Как-то однажды после обеда выдалась у меня свободная минутка, и я решил навести порядок в своих нотных записях. Сел за стол в красном уголке и принялся за работу.
Я отредактировал записи нот и слов одной песни и уже собирался приняться за другую, как вдруг почувствовал, что у меня за спиной кто-то стоит. Обернувшись, я увидел командира батареи капитана Антипова, который молча наблюдал за моими действиями.
Я попытался встать со стула, но Антипов положил мне руку на плечо и сказал:
- Сидите, сидите, рядовой Грибер. А что это Вы тут пишете?
- Я редактирую песни для концерта в клубе. Вот выдалось немного свободного времени, и я решил воспользоваться этим.
- Я вижу, что у Вас красивый почерк. Всё написано очень понятно, удобно читается, а главное Вы пишете грамотно и аккуратно.
- Спасибо, товарищ капитан!
- А рисовать Вы тоже умеете?
- Нет, товарищ капитан, талантом художника я обделён.
- Я так не думаю. Раз Вы так красиво рисуете Ваши ноты, то, наверно, сможете и какую-нибудь картинку нарисовать.
- Ноты записывать намного проще, чем рисовать. Я пробовал когда-то срисовывать какие-то рисунки, но только по клеточкам.
- Как это по клеточкам?
- Очень просто. Нужно расчертить рисунок вертикальными и горизонтальными линиями с определённым интервалом. Получается такая координаторная сетка. А потом делаете такую же сетку или сетку с другим интервалом на листе белой бумаги. И затем уже нужно воспроизвести все линии рисунка от клеточки к клеточке.
- Вот видите, а Вы говорите, что не умеете рисовать.
- Так я и не умею, товарищ капитан. А рисовать по клеточкам - это же примитивизм какой-то, а не рисование.
- Ничего, ещё научитесь. А пока у меня есть для Вас, рядовой Грибер задание. Дело в том, что нужно привести в надлежащее состояние всю документацию батареи. А это и списки личного состава по взводам, и анкеты на каждого военнослужащего, и планы работ, и политинформации, и боевые листки, и всякие отчёты.
- А когда же я это всё должен делать?
- Придётся Вам изыскивать время, чтобы эта работа не мешала выполнению Вами своих обязанностей по учебному процессу. Так что придётся покрутиться. Завтра утром явитесь ко мне в кабинет, чтобы получить весь фронт работы. Понятно, рядовой Грибер?
- Так точно, товарищ капитан!
Вот так у меня прибавились новые дополнительные обязанности. Однако приказ - есть приказ, и его следовало выполнять.
Благодаря своей природной работоспособности, я успешно справлялся и с этим заданием. Очень скоро я знал всю подноготную о каждом солдате и офицере всех четырёх взводов нашей батареи. В любое время суток я мог дать подробную информацию о всех и вся.
Дело дошло до того, что мне было поручено планировать всю работу и весь учебный процесс зенитной батареи. Другими словами, командир подразделения капитан Антипов свалил на меня свои обязанности по написанию планов работы батареи и политинформаций.
Теперь все командиры взводов ( лейтенанты и старшие лейтенанты ) приносили свои планы мне, и мы вместе с ними обсуждали, что целесообразно включать в общий план, а что нет.
Складывалась довольно таки абсурдная ситуация: рядовой первого года службы получил большие полномочия.
Но никто с командиром батареи ссориться не хотел, да и, честно говоря, младшие офицеры не больно-то любили работать сами. Всех устраивало то, что я подготавливал.
Капитан Антипов приходил, пробегал глазами написанное мной и подписывал всё без лишних слов.
Может сложиться впечатление, что жизнь моя стала легче. Напротив, она стала тяжелее.
Мои непосредственные командиры-сержанты всегда хотели показать мне, чей я подчинённый в первую очередь. Поэтому в наряды меня назначали, как и всех остальных, без всяких скидок. Никаких поблажек в боевой подготовке мне не давали. Наоборот, даже требовали больше, чем от остальных.
Естественно, пожаловаться кому-либо было чревато различными осложнениями. Поэтому приходилось терпеть и лавировать. С волками жить - по-волчьи выть.
Армия - это очень жёсткое и жестокое место. Пока удалось завоевать к себе уважение, прошло немало времени.