Аннотация: Первый год Ланса у меня на службе. Алан живет у меня уже 3 года. Эмили я встречу только через год.
JULIUS BLACKMAGIC {2405-2. Radena} "day"
Mне 24, Лансу 34, Алану 34, Ивсу 37, конец мая
{первый год Ланса у меня на службе. Алан живет у меня уже 3 года. Эмили я встречу только через год.}
Radena
Радена
- Знаешь, опять приснился мне этот странный сон... - Я встал из-за стола и прошелся по зале. - Как будто я еду в какой-то колымаге...
- Карете?
- Да вот понимаешь, похоже на карету, но не в ней... И не в бричке, Френк, потому что очень быстро. Кажется, что колымага ведома невидимыми конями с огромной скоростью.
- Что, не видно коней?
- В том-то все и дело, что их нет, Френки... И я это ясно могу видеть... И вот я несусь в этой колымаге, а вокруг пурга, снег кружится вихрями вокруг. И темно, ночь... И вот тут тот, кто рядом со мной сидит, смотрит вперед и как-бы наверх, а наверху, над дорогой, высоко болтается табличка с надписями какими-то... И вот он вверх смотрит, и мне кричит, перекрикивая вой ветра - "нам на двести девяносто пятую?" И я, представляешь, в ответ ему кричу: "Да!"... И тут сон обрывается.
- Странно. А кто еще внутри был?
Я покачал головой, пытаясь получше вспомнить сон.
- Нет, только я и этот человек.
- Мда... Не знаю, что тебе сказать.
- Ну вот как ты думаешь, что может означать цифра двести девяносто пять?
В дверях появился посланник от отца. Я знал, что он был именно от отца, потому что у Ника был приказ пропускать сразу только гонцов от Роя.
Юноша поприветствовал меня и протянул послание.
Я сорвал печать. Письмо гласило:
"Джулиус,
Позавчера люди Шраудера расстреляли трех крестьян из Рейенкерена, пасших скот на наших заливных лугах.
Арсен принял это как личное оскорбление. Тела убитых прямо со стрелами в них выставлены на площади с очевидной целью возбудить народное недовольство против Дейкерена.
Грядет большой скандал.
Ждем тебя в ратуше.
Твой отец и Джереми"
Я выругался сквозь зубы и смял письмо.
- Ведь на лугах же этих дурацких, - обратился я к гонцу за неимением лучшей аудитории - на них же еще и трава-то толком не выросла, а они, дьявольское отродье, уже приперлись пасти на нашей территории...
- Они крестьяне, милорд... Им надо, чтобы у скота была еда.
- Да?! А мы здесь причем? На своих пусть пасут! Вон, у нас в одном Байзавеле сколько скота... мы же к ним не ходим! - Я пронзил юношу взглядом.
- В Байзавеле свои луга, милорд - он опустил глаза и вздохнул - а в деревнях на тридцать миль вокруг Антейна, особенно на равнине Шенелезис, Арсен Уни запрещает пасти скот на лугах.
Равнина Шенелезис напрямую примыкала к границе Дейкерена.
- Что-о??!
Юноша вздрогнул от моего крика, сжался в комок и очень пожалел о том, что был так откровенен.
Волна гнева ударила мне в голову.
- Это значит, это значит, что... О Боже!
Вне себя от ярости, я вытолкал гонца на галерею, и гаркнул Николасу седлать лошадей так громко, что у меня у самого заложило уши.
"Френк! - мысленно позвал я друга, который исчез, не закончив со мной разговора, прерванного гонцом - ты мне нужен в ратуше ПРЯМО СЕЙЧАС!"
"- Джулиус едет к нам верхом... галопом в клубах пыли. Причем вместе с Николасом. - Отец аккуратно отодвинул портьеру и выглянул в окно.
- А это значит, что он не стал тратить время на запрягание в карету...
- Верно, Джей Джи... А это значит, что он очень, очень зол...
- Что в свою очередь означает, что мы его все-таки поддели, Рой...
- Наконец-то мы привлекли его на свою сторону в борьбе с Уни!
Джереми и Рой с чувством пожали друг другу руки и отошли от окна."
"Здесь уже что-то более серьезное, чем их вечные мелкие стычки, Френки. Никогда бы они не втянули меня в их разборки если бы не то, что сказал гонец... Но, спасибо за информацию."
- Так - я ворвался в Главную залу ратуши, где Рой, Ричард, Джереми и Марк уже сидели на своих местах - откуда вся эта информация?
При моем появлении встали все, кроме Роя. Гонец, которого я привез с собой, попытался незаметно улизнуть, но я поймал его на пороге.
- Куда скрывается мой главный свидетель? - Прошипел я ему на ухо - Сядь вон там и сиди тихо, пока я не велю тебе говорить.
Юноша дрожал всем телом и был на грани нервного срыва.
- Слушай, - я смягчил тон - тебе ничего не будет. Очень даже наоборот, если ты скажешь всю правду и откуда ты все знаешь, получишь награду. Успокойся, ладно?
Он поднял на меня глаза, полные недоверия.
- Коня подарю, слово Чернокнижника. Успокойся, и сядь за стол.
Гонец неуверенно пошел исполнять мой приказ, а Рой все это время настороженно наблюдал за нашим шушуканием.
Я сел спиной к окну рядом с Джереми. Во главе стола уже сидел отец, а садиться во главе с другой стороны мне не хотелось. В этот раз я пришел не доминировать над ними, а быть с ними на одной стороне.
Прежде чем объявить собрание открытым, я подозвал Ники и велел ему найти Алана и Ивса.
- Ну-с... Рой оглядел нас всех и задержал взгляд на гонце, недоумевая, что это за сюрприз, который я приготовил. - А где Алан?
- Я уже послал за ним. Так откуда вся эта информация?
- От Уни пришла нота протеста, я спросил Шраудера, и Шраудер сказал, что это правда. Джулиус...
- Ну что Джулиус? Что Джулиус? Мы их предупреждали? Предупреждали. Они опять были на нашей территории? Были. Разве мы им что-нибудь должны? Нет. Почему меня опять малюют кровожадным чудовищем?
- Сынок, не кипятись... - Рой успокаивающе поднял руку - мы же тебя не обвиняем...
- Вы просто боитесь Уни!
- Мы просто хотим узнать, как было на самом деле, насколько были правомерны крайние меры и кто отдал приказ...
- Не я. Я вообще от вас об этом первый раз услышал. Но если вы хотите знать, согласен ли я с действиями Ивса, то я согласен. Ивс и его люди действовали по инструкции.
- По какой инструкции, милорд? - Вставил Марк.
- А по такой инструкции, что при проблемах на границе солдаты докладывают командиру. А командир на месте решает, что делать. И мне не докладывает. Потому что если мне будут докладывать обо всем, что происходит на границах, у меня голова распухнет вот так - я расставил руки с растопыренными пальцами вокруг головы, показывая, как она у меня распухнет - понятно?
- Понятно. -хихикнул Джереми на мою образность.
- Ладно. - Подытожил Рой - зашли в тупик. Будем ждать Шраудера. Посмотрим, что он скажет.
- Да нет. Не надо ждать, что скажет Шраудер. Мне это неинтересно, а ты и так вчера с ним разговаривал... У меня есть кое-кто поинтересней. И тогда вы поймете истинную глубину мерзкой сущности Уни, и настоящую цель моего приезда!
Рой переглянулся со своими советниками.
Я кивнул гонцу.
- Начинай.
Юноша встал.
- Ну и что ты имеешь нам сказать, Алиас? - Строго взглянул на него Дениелс-старший.
Алиас покраснел, смутился и взглянул на меня. Я снова подбадривающе кивнул и улыбнулся.
В этот момент в залу вошел Ивс Шраудер.
- Арсен Уни запрещает крестьянам пасти скот на равнине Шенелезис. Поэтому они идут к вам... вот почему...
Ивс замер на полпути ко мне, пораженный услышанным. В этот момент воздух взорвался вопросами и недоуменными восклицаниями:
- А почему это он запрещает?
- Дурак что-ли?
- А ты откуда знаешь?
- Я не верю. Это несусветная глупость!
- Это провокация, лорд Дениелс!
- Не провокация, а правда! У меня на равнине братья живут, я знаю! - Осмелел юноша.
Наконец Рой поднял руку, прося тишины.
За окнами накрапывал дождь, и плащ Ивса был мокрым. Он подошел и опустился на одно колено рядом со мной.
- О чем сыр-бор, милорд?
- О том, что вместо рейенкеренских крестьян тебе надо было застрелить их губернатора.
- С удовольствием бы, милорд, но таких полномочий не имею.
- А жаль.
Шраудер сел рядом со мной. От него пахло дождем поздней весны.
Рой с советниками были настолько не готовы к такому повороту событий, что стали шумно обсуждать сказанное Алиасом, напрочь забыв про меня.
- А Алан где?
- Не знаю, милорд. Мы с ним договаривались сегодня в семь собраться...
- В "Глотке Сладкой Удачи"?
- Ну да... но мы не за девочками.. мы так, выпить...
- Да-да, рассказывай мне... - я тихо засмеялся и хлопнул командира по плечу - у меня тоже об этом месте воспоминания... У меня там в 16 лет был роман с одним мальчиком... - я помялся - ладно, скажу тебе с кем. Только никому!
- Да не надо мне твоих тайн, милорд - Ивс покраснел, но он улыбался и я знал, что ему интересно.
- Знаешь с кем? С Алоисом Мейвисом!
- Да ладно...!! - Не поверил Шраудер. - С самим Мейвисом?!
- С самим! - передразнил его я. Получив большое удовольствие от того, как Ивс удивился, я продолжил - Он тогда был безвестным портняжкой - поди туда-сюда, стой там и не мешай... Это теперь он крут. - Однако я не открыл Ивсу, что это был я, кто обеспечил Алоису первоначальный капитал для открытия своей мастерской.
- Как захватывающе! - искренне выдохнул Шраудер.
Он не был сплетником, но знал, что я любил сплетничать, и всегда рад был посплетничать со мной, а уж тем более посплетничать со мной обо мне! И я знал, что дальше Ивса это не пойдет, даже если небо упадет на землю.
- Ребят, мы обсуждаем важный вопрос, а вы там шепчетесь, как фрейлины продажные! - Напал на нас с того конца стола Рой.
- А почему они - продажные? - тихо спросил меня Ивс.
- Не знаю - я захихикал - Отец почему-то очень не любит фрейлин, понимаешь...
Весь мой гнев от проделок Уни прошел, я донес до совета нужную информацию, которой владел юный гонец, и теперь больше всего мне хотелось пойти куда-нибудь развлечься, а стратегию и контр-меры могут обсудить и без меня.
- Джулиус! Мы приняли решение.
- Ну что вы от меня хотите? Вы все слышали. Вы приняли решение. Все.
- Мы еще хотим обсудить с тобой.... Поскольку Уни неправомерными действиями фактически спровоцировал твоих людей на жесткие меры, мы решили выплатить компенсации семьям убитых крестьян.
- С ума что ли сошли? - Пробормотал на это Ивс.
Как военный и сторонник силы, он порой не понимал, чего это Рой носится с соблюдениями каких-то правил и теперь еще пытается сгладить эффект от его абсолютно верных, с его точки зрения, приказов.
- А я поддерживаю! - кивнул я. - Сколько вам дать?
- Спасибо за предложение, сумму мы еще обсудим... Но мы вот какой трюк провернуть хотим - мы хотим ему послать письмо, что мол вот, мы знаем всю правду про ваши драконовские порядки на равнине Шенелезис, вина ваша, вы и платите, господин Уни.
- А если он не заплатит?
- Тогда мы планируем задействовать твои отряды и установить на Шенелезисе свои порядки. А королю послать письмо с объяснением.
- И пусть трупы с площади уберет.
- Теперь точно с ума сошли - прошептал я Ивсу, прикрыв губы ладонью. - Ну что, поддержим этих больных с их идеей?
- Да мне-то что милорд, мне хоть весь Рейенкерен к Дейкерену присоединить.
- А мне тем более плевать.
- Ну что? - Нетерпеливо спросил меня Джереми.
- Поддерживаем. - Вальяжно протянул я.
- Наша взяла. - Рой удовлетворенно кивнул своим советникам. - Так, переходим ко второму вопросу на повестке.
- Ах, был еще и второй вопрос! - Ужаснулся я на ухо командиру.
Тот тихо засмеялся.
- Черт, ну где же этот Ридж... Я хочу уже сбежать отсюда... А его все нет.
- Тссс! - Ивс приложил палец к губам. - Слышишь?
- Что?
- Шпоры.
И правда, только теперь я услышал, как по коридору, примыкавшему к Главной зале тихо звякали шпоры. У Ивса, как и у Алана, был превосходный слух.
Открылась дверь, привратник посторонился, и Алан осмотрел залу в поисках меня. Я как можно незаметнее замахал рукой от себя, выдворяя его прочь.
- Ну так. Он здесь. Пора.
- Отец... эээ... сейчас мне уже срочно надо идти... по важным делам...
- В пивнушку? - Строго рявкнул Дениелс-старший, а Ивс за моей спиной не выдержал и прыснул со смеху.
- Ой как с тобой трудно... Я к тебе приехал? Все обсудил? Я тебе поддержку обеспечил? Обеспечил.
- Ладно, отпустим их - посоветовал Ричард. - Одного его бы мы еще удержали, но с этим баламутом Шраудером...
Мы встали и направились к двери.
- А паршивец Ридж так и не пришел. - Отец скрыл улыбку - Ладно, катитесь. Но насчет компенсаций мы еще, может, и к тебе придем.
Я кивнул.
А кстати, о компенсациях... Я взглянул на юного гонца, который все еще сидел там, куда я его посадил.
- Ивс, возьми его с нами.
Шраудер только подошел к юноше, как тот вскочил и с бледным от ужаса лицом сделал попытку броситься бежать в сторону Джереми. Рыцарь поймал его за одежду мертвой хваткой.
Гринлайт привстал в кресле, переводя напряженный взгляд с меня на юношу.
- Господи, какие все нервные. В пивнушку мы идем, в пивнушку! А ему - я кивнул на гонца - я пообещал, что награжу. Все, расслабьтесь!
Джереми снова опустился в свое кресло, тем не менее не сводя с меня взгляда.
Мы наконец, вышли все вместе.
Алан в холле играл в карты с привратником. Он положил свои карты на стол и подошел ко мне. Мы обнялись. Потом Алан обнялся с Ивсом.
- Вас ждать, это можно удавиться!
- Ты чем-то недоволен? - Я уткнулся лбом в его лоб и уставился в его голубые глаза. - Я не хотел, чтобы ты входил. Если бы они тебя заметили, то привлекли бы к обсуждению, как пить дать, и мы вообще никогда оттуда не ушли бы.
- Ладно, согласен.
- Ты про заварушку на границе слышал?
- Ага. Плевать на заварушку, хозяин, у Курчавого сегодня день рождения.
- Ах, подлые, что же вы мне не сказали? Вот почему вы сегодня в семь договорились... Тогда что же мы время теряем, айда в кабак! - Я выглянул в окно. Теперь дождь поливал уже что есть мочи. - Ой... ты посмотри, что там творится! А я верхом приехал... И Ники куда-то делся... Я под таким дождем верхом не поеду!
- Да ну все равно, милорд! - Настроившийся на веселый вечер и выпивку, Ивс не собирался сдаваться просто так.
- Вам-кабанам может и все равно, а я юноша рафинированный... Едем в карете или не едем вообще!
- Ну где мы тебе найдем в ратуше карету, хозяин? Давай я тебя на руках отнесу.
- Погодите-ка... - озарило Ивса - а у папаши его стибрим!
Мы с Аланом переглянулись, расхохотались и все вместе отправились в конюшню ратуши.
- Кстати, а это кто за нами увязался? - Алан указал на Алиаса.
- А это мальчик, который мне сегодня очень помог подставить губернатора Уни... И я пообещал его наградить.
- А-аа... теперь понятно. Про его выступление я знаю от Курвейта.
- Это кто?
- А привратник. Ну ты и стукач, молодой человек! - Алан хлопнул Алиаса по плечу.
- Черт - прошептал юноша - завтра весь город будет знать...
- Не расстраивайся, никто тебя не обидит. В кабак идешь с нами?
В конюшне мы растолкали кучера моего отца и велели ему немедленно запрягать коней в карету Роя. Испуганный кучер стал отказываться, но Ивс показал ему кулак.
Когда мы вошли в "Глоток Сладкой Удачи", было далеко после девяти, и все, кому надо, уже напились. Я был этому рад, потому что в том состоянии, в котором они были, рыцари Шраудера не узнали бы собственную мать. Не говоря уже про меня.
Мы расположились за столом у стены, и я с Алиасом сел в самом углу с Аланом и Ивсом, прикрывшими меня по обеим сторонам.
Каменные потолки кабака нависали над веселящимися завсегдатаями, и многочисленные свечи расписывали бликами отделанные деревянной дощечкой стены и румяные лица прислуживавших девушек.
Алиас нервно оглядывался по сторонам и все никак не мог поверить, что вляпался в такую историю - угодил в самый откровенный притон города в компании с самыми властными и беспощадными людьми города.
Я почувствовал его состояние. Мне не хотелось, чтобы сослуживший мне хорошую службу юноша так неудобно себя чувствовал, поэтому, пока мои люди заказывали выпивку и пробовали ее, я завел с ним разговор.
- Тебе сколько лет?
- Четырнадцать, лорд Дениелс...
- Очень хорошо. Успокойся наконец. Может, я ужасный и кровожадный, но не лжец. Если бы я хотел тебя убить, я бы тебе давно уже об этом сказал. А вместо этого я тут тебе твержу о том, что ты сделал все так, как я тебе велел, очень мне помог, и я тобой доволен. И я пообещал тебе коня, и ты его получишь. Ты какого коня хочешь?
- Черного со звездочкой. - Юноша, наконец, немного расслабился.
- Ивс, у тебя черные со звездочкой есть?
- Что? - Командир был уже навеселе.
- Лошади.
- Не знаю... надо спросить... Трей! - заорал он на на весь кабак - У тебя в отряде черные со звездочкой есть?
В ответ раздался дикий взрыв хохота.
- Дурак. А у тебя, Эрин?
На том конце стола, куда Ивс обратил свой взор в поисках Эрина, все или почти все уже были в невменяемом состоянии.
Я тихо смеялся во время всей этой переклички.
- А тебе срочно, милорд?
- Да нет вобщем-то...
- Тогда я завтра узнаю... А то сейчас от них... ай-яй... уйди от меня, красавица... - туманным взором Ивс обвел грудь ущипнувшей его за бок девушки-разносчицы, и забыл, что разговаривал со мной.
Смеясь, я приблизил свое лицо к лицу Алиаса.
- Вот, видишь... Они уже даже если захотят, ничего тебе не сделают! А с конем завтра разберемся. Ладно? Вино будешь? Садись ко мне на колени.
Они заказали вина достаточно, чтобы утопить в нем лошадь. И не одну. И я, видя их веселый настрой и стайку разносчиц, с особым рвением вившихся над Ивсом, уже подумывал, не напиться ли вместе с ними, как вдруг взгляд мой упал на сидевших за столом напротив. Это были два уже пьяных мужчины и женщина. Женщина подняла на меня глаза и наши взгляды встретились. Мы оба застыли как куски льда, и у меня по спине побежали мурашки.
Прямо на меня смотрел призрак из прошлого. Женщина, которую все считали давно погибшей. Женщина, места которой просто не могло быть в настоящем. И тем не менее она сидела за столом напротив меня и безотрывно смотрела мне в глаза.
Радена Дерилис. Я узнал ее сразу.
Жена Альбертуса Дерилиса. Моего любимого учителя.
Мне было лет четырнадцать... Да, это было уже после смерти самого Дерилиса, когда его жену, которая так и жила у нас в доме, объявили ведьмой и забросали камнями. Это все, что я знал о ее кончине. С тех пор никто больше о ней не вспоминал.
И вот теперь, десять лет спустя...
Френк запустил в женщину ультра-короткой волной и объявил, что она не была плодом ни моего, ни чьего-либо еще больного воображения. Она оказалась вполне реальным препятствием на пути его сигнала.
Я так и сидел бы, и тупо смотрел на нее, если бы Алиас тихонько не тронул меня за плечо.
- Лорд Дениелс, с вами все в порядке?
Я очнулся.
В этот момент Радена неожиданно улыбнулась мне и качнула головой в сторону выхода. Меня явно приглашали прогуляться.
Страха во мне уже не было. Было желание поговорить с ней. И желание это крепло с каждой секундой.
Покидать теплую компанию и выходить под дождь ужасно не хотелось.
Я оглядел веселящихся людей Ивса, и самого Ивса, который уже громко горланил песню и порывался обнять Алана через стол.
Алан был еще не в таком безнадежном состоянии, поэтому он заметил, что я встал.
- Не оставляйте меня здесь, пожалуйста! - Отчаянно схватил меня за руку Алиас.
- Послушай меня внимательно. Там, куда я иду, может быть очень опасно. Здесь тебе будет лучше.
- Нет... ну пожалуйста... пожалуйста... - юноша обвел взглядом стол... - они же все пьяные!
- Знаешь что... - я цокнул языком - Иногда трезвый колдун гораздо страшнее пьяного воина.
Глаза Алиаса наполнились страхом и он отшатнулся, чуть не упав на Шраудера. Шраудер медленно повернулся и полез обниматься к Алиасу.
- Уйди от него, похабник! - Я ударил Ивса по рукам.
Алан расхохотался.
- Вот, видите! Ну пожалуйста, вытащите меня отсюда!
Я вздохнул.
- Ну ладно, черт с тобой, пошли.
Мой фаворит встал, чтобы выпустить меня из-за стола.
- А не слишком ли он молод, хозяин?
- Да причем здесь он! Он сам за мной увязывается, видишь? А я иду на встречу с кем-то из старых знакомых.
- Мне это не нравится.
- Мне тоже, но любопытство сильнее.
- Мне с тобой идти?
Я покачал головой. Что бы ни случилось, и кем бы ни была Радена, она не могла причинить вреда мне. Но Алану - могла.
- Приключения на ночь глядя. Я все-таки с тобой пойду.
- Ну как знаешь. Пошли тогда.
Мы выбрались из-за стола.
- Эй, Ридж! Вы куда? - заплетающимся языком крикнул Ивс - Я с вами!
- Да сиди ты, командир! - Здоровый детина грузно уселся рядом с ним и стал доливать ему в кружку. - Кто они вообще такие?
- Чернокнижник с Серебряной Стрелой.
- Да ладно... врать тут... "... Чернокнижник" ... еще насвисти мне, что это Франциск Второй с королевой! Выпьем лучше!
Ивс пожал плечами, и последнее, что я услышал, выходя, был грохот чокающихся кружек.
2
Мы вышли на улицу. Уставший и почти оглохший от пьяных криков в кабаке Алиас держал меня за руку, потому что я уже казался ему наименьшим злом из всего, что его окружало. Я не возражал.
Дождь кончился и ясная майская ночь с мириадами звезд, зовущими и таинственными, накрыла город.
Я сразу стал дрожать от холода, и вспомнил, что оставил плащ в ратуше. Алан тут же накинул мне на плечи свой.
Я огляделся по сторонам. Куда же она делась... Или я просто неправильно растолковал ее сигнал? Во всем том шуме и гаме и наложившемся на него собственном шоке мне даже не показалось странным, что она меня узнала. А может, вовсе и не узнала? А может это вовсе никакая не Радена Дерилис, а просто проститутка, которая улыбнулась и поманила за дверь того, кто на нее так пристально смотрел? Второе объяснение показалось мне уничтожающе логичным, и я стал сожалеть о том, что мы вообще вышли из кабака.
- Ну, куда идем-то? Ты хоть помнишь что мы карету обратно отослали, а наши лошади остались в ратуше?
- Помню. - рассеянно обронил я. - А ты, Алан, ты помнишь... десять лет назад недалеко от дома моего отца забросали камнями ведьму... Она еще служила у нас в доме... Была женой моего учителя музыки... Дерилисов помнишь?
- Мэтра Дерилиса помню, конечно... А ведьму... его жену... погоди-ка! - Ридж просветлел. - Вспомнил. Но разве она была женой Дерилиса?!
- Да.
- Ну пусть, ладно... И что?
- И... - я не договорил, как прямо за нашими спинами раздалось упругое "цок-цок" по мостовой.
Мы одновременно и резко обернулись и столкнулись лицом к лицу с Раденой Дерилис. Тот же нос, тот же прямой взгляд. И как будто бы совсем не постарела... Но теперь я не сомневался, что это была именно она.
Ридж спокойно смотрел на женщину, не узнавая ее и еще не связав мои наводящие реплики и ее внезапное появление перед нами.
- Алан. Ала-ан... Я ее узнал в кабаке. Это она и есть...
Внезапно он исказился в лице и выхватил меч с такой скоростью, что Алиас оторопело отшатнулся, а я только и успел крикнуть "Отставить!!"
- А ты какой-то нервный, Серебряная Стрела. Что, привидений никогда не видел? - усмехнулась Радена.
- По крайней мере он тебя узнал. - Я коснулся руки Алана, и он неохотно убрал меч обратно в ножны, не сводя с женщины полных презрения и ненависти глаз.
Я заметил это.
- Он тяжело нагружен пьянящим мозг ядом общественного мнения. - Пояснил я Радене. - Однако, он мой фаворит и телохранитель, и он пойдет с нами. И, быть может, нам удасться его переубедить.
- Ну-ну... - Радена улыбнулась. - А ты сильно вырос, Джулиус...- Ну что, так и будем стоять на улице? Может поедем к тебе? Ты ведь уже не с отцом живешь, верно?
- Верно, но не на чем. Мы отослали карету.
- Дурачки пьяные. Ну ладно, пойдем ко мне. Здесь недалеко. - И она уверенно повела нас по гулким переулкам и темным проходам под шелестящей дырявой крышей уже распустившего свои листья плюща, то и дело обдававшего нас тысячами брызг.
- Только знаешь, я не буду с тобой расшаркиваться... - милорд, господин там, и все такое. Ты для меня просто Джулиус, хорошо? И... Я тебя не боюсь.
Не успел я выразить свое согласие, как Алан, шедший чуть позади, нагнал нас, схватил Радену за руку и прошипел:
- Как ты смеешь?
Я отвел его в сторону.
- Ты что такой агрессивный сегодня? Ты пьян?
- Я не пьян.. Не пьян я, хозяин... Она ведьма!! Недобитая.
- Стань по мою правую руку, закрой свой рот и успокойся.
Мы подошли к низкой двери в облупившейся кирпичной стене.
- Ты здесь живешь? - тихо спросил я.
- Я? В Дейкерене? Конечно нет.. так просто, к дочери приехала.
- У тебя есть дочь?
- Да, входите.
Мы вошли в крохотную единственную комнатку домика. Навстречу нам поднялась женщина лет двадцати пяти.
- Знакомьтесь, Арис. Арис, ты Джулиуса Дениелса помнишь?
Она провела нас к столу.
- Как ты меня узнала? И вспомнила?
- Тебя забудешь. Садитесь. Дочка, принеси вина.
- Не надо им больше алкоголя. - Я снял плащ Алана, так щемяще пахнущий им, и аккуратно повесил на спинку стула позади себя. - Лучше давай своей калиновой настойки!
- А-аа... Ты еще помнишь мои кулинарные изыски! - Раден ушла и потом вернулась с кувшином и кружками.
Мой фаворит отодвинул кружку и отвернулся от стола.
Я наклонился к нему и тихо сказал:
- Веди себя прилично. Последнее предупреждение.
Что-то в моем голосе подсказало ему, что бойкот "ведьмы" лучше прекратить.
Алиас же, сидя по левую руку от меня, был воодушевлен сменой обстановки и с интересом пробовал напиток.
Радена тоже, наконец, села, и задумчиво попивала из кружки. Ее дочь развела огонь в камине позади нас.
- Ну, положим, про меня-то ты все знаешь, я ведь на виду. Расскажи о себе.
Она вздохнула.
- До или после того, как ты убил моего мужа?
Алан и Алиас одновременно подняли головы и уставились на Радену.
Я резко откинулся на стуле.
- Это был несчастный случай! Он был моим любимым учителем и я скорбил по нему даже больше вас всех вместе взятых!
- Ты был отвратительным, жестоким чудовищем.
" Почему был?" - Подумал Алан, не поднимая глаз.
- Но не важно. - Оборвала она себя. Наверное, то что со мной произошло после, случилось потому, что я ненавидела тебя в душе, и не могла тебя простить. А, видно, должна была... - Она вдруг надолго замолчала. И потом продолжила уже как-то более отвлеченно и рассеянно - они думали, что я умерла, и оставили меня там, прямо на улице... Но то, что труп тогда исчез и никем не был похоронен, никого не волновало. Этого просто не заметили. Каждый, видно, думал, что меня похоронил кто-то другой. А меня так никто и не похоронил. Ночью я очнулась и уползла в лес. Вот и конец истории, начало которой ты знаешь... А потом я действительно стала чем-то вроде того, что люди называют "ведьмой". Хотя в собирании знания и применении его на практике нет ничего страшного или магического.
- Как интересно... - Я, уже остыв от внезапного всплеска чувств при упоминании Дерилиса, вспомнил про свой сон и теперь был занят им.
- Скажите, а почему вот иногда делаешь хорошее дело, от всей души хочешь кому-то помочь, а получается, что все не так поймут, да еще тумаков схлопочешь? - Услышав про собирание знаний, Алиас, видно, решил поговорить на интересующие его темы бытия.
- А потому, что никогда не надо "от всей души". Надо немного души всегда приберегать только для себя. А вообще, не торопись узнать все, и получить ответы на поставленные перед тобой жизнью задачи, молодой человек. Потому что порой награда за правильный ответ - смерть. Ибо тому, кто все знает, нечего делать в школе.
Мальчик открыл рот от такого непонятного и неожиданного ответа.
Алан слушал нас со все возрастающим внутренним напряжением.
По ногам потянуло свежим сквозняком из окна. Этот воздух только что пронизывался летящими сверху хрустальными дождевыми каплями, и касался сверкающих в лунном свете стволов высоких деревьев, а теперь уже он, как замерзший бродячий котенок, терся об мои ноги, воруя драгоценное тепло...
- Послушай, а что может означать цифра двести девяносто пять? - Спросил я Радену, незаметно для себя, также как и Алиас, поддавшись ауре ее авторитета.
Она пожала плечами.
- Смотря в каком контексте.
Я рассказал ей о сне, и она стала рассуждать о том, что Бог мог хотеть мне сказать этим сном.
После этой фразы Алан, так и не изменивший своего отношения к женщине, уже больше не мог сдерживаться, и крикнул:
- Как ты смеешь упоминать имя Бога, служительница Дьявола!!! Дочь зла! - Грозно и обвиняюще добавил он, бросив на меня взгляд странно мутных, полных гнева глаз.
- Что вы знаете о зле? - Устало произнесла она в ответ.
Я сначала выгнал фаворита за дверь, потом решил, что могу найти ему лучшее применение и велел ему отвести Алиаса домой.
Когда они ушли, Радена покачала головой и беззлобно обозвала Риджа дураком.
- К сожалению, - тихо отозвался я, - мы всегда совершенно точно знаем, в чем и как дураками являются другие, но не видим наших собственных ошибок...
Она согласилась, и, наконец ссказала, что встреча наша была не случайной. До нее это дошло только что, а я, честно говоря, стал подозревать такой поворот событий почти сразу.
- Отсюда понятна агрессивность твоего любовника - ему тут было не место.
- Он мне не любовник, а в остальном ты права.
И тогда Радена поведала, что, живя в уединении и изгнании, она собирала, как она выразилась, знание о путях силы (тут я вздрогнул), изучала ортосезерис и искала ключ к цепи смертей и рождений. Говорила, что близка к разгадке, предлагала вместе найти ключ и воспользоваться им, чтобы исчезнуть с земли навеки. Она стала объяснять, как важно добиться освобождения после смерти и больше никогда, никогда не быть роженным...
Подавив страх от такого смелого обсуждения так желаемого мною Побега, я смотрел в маленькое, наполовину увитое плющом окошко на луну, изучал с детства знакомые черты ее лица и слушал Радену. Я думал о том, какой он - ключ к цепи смертей и рождений? И если мы его найдем - дадут ли нам им воспользоваться? Хотя я не сомневался, что за многократное нарушение Закона меня достанут все равно, но все-таки можно было попытаться.
Исчезнуть. Навсегда. Перестать существовать, или оказаться в глубоком гулком колодце с влажными каменными стенами, о котором говорил Силларен. Забиться там на самое дно. Получить право быть наконец оставленным в покое. Возможно ли это?
Я знал только одно. Если я откажусь принять возмездие, когда они придут за мной, я окажусь по одну сторону с Трехгранным Серым. Не то чтобы Люцифер был мне противен и я бы не захотел делить с ним одну сторону. Просто положение его было идиотским. Из него сделали пугало для людей, подключив вездесущую церковь. Повесили на него всех собак. И все из-за чего? Из-за того, что расплевался с Дареном. Дарен контролирует его все равно. Но только теперь на длинном поводке, давая ему ложное ощущение независимости. Независимости от Бога. Только такой дурак как Люцифер мог поверить в эту независимость. То есть предложение Радены могло быть еще одним, ранее не учтенным выходом - разорвать цепь, которая обязывала меня пройти через смерть и последующее новое рождение. Но этот выход вдруг показался мне еще большей глупостью, чем независимость Серого. Кто вообще такая - эта Радена? И как это она ищет этот ключ? Тот самый ключ, при просьбе поискать который Френк плюнул в меня и три дня не разговаривал. Френк, который мне из будущего чертежи строительных конструкций и летательные аппараты доставал. Френк, у которого волей Ии в услужении половина Свободного народца, доступ в четыре измерения и канал в будущее. Френк, для которого вообще нет ничего невозможного.
Радена закончила говорить.
- Ну что, Джулиус, согласен мне помочь?
Надо было ей что-то ответить. Надо было ответить, но я не знал что. Сказать ей что я на самом деле думаю? Взять время на размышление?
Ее дочь снова налила нам той калиновой настойки. Запах ее висел в комнатке, смешиваясь с запахом дыма...
Я вдруг почувствовал ужасную усталость. Осознал, что сейчас придется два часа пешком переть до дома. И мне стало все равно.
Обещал подумать, и ушел.
3.
Как-то поздно вечером пару дней спустя я услышал гневный голос Ника и звук возни. Потом все стихло, но вскоре раздалось шарканье и шуршание на лестнице.
- Эй, мы нашли ключ к цепи смертей и рождений!
Я обернулся.
Невысокого роста, замерзшая, закутанная неизвестно во что, да еще с красным, шмыгающим носом, Радена была неотразима. Она была также пьяна.
Не вдаваясь в детали, я выгнал бы ее, если бы за ней не стоял Френк. Серьезный и сосредоточенный.
- Слушай, - вставил он сразу за Раденой - Смотри, как это работает. Вот ключ - и он указал на скомканный лист бересты, что сжимала моя непрошенная гостья. Я сначала подумал, что это был носовой платок.
Радена торжественно расправила лист и положила его на стол передо мной. Он был испещрен знаками.
- Ты ортосезерис читаешь?
- Д-да, - неуверенно выдавил я, где-то глубоко в душе недоумевая, зачем Френк устроил всю эту буффонаду? - Вобщем не очень.
- Ну, не важно. Смотри. - Радена стала тыкать пальцем в знаки. - Вот ключ. В нем пять основных знаков, или как их правильно назвать - эварстисов.
Я кивнул, не узнав ни единого знака, но вспомнив, что, да, именно так учил меня называть их Ульрис.
- Если мы сделаем, как они нам говорят - мы сможем разомкнуть цепь, привязывающую нас к человеческому обществу и слинять!
- Куда? - У меня подогнулись колени и я беспомощно сел в пододвинутый Френком стул.
- Да хоть куда, дурашка! Хоть и в небытие. А может и в колодец - большой и гулкий!
Я вздрогнул.
- Не отвлекаемся. - Френк стал маленькой тенью, которая заплясала по листку. Представь себе, что бежит стадо диких лошадей. А чтобы пример был более ярким, представь себе стадо диких боровов. И вот они бегут. Тыгдым-тыгдым-тыгдым... Тень стала прыгать по столу, и я увидел запыленные черные спины, лоснящиеся бока и тучи слепней и мух над ними. - И ты бежишь вместе с ними! - Голос ворвался в мое видение. - Ты хочешь выбраться из этого стада, но не можешь. Не знаешь, как. Почему? Потому что тебя удерживает, сковывает... Что?
- Голод?
- Да нет, зачем. - Тень перестала прыгать и превратила листок в гладкую, поблескивающую фреску, с которой на меня смотрела Смерть. Красивая и любопытная. Глазницы ее были пусты, но где-то глубоко в них, в тенях, таилось выражение. Оно было кошмарным. - Ритм.
- Что?! - Опомнился я.
- Тебя держит ритм. Ритм толпы.
- Но Френк, твой пример не работает - люди никуда не бегают стадами!
- Биоритм толпы, который называется менталитетом, балда!
- Ты совершаешь поступки не такие, какие тебе бы хотелось, а такие, которые от тебя ожидаются. Ты сгибаешься под тяжестью менталитета... Так толпа диктует тебе твою судьбу. Ты обречен делить ее с толпой.
- Безграмотная жена сельского учителя танцев, а ты-то где этому набралась?! - Я обернулся к так некстати заговорившей Радене.
- Я приняла символы. Символы делают тебя умнее. Так вот, ключ позволяет тебе разбить ритм толпы. Тогда ты окажешься вне стада, а значит вне его судьбы. Ты сможешь идти искать СВОЮ судьбу. А значит, в конце концов сможешь выбирать - рождаться ли вновь, или нет. И вообще, все что хочешь, сможешь выбирать. Ну что, идешь со мной? Френк не может использовать символы - он изначально вне нашего стада. Хороший у тебя друг. Кстати, я всегда подозревала, что он существовал. Особенно, когда ты как-то в детстве обмолвился Альбертусу про большую летучую мышь за твоей спиной.
- Я не мышь. У меня в нормальном состоянии вообще нет тела. Но я должен был выбрать какую-то шкуру! Летучая мышь показалась мне забавным образом. Тем более, у нас много общего.
- Удивительный, вообще, персонаж. Когда я разомкну мою собственную цепь, то стану шейрером.Эх, если бы можно было донести символы до всех...
- Именно нельзя, Радена. С символами нужно быть очень осторожным, потому что люди имеют тенденцию начинать тупо поклоняться символам, вместо того, чтобы работать над пониманием их смысла. А от символа до истукана - рукой подать. Теперь замени слово "истукан" на слово "святыня" - и вот вам, готова религия!
Я слушал их, будто ударенный по голове пыльным мешком. Слушал, и не верил услышанному. Радена УВИДЕЛА Френка. Потому что приняла какие-то там знаки... Что это за знаки? Какая-то елочка, арка, "пронзенный месяц". Ну, допустим последний эварстис я знал из тирского варианта ортосезериса.
- А если хочешь, ты можешь и парочку друзей с собой прихватить. Просто объясни им ключ. Потому что может быть им тоже надоело это - тыгдым - тыгдым - тыгдым...
- Тыгдым - тыгдым - подхватила Радена.
И они пустились в пляс.
Последнее, что я запомнил в тот вечер - это чувство ватных ног и сильную боль в районе затылка.
Наутро я проснулся в своей постели, но надо мной нависли все те же физиономии.
- Нужно принять символы! - Бубнили они.
- Отстаньте! Сумасшедшие! Язычники! - Я замахал на них руками, но где-то в глубине души таилось чувство пустой безнадеги. - Я вас обоих заложу Ирвину! - Наконец дозрел я до самого убийственного аргумента.
- Ирвин-то этого от тебя всю дорогу и хочет! - Женщина мягко взяла меня за руку и потянула из постели.
Не столько добила меня правда про то, чего хочет от меня Ирвин, сколько сам факт того, что Радена так походя о нем упомянула. Ну об этом-то она как могла узнать?!
Смешно - я тяготился своей жизнью, тем, что в конце концов нового рождения не избежать - желал вырваться из этих крысиных бегов, а найдя Ключ к своим оковам отказался использовать его.