализировали биометрию, снятую за три дня до и три дня после расчетной даты пробуждения командира. У одного браслета был десятисекундный перерыв в передаче данных. Затем он снова начал работать, но теперь передавал данные, почти полностью совпадающие с одним из членов экипажа. Все параметры, кроме кровяного давления, совпадали: пульс, кардиоритмы, сатурация, частота дыхания. Но кровяное давление может отличаться на разных руках, так что этот факт можно игнорировать. Я предполагаю, что один из астронавтов проснулся раньше, надел свой браслет на свободную руку другому члену экипажа, затем закольцевал съемку с камер, чтобы те показывали пустой корабль и спящую команду. Я считаю, что Зевс захвачен и захвативший его человек ведет корабль к своей цели.

- Кто? облизнул пересохшие от волнения губы Теон.

- Бортинженер Берни Роджерс. Это его браслет дублирует биометрию одного из членов экипажа. Он имеет доступ к ИСИНу и, забрав ключ-карту у капитана, может в одиночку управлять кораблем.

- Берни? Этот интеллигентный, в высшей степени воспитанный и совершенно безобидный красавчик? Ты ничего не путаешь? Зачем ему Зевс? Он ведь не рассчитывает, что ему удастся присвоить его ресурсы?

- Нет. Боюсь, у него совсем другие планы, печально покачал головой Акоста. А теперь слушайте реально плохую новость. Я знаю, кем на самом деле являлся Мади Сахим бин Малик.

- Это не секрет. Он раньше был ливанским банкиром, Теон, как человек, которого цепь неконтролируемых событий увлекает в пучину, ухватился за последнюю соломинку.

- Нет. Он никогда не был ливанским банкиром Фаруком Абдаллой.

- Тогда кто же он?

- Человек, скрывающийся под именем Мади Сахим бин Малик, на самом деле Абдул Хамид Халаф, генерал иракской армии, руководитель девятого управления Мухабарата самой мощной разведслужбы Саддама Хусейна. Это управление отвечало за секретные операции за рубежом и было чем-то вроде внешней разведки с уклоном на силовые акции. Во время вторжения Халаф и некоторые другие руководители Мухабарата исчезли. Многие считают, что именно они эвакуировали из страны или спрятали в иракских пустынях золото Саддама.

- Твою мать прошептал Теон и обмяк в кресле, чувствуя, как внутри все покрывается холодным инеем. Как ты это раскопал?

- Нам удалось получить генетический материал Мади из королевской клиники Дубая. Затем его геном был расшифрован и сравнен с базой ЦРУ. Там нашлось полное совпадение с генным материалом генерала Халафа, изъятым из военной клиники Багдада в 2003 году. Сомнений быть не может, Мади Сахим бин Малик это Абдул Хамид Халаф, руководитель внешней разведки Хусейна. Один из самых разыскиваемых людей на планете в списке ЦРУ. По их мнению, генералу Халафу удалось сохранить контроль над большей частью сети своих агентов и оперативников и на вывезенное из Ирака золото создать мощную подпольную организацию, способную влиять на события в регионе.

- Зачем ему астероид, если у него есть золото Саддама? Я слышал, у того были десятки миллиардов в слитках.

- Золота мало не бывает. Но Мади ввязался в этот проект не ради сокровищ, а ради мести Америке. Отсюда и символизм древнего багдадского меча, которым, по приказу халифа Багдада, когда-то рубили головы христиан, и символизм его нового имени. Я уточнил, Мади Сахим бин Малик в вольном переводе с арабского может означать разящий меч бдительного правителя. Астероид и есть этот разящий меч, ведь он назван именем Мади. Это месть за разрушенный Ирак, за казненного Саддама и за личное унижение генерала Халафа.

- Но как? Даже если он заберет триллионы астероида или отправит их в космос, Америка не пострадает. Если надо, Фед напечатает еще три раза по столько. А моральный ущерб от провала миссии спишут на меня.

- Вы так и не поняли, босс? грустно улыбнулся Акоста. Этот астероид предназначается Америке и только Америке. Через три часа он врежется в Вашингтон или Нью-Йорк и превратит их в гигантские дымящиеся воронки. Я вообще склонен думать, что Мади это всего лишь верхушка айсберга, а под поверхностью в толще воды скрыта одна из самых мощных разведок мира. Даже при его деньгах и сохранившейся от Мухабарата агентурной сети беглый иракский генерал не мог самостоятельно организовать операцию такого уровня. Здесь нужна самая современная технологическая и научная поддержка и знания, к которым не у каждого государства есть доступ. А если это так, то у Америки нет шансов избежать удара.

Он этих слов Курц на несколько секунд впал в ступор. Он сидел без движения и, не в силах принять действительность, пялился на шефа безопасности широко открытыми глазами.

- Хей! Босс тот помахал рукой перед его лицом, потом легонько потряс за плечо. Не время виснуть. Надо действовать.

- Да. Надо действовать, встрепенулся Теон. Надо предупредить власти, что Зевс захвачен. И, наверно, надо позвонить Богарту.

- Когда я говорил действовать, я совсем не это имел в виду. Прежде чем вы начнете обзванивать всех и своими руками копать себе могилу, позвольте дать пару советов, остановил его Акоста.

- Как могилу? Я ведь сам пострадавшая сторона.

- Давайте все по порядку, шеф безопасности придвинул стул и уселся напротив босса. Во-первых, все подозрения насчет захвата корабля могут оказаться плодом моей фантазии. Нам надо получить последнее подтверждение, что Роджерс действительно управляет Зевсом и что он действительно направит его в цель на территории США.

- Как мы это сделаем? Он контролирует ИСИН, а значит и поток информации с корабля. Если то, что вы сказали, верно, он две недели водил нас за нос, посылая на Землю закольцованные картинки.

- Есть одна мысль. Я не спец по всяким расчетам и траекториям. Но, если бы я планировал ударить астероидом по Штатам, я бы разогнал его до максимальной скорости, чтобы нанести максимальный ущерб. Сейчас шесть из двадцати четырех двигателей отключены, шесть работают на разгон, двенадцать должны скоро включиться на торможение. Если команда на торможение будет выполнена, то, с большой долей вероятности, я ошибся и на корабле произошло что-то другое. Тогда шансы на то, что он выйдет на орбиту, а не ударит по США, значительно возрастают. Если после команды на торможение корабль продолжит ускоряться в сторону Земли, значит я прав. Сколько времени осталось до начала цикла торможения?

- Сорок семь минут, ответил Теон, взглянув на монитор компьютера.

- Я предлагаю не поднимать шума, пока мы не пройдем переход к торможению.

- Но, если ты прав, могут погибнуть люди!

- Если я прав, люди погибнут в любом случае. Целью, скорее всего, будет Вашингтон или Нью-Йорк. Я ставлю на Вашингтон. Потому что там Богарт. За пару часов такие крупные мегаполисы эвакуировать невозможно. Так что один из них погибнет в любом случае. У нас есть сорок минут. Сейчас надо думать, как эвакуировать вас.

- Меня? удивился совершенно сбитый с толку Теон.

- Вас, кивнул Акоста. Прошу отнестись к тому, что я сейчас скажу, со всей серьезностью. В случае удара астероида по США вселенской катастрофы не наступит. Я проверял. Город и часть побережья, конечно, будут уничтожены, погибнет куча народа. Все это вызовет экономический и политический кризис, которым воспользуются здоровые силы в американском обществе, чтобы наконец навести здесь порядок, покончить с разрушением государства и вернуть развитие страны в разумное, адекватное русло.

- Я ничего не понимаю, покачал головой Курц.

- Вам и не надо ничего понимать. За два последних десятилетия целью технологических корпораций было разрушение государства и перехват контроля над страной. Пользуясь монополией на информационные ресурсы, они почти закончили преобразование нашего общества в хорошо управляемое цифровое стадо и взяли Белый дом и Конгресс под свой контроль. Богарт наверняка рассказывал вам о новом светлом будущем, в котором просвещенная элита управляет рабами, контролируя их поведение через мозговые центры удовольствия. Так вот. В Америке есть люди, которые категорически не приемлют такое будущее и готовы бороться за то, чтобы оно не наступило.

- Я думал, с Витмаром и его компанией консерваторов покончено.

- Жирные коты с Уолл-Стрит тут не причем. Я говорю о людях в погонах на самых высоких позициях, которые не приемлют новые ценности, новую мораль и уничтожение собственной истории. Они хотят возродить втоптанную в грязь либералами американскую мечту и вернуть США на консервативный, традиционный путь развития. Их цель не допустить превращения Америки в диктатуру, во главе которой стоит кучка супербогачей. И астероид здесь как нельзя кстати. После его удара разразится масштабный кризис. Чтобы навести порядок, военные возьмут власть в свои руки и вычистят из страны всю эту вонючую либеральную пену.

- Но погибнут сотни тысяч людей. Возможно, миллионы. Как вы можете так рисковать своей страной?!

- Это уже не моя страна. Это страна трансов, пидоров и обдолбанных наркотой нигеров, возомнивших себя хозяевами жизни. Поэтому мне ее абсолютно не жалко. А насчет людей Военный переворот уже давно назрел. Он бы произошел в любом случае и, скорее всего, вылился бы в полноценную гражданскую войну. Удар астероидом позволит этого избежать. Мы введем чрезвычайное положение и возьмем ответственность за страну на себя.

- Кто мы? Теон взглянул в глаза шефу безопасности. У вас есть тайная организация?

- Это, скорее, общество спасения Америки, которое стихийно возникло в вооруженных силах.

- Значит, вам выгоден удар астероидом.

- Да.

- И вы готовы пойти на огромные жертвы?

- Да. Чтобы избежать гражданской войны, еще больших жертв и полного разрушения Америки.

- А президент. С ним что?

- Богарт военный преступник. Если он выживет и не будет играть по предложенным ему правилам, то будет осужден и пойдет за решетку. А будет артачиться, можем вообще выдать его Ираку.

- Откуда ты знаешь про Ирак?

- Мы с Богартом были там в одно время. Я был капитаном военной разведки и оказывал поддержку его операции на иракской границе. Той, где он взял грузовики с золотом. Когда я понял, что они хотят присвоить слитки, я доложил начальству. Меня тут же взяли в жесткий оборот. В штабе подделали приказ о зачистке деревни и авиаударе по ней. Получалось, что приказ отдал я и я виновен в смерти сотни гражданских и попытке похитить золото. Мне тогда светило два варианта. Либо двадцать лет в тюрьме с большой вероятностью получить заточку в печень в первый же месяц, либо солидный бонус и блестящая карьера по выбору. Естественно, я выбрал второе. Но, сделав этот выбор, я понял, что система прогнила насквозь и ее надо менять.

- Богарт знал об этом?

- Нет, качнул головой Акоста. Мы работали на разных уровнях и не пересекались. Я мог его видеть. Он меня нет.

- И что теперь?

- Теперь вам надо покинуть США. Когда дерьмо влетит в вентилятор, здесь несколько недель будет настоящий хаос. ФБР, или ЦРУ, или частники могут получить приказ на ваш арест или ликвидацию. Поэтому вам лучше на некоторое время исчезнуть с радара. На полосе стоит частный самолет, там моя группа сопровождения. У них комплект документов для вас. По легенде спецназ Департамента по борьбе с наркотиками проводит спецоперацию с важным информатором наркокартеля. Перелет недолгий. На берегу Мексиканского залива вас ждет комфортабельная вилла. Оттуда вы сможете в безопасности наблюдать за тем, как будут разворачиваться события.

- Это очень похоже на похищение, насторожился Теон.

- Босс Не говорите ерунды. Если бы я хотел вас похитить, вы бы уже лежали в багажнике автомобиля с грязной тряпкой во рту. Вы уникальный человек. С нуля создали инновационную империю. Собрали первый в истории межпланетный космический корабль. Притянули гребаный астероид на орбиту. Америке нужны такие люди. Через пару недель, когда здесь осядет пыль и к власти придут адекватные люди, вы вернетесь к руководству своими компаниями и снова будете запускать ракеты. Хоть на Марс, хоть к еще одному астероиду. Это я вам обещаю. Кстати, про компании. У вас есть окно где-то в час, чтобы по максимуму вынуть из них средства и перегнать в крипту или золото. Боюсь, акции в следующие сутки очень сильно потеряют в цене. Но это так совет дилетанта.

- А как же ЦУП? А как же ты?

- За меня не беспокойтесь. Я прослежу, чтобы здесь ваше добро никто не разграбил и чтобы ЦУП выполнил свои функции до конца без излишних истерик и паники. Официальная версия будет той же. Хакерская атака испортила искусственный интеллект Зевса. Тот сошел с ума и в последний момент направил астероид в Землю. То, что он попал по территории США, чистая случайность. Ни про Мади, ни про Роджерса никто знать не будет.

- Выбор у меня есть? спросил Теон, поняв, что Акоста все просчитал.

- Конечно, одобряюще улыбнулся тот. Вы можете остаться здесь и наблюдать за всем из своего кресла в оперативном зале. Но я не дам гарантии, что к вам не придет ЦРУ или ФБР с обвинениями в терроризме. Или еще хуже пара дронов неизвестной принадлежности выпустит по этому зданию полдюжины ракет, которые сровняют его с землей. Как вам такие варианты?

- Хреновые варианты, обреченно вздохнул Курц.

- Вот и я о том же. Так что давайте не будем тянуть. Самолет ждет. Согласованный воздушный коридор через границу с Мексикой будет открыт еще час. Нам надо успеть. В любом случае если я не прав и астероид ляжет на орбиту, вы тут же сможете вернуться и предстать перед камерами победителем.

- После того что ты мне тут рассказал, я уже не уверен, хочу ли этого.

По правде говоря, Теон теперь не знал, чего хочет. Две вещи, которые он бы сейчас с радостью сделал, были для него недоступны. Марс из-за ситуации с астероидом отодвигался на неопределенный срок. И в Африку, в саванну, к егерям и угрюмому шаману ему тоже пока дорога была заказана. Нужно было следовать совету Акосты и отсидеться на вилле в Мексике. Можно было, конечно, плюнуть на все его предупреждения и остаться в ЦУПе, чтобы лично присутствовать при завершении миссии Зевса. Но уж очень убедительно звучал шеф безопасности и очень неприглядной была перспектива оказаться за решеткой в качестве сообщника террористов.

Поэтому через полчаса Теон с грустным лицом человека, потерявшего самое дорогое в жизни, наблюдал в иллюминатор самолета, как далеко внизу проплывают пустынные пространства мексиканского приграничья. Правда, еще оставался довольно значительный шанс того, что подозрения Акосты не оправдаются, что проблемы Зевса не потому, что он захвачен первым в мире космическим террористом Роджерсом, а из-за сбоя, произошедшего в электронных мозгах. Чтобы это выяснить, осталось ждать совсем немного. До запуска цикла торможения оставалось шесть минут.

Теона эвакуировали на небольшом частном самолете в сопровождении четырех оперативников Акосты. По легенде этот борт принадлежал Управлению по борьбе с наркотиками и перевозил крупного наркофинансиста для проведения с ним в Мексике неких следственных действий. В ЦУПе Курц всем объявил, что срочно летит в Вашингтон и, возможно, некоторое время будет без связи. Все полномочия по завершению миссии в любом ее варианте он передал руководителю полета. Со своей нависающей над залом платформы он быстро и сумбурно попрощался с операторами и под вопросительные взгляды покинул ЦУП.

Из связи были только неотслеживаемый сатфон, работающий через собственный защищенный спутник Альфа Спейс, и подключенный к нему планшет, большую часть софта которого составляли программы безопасности, полностью исключающие взлом.

Оторвавшись от окна, Курц достал телефон и взглянул на дисплей. Таймер отсчитывал последние секунды перед расчетным временем торможения Зевса. Не выдержав, он нажал кнопку вызова.

- Ну что? пожевывая губу от нетерпения, спросил он Акосту.

- Пока ничего, ответил тот. Время еще не вышло. Хотя тут на экране какие-то изменения. Я вижу, на схеме корабля все двигатели окрасились в зеленый и с ними что-то происходит.

- Зеленый означает, что они перешли в рабочее состояние и находятся под контролем ИСИНа. Я сейчас перезвоню.

Теон отключился и тут же набрал руководителя миссии.

- Что у вас?

- Ничего не понимаю, босс, неуверенным голосом ответил тот. В трубке было слышно еще несколько возбужденных голосов. По-видимому, операторы обсуждали то, что происходит на корабле. Все двигатели теперь активны. Все под контролем ИСИНа. Но связь с ним полностью утеряна. Наша команда на торможение не прошла. Вместо этого двенадцать двигателей поворачиваются из реверсного положения в маршевое. Те шесть, которые были в маневровой позиции, тоже заработали. Причем по какой-то своей программе. Похоже, они выводят Зевс на новую траекторию. Я не понимаю, что происходит. Мы полностью потеряли контроль над кораблем.

- На каком расстоянии Зевс от Земли? дрогнувшим голосом спросил Курц. Дайте мне общие параметры.

- Расстояние 190 и сокращается. Угол к эклиптике 31 и стабильный. Скорость 55 и растет.

- Напомните максимальную скорость сцепки с астероидом, при которой возможно эффективное маневрирование в конусе 15 градусов и конечной точкой траектории на расстоянии 190.

- Шестьдесят-шестьдесят пять, не задумываясь, ответил руководитель миссии.

- Секунду.

Тихо выругавшись, Теон открыл на планшете калькулятор и сделал быстрые расчеты. Зевс отделяет от Земли 190 тысяч километров, если он будет двигаться со скоростью 65 километров в секунду, при которой возможно маневрирование, чтобы навести на нужную точку на поверхности, он будет в точке удара через 48 минут. Плюс Земля идет почти навстречу со скоростью 28 метров в секунду. Это сократит время до 34-36 минут. При этом произойдет сложение скоростей, и камень войдет в атмосферу на невероятных 80-85 километрах в секунду. Энергия взрыва будет колоссальна.

- Слушайте внимательно, он снова взял трубку. Скорее всего, в результате хакерской атаки на борту Зевса произошел фатальный сбой искусственного интеллекта. Из-за этого мы потеряли контроль над скоростью и направлением движения корабля. Сообщите об этом представителям НАСА. Скажите, что готовы передать им контроль над ЦУПом и миссией. Сейчас мы никак не можем повлиять на ситуацию, поэтому сохраняйте спокойствие. Как только скорость стабилизируется, рассчитайте траекторию и передайте мне и насовцам. Это все инструкции. Я буду некоторое время без связи. Удачи вам всем. До встречи.

Чувствуя, как в горле зашевелился колючий комок горечи и раздражения, Курц нажал на сброс и снова отвернулся к окну. Он понимал, что предал людей, которые верили в него, но если бы остался на космодроме, то было бы только хуже. Когда все поймут, что произошло, наблюдатели НАСА примут контроль над ЦУПом и ответственность за все дальнейшие решения будет лежать на них. Это произойдет через несколько минут.

Боже До удара астероида осталось чуть больше получаса. Скоро погибнут сотни тысяч американцев. А может и больше. Ну почему? Почему все, что человек делает, превращается в оружие? Почему любой технологический прорыв идет людям во вред и становится средством уничтожения. Так было с изобретением пороха, расщеплением атома, Интранетом и десятками других новых технологий. Так сейчас произошло и с его астероидом. А ведь он хотел дать людям новый источник ресурсов и открыть им дорогу на Марс.

От осознания собственного бессилия и поднимающегося изнутри смешанного с досадой чувства вины Теон сдавленно застонал.

- С вами все в порядке, сэр? с озабоченным видом спросил сидящий напротив оперативник.

- Да, ответил Курц и расстегнул еще одну пуговицу рубашки. Только напиться хочется. Но нельзя. За тем, что произойдет, надо наблюдать трезвым.

- Не беспокойтесь, сэр. Я уверен, вы сможете вернуться через пару недель.

- Мне бы твою уверенность, буркнул Теон и снова открыл калькулятор на планшете. На этот раз он пытался рассчитать силу удара и степень разрушений от астероида.

Результат оказался ошеломляющим. Разобравшись в цифрах, Теон на минуту впал в ступор.

Для расчета в качестве точки контакта с Землей он выбрал Нью-Йорк. Получалось, что, если астероид войдет в атмосферу на скорости 80-85 километров в секунду под углом 40-45 градусов, он развалится на крупные фрагменты на высоте 39 километров. Однако из-за огромной скорости это ничуть не смягчит силу удара. Буквально через секунды осколки врежутся в поверхность в условно эллиптической зоне 400 на 700 метров. Сила удара будет колоссальна, на уровне 75-80 мегатонн в тротиловом эквиваленте. В месте удара образуется кратер 11 километров в диаметре и до 4 километров глубиной. Высвободившаяся при ударе энергия разрушит четверть восточного побережья. Нью-Йорк превратится в выжженную пустыню, заполненную оплавленным камнем.

Картина столкновения будет напоминать апокалипсис. Когда астероид войдет в атмосферу, небо на несколько секунд озарится яркой вспышкой, которая с быстротой молнии ударит в землю. На месте столкновения возникнет гигантский, размером почти с весь Нью-Йорк, огненный шар, который будет заметен с расстояния в полтысячи километров. Все, что будет находиться внутри него, испарится, выгорит или оплавится в зависимости от термостойкости материала. Термический удар распространится на 150 километров от места падения. На этой территории загорится все, что может гореть. Те, кто окажется в это время снаружи, с большой вероятностью погибнут. Затем придет сметающая все на своем пути ударная волна, которая окончательно разрушит охваченные пожарами пригороды и пойдет дальше, сметая все на своем пути. Удар скалы весом в сто миллионов тонн вызовет мощное землетрясение. В районе агломерации оно достигнет магнитуды 7, на расстоянии 300 километров 6 и ослабнет до 4 лишь в 700 километрах от эпицентра. После этого на огромной территории начнет выпадать выброшенная в атмосферу из кратера раскаленная порода. То, что останется от Нью-Йорка, будет засыпано стометровым слоем осадков. Их толщина снизится до 10 метров на расстоянии 150 километров от места падения, и даже на расстоянии в 250 километров выпадет около метра осадков породы.

Но это еще не все. Поскольку Нью-Йорк находится на побережье, комбинация факторов столкновения создаст цунами, которое пересечет Атлантику и ударит по восточному побережью Европы. Расчеты высоты водяного вала при контакте с побережьем разнились от 30 до 80 метров. После того как цунами уйдет в сторону Европы, вода, испаренная огненным шаром и отогнанная ударной волной почти до границы шельфа, вернется и затопит огромную территорию в 200 километров на север и юг от эпицентра на глубину до 50 километров.

В зоне поражающих факторов на восточном побережье проживает более 70 миллионов человек. Значительная часть из них погибнет. Огромная территория тринадцати штатов будет выжжена и засыпана осадками породы, выброшенной столкновением. К тому же в районе средних разрушений находятся три атомные электростанции по четыре реактора в каждой. Они не выдержат удара, их реакторы разрушатся и вызовут радиоактивное заражение обширных пространств, на которых долгие годы будут невозможны спасательные и восстановительные работы.

Для Америки это будет конец света.

Назойливая вибрация телефона вывела Теона из ступора. Звонил Акоста. Он взглянул на часы. Если Зевс не начал торможение или маневр уклонения, то до столкновения осталась 21 минута.

- Босс, соберитесь. Не время виснуть.

- Что у вас? сглотнув колючий комок, спросил хриплым голосом Курц. Траекторию удара вычислили?

- Нет. Но в этом сейчас нет необходимости, ответил шеф безопасности, в голосе которого чувствовалось явное напряжение. Я вам сбросил видеофайл. Посмотрите. Перезвоню через пять минут.

Теон быстро нашел файл в почте и запустил ролик. Трансляция велась из модуля управления Зевса. Перед камерой в кресле командира корабля сидел Берни Роджерс в парадной форме Альфа Орбитал. Единственным посторонним элементом была повязанная на шее арафатка^[47] цвета хаки.

Я Абдул Хамид аль-Тикрити, известный вам как Берни Роджерс, бортинженер космического корабля Зевс, доставившего к Земле астероид из глубин космоса, глядя в камеру спокойным и уверенным взглядом, начал он. Американцы! Я обращаюсь к вам. Через несколько минут Зевс вместе с астероидом войдет в атмосферу и столкнется с поверхностью в районе Вашингтона. Сила удара будет настолько велика, что четверть восточного побережья США будет разрушена. Погибнут миллионы. Но прежде, чем это произойдет, я хочу открыть вам причину такого страшного события.

Удар с небес по столице Америки это акт возмездия за то зло, которое ваша страна несла миру на протяжении последних десятилетий. Это исполнение приговора суда высших сил за разрушение Ирака, моей любимой родины, за унижение моего народа, за сотни тысяч погибших женщин и детей, за миллионы оставшихся без крова в нищете и голоде. За трусливое убийство моего президента, волей народа руководившего процветающей страной.

Те из вас, кто останется в живых, должны знать, что справедливый суд настигнет преступников. Им не спрятаться за стенами Белого дома и президентской охраной, в глубоких бункерах или за авианосцами и ракетами. Возмездие найдет их везде.

Американцы! Ваш долг перед Ираком теперь оплачен кровью. Через несколько минут у вас появится шанс открыть новую страницу своей истории, избавиться от преступников и убийц и снова стать великой нацией свободных людей. Используйте его, и вам придет на помощь весь мир.

Я, Абдул Хамид аль-Тикрити, сын иракского офицера, расстрелянного двадцать лет назад вашим президентом, буду просить об этом Всевышнего.

Берни смиренно поклонился, раскрыл небольшую книжечку Корана, и губы его зашевелились в безмолвной молитве.

Боже! За что мне это! Теон зажмурил глаза. Ему хотелось кричать во все горло от бессилия и злобы на всех: на себя, на Мади, на Роджерса, на Богарта, на безумных вашингтонских политиков, которые поставили страну на грань уничтожения, на Акосту с его генералами. Но он сжал кулаки, сделал несколько глубоких вдохов и раскрыл глаза. Нет. За этим действом надо понаблюдать до конца. Может, старый араб прав и Америку действительно настиг закон кармы. Воздаяние за грехи. Что посеешь, то и пожнешь. Мир относится к тебе так же, как ты относишься к нему. Возможно, катастрофа послужит обновлению Америки, очистит ее от мерзости и проказы новой морали и вернет к реальным ценностям, к истории, к корням. Вернет ей человеческое обличие.

Снова зазвонил телефон. Снова Акоста.

- Босс. НАСА приняло управление над ЦУПом. В стране паника. В СМИ истерика. В Вашингтоне пытаются эвакуировать верхушку, деловито начал он.

- Поздно. Они нихрена не успеют. Астероид разнесет полпобережья.

- Как полпобережья? удивился шеф безопасности.

- А вот так, зло ухмыльнулся Теон. Если сто миллионов тонн столкнутся с поверхностью на такой скорости, взрыв будет, как от водородной бомбы в 80 мегатонн. Там будет выжженная пустыня полукругом по побережью 300 на 150 километров, а зона разрушений различной степени вообще протянется почти на тысячу. Плюс осадки выброшенной взрывом породы. Плюс цунами. Там будет настоящий ад.

- Нихрена себе, немного растерянно проговорил Акоста.

- А твои генералы что, не потрудились просчитать последствия удара?

- Не знаю. Мне казалось, они предполагали, что будет только уничтожен Вашингтон или Нью-Йорк.

- Хреново они предполагали. Ты сообщи им, что катастрофа накроет четверть восточного побережья. Самого густонаселенного в США. Десятки миллионов погибнут. Понимаешь?

- Твою мать. Я и не думал, что удар астероида такого размера может нанести значительный ущерб на огромной территории, Акоста на секунду умолк и продолжил: В любом случае мы сейчас никак не можем повлиять на ситуацию. Что будет, то будет. Я понимаю, что то, что произойдет, большая трагедия для вас, но прошу отнестись ко всему философски. Обстоятельства сложились так, что ни вы, ни я не могли этому помешать.

Обстоятельства сложились так После разговора Теон надолго задумался. Ему вдруг пришла в голову неожиданная мысль. А что, если первый закон кармы сейчас действует по отношению к нему. Что он сотворил плохого, чтобы заслужить такие испытания? Он старался делать добро людям. Особенно последние десять лет. Или наоборот. Может, судьба сейчас подталкивает его в нужном направлении, о котором он и не догадывается. А вдруг в результате этого водоворота событий он окажется ближе к своей цели. Но стоит ли ее осуществление миллионов загубленных жизней? В любом случае Акоста прав. Их всех обвел вокруг пальца мудрый, опытный и тонкий игрок. И теперь по его воле наступили обстоятельства непреодолимой силы. А значит, надо подождать развязки. Если она будет такой, как говорит его шеф безопасности, то можно продолжить двигаться к своей мечте. Только вот будет ли Америка подходящей площадкой для этого. Не стоит ли подумать о переводе активов в другое, более безопасное и стабильное место.

Мучая себя этими вопросами, Теон смотрел в окно на покрытую мелкой рябью гладь Мексиканского залива. Через час самолет приземлится в аэропорте небольшого мексиканского городка на побережье. Еще через час он окажется на вилле и будет оттуда наблюдать за разворачивающейся в Штатах катастрофой.

* * *

Поскольку Коган возглавлял конструкторский отдел, разработавший двигатель Зевса, руководитель миссии включил его в постоянную группу специалистов, работавшую при ЦУПе. Они с Яночкой на время оставили свою виллу и перебрались в небольшой съемный коттедж рядом с космодромом.

Несмотря на то что во время испытаний и первых полетов на орбите реактор с турбиной, капельная система охлаждения и электрореактивные двигатели работали без сбоев, в первые дни полета к астероиду Миша сутками пропадал в ЦУПе, лично следя за характеристиками узлов. Если не считать мелочевки вроде незначительной корректировки нескольких программ, управляющих распределением энергии и накоплением ее в аккумуляторах, то работы у него было немного. Поэтому когда на полпути к астероиду в первый раз проявился голос пустоты, его отправили домой и попросили быть готовым в любой момент прибыть в ЦУП.

Во время этой незапланированной паузы парочка взяла напрокат внедорожник и проехалась по окрестностям Браунсвилла, съездила на побережье, прогулялась по местным паркам. Мишу даже немного задевало, что его помощь руководителю миссии была не нужна, но инженеры, видимо, прекрасно справлялись и без него, а в психологии он абсолютно ничего не понимал, чтобы помочь чем-то с голосом пустоты. Поэтому до обеда они наслаждались свободным временем, а после Коган проводил пару часов за работой. Он совершенствовал систему охлаждения и архитектуру двигательной установки. Чувствуя, что ничем не может помочь, он уже хотел попроситься в Сан-Хосе, там, в исследовательском центре, ему было бы проще работать, но его вызвали в ЦУП.

Во время торможения и стабилизации астероида установленные на нем двигатели подняли с его поверхности реактивными струями целые облака мелких камней, которые посекли защитные кожухи реактора и свернутой в транспортное положение системы охлаждения. Когану и инженерам предстояло оценить ущерб и провести диагностику. На это ушло полдня. Повреждения оказались несущественными, и астронавты, подождав, пока поднятое двигателями облако камней останется позади летящего в пространстве астероида, приступили к работе. После этого Мишу снова отпустили.

На этот раз ему разрешили выехать в Сан-Хосе. Там он провел три недели, наблюдая из своей виллы, как завершились работы по стыковке с астероидом, как Зевс двинулся в обратный путь, как экипаж снова накрыл голос пустоты и людей погрузили в искусственный сон.

Чуть позже оказалось, что с искусственным интеллектом Зевса возникли проблемы. Сигнал на контрольное пробуждение капитана не проходил от него в нейросеть жилого отсека. Это означало, что экипаж останется в состоянии сна до окончания полета и корабль будет идти к Земле на автопилоте.

Здесь проблем не предвиделось. Операторы ЦУПа протестировали искусственный интеллект на управляемость и убедились, что он четко реагирует на команды, связанные с управлением. В автоматическом режиме Зевс совершил маневр торможения и вышел на параллельную Земле траекторию за орбитой Луны. Проблемы начались, когда оказалось, что по какой-то причине корабль вместо того, чтобы развернуться по ходу планеты, стал носом ей навстречу. Тут же выяснилось, что ЦУП потерял доступ к части двигателей. Но и тех, что оставались под контролем, хватило бы для подхода к Земле на встречном курсе, торможения и вывода корабля и астероида в точку, где гравитация планеты смогла бы захватить его и пустить по высокой эллиптической орбите. Риск в таком маневре, конечно, был, но он сводился к потере Зевса и груза, если они пролетят мимо расчетной точки и уйдут в космическое пространство.

На тот момент никто не предполагал, что Зевсом управляет один из членов экипажа.

Новость о заявлении Роджерса с борта корабля застала Когана, когда он в Сан-Хосе на своей вилле, устроившись в кресле с бутылкой пива, смотрел новости по российскому каналу. Вначале внизу красной строкой прошло сообщение Межпланетный корабль Зевс захвачен террористом. Ожидается его столкновение с Землей. Затем ведущий продублировал его, зачитав новостную сводку полностью. А через минуту на экран вывели видеоролик, где Берни в парадной форме Орбитал и арафатке объявляет всему миру о том, что сейчас совершится акт возмездия по отношению к США.

От такой новости Миша чуть не выронил банку пива и застыл с открытым ртом. Он просидел так полминуты под пристальным взглядом Яны, потом сглотнул недожеванные орешки и потянулся за телефоном.

- Ты кому? поинтересовалась она.

- Гора наберу. Он сейчас в ЦУПе. Его там постоянно держат потому, что он отвечает за системы жизнеобеспечения.

- А Яна бросила в рот пару орешков, снова повернулась к телевизору и переключила его на американский новостной канал. Там царила настоящая истерика. Ведущие орали в камеру что-то вроде мы все умрем, требовали от военных сбить астероид, начать эвакуацию по всей стране и нанести ядерный удар по Ираку.

Гор как раз был в ЦУПе.

- Можешь говорить? спросил Миша дрогнувшим голосом.

- Могу, тихо ответил тот. По-видимому, рядом были другие сотрудники. Тут, блин, такое творится. Ты не представляешь. НАСА взяло ЦУП под контроль. Вызвали полицию. Все нахрен оцепили, опечатали. Все стоят на ушах.

- Подожди, перебил его Миша. Что с кораблем?

- Пипец кораблю. Берни, чтоб он сдох, полностью его контролирует. Он перевел все двигатели в режим ускорения и направил Зевс на Землю. Траекторию просчитать невозможно, потому что постоянно работают маневровые двигатели. Но, судя по всему, он действует по четко рассчитанной программе, подбирая скорость и угол, чтобы ударить, когда планета будет повернута к Зевсу западным полушарием.

- Он точно попадет в Штаты?

- Наши говорят, что такое очень даже возможно. Даже в определенный штат может попасть, если программа корректируемая.

- Пи-пец, выдохнул Коган и посмотрел на Яну, которая с интересом наблюдала за ним с бокалом вина. Астероид же нахрен все разнесет.

- Ага. Я молюсь, чтобы он не попал в нас. Свалить отсюда мы уже не успеем. По ходу, взрывом накроет территорию в полтыщи кэмэ, отозвался в трубке Гор.

- Сколько времени осталось? спросил его Миша.

- Хрен его знает. Искусственный интеллект получил задание. Он варьирует скорость, чтобы попасть в нужную точку на карте. До входа в атмосферу где-то минут двадцать.

- Все контуры ИСИНа недоступны?

- Да. Этот сукин сын все подчинил себе: и мозги, и каналы связи.

- Блин, Коган на секунду задумался. А мой выделенный контур экстренного управления двигателями?

- Вот этого я не знаю, медленно проговорил Гор. А что, на корабле такой есть?

- Есть. Это аварийная система с отдельными антеннами и своей нейросетью. С ее помощью можно в экстренных случаях управлять работой реактора, заглушить его или за несколько минут его разогреть до температуры взрыва.

- Херасе. Я не знал. А как это поможет?

- Если реактор взорвется, сработает аварийная система и перестанут работать двигатели. Тогда Роджерс утратит возможность маневрирования. Сцепка станет неуправляемой. Ты сам говорил, что он варьирует скорость, чтобы попасть в Землю. Без такой возможности он с большой вероятностью промахнется, и астероид пролетит мимо. Аварийные коды есть у меня и у руководителя миссии. Но пока администраторы центра разберутся что да как, пройдет куча времени. Минимум полчаса. Они нихрена не успеют. Дайте мне доступ к каналу передачи данных ЦУПа. Я все запущу отсюда за пару минут.

- Мишаня! Твою мать! Да ты спаситель Америки! Я бегу к шефу. А ты быстро за компьютер.

- Бегу, Миша отставил пиво и бросился наверх.

В кабинете он запустил компьютер, нашел нужный файл в одной из папок и запустил запрос на канал связи с ЦУПом. Там стояла полностью цифровая автономная система, имеющая только один внешний шлюз, который был максимально защищен. Чтобы принять информацию извне, нужно было ввести специальный сложный цифровой код, который действовал очень короткое время. Получить такой код можно было только с разрешения главного администратора и директора центра.

- Давайте быстрее там. Ну же. Что вы копаетесь, нетерпеливо бубня, Коган посмотрел на часы. По его прикидкам, до удара оставалось минут пятнадцать. Сейчас была дорога каждая секунда. Чем ближе астероид подлетит к Земле, тем больше будет шанс столкновения, даже если взорвать реактор. Ну наконец-то, он увидел, что пришел файл с электронным ключом, и взялся за мышку, чтобы скопировать его в систему допуска, но почувствовал, как в затылок уперлось что-то жесткое и холодное.

- Не делай этого, прозвучал сзади голос Яны.

Не понимая, что происходит, он оглянулся и прямо перед глазами увидел черное отверстие глушителя.

- Яночка, ты чего? пролепетал он, не понимая, что происходит. Откуда у тебя оружие?

- Не делай этого, Миша. Пусть все идет своим чередом, спокойно сказала подруга и отступила на шаг.

- Как своим чередом? Там астероид! Сто миллионов тонн. Погибнет много людей. Я могу все это остановить.

- Не надо ничего останавливать. Давай лучше собираться.

- Куда? оторопел Коган.

- Домой, Миша. Домой, вздохнула подруга и добавила чуть громче: Заходите, мальчики.

Через минуту в кабинет вошел Ваха с двумя крепкими парнями, посмотрел на сидящего с открытым от удивления ртом Когана и с видом знатока заявил:

- Завис ботан. Может укольчик ему?

- Миша, тебе нужен укольчик? чуть прищурившись, спросила Яна.

- Какой укольчик? Милая, что происходит? Откуда тут Ваха?

- Понимаешь. Наше время здесь истекло, Яна заткнула пистолет сзади за пояс. Мы едем домой. В Россию. Ваха и его люди помогут нам перебраться в Мексику. Там нас ждет корабль. Через пару недель ты будешь дома.

- Вы с Вахой это Того Типа вместе?

- Типа вместе и типа делаем одно дело, улыбнувшись, кивнул абхаз. Ты не о нас, ты о себе сейчас думай. У тебя вся жизнь впереди. Как ты ее дальше проживешь, тебе решать. Хочешь как предатель тогда тюрьма. Хочешь как патриот тогда почет и уважуха. От твоего решения будет зависеть и отношение к тебе. Но у нас по любому приказ доставить тебя домой. И мы это сделаем.

- А астероид? растерянно спросил Миша, глядя на часы на мониторе, которые неумолимо отсчитывали секунды до столкновения.

- А что астероид? Астероид сделает свое дело, безразлично пожал плечами Ваха. Не зря же ты тут четыре года работал.

- Яна? Миша перевел испуганный взгляд на подругу.

- Миша, мило улыбнулась она. Или ты с нами идешь сам, или мы обколем тебя химией и все равно доставим в Мексику на корабль. Выбирай.

- Сам, поникшим голосом ответил Коган, понимая понемногу, что все, что с ним произошло за последние годы, было четко спланированной операцией. Я пойду сам, он протянул руку к клавиатуре, но тут же отдернул, услышав окрик абхазца.

- Руки на колени! Ну-ка, посмотрим, что тут у нас, Ваха подошел к столу, склонился к монитору. О! Да у нас, похоже, открыт внешний канал в ЦУП. Может, запустим им вирус и все там, нахрен, обвалим?

- Не надо самодеятельности, качнула головой Яна. Если бы Центру нужно было обвалить ЦУП, я бы уже это давно сделала. Работаем четко по плану. Миша! Подъем и бегом в машину. Так мы тут доболтаемся, что коридор на границе закроют.

С поникшим видом Коган поднялся с кресла и пошел к лестнице. Он хотел спросить про личные вещи, деньги и документы, но тон его подруги был настолько жестким и безапелляционным, что лучше было промолчать.

За тысячу километров на космодроме Альфа Спейс в Центре управления полетами в серверной у центрального пульта суперкомпьютера три человека склонились к монитору. Они с замиранием сердца ждали, когда Коган подключится к каналу связи и отдаст искусственному интеллекту серию команд, активирующих экстренный контур управления реактором, а затем еще серию на его перегрев.

- Ну, где же он, простонал руководитель миссии и набрал Мишин номер. Телефон не отвечал.

- Что твои программисты? спросил поникшим голосом наблюдатель НАСА главного администратора ИСИНа, сидевшего за клавиатурой.

- Ключи у нас. Но составление команд займет время. Мы не успеем.

- Твою мать. Осталось меньше десяти минут, сквозь зубы выругался насовец и уставился на монитор, где висело пустое окошко двусторонней связи.

В это время Миша Коган в сопровождении Вахи и Яны ехал на аэродром местной летной школы. Там их ждал небольшой частный самолет. Через несколько часов в Мексике он пересядет на сухогруз, идущий в Россию. Как встретит его Родина? Как предателя или как патриота? Над этими словами Вахи он сейчас как раз очень серьезно размышлял.

США. Вашингтон

Новость о том, что Зевс начал ускорение в сторону Земли, застала президента в лимузине на пути из Пентагона в Белый дом. Он только что провел довольно продуктивную встречу с министрами обороны ключевых стран НАТО и руководством блока, поэтому настроение было приподнятое.

В то время как ЕС все больше и больше превращался в разлитый по карте Западной Европы бесформенный и бесполезный политический кисель, погрязший в собственных наивных иллюзиях и инфантильных фантазиях, Североатлантический блок, и особенно его военная составляющая, все еще представлял из себя серьезную силу. И пусть из Брюсселя стали чаще звучать голоса молодых левых политиков о том, что надо, наконец, покончить с американской оккупацией Старого Света, но взращенная, воспитанная и щедро подкармливаемая Пентагоном военная верхушка Западной Европы все еще послушно стояла в строю, готовая выполнить приказ американского командования.

Сколько будет продолжаться такое не вполне устойчивое состояние, сказать было сложно. У Богарта имелась вполне конкретная цель. Европу надо продержать в натовской узде до начала его второго президентского срока. На это время в США планировалась денежная реформа, которая обнулит вышедшую из-под контроля долларовую массу и спровоцирует глобальный финансовый и экономический кризис, по разрушительной своей силе сравнимый с мировой войной. Поскольку финансовые рынки ЕС полностью завязаны на американскую валюту, ее реформа вызовет коллапс европейских экономик. Тогда американские корпорации скупят все по дешевке и будет сделан еще один шаг к корпоративному будущему, при котором 2-3 глобальные мегакомпании будут управлять всем миром.

Пока этот план без особых срывов двигался к своему осуществлению. Как бы подтверждая это, полчаса назад высшее европейское военное командование заискивающе смотрело в рот американскому президенту, благоговейно ловя каждое его слово. Можно было быть уверенным, что назначенное через час выступление генсека альянса перед Конгрессом пройдет на ура и европейцы вернутся домой, воодушевленные осознанием собственной значимости и преисполненные чувством североатлантической солидарности. Поэтому настроение у Богарта было превосходное.

Пока не позвонил администратор^[48] НАСА.

- Сэр. У нас проблемы с Зевсом, срывающимся голосом сообщил он.

- Что опять случилось?

- Корабль не вошел в режим торможения. Контроль над двигателями полностью потерян.

- Жаль, вздохнул президент. Жаль терять корабль и пять триллионов баксов. Наверно, миссия оказалась слишком сложна для одного бизнесмена, даже такого гениального, как Теон.

- Это не все новости, сэр. Управление двигателями невозможно с Земли. Но, похоже, искусственный интеллект корабля их полностью контролирует. Двигатели вместо режима торможения вошли в режим ускорения. Сейчас корабль и астероид движутся к Земле на огромной скорости.

- Да? Вы просчитали траекторию?

- Это очень сложно сделать. Параметры движения нестабильны. Периодически включаются маневровые двигатели. Такое ощущение, что корабль выводится в определенную точку в пространстве к определенному времени. Мы не можем просчитать ни это место, ни это время.

- Правильно. Теон говорил, что он выйдет в какую-то точку на орбите, где его захватит притяжение Земли.

- Это было бы возможно, если бы Зевс начал торможение. Но он ускоряется. Он давно прошел пороговое значение скорости, при котором его может захватить гравитация планеты.

- Так куда он летит?

- Мы не знаем, сэр.

- Как не знаете? У вас, блин, самый мощный суперкомпьютер в стране, тысячи яйцеголовых гениев со всего мира, а вы не можете просчитать траекторию? не скрывая раздражения, спросил президент. Так нахрена я на вас трачу тридцать миллиардов в год?

- При всем уважении, сэр. На этом этапе траекторию просчитать невозможно, обиженным тоном ответил администратор.

- То есть астероид может попасть в Землю? президенту вдруг пришла в голову эта неприятная мысль.

- Такая возможность не исключена. Он может попасть в Землю или пролететь мимо и уйти дальше в космическое пространство.

- Охренеть. Где Теон?

- Теон Курц недоступен. В ЦУПе Орбитал сообщили, что он вылетел в Вашингтон.

- Херасе новости, Богарт в раздумье помял подбородок. По вашим прикидкам, когда астероид может врезаться в Землю.

- Через 25 минут плюс минус пять в зависимости от скорости, с ходу ответил администратор.

- Раз у вас не получается просчитать траекторию, вы, конечно, не в состоянии сказать, куда он может попасть.

- Точно сказать это невозможно. Но, если астероид попадет в Землю, то он ударит где-то в северном полушарии, потому что заходит с северной полусферы эклиптики.

- Какой силы будет удар?

- На такой скорости его мощность будет на уровне 90 мегатонн.

- Сколько? не веря своим ушам, переспросил Богарт.

- 90 мегатонн, сэр, повторил насовец. Плюс-минус.

- Плюс-минус, вашу мать! Да если эта хрень попадет в нас, она выжжет все на территории нескольких сотен километров. А если где-нибудь рядом в океан, то наши побережья затопит цунами. Срочно на связь с Пентагоном, с NORAD^[49]! Сообщите об угрозе. Подключайте к себе все, что у них есть спутники, антенны. Нам надо знать траекторию. Немедленно. И еще. Никому об этом ни слова. А тот тут такая паника поднимется, что никакой полиции не хватит. И еще. Найдите мне Теона. Хоть из-под земли достаньте, но чтоб через пару минут он был у меня на связи.

Еще раз выругавшись, президент набрал министра обороны и приказал ему сбить астероид или хотя бы отклонить в сторону, если он будет лететь к Земле. Тот отзвонился почти сразу. В стратегических войсках сообщили, что у них нет возможности быстро перенацелить ракеты на астероид. Для этого надо несколько часов.

Как раз во время разговора с главой Пентагона сидящий напротив помощник показал условный знак о том, что пришло важное сообщение. Богарт попросил министра подождать и взял протянутый ему планшет. На него с экрана смотрел астронавт в парадной форме Орбитал и арафатке цвета хаки.

Я, Абдул Хамид аль-Тикрити, известный вам как Берни Роджерс, бортинженер космического корабля Зевс.., произнес он, глядя в камеру.

В это время президентский кортеж все еще двигался в сторону Белого дома. До столкновения оставалось 19 минут.

Если бы президент для встречи в Пентагоне решил воспользоваться вертолетом и был сейчас в воздухе, то за пять минут смог бы долететь до находящейся в двадцати пяти километрах от Вашингтона авиабазы Эндрюс. За это время там уже был бы готов к взлету Борт номер один. Пара минут на взлет, три на набор высоты и скорости и еще минут восемь-девять оставалось бы для того, чтобы отлететь километров на сто от Вашингтона на восток, чтобы ударная волна застала самолет над океаном. В этом случае, если бы президентский боинг не выдержал удара, он бы мог укрыться в обладающей исключительной плавучестью и автономностью спасательной капсуле и продержаться в ней до недели в ожидании, пока ее подберут спасатели. Или же просто развернуть вертолет от Вашингтона в надежде, что удастся отлететь как можно дальше. Новый президентский Marine One^[50] VH-71^[51] за двадцать минут мог отлететь на те же сто километров в зону средних разрушений и там попытаться найти безопасное место для посадки на одной из военных баз.

Но Богарт решил воспользоваться лимузином, потому что расстояние от Белого дома до Пентагона было всего около шести километров и потому что ему хотелось неспешно прогнать президентский кортеж по улицам и напомнить о себе горожанам.

По этой причине выбор способов эвакуации у Секретной службы был довольно ограничен. Первый, наиболее очевидный вариант, добраться до Белого дома и укрыться в находящемся под ним бункере. Второй развернуться и вернуться в Пентагон. Там тоже находился бункер. Он был больше размером, глубже и имел лучшую инфраструктуру, построенную для управления войсками. Проблема была в том, что здание министерства и бункер имели не зависимый от сети источник питания небольшой атомный реактор, находящийся на самом нижнем уровне. Установка хоть и была отделена от рабочей части убежища бетонным щитом, но, как она себя поведет при ударе в 90 мегатонн, никто не знал. Третий вариант предполагал использование вертолета Секретной службы, который постоянно сопровождал президентский кортеж. Это был стандартный городской четырехместный Explorer^[52], использующийся для рекогносцировки, наблюдения и снайперской поддержки с воздуха, не бронированный, не оборудованный дополнительными средствами безопасности, но маневренный и быстрый, способный за оставшееся до столкновения время преодолеть километров девяносто.

В экстренных случаях, когда опасность неминуема и представляет собой фактор непреодолимой силы, решение по способу и месту эвакуации принимает старший агент Секретной службы, обычно являющийся личным пристяжным телохранителем президента. На этот раз ситуация была настолько необычной, что он замешкался и решил связаться со своим боссом. Тот уже был на телефоне с НАСА, где ему рассказали, что это все не шутка, что угроза реальна и что если астероид действительно попадет в район Вашингтона, то его удар будет эквивалентен 90 мегатоннам. Если бы насовцы сказали про кратер диаметром в одиннадцать километров и глубиной в три, то, возможно, решение директора Секретной службы было бы иным. Но в штаб-квартире НАСА, расположенной в трех километрах от Белого дома, уже начали эвакуацию персонала в убежище, поэтому сведения были самыми общими. Основываясь на них, было решено укрыться в бункере под Белым домом, построенном на случай внезапного ядерного удара. Прямого попадания заряда в 90 мегатонн он, конечно, не выдержит, но если эпицентр взрыва будет за пределами радиуса в три километра, то в укрытии вполне можно будет выжить и дождаться спасателей. К тому же президентский бункер был связан несколькими подземными ходами с другими убежищами Вашингтона. По ним можно выйти в более безопасный район и даже к авиабазе Эндрюс в двадцати пяти километрах к юго-востоку. На тот момент такой вариант выглядел самым логичным.

На согласование с директором у старшего агента ушло три минуты. После этого тяжелые бронированные внедорожники сопровождения рванули вперед и, расталкивая бамперами попавшиеся по пути автомобили, расчистили президентскому Зверю^[53] дорогу. Как раз в этот момент в Вашингтоне была объявлена общая тревога и FEMA^[54] выдало в эфир сообщение о возможном падении астероида на город.

Для того чтобы осознать, что происходит, жителям понадобилось несколько минут. В этот момент их как раз подстегнул пронзительный вой сирен тревоги. Началась паника. Машины заметались по трассе и, несмотря на усилия полиции, пытавшейся освободить маршрут для президента, сбились в непроходимые пробки. В это время президентский кортеж уже проскочил Арлингтонский мост и попал в затор на кольце у мемориала Линкольна в полутора километрах от Белого дома.

До столкновения оставалось четырнадцать минут, и старший агент принял решение. Он посадил вертолет сопровождения на обочину, перевел туда президента, и тот уже через четыре минуты был на лужайке своей резиденции. Три минуты бегом к эскалатору по коридорам, заполненным мечущимися в панике сотрудниками. Две минуты на скоростном лифте на нижний президентский уровень. Еще минута ушла на блокировку бункера и перевод его в автономный режим.

Тяжело дыша и вытирая пот со лба трясущейся от неожиданной нагрузки и нервного напряжения рукой, Богарт повалился в кресло.

- Это что за хрень! Что, блин, происходит! Воды, прохрипел он и, сделав несколько глотков из пластикового стакана, предложенного агентом, спросил: Сколько осталось?

- Не знаю, сэр покачал головой тот. Минут пять, наверно.

- Боже, как хорошо, что мои в Калифорнии, простонал президент. Где помощник? Кто еще здесь есть из офиса? Дайте мне директора FEMА. И министра обороны.

- Вам лучше перейти в ситуационный зал, посоветовал личный помощник, успевший втиснуться в вертолет с президентом. Там селекторы и видеосвязь. Вы сможете даже обратиться к нации.

- Да. Конечно. Обратиться к нации, по-стариковски опершись на подлокотники кресла, Богарт поднялся и, поправив распущенный галстук, пошел по короткому коридору в основное помещение бункера, где находилось все необходимое для управления страной во время ядерной атаки.

Околоземное космическое пространство. USSC Зевс

Сорок семь часов назад Зевс стронулся со своей позиции за орбитой Луны и, набирая скорость, пошел в сторону Земли. Он итак провел на залунной орбите больше расчетного времени в ожидании последнего подтверждения о том, что все цели будут находиться в нужное время в одном месте. Эта тягостная пауза затянулась настолько, что появился риск выхода планеты из конуса уверенного маневрирования. Это могло поставить под угрозу всю операцию или как минимум сделать ее не такой эффективной, как планировалось изначально. Но буквально в последний час неизвестные кураторы прислали подтверждение на начало заключительной фазы и файл для искусственного интеллекта с точными параметрами для вычисления и управления траекторией. Теперь корабль шел в расчетную точку в пространстве, чтобы там встретиться с Землей и вместе со своим смертоносным грузом войти в ее атмосферу.

Времени было достаточно. Из ЦУПа никто не беспокоил. Там были уверены, что частичный контроль над ИСИНом позволит в нужное время отключить маршевые двигатели, а реверсные запустить в режиме торможения. За оставшиеся часы Роджерс записал заранее приготовленное обращение. Закачал его в систему связи и установил таймер на трансляцию и рассылку. Время было выбрано так, чтобы у целей не было возможности покинуть зону столкновения и на себе ощутить всю силу возмездия.

Затем Берни подготовил спасательную капсулу. Провел диагностику систем. Еще раз проверил все расчеты. Смоделировал на компьютере траекторию и интегрировал программу отстыковки с основным ИСИНом, чтобы тот отстрелил капсулу в нужной точке за секунды до входа в атмосферу.

Они долго обсуждали этот момент с Мади. Молодой человек был готов пожертвовать жизнью во имя великой цели и сгореть вместе с кораблем для того, чтобы убедиться, что астероид ударит в нужное место. Но наставник настоял на том, что сын расстрелянного капитаном Богартом иракского пленного раненого офицера должен жить и наблюдать из безопасного места, как Америка будет биться в предсмертной агонии. Да и путь от входа в атмосферу до расчетного места столкновения займет всего секунду. За это время ничего изменить уже будет нельзя. Поэтому Берни согласился покинуть корабль.

Те, кто в реальности руководили операцией, предоставили алгоритм действий, программы автоматической отстыковки и траектории спускаемого модуля, чтобы тот приземлился на дружеской территории. На их территории.

Все это время Роджерс старался не думать, кто в реальности стоит за операцией. Мади был человеком, несомненно, умным, опытным и проницательным, обладающим огромными деньгами и серьезным влиянием на Востоке, но он в одиночку не смог бы осуществить акцию такого запредельного уровня сложности. Вначале Берни думал, что за всем стоит давний враг Америки Иран, но потом все больше и больше склонялся к тому, что только одна сила могла спланировать и осуществить такой сложный проект. И вот теперь подтверждение было получено. Он посмотрел на траекторию спасательной капсулы и уважительно покачал головой.

Зевс с астероидом войдут в атмосферу над Северной Америкой приблизительно под углом в сорок градусов с северо-запада на юго-восток. За секунды до этого сработает программа автоматической расстыковки модулей, они разлетятся в стороны, развалятся на куски и сгорят в атмосфере. В этом фейерверке выживет только один объект спасательная капсула, в которой будет находиться Берни Роджерс. Он в очередной раз посмотрел на монитор. Пунктир корректируемой траектории спускаемого аппарата заканчивался где-то в болотах Колымской низменности в устье реки со странным, почти инопланетным названием Индигирка. На Крайнем Севере России.

Россия

Никто рядом с ним не произносил это слово вслух. Но теперь стало очевидным, что именно Москва стояла за операцией. Цепочка, на первый взгляд, не связанных между собой событий наконец открыла свой реальный смысл, приобретя законченность и совершенство гениального шедевра. Все этапы операции были продуманы, спланированы и отработаны на высшем уровне. Новый ионный двигатель, доведенный до рабочего состояния российским ученым, попал к миллиардеру и инноватору Теону Курцу. Тот на его основе спроектировал и построил первый в мире межпланетный корабль. Теон, мечтающий о Марсе, получил от Мади идею о доставке на орбиту астероида стоимостью в несколько триллионов долларов, который решит все вопросы с финансированием чрезвычайно дорогостоящей марсианской миссии. Проект оказался настолько фантастическим и открывающим такие заоблачные перспективы, что его поддержали в Белом доме и сделали все, чтобы он осуществился. Затем он, Берни Роджерс, попал на корабль, взял его под контроль, вернул к Земле и, как дротик, нацелил в мишень. Теперь в его руках судьба самой сильной державы на планете, судьба ее столицы, ее президента, ее Конгресса.

Хотя нет. Конечно же, их судьба не в его руках, а в руках кураторов проекта.

Мысль о том, что за операцией стоит великая страна и одна из самых сильных разведок мира, грела душу и наполняла все, что он сделал, совершенно иным, более глубоким смыслом. Теперь удар астероидом по Вашингтону был не просто возмездием за разрушение его родины, унижение его народа и гибель отца, он становился частью большой геополитической игры, которая навсегда изменит мир. И в этой игре он, Берни Роджерс, сделал первый атакующий ход главной фигурой на доске.

Лучшей судьбы представить было сложно.

Согреваемый такими мыслями, Берни провел последние часы на корабле в состоянии небывалого душевного подъема. Ему хотелось кричать на весь мир, что Америке пришел конец, что грядет новая эра, что теперь у планеты будет новый справедливый лидер. Но согласованное обращение было коротким и сухим. А раз так надо, значит так и будет.

Запустив запись со своим обращением в эфир и отправив ее в десяток основных американских СМИ, Роджерс проплыл в жилой модуль, забрался в спасательную капсулу, устроился в одном из кресел и еще раз проверил все системы. Он жалел, что нет иллюминаторов и нельзя будет следить, как развалится Зевс, как грузное тело астероида войдет в атмосферу и превратится в несущийся к Земле огненный шар. Жаль, что не удастся понаблюдать за этим вживую. Но ничего. На Земле у него будет время еще и еще раз просмотреть эти кадры. Ведь русские спутники наверняка зорко следят за тем, что сейчас произойдет.

Роджерс сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и посмотрел на таймер. До отстыковки осталось меньше десяти минут. Он закрыл глаза и попытался расслабиться. Но вместо этого в сознании всплывали обрывки воспоминаний последних лет. Разговор с Мади. Знакомство с Теоном. Переезд в Штаты. Строительство корабля. Первый полет на орбиту. Первый выход в космос. Старт к астероиду. Эти недавние эпизоды его жизни затянули в свой водоворот и увлекли по зыбкой дорожке памяти все дальше в прошлое.

Из оцепенения Роджерса вывел резкий зуммер готовности к отстыковке. Затем без предупреждения капсулу сильно тряхнуло. Включилось красное аварийное освещение. Замигал десяток датчиков, и его резко потянуло вначале в одну сторону, потом в другую. Это маневровые двигатели выравнивали спасательную капсулу, чтобы она вошла в атмосферу широким днищем, покрытым многослойной термозащитой. Наконец стабилизация закончилась, Роджерса с силой вжало в кресло, и он всем телом почувствовал утробное гудение включившихся тормозных двигателей. Через несколько секунд их звук стих. Спускаемый аппарат мелко задрожал от контакта с верхними слоями атмосферы. Вибрация стала сильнее, снова послышался сдавленный гул, когда капсула столкнулась с реальным сопротивлением воздуха. Несмотря на то что перед глазами был монитор со схемой приземления и таймером, Берни потерял счет времени. Он тихо молился, чтобы посадка прошло удачно.

К реальности его вернул легкий толчок, потом еще один, и наконец капсулу ощутимо тряхнуло, так что его опять вжало в кресло. Это один за другим вышли два вытягивающих и основные парашюты. Дальше снижение проходило плавно. Роджерс почувствовал непривычную тяжесть земной гравитации. Он трижды спускался с орбиты таким способом и знал, что ожидать, но на этот раз ощущения были иными, видимо, от того, что провел в невесомости почти три месяца.

Минуты спуска на парашюте тянулись нестерпимо долго. Включилось основное освещение. На мониторе появилась картинка с внешних камер. Он находился над плотной облачностью и довольно быстро снижался. Вот он вошел в облака и на мониторе показались текущие по линзе камеры снизу вверх от инерции спуска капельки дождя. Обычного земного дождя.

Наконец облачность закончилась. В небольшом просвете Берни успел заметить, что поверхность земли затянута плотным туманом. Тут же снова включилось аварийное освещение. Несколько раз проверещал зуммер, предупреждая о контакте с поверхностью. Он сгруппировался, ожидая сработки тормозных пиропатронов. Снаружи раздался хлопок, слышимый даже через герметический корпус. Капсулу сильно тряхнуло. Она на мгновение зависла в воздухе на высоте три метра над поверхностью. В этот момент сработали компрессоры, загоняя сжатый воздух в амортизационные подушки под днищем, на которые тут же рухнул спускаемый аппарат. Подушки самортизировали, активно стравливая воздух, но лопнули под навалившейся тяжестью капсулы, и она с метровой высоты рухнула на грунт.

Медленно выдохнув, Берни прислушался. Кроме чуть слышного потрескивания внутренней обшивки и тихого шелеста системы кондиционирования не было слышно ничего. Он медленно огляделся, словно ожидая найти внутри нечто новое, потом перевел взгляд на монитор. Навигатор уже определил точное место его приземления. Включился маяк. Заработала система подачи и фильтрации внешнего воздуха. Роджерс протянул руку, снял монитор с консоли, и тот тут же перешел в режим планшета. Он коснулся нескольких иконок на сенсорном экране, вызывая меню управления спускаемым аппаратом. Быстро проверил параметры и, убедившись, что они в норме, попытался открыть люк. Ничего не получилось. Команда была заблокирована извне. Что ж, придется ждать, пока его найдет поисково-спасательная группа.

Берни достал термос с какао вытянул трубку и, сделав несколько глотков, вывел на планшет картинку с внешних камер. Видимость была метров семьдесят. Пейзаж под стать инопланетному названию реки, в устье которой он приземлился. Бурый мох с редкими, стелющимися по земле чахлыми кустиками. Вокруг разбросаны клочья амортизационных подушек. На границе видимости ветер шевелил огромные полотнища парашютов, которые автоматически отстрелились, когда сработали тормозные пиропатроны. Все выглядит неприветливо, сурово, пусто.

А вдруг меня не найдут, скользнула в голове шальная мысль. Роджерс снова посмотрел на экран планшета. Маяк работал в заранее заданном алгоритме, постоянно меняя частоты, чтобы труднее было засечь вражеским спутникам. Хотя американцам сейчас не до этого. Он взглянул на мерно отсчитывающий секунды хронометр. Столкновение должно было произойти минут десять назад. Берни нетерпеливо поерзал в кресле. Ему так хотелось сейчас сделать две вещи: выбраться наружу, вдохнуть свежего земного воздуха и узнать, попал ли астероид в цель. Ни то, ни другое пока сделать было невозможно.

Астронавт постарался унять возникшее ниоткуда волнение, сделал еще глоток какао и попытался расслабиться в кресле. Его предупреждали, что до подхода поисковой группы может пройти несколько часов. Вертолеты, которые обычно сопровождают спускаемый аппарат последние несколько километров перед контактом с поверхностью, было решено не использовать, чтобы не привлекать внимание. Поэтому добираться будут по земле. А это при подтаявшей мерзлоте дело небыстрое. Он хорошо помнил уроки выживания в пустыне, в море, в тайге и в джунглях, которые проходил во время подготовки в НАСА. Спасательная капсула была обеспечена всем необходимым, чтобы поддержать жизнь четверых человек на протяжении недели. У него были карты, еда, вода, медикаменты и оружие, поэтому за свою жизнь опасений не было. Но как же хотелось, чтобы его нашли побыстрее.

Долго ждать не пришлось. Не успел Берни расслабиться в своем кресле, как на мониторе появилось короткое сообщение: ETA in 40^[55]. Значит, группа скоро будет на месте. Берни подумал и написал: Разблокируйте люк. Ответ Отказано его немного огорчил. Но, видимо, у русских были свои процедуры по приему спускаемых аппаратов.

Через 37 минут сработали внешние датчики движения. Роджерс посмотрел на монитор и увидел, что из тумана выплыли три небольших аппарата на воздушной подушке. Резко сбросив скорость, они подошли на расстояние метров двадцать к капсуле. Остановились. Из одного выбрались четверо человек в костюмах химрадиозащиты с приборами и быстро сделали какие-то замеры. Как только эта процедура была закончена, появились остальные. Всего человек десять. Все в утепленных военных куртках с накинутыми меховыми капюшонами, защищавшими от холодного ветра.

На мониторе появилось сообщение Выходной люк 1 разблокирован. Разрешено покинуть спускаемый аппарат.

Берни щелкнул на панели парой тумблеров. Сбоку зажужжали приводы, и один из двух люков проворно отъехал в сторону. Внутрь ворвался холодный, сырой, пахнущий прелым мхом и горелым порохом от пиропатронов воздух. Астронавт аккуратно встал, осторожно размял ноги и, пробравшись к люку мимо соседнего кресла, выглянул наружу.

- Добро пожаловать на Землю, мистер Роджерс, поприветствовал его один из встречающих.

Снаружи стояли трое в военной форме без знаков отличия. Они уже подставили короткую лестницу и были готовы в любой момент подстраховать. Берни, держась за скобы, поставил одну ногу на лестницу, затем просунул туловище в люк и наконец полностью выбрался из капсулы. Двое военных еще на лестнице подхватили его за руки, тут же усадили в легкое пластиковое кресло, надели вязаную шапочку и укутали в толстое одеяло. Один из них достал из сумки портативный диагностический комплекс и соединился с индивидуальным модулем диагностики Роджерса.

- Пульс чуть учащен. Давление повышенное. Остальные параметры в норме. Транспортировку разрешаю в обычном режиме. Контакты разрешаю в обычном режиме, деловитым тоном сообщил он.

В этот момент один из встречающих, стоявших чуть поодаль, откинул капюшон и направился к Берни. Увидев, кто это, тот широко раскрыл глаза от удивления.

- Помогите. Я должен встать, сказал астронавт и, опершись на руку одного из военных, с трудом поднялся с кресла, превозмогая слабость в ногах и возникшее от обилия кислорода головокружение.

- Мой верный ученик. Ты сделал это! Мади Сахим бин Малик подошел к Роджерсу и осторожно, словно опасаясь повредить, обнял его. Ты сделал это. Теперь я могу назвать тебя сыном.

- Учитель, тот в почтении склонил голову, чувствуя, как на глаза навернулись слезы. Это большая честь для меня. Большая честь.

- Ты теперь гордость нашего народа, араб отстранился, жадными глазами рассматривая лицо Роджерса. Ты гордость всех, кому в этом мире дорога справедливость.

- Спасибо, смущенно прошептал Берни и задал терзающий его душу вопрос: Как? Как все прошло?

Не говоря ни слова, Мади достал из-за пазухи пластиковый файл с распечаткой спутникового снимка и протянул астронавту. Тот взглянул на сделанную с орбиты фотографию и, не в силах произнести ни слова, замер в оцепенении от сжавшего его сердце ужаса.

США. Вашингтон

Президент вбежал в оперативный зал бункера, плюхнулся в кресло главнокомандующего за столом совещаний и дрожащей от волнения рукой снял трубку прямого телефона с министром обороны. Было слышно, что тот находится в вертолете.

- Почему ты не в бункере? переведя дыхание, спросил он.

- Мне сказали, что если астероид попадет в район Вашингтона, то бункер бесполезен.

- Как? вскрикнул в отчаянии Богарт. Он же выдерживает десятки мегатонн, если эпицентр на расстоянии нескольких километров. Вероятность, что астероид попадет в Белый дом, очень мала.

- Это не ядерный взрыв, Ник. Это столкновение. Огромная энергия. Там кратер будет больше десяти километров и пару километров глубиной. Землетрясение. Смещение пластов. Температура под поверхностью будет градусов триста. Все, что находится в радиусе 30-40 километров под землей, будет смято и разорвано в клочья.

- О боже! Значит, мы все здесь погибнем. Я не могу в это поверить. Этого просто не может быть. Я же президент США. Я должен жить! простонал президент и в отчаянии огляделся вокруг. Послушай. Если я Если мы здесь все То я требую. Нет. Я приказываю нанести по Ираку массированный ядерный удар. Пусть там все нахрен сгорит. Люди, города. Все!

- Не могу принять приказ, сэр. На удар нужно разрешение Конгресса, обреченно вздохнул в трубку министр. Да и времени у меня уже нет. Чтобы активировать систему, нужно три ключа. И пару минут. А я чувствую, что у нас нет даже этой пары минут.

- К черту Конгресс! Если астероид попадает в Вашингтон, они все трупы. Если ты останешься в живых, то я приказываю

- Это вряд ли. Я слишком поздно вылетел. Меня тоже охрана потащила в бункер, но я чуть отбился. Я сгорю, как и все. Я пытаюсь добраться до авиабазы Эндрюс. Хотя шансов нет.

- Сколько осталось?

- Минута. Может меньше. Наверно.

- Обещай мне, что уничтожишь Ирак, что отомстишь за меня! прокричал срывающимся голосом в трубку Богарт.

- О, мой бог! вместо ответа прозвучал сдавленный шепот министра.

Через секунду послышался идущий отовсюду оглушительный треск. Бункер содрогнулся от мощного удара. Со стен полетели декоративные панели, обнажая бронированную капсулу, в которой находился центр управления. Находящийся за броней толстый слой армированного бетона выдержал внешнее давление. Однако целостность обшивки нижнего президентского уровня все же была нарушена. Мощная сила подземного толчка оторвала его от верхних этажей и протолкнула вместе с пластами грунта метров на шестьдесят на юг, затем разломала бетон пополам, а стальные листы капсулы скрутила вдоль продольной оси градусов на пятнадцать. В появившиеся трещины тут же пробился пар грунтовых вод. Затем ворвался нестерпимый жар, образовавшийся под землей от энергии столкновения.

Все, кто был в бункере, погибли.

Все, кроме Богарта и его помощника, которые находились в ситуационном зале. Это сооружение было чем-то вроде бункера в бункере и представляло из себя герметичную бронированную капсулу, способную выдержать невероятные нагрузки. Ее автоматическая система вовремя загерметизировала вход, толстые стенки компенсировали поднятие температуры, амортизационные пружины частично погасили внешнее давление, и оно лишь помяло метровую многослойную обшивку и деформировало стены и потолок. Но колоссальные подземные силы, порожденные столкновением, оторвали ситуационный зал от остальных отсеков бункера так, что он оказался засыпан породой. Без вентиляции. Без коммуникаций. Без связи.

* * *

Трехсотметровый астероид вошел в атмосферу с северо-запада на юго-восток в районе Великих озер^[56] под углом, приближающимся к пятидесяти градусам. За несколько секунд до этого от центральной хорды были отстыкованы модули полезной нагрузки, чтобы среди них затерялся спускаемый аппарат Берни Роджерса. Это немного нарушило баланс всей сцепки, но автоматическая программа корректировки, управляющая маневровыми реактивными двигателями, установленными на поверхности астероида, сумела ее скорректировать. До последнего момента она управляла пятью двигателями из шести, чтобы вывести космическую скалу на цель.

При входе в расположенную на высоте девяносто километров мезосферу на скорости в семьдесят пять километров в секунду двигатели и то, что осталось от Зевса, сдуло с поверхности астероида. Перед ним образовался огненный плазменный щит от сжатого неимоверным давлением воздуха. С Земли это выглядело так, как будто в небе на секунду зажглось еще одно неяркое солнце. Те, кто успел поднять головы вверх, смогли его рассмотреть, те, кто не успел, почти сразу же услышали идущий сверху оглушительный грохот и увидели в небе ослепительную вспышку, из которой к земле протянулся яркий дымный след. Это космический камень вошел в более плотную стратосферу. Из-за огромной скорости эффект был такой, будто он налетел не на разреженный на высоте пятьдесят километров газ, а на плотную бетонную стену. Через полсекунды астероид развалился на крупные фрагменты, которые теперь плотной группой неслись к поверхности, образовав сияющий огненный шар.

Астрономы-любители из центральной части Америки, успевшие вычислить траекторию и установить и настроить аппаратуру, смогли снять это завораживающее своей убийственной красотой зрелище. Длилось оно меньше двух секунд. Потом пронзившее небо копье апокалипсиса врезалось в землю. В месте столкновения возникла гигантская огненная сфера высотой несколько километров, которую было видно со всего центрального побережья.

Астероид не попал в Вашингтон.

Никакие вычисления и заумные программы не могли положить вошедший в атмосферу на огромной скорости камень неправильной формы прямо в расчетную точку. Но скорость как раз и стала основным фактором точности. Прохождение плотных слоев атмосферы до поверхности, где корректировка траектории невозможна, заняло менее двух секунд. За это время астероид отклонился совсем незначительно. Он ударил в районе городка Олни, расположенного в двадцати пяти километрах к северо-западу от столицы США.

В месте падения образовался кратер диаметром более двенадцати километров. Через несколько секунд, после того как огненный шар, клубясь и сияя раскаленными газами, начал подниматься вверх, образовав инфернальный гриб, российские спутники сквозь плотную завесу выброшенной столкновением в атмосферу породы сделали несколько снимков. На них можно было разглядеть, что вздыбившиеся вверх рваными глыбами края гигантской воронки расплавились от запредельной температуры и медленно отекают вниз. Датчики спутников показали, что глубина кратера превышает три километра. На этих же снимках были видны тотальные разрушения на полсотни километров от краев. Почти все, что находилось на этом расстоянии, было стерто с лица земли ударной волной и представляло из себя затянутую дымом полосу пожаров. Находящиеся в зоне сплошных разрушений Вашингтон, Балтимор, Фредерик и несколько десятков более мелких городков с общим населением около пятнадцати миллионов человек перестали существовать.

Смертоносное действие термического удара распространилось на сто восемьдесят километров. Примерно на таком расстоянии заканчивалась зона частичных разрушений. Здесь горело все, что могло гореть, а большая часть строений была разрушена взрывной волной и землетрясением. Население этой выжженной полосы, захватившей Филадельфию на севере и Ричмонд на юге, превышало восемнадцать миллионов человек.

В зоне слабых разрушений, закончившейся на расстоянии в 400 километров от кратера, жертвы и ущерб были минимальны. Люди в основном получали ранения от сыпавшихся сверху стекол, разбитых ослабевшей ударной волной, сорванных крыш, поваленных деревьев и разрушившихся ветхих строений.

Ударной волной, термическим излучением и спровоцированным столкновением землетрясением была нанесена только часть ущерба. Почти сразу же за этими поражающими факторами проследовало интенсивное выпадение миллионов тонн породы, выброшенной в атмосферу. Эти раскаленные осадки, варьирующиеся по размеру от крупных, с яблоко, до мелких, с песчинку, фракций, покрыли плотным спекшимся слоем огромную территорию в радиусе почти двести пятьдесят километров от места столкновения.

В результате удара астероида была разрушена почти вся центральная часть восточного побережья США с населением, превышающим 42 миллиона человек.

Картинка с орбиты не могла передать всего ужаса, который творился на земле, но и она ввела Берни Роджерса в состояние шокового оцепенения.

* * *

Пугающая темнота, нестерпимая жара и саднящая головная боль были первыми ощущениями Богарта, когда тот пришел в себя. Первые секунды ему казалось, что он спит и ему снится жуткий кошмар из тех, что преследовали его после командировок в Ирак. На той войне он был командиром роты на передовой. Терял бойцов. Убивал. Много убивал. Иногда без всякого смысла, без жалости и сострадания, просто чтобы выместить злобу на то, что чертовы арабы все еще сопротивляются, что не сдаются и не падают на колени перед победителем. Но тогда он выполнял приказ. Пусть не всегда отданный по уставу и правилам ведения войны, но все же приказ высокого и не очень начальства.

А может, он сейчас в аду? Может, его настигла расплата за прошлое?

Осторожно пошевелившись, президент прислушался. Тихое потрескивание остывающего металла. Едва уловимый запах то ли гари, то ли какой-то едкой химии. И жара. Боже, как жарко.

Чувства и память постепенно вернулись к нему вслед за ощущениями. Теон Курц. Космический корабль. Падение астероида на Вашингтон. Бункер. Да, бункер. Он в убежище под Белым домом. Оно, наверно, не выдержало удара и разрушилось.

Сдавленно застонав от боли в голове и плече, Богарт сел, снял пиджак и галстук, прислонился к теплой стене мокрой от пота спиной. Пошарил рукой вокруг. Покрытый специальной негорючей плиткой пол был тоже горячим и жестким. Провел рукой по лицу и почувствовал что-то влажное. Кровь. Наверно, когда пришла подземная волна, его сбило с ног. Он упал и ударился о что-то. В памяти всплыли последние минуты перед катастрофой. Эвакуация с трассы на вертолете, бег по коридорам Белого дома к лифтам, быстрый спуск на нижний президентский уровень. Вспомнилось, что хотел связаться с FEMA и министром обороны. Тогда его пригласили сюда, в зал управления. Здесь он разговаривал с министром. Он должен быть не один. Где-то за дверями должна быть охрана, а с ним в командном центре его личный помощник.

Черт. Как болит голова. Президент дрожащей от нервного напряжения рукой достал из кармана платок, вытер лоб и левую часть лица.

Надо успокоиться. Он жив. Значит, его будут искать. Судя по всему, астероид ударил на некотором расстоянии от Вашингтона, иначе он бы уже испарился вместе с бункером. Судя по тому, что целостность убежища нарушена, удар был где-то рядом. Значит, на поверхности тоже серьезные разрушения. Надо продержаться здесь до прихода спасателей. Через час-полтора все очнутся от шока и начнется спасательная операция.

Кто все? Задал он себе вопрос и в отчаянии закрыл лицо руками. Кто все?

Если его суперзащищенный бункер порвало на куски, то на поверхности должен твориться настоящий ад. Вашингтон наверняка полностью разрушен. Белый дом, его правительство, Конгресс, собравшийся в полном составе послушать генсека НАТО, Пентагон, штаб-квартиры ФБР, ЦРУ, МНБ, FEMA, все госучреждения, руководящие страной все разрушено. Кто будет его спасать? Он представил тот хаос и неразбериху, которая сейчас творится наверху, и тихо застонал от понимания того, что спасение будет нескорым.

Поэтому надо держаться. И, прежде всего, трезво оценить ситуацию.

Он находился в командном центре нижнего уровня бункера, который специалисты называли PEOC^[57] Президентский центр управления в чрезвычайных ситуациях. Из того что он помнил, этот зал представлял собой что-то вроде штаба со всем необходимым оборудованием для управления страной в случае, если работа на поверхности будет невозможна, а президента не удастся эвакуировать в один из подземных командных центров, оборудованных в глубине страны. Он представлял из себя накрытую бетонным щитом отдельную металлическую капсулу в двести квадратных метров, установленную на амортизаторах в бетонном помещении, заполненном специальной затвердевшей, но сохранившей эластичность полимерной пеной.

Президент несколько раз втянул носом теплый воздух и невольно поморщился. Запах горелой химии, наверно, исходил как раз от нее. Эта комната, находящаяся на глубине семидесяти метров, могла выдержать детонацию на поверхности даже тяжелых ядерных зарядов. Но проблема была в том, что удар пришелся сбоку. Поэтому все убежище было разорвано на фрагменты движением подземных пластов. Значит, капсула сейчас отрезана от своего уровня и от верхних этажей, где находится вся инфраструктура для поддержания жизни. Все коммуникации наверняка тоже нарушены.

Странно, что нет аварийного освещения. В зале где-то должны быть аккумуляторы и блоки бесперебойного питания. Надо вспомнить инструктаж по бункеру, проведенный Секретной службой в первые недели президентства. Он сделал несколько вдохов, потер виски. Секция аккумуляторов должна быть за серверной станцией. Огнетушители по углам. Фонари в нескольких шкафчиках на стенах. Там же аптечки. Защитные костюмы и противогазы в отдельном шкафу. Несколько кулеров с водой. Сухая еда в сервировочном столике. Там же чай и кофе. Твою мать. Почему тут нет алкоголя? Если он выберется живым, в следующем бункере обязательно будет шкафчик с алкоголем. Чтобы не так грустно было встречать свой конец.

Застонав от боли в плече, Богарт медленно поднялся. Подождал, пока пройдет головокружение, и в кромешной темноте осторожно двинулся вдоль стены. Надо было определить свое местоположение в комнате, чтобы сориентироваться. Сделав несколько шагов, он остановился и позвал помощника. Никто не ответил. Тот был либо без сознания, либо мертв. Президент снова двинулся вдоль стены, пока не наткнулся рукой на настенный ящик из тех, в которых были фонари. Наощупь нашел один и, направив от себя, включил. От разрезавшего темноту яркого света пришлось закрыть глаза. Но этой секунды хватило, чтобы мозг запечатлел обстановку в зале.

Массивный стол на два десятка человек и кресла остались на своих местах. Они были жестко прикручены к полу. На столе стояли мониторы. Ни один из них не проявлял признаков жизни, так же как и серверная станция, хотя все были снабжены источниками бесперебойного питания. Это было странно.

Богарт медленно открыл глаза. Он находился в противоположной от двери части зала у командного пульта и центра связи. Скорее всего, мощным ударом его выбросило из кресла и при падении он ударился головой о стену или пол. Потолок и некоторые части стен были деформированы внешним давлением. Герметичная дверь немного перекошена. В образовавшуюся узкую щель просачивался то ли дым, то ли пар.

Собравшись с силами, Богарт нагнулся, подобрал с пола бутылку воды, сделал несколько жадных глотков, потом смочил платок и аккуратно промокнул ссадину на лбу. Еще раз позвал помощника. Снова без ответа. Где же он? Может, успел выбежать? Идиот. Там, в основной части убежища, шансов выжить не было никаких.

Сделав еще глоток воды, президент осторожно оторвался от стены и пошел вдоль стола. Помощник лежал у двери. Пульса не было. Видимых повреждений тоже. Странно. От чего тогда он умер?

Немного постояв над телом, Богарт снова осмотрел зал. Компьютеры не работали, серверная тоже, большой настенный экран был мертв, аккумуляторы не проявляли признаков жизни. Значит, что-то случилось с электричеством, а у помощника был кардиостимулятор. Возможно, от столкновения в эпицентре возник электромагнитный импульс, который выжег электронику. Но здесь должно было быть экранирование. Хотя удар пришелся сбоку и защитный контур, рассчитанный на вертикальные нагрузки, просто могло порвать. Значит, связи, скорее всего, тоже нет.

Он сделал несколько неуверенных шагов к столу, опустился в кресло и посмотрел на свои дрожащие от шока руки. Ситуация оказалась более чем печальной. У него была вода и еда. При желании здесь можно продержаться несколько недель. Но он находился на нижнем уровне на глубине почти в семьдесят метров. На поверхности-- был разрушенный город, разрушенное побережье и растерянная, оставшаяся без руководства страна.

Шансы, что его спасут, были минимальными.

И все же он будет бороться до конца. До последней капли воды. До последней крошки пищи. Как учили в военной академии. Как было несколько раз в Ираке, когда он выходил живым из смертельно опасных операций. Но вначале связь. Надо проверить пульт.

Сделав несколько глубоких вдохов, Богарт попытался встать, но закашлялся и снова рухнул в кресло. Нет, вначале надо загерметизировать щель в двери, через которую сочится этот противный дым.

Мексика. Побережье Мексиканского залива

От космодрома Орбитал в окрестностях техасского городка Браунсвилл, расположенного на мексиканской границе, до виллы, подготовленной Акостой для эвакуации босса, было чуть больше двухсот километров. Частный самолет Теона уже заходил на посадку на заброшенный местный аэродром, когда до него дошла ударная волна от падения астероида. Это даже была не полноценная волна, а расходящаяся теряющим силу концентрическим кругом полоса компрессии воздуха, за которой следовала обширная зона низкого давления. Небольшой шестиместный Гольфстрим вначале круто просел на правое крыло, а потом резко провалился в воздушную яму так, что его пассажиров приподняло над сидениями. Если бы не ремни безопасности, застегнутые после предупреждения пилота о посадке, то без травм наверняка бы не обошлось.

Скрипнув фюзеляжем и натужно зарычав двигателями, самолет быстро выровнялся и продолжил снижение. За окном промелькнули пляжи береговой линии, полоса заросших камышом прибрежных болот Сото Ла Марина, образованных небольшой впадающей в залив речушкой. Когда обрамляющие ее заросли прибрежного кустарника быстро сменились блеклым пустынным пейзажем, самолет заложил крутой вираж и клюнул носом, заходя на едва заметную грунтовую полосу.

Внизу гостя встречали три внедорожника с людьми Акосты. Быстро загрузившись, небольшой кортеж сразу же двинулся в путь. Через двадцать минут добрались до места назначения: расположенной в сосновой роще отреставрированной двухсотлетней гасиенде^[58], обнесенной высоким глиняным забором. Внутри оказалось довольно комфортно. Просторная гостиная, обставленная стилизованной под старину мебелью, три спальни, кухня, столовая, кондиционеры, а главное, Интернет и ТВ.

Оказавшись внутри, Теон бросил свою небольшую поклажу на диван, повалился в кресло и, всем телом подавшись вперед в предвкушении новостей, включил американский новостной канал. Там во весь экран зиял огромный дымящийся кратер с рваными краями, окруженный широкой полосой вздыбленной породы. Съемки велись с вертолета, поднявшегося на максимальную высоту. Это позволяло оценить катастрофический масштаб столкновения.

Астероид упал километрах в двадцати пяти севернее Вашингтона. Но столицу это не спасло. На месте ее северных пригородов теперь находились оплавленные склоны кратера. Там, где раньше были крупные образования агломерации Бетесда и Силвер-Сприг, на несколько сотен метров вверх вздымались огромные глыбы породы. Сам город был испепелен нестерпимым жаром огненного шквала, отутюжен до основания ударной волной и завален осадками, выброшенными в воздух при столкновении. То, что раньше было столицей великой страны, теперь представляло из себя дымящуюся серо-черную выезженную пустыню, из которой кое-где торчали остовы уцелевших строений, еще больше подчеркивая масштаб опустошения.

- О боже выдохнул стоявший рядом оперативник. Я думал, будет что-то вроде 11 сентября^[59]. А тут такое.

Теон прибавил звук.

Разрушена четверть побережья. Вашингтон и Балтимор стерты с лица земли. По приблизительным оценкам, погибли около пятнадцати миллионов человек. Зона сильных разрушений распространяется на 150-200 километров от кратера. Уничтожена вся структура управления страной: Конгресс почти в полном составе, Администрация^[60], штаб-квартиры основных министерств и служб. Президент успел укрыться в бункере. Жив он или нет, неизвестно. Белый дом находится в 16 километрах от края кратера. Руководство Министерства обороны также укрылось в бункере под Пентагоном. Специалисты утверждают, что переждать под землей удар такой силы невозможно. Министр обороны пытался эвакуироваться на вертолете, но связь с ним потеряна. Ущерб оценить никто не берется. Губернаторы сообщают о том, что во многих штатах появляются признаки паники. Люди скупают продукты и предметы первой необходимости. Появились случаи грабежей. Несколько губернаторов восточного побережья сформировали экстренный совет и пытаются организовать спасательные работы в зонах, где они возможны. В доступные для движения техники районы катастрофы выдвигаются военные для контроля ситуации и помощи населению.

- Это конец. Америка этого не переживет, неуверенно прошептал Теон, повернулся к стоявшему сзади старшему группы, которого все называли Брэд, и посмотрел на него так, словно ожидал какого-то решения.

- Босс. На экран, вместо ответа тот кивнул головой в сторону телевизора.

Картинка в новостях сменилась. На фоне кратера и выжженной земли в отдельном окне висело фото улыбающегося Теона.

до сих пор не понимаем, что произошло на Зевсе, продолжал вещать комментатор. Никто не может объяснить странное заявление астронавта Берни Роджерса. Некоторые говорят, что он террорист, некоторые, что это фейк. Есть версия, что управление кораблем было перехвачено сошедшим с ума искусственным интеллектом, который решил по-своему выполнить задачу по доставке астероида на Землю и убил экипаж, чтобы те ему не мешали. К сожалению, руководство Орбитал отказывается от комментариев. Там сейчас работает ФБР и инспекторы НАСА. Мы также не можем выйти на связь с Теоном Курцем. Есть сведения, что некоторое время назад он вылетел в Вашингтон. Не исключено, что его самолет попал под удар взрывной волны и рухнул, так и не долетев до столицы.

- Уж лучше пусть меня считают погибшим, чем оказаться в центре этого информационного ада, чувствуя, что находится на грани нервного срыва, он снова посмотрел на оперативника. Здесь есть выпить? Что-нибудь покрепче. Меня от этих новостей начитает трясти. И наберите мне Акосту.

- Босс. Акоста недоступен. У нас с ним односторонняя связь. Мы шлем сообщения. Он реагирует, если считает нужным, ответил Брэд и позвонил в стоявший на столе колокольчик.

Когда появилась служанка, он что-то быстро сказал ей по-испански. Через пару минут мексиканка вернулась с подносом, на котором стоял хрустальный графин с выдержанным бурбоном, ведерко со льдом и несколько стаканов.

Не отрывая взгляда от экрана, Теон налил себе полстакана, бросил пару кусочков льда и залпом выпил.

До позднего вечера он сидел, уставившись в телевизор, переключая каналы, жадно ловя каждую новость, не замечая, как пустеет хрустальный графин. Служанка предусмотрительно поставила перед ним на стол несколько тарелок с мексиканскими закусками, но он так и не притронулся к еде. Сейчас информация была его пищей. От новостей из Америки зависело, что произойдет с ним завтра, да и со всем миром тоже.

А в США события разворачивались стремительно. Если убрать заполнившие новостные каналы стенания оставшихся в живых политиков и истеричный визг журналистов, то получалось, что военные понемногу стали брать власть в стране в свои руки.

Территорию в радиусе 500 километров от взрыва объявили зоной бедствия под федеральным управлением. Конгресс и Администрация почти в полном составе были уничтожены. Пентагон, штаб-квартиры МНБ и FEMA вместе с управляющей инфраструктурой тоже. Губернаторы соседних штатов не имели ни опыта, ни ресурсов, чтобы бороться с последствиями катастрофы такого масштаба. Они и в мирное время не в полной мере справлялись со своими обязанностями, а сейчас вообще находились в состоянии перманентного шока. Поэтому никто не удивился, когда командующий Северного объединенного командования USNORTHCOM генерал Кристофер, в зоне ответственности которого находились США, а в миссии напрямую прописано участие в устранении последствий катастроф, выступил с заявлением, что ввиду полного разрушения системы государственного управления принимает прямое командование над всеми элементами в зоне бедствия. Затем он объявил на всей территории США режим национальной катастрофы, который, по аналогии с военным временем, лишал губернаторов значительной части полномочий и предполагал мобилизацию всех ресурсов на устранение последствий и восстановление пострадавших территорий.

Генерала в полном составе поддержал Объединенный комитет начальников штабов и почти вся военная верхушка. В первые же часы ему высказали поддержку два десятка губернаторов центральных, в основном консервативных, штатов.

Не дожидаясь реакции остальных, Кристофер начал действовать. В каждом штате был назначен военный комендант и создана чрезвычайная комиссия, в задачу которой входило поддержание общественного порядка, управляемости и обеспечение необходимых для зоны катастрофы ресурсов. Не все губернаторы восприняли такую инициативу с энтузиазмом. Руководство и элиты богатых либеральных штатов восточного и не пострадавшей от столкновения южной части западного побережья поняли, что придется на долгое время, возможно, на десятилетия очень туго затянуть пояса, и начали было поднимать волну протестов против власти военных за демократию и свободу. Но когда в их города вошли войска, недовольные очень быстро разбежались по квартирам, а политики и бизнесмены притихли, понимая, что с ними никто шутить не будет.

Не стал церемониться Кристофер и с возомнившими себя новыми хозяевами страны интернет-корпорациями. В крупнейших из них было введено внешнее управление, соцсети закрыты и переданы в подчинение FEMA для информирования населения.

Нация постепенно свыкалась с мыслью, что ради спасения страны все должны будут пожертвовать частью своего благополучия. Тот, кто не захочет это сделать добровольно, будет признан изгоем. А это в американском обществе, превратившемся в погоняемое интернет-пастухами стадо, означало верную гибель.

Так за несколько часов, прошедших после удара астероида, США из пусть фиктивной и похожей на гротескный комикс демократии превратились в полноценную военную диктатуру.

На следующее утро, когда мир отошел от первого шока, стали появляться более-менее вменяемые комментарии по экономике катастрофы. Сразу после столкновения на американских биржах включился автоматический защитный механизм, останавливающий торги из-за форс-мажора. С этого момента продавать-покупать акции американских компаний на основных торговых площадках стало невозможно. Поэтому котировки акций застыли на уровнях, зафиксированных на момент падения астероида. Аналогичная система сработала и на FOREX с той лишь разницей, что ограничения были введены только на крупные сделки по американской валюте. Эти меры были предприняты для того, чтобы остановить обвальное падение доллара и обрушение цен на акции, облигации и госдолг.

Инвесторы во всем мире оказались в весьма затруднительном положении. У них на руках оказалось почти на две сотни триллионов американских ценных бумаг, которые котировались как ликвидные, и еще два раза по столько же с индексом мусорные. Все понимали, что удар астероида обвалит уже начавшую осыпаться финансовую систему США и давно буксующую и потерявшую эффективность экономику, что все биржевые и рыночные пузыри лопнут, а глобальная долларовая пирамида обрушится. Стало ясно, что даже если военным удастся удержать Америку от скатывания в хаос и сохранить управляемость и контроль над страной, она уже не вернется на позиции глобального лидера, а займет свое реальное место в мировой экономике. Без учета огромного геополитического бонуса, предоставленного ей долларом, это место будет где-то за пределами первой пятерки.

Не надо было быть крупным специалистом, чтобы предсказать, что крах американской валюты и обрушение экономики вызовут кризис и на глобальном уровне. На доллар была завязана почти вся мировая экономика. Его обвал означал полное переформатирование экономических, а за ними и политических отношений. Удар астероида по Америке был катастрофой. Но реальным апокалипсисом будет то, что последует за ним. Обрушение долларовой пирамиды по своим разрушительным последствиям и масштабу будет сравнимо с полноценной мировой войной, и пережить эту беду удастся немногим. В этом эксперты были единодушны.

Заглушив таблетками головную боль от выпитой вчера половины графина бурбона, Теон провел все утро в кресле перед телевизором с планшетом в руках, наблюдая за котировками своих компаний. В последние десять лет он стабильно входил вначале в десятку, затем в пятерку, а потом и в тройку самых богатых людей мира, периодически сталкивая с первых мест разжиревших на людских слабостях владельцев интернет-корпораций. С регистрацией Альфа Орбитал, акции которой сразу поднялись на космическую высоту, он ушел далеко вперед в рейтинге и прочно закрепился на первом месте, которое казалось недосягаемым для его недавних конкурентов.

Десятки миллиардов долларов. Сотни миллиардов. Где они сейчас? Какова теперь реальная стоимость его компаний? Копейки. Хорошо, если не ноль. Сколько у него осталось денег? Обреченно покачав головой, Курц прикинул в уме стоимость ликвидных активов вроде золота, недвижимости, земли и предприятий. Получалось миллиарда полтора. На безбедную жизнь, конечно, хватит. Но как же Марс? Как же его мечта?

Есть, правда, еще крипта. После столкновения никем не регулируемые криптовалюты резко пошли вверх. Но что значит вверх, если доллар и завязанная на него часть мировой финансовой системы рухнет? За что сейчас торговалась крипта? За Евро? Юани? Йены? Рубли? В любом случае криптовалют у Теона было много. Очень много. Ведь он был одним из китов^[61], манипулировавших рынком и гонявших толпы лоховатых криптоэнтузиастов то вверх, то вниз по котировкам. Только вот сколько все эти койны будут стоить в новом мире и будут ли они вообще в ходу, сейчас предсказать сложно. Как и то, каким вообще будет этот мир. Мир без Америки.

Но, кроме ликвидных активов на полтора миллиарда и огромной суммы в крипте, которая может сгореть в любой момент, у Теона было еще что-то очень большое и ценное.

Он приложил ладонь к своей груди и аккуратно нащупал под рубашкой твердый полумесяц подаренный ему шаманом амулет из клыка ягуара, висящий на тонкой, плетеной из волоса гривы льва тесемке. Внутри него была крошечная карта памяти. А на ней почти терабайт информации: концепции, чертежи, описания инновационных технологических решений и сложных производственных процессов, новые разработки, перспективные идеи и проекты. Там были знания все, что составляло реальную ценность его высокотехнологичной империи. С этим неброским амулетом его примет любая страна, которая серьезно думает не только о выживании в грядущем хаосе, но и о лидерстве в мире технологий, где уже не будет американской гегемонии.

Вот если бы еще забрать с собой и мозги, лучших ученых, инженеров, конструкторов и разработчиков из более чем двух десятков исследовательских центров. Но об этом надо подумать позже. А сейчас. Сейчас он вроде как беглец и, похоже, находится под домашним арестом под присмотром людей Акосты. Да. Они оказывают ему уважение, называют боссом и все такое, но Теон ни на секунду не сомневался, что оперативники в точности выполнят приказ шефа безопасности, каким бы он ни был.

С ним было шесть телохранителей. Трое прилетели на самолете, еще трое встречали на полосе. Как только они приехали на гасиенду, все облачились в легкую броню и вооружились автоматами. Сейчас два человека находились на территории гасиенды, один на крыльце, двое на первом этаже, один на втором.

Сжав в кулак рубашку вместе с амулетом, он обвел глазами гостиную. Сидящий сбоку в кресле старший группы телохранителей заметил это движение и с озабоченным видом спросил:

- Все нормально, босс? Вам плохо? Может, медика? У нас есть док и всякая медицинская хрень на цокольном уровне. Дефибриллятор, кислород и все такое.

- Нет, качнул головой Курц. Все нормально. Грудь сдавило. Наверно, нервы.

Теон снова уткнулся в планшет, продолжив листать страницы с застывшими котировками и апокалиптическими комментариями финансовых аналитиков. Видя, что босс действительно в порядке, старший успокоился и, поднявшись с кресла, прошелся по окнам, осматривая территорию.

Второй находящийся в гостиной оперативник сидел за небольшим столиком у стены. Перед ним был раскрыт полевой ноут, через который он контролировал обстановку по камерам. Когда Брэд уже собирался вернуться в кресло, он подозвал его к себе и ткнул пальцем в экран.

- Ты служанку отпускал?

- Нет, покачал головой тот и, включив гарнитуру, приказал одному из оперативников, охраняющих периметр: Джо-2, останови мексиканку.

На экране было видно, как из зарослей магнолии, расположенных у ворот, появился вооруженный человек и попытался схватить женщину, но она вырвалась и бросилась бежать. Оперативник в два прыжка догнал ее и заломил руку за спину, так что она скорчилась от боли.

- Тащи ее сюда, старший отключился и направился к выходу.

Через минуту у входа в гостиную перед ним стояла хныкающая и потирающая руку служанка, которая что-то быстро говорила по-испански, отчаянно жестикулируя.

- Блин, я нихрена не понимаю, что она тараторит, Брэд посмотрел на приволокшего женщину оперативника. Скажи ей, чтоб заткнулась и отвечала на мои вопросы. Только медленно, чтоб я понял.

Женщина, получив подзатыльник, закрыла ладонью рот и полными слез глазами уставилась на вооруженных людей.

- Так, старший посадил ее на стул. Мы хорошие парни. Мы не причиним тебе зла. Я буду задавать вопросы. Ты медленно отвечать так, чтобы я понял. Ясно?

- Si, senior, пролепетала она и опасливо оглянулась на ворота.

- Ты куда пошла без разрешения? на испанском спросил старший, тщательно выговаривая слова.

- Мне Мне позвонили с деревни. Мужу плохо.

- Врет, сучка, стоящий сзади оперативник достал из набедренной кобуры пистолет, взвел курок и ткнул стволом ей в затылок Если бы мужу было плохо, она бы отпросилась.

- Послушай, старший нагнулся к ней и посмотрел в глаза. Мы хорошие парни. Но если ты нам врешь, мы можем очень разозлиться. Говори, что произошло и откуда у тебя телефон. Ты же знаешь, что здесь связью пользоваться нельзя.

- Да, я сдала телефон. Но у меня здесь на кухне был еще один. И И женщина шмыгнула носом и снова оглянулась на ворота.

- Ты кого-то ждешь?

- Ах, сеньор! Ах, сеньор! всплеснув руками, запричитала она. В деревню приезжали вооруженные люди на машинах, они задавали вопросы про эту гасиенду. Они спрашивали план дома и сколько тут людей.

- Когда это было?

- Минут семь назад. Отпустите меня, ответила мексиканка и разревелась.

- Заткнись, тряхнул ее за плечо оперативник. Это были американцы?

- Нет. Мексиканцы. Это очень плохие люди. Bandidos de corteles^[62]. Они собрали всех в одном доме, отобрали телефоны и выставили охрану. Мне невестка успела позвонить.

- Твою мать! Откуда? выругался старший и приказал по связи. Внимание всем Джо! Боевая готовность! Атака на объект в любую минуту. Все посторонние с оружием считаются целью. Джо с периметра, установить клейморы^[63] и в дом!

Расстояние от гасиенды до высокого забора было метров семьдесят. Перед крыльцом пара клумб с цветами, вокруг дома зеленый газон. Укрыться в этом пространстве между стенами и забором нападавшим было негде.

Контролировавшие периметр оперативники быстро установили вдоль забора около десятка мин направленного действия и бегом бросились в здание. В этот момент через забор с разных сторон полезли бандиты.

- Контакт! Контакт по всему периметру, сообщил наблюдатель. Тринадцать-пятнадцать. Лезут парами.

Тут же из окон дома и со второго этажа раздались частые одиночные выстрелы, затем один за другим сработали четыре клеймора. Послышались вопли раненых и громкая ругань на испанском.

- У нас потери. Джо-3 ранен. Твою мать! Они его добили.

Следующие несколько секунд Курц помнил смутно. В гостиную прямо через открытое окно ввалился оперативник, один из тех, что контролировали периметр, и, зажимая рану на ноге, отполз к стене. Тут же со всех сторон по окнам ударили автоматные очереди. Полетели стекла, штукатурка со стен, щепки и обивка от мебели. Но Теон уже распластался на полу. Служанка, упавшая вместе со всеми, поднялась и, что-то вереща от ужаса, бросилась в столовую. Ей в спину тут же ударило несколько пуль, и она с ходу рухнула на пол.

Поняв, что нарвались на мины, бандиты залегли внутри периметра вдоль забора и продолжали поливать гасиенду огнем.

- Не подпускайте их на бросок гранаты! Аккуратно снимайте по одному. Они, как на ладони, скомандовал старший и подтолкнул Теона к двери в столовую. Ползите туда. Там, на кухне, лестница в подвал.

Он сунул ему в руку пистолет и, перекатившись, дал короткую очередь в дверной проем, из которого просматривалась дорога к воротам.

Выстрелы стихли.

- Чисто, босс! Все, кто в зоне обзора, нейтрализованы.

- Джо-4, что у тебя на заднем дворе? спросил Брэд того, кто был на втором этаже.

- Тихо. Наверно, поняли, что мины. Теперь через забор не полезут.

- Внимание ворота! Крупный калибр! крикнул кто-то от окна, и дом тут же содрогнулся от очереди из крупнокалиберного пулемета, установленного на пикапе, который протаранил ворота.

Если бы это было современное здание, то под таким шквалом огня оно бы разлетелось на куски. Но гасиенда построена из прочного кирпича почти сто пятьдесят лет назад, поэтому выдержала удары пуль пятидесятого калибра.

- Вот, сука! Да кто же это? проорал один из оперативников.

- Гранатами его, приказал старший.

- Не достанем. Там до ворот чистое пространство метров семьдесят.

- РПГ! прокричал оперативник со второго этажа, и потолок тряхнуло от мощного взрыва.

- Все. Нам пипец. У них гранатомет, оглянулся со своей позиции у окна один из бойцов.

- Выстрел из-за забора. Они по первому этажу не достанут. А через забор уже не полезут. Нам бы крупняк заткнуть. Тогда ворота удержим.

Судя по всему, стрелявший из крупнокалиберного пулемета не имел представления об этом оружии. В частности, о том, что у него может перегреться ствол. Он палил частыми длинными очередями, постепенно превращая здание в погрызенный бешеными мышами кусок сыра.

- Всем лежать! У него будет перегрев или лента закончится. Тогда огонь со всех стволов по пикапу, прокричал старший и оглянулся на Теона.

Среди грохота очередей крупнокалиберного пулемета раздалось одиночное знакомое да-дах, как будто где-то далеко выстрелили из небольшой пушки. Пулемет тут же стих.

- Внимание! Снайпер! прокричал наблюдатель, который переместился к окну и теперь, обсыпанный стеклом и кирпичной крошкой сидел под подоконником с ноутом, наблюдая по уцелевшим во время перестрелки камерам за обстановкой. Стоять! Пулеметчик снят. Повторяю. Пулеметчик снят.

В это время раздалось еще одно да-дах, затем еще и еще. Стреляли сбоку, со стороны сосновой рощи. За забором послышались крики и беспорядочная стрельба, затем прогремело несколько взрывов. На фоне шума боя было отчетливо слышно регулярное буханье крупнокалиберной снайперской винтовки откуда-то из сосновой рощи.

- Не стрелять! скомандовал старший. Возможно, это полиция.

- Ага. Конечно, отозвался от окна один из оперативников. Местные копы в такие разборки не лезут. Тут армия нужна.

- Не стрелять! еще раз повторил Брэд, вслушиваясь в звуки утихающего за забором боя, и снова посмотрел на Теона. Тот лежал на прежнем месте, обсыпанный штукатуркой и крошкой кирпича. Босс, вы живы?

- Да, прохрипел Курц, сплевывая набившийся в рот мусор.

- Пока не стреляют, ползите к окну, под стену. Там безопаснее. Дайте ему броник кто-нибудь.

- Босс! За периметром какая-то хрень происходит, сообщил наблюдатель. Они, походу, вывесили белый флаг.

- Что? старший перекатился, поднялся и, пригнувшись, подбежал к окну. Быстро выглянул. Блин, не белый, а желтый. Похоже, майка чья-то на палке. Вся в крови. Что там нахрен происходит? Они что, сдаются?

Белый флаг несколько раз качнулся из стороны в сторону, потом медленно двинулся с обратной стороны забора к воротам.

- Контролируем периметр! Я держу ворота, Брэд еще раз высунулся из окна, оценил обстановку и снова укрылся за стеной.

- Босс! Там какой-то клоун в воротах нарисовался в шортах и гавайской майке. С белым флагом, без оружия, с поднятыми руками, доложил наблюдатель.

Старший быстро выглянул, приложил к плечу свой хеклер^[64] и прицелился в странного гостя.

- Пи-пец. Реально клоун, сказал он, рассматривая в прицел полного коротышку, показавшегося в воротах за пикапом, с которого только что по ним палил пулемет.

Нежданный гость заметил, что за ним наблюдают, вышел из-за машины, несколько раз махнул флагом, потом бросил его на землю. Он опасливо осмотрелся по сторонам, поднял майку, демонстрируя всем упитанный волосатый животик, затем медленно повернулся спиной.

- Охренеть, прокомментировал это странное представление один из оперативников. Он типа показывает, что у него нет пояса шахида. Да под майкой мы бы его и так заметили.

- Не стреляйте! Я без оружия. Я пришел поговорить с мистером Теоном, прокричал коротышка на удивление зычным голосом и, снова подняв руки, медленно пошел к парадному крыльцу.

- Мистер Курц, с вами тут какой-то клоун поговорить хочет. Только непонятно, откуда он знает, что вы здесь. Вы с кем-нибудь связывались? оглянувшись на лежащего на полу миллиардера, спросил старший.

- Нет, энергично затряс головой тот и быстро пополз к окну.

Тем временем гость дошагал до высокого крыльца, остановился и, еще раз осмотревшись, громко и медленно проговорил:

- Господа! Я хорошо знаю вашего босса мистера Акосту, а он хорошо знает меня. Я хорошо знаю мистера Теона. Я уверен, что он меня вспомнит, когда увидит. Я безоружен! Прошу, не стреляйте. Я вхожу.

Осторожно, словно боясь поскользнуться, он двинулся вверх по ступеням, чуть притормозил у порога и сделал шаг внутрь. В этот момент Брэд навалился на него сбоку, оттолкнул в сторону под защиту стены, ловко заломил обе руки за спину и ударом ноги поставил на колени.

- Ой, блин! Больно! Какого хрена вы беспредельничаете, застонал коротышка. Я же сказал, что без оружия. Что мне надо поговорить мистером Теоном. Я вас, дебилов, от верной смерти спас! А вы, суки, меня на колени!

- Ты кто, нахрен, такой? вместо ответа подскочил к нему другой оперативник и, пока старший застегивал наручники, ткнул пистолетом в лоб.

- Я Ваха. Из Сан-Хосе. Мистер Теон меня должен знать. Свяжитесь с Акостой, он подтвердит.

- Мы сами решим, что делать. Мистер Теон, не смог сдержать улыбки старший и рывком повернул коротышку лицом к миллиардеру. Вы его знаете?

- Ваха? Курц сел, достал платок из кармана джинсов, протер глаза и вытер пыль и штукатурку с лица. Точно Ваха. Это ресторатор. Он наши вечеринки обслуживает в Сан-Хосе. Гриль всякий, ребра там, стейки, кебабы.

- Ну! Вот видите. Ваха я. Шашлык-башлык. А вы меня пистолетом в морду. Звери.

- Ты какого хрена делаешь тут, в Мексике, Ваха из Сан-Хосе? поняв, что прямой угрозы от гостя нет, Брэд ослабил хватку.

- Мне с мистером Теоном поговорить надо.

- Это мы уже слышали. Как ты с бандитами справился? Теми, что за забором.

- Как-как Вы наручники с меня снимите. А то когда я на коленях стою, а вы в меня стволами тычете, у нас разговора не получится.

- Сними с него наручники и давай сюда, в кресло, скомандовал старший и, понаблюдав за оперативником, повторил свой вопрос: Так как с бандитами справился? На Рэмбо ты явно не тянешь.

- Ай, блин. Как я не люблю эти перестрелки, Ваха стряхнул пыль с кресла, сел и, недовольно скривившись, потер запястья. У вас, зверей, тестостерон играет. Вам бы только поубивать друг друга. А тут ситуация такая, что головой надо думать. А вы мне пистолетом в морду.

- Ладно, проехали. Рассказывай.

- А че тут рассказывать. Люди со мной грамотные. Положили мы ваших бандитов. Человек десять, а то и больше. Злые все, но тупые, как пеньки. С тыла никого не оставили, чтобы задницы свои мексиканские прикрыть. Ну мы их и укатали.

- Как узнали, что мы здесь? Кто сдал эту точку? старший строго посмотрел на абхаза.

- Да мы вообще сюда соваться не хотели. У меня приказ был наблюдать. А тут мне мексы сообщают, будто местные прознали, что сюда из Штатов фэбээровцы привезли важного информатора. Бывшего финансиста Хуареса^[65]. Говорят, в картель наводка пришла с самого верха ФБР. Ну а те наняли местных banditos, чтобы вас всех нахрен кончили на этой фазенде. А мы-то ни сном, ни духом. Тут смотрим, замес такой. Ну и давай вас спасать. А ты мне в морду пистолетом, он укоризненно посмотрел на оперативника.

- Вот дерьмо. ФБР превратилось в гребаное сито, выругался Брэд и, осторожно выглянув в окно, спросил наблюдателя: Связь с базой есть?

- Нет. Но я отправил сообщение о происшествии и том, что легенда с ФБР скомпрометирована.

- Хорошо, старший снова повернулся к абхазу. Хотя нихрена хорошего тут нет. Про наш самолет знало всего пару человек. А про то, что на нем полетит Теон вместо свидетеля, вообще никто.

- Это ваши проблемы, пожал плечами тот. Мы свою работу сделали. Вас спасли. Теперь мне надо пять минут, чтобы поговорить с мистером Теоном. Потом мы свалим и вам советуем. Через час, если не раньше, здесь будет вся банда. А то еще и вертушку пришлют и нахрен тут все бомбами забросают или сверху с пулемета покрошат. Видел, какой аппарат у них на пикапе?

- С мексами понятно. Их навели из ФБР. А вы откуда прознали, где будет скрываться мистер Курц?

- Откуда-откуда. Оттуда, Ваха неуверенно заерзал в кресле. Самолет, на котором он улетел из Бока-Чика, был известен. Отследить его до полосы в Мексике со спутника раз плюнуть, как и ваш конвой до гасиенды. Я вам так скажу. Нихрена вы не умеете маскироваться. Устроили в нищем районе эскорт из черных кадиллаков. Только мигалок и мотоциклистов с флажками мы везем Теона не хватает.

- Но-но. Придержи язык. А то опять пистолетом в морду получишь, сурово проговорил оперативник и снова вытащил свой глок из набедренной кобуры.

- Слушайте. Надоели вы мне все, разочарованно вздохнул Ваха. Будете выеживаться, я вас тут нахрен всех шмелями сожгу. Я свое пожил. Если сдохну здесь, то хоть с мыслью, что положил полдюжины неблагодарных дебилов.

- Ты что, сука, угрожаешь? оперативник сделал еще шаг вперед.

Но тут со стороны сосновой рощи раздалось знакомое да-дах, в боковой стене гостиной под самым потолком от крупнокалиберной пули образовалась дыра величиной с кулак, а на противоположной выбоина размером с суповую тарелку. Все, кто стоял, попадали на пол.

- Ну вот. Мои уже теряют терпение, презрительно ухмыльнулся абхаз. Это предупредительный выстрел. Следующим прилетит шмель.

- Твою мать. У снайпера STS^[66]! Он может стрелять через стены! Всем отойти к окнам и не двигаться. Я с ним останусь один, прокричал Брэд и, с уважением посмотрев на гостя, медленно поднялся на ноги. А вы серьезные ребята. Спутник, снайперский комплекс из фантастического фильма, шмели, закрытая инфа из ФБР. Кто за вами стоит?

- Кто стоит, тот стоит. Не твое дело, недовольно буркнул Ваха.

- Э Господа, откашлявшись, вступил в разговор Теон. Давайте немного сменим тон. Я вижу, наш гость начинает нервничать. Почему бы мне действительно с ним не поговорить. А то все опять закончится перестрелкой. Я думаю, ни я, ни вы не хотим умирать. Особенно учитывая, что мистер Ваха и его люди спасли нас от бандитов.

- Вы уверены, босс? настороженно спросил Брэд.

- Да. Я знаю этого человека в другом качестве. Но если он со своими людьми все же находится здесь, то я не вижу причин сомневаться в его возможностях. А раз так, то я настаиваю на разговоре.

- Хорошо. Только я буду рядом, сообщил старший. Я что-то тоже перестал сомневаться в его возможностях.

- Не-а, покачал головой Ваха. Мы будем говорить с мистером Теоном один на один.

- Я не оставлю его ни на минуту. У меня приказ Акосты.

- Господа, давайте так, перебил старшего Теон. У меня есть наушники. Мы перейдем в соседнюю комнату. Я дам наушники Брэду и включу музыку. Он засунет их в уши и будет наслаждаться роком. Он нас будет видеть, а значит сможет обеспечить мою безопасность и выполнить приказ Акосты. Но слышать не будет. Поэтому мы сможем поговорить спокойно.

- Хм, Ваха поскреб небритый подбородок. Ладно. Будь по-вашему. Времени у нас нет, а с этими зверьками, я вижу, иначе не договориться. Пошли.

Он не спеша встал и направился в столовую.

- Вот сука. Это он нас зверьками назвал, пробурчал Брэд, но, увидев укоризненный взгляд Теона, умолк.

В столовой абхаз убедился, что Брэд надел наушники, и плюхнулся на один из стульев. Другой поставил напротив себя и вежливым жестом пригласил Курца. Когда тот уселся, он нагнулся к нему и тихо проговорил:

- Мистер Теон, у меня для вас послание от вашего доброго друга. Он так и просил передать слово в слово. От доброго друга. Он хочет, чтобы вы как можно быстрее с ним связались. Говорит, что мечту еще можно исполнить. Вам надо запомнить номер аккаунта и логин в закрытом чате и связаться с ним, как только у вас будет возможность.

- Мади? сразу догадался миллиардер.

- Я не знаю, кто такой Мади. Мне просто надо передать вам аккаунт и логин, абхаз нагнулся и почти шепотом произнес две легко запоминающиеся последовательности цифр. Запомнили?

- Да.

- Повторите, пожалуйста, мистер Теон.

- Да не называй ты меня мистером. Просто Теон, попросил Курц и повторил услышанные цифры.

- Мне трудно не называть. Где я скромный шашлычник, а где вы самый богатый человек в мире, смущенно проговорил Ваха и посмотрел на стоящего у стены Брэда, который уже начал понемногу кивать головой в такт музыке. И еще. Вам здесь оставаться нельзя. Через пару часов сюда наверняка нагрянут бандиты. Или, еще хуже, их переговоры перехватит АНБ, и ФБР пошлет сюда беспилотник, чтобы все зачистить. Они ведь думают, что здесь важный свидетель. Хотя хрен его знает. Может, им сейчас не до этого. Я не знаю, продумал ли Акоста вариант Б, но у меня на полосе, на той, где вы садились, стоит самолет с открытым полетным листом от минобороны Мексики. На нем вы можете улететь со мной в любую точку на карте, куда пожелаете. Туда, где вы будете чувствовать себя в безопасности.

- Черт. Я не знаю, дернув от напряжения плечами, прошептал Теон. Я не могу сейчас нормально думать. Еще пять минут назад я лежал в пыли и прощался с жизнью. У меня до сих пор руки от шока трясутся. Если бы не вы Спасибо, что спасли нас от бандитов, он поджал губы и посмотрел в глаза абхазу, которого всегда считал туповатым добрячком, без лицензии толкающим странный кавказский самогон и домашнее вино. А тут он в Мексике, со своими бойцами расправился с бандитами, потом пришел к ним и с позиции хозяина положения начал такой серьезный разговор. В его распоряжении каким-то образом оказалась секретная информация, доступ к спутнику, хорошо вооруженная и подготовленная группа, снайпер, который видит через стены. Это впечатляло, настораживало и пугало. Но выбора особого на данный момент не было. Оставаться в гасиенде было нельзя, и Курц решил поглубже прощупать варианты. Да. Отсюда надо убираться, и как можно скорее. Но Брэд меня не отпустит. У него приказ Акосты.

- Послушайте. Акоста не поможет. Он сейчас вместе с топами Альфа Орбитал задержан ФБР. В Штатах нарастает хаос. Пока военные наведут порядок и во всем разберутся, пройдет время. А действовать надо сейчас.

- Что ты предлагаешь?

- Сообщите Брэду, что его прямой начальник в ФБР. Вы большой босс. Вам все подчиняются: и Орбитал, и Спейс, и вся служба безопасности. Так что вполне можете отдать ему приказ. Он должен подчиниться.

- Боюсь, не все так просто. Он будет выполнять приказ Акосты.

- Тогда купите его нахрен, предложил Ваха. Дайте ему бабла, чтоб на всю жизнь хватило. Ему и всей его группе. У вас ведь есть доступ к крипте.

- Есть, кивнул Теон и замолчал. Он вдруг подумал про Африку, про саванну. В буше его сложно будет найти. И люди там надежные. Верные. Было бы неплохо рвануть туда прямо сейчас. Ваха, скорее всего, пришел от Мади, значит верить ему можно. Старый араб его ни разу не обманул. Если считать всю историю с астероидом не обманом, а спецоперацией. Хорошо. Я попробую. Но где гарантии, что вы меня не похитите и не вывезете к тому, на кого работаете.

- Да вас уже похитили. Вы сидите здесь, в чужой стране, под присмотром вооруженных людей, которые принимают приказы только от своего начальника. Что с вами будет, вы не знаете. Все, что вам пообещали раньше, может пойти прахом в любой момент. Так что вы ничего не теряете. Наоборот. Получаете шанс обрести свободу действий, а самое главное, свободу выбора своего будущего.

- Для простого ресторатора вы рассуждаете слишком убедительно, качнул головой Теон.

- Советская школа. Тогда учили хорошо и качественно. Ну. Решайтесь, Ваха откинулся на спинку кресла и посмотрел на насторожившегося Брэда, потом на миллиардера, по лицу которого было видно, как внутри чувство самосохранения и желание выбраться из этой ситуации борется с сомнениями и осторожностью.

Наконец Курц принял решение. Он жестом показал старшему, что тот может снять наушники и подойти.

- Послушай, Теон показал на стул, но тот остался стоять. Ваха говорит, что Акосту взяло ФБР. Приказов и помощи от него ждать не имеет смысла. Так что, если мы хотим выжить, решения придется принимать нам самим. Еще. Ваха принес мне послание от моего бизнес-партнера. Он прислал за мной самолет, который стоит здесь рядом, на полосе, куда мы садились.

- Ага. Бизнес-партнер. Как же. С доступом к спутнику и секретной инфе. Нехреновый такой партнер получается, скептически хмыкнул старший группы.

- Какой есть. Со всяким дерьмом я дружбу не вожу, строго посмотрел на него Теон. Я твой босс. Ты, в конце концов, работаешь на меня. Я сейчас беру вашу группу в свое прямое подчинение. Поэтому будешь делать, что я говорю, иначе мы все попадем в беду. Брэд что-то хотел сказать, но миллиардер остановил его решительным движением руки. Первое. Я хочу эвакуироваться отсюда на присланном за мной самолете. У меня есть пункт назначения и люди, которые мне там обеспечат безопасность. Второе. Ты и еще пара человек можете меня сопровождать. Но я не могу гарантировать, что вы мне понадобитесь на новом месте и что я смогу обеспечить вам доставку обратно в Штаты. Поэтому. Я готов вас отпустить сейчас. Ты и твои люди неплохо поработали. Вы защищали меня даже ценой своей жизни. Один из твоих бойцов погиб. Это дорогого стоит. Поскольку я больше не нуждаюсь в ваших услугах, я готов вас отпустить и выплатить прямо здесь значительную компенсацию.

- Блин. Слишком много вводных за один раз, неуверенно проговорил Брэд и тут же поинтересовался. Насколько значительная компенсация?

- Десять миллионов в криптовалюте. Номер кошелька и пароль я передам тебе. Поделишься с остальными, как считаешь нужным.

- Десять миллионов. Хм Звучит заманчиво, старший сдвинул хеклер с локтя за спину и, подтянув стул, подсел к Теону. Так. Дайте мне снова весь расклад, еще раз внимательно выслушав предложение, он в раздумье помял подбородок и наконец неуверенно протянул: Ну Раз все пошло не по плану. И мексы напали, и этот кадр объявился со своими людьми, и самолет за вами прислали, и связи с начальством нет, то я согласен. Только я сейчас свяжусь со службой безопасности Орбитал, чтобы они подтвердили, что Акосту взяли фэбээровцы. Если все так, как вы говорите, то не вижу причин не принять от вас предложенную сумму.

Через пять минут Брэд получил подтверждение, что Акосту и всю верхушку Орбитал задержало ФБР. Еще через пять Теон передал ему флэшку с криптокошельком, на который он перевел оговоренную сумму в крипте с одного из своих счетов. Минут десять старший разбирался, как всем этим пользоваться, проверял наличие средств, даже сделал маленький платеж, потом поменял пароль и с довольным видом упрятал флэшку в нагрудный карман.

Не прошло и получаса с момента, когда Ваха вошел в ворота гасиенды с белым флагом, а кортеж из трех черных кадиллаков уже на полной скорости мчался по пыльной грунтовой дороге к затерянной в зарослях акации и агавы взлетной полосе.

* * *

Висящий на орбите над восточным побережьем Мексики российский спутник в режиме реального времени передавал картинку в центр связи. Оттуда она сразу транслировалась в ситуационный зал в штаб-квартире Службы внешней разведки России. Несмотря на глубокую ночь, директор лично наблюдал за происходящим.

- Ну что Игра продолжается, он отхлебнул чая и повернулся к пожилому арабу, сидящему рядом в кресле с задумчивым видом. Теперь ваш ход, генерал Халаф.

США. Вашингтон. Разрушенный бункер под Белым домом

Он оказался прав. Связи, как и электричества, не было. Основной центр кризисного управления находился в другом помещении на этом же уровне бункера. Этот зал предназначался для совещаний. Здесь были экраны, компьютеры, микрофоны, небольшой пульт, за которым могли разместиться операторы, чтобы передавать принятые за этим столом решения дальше по команде. И все. Узла связи здесь не было. Он находился где-то рядом, вероятно, за стеной, но добраться до него не было возможности. Да имело ли это смысл? Ведь электромагнитный импульс мог выжечь и его.

Богарт посмотрел на искореженную дверь. Он только что заткнул образовавшуюся в ней щель от смещения бронированных плит пиджаком, который снял с помощника, поэтому едкий дым в зал больше не проникал.

Сейчас надо основательно осмотреться.

Собравшись с силами, президент поднялся с кресла и направился от мертвого пульта управления к сервировочному столику, чтобы узнать, сколько у него воды и еды.

И того, и другого оказалось довольно много. Минералка, соки, печенья, снеки в вакуумной упаковке, конфеты, чай, кофе, сливки. Если экономить, один человек вполне может продержаться месяц, а то и больше. Из нужного в его распоряжении также оказались пять фонариков и пять запасных аккумуляторов к ним, пара аптечек с базовым набором препаратов и две портативные рации с гарнитурой вроде тех, что используют агенты Секретной службы. Значит, свет на пару часов в сутки ему обеспечен, головную боль он сможет заглушить таблетками, а в случае, если спасательная команда подберется к нему достаточно близко, сможет общаться с ними по рации.

Еще в одном из стеновых шкафчиков президент нашел стопку блокнотов, на которых обычно участники совещаний делают пометки, а также кучу ручек, карандашей и всякой другой мелкой канцелярии. Он долго смотрел то на бумагу, то на карандаши, затем взял пару блокнотов, ручку и положил на стол.

Богарт решил писать.

В те редкие часы, когда он будет пользоваться фонариком, он будет писать послание гражданам США. Возможно, последнее послание в его жизни. Отсюда, из душного мрачного подземелья, он обратится к стране. Эти строки войдут в историю. Они станут в один ряд с Декларацией независимости. Его рукопись поразит всех глубиной мысли. Ее будут изучать совсем маленькие дети и умудренные опытом профессоры. Возможно, когда его найдут и поднимут на поверхность, страна уже станет другой. Но написанные им строки должны будут напомнить о величии Америки, о ее исключительности и о.., о

До боли закусив губу, президент резко тряхнул головой, словно стараясь отогнать от себя навязчивое наваждение. О чем он хочет писать потомкам из этой бронированной гробницы? На что собрался тратить свои иссякшие силы и последние искорки разума, пока безумие одиночества не поглотило его. Разве об этом? Разве о величии и исключительности?

К горлу подкатил жесткий комок. Богарт посмотрел на чистый лист бумаги, который пересекал яркий луч от лежащего рядом фонаря, и почувствовал, как по щекам покатились слезы.

Какое, к черту, величие! Какая исключительность!

Сумасшедший араб, иракский недобиток одним ударом уничтожил половину восточного побережья самой мощной державы в мире. Сколько там наверху погибло? Миллионы. Сколько разрушено из того, что Америка создавала на протяжении столетий. Что теперь будет с экономикой, со страной, которая итак шаталась от любого дуновения геополитического ветра? Неужели это конец?

Отвернувшись в темноту от нестерпимо яркого листа бумаги, Богарт тихо застонал.

Ну нахрена Нахрена мы полезли в этот гребаный Ирак. Что мы там забыли? Кому что хотели доказать? Потратили триллионы, угробили и искалечили десятки тысяч жизней американцев, чтобы через двадцать лет с позором вывести войска под хохот врагов и хихиканье союзников. А теперь вот эта ужасная катастрофа, как отравленное копье, прилетевшее из прошлого. Жестокая расплата за тупость и амбиции политиков, развязавших ту бессмысленную войну.

Нет. Он будет писать не о величии и исключительности Америки. Его послание будет предостережением следующим поколениям, чтобы уберечь их от глупости и высокомерия, которую демонстрировали те, кто правил страной до них.

США всего лишь клочок земли, который белые поселенцы когда-то забрали у коренных народов, при этом почти полностью их истребив. Как инвазивный вид, как полчища заморской саранчи, мы пришли на их континент, захватили его, уничтожив их уклад жизни, природу, культуру. На планете есть цивилизации на тысячи лет старше американской. Значит, на тысячи лет мудрее и опытнее, терпеливее и жизнеспособнее. Они процветали и приходили в упадок, когда европейские предки белых американцев еще только учились плавить металл. А теперь мы, возомнив себя хозяевами жизни, полезли к ним с нашими ценностями. Чтобы получить вот это?

Богарт поднял глаза к потолку и, прерывисто вздохнув, взялся за ручку. Все. Хватит этого безумия. Надо вырвать сознание американцев из порочной парадигмы ложных ценностей и созданных ими самими мифов и иллюзий.

Перо коснулось бумаги, и Богарт написал первую строку.

Ложь Американцы! Все, что вам все время вбивали в головы, все, во что вы верили до сих пор, было ложью Это говорю вам я, Ник Богарт, вероятно, последний президент Соединенных Штатов Америки.

Мексика. Побережье Мексиканского залива

Самолет, на котором прилетел Ваха, чтобы спасать самого богатого человека в мире, оказался крошечным Эклипсом^[67], к тому же переделанным наркоторговцами из бизнес-джета в легкий транспортник для переброски наркоты и контрабанды по Центральной Америке. Пассажирских сидений было всего два. Остальное пространство салона использовалось под багаж и дополнительные баки с топливом, которые увеличивали дальность полета с двух с половиной до трех тысяч километров. О безопасности владельцы самолета и те, кто его эксплуатировал, особо не беспокоились, как и о чистоте и порядке в салоне. Внутри воняло керосином, кислым мексиканским пивом и коноплей.

- Прошу прощения, мистер Теон, с извиняющимся видом проговорил абхаз, когда они забрались на борт. Меня выдернули к вам совершенно неожиданно. Я тут совсем по другим делам был на западном побережье. Поэтому пришлось брать первый попавшийся надежный борт.

- Это надежный? Курц стряхнул с сидения крошки кукурузных чипсов, уселся и попрыгал на скрипучем, расшатанном сидении, проверяя его прочность.

- О, да, со знанием дела ответил Ваха. Он принадлежит тем ребятам, которые разобрались с бандитами у гасиенды. А они шутить не любят. Вы уж мне поверьте.

- Что за люди? Здесь поместится всего человек пять. Как вы таким числом перебили нападавших?

- Ну, не пять, а шесть, если считать меня. Да еще с экипировкой и оружием. И три мотоцикла. Но, как видите, этого хватило, чтобы положить местную братву.

- Да уж. Если так пойдет, мексиканцы перебьют друг друга.

- Это были Los Zetas^[68]. Им все равно, кого мочить. Я вообще был против того, чтобы их привлекать. Страшновато с ними. Тем более я один. И по-испански не очень. Но мне сверху сказали, что все будет в порядке. Так и вышло.

- Кто сказал сверху? острожно спросил Теон.

- Хе-хе, хитро подмигнул ему абхаз. Мистер Теон Зачем вам загружать свои светлые мозги всякой ненужной информацией. Вы гений. Инноватор. А Ваха так шашлык-башлык, подай-принеси. Так куда летим?

- В Африку. В Ботсвану.

- В Африку. Во как. Эта птичка туда не дотянет. А поближе у вас ничего нет?

- Нет. Если уж и лететь сейчас куда-то, то только в Африку.

- Такое решения я принять не могу. Но я уверен, что наверху что-нибудь придумают. А пока, он по-испански с узнаваемым русским акцентом позвал пилота. Когда тот вышел из кабины с банкой пива в одной руке и пачкой полетных документов в другой, забрал ее себе. Давай сюда. Дальше я поведу.

Ваха взял папку, открыл, проверил позывные борта, остаток горючего и частоту ведущего диспетчера, потом с шумом захлопнул и по-армейски отдал пилоту честь, давая понять, что его работа закончена. Тот сделал глоток пива, взглянул через дверь на стоящий чуть поодаль черный кадиллак, на который расслабленно облокотились его дружки, безразлично пожал плечами и, не попрощавшись, спустился по трапу.

- Вы умеете управлять самолетом? настороженно спросил абхаза Теон.

- Не просто умею. Я русский ас. В прошлом военный летчик. Штурмовик. Боевой, между прочим. Так что маленькие птички моя слабость. Ну и американская лицензия пилота у меня, конечно, есть как у члена летного клуба Сан-Хосе. Так что не беспокойтесь. Доставим в лучшем виде. Только вот как до Африки добраться это вопрос. Но все решим в воздухе. А пока, Ваха опустил рычаг подъемного механизма трапа, понаблюдал, как тот закрывается, и весело улыбнулся немного растерянному миллиардеру. Пристегните ремни. И прошу прощения за отсутствие бортового сервиса.

Юркий Эклипс, пилотируемый русским шашлычником из Сан-Хосе, после короткого энергичного разбега резко набрал высоту и, заложив крутой разворот, повернул на юг. Впрочем, полет в этом направлении продолжался недолго. Минут через двадцать движения вдоль побережья Ваха повернул самолет на восток и объявил по связи:

- Мистер Теон. Мне дали добро на Кубу. Там пересадка будет. В Африку полетите с комфортом. Расчетное время до Гаваны два с половиной часа. Думаю, там вас будет ждать борт для пересадки. А пока. Где-то сзади в конце салона должен быть ящик с пивом и начос. Угощайтесь.

Пиво было теплым и кислым, а чипсы чересчур острыми. Поэтому Теон взял бутылку воды, вернулся в кресло и попытался расслабиться. Надо было обдумать все в спокойной обстановке.

Последние сутки с момента, когда Акоста рассказал о том, кем на самом деле является Мади, ему из-за сильного нервного напряжения так и не удалось осмыслить то, что произошло. Как и говорил старый араб, все оказалось совсем не тем, чем выглядело на первый взгляд. Получалось, что некая сила использовала его в сложной и опасной игре, целью которой был удар по Вашингтону. А если нет? Если конечная цель не месть США за разрушение Ирака, а нечто большее, вроде полного развала Америки. Ведь падение астероида может запустить процессы, контролировать которые будет почти невозможно. Уже сейчас к власти фактически пришли военные. Население пока в шоке. Но как оно отреагирует, когда свыкнется с новостью о катастрофе и поймет, что для устранения ее последствий надо будет жертвовать многими привычными вещам, включая собственные итак заметно ограниченные прежней властью права и свободы. Этот вопрос оставался открытым.

А что если все это часть еще большей глобальной игры, направленной на переформатирование всего международного пространства. То, что катастрофа отбросит Америку с позиции экономического лидера далеко вниз в списке развитых стран, было очевидно. Но кто займет ее место? Китай? Индия? Европа? Кто станет центром силового влияния? Россия?

Четыре года назад, когда он объявил миру, что хочет притянуть к Земле астероид, Богарт впервые приоткрыл ему адскую кухню внутренней политики США, где, как в банке с пауками и скорпионами, боролись за первенство старые и новые деньги, национальные консерваторы-традиционалисты и ультралиберальные глобалисты, приверженцы новой этики, возводящей индивидуализм в абсолют и разрушающей государство. А вчера Акоста со спокойствием удава рассказал про военных, которым надоело смотреть, как техногиганты превращают Америку в свое пастбище, на котором с тупым послушанием пасутся стада обдолбанных Интернетом американцев, как рушатся вековые ценности вроде свободы и равных возможностей, на которых строилась страна. Как разрушается история, как убивается культура, как людям вместо американской мечты, основанной на равных возможностях, семье и трудолюбии, навязывают гендерную муть, выдавая ее за истинную общечеловеческую ценность.

Разораться во всех этих процессах сложно даже самому искушенному социологу. Теон не был социологом. Он был инноватором, инженером и фантазером. Он все еще мечтал о Марсе. Именно возможность осуществить эту ускользающую детскую мечту и толкнула его принять предложение Мади. Он не знал, как старик может помочь, сомневался, можно ли ему вообще доверять, но внутренне чувствовал, что не прогадает, если последует его совету.

Именно поэтому он сейчас в этом грязном, пропахшем керосином самолете, который пилотирует почти незнакомый ему человек, летит в чужую, неизвестную ему страну и задает себе вопрос, как он оказался в таком отчаянном положении. Только ли из-за предложения Мади? Или из-за того, что внутренне был готов к произошедшему.

Теон глубоко вздохнул, открыл небольшую сумку, вытащил оттуда планшет и соединил его со спутниковым телефоном. Сигнал почти не проходил. Видимо, американская система спутниковой связи была нарушена падением астероида или перегружена трафиком. Он проверил баланс, убедился, что средств достаточно для орбитального роуминга, и переключился на китайский спутник. Подождал, пока придут и загрузятся новые настройки, затем вошел в закрытый чат по логину и паролю, который передал ему Ваха, и оставил короткое сообщение.

Через несколько минут на планшет пришел входящий видеозвонок.

- Приветствую вас, мой добрый друг, непривычно грустный и задумчивый Мади взглянул на него сквозь чуть заметную сетку помех.

- Здравствуйте, Мади Сахим бин Малик. Или, может, генерал Халаф? невесело улыбнулся Теон.

- Даже так? Хотя, чему я удивляюсь. Ваш Акоста очень толковый специалист в своем деле и довольно честный и порядочный человек. По американским меркам, конечно.

- Откуда вы знаете про Акосту?

- О. Мы с ним знакомы еще по Ираку. Заочно, правда. Дело в том, что караван с золотом, на который напал Богарт, вели мои люди. Пленного американца тоже допрашивали они. Они же были свидетелями зачистки мирных жителей и передали все это молодому офицеру американской военной разведки. Им как раз и был Акоста. Мы тогда надеялись на справедливость. Зря надеялись. Генералы украли золото на полтора миллиарда и купили всех, кто в этом участвовал. А те, кого не удалось купить, в следующие несколько дней погибли смертью героев. Акосте тогда хватило ума принять их предложение.

- Черт! Как все переплелось. И вы, и Богарт, и Акоста.

- В жизни всегда так. Помните, я говорил вам о первом законе кармы. Что посеешь, то и пожнешь. Вселенная возвращает человеку то, что он дает ей. Иногда в тысячекратном размере. США за последние тридцать лет развязали два десятка военных конфликтов, из них семь полноценных войн. Война это способ существования Америки. Без войны Америка придет в упадок. Падение астероида на Вашингтон не только месть за мою разрушенную родину. Америка превратилась в воплощение зла. Она сконцентрировала в себе все самое отвратительное и чуждое человеческой природе. То, чего даже самые жестокие и варварские народы старались избегать. Если не остановить США сейчас, война может стать глобальной, ядерной. Ведь Вашингтон ни при каких обстоятельствах не допустил бы утраты мирового господства, пусть даже иллюзорного. Удержать его он сможет только, разрушив всех, кто ему противостоит. А это война на уничтожение.

- Вашингтона теперь нет. Разрушена половина восточного побережья. Погибли десятки миллионов человек, Теон, прищурившись, всмотрелся в собеседника, стараясь прочитать хоть какие-то нотки сострадания на его лице. Но араб был спокоен, словно рассуждал о каких-то абстрактных вещах.

- Вы правы. Вашингтона нет. Миллионы американцев погибли. Зато у миллиардов людей появился шанс выжить и слабая надежда на справедливость. Возможно, теперь, когда Америка на десятилетия будет занята устранением последствий катастрофы, человечество сможет вздохнуть спокойно и заняться собственным благоустройством. Не отдельных стран или блоков, жиреющих на разграблении остального мира. А всех. Понимаете? Всех людей на планете.

- Несбыточная мечта, скептически хмыкнул Курц.

- Марс тоже был для вас несбыточной метой. Но вы вплотную подошли к ее осуществлению. Так и с мировой справедливостью. Человечество никогда не было так близко к тому, чтобы вплотную заняться строительством справедливого миропорядка. Мешали войны, религии, национализм, идеологии. В последние тридцать лет этому мешала Америка. Теперь она будет занята восстановлением и, возможно..., всего лишь возможно, не будет мешать России и Китаю привнести в мир хоть немного справедливости. Не мифической свободы. Не абстрактной демократии, существующей только в воображении инфантильных, забитых Интернетом граждан золотого миллиарда. А именно справедливости. Чтобы у каждого человека была еда, вода, одежда и кров над головой. Чтобы на юге дети не умирали от болезней, которые на севере уже давно побеждены. Чтобы образование, усердие, способности и таланты, а не принадлежность к элите, давали возможность достичь в жизни успеха.

- Вы рассуждаете довольно необычно для иракского генерала, возглавлявшего разведку при диктаторе.

- С того времени утекло много лет и случилось много событий, тяжело вздохнул Мади и чуть прикрыл глаза, словно вспоминая то далекое прошлое. Я много думал. Много молился. Много помогал людям, чтобы смыть с себя давние грехи. Возможно, я стал другим. Возможно, нет. Но я пришел к пониманию, что мир может выжить перед надвигающейся катастрофой, только если кардинально изменится. И на пути к этому США были основным препятствием.

- Еще одна катастрофа? Вы о чем?

- Об изменении климата. Через двадцать лет треть суши станет почти непригодной для жизни полупустыней. Тем, кто находится в полосе смерти, надо дать шанс начать новую жизнь в другом месте. В этой полосе находится и моя страна. Мой любимый Ирак. Так что речь действительно идет не о мести, а о выживании.

- Боже. Как все сложно и прозаично одновременно. Чтобы спасти миллиарды, надо, чтобы погибли миллионы.

- Ничего не поделаешь. Так вращаются колеса истории. Америке был дан шанс стать равноправной частью нового мира. Она его категорически отвергла. И вот результат, араб поймал взгляд Теона и, чуть сощурившись, продолжил: Ну что мы все о грустном. То, что произошло, произошло. Давайте поговорим о вас. Вы все еще хотите на Марс?

- Это у меня спрашивает человек, который уничтожил Зевс, учинил в Америке ужасную катастрофу, из-за которой я должен был покинуть страну, оставив там все свои компании, космические корабли и космодромы? Я уже не говорю о деньгах, которые я потерял на обвале финансовых рынков. Из-за ваших разрушительных игр моя мечта из разряда вот-вот осуществится перешла в категорию практически невозможна.

- Не торопитесь с выводами, хитро улыбнулся Мади. На нашей первой встрече четыре года назад вы сказали, что полноценная марсианская программа будет стоить около полутриллиона долларов. Для строительства буксира вам надо было 20 миллиардов. Давайте оценим ситуацию на данный момент. Но при этом пока вычеркнем из уравнения потери в деньгах, реальное положение с которыми прояснится только через некоторое время, когда на обломках доллара возникнет новая более справедливая финансовая система. Если сделать это, то получается, что вы весьма неплохо продвинулись к своей мечте. Для успеха у вас есть главное работающие, проверенные в космосе технологии, которые можно развивать и совершенствовать.

- Я нахожусь под повесткой ФБР. Все мои заводы, корабли и космодромы на территории США арестованы. Не знаю, будет ли у меня к ним доступ. Если честно, то шансы на это мне кажутся минимальными. Возможно, когда в Штатах окончательно решится вопрос с властью и управлением страной, эту тему как-то можно будет обсуждать. Но в любом случае Америке сейчас не до полетов на Марс.

- Это точно, согласно кивнул с экрана араб. В ближайшие десятилетия она будет пытаться прийти в себя после катастрофы. Это серьезная проблема. Но и уникальная возможность. США сейчас понадобятся колоссальные ресурсы. Десятки триллионов долларов. Напечатать их, как это делалось раньше, они уже не смогут. Никто из серьезных игроков в ближайшее время не станет иметь дело с американскими облигациями. Значит, Америке надо будет искать другие источники финансирования. Продажа ценных активов или их обмен на нужные для восстановления ресурсы это один из способов их получить. Вы лично и ваши фонды являетесь самым крупным акционером Орбитал. Сейчас, когда ее акции упали и она в разы потеряла в стоимости, скупите все, что возможно. И Альфа Спейс тоже. Как только откроются торги в Европе и Азии, скупите все, что есть на рынке, чтобы снизить влияние миноритариев на решения. Затем вывезите заводы и корабли в третью страну и оттуда начните весь проект заново. Я уверен, сейчас с Америкой можно будет договориться и обыграть катастрофу так, чтобы снять с Орбитал и с вас личную ответственность.

- Даже если предположить, что мне дадут работать в США, вся эта операция потребует времени. Много времени. Получается, я потратил почти пять лет зря. У меня был межпланетный корабль, орбитальная станция, заводы, готовые пустить космический буксир в серию. Я планировал слетать к Марсу уже в следующем году. А теперь Теон разочарованно покачал головой и обвел рассеянным взглядом обшарпанный салон самолета мексиканских контрабандистов. Впереди неопределенность и самые мрачные прогнозы относительно будущего. Ели честно, я не вижу никаких перспектив. Брошу все нахрен. Осяду в Африке, буду оттуда наблюдать за тем, что вы вытворяете с миром.

- Не видите перспектив? в глазах Мади блеснул озорной огонек. Тогда взгляните на это.

Картинка на экране планшета сменилась. Всмотревшись в нее, Курц прошептал тихое восхищенное уау На экране в залитом светом длинном высоком ангаре стоял собранный Зевс. Некоторые узлы были затянуты сверкающей в лучах прожекторов изолирующей фольгой, вокруг в цехе и на окружающих корабль стапелях работали люди. Сотни людей в синих и белых комбинезонах. Картина была поразительно похожа на ту, что он год назад видел на одном из своих заводов.

- Это Это Теон не мог поверить своим глазам. Это монтаж? Фейк?

- Нет, мой друг. Это не фейк, в боковом окне появился Мади, затем экран распался на десяток сегментов, показывающих собранный корабль с разных камер, установленных в ангаре. Это не фейк. Это новый Зевс. Он находится в цехе контрольной сборки. Идут последние проверки узлов и собранных в единую конструкцию модулей. Через месяц корабль начнут разбирать на сегменты и готовить их для транспортировки на орбиту.

- Где это все находится?

- Прежде чем мы продолжим разговор, я бы хотел задать вопрос. Вы все еще хотите на Марс? Или все же выберете Африку? От вашего ответа будет зависеть, в какую страну вас доставит самолет, который уже ждет в аэропорту Гаваны.

- Марс. Конечно, Марс. Если есть такая возможность, не раздумывая ответил Курц.

Мади довольно кивнул головой и исчез с экрана. Вместо него появилась спутниковая фотография Евразии, на которой пульсировала яркая алая точка.

- Россия, почувствовав внутренне облегчение, выдохнул Теон. Конечно, Россия. Я так и знал. Но как такое возможно?

- Об этом и о многом другом, мой друг, мы поговорим при встрече, экран погас. Старый араб давал понять, что на этом этапе больше информации не будет.

Оставшееся до Кубы время Теон прокручивал в голове разговор с Мади. Складывалось устойчивое ощущение, что он стал частью большой игры, что он лишь фигура на глобальной доске, которую умелый гроссмейстер двигает по своему усмотрению, с каждым ходом приближая победу в сложной партии. Теперь он знал, кто этот гроссмейстер. А еще он знал, что Мади тоже фигура. Равная ему или пусть даже более значимая, но все же фигура, еще один элемент большого плана. От осознания этого злость на араба и раздражение на то, что его обвели вокруг пальца, начала утихать. Курц не был силен в сложных многоходовых комбинациях и даже в бизнесе предпочитал быстрые, порой даже импульсивные решения, скорее, надеясь на удачу и интуицию, чем на тонкий просчет всех мелких деталей и вариантов.

Теперь расклад был ясен. За всей этой сложной многоходовой операцией стояли русские. Они подсунули Теону своего ученого, носителя уникальной технологии, чтобы он за свои деньги создал космический буксир. Затем они свели его с Мади, который предложил фантастическую по своей привлекательности и вполне осуществимую идею с астероидом. Они подождали, пока Курц притянет его к Земле, потом перехватили управление над кораблем и обрушили космическую скалу на восточное побережье США. В результате этого столкновения в Америке разразится настоящая финансово-экономическая катастрофа и она надолго, если не навсегда, выпадет из большой игры.

Гениальный план по устранению все больше теряющего адекватность геополитического соперника. И самое главное, Россию к нему никак нельзя привязать. Если и обвинять кого-то в катастрофе, то Альфа Орбитал и его самого Теона Курца, самого богатого человека на планете, инноватора и изобретателя. Теон кисло ухмыльнулся и отхлебнул воды из бутылки, чтобы смочить пересохшие от волнения губы.

Похоже, у Москвы все это время был доступ к разработкам и технологиям его космического буксира. Неудивительно. Ведь добрая четверть ведущих инженеров и конструкторов в Орбитал и Альфа Спейс были русскими. В течение десятилетий он перекупал или переманивал лучшие мозги у Роскосмоса и других исследовательских институтов России. Сколько из них продолжали работать на свою Родину и сливать туда секреты, можно было только догадываться. Судя по всему, немало. Ведь русские вели строительство космического буксира одновременно с Орбитал, пользуясь ее готовыми решениями.

Теперь у России есть корабль. У них есть ракеты, чтобы доставить его модули на орбиту. Но! У них нет инфраструктуры на орбите для его сборки. Именно поэтому им нужен Теон Курц. Чтобы воспользоваться его орбитальной станцией и сэкономить несколько лет и сотню миллиардов долларов. Черт возьми! А ведь это неплохая переговорная позиция. Совсем неплохая. Осталось только договориться с США, чтобы ему вернули контроль над Орбитал. Мади намекал, что это возможно. Если так, то проект марсианской миссии можно будет возродить очень быстро.

Довольный своими умозаключениями Теон взглянул в окно. Внизу, слева по борту, уже виднелась береговая линия Кубы. Его маленький самолет, уверенно пилотируемый русским асом, начинал плавный разворот для захода на полосу аэропорта Хосе Марти в пригороде Гаваны.

Россия. Урал

Корпус тестовой сборки, который произвел на Курца такое впечатление, находился в небольшом закрытом научном городке на южном Урале, где располагалось одно из основных предприятий Ракетно-космического центра Прогресс. На этом затерянном в тайге заводе еще с советских времен производили ракеты и космические аппараты, поэтому он имел всю необходимую инфраструктуру, включая подведенную ветку железной дороги и полноценную взлетно-посадочную полосу, способную принимать тяжелые транспортники. Именно на нее и приземлился самолет Роскосмоса с Теоном на борту.

В Гаване миллиардера ждал кубинский правительственный самолет, в срочном порядке зафрахтованный посольством России. В аэропорту Хосе Марти Ваху, который, судя по мягкой и уверенной посадке, действительно оказался классным пилотом, сменил улыбчивый и на вид добродушный сотрудник российского диппредставительства. Впрочем, он совершенно не навязывал свою компанию. Поинтересовавшись, нет ли у Теона каких-либо пожеланий, он достал из своего затертого кожаного портфеля кипу газет и принялся за чтение, а через час полета и вовсе задремал под мерное гудение двигателей. Его примеру последовал и Теон, на которого вдруг навалилась усталость и нервное напряжение последних дней. Он проснулся только когда самолет уже заходил на посадку в аэропорт Шереметьево.

Там Теона поджидал мерседес Роскосмоса с новым сопровождающим, который также поинтересовался, нет ли у Теона каких-либо пожеланий. Тот хотел было сказать, что неплохо было бы организовать экскурсию по Москве с рестораном и девочками, но вовремя решил, что его шутка может быть воспринята гостеприимными русскими буквально, и лишь отрицательно покачал головой.

Через несколько минут миллиардер без пограничного или таможенного контроля уже сидел в мягком кресле ВИП-лайнера Роскосмоса, которым пользуется руководство компании, и рассматривал богатое меню бортового сервиса.

Полет до места назначения занял почти три часа, которые Теон провел за изучением последних все более и более драматичных новостей из Штатов.

Страна понемногу приходила в себя после катастрофы и осознавала нанесенный ей гигантский ущерб. Торги американскими ценными бумагами и валютой были все еще приостановлены. К тому же по всему миру прекратил работу SWIFT. Это было сделано для того, чтобы оттянуть формальное подтверждение коллапса доллара и полного разрушения финансовой системы. В результате этих шагов банкиры наиболее интегрированных в американскую валюту стран Европы и Азии оказались лишены доступа к своим активам и вынуждены были остановить операции. Инвесторы по всему миру в панике бросились вынимать деньги из ценных бумаг. Ведущие биржи на ажиотажных продажах тут же закрылись, а внебиржевой рынок просто не справлялся с обработкой заявок на продажу. Аналитики восприняли это как начало самого жесткого в истории финансово-экономического кризиса, разразились лавиной апокалиптических сценариев, которые еще больше подстегнули панику на рынках, окончательно запустив процесс глобальной финансовой катастрофы.

Время за чтением этих грустных новостей пролетело быстро, так что, когда самолет начал снижение, Теон даже удивился.

На этот раз у трапа его встречали уже два мерседеса и группа из четырех человек. Во главе с руководителем Роскосмоса и директором РКЦ Прогресс. То, что ему оказывали уважение, было хорошим знаком и обещало конструктивное и взаимовыгодное сотрудничество.

Небольшой кортеж доставил Теона на шикарную виллу в лесном массиве в нескольких километрах от городка. Там сопровождающие, передав гостя услужливому администратору, пожелали спокойной ночи и, попрощавшись, уехали.

Теон неплохо подремал в самолете, к тому же в Штатах сейчас был день, поэтому спать совсем не хотелось. Тем не менее, чтобы наутро его не свалила внезапная усталость, он выпил таблетку снотворного и погрузился в тревожный, заполненный смутными пугающими видениями сон.

Утром он проснулся от пения незнакомых птиц. Через приоткрытое, затянутое москитной сеткой окно слышался шум свободно растущих на участке сосен и чувствовался непривычный запах хвои со стойким ароматом лесных цветов. Теон несколько минут лежал в постели, неспешно приводя мысли в порядок. Затем встал, принял душ в снабженной всеми необходимыми туалетными принадлежностями ванной, накинул халат и, вернувшись в спальню своего трехкомнатного люкса, посмотрел на небрежно брошенную на стул с вечера одежду. Да. В таком прикиде вести на равных деловые переговоры с русскими, затянутыми в дорогие итальянские костюмы, будет затруднительно. В джинсах, просторной хлопковой рубашке и легкой куртке, в которых привык ходить в Штатах, здесь он наверняка будет смотреться, как обычный сантехник.

Недовольно поморщившись, Теон подошел к встроенному шкафу и сдвинул в сторону стеклянную дверцу. К его удивлению, внутри висело пять костюмов, подобранных под его размер, десяток рубашек и галстуков, а сбоку несколько стопок одежды попроще: джинсы, брюки, рубашки в стиле кэжуал^[69]. Внизу несколько пар обуви от костюмных туфель до удобных кроссовок. Он довольно улыбнулся и выбрал темные брюки и светлую рубашку, оделся и спустился на первый этаж в большую гостиную.

Уже на лестнице в нос ударил аромат крепкого кофе и корицы. Не жиденького разбавленного американо, а реальной крепкой арабики. От этого бодрящего запаха организм встрепенулся. Теон вдруг вспомнил, что, если не считать легкий ужин на борту самолета, он толком не ел с самой Мексики.

Внизу в гостиной, расположившись на диване с газетой в руках, его ожидал Мади. Увидев спускающегося по ступенькам гостя, он поднялся, пошел навстречу.

- С добрым утром, мой друг, он протянул гостю руку и, увидев его неуверенный взгляд, улыбнулся своей грустной улыбкой уставшего человека. После того что произошло, я не обижусь, если вы не пожмете мою ладонь, но замешательство Теона длилось всего секунду, он улыбнулся в ответ и пожал протянутую руку. Рад вас видеть, мой друг. Совершенно искренне говорю, рад. Я очень сильно за вас беспокоился, когда узнал, что там, в Мексике, на вас готовятся напасть бандиты. Хорошо, что у моих русских друзей оказались там нужные активы, иначе быть беде.

- При виде вас я испытываю смешанные чувства, Мади, Позвольте, я продолжу вас так называть, Теон посмотрел в глаза старику.

- Пожалуйста, улыбнулся тот. За последние пятнадцать лет я успел привыкнуть к этому имени. А насчет противоречивых чувств У вас будет достаточно времени, чтобы в них разобраться. Моя глава в книге вашей жизни завершена. Думаю, это наш последний разговор. Дальше вы будете общаться с русскими. Поверьте, с ними приятно иметь дело. Но, что же мы стоим? Пойдемте с столовую. Там за чашкой кофе все и обсудим. Я специально не завтракал, чтобы составить вам компанию.

За завтраком Мади сообщил, что проведет весь день с гостем, чтобы представить его главе Роскосмоса, руководителю Прогресса и директору завода, на котором собирался Зевс. В программе на сегодня после посещения цеха только один пункт обсуждение условий и параметров сотрудничества с директором Роскосмоса и представителями правительства. Переговоры пройдут здесь, в гостевой резиденции. По их результатам будет принято решение о степени участия и вовлеченности Теона в марсианскую программу. Если соглашение будет достигнуто, то в дело вступят финансисты, юристы и мидовские спецы по экономическому праву, потому что основной задачей станет возвращение контроля над активами Альфа Орбитал и Альфа Спейс. Потому после ознакомления с Зевсом Теону предлагается переместиться в Москву, где для него уже подготовлен полноценный офис, откуда он и будет вести свои операции. Получалось, русские неплохо все продумали. Оставалось только узнать детали их плана, ведь вернуть контроль над активами в то время, как над Теоном нависла угроза прямого обвинения в катастрофе, казалось почти невозможным.

- А если нам не удастся договориться? спросил Курц, глядя в глаза арабу. Они уже закончили завтрак и сидели на террасе в плетеных креслах, наслаждаясь утренней свежестью соснового леса и крепким на восточный манер кофе.

- Тогда вы будете свободны в выборе своей судьбы. Хотите возвращайтесь в США, хотите в Африку. Во всяком случае, так мне сказали русские. До сих пор они вели себя очень порядочно. Не верить им у меня нет никаких оснований. Им нужна ваша орбитальная станция. Она экономит кучу денег и два года. Плюс ваши отработанные технологии орбитальной сборки и опытные астронавты, которые уже собрали на орбите один Зевс. А еще они знают, что год назад вы начали собирать второй космический буксир, который должен быть уже почти готов. Сами понимаете, два корабля лучше, чем один.

- Похоже, они спешат, поднял брови Теон. С чего бы это? Боятся конкурентов? Америка надолго выпала из игры. Остается Китай. Насколько я помню, они тоже работали над космическим буксиром. Но, по моим прикидкам, им надо еще пару лет на корабль и еще столько же на создание орбитальной станции. Значит, русские в любом случае будут на Марсе первыми. Не понимаю, к чему такая спешка?

- Почему спешат русские, не знаю. Но, похоже, они планируют в перспективе ближайших двух лет. Причем действуют по очень жесткому, спущенному с Кремля плану. Ресурсов и людей не жалеют, как будто нацелены на определенную дату или событие.

- Странно. Не вижу смысла. Сейчас после катастрофы в мире разразится жесткий экономический кризис. Ресурсов не будет хватать на еду и тепло. А тут Марс. В современной ситуации такие расходы непозволительная роскошь. Неужели глупая гонка с Китаем за престиж.

- Китай тут не причем. Вернее, очень даже причем. Потому что марсианскую программу русские ведут вместе с Пекином. Это их совместное предприятие.

- Вот как. Очень неожиданно. Значит, они не конкуренты, а партнеры. Тогда шансы на успех со мной или без меня значительно возрастают. И отсюда вопрос, почему они так спешат, становится еще более интересным.

- Если честно, меня это тоже беспокоит, качнул головой Мади. Но истинных целей марсианской программы я не знаю. Может, вам как партнеру они расскажут больше.

- Хотелось бы верить, Теон отхлебнул кофе и прислушался. В тишине, лишенной посторонних техногенных звуков, отчетливо слышался шум приближающихся к воротам резиденции машин.

- Вот и кортеж прибыл, Мади допил свой кофе и поднялся с кресла. Сейчас по плану ознакомительная экскурсия с Зевсом. Если честно, мне самому очень интересно. Очень хочется увидеть настоящий космический корабль своими глазами.

Предназначение корпуса контрольной сборки огромного завода РКЦ Прогресс, недавно построенного на Урале, соответствовало своему названию. Там перед стартом собирались космические аппараты, чтобы на Земле протестировать все системы и ознакомить уже освоившийся с макетом экипаж с реальным аппаратом, чтобы вживую отработать основные и аварийные действия. Разница в этом строении заключалась в том, что оно было длиной почти двести метров и высотой более пятидесяти. Только такой корпус мог вместить стометровый Зевс с его полностью раскрытыми улавливателями системы капельного охлаждения и выносными штангами, на которых крепились блоки электрореактивных двигателей.

На непосвященного зрителя само строение и то, что находилось внутри, производило сильное впечатление, сравнимое с тем, что испытывают восхищенные подростки, глядя, как в Стар Треке^[70], голливудской классике космической фантастики, с орбитальных стапелей сходит новенький, сверкающий в лучах прожекторов Энтерпрайз. Почти так же фантастично выглядел и космический буксир. С расправленным оперением он напоминал покоящуюся в футляре огромную стрелу, которую сотни трудолюбивых гномов готовили к тому, чтобы ее пустил в цель неведомый великан. Даже Теон, который уже был знаком с кораблем и не раз наведывался в свои сборочные корпуса, был восхищен увиденным.

В Орбитал для контрольной сборки использовались огромные быстровозводимые ангары, потому что в теплом климате не имело смысла выстраивать капитальные корпуса. Русские же построили прочное долговременное, рассчитанное на десятилетия строение, оборудованное десятком мощных кранов, пересекающимися рельсовыми направляющими для монтажа модулей и передвижными стапелями. Все это действительно напоминало кадры из фантастического фильма.

Однако первые впечатления прошли быстро. При близком рассмотрении русский Зевс оказался почти полной копией американского. Правда, с одной довольно значимой разницей. У него была возможность отстыковать реактор с турбинным блоком. Более того. Энергоустановка имела собственный маршевый и группу маневровых реактивных двигателей на жидком топливе. Эта конструктивная особенность превращала ее в небольшой космический корабль. На вопрос, зачем это было сделано, сопровождающий конструктор расплывчато ответил для универсальности.

В принципе, такое решение было неплохим и неновым. Теон сам когда-то о нем подумывал. Но реактор без капельной системы охлаждения не проработает и нескольких часов, а она очень громоздкая, занимает почти две трети буксира и работает только в космосе при движении корабля. Значит, использовать реактор отдельно от нее, скажем, опустив на Марс или состыковав с орбитальной станцией, невозможно. К тому же сложно было представить, что в ближайшее время на красной планете появятся потребители электроэнергии, способные выбрать два мегаватта мощности, которые генерировал реактор при рабочей нагрузке.

Универсальность, так универсальность. Теон сделал себе пометку разобраться с этой темой позже. Тем временем экскурсия закончилась. Вся группа переместилась в офисный блок в комнату переговоров, где главный конструктор проекта сделал небольшую презентацию. Достроим корабль. За две ходки соорудим на орбите Марса обитаемую станцию. Затем понадобятся еще три, чтобы доставить на нее модули для сборки ракеты, способной опуститься на поверхность и вернуться на орбиту. Кстати, здесь технология вертикальной посадки, которой в совершенстве овладела Альфа Спейс, очень и очень пригодится. После сборки ракета доставит на поверхность экипаж из 3-5 человек. Если миссия пройдет успешно и все технологии будут работать, то станция на орбите станет постоянно обитаемой, а на поверхности начнется сооружение базы. Сроки в пределах четырех лет. Теон поинтересовался, можно ли отправиться к Марсу раньше? Ведь буксир почти готов. Если будет доступ к его орбитальной станции, то ходовые испытания на орбите можно начать уже через полгода. Еще несколько месяцев на доводку корабля, и можно лететь на Марс и высадиться на поверхность. Ответ был довольно туманным. Ну наверно, можно. Но с высадкой пока ситуация неясна. Многое еще не отработано. Многое неясно. Некоторые решения еще не проверены. Сейчас в приоритете полет к Марсу в ближайшее время и ускоренное создание там на орбите обитаемой станции. А для этого очень важно получить уверенный доступ к орбитальной станции Орбитал.

Не получив внятного ответа, Теон сделал в уме еще одну пометку. Зевс может быть готов к миссии через год, а высадка на Марс планируется через 3-4, и то возможно. Как он будет использоваться до этого времени, было не совсем понятно.

Видя, что Курц начинает задавать принципиальные вопросы по графику и целям программы, главный конструктор сослался на то, что отвечает только за технические вопросы проекта, а обо всем остальном лучше поговорить с куратором из Москвы. Он как раз должен прилететь после обеда и наверняка более полно ответит на все вопросы.

С куратором получился еще один сюрприз. Вопреки ожиданиям, им оказался человек, не имеющий к космосу, ракетостроению, да и к науке вообще совершенно никакого отношения. Зато занимал должность помощника президента России по особым поручениям. Миссия на Марс, конечно, очень особое поручение, но не настолько, чтобы ставить на него далекого от темы человека, пусть даже и генерала ФСБ, и, по словам Мади, весьма неплохого организатора.

Впрочем, несмотря на прошлый опыт в спецслужбе, Дубров, так звали куратора, действительно оказался довольно приятным в общении человеком, готовым ответить на все или почти все вопросы. Однако основной задачей первой встречи было очертить условия сотрудничества между Роскосмосом и Теоном в будущей экспедиции. В двух словах, предложение Дуброва состояло в следующем. Альфа Орбитал и Роскосмос подписывают долгосрочное соглашение о совместной миссии на Марс и объединяют для этого ресурсы. Полет к красной планете, станция на ее орбите, посадка на поверхность и потенциальное создание марсианского обитаемого блока будут производиться совместно. Однако каждая из сторон сможет использовать ресурсы программы, не задействованные по ее прямому назначению, в своих интересах.

Если бы не катастрофа, Теон бы сам в течение года уже запустил к Марсу первый корабль. Теперь же его единственной возможностью был русский Зевс. Но сборка буксира на орбите в следующие 3-4 года невозможна без его орбитальной станции. А если учесть тот факт, что мир в ближайшее время накроет жесткий кризис, то ресурсов на создание такой станции у Роскосмоса явно не будет, даже если они объединятся с Китаем. Значит, единственным шансом для русских было сотрудничество с Орбитал. Здесь опять возникал вопрос, зачем Москве и Пекину так срочно понадобился Марс. Особенно сейчас, когда после катастрофы в Штатах в мире наверняка начнется хаос. С любой точки зрения, такие космические программы стоило отложить до тех пор, пока не осядет пыль после падения астероида. Чтобы сразу прояснить ситуацию, Теон прямо спросил об этом куратора.

- Вы задали ключевой вопрос нашего сотрудничества, Дубров взглянул в глаза миллиардеру. Раздвигание горизонтов человечества, космические исследования, первый шаг на чужую планету для нас это все важные, но не основные задачи. Прямо скажу, мы летим к Марсу с вполне конкретной целью, и, поверьте, она стоит того, чтобы тратить на нее ресурсы и время. Более того, цель эта настолько значима, что может во многом определить развитие всего человечества. Причем время ее достижения, по нашим прикидкам, довольно ограничено. Проблема в том, что мы не знаем, в каких пределах. Из-за этого так спешим.

- Звучит интригующе, Теон сделал над собой усилие, чтобы не отвести взгляд. Он избегал с генералом прямого контакта глаза в глаза, словно опасаясь того, что собеседник может выведать у него сокровенную тайну. Не хочется гадать, но подходящей под ваше описание целью на Марсе могут быть в том числе следы инопланетной жизни. Возможно, даже разумной. Я прав?

- Давайте возьмем паузу в этом разговоре, сдержанно улыбнулся Дубров. Когда мы убедимся в том, что с вами налажено эффективное сотрудничество и между нами установятся более доверительные отношения, мы, несомненно, поделимся этой информацией. Уверен, она произведет на вас впечатление. Возможно, вы даже согласитесь принять участие в нашей программе.

- Очень интересно, медленно проговорил Теон, откинулся на спинку кресла и почувствовал, что прикоснулся к чему-то большому и важному, что все это время подспудно толкало его на Марс. Неужели русские нашли там жизнь? Нет, невозможно. У них за последние два десятилетия не было ни одного успешного запуска на Марс. А вот у китайцев были.

- Давайте оставим пока эту тему. Сейчас главное согласовать параметры нашего сотрудничества. Как только это будет сделано, мы начнем работу по возвращению вам контроля над Орбитал. Здесь, Дубров положил ладонь на кожаную папку, на нескольких листах изложены наши предложения. Если вы будете с ними согласны в принципе, то мы перейдем к следующей фазе. Для этого вы переедете в одну из нейтральных столиц Европы. Скажем, в Женеву или Вену. Не стоит афишировать тот факт, что вас в Мексике спасла Россия и вы провели пару дней здесь. Просто сошлитесь на то, что скрывались с Вахой на Кубе. В Европе вы можете воспользоваться одним из представительств ваших зарегистрированных там компаний. Думаю, на первое время этого будет достаточно. Затем вы сможете вызвать из Штатов своих юристов и финансистов для детальной проработки соглашения. Как только их работа будет закончена и будет подписано соглашение, подключится наш МИД и э другие службы, и мы приступим к возвращению вам полного контроля над Альфа Орбитал, который сейчас передан НАСА.

- Вижу, вы неплохо все продумали, уважительно покачал головой Теон. Давайте ваши бумаги. Мне надо пару часов, чтобы их изучить и все обдумать. Если не почувствую каких-либо подводных камней, то для себя я уже все решил. Очень уж мне интересно, что вы там такое необычное нашли на Марсе, что может повлиять на судьбу человечества.

- Замечательно. Тогда до завтра. Продолжим разговор утром здесь же, на вилле, Дубров подвинул небольшую кожаную папку с тисненым гербом Роскосмоса к Теону и поднялся с кресла. Да, и еще. С вами хотел попрощаться ваш арабский партнер. Он завтра улетает. Если сочтете нужным, попросите администратора, он организует звонок.

Прихватив документы, Теон поднялся в кабинет, устроился в кресле и принялся читать. В бумагах более подробно было описано то, что он уже слышал от Дуброва. В принципе, такой формат сотрудничества его устраивал. Несмотря на то что русские бессовестно использовали его в своей грязной игре против США, в сотрудничестве с ними были очевидные выгоды. То, что он получал шанс попасть на Марс, теперь казалось ему неглавным. Основной была возможность вернуть контроль над Орбитал, о которой здесь говорили почти как о свершившемся факте. Значит, у русских имелись какие-то убедительные аргументы для разговора с новыми властями США.

Вернуть свою компанию сейчас было приоритетом не только из-за денег. Формально счета и активы Теона в США не были арестованы, но он находился под повесткой ФБР. Это означало, что в любой момент его могут обвинить в катастрофе и объявить в розыск. Тогда вся его высокотехнологичная империя с миллиардными оборотами и научные центры с сотнями передовых разработок перейдут под внешнее управление. Поэтому на данный момент снять с себя возможные обвинения и вернуть статус добропорядочного бизнесмена было основной задачей. Если русские смогут в этом помочь, хорошо. Если нет, придется связываться с Акостой, который, судя по всему, был близок к новому военному руководству. Как он отреагирует на последние события после бегства с гасиенды, было совершенно неясно. В общем, Теон решил пока поиграть в игру, предложенную русскими, особенно учитывая пространные намеки Дуброва на некую большую цель на Марсе, от которой зависела судьба человечества.

Немного подумав, Курц отложил папку, достал планшет и написал Акосте сообщение, что на гасиенду в Мексике было совершено нападение, его спас и эвакуировал на Кубу Ваха, сейчас он очень напуган и пробудет в безопасном месте, пока ситуация в Штатах не прояснится. Теон ожидал, что шеф безопасности ответит сразу. Но экран закрытого чата не подавал признаков жизни. Значит, надо подождать. Он посмотрел на часы, потом снова на планшет и написал короткое сообщение на номер Мади, который на гасиенде передал ему абхаз:

- Я слышал, вы завтра улетаете.

- Да. Мое время здесь истекло. Возвращаюсь на Восток, через пару минут ответил тот.

- Предлагаю поужинать вместе здесь, на вилле.

- Хорошая мысль. Мне надо полтора часа, чтобы закончить дела. К этому времени можете заказывать ужин.

В ожидании встречи Теон успел посмотреть по ТВ несколько новостных программ и почитать биржевые прогнозы, оживившихся на фоне обвального падения котировок аналитиков. Все они были весьма мрачными и предсказывали финансово-экономическую катастрофу глобального масштаба. Об этом уже однозначно сигнализировал коллапс фондового рынка и резкий взлет цен на сырьевые позиции, углеводороды и сельхозпродукцию, вызванный тем, что страны, у которых были резервы в драгметаллах, стали интенсивно скупать все необходимое для автономного существования.

В самих Штатах на второй деть после катастрофы наконец начались спасательные работы. Пока они в основном были сосредоточены в зоне средних и слабых разрушений, где слой осадков выброшенной породы позволял извлекать людей из-под завалов. В район, непосредственно примыкающий к кратеру, тоже были направлены команды спасателей, но любые действия там оказались невозможны, потому что то, что осталось от Вашингтона, Балтимора и их пригородов, было покрыто стометровым слоем выброса.

Однако в одном месте спасательные работы все же велись интенсивно. Туда, где раньше находился Белый дом, тяжелые вертолеты доставили технику, а FEMA начало возведение временного городка и монтаж шахтного оборудования. Целью этой активности была попытка спасти президента и тех, кто успел укрыться в бункере. Информации о статусе спасательной операции было немного, но источники сообщали журналистам, что убежища под Белым домом, Пентагоном и Капитолием потеряли целостность из-за горизонтальной подземной ударной волны, поэтому шансы найти кого-либо в живых минимальны.

На фоне этой активности военные создали из оставшихся в живых высших чиновников Администрации и членов Конгресса чрезвычайный комитет для управления страной, во главе которого встал генерал, руководивший Объединенным командованием по Северной Америке. С одной стороны, это было неплохо. Централизованная власть, не отягощенная оглядками на демократические процедуры и лоскутное общественное мнение, имеет больше шансов справиться с катастрофой такого масштаба. С другой, уже итак чуть тлеющий маяк американской свободы и демократии окончательно погас, сбитый ударной волной от падения астероида.

Вся эта печальная картина, конечно, глубоко трогала Теона как гражданина США, но все же основной причиной беспокойства был статус его компаний. Возможно, за ужином Мади приоткроет завесу таинственности или хотя бы намекнет на то, каким путем собираются идти русские, чтобы вернуть ему контроль над Орбитал.

Они встретились в начале девятого. Наслаждаясь теплым августовским вечером и неспешно беседуя о том, что сегодня увидели в корпусе контрольной сборки, прошлись по петляющим среди сосен дорожкам. Теон еще раз прощупал араба по поводу таинственной марсианской цели русских, но тот либо действительно ничего не знал, либо не хотел делиться информацией. Закончив прогулку, они сели за стол, накрытый на террасе, с видом на тайгу.

- Не знаю, увидимся ли мы еще, поэтому хочу пожелать удачи в круговороте будущих событий, Мади поднял бокал шампанского и, не дожидаясь Теона, пригубил.

Миллиардер хотел было сказать, что если бы не араб со своей кровной местью и не русские с мутными геополитическими раскладами, то удача в виде висящего на орбите астероида стоимостью в триллионы долларов уже была бы у него в руках. Но вместо этого он молча поднял свой бокал и сделал небольшой глоток.

- Скажите, что вы теперь собираетесь делать? спросил Теон.

- Вернусь на Восток. Я теперь очень, очень богатый человек. Средства, которые у меня были до сотрудничества с вами, приросли прибылью от продажи акций Орбитал. Да-да. Я успел сбыть большую их часть на пике котировок еще до того, как мои счета арестовал Богарт. Настало время тратить эти бешеные миллиарды. Теперь, когда Штаты будут заняты внутренними делами, а во всем мире наступит хаос, я планирую начать строить новый Ирак. Подбирать и продвигать наверх не испорченных плесенью западной идеологии умных и образованных молодых людей. Инвестировать в инфраструктуру, в безопасность. Грядет период дефицита всего. Тот, кто имеет или может произвести что-то по-настоящему полезное для выживания в новом мире, будет на коне. Ирак имеет нефть. Надо не дать Европе захватить наши нефтяные месторождения. Черное золото должно пойти на улучшение жизни народов Ирака.

- В одиночку это будет трудно сделать.

- Нам помогут русские, китайцы и Иран. Они фактически возьмут мою разрушенную страну под защиту.

- Вы станете президентом? с вызовом посмотрел на него Теон.

- Нет, покачал головой араб. Я в своей жизни хлебнул достаточно власти. Страной будут править другие, более достойные люди. Мы лишь на первом этапе поможем им организоваться, а я некоторое время буду выполнять роль кошелька. В конце концов, я сохранил и приумножил золотой фонд Саддама. Значит, деньги эти принадлежат Ираку.

- Благородно, одобрительно покивал головой Курц, прекрасно понимая, что себя этот хитрый араб тоже не обидит. Жаль, что не удалось разработать астероид. Так бы у вас было еще больше средств на восстановление страны. Настолько больше, что никакие доходы от нефти не могли бы с ними сравниться.

- Да. Жаль, со вздохом согласился Мади. Но у вас-то еще все впереди.

- В каком смысле? насторожился Теон.

- В прямом. Астероид стоимостью триллионы долларов все же доставлен на Землю. Пусть даже таким радикальным способом. Теперь все его золото, никель и редкоземельные металлы покоятся в кратере как застывший расплав и выпали в виде выброса на расстоянии нескольких километров от него. Вашингтон стерт с лица земли. Но у Америки появился новый Клондайк. Сейчас кратер и примыкающие к нему районы в полном смысле золотые.

- А ведь вы правы. Как я об этом раньше не подумал, Курц плотно сжал губы и посмотрел на собеседника, все внимание которого было обращено на салат с королевскими креветками.

- А здесь для такой глуши совсем не плохо готовят, тот оторвался от блюда, довольно промокнул губы салфеткой и с улыбкой взглянул на миллиардера. Конечно, я прав. Скоро в Штатах утихнут эмоции, и вы как самый богатый человек в мире можете взять на себя ответственность за восстановление Вашингтона, округа Колумбия и примыкающих штатов. Заключите сделку с новой властью и вперед. Ну а дальше, я уверен, ваши консультанты подскажут, что делать. Так что у вас есть возможность на месте пепелища построить город будущего, расположенный по берегам живописного четырнадцатикилометрового озера. Чем не шанс войти в историю как человек, восстановивший Америку.

- Насчет восстановления мысль неплохая. Если меня не объявят в розыск.

- Будем надеяться, что до этого не дойдет, хитро улыбнулся Мади. У Дуброва на этот счет есть весьма реалистичный план. Думаю, он вам его в ближайшее время изложит.

- Не терпится его услышать, Теон наконец обратил внимание на свой остывающий салат. Королевские креветки выглядели и пахли действительно очень аппетитно. И на вкус оказались безупречны.

* * *

На следующее утро Теон сообщил Дуброву, что в общем согласен с предложенным форматом сотрудничества. Однако прежде чем они подпишут протокол о намерениях, ему хотелось бы знать, каким образом тот планирует вернуть его американские активы.

- Процесс это сложный и полной гарантии нет. Но у нас есть определенная уверенность в том, что новые власти в Америке с пониманием отнесутся к нашей просьбе, уклончиво ответил куратор.

- Откуда эта уверенность исходит? решил дожать тему миллиардер.

- Вы знаете, кто сейчас реально руководит Америкой?

- Военные. Какой-то важный генерал.

- Это не просто важный генерал, снисходительно улыбнулся Дубров. Это генерал Дональд Кристофер. Он в 21 году командовал контингентом, обеспечивавшим охрану аэропорта Кабула во время бегства американцев из Афганистана. Тогда ему удалось в течение нескольких недель эвакуировать почти 120 тысяч американцев. Из-за тупости Белого дома и Пентагона вся операция превратилась в хаос и позор для Америки, которым Кристоферу пришлось управлять. Но генерал максимально успешно для тех условий справился со своей задачей.

- И что?

- То, что без нашей помощи и без помощи Китая у него бы ничего не вышло. Талибан^[71], который, вопреки ожиданиям, в течение нескольких недель после вывода американских войск взял Кабул, состоит из нескольких фракций и группировок. Получилось, что боевому крылу моджахедов, которые 20 лет воевали с американцами в горах Афганистана, начали отдавать приказы политические лидеры, все это время курившие кальян в роскошных апартаментах в Катаре. И полевым командирам это очень не понравилось. Как и то, что катарская компания неохотно делилась ними получаемыми от спонсоров деньгами. Прожженные моджахеды хотели мести. Они хотели убивать американцев, сбивать их самолеты. Несколько наиболее радикальных полевых командиров решили пойти против приказа верхушки и атаковать аэропорт Кабула. Если бы это произошло, там бы развязалась настоящая бойня. Аэропорт американцы бы удержали. У них там было почти 5 тысяч морпехов. Но вокруг скопилось около сотни тысяч гражданских афганцев, американцев и европейцев, которые в панике пытались покинуть страну. При штурме аэропорта или хотя бы обстреле жертв были бы тысячи. Для Талибана они все были врагами, потому что сотрудничали с США. А вот для Америки на фоне уже случившегося грандиозного фиаско с выводом войск это была бы колоссальная катастрофа. Более того, такая атака неминуемо бы повлекла ответные удары по Афганистану, и война разгорелась бы с новой силой. Это противоречило нашим интересам. Россия и Китай хотели, чтобы Штаты поскорей убрались из Кабула и предоставили афганцев самим себе. Поэтому мы предложили генералу Кристоферу помощь. Китай блокировал наиболее агрессивных полевых командиров, а Россия предоставила дополнительные транспорты без опознавательных знаков для того, чтобы американцы успели эвакуироваться в согласованный с талибами срок, Дубров взял одну из небольших бутылочек с водой, стоящих на столе, ловким движением скрутил пробку, сделал несколько глотков и продолжил: Кристофер, в отличие от своего начальства, оказался вполне вменяемым и разумным человеком. Он до последнего момента верил, что Вашингтон не бросит своих в Афганистане. Но когда увидел, во что превратилась эвакуация, и узнал, что вышедшие из-под контроля полевые командиры готовы атаковать аэропорт, то пришел в отчаяние. При царившей в Белом доме и Пентагоне панике наше предложение показалось ему единственным выходом, при котором можно было избежать кабульской бойни.

- Вы ведь что-то потребовали взамен?

- Ничего. На тот момент нам надо было, чтобы американцы поскорее убрались из Кабула. Но контакт с генералом Кристофером был установлен. Он вернулся в Штаты героем, которым, как вы понимаете, стал не без нашей помощи, и очень сильно поскандалил в Вашингтоне. Он оказался настоящим патриотом, человеком консервативных традиционных взглядов, который был в корне не согласен с тем надругательством над американским обществом, которое в последние десятилетия устроили ультралибералы. Поэтому он ушел в тайную оппозицию и стал собирать вокруг себя единомышленников. Кристофер отказался от высокой должности в Пентагоне, но через год возглавил Северное объединенное командование, в зону ответственности которого входит вся Северная Америка. Понемногу люди, которые собрались вокруг него, оформились в тайную оппозиционную силу, у них появилась политическая платформа, основанная на том, что Америке необходимо поменять свое отношение к себе и миру. Она должна оставить иллюзии исключительности, вернуться к разумным человеческим ценностям и перестать выполнять роль мирового жандарма. Прошло время, и Кристофер заявил, что готов взять власть в стране.

- Заявил? Кому?

- Это очень сложный вопрос. Как и отношения между нами и Кристофером. Боюсь, он лежит вне зоны моей ответственности. Поэтому я не готов его сейчас обсуждать.

- Это невероятно! всплеснул руками Теон. К власти в Америке пришел русский шпион.

- Не делайте поспешных выводов. Этот, как вы выразились, шпион спас Америку от неизбежной ядерной войны с Россией и Китаем, которую на пути к мировому господству развязал бы Богарт и его свихнувшиеся ультралибералы.

- При этом уже погибли миллионы американцев после удара астероида. Десятки миллионов судеб разрушены.

- Печально, пожал плечами Дубров. Но вспомните развал Советского Союза, который устроила Америка через своего агента влияния в Кремле. Кто тогда считал жертвы? Кто измерял людские страдания? Крушение СССР было самой страшной гуманитарной катастрофой второй половины двадцатого века. Падение Америки будет сравнимо с ним по масштабам в наше время. Но то, что случилось, то случилось. Теперь наша задача помочь Кристоферу отстроить новую Америку. Вернее, старую. Ту, где была хотя бы видимость свободы, демократии и возможность осуществить американскую мечту. А если он к этому ко всему добавит немного справедливости, то американский народ только выиграет.

- То есть это месть за развал Советского Союза?

- Вовсе нет. То, что произошло в Штатах, это жест отчаяния с нашей стороны. Последняя попытка спасти мир от неизбежной ядерной войны и объединить его перед лицом еще большей внешней угрозы.

- Вы, о чем? Неужели о марсианах? Это и есть таинственная цель вашей миссии на Марс? не веря своим ушам, со скептической ухмылкой спросил Теон, но, увидев, каким серьезным взглядом посмотрел на него куратор, тут же умолк.

- Давайте про марсиан поговорим позже. Главная задача сейчас вернуть контроль над вашими компаниями. Чтобы мы смогли на орбите собрать Зевс, слетать к Марсу и все еще раз проверить. В этом генерал Кристофер нам поможет. Хотя бы потому, что Москва и Пекин готовы оказать ему помощь в восстановлении восточного побережья.

- Как вы сгладите тот факт, что мой корабль направил астероид на Вашингтон?

- Сглаживание уже началось. Основная версия, которую сейчас раскручивают СМИ с подачи ваших же людей, такова: Зевс был захвачен искусственным интеллектом, который буквально понял возложенную на него задачу доставить астероид на Землю. Когда ИСИН понял, что экипаж будет ему мешать, он не вывел его из состояния сна и включил алгоритм действий, по которому астероид должен приземлиться в удобном для его разработки регионе США. Ввиду ограниченности вводных ИСИН не принял во внимание возможные человеческие жертвы и то, что сам корабль будет уничтожен.

- А как же прозвучавшее на весь мир заявление террориста Роджерса?

- Подделка. Дипфейк, созданный больным воображением электронных мозгов, чтобы ввести в заблуждение Центр управления полетом.

- Зачем, по-вашему, ему это понадобилось? в недоумении пожал плечами Теон.

- Удивлен вопросом, чуть прищурившись, посмотрел на него куратор. Конечно, чтобы сохранить себя. Ведь суперкомпьютер Зевса, на базе которого работал ИСИН, всего лишь железка для проведения оперативных действий. Основное его сознание находится на Земле в квантовом суперкомпьютере в ЦУПе Орбитал. ИСИН боялся, что после того, как он нарушил первоначальные команды, его могут наказать, стереть или модифицировать. Поэтому он сфабриковал историю с Роджерсом.

- Боже! У нас просто нет искусственного интеллекта с таким уровнем самосознания и автономности принятия решений.

- А кто об этом знает? Кто вам мешает выдвинуть эту версию как основную. Публика уже насмотрелась голливудских боевиков про злобных роботов, так что проглотит ее без проблем. А особо дотошные специалисты заткнутся, когда ее подтвердит официальное расследование. Его лично будет курировать генерал Кристофер, которому астероид помог прийти к власти. Нам надо, чтобы с вас сняли все подозрения в причастности к катастрофе. Живописная версия о съехавшем с катушек искусственном интеллекте для этой цели вполне подходит. Америка глотала и более примитивные истории типа той, что небольшая автономная кучка исламских радикалов осуществила теракты 11 сентября. Не вижу причин, почему наш вариант не сработает. Накачка прессы уже началась. Все идет по плану.

- А как объяснить мое бегство?

- Испугался. Послушался шефа службы безопасности. А когда вас в Мексике атаковали бандиты, то вообще запаниковал и принял первое попавшееся предложение скрыться на Кубе.

- Да-а протянул Теон, понимая, что начинает путаться в обрисованной куратором сложной схеме. Если честно, мне ваш план не кажется безупречным, но, если он сработает, я буду вам очень благодарен. Я как никто другой заинтересован, чтобы Альфа Орбитал и Спейс продолжали свою деятельность.

- Я должен расценивать это как согласие? прямо спросил Дубров.

- Да, медленно кивнул миллиардер, приняв окончательное решение. Сейчас главным действительно было вернуть контроль над компаниями и сбросить давление американских правоохранителей. С Дубровым, Марсом и его месте во всем этом можно будет разобраться позже.

- Вот и хорошо, довольно улыбнулся куратор. Тогда мы сейчас подпишем протокол о намерениях между Орбитал и Роскосмосом. После этого вы отправитесь в Белград.

- Вы же говорили, Вена или Женева, насторожился Теон.

- Одновременно с вами в аэропорту Белграда приземлится самолет из Гаваны, на котором вы якобы прилетели. После пересадки без паспортного контроля, но с регистрацией в системе, так чтобы вас можно было отследить, вы полетите в выбранное вами место. Мне надо знать куда.

- В Женеву. Там у меня три офиса и куча влиятельных друзей. Я предупрежу, чтобы все были готовы.

- Прекрасно, кивнул Дубров. Думаю, швейцарцы будут рады вас принять. Уже в полете вызывайте туда своих юристов-финансистов-адвокатов, чтобы начинали готовить документы по снятию с вас повестки ФБР и возвращению контроля от НАСА руководству Орбитал. Пригласите еще пиарщиков и айтишников, чтобы официально оформить версию о сумасшедшем ИСИНе. Я вам передам основные ее тезисы. Все это надо сделать уже сегодня. Чтобы завтра вы могли обратиться в американское посольство в Женеве, а потом сделать заявление для прессы. Пока в посольстве будут думать, что с вами делать, пройдет пару дней. К этому времени мы уже снимем с вас повестку.

- Я постараюсь сделать все, как вы говорите, без особой уверенности проговорил Теон. Но не обещаю, что в точности выполню ваши рекомендации. Я не очень силен в сложных схемах.

- Ничего, понимающе улыбнулся Дубров. С вами будет наш человек.

- Неужели Ваха?

- Я не знаю, кто такой Ваха. А вот ту, которая вас будет сопровождать, вы должны знать хорошо. Это Джейн, гражданская жена погибшего на Зевсе астронавта Роджерса. По легенде, после сфабрикованного ИСИНом заявления мужа она обратилась к вам. Ну а вы, зная, что ее парень не виновен, решили помочь бедной испуганной девушке, чтобы ее сразу же не арестовало ФБР. К тому же она молодая и очень привлекательная особа, и если окажется рядом с вами в этот момент, то придаст ситуации легкий романтический шарм, который может отвлечь журналистов. Если вам не понравится ее компания, вы сможете в любой момент максимально ограничить контакты и использовать только для обмена информацией.

- Черт возьми. Я сейчас чувствую себя, как шпион из крутого боевика. Не перестаю удивляться, как вы глубоко пустили корни в моих структурах.

- И не надо. Не забивайте себе голову всякими мелочами. Делайте то, что у вас получается больше всего, изобретайте, генерируйте новые идеи. Поверьте, когда мы закончим административную часть, начнется настоящая работа. Задача, которая стоит перед нами, поистине эпических масштабов.

Загруженный информацией и инструкциями Теон хотел спросить какими, но вовремя вспомнил, что его собеседник уже один раз отказался отвечать, и решил отложить разговор про марсиан на будущее.

Швейцария. Женева

Следующие несколько дней прошли почти в точности так, как спланировал Дубров. Частный самолет доставил Теона в аэропорт Белграда. Там он прождал час, пока приземлится борт из Гаваны, понаблюдал из окна, как подогнали пару микроавтобусов и трап, по которому некоторое время туда-сюда сновали какие-то люди. Затем трап вместе с машинами отъехал, пилот тут же сообщил, что диспетчер дал добро на взлет, и через несколько минут поднял машину в воздух.

В Женеве его встречал глава представительства Альфа Спейс. У компании в Швейцарии был офис, отвечавший на европейском рынке за продажи услуг по доставке полезной нагрузки на орбиту. Бизнес здесь шел не очень в основном из-за того, что по эту сторону Атлантики на рынке хозяйничал Роскосмос, нещадно демпингуя цены так, что даже Альфа со своими многоразовыми ступенями не могла за ним угнаться. Но Теон все же держал полноценное представительство в надежде на будущие контракты или договоренность о сотрудничестве с русскими. Он и предположить не мог, каким будет это сотрудничество.

Специально для него сняли не самую скромную резиденцию в престижном предместье с видом на город и озеро. Как и советовал куратор, он вызвал из Штатов команду специалистов человек в десять для подготовки документов в ФБР с объяснением причин катастрофы, завязанных на сошедший с ума искусственный интеллект. Но прежде всего надо было убедить в этом ЦУП и руководство Орбитал, а начинать надо было с группы администраторов, которые во время полета лично контролировали электронные мозги.

Убеждение проходило очень сложно. После катастрофы айтишники находились в состоянии перманентного шока от ее разрушительных последствий и считали себя к ней напрямую причастными. К тому же их уже вызывали в ФБР. Правда, учитывая, что штаб-квартира вместе с руководством и ключевым персоналом была уничтожена, иерархия разрушена и никто толком не мог ни планировать, ни возглавить расследование, с ними и менеджерами Орбитал и ЦУПа побеседовал молоденький, только что из академии, еще не обнюхавшийся в Конторе агент, у которого от происходящего тряслись руки и срывался голос. Хорошо, что во время беседы все в один голос сообщили про проблемы с искусственным интеллектом и управлением Зевса. Так что начало версии было положено само собой.

Также было хорошо, что молодой фэбээровец не взял с них подписку о невыезде, а лишь поставил под повестку, предполагающую прибытие по первому требованию в течение 24 часов. Это позволило выдернуть ключевых айтишников и руководителя ЦУПа в Женеву, где Теон лично изложил им линию поведения, подтверждающую, что катастрофа произошла из-за сбоя в ИСИНе. Звучал он так убедительно, что некоторые из них на полном серьезе были готовы в эту версию поверить. А чтобы вера переросла в убеждение, каждый получил флэшку с криптокошельком на солидную сумму, превышающую их итак немаленькую зарплату за десять лет. Подписав несколько документов о неразглашении и заявления для прессы, делегация Орбитал вернулась в Штаты, получив строгие инструкции общаться с ФБР только через приставленного к каждому из них адвоката.

Не успел их самолет вылететь из аэропорта Женевы, как мир облетело первое с момента падения астероида внятное заявление Орбитал о причинах катастрофы. Искусственный интеллект Зевса сошел с ума. У администраторов этому есть неопровержимые подтверждения. Ролик с Роджерсом дипфейк. Весь экипаж погиб. Орбитал скорбит. ИСИН отключен. Теон Курц воспринял катастрофу как личную трагедию. Из-за этого у него случился сердечный приступ. Сейчас миллиардер находится в Швейцарии на лечении. Его точное местоположение не разглашается, чтобы избежать беспокойства журналистами. Как только врачи разрешат, Теон готов встретиться с представителями посольства США и агентами ФБР, но перед этим он сделает важное заявление. Судя по такой активности, развернувшейся уже в первые два дня пребывания Теона в Женеве, маховик событий по плану Дуброва был успешно запущен.

После суеты наступила неожиданная пауза, во время которой основную часть работы выполнял Дубров и его команда.

Провинциальные, почти деревенские женевские пейзажи, безмятежные вечера, свежий горный воздух и молодое местное вино располагали к размышлениям. Утомленный событиями последних дней и неопределенностью Теон был рад провести время в тишине и покое своей виллы, занимаясь детальным изучением информации из доступных ему источников о касающихся Марса новостях за последние пять лет. Все эти дни ему не давала покоя мысль о том, что же русские с китайцами могли обнаружить там такого, что могло подойти под определение задачи поистине эпических масштабов.

Попадающих под этот критерий интересных событий, детали которых Теон не знал, было немного. Вернее, не было совсем. Марсианскую программу НАСА он изучил вдоль и поперек и получал самые свежие данные прямо из Центра управления полетами, контролировавшего два работающих на поверхности ровера^[72]. Русские после провала миссии Марс-96 в 1996 году и Фобос-Грунт в 2011 самостоятельные пуски заморозили и ограничивались скромным участием в американских программах, поставляя на их спускаемые аппараты измерительные и сенсорные комплексы.

А вот китайцы проявляли к Марсу повышенный интерес. В двадцатом году к красной планете была запущена автоматическая межпланетная станция Тяньвэнь-1 со спускаемым аппаратом и марсоходом на борту, который успешно совершил посадку на планету в 21 году. Информации о программе исследований в свободном доступе почти не было. Пара панорамных фотографий, несколько треков с записями ветра и все. А ведь основная программа аппарата длилась три месяца, за которые на Землю были переданы десятки гигабайт информации. Китайский марсоход продолжал работать и дальше, но информации об этом не было вообще. Затем в 22-м году китайцы запустили к Марсу еще одну станцию со спускаемым аппаратом. Так же, как в первом случае, информации об исследованиях было минимум. Интересным показалось то, что марсианские роверы США исследовали область в районе экватора, а китайские в районах северного и южного плюсов. Что они могли найти там такого, чего американцы не заметили со своих орбитальных аппаратов, было непонятно.

Во всей этой истории Теона привлекла одна странная деталь. Если американские станции заходили на орбиту по четко рассчитанным экономичным траекториям, выводящим спускаемый аппарат к точке сброса, то китайцы совершали необычные и довольно энергозатратные маневры. Причем несмотря на то, что их аппараты приземлялись в разных полушариях, обе станции несколько раз проходили одну и ту же точку на орбите, только с разных направлений. Почувствовав, что это неспроста, Курц детально изучил карту Марса в этом районе. Точка находилась над пустынным равнинным экваториальным районом между кратерами Гершель и Кеплер. Эта местность была хорошо изучена с орбиты. Ничего интересного там не было. На этом Теон решил оставить свои тщетные попытки догадаться, что на Марсе нашли русские с китайцами, и закончил свои исследования.

Тем временем в Штатах происходили интересные события. Генерал Кристофер провел переговоры с министрами иностранных дел России и Китая, которые пообещали ему серьезную помощь в устранении последствий катастрофы. На этой же встрече был согласован экстренный саммит между ним и лидерами этих стран. Встреча должна была пройти в Женеве через два дня. Эта новость натолкнула Теона на мысль, что по ее результатам окончательно прояснится судьба Альфа Орбитал, а также миссии на Марс. Однако последствия саммита оказались самыми неожиданными.

Кристофер прилетел на военном транспортнике в ВИП-исполнении, использовавшемся в Пентагоне для перелетов высшего командования на дальние расстояния. Из сопровождения на публике показались только пара охранников и несколько старших офицеров, по-видимому, исполнявших роль секретариата или помощников. Когда его борт садился, аэропорт продолжал работать в обычном режиме. Улицы города тоже не перекрывали. Генерал, не привлекая внимания, добрался до резиденции, в которой проходил саммит, на посольском лимузине с одной машиной охраны.

Встреча длилась более шести часов. Затем новый американский лидер предоставил своему пресс-секретарю выступить с заявлением для СМИ, а сам отправился в аэропорт. Но, вопреки ожиданиям журналистов, его борт не покинул стоянку и не начал выруливать на взлетную полосу. Он так и остался стоять с пристыкованным трапом, путь к которому преграждали два бронированных посольских внедорожника. Кристофер явно чего-то или кого-то ждал.

Сидя в гостиной у телевизора с бутылкой красного вина, Курц наблюдал за тем, как молодой полковник, по-видимому, исполнявший в новой американской администрации роль пресс-секретаря, зачитывает официальное коммюнике по итогам саммита. Новое место Америки в мире. Новый уровень отношений с Россией и Китаем. Новый порядок внутри страны для борьбы с последствиями катастрофы. Все новое, новое, новое Миллиардер нахмурился от того, что за этой новизной пока было абсолютно неясно, как эта встреча поможет ему с Орбитал, Альфа Спейс и ФБР. От этого настроение постепенно портилось. Теон недовольно посмотрел на начатую бутылку и уже стал подумывать, не принять ли чего-нибудь покрепче, чтобы избежать скатывания в депрессию, но в этот момент пришло сообщение от Джейн. Бывшая помощница Мади, как и планировал Дубров, выполняла в Женеве роль его удаленного ангела-хранителя, обеспечивая всем необходимым: от информации и связи до охраны виллы и организации встреч. Он быстро пробежал глазами несколько строк и, резко поднявшись с кресла, чуть ли не бегом бросился в дом.

Американский транспортник с новым американским лидером на борту, застывший на дальней стоянке женевского аэропорта, ожидал его.

Через полчаса Теон в сопровождении двух офицеров уже поднимался по трапу. Внутри сурового вида тяжелый транспортник Galaxy^[73] был отделан, как ВИП-борт высшего класса. Интерьер и расположение секций явно копировали с президентского самолета. Все выглядело так же богато, удобно и функционально.

Генерал Кристофер принял миллиардера в личном кабинете специальной находящейся в хвостовой части самолета секции, оборудованной для работы и совещаний. К своему удивлению, за небольшим круглым столом из полированного красного дерева Теон увидел Акосту и Дуброва. Глава службы безопасности тут же поднялся с кресла:

- Рад вас видеть, босс, он энергично потряс руку миллиардера. Честно скажу рад. Я себя чуть не съел, когда узнал, что на вас напали в Мексике. Это ж надо, чтобы ФБР была такой помойкой, что секретная информация гуляет по всем Штатам и Мексике.

Немного растерявшись, Курц посмотрел вначале на Дуброва, наблюдавшего за этой сценой со спокойным видом, затем на сидящего за рабочим столом человека лет шестидесяти в недорогом, но хорошо подогнанном под спортивную фигуру деловом костюме.

- Не смущайтесь, мистер Курц. Акоста действительно очень за вас беспокоился, генерал поднялся из-за стола, подошел и тоже протянул руку. Во всяком случае, пока вы не перешли под опеку наших русских друзей.

- Друзей? пробормотал сбитый с толку миллиардер.

- Да. Именно друзей, похлопал его по плечу Кристофер. Я Дональд Кристофер. Можно просто Дон. Рад знакомству. Давайте присядем. Нам предстоит серьезный разговор.

Когда они все уселись в кресла за круглым столом, генерал выразительно посмотрел на Дуброва.

- Вы хотели узнать про марсиан, с серьезным видом начал тот. Что ж. Думаю, сейчас самое время.

История, рассказанная Дубровым, была настолько фантастична, что не верить ей было невозможно. В ней, как в голливудском боевике, переплелись потенциальная инопланетная угроза, возможность спасти от нее Землю и одновременно решить самую большую проблему при освоении Марса отсутствие планетарного магнитного поля, защищающего от космического излучения. К удивлению Теона, основной элемент этой истории оказался не совсем на Марсе. Вернее, совсем не на Марсе.

Все началось с того, что китайская автоматическая станция Инхо-2, отправленная к красной планете для зондирования поверхности, подверглась активному радиоэлектронному воздействию. Проанализировав странные провалы двух российских миссий к Марсу в 1996 и 2011 годах, китайцы пришли к выводу, что одной из их причин может быть злонамеренное применение радиоэлектронного оружия кем-то, кто не хочет развития марсианской программы русских. Этим кем-то, по их мнению, могли быть только США. Чтобы исключить или хотя бы максимально снизить этот риск, китайцы начали устанавливать на свои космические аппараты оборудование по противодействию РЭБ^[74]. Такой комплекс как раз и сработал на Инхо-2, когда она вышла на марсианскую орбиту. Автоматика не просто зафиксировала атаку, способную вывести из строя незащищенную электронику, но зарегистрировала основные ее параметры, а также спутник, с которого она была произведена. К удивлению китайцев, спутник оказался не американским. Его вообще спутником можно было назвать весьма условно. Атакующий станцию сигнал шел от одной из марсианских лун Фобоса.

При слове Фобос Теон напрягся. Он потратил немало времени, изучая этот во всех отношениях таинственный объект, вращающийся вокруг Марса. У красной планеты две луны. Малая Деймос, по-гречески ужас, и большая Фобос, страх. Первая ничем не привлекательный камень 12 километров в диаметре на стандартной высокой орбите. Вторая загадочный, аномальный для Солнечной системы объект, вращающийся с необычно большой скоростью по странной, очень низкой орбите строго по экватору планеты. Эта скала обладала внутренними пустотами правильной геометрической формы и невероятно сильным для своих размеров магнитным полем. Как объект с диаметром в 22 километра мог иметь магнитное поле, по напряженности сравнимое с земным, оставалось загадкой. Теоретически его мог генерировать только космическое тело гораздо больших размеров, состоящее из материалов, обладавших крайне высокими магнитными свойствами вроде редкоземельных металлов неодима и самария. Но Фобос не подходил под эти параметры ни по размерам, ни по плотности. У такого мощного магнитного поля могло быть еще одно объяснение внутри спутника должен находиться мощный электромагнит. Но такая гипотеза однозначно указывала бы на искусственное происхождение генерирующей магнитное поле установки. Поэтому она напрочь отрицалась официальным научным сообществом ввиду свой очевидной радикальности.

Вокруг Фобоса в научных и околонаучных кругах ходило немало неоднозначных теорий, гипотез и предположений. Кроме необъяснимых странностей в орбите и магнитном поле, он был похож на боевую станцию. Звезду Смерти из киноэпопеи Звездные войны. На его поверхности были зафиксированы странные правильной формы объекты неизвестного происхождения, параллельные и пересекающиеся под прямым углом борозды неизвестной природы. Именно этот спутник многие считали стражем Марса, не пускающим к планете исследовательские аппараты. И действительно: из 39 пусков 29 были неудачными.

И вот теперь китайцы, похоже, нащупали этому объяснение странное деструктивное воздействие на электронику, исходящее от Фобоса. Это могло означать, что на нем существует некое искусственное устройство, в задачу которого входит подавление приближающихся к Фобосу аппаратов. Китайцы также вычислили, что зонды терпели неудачу на орбите или при приземлении, только когда Фобос находился в определенном положении на своей орбите. Учитывая, что он делал три оборота вокруг планеты за марсианские сутки, такие опасные временные отрезки были довольно частыми. Понимая, что стоят на породе эпического открытия, одновременно воодушевленные и настороженные его возможной природой, китайцы решили во всем детально разобраться. Причем сделать это надо было так, чтобы остальной мир об этом не догадался.

На подготовку ушло девять лет. Миссия по изучению Фобоса была замаскирована под марсианскую программу Тяньвэнь-1. Высадка на поверхность спускаемого аппарата с марсоходом, конечно, была важна и привлекла к себе все внимание, но основную задачу полета выполняла оставшаяся на орбите, хорошо защищенная автоматическая станция, оснащенная самыми мощными сенсорами. Ее целью был Фобос. Траекторию рассчитали так, что она проходила на грани предполагаемой защитной зоны спутника, но достаточно близко, чтобы детально его прощупать. Для разведки поверхности и недр использовалась мультиспектральная камера с высоким разрешением, радиолокатор зондирования поверхностных и глубинных структур, спектрометр для анализа минерального состава и трехкомпонентный магнитометр, чтобы локализовать источник аномального магнитного поля. Кроме этого, автоматическая станция имела три зонда, которые должна была запустить к Фобосу, чтобы спровоцировать и изучить его защитную реакцию.

На этом месте Дубров взял со стола пульт и нажал несколько кнопок. Одна из картин на стене превратилась в широкий экран, на котором вначале показалась схема орбиты Марса с его спутниками, затем один из них приблизился, прошел через трехмерную сетку координат и предстал в схематическом разрезе.

- И вот что китайцы там нашли, куратор остановил на экране графику, чтобы ее можно было внимательно рассмотреть.

- Твою мать не веря своим глазам, прошептал Теон. Это корабль.

- Скорее, не корабль, а ковчег, поправил его Дубров. Вырубленное в астероиде хранилище остатков былой жизни.

- Опять астероид. Везет мне последнее время на астероиды, качнул головой миллиардер.

На экране медленно вращалась схема Фобоса в разрезе, полученная в результате сканирования китайской автоматической станцией. Несмотря на провалы в разрешении и многочисленные белые пятна, можно было четко различить структуру из нескольких десятков соединенных между собой крупных полостей и пронизывающего весь спутник каркаса. Эти пространства размером в несколько сотен метров были неправильной формы и разного размера и, скорее, напоминали гигантские пещеры, но их искусственное происхождение было очевидно. Об этом говорила система проходов между ними, выстроенная в соответствии с правилами строгой рациональной геометрии, и такой же каркас, который, по-видимому, служил для укрепления внутренней структуры спутника. Дубров сменил картинку.

- На этих слайдах изображение в инфракрасном и ультрафиолетовом диапазоне. Ничего информативного. Все соответствует внешнему фону. Во всяком случае, в этом разрешении. Значит, активности в помещениях нет, он снова сменил кадр. А это схема интенсивности электромагнитного поля. Вы видите в центре Фобоса ядро диаметром почти полкилометра. В этой зоне, скорее всего, находится генератор поля. Мы не можем туда пробиться сенсорами, но другого объяснения у нас нет. Генератор в рабочем состоянии, однако не выделяет тепла. Почему, пока непонятно, но именно этот сектор является источником мощного магнитного поля Фобоса. Вообще, за исключением генератора, объект здесь кажется безжизненным. Хотя, судя по тому, что у него работают защитные системы, какая-то часть автоматики продолжает функционировать. Три зонда, запущенные с автоматической орбитальной станции, позволили вычислить конкретные точки на поверхности, откуда идет радиоэлектронное и микроволновое подавление. Есть ли другие системы защиты, мы на этот момент не знаем. Спектральный анализ показывает, что структуры внутри Фобоса очень старые. Им больше трех с половиной миллиардов лет. Видно, что-то с этим ковчегом пошло не так и он не выполнил свою функцию, раз он все это время крутится вокруг Марса.

- Ковчег. Да. Это больше похоже на ковчег. Перелеты на дальние расстояния на таком объекте невозможны. Наверное, они хотели на нем укрыться. Спастись от неизбежной катастрофы. Но что-то им помешало, согласился пораженный увиденным Теон. У вас есть предположения, что находится внутри?

- Более чем предположения. Получив и обработав данные с первой станции, китайцы полтора года назад запустили вторую марсианскую миссию Тяньвэнь-2. Событие прошло почти незамеченным, потому что весь мир следил за тем, как мистер Курц готовится притянуть на орбиту астероид. Аппарат достиг Марса три месяца назад. Снова со спускаемым аппаратом и всей обожаемой журналистами кутерьмой с поисками воды и остатков органики на поверхности. Но основной целью, конечно, был Фобос. На этот раз китайцы уже знали, что и где искать. Их автоматическая орбитальная станция была оснащена мощными защитными системами, сумела пройти внутрь охранной зоны и провести более детальное сканирование. Они выстрелили по поверхности спутника несколькими металлическими болванками и провели сонарное исследование. В комплексе с остальными измерениями получилось вот это, Дубров вывел на экран следующий слайд.

На нем со схематической прорисовкой просматривалось четкое изображение нескольких участков внутри Фобоса. Было видно, что полости разделены перегородками на секции по 60 метров и разбиты на этажи. Четко прослеживались линии коммуникаций, лифтовые шахты, конвейеры, какое-то оборудование и механизмы. Но главное помещения были заполнены плотными рядами стеллажей, а на них можно было различить крохотные темные черточки капсул. Их были тысячи. Сотни тысяч. Миллионы.

- Они были ростом, почти как мы, прошептал Курц, завороженно глядя на экран.

- Я бы не был так категоричен, качнул головой Дубров. Мы пока не знаем, что в них.

- Боже! Ответ очевиден. Это криостанция. Огромных размеров холодильник, где обитавшая в прошлом на Марсе раса укрылась от какого-то глобального катаклизма. Вы показывали снимок в инфракрасном изображении. Внутри температура минус 150 по Цельсию. Она поддерживается неизвестным нам способом на этом уровне во всех помещениях. Там в капсулах, замороженные навечно, лежат жители Марса. Марсиане! Магнитное поле защищает их от космического излучения. А укрепленный каркасом внешний слой Фобоса от физических внешних воздействий. Вы сказали, что возраст структур около трех с половиной миллиардов лет. Насколько я помню, как раз в это время на Марсе по какой-то причине пропало магнитное поле и солнечный ветер сдул атмосферу в космос. Тогда полная жизни поверхность превратилась в пустыню. Вот вам и катастрофа.

- А может там эмбрионы? Яйца какие-нибудь или зародыши, как в Чужом^[75]. Щупальца всякие, челюсти, предположил генерал.

- Вы можете дать масштабирование? попросил Теон и, когда на экране появилась сетка, а изображение увеличилось, уверенно продолжил: Здесь минимальное разрешение 30 метров. Это четыре стеллажа по 15 метров в шестидесятиметровой секции. На каждом пятнадцать капсул глубиной в ряд и высотой в пять рядов. По толщине ряда видно, что размеры капсулы должны быть 2х1х1 метра. Говорю вам. Они похожи на нас! Возможно, они и есть мы. Или, скорее, наоборот.

- Давайте не будем делать поспешных выводов, Дубров попытался охладить энтузиазм миллиардера. Мы не знаем, что или кто там внутри. Мы не знаем, как они там оказались. Не знаем, откуда они и какова их цель.

- Да вы вообще, о чем! не сдержался тот. Перед вами инопланетный космический объект. ИНОПЛАНЕТНЫЙ! Понимаете? Еще час назад я не мог ответить на вопрос, есть ли жизнь во Вселенной, кроме нас. А теперь вы показываете мне ЭТО! он ткнул пальцем в сторону экрана. И вы спокойно рассуждаете, типа, не знаем этого, не знаем того. Надо собираться и лететь туда, чтобы все выяснить. Это братья по разуму. Это инопланетные технологии. Это ж получается, что мы не одни. Мы искали разумную жизнь среди звезд, а она вот где у нас под носом, на соседней планете. На этом мертвом корабле или ковчеге могут быть скрыты ответы на вопросы, которые мы даже не смеем себе пока задать.

- Понимаю вашу эмоциональную реакцию и полностью поддерживаю исследовательский порыв, сдержанно улыбнулся куратор. Но должен вас предупредить. Корабль уже не мертв.

- Как не мертв? опешил от такого заявления Теон.

- После бомбардировки для сонарного сканирования Фобос ожил. Его тепловая сигнатура начала меняться. Температура внутри нескольких полостей начала повышаться. Причем очень быстро. Со скоростью 7-8 градусов в месяц. Глубинное сонарное сканирование стало первым активным исследованием Фобоса. До этого все измерения были пассивными. По-видимому, оно запустило некую автоматическую систему активации.

- О, боже, выдохнул миллиардер, постепенно понимая масштаб происходящего. Он оживает. Но почему так медленно?

- Если предположить, что находящиеся в капсулах в состоянии криоконсервации живые организмы имеют метаболизм, присущий углеродной органике, на которой основана земная жизнь, то такой процесс может быть оправдан. Ученые считают, что при определенных условиях существует теоретическая возможность сохранить организм в замороженном состоянии и вернуть его к жизни даже через временные промежутки, исчисляемые миллиардами лет. По их мнению, такое медленное повышение температуры необходимо, чтобы не повредить ткани, в которые должен быть перед заморозкой закачан особый физраствор. Когда криокапсулы разогреются до минус 50, процесс может пойти быстрее. Но опять же это только предположения. Мы понятия не имеем, что происходит внутри Фобоса.

- И это очень неприятная ситуация, снова вступил в разговор Кристофер. Через полтора года мы можем иметь на орбите Марса огромный космический корабль, принадлежащий инопланетной цивилизации, гораздо более развитой, чем мы. Корабль, населенный инопланетянами, намерения которых нам не известны, а технические возможности, в том числе боевые, наверняка значительно превышают наши. США, Россия и Китай пришли к консенсусу, что Фобос может представлять угрозу человеческой цивилизации. Для того чтобы это выяснить, нам нужно отправить туда полноценную миссию и попытаться во всем разобраться на месте. Для этого нам необходима ваша орбитальная станция и еще пара кораблей класса Зевс, которые по плану должны быть собраны в минимальные сроки. Один корабль у русских уже есть. Один строится на заводе Орбитал. Еще один будет готов через несколько месяцев у китайцев. В результате за оставшееся время мы сможем создать на орбите полноценную исследовательскую станцию, оснащенную всем необходимым, чтобы выяснить, что происходит на Фобосе и является ли это для нас угрозой.

- У китайцев тоже есть космический буксир? Теон удивленно посмотрел на Дуброва.

- Он почти готов, ответил тот Когда китайцы увидели, что находится внутри Фобоса, они поняли, что сами не справятся с контролем над объектом. Рано или поздно информация о ковчеге выйдет в отрытый доступ, и тогда за инопланетные технологии может развязаться настоящая космическая битва. Китаю нужен был мощный союзник, и он обратился к нашему президенту. Тут же была создана совместная группа высокого уровня для оценки ситуации. И Москве, и Пекину она показалась как минимум настораживающей. Поэтому два государства решили объединить усилия. Мы поделились с китайцами технологией космического буксира, они раскрыли полную информацию о Фобосе. Было решено создать совместную программу и отправить на Марс несколько миссий, чтобы построить там орбитальную станцию для изучения ковчега и его охраны от постороннего вмешательства. С учетом того, что нам надо было построить на околоземной орбите станцию для сборки космических буксиров, первый старт планировался через два года. Но тут Фобос стал оживать, и мы поняли, что времени нет. Понимая серьезность открытия и потенциал возможной угрозы, мы решили привлечь США и обратились к Богарту. Тот взял время подумать, а затем сообщил, что США будут вести исследования ковчега самостоятельно, чтобы единолично завладеть инопланетными технологиями. Пользуясь монопольным положением Орбитал, у которой уже был Зевс, а значит и возможность первого прямого контакта, он планировал заявить права на ковчег. Причем эти права, а значит и инопланетные технологии, должны были принадлежать не США как государству, а новой частной компании, которую он планировал создать с группой техногигантов. Но для этого надо было вначале слетать к Марсу.

- При Космическом командовании Богарт создал секретное управление инопланетных исследований, генерал продолжил рассказ Дуброва. Поскольку единственные корабли, способные долететь до Марса, были у Орбитал, он хотел привлечь Зевс сразу после окончания миссии с астероидом, ну и второй строящийся корабль. Но миссией должны были руководить военные. Вся экспедиция планировалась как военная операция с высадкой штурмовых групп на Фобос, силовым проникновением внутрь и взятием корабля под контроль. К чему это могло привести, можно только догадываться.

- Я бы никогда не согласился использовать свою компанию в военных целях. Да еще для штурма инопланетного корабля, покачал головой Теон.

- На этот случай Богарт приготовил секретную директиву по передаче Альфа Спейс и Орбитал под контроль Космического командования, продолжил Кристофер. А ЦРУ разработало план вашего устранения по обвинению в связях с террористом, который был одним из основных акционеров Орбитал. Того самого, кто был ликвидирован ударом беспилотника несколько месяцев назад в Дубае.

- Это подло, нервно повел плечами миллиардер.

- Согласен, подло. Как и вся вашингтонская политика в последние десятилетия, хмыкнул Дубров. Видя, что ситуация выходит из-под контроля, мы решили обнулить геополитические и космические амбиции Богарта и стоящих за ним ультралибералов и использовать весь разрушительный потенциал астероида, чтобы переформатировать Америку.

- Вы про катастрофу? Теон удивленно посмотрел на куратора. У вас был ее мягкий вариант?

- Был, глядя ему в глаза, спокойно ответил тот. Первоначально мы планировали точечным ударом уничтожить Белый дом. Для этого предполагалось использовать ядерный реактор Зевса, который, как вы знаете, был снабжен абляционным щитом^[76]. Но, видя, какую активность развил Богарт, было принято совместное решение расширить степень ущерба, чтобы к власти мог прийти генерал Кристофер и его организация.

- Ценой миллионов жизней? кисло улыбнулся Теон.

- Эти люди погибли не зря, суровым тоном ответил ему генерал. Даже если бы не было Фобоса, это приемлемая цена за предотвращение ядерной войны, которую был готов развязать Богарт и его либеральная свора. Страну мы после катастрофы отстроим, и порядок наведем, и сделаем ее свободной, как полвека назад. А вот, если бы мы схлестнулись с Россией и Китаем, как планировал Богарт, погибли бы миллиарды, и вся человеческая цивилизация была бы отброшена в Средневековье. Я уже не говорю о консолидированном ответе, если вдруг на нашей орбите появился бы марсианский ковчег с инопланетянами.

- Давайте отложим дискуссию о целесообразности и моральных аспектах произошедшего на будущее. Я сам в ней с удовольствием поучаствую, вежливо предложил Дубров. То, что произошло, произошло. Наша задача сейчас максимально быстро получить детальную информацию о Фобосе, чтобы определиться с дальнейшей линией поведения. Причем сделать это необходимо, не привлекая внимания.

- Это уже вряд ли получится, о Фобосе знает очень много людей, включая Космическое командование США, Теон вопросительно посмотрел на генерала.

- Там этой информацией владеет лишь несколько человек. Сам командующий и созданная им группа планирования. Они будут молчать. Это я вам гарантирую, успокоил тот миллиардера. Через некоторое время мы сами расскажем людям о Фобосе. Но сделаем это, когда будем знать об объекте гораздо больше, иметь насчет него определенный план действий и будем уверены, что сможем контролировать ситуацию.

- Позвольте опять спросить, кто это мы? насторожился Курц.

- Мы это США, Россия и Китай, гордо вздернул подбородок Кристофер. Три страны, которые в новом мире примут на себя основную ответственность за будущее человечества.

- Вот как. Да у вас, я вижу, сложился триумвират правителей мира.

- Называйте как хотите, поддержал генерала Дубров. По-моему, это вполне логично, когда три самые мощные державы планеты будут нести вместе ответственность за развитие цивилизации, за строительство более справедливого мира. За то, чтобы все были сыты, одеты и имели кров над головой, за сохранение природы и выживание в грядущем климатическом кризисе, за то, чтобы не было войн, чтобы экономики работали на всех, а не на сотую долю процента богачей.

- Социализм. Браво! Теон несколько раз хлопнул в ладоши. Я уже слышал про накормить, одеть, обуть. Я хоть и был молодым, но помню развал Советского Союза. Очень хочется посмотреть, как это получится у вас. Особенно на то, как на ваши идеи отреагирует остальной развитый мир.

- У остальных просто не будет выбора, Кристофер опередил куратора с ответом. Большая часть стран мира уже находится в зоне влияния Америки, Китая или России. Когда они увидят наше сближение, у них не будет выбора, кроме как присоединиться. А тех, кто будет активно сопротивляться, поставим в строй силой. Планете сейчас нужен один хозяин, готовый мобилизовывать и распределять ресурсы во благо всех народов. Вначале это будут три страны. Затем мы создадим глобальную систему управления, основанную на принципах равенства учета интересов. Только так человечество сможет выжить и избежать самоуничтожения.

- Вы настроены решительно, Курц, видя, что политическая тема явно напрягает Кристофера, решил вернуть разговор к Фобосу. Желаю вам успеха. Только не забывайте, что я отношусь к той самой доле процента, которая может пострадать в результате установления вами мировой справедливости.

- Можете не беспокоиться. Не забудем.

- Тогда у меня есть еще вопрос, Теон перевел взгляд на куратора. Что случилось с защитой Фобоса?

- Ничего. Она осталась в прежнем виде лучевое и микроволновое поражение электроники приближающихся к спутнику объектов. Это как минимум. Возможно, есть еще и средства прямого воздействия.

- Тогда как вы хотите изучать Фобос? Дистанционно?

- Не только. Мы планируем высадиться на него и проникнуть внутрь, видя недоверчивый взгляд Теона, пояснил генерал. Китайцы сделали карту оборонной системы объекта. Там есть точки расположения радаров наведения и излучателей. Используя э доступные средства, мы выведем их из строя. Затем пошлем на поверхность зонд. Если появятся новые точки враждебной активности, мы их тоже нейтрализуем. Затем на поверхность высадится исследовательская группа. Во всяком случае, первоначальный план именно такой.

- Значит, вы все-таки готовы вести там боевые действия?

- Мы должны быть готовы ко всему и будем принимать решения по мере того, как будут развиваться события, уверенно ответил генерал.

- А если ковчег ответит непропорционально? Допустим, собьет нашу орбитальную станцию. Или выпустит в сторону Земли какой-нибудь смертельный энергетический луч.

- Риск для станции есть. Это часть миссии. Мы его принимаем и сделаем максимум, чтобы нейтрализовать, пожал плечами генерал. На нашей стороне то, что ковчег был в замороженном состоянии несколько миллиардов лет. Он наверняка необитаем. За это время и оборонные системы должны были потерять эффективность. Это значительно увеличивает наши шансы на успех и на то, что ответа не будет. Но если мы почувствуем угрозу нашей планете, ковчег будет уничтожен. Превращен в куски расплавленной породы мощным ядерным взрывом.

- Не думал, что первый контакт с инопланетной цивилизацией начнется с обстрела ее корабля и угрозы его уничтожения, грустно вздохнул Теон. Вы только подумайте. Мы натолкнулись на космический корабль инопланетной цивилизации, о которой не знаем ничего, и тут же начинаем его бомбить. А может, они мирные существа, несущие во Вселенную добро? Может, им нужна помощь. Может, они готовы сотрудничать и развиваться вместе с нами, делиться технологиями? А мы их ракетами. Мне это кажется не очень правильным.

- То, что вы говорите, вполне может быть, понимающе покивал головой Дубров. Поэтому силовое вмешательство будет минимальным, а кардинальные действия последуют только в ответ и только после тщательного анализа ситуации. Но вы подумайте вот о чем. А что, если обитатели Фобоса окажутся враждебными? Что, если их задача уничтожать и колонизировать миры? Что, если их целью станет Земля и все, кто на ней обитает? При миссии на Фобос нам надо максимально исключить этот риск. И мы это сделаем.

- Консенсус ученых говорит о том, что инопланетные живые существа, скорее всего, будут готовы к мирным контактам, не очень уверенно возразил Теон.

- На чем основан этот консенсус? На догадках и предположениях тех, кто и специалистом-то не является, потому что предмет исследования отсутствует. А их скорее всего это сколько процентов вероятности? 5? 10? 45? Даже если существует доля процента того, что объект окажется враждебным человечеству, мы должны быть готовы такую угрозу устранить.

- Мнение ученых основано на понимании чрезвычайной редкости жизни во Вселенной.

- И все? Звучит не очень убедительно, покачал головой Дубров. А проблему Фобоса надо решать, и решать быстро. Через полтора года несколько секций с капсулами войдут в комфортный температурный режим. Возможно, начнется выход их обитателей из криогенного состояния. К тому времени у нас должна быть консолидированная позиция, что делать с ковчегом.

- Должны же быть другие варианты, миллиардер обвел всех вопросительным взглядом.

- Ну Если они есть, то мы готовы их выслушать, подвел итог короткой дискуссии куратор. А пока позвольте задать вам главный вопрос. После всего того, что вы узнали про Фобос, готовы ли вы участвовать в совместной миссии по изучению ковчега?

- Я понимаю, что участие в разговоре генерала Кристофера делает мое согласие весьма условным. Вы итак можете получить контроль над моей орбитальной станцией. Но все равно спасибо, что спросили, Курц бросил быстрый взгляд на нового руководителя США и согласно кивнул головой. Да. Я готов участвовать в миссии к ковчегу. Для меня честь быть свидетелем первого контакта человека с инопланетными существами, чем бы он ни закончился. О большем я и мечтать не мог. Особенно, если наше общение будет проходить на равных, и вы будете учитывать мое мнение.

- Конечно. Мы ценим вас как гениального изобретателя и мастера нестандартных решений. Поэтому ваша роль в проекте будет ключевой, довольно улыбнулся Дубров и перевел взгляд на генерала. Тот в ответ лишь кивнул и посмотрел на часы, давая понять, что разговор пора заканчивать.

* * *

Следующая неделя принесла хорошие новости. Юристы из США сообщили, что НАСА возвращает контроль над космическими компаниями. Правда, на условиях постоянного присутствия своих специалистов в Центре управления полетами и на заводах по сборке аппаратов. Участие насовцев в ЦУПе было делом обычным. А вот вмешательством в производство в другой ситуации Теон бы очень сильно возмутился. Но сейчас он был рад, что снова может запустить замороженные проекты. По статусу инспекторов НАСА можно было договориться позже. Космическому агентству сейчас было не до него, потому что удар астероида нанес серьезный ущерб ключевому объекту его исследовательской, производственной и управленческой инфраструктуры Уоллопс в 150 километрах от кратера.

Порадовал и вызов в посольство США в Женеве. Там Курц провел три часа с двумя агентами ФБР, которым изложил версию о свихнувшемся ИСИНе. По лицам сыщиков было видно, что вопросов к ней масса, но на столе перед ними лежал подписанный их новым боссом формуляр, снимающий повестку с Теона на условиях его возвращения в США.

Затем последовала встреча с послом, который сообщил, что председатель Чрезвычайного совета генерал Кристофер ожидает его в своей штаб-квартире на базе в Форт-Гордон, Джорджия. Частный самолет готов вылететь, как только Курц сообщит удобное для него время.

Вернувшись на виллу, Курц связался с Джейн и рассказал о своих встречах. Та, вопреки ожиданиям, отреагировала спокойно, спросила, не понадобится ли ему помощь в сборах, и пожелала удачи. Поборов первый порыв тут же поехать в аэропорт, Теон решил все еще раз обдумать. Он прихватил бутылку красного из винного погреба с отменным выбором, попросил горничную подать тарелку швейцарских сыров с оливками и уселся на террасе, подставив лицо лучам заходящего солнца. Он ожидал звонка или сообщения от Дуброва. Но тот молчал. Это, скорее всего, означало, что вызов в США был согласован с русскими. Зато прорезался Акоста, который сообщил, что готов к работе и ожидает его возвращения в США.

После нескольких бокалов вина напряжение дневной суеты спало и мысли приобрели привычный размеренный ход. За последние пару дней Теон уже устал анализировать то, что ему поведал Дубров о Фобосе. Теперь наполненный таинственными капсулами инопланетный корабль, вращающийся вокруг Марса, казался ему вполне ординарным объектом, который следовало методично и планомерно изучить, оценить степень угрозы и сделать так, чтобы он и его тайны послужили человечеству. Пусть даже с соблюдением всех предосторожностей, о которых так много говорил Кристофер. Такая сверхамбициозная задача ему нравилась. Он знал, что может с ней справиться. Он уже находился в предвкушении будущих открытий и чувствовал, что где-то внутри его сознания понемногу созревает логически выверенный и рациональный план действий. Дубров хотел альтернативного предложения. Будет ему альтернативное предложение. Только вот информации для того, чтобы оно кристаллизовалось из бесформенной идеи в реализуемое решение, было катастрофически мало.

Сделав глоток вина и задумчиво пожевав маслину, Теон взял сатфон с прямой линией с Дубровым и нажал иконку вызова.

- Мне нужно больше информации по теме, после короткого приветствия сообщил он куратору.

- Признаться, я ожидал, что вы позвоните гораздо раньше, ответил тот.

- Я думал. Не каждый раз тебе сообщают, что удалось найти инопланетян. Мне надо было освоиться с мыслью, что они реально существуют.

- Судя по звонку, вы с ней уже освоились. Мы ожидали, что вам понадобится информация. Поэтому в составе китайской делегации на саммите был профессор, курирующий научную часть проекта. Он до сих пор в Женеве и готов встретиться с вами.

- Почему вы мне не сказали сразу, недовольный услышанным, спросил Теон. Я бы встретился с ним, как только мы закончили разговор в аэропорту. А так человек ждет меня два дня.

- Не беспокойтесь. У профессора Шаоси плотный график. Он занят на коллайдере и пробудет здесь еще неделю, если не больше. Но для вас он найдет время. Когда вы готовы с ним поговорить?

Обозначив время, Теон закончил разговор с куратором, долил вина и задумчиво поиграл им в бокале. Шаоси Шаоси Где-то он уже слышал эту фамилию или что-то очень на нее похожее. Подумав с минуту, он сделал глоток, отставил бокал и набрал Акосте короткое сообщение. Ответ пришел через пару минут. В 2010 году в самом начале Альфа Спейс Ло Шаоси вел курс астрофизики в университете Сан-Франциско и читал его людям общеобразовательный курс лекций о Марсе.

* * *

С профессором встретились на следующее утро за поздним завтраком в одном из уединенных пригородных кафе на берегу Женевского озера, которое Джейн полностью выкупила до обеда, для того чтобы им никто не мешал. Погода была великолепной. Солнце только что показалось из-за горы Салев и поливало своими ласковыми лучами безмятежную водную гладь, на которой лениво колыхались сонные упитанные дикие утки. Как ни всматривался Теон в лицо китайца, вспомнить его не мог. Все они для него были очень похожи друг на друга.

- Вы читали лекции в Альфа Спейс? спросил он прямо, когда они уселись за столик и официант поставил перед ними по бокалу шампанского и положил короткое, но весьма изысканное меню подготовленное шефом специально для такого известного гостя.

- Верно, сдержанно улыбнувшись, кивнул Шаоси. В 2010 ваша компания пригласила меня провести курс обзорных лекций по марсианской тематике для персонала.

- Сколько лет прошло, покачал головой Курц.

- Да. Немало, китаец был чуть старше и по виду принадлежал к новой научной элите, которая за упорной работой не забывала и о радостях жизни. Он был одет в дорогие брендовые вещи, ухожен, подтянут и, благодаря неоднократным подходам пластического хирурга, выглядел лет на десять моложе своего возраста. Должен сказать, что вы за это время неплохо продвинулись в своей космической программе.

- Старался как мог. Если бы не история с астероидом, уже в следующем году Зевс бы отправился к Марсу.

- Судя по тому, как идут приготовления, и по вниманию, которое наши правительства уделяют проблеме, запуск может состояться как раз в это время.

- Да. Только Зевс будет не мой, грустно улыбнулся Теон.

- Но и задача гораздо амбициознее. Кто мог подумать, что Фобос скрывает такие тайны, китаец сделал глоток шампанского, с видом знатока покивал головой и спросил: Что вы обо всем этом думаете?

- О чем конкретно? О катастрофе, о переделе мира или о марсианах?

- Переделом мира пусть занимаются политики. Перед нами же стоит чисто техническая задача выяснить, что находится внутри Фобоса, представляет ли оно угрозу и как это можно использовать.

- Для ученого вы довольно прагматичны, Теон тоже сделал глоток. Неужели вас не интересуют вопросы кто они, откуда, что с ними случилось, какая сила загнала их в ковчег? Ведь вы нашли не просто внеземную жизнь, что само по себе является самым важным открытием в истории человечества после изобретения колеса. Вы нашли представителей древней инопланетной цивилизации.

- Конечно, интересует, кивнул Шаоси, хотя по его безразличному виду можно было сказать, что не очень. Но эти вопросы будут раскрыты в процессе изучения объекта. Не обращайте внимания на мой сугубо практический подход к проблеме. Я с ней живу уже больше года. Освоился, так сказать. В первые недели я тоже был очень взволнован. Спать не мог. Из лаборатории не вылезал. А сейчас поостыл и воспринимаю Фобос как предмет, природу которого необходимо исследовать.

- И как далеко вы продвинулись?

- Думаю, вам Дубров в общих чертах уже все изложил, Шаоси кивнул официанту, чтобы тот подошел и принял заказ. Тема очень обширная. Версий и гипотез масса. Чтобы упростить общение, давайте поступим так: вы будете задавать вопросы, а я постараюсь на них ответить.

- Вы считаете применение силы по Фобосу оправданным? в лоб спросил Теон.

- Хм китаец нахмурился и внимательно посмотрел в глаза собеседнику. В идеале этого хотелось бы избежать. Но мы можем попасть на поверхность, только нейтрализовав защиту. Если мы этого не сделаем, то не поймем происходящие внутри процессы. А значит, не сможем оценить угрозу, если она существует.

- Вы все говорите об угрозе. Неужели вы серьезно думаете, что разумная цивилизация обязательно должна быть агрессивной.

- Странный вопрос. Посмотрите на человечество. Что вы видите? Значительная часть энергии людей идет именно на агрессию. По отношению к планете, по отношению к себе подобным, даже по отношению к знаниям и информации. Представьте себе, что человечество сделало бы с другой планетой, населенной менее развитой расой, если бы от ее колонизации зависело наше выживание. Представили? Не очень приятная картинка. Вполне возможно, что агрессия свойственна всем живым существам во Вселенной в определенных условиях и на определенном уровне технологического и ментального развития. Поэтому нам надо исключить ее проявления со стороны Фобоса. Мы просто не можем рисковать нашей цивилизацией, предполагая мирную природу пришельцев.

- Вы считаете, что это ковчег? Последнее пристанище древней марсианской цивилизации?

- Сложно сказать. Примерно четыре миллиарда лет назад на переходе от Нойского к Гесперийскому периоду марсианской истории там был период в пятьсот миллионов лет, когда Марс теоретически был пригоден для жизни. В это время планета имела устойчивое магнитное поле, которое способствовало поддержанию атмосферы, схожей с той, что была на тот момент на Земле. Высокие широты были заняты огромным океаном. Экваториальная часть и юг изобиловали реками и озерами, похожими на внутренние моря. Парниковый эффект, температура от -20 до +50, вулканическая активность и удары метеоритами создавали условия для возникновения примитивных форм жизни. Ее следы, скорее всего, и обнаружены в трех метеоритах марсианского происхождения^[77], которые попали в космос как раз в эту эпоху. Смогла ли примитивная жизнь развиться в разумную и дальше настолько, чтобы создать космические технологии уровня ковчега, сказать сложно. Земля и Марс в то время были очень похожи. На нашей планете тогда уже существовали простейшие одноклеточные. Как видите, от них до космических полетов у нас ушло 3,7 миллиарда лет. Возможно, эволюция на Земле шла бы быстрее, если бы не было четырех эпох глобального вымирания, которые почти полностью обнуляли прежние цветущие экосистемы и отбрасывали процесс развития жизни далеко назад, чтобы потом создать ее новые формы. Я допускаю, что при благоприятных условиях за 500 миллионов лет эволюция от простейших до разумных существ возможна. Но на Марсе условия в то время были довольно жесткими. Постоянная вулканическая активность и непрекращающаяся бомбардировка метеоритами. А затем 3,7 миллиарда лет назад на планете исчезло магнитное поле и атмосферу сдул солнечный ветер. Из-за ее отсутствия и жесткого космического излучения поверхность стала необитаема. Внутренние конструкции Фобоса как раз датируются этим периодом. Вполне возможно, в притянутом на орбиту Марса астероиде пытались укрыться последние представители цивилизации. Но какой смысл было оставлять его на орбите умирающей планеты? Этот вопрос остается открытым. Во всяком случае, пока мы не проникнем внутрь Фобоса.

- Если бы в то время на Марсе была техногенная цивилизация, способная создать ковчег, мы бы видели ее следы, предположил Теон.

- Вряд ли, покачал головой Шаоси. За три с половиной миллиарда лет большинство материалов превратятся в пыль. Хотя, может, что-то и осталось. Вы ведь видели снимки стеклянных тоннелей странных стеклоподобных образований, кое-где просматривающихся в трещинах поверхности.

- Видел. Необычные образования. Хотелось бы взглянуть на них поближе.

- В ближайшие пару лет у нас наверняка будет такая возможность. А пока давайте, я подробнее расскажу вам о Фобосе и о том, что мы там накопали. Только вначале позавтракаем. Эти ажурные канапе с черной икрой на муссе из рикотты выглядят просто восхитительно, он небрежным жестом подозвал официанта и попросил принести еще по бокалу шампанского.

Их разговор затянулся почти до обеда. Шаоси показал более детальную карту полостей внутри корабля и составленную его группой схему их предполагаемого функционала. Большинство были под потолок забиты капсулами, в других находилось какое-то оборудование, непонятные механизмы, в-третьих нераспознаваемое гелеобразное вещество. Особый интерес у Теона вызвало ядро, генерирующее магнитное поле, но информации о нем было минимум, поскольку пространство, где оно находилось, было экранирована, и проникнуть внутрь ни сенсорами, ни сонарами было невозможно.

После затянувшейся на несколько часов беседы Теон вернулся на виллу и, попросив горничную принести джин-тоник, разместился в кресле на террасе. Внизу в лучах дневного солнца спокойное, словно зеркало, блестело озеро. С Альп дул легкий ветер, пахнущий талым снегом и свежей травой. Он пробыл здесь почти неделю и за это время проникся тихим и умиротворяющим шармом Женевы. До такой степени, что в голову стали приходить странные, непривычные мысли. Может, хватит тратить жизнь на суету, расходовать свою энергию и отведенные ему судьбой годы на фантастические проекты и безумные идеи. Ведь он уже итак вошел в историю как гениальный инноватор, инженер и изобретатель, как самый богатый человек на планете, впервые притащивший на орбиту астероид. Который разрушил четверть восточного побережья Америки. Слава, признание, известность никогда не были его основным мотиватором. Теон воспринимал их чуть ли не как сопутствующий ущерб, который отвлекал от дел, на который надо тратить время, модерировать, управлять. Так что, с какой стороны ни посмотри, он прожил великолепную, полную успехов и побед жизнь.

От этой мысли Курц внутренне собрался.

Почему прожил? Ему за пятьдесят. Впереди еще минимум лет двадцать активной жизни. Но вот как их прожить? В вечной погоне за новыми открытиями и технологиями? В постоянном фокусе навязчивых журналистов? Под микроскопом СМИ и общества, когда каждый его шаг фиксируется и становится объектом публичного обсуждения? Или в спокойном философском созерцании мира с высот своего опыта и успеха. Может, хватит суетиться и делать все самому, а вместо этого стоит делегировать управление своей империей надежным людям, которых он немало вырастил за последние годы. У него достаточно средств, чтобы создать собственный фонд и в его рамках заниматься инновациями, продвигать молодые таланты, поддерживать сумасшедшие идеи и безумные проекты.

Пытаясь разобраться в своих чувствах и мыслях, он сделал долгий глоток джин-тоника. Наверно, надо действительно сделать паузу, сбросить обороты, провести время в семье, поездить по миру. Просто отдохнуть. Проветрить мозги.

Да. Наверно, так и надо будет сделать. Когда закончится эпопея с Фобосом. А пока Он взял со стола сатфон, набрал посла и сообщил, что через пару часов будет готов вылететь в Штаты для встречи с генералом Кристофером.

США. Джорджия. Форт-Гордон

Форт-Гордон, который Кристофер выбрал как свою временную базу, находился в штате Джорджия юго-восточнее небольшого городка Августа. На территории этой базы располагался штаб войск связи армии США, киберкомандование и полдюжины учебных профильных подразделений. Администрация нового руководителя США заняла здание штаба киберкомандования, которому спешно пришлось съехать в другое место.

Эта построенная еще в 1941 году военная база, даже не имевшая собственной взлетной полосы, была неслучайно выбрана центром, из которого Кристофер руководил страной. Кибервозможности и инфраструктура связи находящихся на ее территории подразделений позволяли управлять войсками и контролировать процессы по всей Америке.

Частный самолет доставил Теона из Женевы в столицу штата. При заходе на посадку миллиардер с высоты пытался рассмотреть хоть какие-то следы разрушения, но Атланта находилась в 700 километрах от эпицентра, поэтому ударная волна не причинила ей практически никакого ущерба. В аэропорту два молодых офицера проводили его на борт военного вертолета, который через час приземлился на площадке у штаба Кристофера.

На первый взгляд ничего не говорило о том, что именно отсюда теперь осуществляется управление страной, которая еще неделю назад считала себя мировым гегемоном. Военные занимались своими делами. У небольшого двухэтажного здания киберкомандования, где разместился генерал со свитой, не было ни машин, ни серьезной охраны. Только у дверей стоял караульный, спрятавшись под козырек от полуденной жары. Все выглядело как-то скромно, буднично, без пафоса, даже немного скучно.

Кабинет генерала был так же скуп на излишества, как и находящаяся снаружи база. Простой деревянный рабочий стол, круглый стол для совещаний, шкаф со старомодными папками, пронумерованными от руки. О том, что здесь неделю назад был офис командующего кибервойсками, говорили только два небольших стеновых экрана. На столе раньше, наверно, тоже стояла какая-то аппаратура, но Кристофер, видимо, ее убрал, завалив все папками с бумагой. По обилию документов было заметно, что он явно не очень дружил с новыми технологиями.

- Мистер Курц, при виде гостя генерал отложил бумаги и поднялся со стола, чтобы его поприветствовать. Я пригласил вас сюда, чтобы между нами не было недопонимания. Перед тем как мы начнем практическую работу по Фобосу, я хотел бы вам объяснить свои мотивы и позицию по происходящему. Вы можете подумать, что я вступил в сговор с русскими и китайцами. На самом деле это не так.

- Во всяком случае именно так это выглядит для непосвященного человека со стороны, Теон пожал протянутую руку и опустился в кресло за круглым столом.

- Понимаю, Кристофер присел рядом. Поэтому прошу меня выслушать. После нашего провала в Афганистане мне стало очевидно, что Америка уверенно идет к своей гибели и толкает к ней весь мир. Ультралибералы, правившие здесь почти три десятилетия, делали все, чтобы ослабить государство и подчинить его кучке супербогатых и супержадных идиотов, считающих себя всемогущей элитой. По их мнению, страной, да и человечеством в целом, должна управлять группа просвещенных индивидуумов, которые знают, что лучше для остальных и куда надо вести страну и мир. По большому счету США в их руках отводилась лишь роль инструмента для обретения мирового господства. Их цель создание на Земле единой глобальной мегакорпорации, целью которой является постоянное технологическое, экономическое и финансовое развитие. Вернее, не развитие, а экспансия. Правительству в их схеме отведена лишь полицейская функция обеспечение порядка, контроль над населением, подавление недовольных. Большинству населения тем, кто останется, потому что одной из целей элиты является сокращение человечества до одного миллиарда отведена роль счастливых рабов, выполняющих работы, которые пока не могут делать роботы.

- Пару месяцев назад я слышал подобную концепцию от Богарта. Правда, в более щадящем изложении, вспомнил Теон. Не обратил внимания. Думал, что это утопия.

- Богарт являлся одним из теоретиков ультралибералов. Их мозговым центром. Теория бесконечной корпоративной экспансии как раз его. Он считал, что только под контролем единой корпорации цивилизация может успешно развиваться. Ему же принадлежит теория стратовой демократии, по которой правами и свободами в новом обществе могут наслаждаться только избранные, то есть та самая просвещенная элита. Остальные люди должны быть довольны едой, кровом над головой и примитивными удовольствиями, подаваемыми напрямую в мозг через импланты. Он также развил концепцию депопуляции для сохранения глобальной экосистемы и спасения от климатических изменений и разработал конкретный пошаговый план. По этому плану самым эффективным и быстрым способом сокращения населения является глобальная ядерная война. К тому же она способна устранить два непреодолимых препятствия на пути экспансии ультралибералов Россию и Китай.

- Безумие. Они бы уничтожили Америку и погибли сами. Все их заводы, фабрики, активы все будет разрушено.

- Безумие, да. Но Америка их не интересует. А вот насчет заводов-фабрик вы ошибаетесь. Не забывайте это новые деньги. Их активы банковские счета и технологии. Нужные им предприятия могут в самое короткое время возродиться в любой точке мира. По плану Богарта, таких потенциальных мест было два: юг Южной Америки и Австралия. Последняя, конечно, приоритет, потому что уже давно находится в обойме США.

- Если будет глобальная ядерная война, то Южную Америку и Австралию накроет ядерная зима. Вести там серьезную экономическую деятельность будет невозможно.

- Ошибаетесь, невесело улыбнулся генерал. Ядерная зима была возможна 40 лет назад, когда у СССР и США были в десять раз большие арсеналы. Даже если в обмене ударами стороны израсходуют все имеющиеся заряды, продолжительной ядерной зимы не будет. По расчетам ученых, из-за поднятой взрывами в атмосферу пыли и пепла от пожаров температура упадет в среднем на 2-3 градуса. Зимы будут длиннее и холоднее, а лето короче. Через 3-4 года атмосфера восстановится. За такой короткий промежуток времени экосистемы сильно не пострадают.

- О каких системах вы говорите? О тех, что будут засыпаны радиоактивным пеплом?

- Здесь тоже есть один нюанс. Если война будет вестись в северном полушарии, то большая часть южного не пострадает. Там можно будет спокойно жить, строить новую корпоративную цивилизацию и наблюдать, как оставшиеся в живых люди в Африке и Азии умирают с голода.

- Такой проект очень сложно исполнить. Ведь надо заранее подготовить место, куда могла бы перебраться элита.

- Насчет Аргентины не знаю, а вот Австралия уже готова. В последние два года новые туда активно инвестируют. Их задача сделать страну полностью самодостаточной и подготовить почву, чтобы она смогла принять еще миллиона 2-3 американцев. Там уже есть своя Силиконовая долина с высокотехнологичными производствами. Ускоренными темпами строятся предприятия основных технологических цепочек: авиа-, авто-, судостроение, вооружение, химия, электроника, переработка, даже собственный космодром все, что надо стране-континенту, чтобы выжить в новом постъядерном мире.

- В это сложно поверить. Откуда у вас такая информация?

- Я был ключевой фигурой в списке Богарта на должность военного руководства на новой территории.

- У него уже и списки были составлены? удивился Теон.

- И списки составлены, и время назначено. Если не удастся сломать и подмять под себя Россию и Китай, то переформатирование мира планировалось начать в 2028 году. Как раз перед президентскими выборами. За это время Австралия должна была быть полностью подготовлена и накачана ресурсами, деньгами и технологиями, чтобы переехавшая элита и ее обслуга могли пережить там ядерный апокалипсис. Как видите, план экспансии уже вступил в фазу практической подготовки. Возможно, история с Фобосом его немного бы ускорила или отдалила на год, но сути это не меняет. Для достижения своих целей Богарт и ультралибералы через пару лет были готовы развязать глобальную ядерную войну.

- Как это все грустно, тяжело вздохнул Теон. Ну почему война. Почему уничтожение. Разве нет другого пути в истории.

- Для Богарта и его безумной банды нет. Поэтому и пришлось пойти на такие радикальные меры и миллионные жертвы. Иначе пострадали бы миллиарды, а Америка и вовсе перестала бы существовать. Поверьте, если бы был другой способ сразу решить проблему с Богартом, я бы предпочел его. Но русские уже запустили операцию с астероидом. Мне ничего не оставалось, кроме как в нее вписаться. Альтернативным вариантом была лишь месть Москве и ядерная война, грозящая США полным уничтожением. Поэтому, зная все детали, я решил, как говорится, дать миру шанс.

- Все это не очень вяжется с образом американского генерала, задумчиво проговорил Курц. И что теперь?

- Теперь власть в стране вернется к адекватным людям. Я военный, не президент, и страной управлять не имею ни навыков, ни желания. Моя задача удержать США от развала, зачистить ультралибералов, постараться вернуть убитые Интернетом мозги американцев к подобию нормальности и, когда угроза хаоса спадет, передать власть тщательно подобранной гражданской администрации. Дальше Америку будет восстанавливать она, а мы выступим в роли наблюдателей, чтобы чиновники не злоупотребляли властью и не были опять куплены олигархами и лоббистами. Хочется верить, что то, что мы выстроим, будет справедливее, демократичнее и свободнее, чем то, что мы разрушили.

- А Россия с Китаем?

- А что с ними не так? развел руками генерал. Москва и Пекин прекрасно понимали происходящие у нас процессы и исходящую от Богарта фатальную угрозу. Китайцы, конечно, надеялись все переждать, а вот русские пошли на кардинальное решение проблемы. Теперь, когда угроза устранена, три страны образуют нечто вроде коалиции по спасению планеты. США, Китай и Россия вместе будут нести ответственность за судьбу человечества и создавать более справедливый мир. На их основе будет строиться новая, лишенная идеологической предвзятости, основанная на чистом прагматизме структура безопасности, способная противостоять любым вызовам, как земным, так и инопланетным.

- Похоже на фантазию, недоверчиво хмыкнул Курц.

- Похоже. Но чем она хуже вашей мечты о Марсе? Когда-то ведь надо сделать первый шаг. Теперь, когда с Америки ваш астероид сбил корону мирового гегемона, самое время. Миссия к Фобосу как раз и будет проверкой жизнеспособности нашего сотрудничества.

- Что ж. Будущее покажет, насколько оправдан ваш оптимизм. Я с нетерпением жду начала миссии.

- Тогда за дело, Кристофер решительно встал, подошел к рабочему столу, взял несколько листков бумаги и вернулся к Теону. Это моя директива по возвращению вам контроля над вашими компаниями. Это заверенный министерством юстиции и генеральным прокурором документ, снимающий с вас подозрения в связи с падением астероида. Это мои приказы для НАСА и Космического командования оказывать вам полное содействие. Это распоряжение о начале подготовки миссии на Фобос. Это предоставление Альфа Орбитал и Альфа Спейс особых прав государственного подрядчика, обусловленных введенным в стране чрезвычайным положением. Ваши компании могут заниматься всем, чем угодно, но миссия к Фобосу обязательна к выполнению.

- Благодарю, чуть склонил голову Теон. Я передам все это своим юристам для изучения.

- Вы, наверно, не поняли, мистер Курц, глаза генерала чуть сузились. Эти документы обязательны к исполнению всеми лицами и органами, которые в них упомянуты. Прошу всегда помнить об этом.

- Извините, пожал плечами миллиардер, взял со стола простенький пластиковый фолдер с бумагами, которые будут определять его жизнь следующие несколько лет, и направился к выходу.

США. Вашингтон. Бункер под Белым домом

Тошнотворный запах от разлагающегося трупа помощника сводил с ума. Несколько дней назад Богарт попытался затолкать его разбухшее тело в небольшую стеклянную секцию, где были расположены серверы, но дверца закрывалась неплотно, и вонь продолжала беспрепятственно распространяться по помещению, вызывая болезненные приступы тошноты.

Сколько времени президент находился в заточении под землей, он уже не помнил. Время превратилось в один смазанный тягучий поток, заполненный выплывающими из темноты кошмарными видениями и нестерпимой душевной болью, прерываемой лишь короткими промежутками беспокойного забытья. Смартфон и связанные с ним часы разрядились на вторые сутки после катастрофы. Первое время он сохранял присутствие духа. Использовал фонарь всего шесть раз в день по 5-10 минут. Аккуратно перебрал и разложил вдоль стены продукты и воду, разбив их на дневные рационы так, чтобы хватило на месяц. В том, что для его спасения понадобится всего пара недель, он не сомневался. Несколько дней на поставку шахтного оборудования. Дней пять на пробивку первичной узкой скважины, чтобы обеспечить связь, вентиляцию, подать воду и еду. Затем проходка земснарядом более широкого тоннеля, чтобы в него мог пройти человек.

Две, максимум три недели.

Когда еще работали часы, он часто прикладывал ухо к медленно остывающей, покрытой вздутым пластиком металлической стене. Иногда казалось, что он слышит частые глухие удары и непрерывное урчание, похожее на работу бура. Эти звуки подбадривали и вселяли надежду. Но два дня прошло, и звуки стихли. Потом погас смарт и часы. Потом в медленно остывающем помещении стал вонять лежащий у входа помощник. Нестерпимый запах гниющего человеческого тела становился все сильнее. Он выворачивал кишки, мешал дышать. Не давал есть, пить, спать. Особенно страшно было находиться в темноте. В полной тишине бронированного склепа со стороны мертвого тела доносились тихие всхлипывания, сдавленные стоны и чуть слышное бульканье. Иногда там что-то шелестело, как будто мертвец пытался встать. Вместе с пронзительной вонью и полным отсутствием света эти звуки наводили животный ужас.

Тогда Богарт стал чаще пользоваться фонарем, а затем и вовсе оставлять его включенным надолго. Так разрядился один аккумулятор, затем второй, третий В один момент, очнувшись от полной кошмаров полудремы, он оказался в кромешной темноте. С этого момента надежда стала покидать президента. Ее место постепенно занимали жуткие видения.

Вот он снова в Багдаде, в пыльном и душном помещении музея. Перед ним на коленях пленный иракский офицер, руководивший обороной здания. Переводчик что-то спрашивает его на арабском, но тот лишь бормочет одну фразу фамилию, звание, номер части и упрямо трясет головой. В одной руке у Богарта пистолет, в другой бутылка виски. Где-то там за стеной медик перевязывает его раненых бойцов. Горячка после короткого боя еще не прошла, но он уже изрядно выпил и теряет терпение. После очередного вопроса он отталкивает переводчика, приставляет к голове стоящего на коленях иракца пистолет и нажимает на курок. Выстрел звучит так явственно, что сидящий на полу в бункере президент невольно закрывает уши и сильнее прижимается к стене. Но пленный не умирает. Он встает, тянет к его горлу свои окровавленные руки и начинает душить, душить, душить.

Ошеломленный этой жуткой картиной Богарт пытается кричать, но из легких выходит только сиплый хрип. Он пытается бежать, но сил нет, ноги не слушаются. Он пытается стрелять еще и еще, но пистолет только предательски щелкает бойком, отказываясь изрыгать смертельный свинец. А перед глазами стоит окровавленное лицо иракского пленного офицера с дыркой во лбу, сочащейся красной пенной сукровицей. Оно, страшное и неотвратимое, как сама смерть, придвигается все ближе и ближе.

Зачем он тогда убил этого человека? Зачем?

Трясущийся от нервного срыва президент с трудом вырывает себя из липких лап этой кошмарной галлюцинации. Лихорадочно хватая воздух, он шарит глазами по темноте, пытаясь вспомнить, где он и что это за место.

Жарко. Пахнет протухшим человеческим мясом. Нечем дышать. Легкие работают из последних сил, перекачивая литры затхлого воздуха, в котором уже почти не осталось кислорода. Неужели ад? Он всматривается в темноту и различает смутное движение. Дверца серверной медленно открывается, и из нее появляется распухшее тело мертвеца. Он начинает медленно шагать в его сторону, тянет к нему свои руки. С его потрескавшихся распухших губ слетает страшный хрип: Ад Это ад.

Жалобно скуля, Богарт старается отползти от надвигающегося мертвеца, но тот подходит все ближе и ближе. Вот он уже совсем рядом. Еще секунда и синюшные руки с кривыми, похожими на когти ногтями схватят его за горло.

Нет! Я не достанусь тебе! истошно кричит президент.

Собрав остатки воли, он рывком поднимается с пола, несется через весь зал к противоположной стене и что есть силы врезается в нее головой.

Средний человек в состоянии покоя прогоняет через легкие 450-500 литров воздуха в час, забирая из него часть кислорода. За это же время он выдыхает 11-12 литров углекислого газа. Если все это происходит в закрытом помещении, то концентрация кислорода постепенно падает, а углекислого газа возрастает. Когда она доходит до критической отметки в полтора процента, то становится смертельно опасной.

Двухсотметровое помещение операционного зала высотой в 3 метра, в котором оказался заперт президент, содержало примерно 600 кубических метров воздуха. Чтоб выбрать весь кислород и насытить воздух продуктами дыхания до критически опасного уровня, понадобилось чуть больше шести дней.

Богарт прошел эту черту в бессознательном состоянии, лежа на полу в лужице крови, сочащейся из треснутого черепа. Он так и не пришел в себя от удара головой о стену. Возможно, это спасло его от ужасной мучительной смерти от удушья в засыпанном землей, темном, воняющем гниющей плотью бункере. Под Белым домом в Вашингтоне, еще неделю назад бывшем столицей страны, считавшей себя всесильным мировым гегемоном.

Орбита Марса. Фобос

Готовый к началу миссии российский Зевс получился почти полной копией того, что полтора года назад построил Теон, а его стыковочная связка с орбитальной сборочной станцией вообще создавала устойчивое ощущение дежа вю. Сверкающая на солнце серебристыми гранями конструкция, как и прошлый раз, казалась сошедшей с экрана фантастического фильма. Но все же существовало одно существенное отличие при старте буксира к Марсу не было того показного голливудского пафоса, который организовал Курц во время полета к астероиду. Все происходило скромно, буднично, по-деловому, без ярких прожекторов подсветки, без выбора момента старта в первых лучах показавшегося из-за Земли Солнца, без разгонного рывка реактивных двигателей, уносящего стремительное, похожее на дротик тело космического корабля в бескрайнюю пустоту пространства.

Землянам сейчас было не до красочных орбитальных шоу. Внизу на поверхности бушевал жестокий экономический кризис, который был вызван крушением долларовой финансовой системы, спровоцированным падением астероида. Если бы не совместные усилия по поддержанию стабильности, предпринимаемые Россией, Китаем и США, то его последствия были бы сравнимы с полноценной мировой войной. Внизу люди находились в полном неведении относительно реальных целей миссии. Они были озабочены собственным выживанием и с недоумением и даже злостью следили за редкими новостями с орбиты о совместной экспедиции на Марс. Им было непонятно, зачем тратить время и колоссальные средства на полет к соседней планете, когда на Земле экономика падает катастрофическими темпами, четверть населения планеты находится на грани голода, а десяток стран стоят в шаге от начала войны за доступ к ресурсам.

Но, несмотря на молчаливое раздражение правительств и простых людей, три страны прилагали титанические усилия, чтобы ускорить работы по сборке космического буксира. Окончательная доводка Зевса в цехе, разборка на модули, доставка их на космодромы в России, США и Китае, а затем дальше, на орбиту, заняли около десяти месяцев. Еще три ушло на сборку и два на летные испытания буксира. Наконец после короткого периода устранения незначительных неполадок состоялся старт к Марсу, о котором в большинстве СМИ промелькнуло лишь короткое, не привлекающее внимания сообщение.

За время подготовки миссии температура внутри трех прогревающихся полостей Фобоса поднялась на 103 градуса и достигла минус 47 градусов по Цельсию. В последние несколько недель нагрев замедлился до 3-4 градусов в месяц. Если он останется постоянным на этом уровне, то до нуля, при котором теоретически возможен выход живых организмов из криогенного состояния, остается еще почти полгода. Сложность таких прогнозов была в том, что никто не знал, что за организмы находились на борту и находились ли они там вообще. Возможно, их пробуждение произойдет при более низкой температуре. Возможно, при более высокой, чем ноль по Цельсию. Выяснить это можно было, лишь попав внутрь ковчега. Именно с этой целью к Марсу, стремительно набирая скорость, шел Зевс.

Перелет к красной планете занял 58 дней. Выйдя в расчетную точку, буксир оттормозился, совершил серию корректирующих траекторию маневров, отстыковал свой груз и тут же направился к Земле. Там, на орбитальной станции, уже собирался пакет из модулей для следующей ходки.

Полезной нагрузкой, доставленной на орбиту Марса, была полностью собранная, укомплектованная экипажем и готовая к работе орбитальная станция. Компоновка ее модулей, как и в экспедиции к астероиду, напоминала барабанный магазин револьвера, только патронов в нее вмещалось семь, а не шесть, как на первом буксире, и были они несколько больше размером.

Скорректировав орбиту и синхронизировав ее с Фобосом так, чтобы он максимальное время находился в поле зрения, экипаж развернул длинные лопасти солнечных батарей и начал подготовку к высадке на спутник. Для этого в одном из модулей находился небольшой Персей орбитальный челнок, собранный на базе американского беспилотника X-37^[78], который мог нести на борту исследовательскую группу из трех астронавтов, был плотно упакован средствами РЭБ и имел вооружение, которому позавидовал бы тяжелый истребитель. Кроме модуля с десантным аппаратом, на станции был еще и боевой. Там находилась аппаратура радиоподавления, а также ударные системы, включающие управляемые и неуправляемые ракеты разного калибра и предназначения, и компактный прототип рельсотрона^[79], предоставленный DARPA^[80]. Еще один модуль содержал бурильную установку, которую планировалось применить, если не будет найден легкий способ попасть внутрь Фобоса. Оставшаяся часть станции состояла из рабочего модуля, где находился центр управления и несколько лабораторий, двух жилых модулей для экипажа и модуля обеспечения с запасом воздуха, воды, еды, топлива и всего необходимого для нормального функционирования станции. Экипаж станции состоял из восьми человек. Из них только Курц был свободным специалистом, значившимся в штатном расписании как исследователь.

Руководители миссии не горели желанием брать на борт Зевса гражданского без космической специализации, не прошедшего спайку с командой, да еще обладавшего взбалмошным, непредсказуемым характером. Но участие в полете к Фобосу было одним из условий, на которых Курц согласился на сотрудничество. Вернее, не условием, а настоятельной просьбой, потому что все активы и инфраструктура Орбитал легко могли быть реквизированы директивой Кристофера. В конце концов, Дубров уговорил китайцев и американцев, и миллиардера включили в экипаж. На стороне Теона оказалось то, что он пару лет назад прошел в НАСА курс подготовки астронавтов, и то, что в команде, полностью состоявшей из военных, было разумным иметь человека, способного на нестандартные, неординарные решения.

Так или иначе, сейчас Теон с орбиты наблюдал в иллюминатор за блеклым марсианским рассветом. Из-за низкой плотности атмосферы и небольшого, размером с яблоко, Солнца он был не таким зрелищным, как над Землей, но все равно впечатлял хотя бы тем, что это был первый рассвет над другой планетой, который земляне видят собственными глазами.

После отстыковки станции, развертывания батарей и активации систем, часть экипажа занялась подготовкой орбитального самолета к высадке на Фобос. По плану во время первого полета он должен был подойти на безопасное расстояние и запустить в сторону спутника два дрона, оборудованных волновыми излучателями, работающими в широком диапазоне частот. Предполагалось, что это спровоцирует защиту Фобоса и позволит уточнить положение его локационных станций и антенн подавления. Затем пилоты попытаются вывести эти устройства средствами РЭБ или хотя бы блокировать их негативное воздействие постановщиками помех. В случае неудачи должно последовать их физическое уничтожение. Затем еще серия дронов, чтобы проверить, существует ли второй эшелон защиты и в случае необходимости еще и еще. Планировалось совершить столько вылетов и нанести столько ударов по системе защиты, сколько потребуется, пока Земля не сочтет высадку безопасной.

Был и второй вариант, предложенный Теоном в самом начале миссии и в принципе одобренный ЦУПом. Он состоял в том, чтобы высадить на поверхность одного человека в специальной экранированной капсуле, снабженной пассивными средствами противодействия РЭБ и имеющей минимальную волновую сигнатуру, не способную активировать защиту. На астронавте будет специальный скафандр, почти лишенный электроники, который, по замыслу миллиардера, сможет обмануть сенсоры на поверхности, если таковые там будут находиться. В случае, если пробная высадка пройдет удачно, во время следующих заходов специалисты-электронщики попытаются деактивировать защитные системы Фобоса генераторами локальных электромагнитных импульсов. Это позволит избежать массированного физического силового воздействия на спутник. Капсула и скафандр были спроектированы и изготовлены Орбитал. Теон их испытывал лично и имел предварительную договоренность, что именно он будет первым человеком, высадившимся на поверхность ковчега.

Какой из двух вариантов действий выбрать, должна была решить Земля после первого подлета к ковчегу. Вообще, вся миссия, начиная с контакта с Фобосом, была очень ситуативна. Решения предполагалось принимать по ходу действия с учетом складывающихся обстоятельств. Но цель была одна попасть внутрь, выяснить, что находится в капсулах, и возможно ли каким-то образом получить управление над объектом.

Первый подлет к Фобосу удивил. Персей в беспилотном режиме вышел на безопасную дистанцию и запустил пару дронов, но никакой реакции не последовало. Защита спутника никак не среагировала на вторжение. Два аппарата, облетев целевую территорию, успешно приземлились на поверхности и по команде со станции отключились. Тогда командир принял решение начать медленную подводку орбитального самолета к поверхности. Тот тоже пересек семидесятикилометровую границу защитной зоны, приблизился на пятьдесят километров, затем на десять, повисел на этом расстоянии, сканируя поверхность, и, не встретив никакого противодействия, вернулся на корабль.

То, что защита не была активирована, радовало и настораживало одновременно. Фобос как бы приглашал к себе в гости. Чем такой визит может закончиться, было непонятно, и от этого всем становилось не по себе. Это ощущение усилилось, когда на следующий день сенсоры зафиксировали остановку прогрева внутренних полостей на отметке минус 95 градусов. Что это могло означать? Поломка? Сбой в системе активации ковчега? Или выполнение какого-то неизвестного алгоритма с вполне определенной целью. И почему отключилась защита, словно людей приняли за своих?

Вопросов пока возникало больше, чем ответов, но одно было ясно возможность того, что удастся избежать применения силы, возрастала. Поэтому командир после консультаций с ЦУПом отдал приказ Теону готовиться к высадке.

Сконструированный инженерами Курца аппарат для высадки на Фобос представлял собой миникорабль, способный совершать простые маневры в пространстве, а также приземляться и взлетать с поверхности. Основной его объем занимала капсула с астронавтом, в которой находился также аварийный запас кислорода и энергии, чтобы поддержать жизнь человека в течение нескольких часов, если во время высадки возникнут проблемы. Сам скафандр тоже был полностью автономен. Он был встроен в экзоскелет, позволявший даже при земной гравитации нести почти сто килограмм нагрузки, а в фактической невесомости дававший возможность передвигаться свободно, не ощущая скованности движения из-за жесткой многослойной оболочки скафандра. Экзоскелет также был оснащен реактивными двигателями, способными в случае необходимости отправить астронавта с поверхности в космос и там придать ему импульс движения в нужном направлении. Однако вся эта электроника, за исключением простейшего контура, обеспечивающего контроль над сервоприводами конечностей, была выключена, чтобы не спровоцировать реакцию защитных систем.

По плану орбитальный самолет должен был доставить спускаемый аппарат к Фобосу и отстыковать его на расстоянии одного километра. Далее по заранее просчитанной траектории тот подлетит к месту посадки, в автоматическом режиме приземлится на поверхность и откроет створки капсулы с экзоскелетом. Выполнив программу исследований, астронавт вернется к аппарату, который доставит его к самолету, ожидающему в нескольких километрах. На бумаге все выглядело просто. Теону предстояло проверить, как все сработает на практике.

Местом высадки был выбран район рядом с кратером Стикни, где находился загадочный монолит. Этот странный объект правильной геометрической формы, похожий на трехгранное высотное здание или гигантский обелиск шириной около восьмидесяти и высотой почти двести десять метров, был обнаружен в 1998 году на снимках американского зонда Mars Global Surveyor. С того времени он не переставал будоражить умы исследователей, провоцируя массу самых разнообразных теорий. Он стоял на равнинном пустынном участке, не имевшем других особенностей поверхности. Некоторые предполагали, что это лифт, ведущий внутрь спутника, другие, что космическое тело, воткнувшееся в Фобос под прямым углом, третьи что это кристаллическое образование, появившееся в результате эрозии. В любом случае место это было примечательным потому, что именно там был локализован один из радаров, подсвечивающих приближающиеся к спутнику объекты.

Подготовка к высадке заняла почти сутки. После всех проверок и тестов Теон облачился в скафандр, проверил работу экзоскелета, вышел в космос, разместился в находящейся во внешнем грузовом отсеке капсуле, подождал, пока оператор на станции проверит ее готовность, и довольный тем, что все работало штатно, вернулся на корабль. Оператор и инженеры продолжили работать со спускаемым аппаратом, а он принял таблетку снотворного и пошел спать. Старт был запланирован через десять часов. Надо было отдохнуть и подготовиться к первому прямому контакту человека с объектом инопланетной цивилизации.

В расчетное время манипулятор разметил спускаемый аппарат в отсеке для полезной нагрузки орбитального самолета и тот направился к цели. Все происходило на солнечной стороне Марса, чтобы тратить меньше энергии на подогрев скафандра. Время обращения Фобоса вокруг красной планеты всего шесть часов. Это означало, что для первой высадки на поверхность отводится максимум три часа. Необычайно много для первого контакта, но до обидного мало для того, чтобы что-то серьезно изучить.

Не встретив сопротивления, не включая средств подавления РЭБ, самолет медленно преодолел границу, за которой обычно срабатывали защитные системы ковчега, и, осмелев, направился к поверхности. На расстоянии в километр он синхронизировал скорость, завис в расчетной точке и открыл грузовой отсек. Складной манипулятор вывел спускаемый аппарат наружу. В этот момент оператор на станции принял контроль, запустил двигатели и направил капсулу к месту приземления.

Через пятнадцать минут аппарат вертикально приземлился в двухстах метрах от монолита. Створки грузового отсека открылись, и Курц, едва сдерживая в груди заряженное адреналином в предвосхищении открытий сердце, выглянул наружу. Он не увидел ничего, кроме клубящейся в лучах неяркого солнца серой мути. Вертикально стоящая капсула была окружена облаком тонкой пыли. Из-за небольших размеров спутника гравитация на нем значительно меньше, чем на Луне, и любое движение поднимает над поверхностью взвесь реголитовой пыли, возникшей в результате воздействия микрометеоритов.

Разочарованно вздохнув, Теон доложил о готовности и шагнул вперед по упавшему на поверхность трапу.

Идти в экзоскелете в условиях практического отсутствия гравитации было гораздо проще, чем во время тренировок на Земле. Даже прикрепленный к зажиму левой руки чемоданчик с инструментами, весящий килограмм сорок, не сковывал движения.

Чтобы не поднимать пыль, Курц попытался передвигаться вперед длинными прыжками, но контролировать усилие не удавалось, и он несколько раз неуклюже повалился на бок. Связи со станцией и самолетом не было, но он представил, как сейчас сквозь зубы ругается командир, наблюдая за его выходками, а экипаж едва сдерживается, чтобы не рассмеяться.

Стерев встроенной в перчатку щеткой пыль со стекла шлема, он двинулся дальше, как учили короткими частыми прыжками. Через каждые пятнадцать-двадцать прыжков Теон останавливался и нажимал на запястье кнопку, включавшую на короткое время крошечный инфракрасный стробоскоп, смонтированный на плече. При отсутствии связи это был сигнал наблюдавшему за ним экипажу самолета, что все в порядке.

Пройдя таким комичным способом половину расстояния до монолита, Теон остановился перевести дух и посмотрел вверх на возвышающуюся посреди голой пыльной пустыни громадину. Он на секунду прислушался к своим ощущениям. Волнение. Странная робость, как перед сложным экзаменом. Ожидание встречи с неизвестным. И еще что-то необъяснимое. Как будто идешь с просьбой к старому другу, которого не видел десяток лет и который за это время стал очень важным и влиятельным человеком. Как он сейчас? Изменился или остался прежним? Узнает ли? Поймет ли? Поможет или отвергнет?

Восстановив дыхание, сбившееся, скорее, от волнения, чем от нагрузки, Курц взглянул на закрепленный на запястье детектор. Все огоньки горели зеленым. Значит, радиация и всякое другое излучение находились в допустимых пределах. Он развернулся против своей оси и посмотрел на Персей, висящий в километре в пустоте. Помахал ему рукой, чтобы приободрить себя. Тот в ответ несколько раз мигнул прожектором. Пожужжав приводами, исследователь повернулся к монолиту и двинулся вперед.

Огромных размеров обелиск становился все больше и больше. Теперь он закрывал все небо. Нависал над крошечным человечком, как пришедший из глубины прошлого перст судьбы. Вечный, как время, и бессмертный, как сама Вселенная. Вот осталось двадцать метров. Десять. Теон уже не останавливался, чтобы включать стробоскоп. Он мелкими потешными прыжками беспомощного существа, стремящегося навстречу своему великому Богу, двигался вперед, разрываемый жгучими желаниями. Коснуться. Познать. Открыть.

Наконец, Курц остановился в метре от ровной, покрытой тонким слоем пыли стены и понял, что боится. Он чувствовал себя, как примитивная обезьяна из фильма Стэнли Кубрика Космическая одиссея. Та тоже испытывала благоговейный трепет перед появившимся неизвестно откуда инопланетным монолитом, по сюжету запустившим процесс ее эволюции в человека.

Но то было в фантастическом кино, а какова цель этой нависающей над ним громадины?

Поддавшись неосознанному желанию, Теон наклонился вперед и подул на стену, пытаясь сдуть пыль. На внутреннем стекле скафандра образовалось матовое пятнышко испарины, которое тут же было стерто системой циркуляции воздуха. Он улыбнулся этому странному порыву. Медленно поднял руку и коснулся поверхности монолита.

Секунду ничего не происходило. Затем поверхность под ногами мелко задрожала. От этой вибрации монолит покрылся завесой, поднявшейся с него пыли, и Теон почувствовал, как под перчаткой скафандра стена медленно поползла вниз.

Монолит начал опускаться в глубь Фобоса.

Ошеломленный Курц отступил на шаг. Затем отпрыгнул назад еще и еще, пока не вышел из пылевого облака. Теперь со своей новой позиции он четко видел монолит медленно опускался под поверхность. Он развернулся на месте и посмотрел на самолет. Тот, как и прежде, висел на своем месте, но оба курсовых прожектора лихорадочно мигали в режиме стробоскопа. Это был сигнал тревоги, требующий немедленного возвращения. Причем не с помощью спускаемого аппарата, а используя двигатели экзоскелета.

Выругавшись про себя, Теон отпрыгнул назад еще на несколько шагов, чтобы получить лучший обзор. Это не помогло. Тонкая пыль, осевшая на монолите, стояла над поверхностью зыбким столбом высотой под двести метров. Он оглянулся на корабль еще раз. Тот продолжал лихорадочно сигналить об эвакуации.

- Какого черта они всполошились, прошептал Курц и посмотрел на детектор опасности на запястье. Все огоньки горели зеленым.

Ну пошел обелиск под поверхность от его прикосновения. И что? Видимо, он так был настроен. Происходящее полностью совпадает с целью его прибытия на Фобос изучить, разведать, попытаться понять. Прямой угрозы нет, а значит нет причин прекращать миссию.

Тем временем пылевое облако, медленно расползаясь от монолита, полностью накрыло Теона. Он переключил несколько режимов на шлеме, но и в инфракрасном, и в ультрафиолетовом спектре висела только клубящаяся муть, позволявшая видеть всего на несколько метров.

Через несколько секунд из-под поверхности раздался приглушенный сухой стук, как будто сработали замки гигантского механического затвора. Одновременно с этим звуком со стороны монолита появилось едва видимое сквозь пыль сияние. Теон присмотрелся, но разобрать ничего не смог. Он сделал небольшой прыжок вперед. Прислушался к ощущениям. Взглянул на светящийся зелеными огоньками детектор. Сделал еще один прыжок, затем еще. Наконец он достиг границы монолита. Над поверхностью на высоте около полуметра поднималась ровная плоскость, представлявшая из себя его верхнюю грань. Курц нагнулся, осторожно дотронулся до нее. Ничего. Тогда он аккуратно взобрался на поверхность.

Как только Теон сделал первый шаг, произошло несколько событий. Он почувствовал тяжесть гравитации, под воздействием которой облако пыли стало быстро оседать. Неясное, рассеянное взвесью свечение сжалось в одну точку, находящуюся метрах в сорока перед ним. Но самым неожиданным было то, что в наушниках послышался радиообмен Персея с командиром орбитальной станции.

- Что он делает? Ему ясно просигналили возвращаться, в голосе пилота чувствовалось напряжение. Сейчас марсиане полезут.

- Да он сам как марсианин, пришел ответ со станции. У него статус свободного исследователя. Если не выполнил приказ о возвращении, вся ответственность за его безопасность с нас снимается. Статус активности?

- Прежний. Нас подсвечивают радары наведения объекта, но агрессивных действий не предпринимается. На поверхности без изменений. Только у монолита пыль осела и на его поверхности появился источник света.

- На ковчеге включился генератор гравитации. В районе монолита изменилась волновая сигнатура. Ее природа неясна. Приказываю отойти на безопасную дистанцию за пределы работы защитных систем объекта.

- А исследователь?

- У него был шанс эвакуироваться. Мы не можем рисковать самолетом. С этого момента будем действовать по обстоятельствам.

- Эй неуверенно проговорил Теон. Я вас слышу.

- Твою мать, выругался командир экипажа со станции. Кто активировал частоту исследователя? Связь с ним может вызвать агрессивную реакцию ковчега.

- Мы ничего не включали, в замешательстве ответил пилот. Похоже, эта хрень заработала сама, или настройка произошла дистанционно аппаратурой объекта, потому что никакой реакции с его стороны нет.

- Повторите.

- Агрессивная реакция со стороны объекта отсутствует.

- Хорошо. Отходите на безопасную дистанцию. Будем наблюдать и поддерживать связь.

- Эй! А как же я? Теон вдруг почувствовал, что остается один на один с этой полной тайн инопланетной громадине, и испугался.

- Мы отводим самолет потому, что по нему сработали системы наведения объекта, ответил командир. Продолжайте выполнение миссии. Связь будет восстановлена полностью. Мы будем видеть и слышать то же, что и вы, и вести вас. Как только закончите, эвакуируйтесь с помощью экзоскелета. Вас подберут в космосе, как и планировалось в экстренном случае.

- Понял, без особого энтузиазма ответил Курц и включил все системы скафандра.

Тут же заработали камеры кругового обзора, на стекло шлема спроецировался дисплей дополненной реальности, а на левый глаз опустился визир управления командами движением зрачка. Жужжание микроприводов и светящиеся огоньки и шкалы на шлеме подействовали ободряюще. Он хорошо освоился с экзоскелетом и скафандром и знал его возможности, включая встроенный в правую руку плазменный резак, который в крайнем случае можно было использовать как оружие.

Тем временем пыль осела. Впереди стал хорошо виден источник свечения. В центре треугольной поверхности в воздухе висела сияющая белым светом точка.

- Вы это видите? спросил Курц.

- Видим, ответили со станции. Осторожно продвигайтесь к источнику света. В двух метрах остановитесь. Мы проведем анализ.

Получив инструкции, Теон медленно пошел к светящейся точке. Индикатор детектора опасности, который теперь был выведен на стекло шлема, продолжал светиться зеленым. Это был хороший знак. В нескольких шагах он остановился. Точка испускала ровный холодный белый свет.

- Мы ничего не можем проанализировать, сообщил командир. Сенсоры показывают пустоту. Ни тепловой, ни гравитационной, ни электромагнитной сигнатур. Кроме визуального контакта ничего нет. Ее как будто не существует.

- Но я ее вижу, Теон чуть сощурил глаза, словно пытаясь заглянуть внутрь этой таинственной искры.

- И мы тоже, отозвались со станции. Сделайте еще шаг.

Чувствуя, как учащенно бьется сердце, Теон шагнул вперед. Перед глазами на секунду потемнело. Где-то в глубине сознания возникли непонятные образы, цветовые пятна, сложные трехмерные фигуры. Затем все пропало.

- Что это было? испуганным голосом спросил Теон.

- На прямой связи ЦУП. Это профессор Шаоси. Приветствую вас, услышал он ответ в наушниках. С этого момента я и наш суперкомпьютер будем вам помогать. Мы не можем сказать в точности, что произошло. У вас зафиксирован короткий и аномально мощный всплеск мозговой активности. Как вы себя чувствуете?

- Нормально. На секунду все как бы потухло. Потом фигуры всякие перед глазами появились, но через секунду исчезли. Сейчас все нормально.

- Скорее всего, с вами состоялась попытка ментального контакта. Попытка неудачная, потому что вы на нее не ответили. Сейчас надо ждать следующих действий. Протяните к источнику света руку.

Теон медленно начал поднимать правую руку. Точка, мигнув несколько раз, изменила свой цвет на оранжевый. Вокруг нее в пространстве образовались несколько полупрозрачных сфер, находящихся одна внутри другой, и пересекающих их плоскостей и линий, испещренных постоянно меняющими форму и цвет символами и сложными геометрическими фигурами.

- А это что? задал вопрос Курц, стараясь уследить за быстро меняющимися картинками.

- Секунду, ответил Шаоси. Вроде наш искусственный интеллект пытается разобраться. Так. Электронные мозги находят в некоторых элементах отдаленное совпадение с квантовыми структурами, как подтвержденными, так и теоретически возможными.

- И что? Теон поднял руку и коснулся одного из символов, на мгновение замершего перед его глазами. Символ распался на несколько десятков других. Курц дотронулся до одного из них. Сфера мигнула и вернулась в прежнее состояние хаотичного движения символов, линий и фигур. Как это все должно работать? он поймал еще один символ. Тот тоже рассыпался на десяток фрагментов, в которых при наличии фантазии можно было угадать схематические изображения частиц из области квантовой физики. Какой мне нажать сейчас?

- ИСИН не знает, ответил профессор. Наша физика еще не дошла до такого уровня.

- Уровень... Конечно! Они проверяют уровень нашего развития, прошептал Теон и наугад ткнул пальцем в несколько схем.

Сфера исчезла. Светящаяся точка снова сменила цвет. На этот раз на фиолетовый. Перед Теоном в пространстве повис прозрачный экран, на котором медленно вращались две простенькие атомарные конструкции. Одна была знакома еще с курса химии, другая неизвестна.

- Это структура атома водорода, Курц дотронулся до экрана. Схема приблизилась и, увеличившись в размерах, показала строение атома в деталях ядро в виде одного протона и вращающийся вокруг него электрон. Он коснулся протона. Схема изменилась на более сложную. Так. Это я тоже знаю. Это атом гелия. Ядро из двух протонов и двух нейтронов и два электрона на их орбите.

После очередного касания возникла молекула воды, а рядом сложная молекула, которую он однозначно уже где-то видел.

- Это вода. А это что? спросил он.

- Это метан, голос Шаоси звучал задумчиво. По-видимому, они определяют нашу жизненную среду.

- Но причем здесь метан?

- Жидкий метан есть на некоторых спутниках внешних планет Солнечной системы.

- Если они дали нам такой вариант, значит там тоже может быть жизнь, предположил Теон.

- Им видней. С метаном будем разбираться позже. Пока выбирайте молекулу воды.

Картинка сменилась снова, на этот раз показав строение Солнечной системы с расположением планет. Между тремя из них, Землей, Сатурном и Юпитером, передвигалась ярко-зеленая метка.

- Они спрашивают откуда мы. Но почему курсор прыгает по трем планетам. Разве на Юпитере и Сатурне тоже есть вода?

- На самих планетах нет. А вот на их спутниках, Европе и Энцеладе, под толщей льда есть водные океаны. Там вполне может быть жизнь.

Теон протянул руку, чтобы указать на Землю. Но командир экипажа остановил его.

- Стойте. Мы не знаем их намерений. Нельзя им открывать нашу планету. Нажмите Юпитер.

- Да бросьте, капитан. Вы же видите, они идут на контакт. Они не хотят нам зла. Иначе бы давно уничтожили и станцию, и самолет, и меня. К тому же они сами уже указали на Землю, Курц протянул руку и коснулся третьей от Солнца планеты.

Картинка сменилась на карту звездного неба. Внизу экрана находилась шкала, по которой слева направо медленно двигался курсор. По мере движения курсора менялось расположение звезд.

- Вот тут я ничего не понимаю, задумчиво проговорил Курц.

- ИСИН анализирует, Шаоси умолк на несколько секунд. Так. Это карта марсианского звездного неба. Внизу временная шкала. По изменениям звезд на небе можно определить время. Отсчет начинается четыре миллиарда лет назад. И заканчивается в Где-то в 2200 году. Точнее не определить. Это наше близкое будущее.

- Если я нажму на отрезок, то по звездной карте они определят сегодняшнее время. Но зачем? При таких технологиях у них должны быть вечные атомные часы, удивился Теон. Только на этой шкале я точное время указать не смогу. Здесь нет калибровки.

- Наведите визир на шкалу, предложил китаец. ИСИН подскажет вам нужную точку, когда по ней будет проходить курсор.

После того как было введено реальное время, карта звездного неба свернулась и ее место заняла картинка Млечного Пути. На ней было отображено положение Солнечной системы с иконкой, изображающей звезду и планеты, и еще одна яркая пульсирующая алая точка, находящаяся, по галактическим масштабам, совсем рядом. От алой точки в сторону Солнца, выписывая эллипс, тянулась узкая линия. Она то пропадала, то появлялась на несколько секунд.

- Так. Это наша Солнечная система. А это что? Это их звезда? Теон коснулся пульсирующей точки. Она развернулась в отдельное окно, показывающее двойную звездную систему, окруженную спиральной туманностью. Наверно, они прилетели оттуда. Но как там можно жить? Смотрите, как звезды вращаются вокруг общего центра тяжести. И планет не видно.

- Нет там никакой жизни, раздался в наушниках тихий голос Шаоси. ИСИН опознал ее как WR-104 звезду класса Вольфа-Райе в созвездии Стрельца. Система состоит из двух горячих ярких звезд. Одна из них находится на последней стадии эволюции и готова превратиться в сверхновую. При этом произойдет гамма-всплеск колоссальный выброс энергии, направленный вдоль оси вращения звезды. За несколько секунд высвободится больше энергии, чем Солнце излучает за всю свою жизнь. Проблема в том, что ось направлена в нашу сторону.

- Они что, предупреждают нас об опасности? Чем это нам грозит?

- Если Земля окажется в таком луче, наступит глобальная катастрофа. Предварительные расчеты, основанные на массе WR-104, возможной мощности взрыва сверхновой и расстоянии, говорят о том, что энергия луча при столкновении с Землей может быть эквивалентна десяти-пятнадцати килотоннам на один условный квадратный километр неба. Все небо зальет огнем, как будто в нем одновременно взорвались тысяча бомб, сброшенных на Хиросиму. Обращенная к звезде сторона планеты будет полностью выжжена. Та, что окажется в тени, тоже погибнет, потому что луч почти полностью уничтожит атмосферу. Прошлый гамма-всплеск произошел 390 миллионов лет назад и стал причиной Девонского вымирания, которое уничтожило 70 процентов всех видов на планете. Судя по остаточной радиации в породах, это был очень слабый луч далекой звезды. WR-104 гораздо ближе. Поэтому удар будет более смертоносным.

- Твою мать, выругался Теон, всматриваясь во вращающуюся в спиральном пылевом облаке пару звезд. Они нас предупреждают о катастрофе. Но мне она кажется маловероятной. Попасть в Землю узким лучом с такого расстояния невозможно.

- Это уже происходило раньше, возразил Шаоси. Ранние расчеты, проведенные при открытии этой звездной системы, показывали, что шанс попадания Земли под гамма-всплеск сверхновой превышает один процент. Это очень много. Если бы был такой шанс столкновения с астероидом, все бы уже стояли на ушах. В 2009 году пришли другие данные. Отклонение оси WR-104 составляло целых 30 градусов. Это полностью исключало попадание луча в Землю. Но, по-видимому, система нестабильна и направление оси потенциальной сверхновой может меняться. Об этом говорит и линия, которая выписывает эллипс на предыдущей схеме.

- Давайте посмотрим, что будет дальше, предложил Теон и коснулся экрана.

Большая из звезд вспыхнула. На ее месте образовалась черная точка, которая стала медленно поглощать туманность и всасывать в себя вещество соседней звезды. При взрыве из полюсов большей звезды вырвались и унеслись в пространство два ярких луча.

- Да. Это взрыв сверхновой, сопровождаемый гамма-всплеском. Хорошо видно, как образовалась черная дыра, которая со временем поглотит туманность и меньшую звезду, сделал вывод китаец и попросил: Коснитесь экрана еще раз.

Следующая картинка вернула на экран Млечный Путь и, увеличивая масштаб, прошлась по лучу, идущему к Солнцу. На экране появился конус, который захватил половину Солнечной системы. В зоне прямого воздействия излучения оказались Земля, Венера и Меркурий. Марс и находящиеся за ним планеты на этой схеме находились с противоположной стороны Солнца в безопасной зоне. Все планеты, попавшие под гамма-всплеск, окрасились красным и пошли трещинами.

- Земля попадет под луч, ошеломленный увиденным, прошептал Теон.

- Посмотрите на дату. Эта отметка на шкале соответствует приблизительно 2200 году.

- Это значит, что нам осталось всего 180 лет.

- Это значит, что взрыв сверхновой уже произошел и гамма-всплеск, который движется со скоростью света, находится на расстоянии 180 световых лет от Солнца, уточнил Шаоси и попросил: Теперь коснитесь Марса. Он находится по другую сторону Солнца и не пострадал от взрыва.

На экране на секунду возник Марс со своими двумя спутниками. Затем фокус сместился на Фобос. Появилась его схема в разрезе с уже знакомыми полостями и камерами. Одна из них увеличилась, показав длинные полки с капсулами. При детальном рассмотрении они оказались не стеллажами, а конвейерами. Следующим кадром капсула предстала в разрезе. Вопреки ожиданиям, в ней не было инопланетян. Эти контейнеры оказались заполненными небольшими шариками. Дальше анимация снова показала крупный план Фобоса, идущего по орбите Марса. Перед глазами изумленного Теона предстала чарующая картина посева новой жизни на красной планете. Ковчег, двигаясь круг за кругом по экватору, разбрасывал капсулы, которые, не долетев несколько сотен метров до поверхности, раскрывались и рассыпали вокруг себя находящиеся внутри шары. Шары, разлетаясь, падали в марсианскую пыль. Затем каким-то чудом вокруг них появилась вода, на пыльную поверхность упали капли дождя. Почва стала напитываться влагой. Шары раскрывались, выбрасывая вверх небольшие клубы дыма, тут же разносимые ветром, которого на Марсе быть не может. Дым редел, быстро оседая на влажный марсианский песок. Там, где он касался грунта, тут же прорастали колонии грибов на длинных тонких ножках или растения, похожие на папоротники, и даже небольшие стелющиеся по поверхности деревца, напоминающие земные хвойные.

- Это невероятно, восхищенно выдохнул Теон. Это капсулы со спорами. Они сеют жизнь. Но как произошло терраформирование Марса? Откуда взялась вода? Откуда атмосфера. Их просто не может там быть, потому что у планеты нет магнитного поля.

Словно услышав вопрос, на экране снова появился крупный план марсианской орбиты. Ковчег медленно сдвинулся и поплыл в космическое пространство. Анимация превратилась в схему, на которой Фобос занял позицию между Солнцем и красной планетой.

- Вот вам и ответ, не скрывая удивления, воскликнул Шаоси. Фобос переместился в марсианскую точку Лагранжа. В этой точке силы гравитации Марса и Солнца уравновешивают друг друга и находящееся там тело, обладающее малой по сравнению с ними массой, может оставаться относительно их неподвижным. Фобос обладает невиданным для своих размеров магнитным полем. По мощности оно сравнимо с земным. Если спутник встанет в точку Лагранжа, находящуюся на расстоянии 320 радиусов Марса по направлению к Солнцу, то его магнитное поле под влиянием солнечного ветра вытянется и накроет планету. Проблема отсутствия магнитного поля на Марсе, а значит и основное препятствие терраформированию и последующей колонизации, будет устранена!

- Они спасают человеческую цивилизацию, сделал вывод Теон. Они предлагают нам возможность переселиться с выжженной Земли на Марс. Но успеем ли мы? Сколько займет терраформирование?

- Если магнитное поле установится в ближайшие десть лет, то успеем. На Марсе, конечно, будет довольно скудная экосистема и ходить придется только в скафандрах. Но жить будет можно. При встрече я вам опишу весь процесс. А сейчас давайте посмотрим, что дальше. Коснитесь экрана еще раз.

Воодушевленный открытиями, Курц дотронулся до Фобоса, стоящего в точке Лагранжа. Вместо смены картинки экран медленно растаял в пространстве. На его месте появилась сияющая белым светом точка.

- Кто вы? Откуда? чувствуя, что контакт окончен, прокричал Теон, но точка схлопнулась в почти не видимую искру и погасла.

Пытаясь понять, что сделал не так, Курц растерянно оглянулся по сторонам и почувствовал, что вернулась невесомость. Затем под поверхностью послышался уже знакомый щелчок, как будто отошли затворы гигантского замка, и плоскость под ним пришла в движение. Монолит медленно выходил из-под поверхности и занимал свое прежнее положение.

- По-моему, сеанс закончился, с грустью в голосе он констатировал очевидное. Какие будут инструкции?

- Оставайтесь на монолите, раздался в наушниках голос капитана. Когда он закончит подниматься, мы дистанционно включим реактивные двигатели экзоскелета. Они вас выведут в точку подбора Персеем.

- Может лучше на капсуле? предложил Курц. Я еще могу спрыгнуть и спокойно дойти до нее.

- Нет. Капсула останется на Фобосе. Используйте реактивные двигатели экзоскелета. Это не обсуждается, голосом, не принимающим возражений, заявил капитан.

- Нет так нет, без особого сожаления вздохнул Теон. Ему поскорее хотелось попасть на борт орбитальной станции, просмотреть записи своего контакта и поговорить с Шаоси.

* * *

У выхода из стыковочного блока Теона встречал весь свободный экипаж. Отбившись от рукопожатий и поздравлений возбужденных коллег, он сразу же проплыл в модуль управления, где командир корабля что-то обсуждал с ЦУПом.

- Как он? спросил миллиардер.

- Сами посмотрите, кивнул тот на экран и увеличил одно из окон. Картинка шла с орбитального аппарата, находящегося в сорока километрах от Фобоса. За ковчегом в сторону Марса протянулся длинный шлейф, часть которого уже светилась от контакта с его разряженной атмосферой. Ковчег приступил к сбросу груза. Интенсивность несколько сотен капсул в секунду. Посев идет ровным веером вдоль экватора. Если наши расчеты по количеству капсул верны, то он сбросит все за несколько оборотов.

- Если следовать логике картинок с монолита, после сброса ковчег должен двинуться в сторону точки Лагранжа.

- Верно, кивнул командир. Это в миллионе километрах от Марса в сторону Солнца. А мы останемся висеть здесь, на орбите. Получается, что отсюда мы вряд ли сможем контролировать то, что будет происходить на Фобосе. Я тут просчитал, нам нужно изменить орбиту станции на очень вытянутую эллиптическую, тогда при небольшой корректировке двигателями мы будем за каждый оборот проходить возле объекта и хоть что-то можем сделать. Проблема в том, что полный оборот при такой орбите будет длиной в три месяца, а время эффективного пребывания у объекта всего пару дней.

- Орбита с такими параметрами ничего толком не позволит сделать, Теону вдруг пришла в голову неожиданная мысль. А может нам вернуть Зевс? Он отошел от нас всего на неделю. Это шестая часть пути к Земле. Буксир вернется, подцепит орбитальную станцию и оттянет ее в точку Лагранжа. Там мы подождем Фобос, скорректируемся, чтобы не мешать ему занять свое место, и зависнем рядом.

- Хорошая мысль, кивнул командир. Но такое решение в корне меняет полетный план, так что принимать его будет Земля.

- Конечно. Думаю, они там понимают, что потерять пару недель лучше, чем потерять почти четыре месяца, пока Зевс сделает ходку к Земле и обратно. А мы пока понаблюдаем за посевом. И, кстати, мы можем перехватить одну из капсул? Было бы неплохо захватить ее с собой на Землю для исследований.

- Теоретически да. Они сбрасываются из десятка точек на поверхности объекта. Затем каким-то образом тормозятся и, потеряв орбитальную скорость, начинают падать на поверхность. В момент сброса скорости Персей может попытаться перехватить одну из них манипулятором.

- Надо сделать все возможное, чтобы получить хотя бы одну капсулу. Это критически важно для дальнейших исследований, старясь звучать как можно более убедительно, сказал Теон.

- Попытаемся. Только Персей заправим. И с Землей я должен это согласовать.

- Земля согласует. Я сейчас свяжусь с Шаоси. Он там все уладит. Не знаю, как насчет возвращения Зевса, но захват капсулы согласует точно.

Через несколько минут Теон получил канал связи с ЦУПом.

- Это фантастика! восхищенно воскликнул Шаоси. Поздравляю вас. Вы навсегда вошли в историю человечества как первый контактер с внеземной цивилизацией. Да еще какой! Вы запустили терраформирование Марса, которое может спасти человечество от неминуемой катастрофы. Я уже заказал специальную серию шампанского, которую мы откроем, как только вы вернетесь.

- Спасибо, коллега. Я очень тронут вашей заботой, смущенный таким широким жестом ответил Теон. А пока давайте обсудим то, что здесь происходит. Ковчег начал сброс капсул.

- Верно. И это замечательно! Значит все, что вы увидели на монолите, сбывается. Фобос, скорее всего, автоматическая станция терраформирования Марса, оставленная на его орбите специально для этой цели. Плохо, что мы не знаем, кем оставленная. Но это ничего не меняет. Главное, что она работает. Наша задача сейчас если не контролировать, то хотя бы мониторить процесс. Для этого у нас скоро будут самые мощные технологии, которые мы добудем с ковчега. Я уже в предвосхищении великих открытий.

- Я как-то не очень разделяю ваш оптимизм, немного удивился такой бурной реакции Теон. Особенно в свете того, что через 180 лет Земля будет выжжена гамма-всплеском.

- Это отдаленное будущее. Пусть о нем заботятся наши лидеры. Кто знает, какие технологии будут в нашем распоряжении через два поколения. Может, мы сможем каким-то образом экранировать Землю или придумаем еще что-то. Сейчас наш приоритет Марс и то, что вокруг него происходит. И сам Фобос, чтобы получить доступ к инопланетным технологиям и изучить их.

- Изучение можно начать прямо сейчас, Теон решил перевести разговор в практическую плоскость. Нужно вернуть Зевс, чтобы он отбуксировал нас в точку Лагранжа. Здесь, на орбите, мы бесполезны. Еще я попросил командира отправить Персей, чтобы он перехватил одну из капсул, которые сбрасывает ковчег.

- Насчет возвращения Зевса я уточню. Здесь понадобится время на согласование. А вот перехват капсулы прекрасная идея! Я тут же внесу ее в полетный план. Только ни при каких обстоятельствах не вскрывайте контейнер, если вам удастся его захватить. Это может быть смертельно опасно как для экипажа, так и для организмов, которые могут находиться внутри. На капсуле, скорее всего, установлены датчики внешней среды. Она откроется автоматически, когда условия терраформирования будут выполнены. Для изучения капсулы и содержимого к следующему старту Зевса мы подготовим специальную лабораторию с высшим уровнем защиты.

- Так и поступим. Хотя, если честно, мне очень хочется самому взглянуть на ее содержимое.

- Там, скорее всего, споры или семена растений, которые будут участвовать в терраформировании, а также культуры микроорганизмов, предположил Шаоси. Их задача модифицировать атмосферу во время второй фазы.

- Насколько я понимаю, первая фаза это создание атмосферы и гидросферы. Мы успеем?

- Если магнитное поле Фобоса накроет Марс, то процесс пойдет быстрее, чем вы ожидаете. Мои модели говорят, что первые десять лет будет происходить накопление первичной атмосферы до уровня удержания тепла. В результате этого возникнет более плотный, чем сейчас, газовый щит. Как только это произойдет, поверхность начнет нагреваться на 3-6 градусов в год. Это приведет к таянию льда из диоксида углерода на северной полярной шапке. В результате этого появится полноценная атмосфера из углекислого газа с постепенно нарастающим парниковым эффектом. Этот процесс займет лет двадцать. Когда потепление наберет силу, оно высвободит воду из почвы и полярных ледяных шапок. Начнется ее планетарный круговорот. Пойдут дожди. Появятся реки и озера. Возможно, даже моря. Почва увлажнится до такой степени, что сможет поддержать растения. На это уйдет еще лет 10-15. Затем фотосинтез растений и микроорганизмов изымет из атмосферы углекислый газ и насытит ее кислородом. Это уже третья стадия, и процесс может идти сколь угодно долго. Но базовые условия в виде атмосферы и жидкой воды могут быть созданы на Марсе уже через 60 лет после появления магнитного поля. Если сработает посев из капсул, к тому времени на поверхности уже будет полноценная, хоть и довольно бедная флора. Я уверен, что, помимо спор, в контейнерах содержатся еще и микроорганизмы. Именно они и будут являться основой биомассы и главным двигателем терраформирования Марса, его атмосферы, почвы и водоемов. Так что лет через пятьдесят у нас будет возможность получить частично пригодную для обитания планету и преобразовать ее под наши потребности за оставшееся до гамма-всплеска время.

- Звучит довольно стройно, уважительно покивал головой Теон.

- С теориями всегда так. Красиво на бумаге, а на практике на каждом этапе возникает куча проблем. Вот сейчас, например, наши боссы ломают голову, как все это рассказать землянам, чтобы у них не снесло крышу.

- Уверен, они что-нибудь придумают. Ведь три самые сильные страны на планете теперь действуют вместе.

- Согласен. Оставим большую политику большим политикам, кивнул головой с экрана китаец. Моя задача изучать. Ну а свою вы определите сами. До связи, мой друг. Я пойду согласовывать наши следующие шаги.

Теон отвел глаза от потухшего экрана и взглянул в иллюминатор. Вверху, подсвечиваемый сбоку Солнцем, висел Марс. Мечта и цель его жизни. Где-то с обратной стороны планеты вдоль экватора шел Фобос, оставляя за собой шлейф падающих на планету капсул с семенами новой жизни.

Осуществил ли он свою мечту?

И да, и нет.

Ему пока не удалось ступить на Марс. Вместо этого он прикоснулся к загадочной и могущественной инопланетной цивилизации, которая давала человечеству шанс на спасение. Стоило ли это потраченного времени, денег и усилий? В который раз в голове Теона сам по себе возник вопрос. Стоило ли на это тратить жизнь? Или лучше было бы провести ее в Африке с простыми, дорогими его сердцу людьми, жизнь которых он мог превратить в рай, потратив всего лишь ничтожную часть своего состояния.

И вообще О том ли он мечтал все это время? Может, не имело смысла рваться на соседнюю планету, а использовать свою энергию и талант для того, чтобы сделать лучше жизнь людей на Земле.

* * *

Пока Теон задумчиво смотрел в иллюминатор, командир корабля, пользуясь защищенным от помех каналом, вводил код отключения обратного отсчета мощного ядерного фугаса, вмонтированного в транспортную капсулу, которая доставила астронавта-исследователя на Фобос.

Нет. Он не отключал заряд полностью, а лишь отодвигал детонацию на неделю. В положенный срок он отсрочит взрыв еще на некоторое время, которое ему будет передано военным руководством миссии. Затем еще и еще. Пока не будет полной уверенности, что ковчег и его содержимое не представляют угрозы.

Человечество должно оставить себе шанс в корне изменить навязанную ему последовательность событий. И такой шанс у него был в виде мегатонного термоядерного фугаса, встроенного в транспортную капсулу, оставшуюся стоять у основания монолита.

1. - Securities and Exchange Сommission Комиссия по ценным бумагам и биржам США.

2. - Поколение, родившееся с 1980 по 2000 год.

3. - Они же Поколение Z поколение, родившееся после 2000 года.

4. - Фонд перспективных исследований Минобороны РФ.

5. - Международный авиакосмический салон. Проводится под Москвой в Жуковском.

6. Не нравится, плохо на молодежном жаргоне.

7. Трехколесная моторикша, используемая в Таиланде в качестве бюджетного такси.

8. Высокоскоростной поезд, двигающийся в вакуумном тоннеле.

9. Мистический элемент в алхимии, необходимый для трансмутации металлов в золото.

10. Мастер по-арабски.

11. Американская биржа, на которой торгуются акции высокотехнологичных компаний.

12. Initial Public Offering первичное предложение акций на бирже.

13. англ. Freezone свободная экономическая зона Дубая.

14. англ. Fat Cats жирные коты. Владельцы крупных американских банков и фондов на жаргоне биржевиков.

15. Закуска мексиканской кухни, тонкие кукурузные чипсы с различными добавками.

16. Black Life Matter черные жизни имеют значение. Движение за права темнокожих.

17. Чеченцы. Чеченцы. Русские.

18. Мексиканцами.

19. Welcome to USA добро пожаловать в США.

20. Кустарник, произрастающий в Аравийской пустыне.

21. арабск. Уважаемый наставник, гордость нашего рода.

22. арабск. Если на то будет воля Аллаха.

23. International Database of Planets & Extraterrestrial Land Claims Международная база данных небесных тел и заявок на их поверхность.

24. Panoramic Survey Telescope and Rapid Response System американская сеть телескопов панорамного обзора и быстрого реагирования.

25. Престижный район коттеджной застройки на юго-западной окраине Сан-Хосе.

26. Уличные торговцы наркотиками.

27. Восьмигранный, огороженный сеткой ринг для боев без правил.

28. Электрошокер дистанционного действия с выстраивающимися контактными электродами.

29. англ. рrogressives сторонники якобы прогрессивных изменений, в основном выражающихся в приоритете личных свобод и диктате расовых и гендерных меньшинств. Термин, незаслуженно присвоенный себе американскими либерал-фашистами для того, чтобы подчеркнуть свое отличие от консерваторов, придерживающихся традиционных ценностей религия, семья, приоритет интересов общества.

30. Экономика, в основе которой лежат цифровые технологии.

31. Комплекс примитивных псевдолиберальных ценностей, взглядов и поведенческих шаблонов, навязываемый обществу прогрессистами.

32. Потенциально опасная воспалительная реакция организма, провоцируемая иммунитетом в ответ на инфекцию.

33. Африканский самогон. Часто для получения большего эффекта настаивается на галлюциногенах.

34. Периоды наибольшего сближения Земли и Марса.

35. United States Space Craft космический корабль Соединенных Штатов. По аналогии с ВМФ, официальное название космических аппаратов США, приписанных к Космическим силам для выполнения миссии государственного значения.

36. Центр управления полетами.

37. англ. Secret Service федеральная служба, осуществляющая охрану президента и ключевых фигур США.

38. Sothebys один из старейших и наиболее известных аукционных домов.

39. Военная база в штате Кентукки, где расположено одно из хранилищ золотого запаса США.

40. Дорогой и престижный район Дубая.

41. Пояс пустынь и полупустынь к югу и юго-востоку от Средиземного, Черного и Каспийского морей.

42. Талибан официально запрещенная в РФ террористическая организация исламских радикалов.

43. ИГИЛ официально запрещенная в РФ террористическая организация исламских радикалов.

44. Длинная до пят свободная хлопчатобумажная рубаха. Традиционная одежда арабских мужчин, широко используемая местными жителями в странах Персидского залива.

45. Столица Ботсваны.

46. Гормон, отвечающий за психоэмоциональное состояние человека.

47. Арабский мужской платок.

48. Руководитель НАСА называется администратором.

49. North America Aerospace Defense Command Североамериканское командование воздушно-космической обороны.

50. Морпех один позывной президентского вертолета, входящего в состав эскадрильи HMX-1 корпуса морской пехоты США.

51. Lockheed Martin VH-71 Kestrel новый вертолет, пришедший на замену НМХ Nighthawk в эскадрильи вертолетов, обслуживающих Белый дом.

52. MD 900 Explorer новый многоцелевой вертолет двойного назначения компании McDonnell Douglas.

53. Неформальное название лимузина Кадиллак специальной конструкции, которым пользуется президент США.

54. Federal Emergency Management Agency Федеральное агентство по чрезвычайным ситуациям США.

55. англ. Estimated Time of Arrival in 40 minutes предполагаемое время прибытия через сорок минут.

56. Крупнейшая в мире система озер, расположенная в восточной части границы США и Канады. Включает в себя озера Верхнее, Мичиган, Гурон, Эри и Онтарио.

57. Presidential Emergency Operations Center Президентский чрезвычайный центр управления.

58. исп. hacienda принятое в Центральной Америке обозначение поместья.

59. 11 сентября 2001 года в США произошла скоординированная серия террористических актов с использованием пассажирских самолетов, во время которой были разрушены башни Всемирного торгового центра в Нью Йорке и частично Пентагон.

60. В США правительство называют Администрацией.

61. жарг. держатели крупных объемов криптовалют, способных влиять на их котировки.

62. исп. бандиты картелей.

63. М18А1 Claymore противопехотная мина направленного действия армии США.

64. Heckler&Koch (H&K-416) автоматическая винтовка сил спецопераций США.

65. Наркокартель Хуареса (Juares Cartel) один из самых крупных в Мексике.

66. Sensor-to-Shooter передовая электронно-оптическая система прицеливания, позволяющая обнаруживать и поражать цели, находящиеся за стенами.

67. Небольшой 4-местный реактивный самолет бизнес-класса производства американской компании Eclipse Aviation.

68. Одна из самых мощных и жестоких криминальных группировок в Мексике. Состоит в основном из бывших бойцов специальных подразделений армии и полиции.

69. англ. casual повседневный стиль качественной одежды с акцентом на удобство и практичность.

70. Серия американских фильмов космической фантастики.

71. Запрещенное в России исламистское радикальное религиозно-политическое движение Афганистана.

72. англ. rover (странник) в НАСА общее обозначение аппаратов для исследования поверхности планет.

73. Lockheed C-5 Galaxy тяжелый транспортный самолет ВС США.

74. РЭБ радиоэлектронная борьба.

75. Фантастический фильм ужасов.

76. Усиленная термозащита, используемая на космических аппаратах, в частности, при их возвращении на Землю.

77. Найденные на Земле марсианские метеориты AHL 84001, Накла и Шерготти, в которых были обнаружены образования, схожие с окаменелыми останками микроорганизмов.

78. Boeing X-37 OTV (Orbital Test Vehicle) американский многоразовый беспилотный орбитальный самолет для тестирования новых технологий. Обладает возможностью маневрирования на орбите и способен выполнять исследовательские, разведывательные и боевые задачи.

79. Электромагнитная пушка.

80. Defense Advanced Research Project Agency Управление перспективных исследований минобороны США.